Между светом и тьмой

Отстранение Эра сидела в тёмной камере, где редкие факелы на холодных каменных стенах давали неровный, дрожащий свет. Казалось, что пространство теснее, словно тьма вокруг медленно сжималась. За дверью стояла стража. Сквозь камень доносились обрывки разговоров — отдельные слова, лишённые смысла, которые девушка улавливала скорее по привычке. Её внимание снова возвращалось к тьме. Тьма обволакивала, скрывала, отрезала Эру от внешнего мира. Но вместо покоя приносила тяжёлые и навязчивые воспоминания, от которых невозможно было избавиться. Разведчик защёлкнул на её запястьях наручники. Холод металла отозвался по коже. В этот момент она подняла взгляд и невольно встретилась с глазами Эрвина. Он стоял прямо, собранно, как всегда. Но в его взгляде больше не было ни тепла, ни привычной сдержанной мягкости. Только холодная отстранённость… и что-то ещё. “Страх, — мысль возникла резко, — даже он…” Тьма вокруг словно стала плотнее. Вместе с этим вернулись воспоминания, которые было невозможно остановить. Эра почувствовала свет солнца, тёплый и чужой, но он не достигал её. Время растворялось, пока день не сменился другим. Когда она услышала знакомый голос, сначала решила, что это снова память. — Ключи от камеры. Разведчица не двинулась. Только позволила мысли пройти: “показалось”. Но затем раздались тяжёлые и размеренные шаги, эхом расходясь по коридору, пока не остановились у решётки камеры. Скрип замка. Дверь открылась. Эра не подняла головы. Она и так знала, кто вошёл. Взгляд оставался на стене, на трещинах, которые она уже успела изучить. Он вошёл, поставил стул напротив, точно выверяя расстояние, и только после этого заговорил: — Кто ты и как тебя зовут на самом деле? Эра медленно без колебаний подняла глаза. — Меня зовут Эринталь, — спокойно произнесла она. — Я владею магией света и тьмы… и являюсь солдатом армии короля Андуана Великого. На мгновение в камере повисла тишина. — Ты пришла с земель за стеной? — Нет. Я пришла из булочной. Ответ прозвучал ровно и странно. Во взгляде командующего читался вопрос. — Я не знаю, как оказалась в королевстве внутри трёх стен, — ответила она на немой вопрос, — там, где я родилась, не было ни стен, ни титанов. Смит не изменил позы. — Зачем ты здесь? — Я не знаю, как попала к вам. — Долго ты здесь живёшь? — Больше пяти лет. Короткий кивок командующего. — Ты сказала, что являешься солдатом. Если твой король пришлёт армию… сколько человек потребуется, чтобы захватить наши земли? Эра слегка наклонила голову в бок, на несколько секунд задумалась и ответила: — Достаточно меня одной. Тишина стала тяжёлой. Эра смотрела на мужчину прямо и продолжила. — Благодаря моему уровню магии, опыту и знаниям, я смогу захватить ваше королевство во имя Андуана Великого. “Почему тогда ты этого не сделала?” — мысленно спросил Эрвин Она чуть склонила голову. — Я дала присягу вам, командующий. Теперь являюсь разведчиком. Слова не складывались. Он смотрел на девушку, пытаясь выстроить следующий вопрос, но мысль не находила формы. Единственное, что стало ясно — она не представляет угрозы для Парадиза. Это было… хорошо. Практично. Но этого было недостаточно. Если она говорит об этом так спокойно — значит, это не предположение. У разведкорпуса нет ресурсов, чтобы её контролировать. И тем более — остановить. Эра молча отвернула голову в сторону. Командующий поднялся, поставил стул на место и направился к двери. Ему нужно было время для понимания. — Меня казнят?.. — тихо спросила она. Смит остановился, его рука легла на дверь. — Я ещё не решил. — не оборачиваясь, ответил командующий. Внешне он был спокоен, но внутри всё сжалось. “Она все понимала, но всё равно раскрылась. Зачем?” Эра снова опустила голову. В этом не было ни слабости, только сдержанность. Она хотела что-то сказать. Эрвин уловил это сразу по тишине, которая вдруг изменилась, стала плотнее, будто слова уже подошли к границе, но не вышли за неё. Они так и остались внутри. Он не стал ждать. Дверь камеры закрылась глухо, отрезая всё, что могло прозвучать. Свет сквозь тьму По ощущениям Эры прошло два дня после допроса. Стража спускалась вниз только по необходимости. Дольше, чем нужно, возле камеры никто не задерживался. Формально всё оставалось прежним — факелы горели, посты стояли. Но внутри камеры почему-то было очень темно. Эра сидела у стены, подтянув колени, почти не двигаясь. В темноте было проще. Она защищала девушку от лишнего, не давала мыслям расползаться. Скрипнула дверь. Раздались лёгкие шаги. Эра чуть приподняла голову. — Привет, Эра… —раздался знакомый голос. На мгновение Эра ничего не ответила, только посмотрела внимательнее, будто проверяя, не ошиблась ли. И в этот момент что-то изменилось. Тени перестали казаться такими плотными, в камере стало заметно светлее. — Привет, Нана, — Эра поднялась и подошла к решётке. Нана остановилась в паре шагов, не сразу решившись подойти ближе. Она смотрела на Эру внимательно, чуть напряжённо, будто удерживая себя от лишних движений. — У тебя тут… не очень уютно, — тихо сказала Нана. В голосе скользнула попытка шутки. Эра кивнула. Нана выдохнула, будто решившись. — Эра… прости меня за Майка, — сказала она, чуть сжав пальцы, — мне не стоило слушать других. Эра на секунду задумалась. Эти события показались чем-то далёким. — Майк мне всё рассказал, — добавила Нана и подняла руку, показывая серьги, — мне правда понравился подарок. Эра коротко взглянула на украшение. — С днём рождения. Неловкая пауза повисла между ними. Обе почти одновременно нервно засмеялись. — Мир? — Нана протянула руку сквозь решётку. Эра посмотрела на неё чуть дольше, чем нужно, затем сжала её пальцы. — Мир. Рукопожатие было коротким. Нана не сразу убрала руку. Она чувствовала, что напряжение стало тише. — Скажи честно… — она замялась, но всё же спросила, — ты использовала свои способности на мне? — Да. Ответ прозвучал сразу. Нана замерла. — Когда? — Во время битвы за стену Мария, — спокойно ответила Эра, — тебя схватил титан. Я его убила. Потом лечила и усиливала тебя. Нана медленно вдохнула. Теперь всё складывалось: во время битвы девушка чувствовала прилив сил и держалась дольше привычного. Она кивнула, принимая это без лишних слов. Сверху раздался кашель. Нана едва заметно вздрогнула и на секунду оглянулась, будто проверяя, сколько у неё осталось времени. — Меня Майк ждёт, — сказала она тише, — Эрвин разрешил только так. Эра с пониманием кивнула. — Наверху ходят слухи, — добавила Нана, чуть улыбнувшись, — о том, что случилось на правом фланге. Говорят, разведчикам помогла сама Имир. Она тихо усмехнулась, но в глазах оставалась внимательность. Эра лишь чуть улыбнулась в ответ. — Я сразу тебя узнала, — сказала Нана уже серьёзно. — Спасибо, что спасла меня. — По-другому я не могу. — Теперь моя очередь, — произнесла Нана тише, — держись здесь. Эрвин что-нибудь придумает. Эра не ответила сразу. Имя прозвучало чуждо. — Командующий что-нибудь придумает, — сказала она ровно. Слово легло тяжело. Нана это заметила, но ничего не сказала. Сверху снова раздался кашель. — Мне пора, — быстро произнесла Нана, — тебе что-нибудь нужно? Эра подумала. — Книгу. Нана кивнула и направилась к выходу. Дверь закрылась. Шаги стихли. Тишина снова вернулась. Тени снова заняли своё место, но теперь не казались такими плотными. Пепел и песнь О Луна, любимая песнь…— Эра тихо повторяла знакомые строки, почти беззвучно, позволяя голосу растворяться в тишине камеры. Тьма снова сомкнулась вокруг, плотная, привычная, и в какой-то момент граница между настоящим и памятью исчезла. … Пепел лежал слоями. Дома безымянной деревни были свалены друг на друга, перекрытия обуглились, где-то ещё трещал огонь, лениво доедая то, что осталось. Небо висело низко. — Мы собрали всех жителей на главной площади, — отрапортовал солдат в чёрной форме Эра посмотрела на него. Солдат, не выдержав тяжёлого взгляда, отвёл глаза первым. Она ничего не сказала и пошла вперёд. Чёрный мундир почти не пачкался, только тускло отражал свет, пуговицы ровно ложились по линии. Поглотительница. Слово не произносилось вслух. Оно просто было. — Очередная победа, — спокойно произнёс наставник, который шёл рядом с девушкой. Эра не ответила. — Ты жалеешь солдат, — добавил он после короткой паузы. — Они не такие, как мы. Наш король должен победить любой ценой. — Так точно, наставник. Они вышли на площадь. Люди сидели на земле, связанные, сбившиеся в плотную массу. Женщины прижимали к себе детей. Старики не поднимали головы. Раненые солдаты в зелёной форме врага держались молча. — По приказу короля Андуана Великого… — голос наставника звучал громко и ровно, — вы приговариваетесь к смертной казни. Слова разошлись по площади быстрее, чем смысл. Потом — крики. Голоса срывались, кто-то пытался встать, кто-то молился, кто-то просто смотрел вперёд, не понимая. Даже свои солдаты замерли. Эра не смотрела на них. Не хотела запоминать лица тех, кому скоро суждено погибнуть от её руки. Старик сидел чуть в стороне, не поднимая головы, произнес: — Я пожил. И не боюсь. Прошу вас, госпожа, заберите наши старания… Он чуть повернул лицо в её сторону. — В благодарность… могу спеть. Эра смотрела на него несколько секунд и кивнула. Голос старика сначала дрогнул, но быстро выровнялся: — О, Луна, любимая песнь, Не оставь меня во тьме. Птички, несите мне весть С улиц золотого града… Песня растекалась по площади, странно спокойно, будто не имела отношения к происходящему. Люди переставали кричать. Один за другим. Голоса стихали. Тьма поднялась от земли, медленно, без рывка, обвивая людей. Они успокоились, страх уходил. Эра медленно подняла руку. Движение было коротким. Тела осели почти одновременно. Тишина вернулась быстрее, чем должна была. Песня оборвалась. Никто не почувствовал боли. Она опустила руку. — Это приказ, — произнесла она едва слышно. Слова, которые не требовали ответа. Пепел продолжал оседать. … Эра открыла глаза. Темнота снова была вокруг, привычная, почти спокойная. Но воспоминания о песне старика уходили. На смену им мысли устремились к настоящему. Она вспомнила Эрвина — его взгляд, его решения. Он тоже посылал людей на опасные задания, и многие погибали. Но он всегда пытался сохранить жизни там, где это было возможно. Он считал каждого важным, видел в них людей, а не просто инструменты. Эра впервые поняла: сила без сострадания делает тебя лишь орудием, а не защитником. Там она — Поглотительница, орудие короля. Здесь она — разведчик. Внутри зародилось сомнение. Теперь Эра могла выбирать, как использовать силу. И впервые это решение зависело не от приказа, а от неё самой.