Падение

- Никогда не думал, что скажу это, но ради всего святого, Микаэль, перестань прятаться в своём кабинете, как маленький ребёнок и выйди уже!!! У нас собрание, которое между прочим ты запланировал и всем угрожал распятием за неявку!         Фелония была в не себя от злости, потому что из-за их взбунтовавшегося начальника, решившего включить пубертатного подростка, она чертовски сильно опаздывала в участок!  Между прочим на работу, которая позволяла покрывать все незаконные закидоны, которые умудрялись наворотить астрейцы на каком-нибудь очередном задании.   - Скажи всем, что сегодняшнее собрание отменяется, мне нужно подготовиться к встрече.    - Кто бы послушал, подчинённый уговаривает начальника пойти поработать! Имей же совесть! Я по твоему пёрлась сюда чтобы услышать «Сегодня собрания не будет»?   - Фелония, я сказал, что сегодня собрание отменяется. Скажи всем, пусть продолжат заниматься своими заданиями, потом мы обсудим имеющуюся у нас информацию.   - Ты издеваешься?!?!         Несколько раз сильно ударив в дверь кулаком и громко выдохнув Фелония развернулась на каблуках и прежде чем уйти уже тише добавила:   - Хорошо. Я сообщу, мы ребятки самостоятельные. Но, Микаэль... Если тебя что-то тревожит, ты всегда можешь поделиться, не стоит держать всё в себе. Это разъедает изнутри.   Микаэль услышал отдаляющиеся шаги и тяжело вздохнул.   Наконец-то он остался один на один собой и своей проблемой.   Это какой-то бред. Это не может быть правдой. Такого не могло произойти с ним!         Но сколько не отрицай, факт остаётся фактом. Микаэль сидит  запершись в своём кабинете со стояком, причиной которого стал первый в его жизни эротический сон. И к сожалению участник этого сна сейчас едет к ним в агентство, потому что архангел обещал пообщаться на счёт предстоящей работы и ввести в курс дела их нового информатора.  Откинувшись на спинку своего рабочего кресла, он прикрыл глаза, слегка сжав переносицу, пытаясь привести себя в чувства.          Но стоило погрузиться в эту темноту, как перед глазами начали всплывать картинки, которые ангел пытался выбросить из головы.   - Скажи мне, чего ты хочешь.         Низкий, хриплый от возбуждения голос будоражил сознание. Горячее тело вжимало Микаэля в холодную стену, создавая контраст температур и мурашки, что покрывали кожу.         Влажные губы, такие манящие, нежно коснулись мочки, затем переместились чуть ниже, переходя на шею и ловя трепетно бьющуюся вену так яростно отвечающая на желанные прикосновения.    С губ ангела сорвался тихий, томный стон.          Его ноги нагло раздвинуло чужое колено, слегка надавливая на возбуждение, которое предательски выдавало Микаэля и его желания.         Продолжая дразнить, Малек мазнул губами по линии челюсти, добираясь до губ и замирая в паре миллиметров. Ловя влажное, сбившееся дыхание, наслаждаясь тем, как ведёт его любовника, мужчина слегка отодвинулся, чтобы посмотреть в эти невероятны, голубые глаза.          Глаза, что сейчас были затянуты дымкой вожделения и говорили громче любых слов.         Большим пальцем мужчина очертил нижнюю губу, надавливая на неё чуть сильнее, вынуждая слегка приоткрыть рот.          Каждое действие Малека провоцировало незнакомые для ангела реакции тела. Оно тянулось к мужчине напротив и жаждало его с такой силой, что было страшно. Но совершенно не хотелось противится этому порыву.         Вторая рука коснулась шеи, а затем поскользила вниз, лёгкими касаниями очерчивая манящие изгибы и останавливаясь на упругих ягодицах. Сжимая их, Синер вновь потянулся к пухлым губам, с которых сорвался жалобный скулёж.         Микаэль плавился от каждого касания, тянулся к ним, хотел больше. Он так страстно желал почувствовать наконец эти губы на своих, хотел разделить дыхание на двоих.   - Чего ты хочешь, Микаэль?         Эта искушающая улыбка и бархатный голос сводили с ума. Мысли путались, а сконцентрироваться, чтобы сформулировать внятное предложение было невероятно тяжело.   - Тебя.    Мужчина вновь приблизился, почти касаясь губ ангела.   - И что ты хочешь, чтоб я сделал?          Изнывая от желания и нетерпения Микаэль тихонечко захныкал, впиваясь дрожащими пальцами в широкие плечи Малека.   - Поцелуй. Поцелуй меня. Пожалуйста.         Последнее слово потонуло в тихом стоне, ведь в эту же секунду в его рот впились горячим, страстным поцелуем. Покусывая, а затем слегка посасывая нижнюю губу, Малек не сдержал победную ухмылку. Добравшись до желанных уст, он больше не мог оторваться. Сминая, ловя сладкие стоны слетающие с них. Это был не поцелуй, а всепоглощающая страсть, что накрывала с головой обоих. Но один был змеем искусителем, а второй жертвой пленённой его чарами.   - Такой сладкий...невинный...мой         Каждое слово будто выжигалось где-то на подкорке, а в груди концентрировалось тепло, от которого хотелось растаять. И телом, и разумом ангел стремился к этому мужчине.  Хотел быть с ним, хотел его.   - Твой   Тяжело дыша они смотрели друг на друга, не в силах отвести взгляд.    - А чего ты хочешь сейчас?    Хватит!          Микаэль раздражённо тряхнул головой, отгоняя яркие картинки. Его щёки, уши и шея пылали, а возбуждение стало лишь крепче. Чёрт! Кажется сотрудничество будет тяжёлым.          Архангел начал дышать глубоко и медленно, чтобы вернуть себе самообладание и успокоить мысли, норовящие вернуться к тем будоражащим картинкам.         Погрузившись в медитацию мужчина не заметил как быстро пролетело время. Из глубин сознания его вырвал стук в дверь и последовавший за ним голос с лёгкой ленцой.   - Добрый день, Микаэль. Могу я войти?          Ещё раз глубоко вдохнув и выдохнув ангел вернул себе маску спокойствия. Тихонько прокашлявшись, чтобы избавиться от хрипотцы, ангел заговорил.   - Прошу, Малек, входите.         Микаэль отметил, что заходя в кабинет профессор выглядел чем-то довольным. Прежде чем впиться своим хищным взглядом в владельца кабинета, Синер решил осмотреть помещение. Что-то про себя отмечая и кажется подтверждая определённые догадки, Малек одобрительно кивнул.    - Ваше рабочее пространство определённо выглядит подстать вам. Невероятно сдержано, но со вкусом. Полагаю как и у вас, здесь хранится множество секретов.          Микаэль хотел сбежать. Каждое слово в устах этого мужчины превращалось в двусмысленный намёк. И хоть ангел привык к интересу в сторону своей персоны со стороны как смертных, так и немногих бессмертных, так нагло обольщать его никто и никогда не пытался. Да и сам Микаэль не обращал на них внимание, ему казалось это глупым, а те несчастные до боли неинтересными.  Но Малек заставлял трепетать всё его существо одним лишь своим присутствием.    Нужно взять себя в руки, в конце концов он профессионал!    - Полагаю, если мы окажемся в вашем кабинете, я смогу сказать то же самое?    - О, я с удовольствием приглашаю вас к себе. Приму без очереди, у меня довольно большая барная коллекция, думаю мы сможем провести время весьма занимательно.   -Давайте перейдём к делу, ради которого, собственно, вы приехали.   Придав голосу бесстрастности, Микаэль был намерен вернуть их встрече её изначальный, рабочий, характер.   Встав со своего рабочего кресла и развернувшись к окну, ангел решил начать их разговор.   - Прежде чем я введу вас в курсе дела, мне следует оговориться, что я не смогу предоставить полный объём информации, которой мы владеем. В первую очередь это делается для вашей же безопасности, в случае каких либо непредвиденных и опасных ситуаций. А также для того, чтобы обеспечить конфиденциальность нашего дела, если у вас информацию попытаются вытянуть.   - Боитесь, что я разболтаю ваши рабочие секретики? Пожалуй, могу понять ваше беспокойство. Но спешу заверить, к любой информации полученной от вас я буду относиться с пометкой «особо секретно». Не стоит недооценивать человека, что посвятил себя профессии сопряжённой с таким словосочетанием, как «врачебная тайна»         Почему то эти слова вызвали у Микаэля лёгкую, но искреннюю улыбку. Какой же этот мужчина невозможный. Пытается втереться в доверие потому что пытливый ум жаждет познать новое или же важно, чтобы ему просто доверяли? Он буквально соткан из противоречий.   Слегка покачав головой архангел развернулся к Малеку.   - Не принимайте на свой счёт, но я действительно не могу поделиться с вами некоторыми вещами, потому что это может быть сопряжено с риском, а я не хочу, чтобы невиновные люди страдали по моей вине, в особенности вы.   - В особенности я?    - Конечно, мы же теперь с вами коллеги.         Малек театрально вздохнул, и понуро опустил голову, но на долго его не хватило. Устремив на Микаэля свой хитрый взгляд и выгнув бровь Синер ответил, не скрывая довольства.   - Знаете, ваше ледяное спокойствие распаляет во мне дьявольский интерес.         Сделав на встречу шаг, а затем ещё и ещё один, мужчина остановился прямо напротив ангела. В рамках приличия их современного общества стоять так близко друг к другу было не то чтобы неправильно, скорей уж слишком интимно. И хоть Микаэль никогда не жаловался на рост, но сейчас ему пришлось слегка задрать голову, чтобы смотреть собеседнику в глаза.   - И если вы думаете, что не реагируя на меня сможете потушить интерес, что разгорается внутри, то вынужден вас огорчить.   Нарушая все мыслимые и немыслимые границы, Малек прошептал почти в самые губы.   - Это лишь больше будоражит мысли и чувства.         Словно агнец на заклании, архангел покорно стоял, не смея издать даже звука. Всё его существо превратилось в натянутую струну, казалось прикоснись к нему и он мгновенно сдастся без боя, лишь бы унять это волнение, это сердце, что предательски билось с каждой секундой всё быстрее, яростнее. Будто стремилось пробить грудную клетку и выпрыгнуть в руки мужчины напротив.         Рука профессора ласково, почти невесомо коснулась ангельской щеки, слегка поглаживая нежную кожу. Скользнула ниже, очерчивая линию челюсти и останавливаясь на подбородке. Каждое его касание аккуратно, но в нём чувствуется власть, сила, а также желание подчинить.  И если быть честным, подчиниться хотелось.         Собрав всю волю в кулак, Микаэль положил свои ладони на широкую, крепкую грудь, и мягко, но настойчиво отстранил мужчину.   - Вам не кажется, что это переходит все границы?    Голос сорвался на шёпот.    Синер отступил, позволяя ангелу облегчённо выдохнуть и хоть немного привести свои мысли в порядок.     - Мне кажется что нужно быть честным с самим собой. Это моё главное правило. И порой оно нарушает пресловутые порядки этого мира.         Его взгляд стал серьёзным. Кажется за этими словами крылось нечто большее. Как будто он пытался сказать что-то важное, но не мог сделать это в лоб. Либо это вновь была игра воображения.         На какое-то время в кабинете повисло молчание. Но каждый проживал его по своему. Один выжидающе наблюдал за ангелом, другой пытался переосмыслить что только что произошло  и почему так сильно напоминает тот самый сон, что стал для него утренним кошмаром.   - Пожалуй я согласен на некую в недосказанность в нашей работе, но искренне хочу надеяться, что однажды вы решитесь довериться мне. Я подожду.   Микаэль ничего не ответил. Внутри был настоящий хаос, который теперь не усмирить.          Не дожидаясь ответа Синер прошёл к дивану стоящему у стены и вальяжно развалился на нём. Поза его была открытой, ноги стояли довольно широко. В голову несчастного ангела пришла шальная мысль, что между них довольно удобно расположиться, особенно стоя на коленях.    В который раз прикрыв глаза и глубоко вдохнув Микаэль досчитал до 10 прежде чем обратиться к их новому информатору.   - Всё, что я сейчас расскажу, должно остаться в стенах этого кабинета. Делясь даже этой информацией, я подвергаю вас и свою команду определённому риску.   В ответ он получил молчаливое согласие.   - Как вы понимаете, символ и информация связанная с ним являются частью определённого религиозного течения.   Сделав паузу, директор агентства продолжил.   - Я бы даже назвал их сектантами.   - Потому что верят и поклоняются не общепризнанному идолу, а кому-то, кого избрали себе богом сами?    В голосе профессора сквозил насмешка, кажется его это забавляло.   - Мне казалось, будто вы говорили, что открыты к новой информации и хотите познать больше, чем могут другие ваши коллеги?   Малек поднял руки в примирительном жесте, будто говоря «сдаюсь».   - Я хотел сказать, что этот культ и его последователи поклоняются некому Зверю, что по приданию несёт погибель миру. Вы можете не верить в это, отрицать и считать нас всех помешанными фанатикам, но одно остаётся неизменным, эти культисты приносят своему ложному богу человеческие жизни в жертву.    - И даже если всё это бред и никакого Зверя не существует, им это не объяснить, а значит не убедить прекратить это безумие.   - И только сумев понять, что значит этот символ и как связаны между собой жертвы, которых выбирают для обряда, вы сможете прервать череду убийств, так?   Голос Малека звучал спокойно, как будто не ему только что рассказали про зверства, что творят помешанные и от того жестокие люди.    - Абсолютно верно.   - Что ж, этой информации для начала вполне достаточно.    Малек поднялся, поправляя мелкие складки образовавшиеся на брюках, и внимательно посмотрел на Микаэля.   - Я сосредоточу всё своё внимание на этом деле, задействую связи среди историков и экспертов, специализирующихся на сектантах. Думаю, собрав в единую картину всю информацию, мы сможем понять, чем руководствуются культисты при выборе жертв, и прервать эту кровавую жатву.    - Благодарю.   - А теперь прошу меня простить, но я вынужден откланяться. Сегодня меня ожидает сессия с очередным несчастным.    Взгляд его вновь приобрёл те игривые искры, что плясали каждый раз, когда он смотрел на свой объект страсти.   Обведя взглядом изящные изгибы и добравшись до лица молодого мужчины, Малек слегка прищурившись сообщил.   - Конечно ничто не сравниться с временем проведённым в вашем обществе, но не в моих правилах нарушать сделки.    - Тогда идите. Не смею вас задерживать.         Хотелось вложить свой голос достаточно ледяного спокойствия и строгости, чтобы остудить пыл наглеца.  Гордость, что обычно не вступала в конфликт с милосердием и благородством, сейчас билась в агонии, обнажённая и уязвимая. Казалось, будто одно только существование Малека было угрозой для благочестия Микаэля. Как будто он был создан для того, чтобы затянуть ангела в пучину греха, разбудить все самые порочные желания, сбить с праведного пути и попросту свести с ума.   - Я свяжусь с вами, как только узнаю что либо. Даю слово, что постараюсь это сделать как можно быстрее.   - Не сомневаюсь. Всего доброго, Малек.    - До скорой встречи.         Мужчина покинул кабинет, оставив после себя полнейший раздрай в душе и мыслях. Кажется он серьёзно настроен добраться до ангела и его потаённых желаний.    Тяжело осев в кресло Микаэль позволил себе дать волю эмоциям и со стоном закрыл лицо руками.   - Дай мне сил и терпения выдержать это испытание.          Спустя несколько часов в «Астрею» вернулись остальные её жители. Не сговариваясь, все направились в гостиную, ожидая своего начальника и надеясь, что в этот раз собрание таки состоится. Микаэль не заставил себя долго ждать, появляясь на пороге и окидывая взглядом всех собравшихся.    - Прошу прощения за утренний инцидент, надеюсь, вы не в обиде за случившееся.   - Не особо. Всё же тебя ждала очень важная встреча.   Видимо, Давид совершенно потерял страх, раз так открыто издевается над архангелом.    - Надеюсь, всё прошло замечательно.         Одри легонько пихнула демона локтем, давая понять, что пора заткнуться. Это возымело эффект, но не стёрло ехидную улыбку, что расползлась на лице несостоявшегося принца Ада.   - Вполне.         Ответ был сдержанным, но взгляд пронзал насквозь. И если бы мог замораживать, то сейчас Давид был бы прекрасной ледяной скульптурой, украшающей площадь с рождественской ёлкой.         Рафаил и Касиэль сидевшие поодаль никак не реагировали на происходящее, за что Микаэль был им безмерно благодарен.  Наверняка этот кудрявый проныра успел растрепать всё, что произошло на том вечере, не забыв приукрасить какие-то детали, чтобы добавить немного пикантности ситуации. Поэтому не могло не радовать, что эти двое вели себя как обычно.   - Раз мы прояснили утреннюю ситуацию, думаю, самое время перейти к тому, зачем мы все здесь собрались.    - Удалось узнать что-то новое?    - Пока мы выяснили лишь то, что жертвы за несколько недель до смерти слышали голос, который и сводил их с ума. А знак появился на них посмертно.    - Что-то связывало их друг с другом? Общие знакомые, может, какие-то факты из детства, которые помогут сопоставить их судьбы и выяснить чем они приглянулись Зверю?          Давид отрицательно помотал головой. Он и сам был не рад той скудной информации, которой они обладали. Но, к сожалению, большего они не узнали.   - Кассиэль, что у тебя?   - Всё в порядке, сделал всё, как и договаривались. Если наши фанатики попытаются сунуть свой нос куда не следует, то сильно об этом пожалеют.         Одри, привыкшая к тому, что мужчины многое не договаривают, лишь покачала головой. Она понимала, что скорей всего, это делается для её же безопасности, да и, если честно, уже догадывалась, что не так просты её коллеги, как хотят казаться.         Покоя ей не давало сотрудничество Микаэля с профессором Синнером. Это казалось странным, Малек никогда не вызывал в ней доверия, больше пугал, чем привлекал. Он выглядел опасным, и Одри считала, что Микаэль должен быть предельно осторожен с этим мужчиной. Особенно из-за того интереса, что разжёг в нём.          Она уже видела такое. Этот маниакальный блеск в глазах и навязчивое желание, что плескалось в глубине.  Точно такие же глаза были у её пациентов, но они были диагностированными больными. От них ты мог ждать чего угодно и был к этому готов.  От практикующего судебного психиатра ты явно не будешь ждать чего-то ненормального.          Но девушку прошибал холодный пот, когда она находилась рядом с профессором. И как бы ей не хотелось быть профессиональной и беспристрастной, но интуиция подсказывала, что лучше этого мужчину обходить десятой дорогой.          Ещё некоторое время они провели в обсуждениях, а после, закончив собрание, разошлись по своим комнатам, чтобы заняться собственными делами. Кто отдохнуть, кто залечить раны.    Давид уже собрался проводить Одри, надеясь что всё же сможет напроситься в гости и поговорить по душам.   Но девушка мягко коснулась его плеча, давая понять, что сейчас ей нужно поговорить с их начальником.    - Зайди ко мне чуть позже.   От этой фразы глаза Давида загорелись, и будь у него хвост, тот точно бы сейчас вилял им  из стороны в сторону.   Подойдя к задумавшемуся о чём-то Микаэлю, Одри заговорила.   - Я понимаю, что возможно лезу туда, куда мне не следует, но думаю, что как член команды всё же должна высказать свои опасения.   - Опасения?   Она глубоко вдохнула и словно автоматной очередью выдала свои мысли, что терзали на протяжении нескольких дней.   - Я не уверена, что профессору Синнеру можно доверять. Мне кажется, что у него есть какая-то своя цель, из-за которой он согласился сотрудничать. И это отнюдь не праздные беседы за чашечкой кофе.         На этой фразе она смутилась, вспоминая в каком контексте она была использована совсем недавно самим профессором. Увидев зардевшиеся щёки Микаэля, Одри подумала, что начальник тоже вспомнил это, и захотела ударить себя ладонью по лбу, подумав, что своими необдуманными словами смутила его.   Но она даже не догадывалась, как сильно была права, подозревая Малека в личных, эгоистичных побуждениях, что привели его сюда.   - Не волнуйтесь, Одри, мы его проверили, и ничего подозрительного не обнаружили. Я согласен с вами, он весьма эксцентричен, но не более того. Так что прошу, не волнуйтесь, всё в полном порядке.         Микаэль понимал переживания девушки, и в какой-то мере их разделял, но старался оставаться беспристрастным. По мере своих возможностей. Всё же им необходима содействие в их миссии, даже бессмертные не могут быть везде и сразу, им тоже необходима помощь. А Малек может дать им это и глупо будет отказываться от такой возможности.         То, что ангел хотел бы видеть мужчину не только по рабочим вопросам, он постарался выкинуть из головы. Нельзя сиюминутному порыву позволять туманить свой разум.         Всё равно у них ничего не выйдет. Микаэль бессмертный, небожитель, что должен выполнить свою миссию и покинуть земной мир. Он вернётся домой и продолжить жить, в то время как для Малека время будет идти, он будет стареть и в конечном счёте умрёт. Они не смогут быть вместе ни при каких раскладах.          Возможно именно эти мысли останавливают Микаэля от греха, от того, что грозит стать его падением. Для ангелов любовь не тоже самое, что для людей. Они любят один раз и навсегда.    Поэтому Микаэль не хочет его подпускать.          Конечно звучит это глупо. Какая любовь, они виделись всего два раза, но для ангела всё серьёзно. Те эмоции, чувства, что он испытывал, когда был рядом с Малеком, когда касался, думал о нём. Он не испытывал такого никогда за всю свою долгую жизнь. И от того в разы больнее. Понимать, что судьба решила так несмешно над ним подшутить, подарив встречу с тем, кто растопил лёд в его сердце, но не дав им вечности, которую они могут разделить друг с другом.         И если быть честным, Микаэль не понимал, чего хочет от него Малек, разумеется кроме очевидного. Насколько он серьёзен, насколько понимает природу своего интереса. Готов ли он к чему-то большему, чем попытка смутить, запудрить мозги и затащить в кровать?   - Микаэль, вы уверены?   Одри прервала его размышления, всё ещё не уверенная в таком решении своего начальника.   - Да, полностью.   Выдохнув и прикрыв глаза, девушка кивнула, принимая это, соглашаясь довериться Микаэлю.   - Хорошо, если вы так считаете, я согласна с вами. Пусть у меня от него и мурашки по коже.   «У меня тоже»   Вслух он это так и не сказал.   - Спокойной ночи, Одри, думаю вам нужно отдохнуть. День сегодня был тяжёлый. Да и Давид, наверное, заждался.   Слегка зардевшись, девушка улыбнулась и поспешила отправиться к себе.   - Спокойной ночи, Микаэль. Сладких снов.