I Wish You Both Were My Husbands / Я Хочу Чтобы Вы Оба Были Моими Мужьями

Горячие источники, о которых идёт речь, находились не в самой деревне, а дальше от пляжа, у подножия скалистых холмов. Если подняться повыше, эти холмы превращались в неприступные горы, а ручьи пресной воды, питаемые как снегом, так и погодой, извивались вниз, местами достигая самого пляжа. В других местах они собирались в каменистых местах, образуя предательски глубокие озёра. Некоторые из них были ледяными, что выдавало их происхождение от таяния снега. Но самые глубокие озёра нагревались естественным путём за счёт геотермальной активности ещё глубже. Столь уникальное место, с видом на живописное побережье, снежные вершины, виднеющиеся на горизонте, и чёрную, неподвижную воду рядом с дымящимися лужами, привлекало самых разных людей. Поэтому здесь было основано святилище, а позже и горячие источники, что сделало это место весьма прибыльным. Истории, которыми поделился старик Го, заинтересовали Шэнь Цинцю. Однако он не смог сразу же начать охоту за призраками. Пришла их кухарка с двумя маленькими детьми, которые как она заверила, будут вести себя тихо, как мышки. Обед, который можно было бы назвать восхитительным, если бы Шэнь Цинцю ранее не попробовал блюда Бинхэ, был подан ближе к вечеру. Шэнь Цинцю больше ничего не услышал от своего нового сотрудника и решил, что жилые помещения им понравились. Но он подозревал, что если у Фэй Фэй возникнут какие-либо проблемы, она без колебаний выскажет свои претензии. Бинхэ помог ему осмотреть сад и привести в порядок некоторые грядки, к большому ужасу Старика Го, который все время пытался выхватить лопату прямо из рук Шэнь Цинцю. Затем прибыли ученики корабельного плотника, уже уставшие после долгого рабочего дня, но заинтересованные новым проектом. Ребята, словно обезьяны, лазили по стенам главного дома и восстанавливали деревянную окантовку, пока она была в хорошем состоянии. Они обещали вернуться завтра с досками для ремонта и были очень рады получить по медной монете каждый. Фэй Фэй подсластила горшок и принесла каждому ученику по два запасных бао из кухни. Шэнь Цинцю наблюдал, забавляясь свирепым взглядом Фэй Фэй, словно подзадоривая Мастера Шэня бросить ей вызов за её щедрость. Шэнь Цинцю был занят другими делами, помимо борьбы со своим излишне раздражительным поваром. В главном доме оставалось несколько свитков, но разбитые оконные рамы пропускали много непогоды, и многие из них заплесневели и стали нечитаемыми. Он попытался спасти некоторые из них, аккуратно протерев бумагу спиртом-сырцом, а затем посыпав страницы меловой пылью. Они лежали на солнце в боковом доме, но только время покажет. Однако в хранилище нашлось несколько книг и свитков, оставленных предыдущими жильцами. Шэнь Цинцю просматривал их, пытаясь найти хоть какое-то объяснение этому разрушительному явлению. Хотя перемены в благосостоянии города произошли недавно, призрак мог находиться здесь уже давно. Возможно, это было одно из тех событий, которые случаются раз в сто шестьдесят лет: как раз достаточно, чтобы смертные свидетели вымерли, а любые истории превратились в неопределённые суеверия. Бинхэ предложил свою помощь, и Шэнь Цинцю поначалу поддался соблазну. Две пары глаз могли читать вдвое быстрее. Но потом он увидел записи мальчика по практике и приговорил его к двум дополнительным шиченям каллиграфии. Их маленькие ученики-кораблестроители вернулись на следующий день, и старший привёл с собой старшую сестру. Прошёл слух, что поместью требуется больше слуг, и девочку быстро наняли служанкой. Однако она жила с семьёй довольно счастливо, поэтому приходила рано и уезжала домой до ужина. Шэнь Цинцю был уверен, что они с Бинхэ достаточно аккуратны, и такое положение вещей их вполне устроит. Когда Шэнь Цинцю вошёл на кухню, чтобы сообщить Фэй Фэй, что комнаты других слуг останутся свободными на случай, если она захочет организовать игровую зону или комнату для учебы для детей, она бросила взгляд на суп, который приправляла, и потребовала назвать сумму арендной платы. — Как и за другую комнату, она включена в твою зарплату, — ответил Шэнь Цинцю. Грозная Фэй Фэй на мгновение отвлеклась, пытаясь сделать вид, что не плачет, поэтому Шэнь Цинцю воспользовался случаем и схватил сладкую рисовую лепёшку по пути к выходу. К тому времени для садоводства уже было слишком поздно. Шэнь Цинцю пришлось выплеснуть свою неуемную энергию на изготовление новых согревающих талисманов, пока Бинхэ исправно носил воду в ванной. Наконец, погрузившись в горячую воду и укрывшись за почти неповрежденной ширмой, Шэнь Цинцю обнаружил, что ему сложно расслабиться. — Бинхэ? — позвал Шэнь Цинцю. Через мгновение мальчик оказался по ту сторону экрана. — Что он может сделать для Шицзуня — Этот хозяин просто хотел обсудить планы. Мы отправимся после обеда. В конце концов, это горячие источники, так что, как новички в деревне, мы, вероятно, захотим осмотреть достопримечательности. Бинхэ с другой стороны одобрительно замычал. — У этого мастера заготовлено множество талисманов для экзорцизма. А когда мы избавимся от призрака, только представьте. У нас будет горячий источник практически на заднем дворе, — радостно представил Шэнь Цинцю. — Тебе больше не придётся таскать воду, и мы сможем просто отмокать в своё удовольствие. И, возможно, потребуется время, чтобы история с призраком выветрилась, так что ванны будут практически в нашем распоряжении. Он услышал, как мальчик втянул воздух. Да и чего он так разволновался? Уроки каллиграфии на сегодня уже закончились. * * * Как только они покинули деревню, Шэнь Цинцю повёз их обоих подальше от побережья. Пейзаж действительно резко изменился, и вскоре они уже шли по запущенной тропинке к очертаниям здания, частично скрытого за постоянным туманом и высокими кипарисами. Это явно было какое-то заведение с большими окнами и широкими воротами. Дерево было в лучшем состоянии, чем в арендованном Шэнь Цинцю доме, но здесь оно было лучше защищено от морского ветра и соли. Для бизнеса здесь было слишком тихо: не было ни приветственных фонарей, ни занавесок, ни света. Шэнь Цинцю постучал в дверь, но в ответ услышал лишь жужжание насекомых и слабый шум прибоя вдалеке. Шэнь Цинцю проверил дверь, и она легко открылась, словно ее недавно смазали. — Шицзунь, позволь! — Бинхэ пытался опередить его, но Шэнь Цинцю просто игнорировал его попытки. В самом деле, мальчик всё ещё рос и, конечно же, учился, почему он решил, что это его задача — первым войти в здание, где, возможно, водятся привидения? - Бинхэ будет вести себя хорошо, иначе его отправят обратно в поместье, — предупредил Шэнь Цинцю. Ему даже не нужно было упоминать о каллиграфии: Бинхэ хорошо усвоил этот урок и без дальнейших жалоб отставал от Шэнь Цинцю. Внутри дом тоже был прилично отремонтирован. Полированное дерево блестело вдоль стен, хотя тростниковые циновки под ногами были потёрты по краям и местами потрескались. Узкий коридор заканчивался просторной комнатой с большим столом регистрации. Горела единственная свеча, и слабый свет проникал сквозь окна, выходящие в сад. Над столом склонилась, сгорбившись, живая и дышащая женщина, изучая открытую книгу. Её тёмные волосы были выразительно уложены вокруг головы, а короткие косички обрамляли края и скреплены золотой шпилькой. Длинные ногти с маникюром судорожно постукивали по деревянной столешнице. Старая тростниковая циновка хрустнула под ботинком Бинхэ, и женщина внезапно вскинула голову, чтобы увидеть их. — Клиенты! Как великолепно! — радостно вскрикнула хозяйка заведения и выскользнула из-за стойки, чтобы поприветствовать их как положено. Бинхэ затаил дыхание, а Шэнь Цинцю напомнил себе, что нужно прочитать мальчику нотацию, когда они вернутся домой. Женщина средних лет была невысокого роста и одета в золотистый верхний халат из грубого шелка. Её толстый декоративный пояс тоже был прекрасен и расшит орхидеями, но был завязан чуть выше обычного. Вероятно, для того, чтобы халат не зиял, ведь у неё была самая огромная грудь, которую Шэнь Цинцю когда-либо видел. Шэнь Цинцю не удивился, увидев их, и обрадовался. Изгнание призрака очень пошло бы ей на пользу. Горячие источники, вероятно, сотворили бы чудо с её болью в спине. — Добрый день, мадам, — поприветствовал ее Шэнь Цинцю кивком головы, не отрывая своего чертового взгляда от ее лица, где ему и место. — Эти мастера приехали сюда, чтобы испытать волшебные целебные свойства древних горячих источников Биньчжэнь? — спросила мадам с едва сдерживаемым ликованием. Шэнь Цинцю помолчал. Горячие источники явно нуждались в клиенте. Прямой отказ мог бы помешать обмену информацией. — Возможно, позже, — мягко ответил Шэнь Цинцю, всё ещё чувствуя себя грубияном, когда лицо госпожи вытянулось. — Этот мастер недавно в Биньчжэне и хотел бы узнать больше об этом заведении. Может быть, за угощением? Ещё довольно рано, но если ваша кухня открыта… Энергия мадам восстановилась, и она подвела их к свободному столику с видом на небольшой, но ухоженный сад. — Одну минуточку, уважаемые господа, — пробормотала она, поклонившись, прежде чем исчезнуть в глубине зала. Хорошо, это даст ему возможность побыть с молодым учеником, которому нужно было напомнить о правилах приличия. — Бинхэ, независимо от положения человека в обществе, его семьи, средств к существованию, его внешности и черт, все заслуживают помощи заклинателей, работающих с демонами, призраками, яо или нежитью. И мы должны сохранять уважительное отношение и обращаться со смертными справедливо и доброжелательно. Мальчик кивнул, продолжая оглядываться. — Да, Учитель, — мягко произнес он, очевидно, все еще рассеянный. — Бинхэ, если ты еще раз посмотришь на грудь госпожи, то нарубишь дров для всей деревни, — пообещал Шэнь Цинцю. Это вывело мальчика из себя. Его лицо залилось румянцем, и он заикался, бегая глазами по сторонам, прежде чем наконец осмелился взглянуть в лицо своему учителю. — Учитель! — простонал он. — Этот ученик не туда смотрел! Этому ученику неинтересно смотреть на… это! — Интересы Бинхэ не имеют значения. Важно его поведение. Этого господина не волнует, что госпоже придётся опираться на трость, чтобы не упасть. Этот господин и его ученик будут относиться к ней с уважением, пока мы проводим расследование, — тихо предупредил Шэнь Цинцю, когда из-за спины появилась ещё одна женщина. Эта девушка явно была служанкой. Её одежда была аккуратной и чистой, и она почтительно опустилась на колени перед столом, прежде чем поставить чайный сервиз. Шэнь Цинцю вежливо улыбнулся и позволил ей налить им двоим. Она не выглядела нервной, как и положено молодой женщине, работающей в заброшенном, населённом призраками горячем источнике. — Эту служанку зовут Сун Хуэй. Госпожа сообщила ей, что у хозяев есть вопросы о горячих источниках? — скромно спросила она, опустив глаза. Странно, что госпожа сама не захотела им помочь. Шэнь Цинцю с трудом подавил желание неловко поёрзать. Возможно, сегодня его маска странствующего учёного была слишком уместна. Сюя был спрятан в укромном месте. Да и эти одежды были не в лучшем состоянии, но с призраками и духами не сражаются в лучшем виде! Шэнь Цинцю кивнул и отпил чаю. Чай был посредственным, но нищим или странствующим учёным с ограниченным бюджетом выбирать не приходилось. — Да, этот странствующий учёный интересовался местным фольклором. В Биньчжэне, похоже, есть интересные местные предания. Этот мастер уже давно слышал историю о Скованном Волной Быке и Водяной Фее. Чистейшая чушь. Когда Шэнь Цинцю наткнулся на эту историю в заброшенных свитках поместья, он был рад, что не позволил своему впечатлительному юному ученику помочь ему. — Но этот мастер слышал историю о горячих источниках и одиноком духе? — солгал Шэнь Цинцю. Госпожа Сун внимательно наблюдала за ним. Шэнь Цинцю откусил кусочек пирожного. Тесто было пресным, но бобовая начинка была восхитительно сладкой и делала чай гораздо вкуснее. — Эта служанка ничего не слышала об одиноком духе, но есть история, связанная с горячими источниками Биньчжэнь, — наконец сказала она. — Этот хозяин будет рад это услышать, — заверил её Шэнь Цинцю, указывая на Бинхэ. Мальчик послушно подвинул серебряную монету через стол к госпоже Сун. Мисс Сун быстро спрятала его в карман и принялась делиться своими знаниями. — За горячими источниками было святилище госпожи Юньхуа. Оно существует там с незапамятных времён. Старый монах умер некоторое время назад, но мы все поддерживаем святилище, потому что это приносит пользу бизнесу. Многие путешественники проезжают мимо, чтобы воспользоваться горячими источниками и помолиться госпоже Юньхуа о помощи в борьбе с бесплодием, — девушка покраснела от этого простого упоминания. Шэнь Цинцю кивнул, показывая, что он слушает, и взял еще одно маленькое пирожное. — Но несколько лет назад пьяный дворянин посетил святилище и устроил там неподобающую вечеринку. Он разбил статую на алтаре госпожи Юньхуа, — сказала госпожа Сун. В её голосе слышалось искреннее разочарование. Возможно, Юньхуа была не только туристической достопримечательностью, но и чем-то вроде божества-покровителя Бичжэня. — Вместо того, чтобы рассказать нам, что он сделал, и позволить нам попытаться починить, он собрал осколки статуи божества. Эта служанка упомянула, что он был пьян, да? — неуверенно спросила девушка. — Да, мисс Сун действительно об этом упоминала, — успокоил ее Шэнь Цинцю. — Да, он, напившись, решил спрятать сломанную статую, и местом для этого он выбрал сами горячие источники, — сказала она, все еще явно раздраженная пьяными выходками этого мужчины. — Значит, сломанную статую не нашли? — подсказал Шэнь Цинцю. — О нет, мы все прекрасно знаем, где это. Это в главном бассейне, в горячих источниках. Вода довольно прозрачная, каждую деталь можно хорошо рассмотреть. Шэнь Цинцю замер. Он взглянул на Бинхэ, пытаясь понять, не упустил ли тот чего-нибудь, уничтожая предложенные сладости. Его ученик выглядел таким же растерянным, как и он сам. — Но, госпожа Сун, почему бы просто не снять детали с пружин и не починить их? — наконец спросил Шэнь Цинцю. — Из-за проклятия матери или благословения, в зависимости от вашего взгляда на такие вещи, — сказала мисс Сон, бросив взгляд на стойку регистрации, к которой мадам еще не вернулась. Бинхэ взял одно из яиц, полученных из горячего источника, и начал осторожно чистить его для своего учителя. Мисс Сонг добавила: — Яйца готовятся в наших собственных горячих источниках, и проклятие на них не переходит. Их совершенно безопасно есть! — Прекрасно, — ответил Шэнь Цинцю, когда Бинхэ замедлил чистку. Шэнь Цинцю перевёл взгляд с яйца на рукава Бинхэ, и, к счастью, мальчик всё понял. — Прошу прощения, госпожа Сун. Этот мастер просто не понимает, почему никто не выловит осколки из источников, чтобы можно было починить Юньхуа. Госпожа Сон отчаянно покачала головой. — Никто не осмеливается. Госпожа считает это благословением, а все слишком глупы, чтобы это заметить. Госпожа оплатила плакаты с рекламой горячих источников Биньчжэнь по всей дороге до столицы. Но, как видят уважаемые мастера, этот план не принёс особых плодов. Действительно, поскольку Шэнь Цинцю никогда раньше не слышал об этом месте, книготорговец рассказал ему о желании своего сына арендовать эту недвижимость. — В чем именно, госпожа Сун, заключается проклятие матери? — прямо спросил Шэнь Цинцю. — Ну, — пробормотала госпожа Сун. Шэнь Цинцю внимательно наблюдал за ней, пока она суетливо шевелила руками в рукавах. — Уважаемые господа видели госпожу, не так ли? — Да, этого мастера приветствовала Госпожа, — подтвердил Шэнь Цинцю. — Это с ней горячие источники так сделали, — сказала мисс Сон и неловко махнула рукой себе на грудь. Ого. Чёрт возьми. Шэнь Цинцю на мгновение замолчал. — Но проклятие наверняка не подействует на мужчин? — спросил Бинхэ через стол. Мисс Сон энергично покачала головой. — Она меняет каждого, кто в неё входит, даже если человек просто окунулся в неё. Чем дольше воздействие, тем значительнее последствия. Поэтому теперь никто, даже бессмертные практикующие, не осмелится войти в воду. — А госпожа? — попытался украдкой спросить Шэнь Цинцю. — Мадам купалась в источниках каждое утро, пока не достигла своих нынешних размеров, — подтвердила мисс Сон. — Этот Мастер начинает понимать проблему. — Шэнь Цинцю допил чай и позволил Бинхэ наполнить ему чашку. Желание спрятать голову в руках было сильным, но он не торопился, чтобы обдумать этот вопрос. Подобные глубокие телесные изменения были мощным проклятием или, как предположила мисс Сун, имели божественную природу. И хотя отсутствие горячих источников лишало город большей части дохода, госпожа почему-то была довольна таким развитием событий? — Значит, даже если бы существовала возможность вернуть статую Юньхуа и отремонтировать ее, Мадам не позволила бы этого? — спросил Шэнь Цинцю, чтобы убедиться, что он правильно понял. Госпожа Сон помолчала, прежде чем ответить. — Госпожа действительно считает это божественным благословением, но теперь она также понимает, что это вредит бизнесу и вредит Бичжэню. Если бы существовал способ это исправить, госпожу, вероятно, удалось бы убедить — Что ж, если госпожа Сун сможет убедить её, этот Мастер разработает план, как добыть фрагменты Юньхуа, не соприкасаясь с высокоактивной водой, — кивнул Шэнь Цинцю. Это должно было быть просто планирование. Они могли бы накрыться промасленной тканью и отправить Сюя под воду, чтобы загнать фрагменты в большую сеть. Биньчжэнь был рыбацкой деревней, и сеть и промасленную ткань было бы легко раздобыть. Госпожа Сун выглядела ошеломлённой, и Шэнь Цинцю решил выдать секрет. — Этот мастер тоже увлекается самосовершенствованием, — бросил он взгляд на Бинхэ, когда мальчик нетактично фыркнул. — А этот рассчитывает, что с небольшой подготовкой проблема будет решена без проблем. Госпожа Сон склонила голову так, что коснулась пола. — Как зовут достопочтенного господина, который спасёт Бичжэня? Что ж, теперь скрывать было нечего. Он подписал документы об аренде своим настоящим именем, дал его новым слугам и даже не потрудился придумать псевдоним. Что, в общем-то, было неплохо. Вряд ли лорд Юэ стал бы его искать. Когда потрясение пройдёт, он поймёт, что всё к лучшему, и что Шэнь Цинцю решил все его проблемы, исчезнув. — Это Мастер Шэнь, — ответил он и плавно поднялся. — Не будет ли госпожа Сун столь любезна позволить этому мастеру и его ученику осмотреть зараженные горячие источники? Чтобы разработать безупречный план, мы должны учесть все возможные обстоятельства. * * * Вернувшись в поместье, Шэнь Цинцю допрашивал своих сотрудников о горячих источниках. Они повторили ту же историю, немного приукрасив её. Фэй Фэй была убеждёна, что госпожа и пьяный дворянин были в сговоре, и проклятие богини было связано с этим, а не со случайно разбитой статуей. Яйца, сваренные в горячих источниках, которые Бинхэ стащил из их трапезы, не дали никаких дополнительных улик. От них не исходило ни капли демонической ци или энергии злобы. Бинхэ даже осмелился откусить одно без каких-либо последствий. После ужина Шэнь Цинцю занялся созданием новых талисманов. Талисман призыва был невозможен: с кромки воды было непонятно, из какого камня сделана статуя, да и госпожа Сун тоже не знала. И уж точно ему не хотелось призывать всех этих чертовых смельчаков в горячих источниках. Территория вокруг горячих источников была достаточно простой, чтобы их первоначальный план остался в рамках плана А: деревянные дорожки вели к отшлифованному камню, а затем к живописно расположенным скалам, эффектным клёнам и сдержанной зелени. Обычные деревянные скамейки, табуретки и вёдра были разбросаны повсюду, и Шэнь Цинцю попросил убрать всю мебель перед попыткой спасти статую, но оставить вёдра. Он также попросил Старика Го и Фэй Фэй починить как можно больше вёдер, которые они найдут в хранилищах или на территории поместья. Как-то раз, уговаривая Фэй Фэй сотрудничать, он пообещал научить её детей, мальчика и девочку шести и пяти лет, читать и писать. Чтобы безопасно нести осколки, понадобится много вёдер, и Сю Я тоже, ведь её нужно будет тщательно вымыть, прежде чем Шэнь Цинцю снова сможет спокойно держать её в руках. Утром они закажут клеёнки у корабельного плотника. Шэнь Цинцю подготовил несколько защитных талисманов на всякий случай, но их эффективность была сомнительной, поскольку они были предназначены для отражения мощной атаки, а не нескольких капель воды. Если по какой-то причине у Сю Я возникали проблемы в воде, он пытался с помощью талисмана сбросить обломки статуи на мелководье, чтобы их было легче выловить сетью. А если нынешний талисман сломается, третьей идеей Шэнь Цинцю было просто выловить их. Он видел, какими большими бывают крючки для ловли морской рыбы; казалось, что он сможет за что-нибудь зацепиться. На то, чтобы раздобыть и привести в порядок клеёнку, толстые перчатки, длинное весло, удочку с крючками и целую армию вёдер, ушла почти неделя. К тому времени вся деревня уже прослышала, что новый хозяин поместья – культиватор, намерен решить их проблему с горячими источниками, и люди останавливали его на улице, чтобы либо горячо поблагодарить, либо предупредить об ужасной, постыдной силе горячих источников. Это, конечно, замедлило их работу, но зато позволило им заключить несколько выгодных сделок. Наконец, они прибыли к горячим источникам Биньчжэнь, чтобы достать сломленную фигуру Юньхуа. Госпожа была ошеломлена, увидев их и весь их неуклюжий багаж, но сама повела их к горячим источникам. — В этом плане спасибо Мастеру Шень, — сказала она со слезами на глазах, отступая назад и наблюдая за работой культиваторов. Сначала они установили два промасленных паруса в качестве аварийных станций. Если бы что-то неожиданно взволновало воду, они, вероятно, могли бы спрятаться за ними, пока вода не успокоится. Затем они закрепили сеть на мелководье, сначала закрепив края, а затем аккуратно забросив её в воду. Чтобы подготовиться, они обернули волосы банданами. Этот стиль выглядел нелепо, но позволял спрятать все выбившиеся волосы. Затем они надели два слоя промасленных пончо: одно с вырезами, похожими на рукава, и одно побольше поверх. Перчатки надели после того, как Шэнь Цинцю раздал Бинхэ дополнительные талисманы, и они оба активировали свои потенциально ненадёжные талисманы-щиты. — Господин Шэнь действительно подготовился, — сказала мадам со своего наблюдательного пункта на деревянной веранде. — В самом деле. Цель этого мастера — решить проблему раз и навсегда, — сказал Шэнь Цинцю, притворяясь нелепым. Неудивительно, что никто из заклинателей не захотел помочь, всё это было слишком неловко. Не тратя времени на церемонию, Шэнь Цинцю создал печать меча, чтобы призвать Сю Я. Он тренировался в громоздких перчатках и чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы грациозно перемещать её, словно лопату, под водой. — Нет причин для дальнейшего откладывания, — сказал Шэнь Цинцю и, когда Бинхэ был на месте с ведрами, отправил Сю Я в воду. Сначала она двигалась без усилий, но, когда она погрузилась, вода создала оптическую иллюзию, поэтому следить за клинком было сложно. Шэнь Цинцю пришлось отправить её обратно к первому фрагменту, а затем развернуть боком, чтобы начать толкать. Но как только Сю Я коснулась статуи, Шэнь Цинцю потерял контроль. Он попытался наложить ещё одну печать, чтобы вернуть её, но она фактически погибла в воде после контакта с фрагментом божественной статуи. Бинхэ с тревогой посмотрел на клинок своего учителя, безжизненный под проклятой водой. — Не волнуйтесь, мы подготовились к такому развитию событий, — предупредил Шэнь Цинцю и приготовил новую печать. Его первый бросок был немного неудачный, но печать задела один из больших камней, коснувшись поверхности воды. Эффект был мгновенным, и оттуда поднялись волны, прижимая множество обломков ближе к мелководью. Бинхэ веслом направил более мелкие обломки, уже попавшие в течение, в сеть. Даже Сю Я начал отступать к мелководью. Шэнь Цинцю приготовился и запустил ещё один талисман, но сделать это в перчатках оказалось сложнее, чем он предполагал. Этот талисман упал в воду, и хотя поначалу от него поднялась небольшая волна, чернила растеклись, и талисман слишком быстро испарился, чтобы быть эффективным. Шэнь Цинцю снял перчатку, чтобы легче было доставить талисман туда, куда нужно. Он проигнорировал резкое дыхание Бинхэ и снова бросил, ударив по другому камню, который стал якорем, а край бумаги коснулся воды, что быстро создало сильное течение. — Как дела? — спросил Шэнь Цинцю, возвращаясь к сетке. Почти все мелкие осколки и несколько крупных уже благополучно угодили в неё. — План Шицзуня работает отлично, — похвалил его Бинхэ, но мудро продолжил следить за своей работой, аккуратно загоняя веслом в сетку дрейфующие по направлению к нему осколки, не вызывая при этом ничего, кроме ряби. — Отлично, но будьте бдительны. Любая маленькая ошибка может привести к провалу, — предупредил его Шэнь Цинцю, возвращаясь к краю бассейна. Последний талисман изнашивался, и он готовил следующий. Он бросил талисман, и даже без перчатки он промахнулся. Талисман зацепился за камень слишком высоко и не генерировал ток, поскольку не было воды, чтобы активировать его. Шэнь Цинцю вздохнул и приготовил новый, который угодил точно в цель, продолжая подталкивать оставшиеся осколки всё ближе и ближе к сетке. Последний неудавшийся талисман соскользнул с мокрого камня и вместо того, чтобы полностью упасть в воду и быть вытертым, прилип к влажному активному талисману под ним. Вода тут же вскипела, и волна выше человеческого роста обрушилась через край, прежде чем Бинхэ успел поднять взгляд. — Шицзунь! — крикнул мальчик, не видя нигде своего хозяина. — Чёрт побери! — пробормотал Шэнь Цинцю, вставая из воды, промокший насквозь и чувствуя себя ужасно некомфортно во всех этих теперь бесполезных слоях одежды. — О, мастер Шэнь, вам лучше побыстрее уйти, — предупредила мадам со своего безопасного места. Шэнь Цинцю схватил Сю Я и два оставшихся фрагмента, пока шёл к краю. — Госпожа, не мог бы этот мастер попросить у вас полотенца и сухой халат? — рыкнул Шэнь Цинцю, и она быстро повиновалась. Шэнь Цинцю отмахнулся от Бинхэ и забросил оставшиеся осколки в сетку. — Пусть этот хозяин вытащит его, так как больше не нужно беспокоиться о том, что этот прикоснется к воде, — приказал Шэнь Цинцю и напомнил себе, что не следует отмахиваться от мальчика, чтобы случайно не плеснуть на него водой. — Иди и встань за защитными экранами, — добавил Шэнь Цинцю, вытаскивая сеть с мелководья. Мальчик с благодарностью послушался, хотя и выглядел готовым расплакаться. Он снял пончо и верхнюю одежду, выжимая рукава на мелководье, прежде чем начать собирать обрывки сети и складывать их в вёдра. Бедняжка Сю Я получила своё собственное ведро. Шэнь Цинцю хотел чем-то заняться, чтобы не обращать внимания на тепло и покалывание в груди. Но после того, как все осколки благополучно высохли в вёдрах, оставалось лишь ждать чистую одежду. — Как только они высохнут, мы ополоснем их в ручье, — напомнил ему Шэнь Цинцю. — А как же Шицзунь? — печально спросил Бинхэ. Шэнь Цинцю вздохнул: — Как только прибудут новые одежды, посмотрим, насколько серьёзны повреждения. Вскоре прибыла мисс Сон с корзиной полотенец, свежими халатами и ширмой. — Господину Шэню следует просто оставить свои одежды сушиться на ширме. Эта служанка позаботится о том, чтобы их постирать, как только их можно будет безопасно брать в руки, — сказала мисс Сон, послушно передавая ему полотенца из-за ширмы. Шэнь Цинцю хмыкнул в ответ. Как только он снял мантию, стало слишком очевидно, что проклятие его изменило. Его гладкая, слегка рельефная грудь теперь… колыхалась. Он ничем не мог сравниться с достоинствами госпожи, но, опустив взгляд, он, несомненно, увидел две соблазнительные груди. Он энергично вытер волосы полотенцем, прежде чем надеть одолженную мантию, стремясь скрыть это ненормальное зрелище. Верхняя куртка была приятным дополнением, и Шэнь Цинцю небрежно застегнул её, прежде чем выйти из-за ширмы. — Этот человек сожалеет о несчастьях господина Шеня, — тихо сказала мисс Сон, как только он появился. — Этот мастер принесет статую кузнецу, как только фрагменты высохнут и будут ополоснуты, — процедил Шэнь Цинцю сквозь стиснутые зубы. — Благодарю Мастера Шена за его самоотверженность перед лицом проклятия матери, — ответила мисс Сон, опустив глаза. Бинхэ присоединился к ним, как только его учитель высох и переоделся. Похоже, урок, полученный ранее, засел в памяти, поскольку Шэнь Цинцю не заметил, как мальчик блуждает по сторонам. — Госпожа Сун упомянула, что другие пытались забрать фрагменты статуи, — подсказал Шэнь Цинцю. — Да, но они потерпели неудачу там, где Мастер Шэнь преуспел. Похвала ничуть не подняла настроение Шэнь Цинцю. — Разве другие не пострадали от проклятия, когда пытались это сделать? — Да, мастер Шэнь, все, кто пытался это сделать, были прокляты, — послушно ответила мисс Сун. — Этот мастер заметил, что мужчины в деревне не ходят, явно пораженные проклятием? Так знает ли госпожа Сун, как снять последствия проклятия матери? — спросил Шэнь Цинцю, стараясь говорить спокойно, несмотря на сильное разочарование. Госпожа Сун покраснела и продолжала смотреть вниз. — Отвечая Мастеру Шэню, да, эта служанка знает, как снять проклятие. К сожалению, Мастер Шэнь, оно снимается так же, как это делают матери. Его вызвала божественная сила, и избыток божественной энергии должен быть изгнан. — Пожалуйста, госпожа Сун, этот мастер уверяет вас, что имеет опыт в обращении со многими проклятиями и противоядиями к ним. Что именно нужно, чтобы изгнать духовную энергию из… пораженной области?— Пожалуйста, не допускайте парного совершенствования, пожалуйста, не допускайте парного совершенствования. — Точно как у матери, мастер Шэнь. Рот, как у младенца, но не настоящий младенец, потому что нет молока. Рот должен… соприкоснуться и извлечь божественную энергию. Через кончик,— пробормотала мисс Сун, глядя в землю. Чёрт возьми. Кто-то должен был высосать всю божественную энергию из его ненужных сисек? — Этот мастер понимает, — вежливо сказал Шэнь Цинцю, хотя ему сейчас очень хотелось перевернуть стол и закричать. —Пойдем, Бинхэ! — крикнул он, выбегая из горячих источников в одеянии, неприятно тесным в груди. * * * Одеваться на следующее утро было невероятно неловко. Одеяние уже не сидело как надо. В прибрежной деревне было, конечно, прохладнее, чем в столице. Так что несколько дополнительных слоёв одежды были оправданы и могли помочь прикрыть неудобные вещи. — Бинхэ, — позвал своего ученика Шэнь Цинцю, как только тот закончил одеваться. — Шицзунь? — появился мальчик и нырнул в комнату, как только увидел, что Шэнь Цинцю полностью одет. — Этот мастер хотел бы узнать мнение Бинхэ. — У Шэнь Цинцю было всего одно маленькое бронзовое зеркало. Оно было недостаточно большим, чтобы отразить всю картину. Но он считал, что неплохо скрыл свои новые, совершенно нежелательные черты лица. Обернувшись, Шэнь Цинцю, взглянув на бледное лицо Бинхэ, понял, что тот справился не так хорошо, как ему казалось. Он посмотрел на его грудь, и, конечно же, там что-то было, но слои одежды плотно облегали и всё остальное тело. Просветов не было, и он решил, что его силуэт будет казаться чуть более округлым. Что было вполне понятно, ведь теперь он был хозяином собственного поместья и у него был повар, который кормил его три раза в день! — Может быть, Шицзунь захочет надеть еще один слой одежды? — спросил Бинхэ, открывая шкаф и начиная перебирать несколько оставшихся платьев.