НЕправильная

      Вечером раздался настойчивый звонок в дверь.       – Коля, это, наверное, моё. Забери, пожалуйста. – донёсся голос из ванной, заглушаемый шумом воды.       Я лениво поднял голову с дивана, всё ещё переваривая утреннюю историю с собаками и пластырем.       – В смысле, твоё?       – Ну, я кое-что заказала. Забери, я же не могу выйти в таком виде. Все оплачено.       – Когда ты вообще научилась заказывать товары? – пробурчал я, поднимаясь и направляясь к прихожей.       – Относительно недавно... – прозвучал её уклончивый ответ.       – Эх... – только и смог я выдохнуть, открывая дверь.       На пороге стоял курьер в яркой униформе, с несколькими объёмными пакетами и парой коробок в руках.       – Здравствуйте, доставка.       – Да... здравствуйте. – растерянно ответил я, принимая из его рук груду посылок. Некоторые коробки были довольно увесистыми.       – Это... точно всё сюда? – не удержался я от вопроса, окидывая взглядом свою ношу.       – Так... – парень заглянул в планшет. – Да. Всё это вам. У вас какие-то сомнения?       – Нет, просто... думал, что будет меньше, если честно.       – Понятно. Всего доброго. – кивнул курьер и удалился.       – До свидания. – автоматически ответил я, закрывая дверь. Я стоял в прихожей, сгрудив в охапке разнообразные пакеты и коробки, и с недоумением разглядывал их. – Твайлайт! Ты чего тут понакупала?       – Хочешь ― посмотри. Я скоро выйду.       Я пронёс всё в зал и сгрузил на пол, решив разложить всё более аккуратно. Гора покупок впечатляла.       С чего же начать?       Я уселся на корточки и потянулся к первому пакету. Заглянув внутрь, ахнул: там лежала целая коллекция косметики ― несколько помад разных оттенков, тушь для ресниц, какие-то баночки с кремами и сыворотками. «Это всё Твайлайт себе заказала?» – промелькнула у меня мысль. Я с трудом представлял её, неуклюже орудующую кисточкой для туши перед зеркалом.       Отложив пакет в сторону, я взял следующий. Из него на пол вывалилась одежда. Развернув одну из футболок, я не мог сдержать улыбки. Она была чёрная, а на груди белым шрифтом гордо красовалась надпись: «Сроки горят». Но самое главное было в детали: первая буква «О» в слове «Сроки» была зачёркнута, а сверху аккуратно выведена «А», так что получалось «Сраки горят». «Неужели она перешла на новый уровень юмора?» – с гордостью подумал я.       Вторая футболка была белой и размером чуть поменьше. На ней было напечатано: «Я пережила Понипокалипсис». «Ну, это уж точно про неё.» – усмехнулся я про себя. Вообще, её новая любовь к человеческой одежде, особенно к футболкам, меня одновременно и забавляла, и пугала. Хотя, если подумать, трусы она носила уже куда охотнее.       И тут же я мысленно пнул себя за эту мысль. Потому что в следующем пакете лежало именно нижнее бельё. И не простое, а откровенно соблазнительное. Я с некоторым трепетом вытащил завернутый комплект, где одна часть привлекла особое внимание. Это были трусы, состоящие, по сути, из одних лишь тонких чёрных ленточек и пары крошечных треугольников ткани, призванных кое-что прикрывать. Я уставился на эту вещицу, в голове непроизвольно возник образ Твайлайт в этом... этом всём. По телу разлилось тепло, а в ушах зазвенело. Первой мыслью было ― немедленно выбросить эту штуку в мусорный бак на улице и сделать вид, будто её никогда не было. Сказать, что, мол, курьер ошибся, не доложил.       Я потянулся к следующему пакету, набитому небольшими коробочками. Вскрыв первую, я обнаружил колоду игральных карт. Но не простых, а добротных, пластмассовых ― такие не помнутся и не истреплются после наших с ней бурных баталий в «дурака». «За какие заслуги Твайлайт решила меня подарками задарить?»       Следующая коробка оказалась побольше. В ней лежала кружка. На боку была изображена сама Твайлайт, но в таком виде, в каком я её ещё не видел: с помятой гривой, красными от недосыпа глазами и самым несчастным выражением морды. Под рисунком красовалась надпись: «Ненавижу ПОНИдельники». Я фыркнул. Мило и забавно.       Третья коробка заставила меня нахмуриться. В ней аккуратно лежал комплект разноцветных катушек с нитками. «Нет, – подумал я, – Твайлайт явно что-то задумала. И вряд ли что-то простое».       Четвёртая коробка развеяла часть тревоги. В ней была банка молотого кофе. «А вот и то, что будет держать её на плаву в эти самые «ПОНИдельники», – с усмешкой подумал я. – Хе-хе».       Но следующая, маленькая и изящная упаковка, снова заставила насторожиться. В ней, на бархатном ложементе, лежала золотая цепочка с небольшим, но явно не дешёвым кулоном в форме золотой звезды. В центре был приложен тканевый пакет с чем-то. Косметика, одежда, украшения... Эта пони явно готовила какую-то масштабную пакость. Или... или что-то ещё.       И вот я добрался до последней коробки из общего пакета. Открыв её, я сначала не понял. «Так, а зачем ей понадобился микрофон?» – мелькнула глупая мысль. Но мой взгляд упал на название, напечатанное на вкладыше. Мозг обработал информацию за долю секунды. Я ахнул, захлопнул коробку так быстро, что чуть не прищемил пальцы, и отшвырнул её от себя, как раскалённый уголь.       Да. Вы правильно поняли. Это был настоящий, что ни на есть... вибратор.       Я сидел, уставившись на злополучную коробку. «Дожили, называется... – сдавленно подумал я. – Ну... мне ли её винить? Мы же уже обсуждали её... потребности.» Дальше, видимо, следовали практические шаги. От этой мысли стало одновременно и неловко, и как-то... по-взрослому спокойно.       Смотря на оставшиеся посылки, я мысленно молился, чтобы среди них не оказалось надувного пони или чего-то ещё более экстравагантного. Следующим предметом оказался свёрток, завёрнутый в простую бумагу. Развернув его, я обнаружил мягкий, уютный клетчатый плед. «Видимо, она всё-таки поняла, что спать под одним одеялом нам тесновато... – подумал я, хотя тут же в голове возникла крамольная мысль. – Хотя, исходя из её намерений, она была бы не прочь спать под одним. Что, в общем-то, почти так и происходит».       Следующая коробка была побольше, но не аномальных размеров. В ней лежали стильные компьютерные колонки. «Ну, слава богу. Теперь она будет смотреть свои фильмы с менее шакальным звуком, чем встроенные динамики ноутбука».       И, наконец, последний огромный свёрток. Развернув его, я увидел целую охапку ткани ― добротной, приятной на ощупь, преимущественно красного и чёрного цветов. «И что она собирается из этого шить?» – озадаченно почесал затылок.       Итак, на полу образовалась внушительная груда приобретений. Косметика, футболки, откровенное бельё, карты, кружка, нитки, кофе, украшение, колонки, плед и куча ткани. Не успела эта пони научиться зарабатывать, уже с размахом все тратит.       Осмотрев окружение, я понял ― на этом моя распаковка закончена.       В эту секунду дверь в ванную с лёгким скрипом распахнулась, и на пороге появилась Твайлайт. Её грива и шерсть лоснились от влаги, от неё пахло моим гелем для душа с запахом кедра.       – С лёгким паром. – процедил я, всё ещё находясь под впечатлением от её «трофеев».       – Спасибо. – ответила она, грациозно встряхнув головой, разбрызгивая капли воды. Её взгляд скользнул по разложенным на полу покупкам, и на её морде расплылась довольная ухмылка.       – Ну-с... рассказывайте. Зачем вам это всё?       – Ну... – Твайлайт смотрела на разложенные покупки с видом опытного стратега, оценивающего трофеи. – Пару вещей я купила тебе. Карты, там... футболка, колонки, можно сказать, тоже тебе.       – Это понятно. У меня вопрос насчёт остальных «прибамбасов». Косметика, куча ткани, украшение... – я перечислил, тыкая пальцем в соответствующие предметы.       – А вот это, – она загадочно улыбнулась, – сюрприз.       – Надеюсь, он будет безобидным.       – О...он тебе понравится... – протянула она, и в её глазах заплясали знакомые чёртики.       – Да, я уже догадался. По тому самому «откровенному наряду». – Я кивнул в сторону крошечных трусиков на верёвочках.       – Нет, это немного другое... Обещаю... – она сделала вид, что обиделась, но ухмылка выдавала её с головой.       – Ну-ну...       – А... а там не было такой... коробочки? – она внезапно сделала невинное лицо, водя копытом по полу.       – О. – я с притворным пониманием кивнул. – Коробка с твоим «микрофоном»? Забирай. – Я поднял с пола злополучную коробку и протянул ей. Она магией подхватила её из моих рук, и коробка повисла в воздухе. Твайлайт тут же её вскрыла и с деловым видом начала изучать содержимое.       – Ну... как я выгляжу? – неожиданно спросила она, подводя кончик прибора близко к своей морде и игриво высовывая кончик языка.       – Это тебе какой-то предмет одежды, что ли, чтобы я его оценивал? – съязвил я, пытаясь скрыть смущение.       – Это, я считаю, очень важная покупка. – с пафосом заявила она, вертя «микрофон» в воздухе.       – Кто бы сомневался. Ты этому предмету ещё имя дай...       – Точно! – её глаза загорелись. – Придумаю ему имя... – она приложила копыто к подбородку, изображая раздумье. – Хм... Придумала! Буду звать его... Колей.       Мир на мгновение замер.       – О, нет. Ты не посмеешь...       – Ещё как посмею! – она радостно подпрыгнула на месте. – Хи-хи... А как это будет звучать: «Пойду-ка я развлекусь с Колей в ванной»...       – О, Господи. – я с стоном закрыл лицо руками. – Лучше убей меня, но не называй вибратор моим именем.       Твайлайт лишь заливисто рассмеялась, прижимая злополучную коробку к груди.       – Ладно-ладно! Назову его... Одуванчиком.       – Ну... это уже лучше.       – Да, теперь его зовут Одуванчик. – объявила она, снова поднося прибор ко мне. – Он... милый. Давай, погладь его.       – Да господи, Твайлайт, не буду я его гладить! – я отшатнулся, как от раскалённого железа. – Ещё скажи, чтобы я его... испробовал.       – Ни за что! – она прижала «Одуванчик» к груди с наигранным ужасом. – Не хочу, чтобы ты его испортил. Использовать по назначению буду только я.       – Отлично. – я с облегчением вздохнул. – Только, ради всего святого, не переборщи там с... оргазмом. А ещё лучше ― сделай ванную полностью шумоизолированной и балуйся там сколько влезет.       – Не-ет, – она капризно мотнула головой. – Ты будешь слышать. Слышать, как я наслаждаюсь своим новым подарком. Ты будешь слышать, как он жужжит.       – И за что мне это наказание?       – За то, что сам не хочешь ублажать меня!       Эта пони ― невозможна. Агрессия ― не работала. Смущение ― только подливало масла в огонь. Прошлый раз закончился не очень хорошо для меня. Пришлось долго перед мамой оправдываться. Единственное, чего я не пробовал, так это идти на прямую конфронтацию. Играть по её правилам.       Надеюсь, я об этом не пожалею.       – Ну... если так думать. – начал я, стараясь, чтобы голос звучал максимально невозмутимо. – то я готов потерпеть твои выкрики. Может... даже сам развлекусь, слушая их.       Эффект был мгновенным. Её брови поползли вверх, а ухмылка сменилась выражением живого, неподдельного интереса.       – Ого... Это что-то новенькое... Будешь, значит, представлять меня и... удовлетворяться?       – Буду. – твёрдо подтвердил я, не отводя взгляда. – И даже не постесняюсь.       – Ну, давай... – её голос стал тише и опаснее.       – Давай… Я жду...       – Чего?       – Иди в ванную...       Игра зашла на опасную территорию. Территорию проверки блефа.       – Я... а давай прям здесь. – выпалил я, переходя все границы.       – Давай. – без колебаний согласилась она, её ухмылка стала шире.       – Чего?       – Да... давай, прямо здесь и попробую. – повторила она, её взгляд скользнул по мне, оценивающе и дразняще. – Или слова ― это всё, на что ты способен?       Воздух в комнате сгустился, стал густым и тяжёлым, словно наполнился статикой перед грозой. Она не отступала, вызывающе глядя на меня, и в её позе читалась готовность довести этот абсурдный спор до логического, пусть и совершенно сумасшедшего, финала.       Но я пойду до конца. Чёрт побери, я должен. Сердце колотилось где-то в горле, а ладони стали влажными. Я откинулся на спинку дивана, стараясь придать своему лицу выражение спокойной готовности, и кивнул.       – Ну, хорошо. – ответила та, принимая мой вызов.       И началось. Она не стала медлить. Сначала это было просто покачивание бёдрами, лёгкое, почти небрежное движение копыт. Потом она повернулась ко мне боком, изгибаясь в плавной, странной, по-понячьи грациозной дуге, демонстрируя длинную линию спины и округлость крупа. Это был своеобразный понячий стриптиз, абсурдный и от этого ещё более сюрреалистичный.       – У тебя ещё есть время остановиться.       – У тебя ― тоже. – парировал я, сжимая подлокотники дивана.       В ответ она лишь оскалилась в хищной улыбке, которая ясно дала понять — отступления не будет. И вот она медленно опустилась на спину на ковёр, раскинув передние копыта. Её грудь и остальные прелести, хоть и прикрытые слоем шерсти и ткани, теперь были на виду, и её быстрый взгляд скользнул по моему лицу, выискивая малейшую трещину в моей броне.       – И это всё, на что ты способна? – выдавил я, заставляя себя ухмыльнуться.       Она тут же поднялась, снова развернулась боком, и тут же пространство вокруг неё заполнилось знакомым фиолетовым сиянием. Искрящейся магией она подцепила тонкие лямки трусиков и начала медленно, с театральной неспешностью, стягивать их вниз по своим бёдрам.       – О-о-у, – прошептала она, глядя на меня поверх плеча, – сейчас кое-что у меня определённо улетит.       – Мне долго ждать? – спросил я, чувствуя, как по спине бегут мурашки, а по вискам выступает мелкий пот. Сомнения, тяжёлые и липкие, уже начали подкрадываться. Я видел, как ткань соскальзывает, обнажая всё больше шерсти и кожи.       И вот, переступив через скомканное бельё, она ловким движением копыта подбросила его в мою сторону. Крошечный комок белой ткани приземлился у моих ног.       – Ну, ладно... – отметила она с преувеличенной небрежностью, поворачиваясь ко мне уже передом. Её шерсть слегка взъерошилась, грудь быстро вздымалась. – Осталось самое интересное. Готов ли ты к главному представлению?       – Я, по-твоему, просто так сижу?       И она начала движение. Медленный, гипнотический поворот вокруг своей оси. Её фиолетовые глаза, полные озорного вызова, не отрывались от меня ни на секунду. Она ждала. Ждала, когда я сломаюсь, когда крикну «стоп» или просто сбегу, закрыв лицо руками. Но я не сдамся. Я выдержу это испытание, устроенное безумной пони.       Она была уже на полпути к полному развороту, её круп, покрытый короткой шерстью, был в опасной близости от того, чтобы оказаться в поле моего прямого зрения. В воздухе рядом с ней уже парил тот самый «Одуванчик», готовый в любую секунду с жужжанием приступить к своим прямым обязанностям. От этой наглядной демонстрации инструментария у меня похолодело внутри.       И вот настал тот самый момент, кульминация этого сумасшедшего спектакля. Я уже почти поднял руку, готовый капитулировать перед её безграничной наглостью...       Но в тот же миг она исчезла. Небольшая фиолетовая вспышка магии ослепила меня на долю секунды. Одновременно с этим я почувствовал рядом с собой лёгкое движение воздуха и... влажное, стремительное прикосновение к своей щеке. Тихий, но отчётливый «чмок» прозвучал прямо у моего уха.       Это произошло настолько быстро, что мой мозг просто отказался обрабатывать информацию. Я сидел, уставившись в пустое место перед собой, где только что была она. А потом, с запозданием в пару секунд, до меня дошло. По моему лицу разлился густой, пунцовый румянец, от ушей до самого подбородка.       – Думаю, с тебя хватит. – её довольный голос прозвучал рядом. Она уже стояла на полу, так, чтобы её круп был скрыт с моего поля зрения, и поднимала с ковра свои трусы. – Боюсь, у тебя просто сердце лопнет от такого зрелища... – она многозначительно подмигнула. – Считай, что ты выиграл.       И с этими словами она спокойно, с победным видом, проследовала на кухню.       Я остался сидеть на диване, в полной прострации, прикасаясь пальцами к тому месту на щеке, которое ещё хранило след её внезапного поцелуя. В ушах гудело, а в голове крутился один-единственный вопрос: можно ли этот оглушительный, сокрушительный провал считать... заслуженной победой?