НЕправильная

      Твайлайт не соврала ― день и вправду обещал быть насыщенным. Хотя, если честно, насыщенным он был в основном для неё самой.       Чтобы вы понимали, она большую часть дня просидела в ванной. И нет, не по той причине, о которой вы могли подумать. Там творилось нечто иное. Она буквально скрывалась от меня. Каждый раз, когда мне, к примеру, необходимо было посетить туалет, дверь оказывалась заперта, а из-за неё доносилось лихорадочное шуршание, шелест ткани и редкие металлические щелчки, похожий на ножницы. Потом дверь приоткрывалась ровно настолько, чтобы её невидимое копыто могло вытолкнуть меня прочь из её святая святых. Я мог только строить догадки, что же она там такое мастерила.       С моей же стороны, как и наказывала Твайлайт, я тоже готовился, и реальность оказалась куда печальнее моих ожиданий. Всё, что у меня было из более-менее приличного, либо не было постирано, либо безнадёжно устарело, либо, как в случае с единственной приличной рубашкой, оказалось мала в рукавах. Пришлось срочно совершать вылазку в ближайший торговый центр за новыми джинсами, рубашкой и даже забежать в обувной, потому что Твайлайт желала видеть меня не в растрепанных кроссовках, а в чём-то «модном». Она даже предлагала деньги, но я, естественно, отказался.       Ближе к вечеру я уже был «при параде» и надушен. Волосы приглажены, а в руках лежал скромный, но элегантный букет из тринадцати пионов нежных розовых и глубоких фиолетовых оттенков. Всё-таки такой повод, а я до сих пор не подарил ей ничего особенного.       Теперь же я сидел в гостиной и ждал. А она... она всё ещё томилась в своей крепости-ванной. За время ожидания я успел досмотреть фильм, пролистать ленту новостей и заметить, как за окном окончательно стемнело.       – Твайлайт? Ты там вообще живая?       – Да-да! – донёсся её немного взволнованный голос.       – Уже десять часов вечера. Мы хоть успеваем на твой сюрприз, или он уже превратился в сюрприз на завтра?       – Мы даже... немного торопимся. – ответила она, и я услышал, как что-то упало с тихим ругательством. – М-м-м... Дай мне ещё... пару минут. Совсем чуть-чуть!       – Засекаю. – сдался я, откидываясь на спинку дивана.       По прошествии ровно двенадцати минут и двадцати трёх секунд дверь наконец-то растворилась. Но из неё... не вышло ничего. Воздух в коридоре замер.       – Я готова. – раздался её голос прямо передо мной.       Я вгляделся в пустоту.       – Может, ты и готова, только вот я ничего не вижу.       – Потому что ещё рано. – парировала невидимка.       – Да сколько это «рано» может длиться? – вздохнул я. – Я уже начинаю бояться, что ты там вообще ничего не надела и просто дразнишь меня.       – Когда ты увидишь, ты обалдеешь. Обещаю.       – Хорошо. И... когда я, собственно, увижу?       – Сначала мы прогуляемся.       – Отлично. – усмехнулся я. – Прогулка под луной с невидимой пони. Ты это и задумывала?       – Это только часть. – её голос прозвучал игриво. – Пошли же, я за сегодня очень много магии истратила, боюсь, надолго меня не хватит.       Я поднялся с дивана, взял букет и направился к выходу. Дверь с тихим щелчком захлопнулась за моей спиной, и я начал спускаться по лестнице, чувствуя, как за мной, бесшумно следует Твайлайт.       Выйдя через тяжёлую железную дверь на улицу, я столкнулся с первым препятствием.       – Николай, доброй ночи. – раздался тихий, усталый голос. На лавочке у подъезда сидела баба Шура.       – И вам того же. – ответил я, останавливаясь. – Что вы так поздно?       – Да вот, подышать вышла... Эх... А ты куда, собственно, так поздно?       Я посмотрел на пионы в своей руке, на свое одеяние и понял, что отмазки здесь не прокатят.       – Да вот... – начал я. – можно сказать, на свидание иду.       – Батюшки... – в её глазах вспыхнула искорка давно забытой радости. – Неужто нашлась та, что по нраву нашему Коленьке...       – Ну... сегодня я это выясню наверняка.       – Ну всё-всё, удачи тебе. – она одобрительно кивнула. – Веди себя хорошо, будь джентльменом, не забывай вести даму в танце...       – Баб Шур...       – Ну что ты... – она махнула рукой. – Я за тебя как за родного пекусь. Уж не расстраивай бабку.       – Хорошо. – улыбнулся я. – Буду паинькой.       – Ну, давай. – она с трудом поднялась с лавочки и медленно зашла в подъезд.       Я перевёл дух и шагнул в ночь, чувствуя на себе не только невидимый взгляд Твайлайт, но и тёплый, пусть и грустный, взгляд бабы Шуры.       – Так у нас что, настоящее свидание? – раздался тихий, насмешливый голос.       – Это была лишь попытка отвертеться, не более.       – Ну, всё же... – её голос стал слаще. – Если хочешь...то это будет ещё и свидание.       – Я бы хотел на самом деле наконец развеять сильное желание узнать твои задумки... И особенно узнать, куда мы, собственно, идём?       – Пока ― прямо. А дальше ― посмотрим...       – Отлично... – вздохнул я, смиряясь с участью.       Наш путь пролегал по пустынным тротуарам, где изредка встречались запоздалые прохожие. Мы прошли через парк, где дворники с метлами завершали пред-ночную уборку, сметая пыль. Затем вышли на небольшую набережную. От реки веяло прохладным, влажным ветерком, который трепал волосы и заставлял пионы в моей руке тихо шелестеть.       – Здесь красиво. – отметил невидимый голос рядом.       – Да... – согласился я, глядя на тёмную воду, в которой отражались редкие огни. – Ночью особенно.       – Удивительно, что сейчас так мало народу. Неужели все по домам сидят?       – Ночь ― это время, когда все отдыхают... перед тем, чтобы снова рано встать и просидеть часами на работе. – усмехнулся я. – Да и, если честно, это не самая красивая набережная в городе, чтобы прям заглядываться на неё.       – Мда... – протянула она. – Вот, например, в Мэйнхеттене... там такая красота на набережной, а ночью... так хорошо звёзды видно, что это вид словно из сказки.       – Ты и так в сказке жила.       – Если это можно назвать сказкой. – её голос стал сухим.       В этот момент сбоку раздался голос:       – Николай, это вы?       Я слегка вздрогнул и обернулся. Из сумрака вышла знакомая девушка.       – Ва... Василиса?       – А вы, как я погляжу, опять летаете в облаках? – она улыбнулась, но улыбка была усталой.       – Ну... бывает мимоходом. – смущённо пожал я плечами, чувствуя, как невидимая Твайлайт замерла рядом, слушая.       – Хех... Знаете... очень интересно получается. – Василиса покачала головой, её взгляд упала на букет в моей руке. – Мы с вами местами поменялись. Теперь вы идёте с цветами, а я... эх...       – С вами что-то случилось?       – Нет, что вы... Всё... всё в порядке... – она отвела взгляд.       – Тогда почему вы грустите?       Девушка тяжело вздохнула, её плечи опустились.       – Я... мне сделали предложение...       – Так это же здорово! – искренне обрадовался я. – Очень рад за вас.       – Да... – она кивнула, но её улыбка была слабой. – Я тоже...       – И всё же в вашем голосе слышны грусть и тоска. Вы не рады?       – Нет, что вы... – она потупила взгляд. – Я очень рада. Я сразу же согласилась... Просто... просто я думаю, достойна ли я такого?       – О чём это вы?       – Знаете... я ведь... тихая. Не очень-то интересная и приметная девушка. Я не хожу по клубам, не интересуюсь практически ничем...не самая умная или самая красивая... Я просто... есть. Но мой парень... точнее, уже будущий жених... он смотрит на меня так, словно я сделана из алмазов. Мы с ним не сильно долго знакомы, от силы год. За это время мы успели получше узнать друг друга... Он... он кажется мне настолько... настолько добрым... что мне даже не верится, что я его достойна...       Её голос дрогнул. Недолго думая, я аккуратно вытащил один пион из своего букета ― розовый, с бархатистыми лепестками ― и протянул ей.       – Знаете... – сказал я, пока она нерешительно принимала цветок. – Ваша встреча мне очень помогла. Благодаря вам я теперь иду на... эх... на свидание и даже чувствую некую радость. – Я глубоко вздохнул. – Знаете, у меня ведь тоже складывалось впечатление, что я не достоин такого. Что вот такое могло произойти с кем угодно... а произошло именно со мной. Она выбрала именно меня... и теперь я даже не представляю, как буду жить без неё. Не могу представить, чтобы она грустила. Так что позвольте спросить... чувствуете ли вы то же самое? Что вы встретили его не потому, что он так захотел, а потому что так должно было случиться? Что вы хотите быть с ним и чувствуете... чувствуете, что делаете счастливым не только себя, но и его?       Ветер пронёсся между нами, заставляя лепестки пиона трепетать. Василиса смотрела на меня по-новому – сначала с крайним удивлением, а потом с медленно проступающим пониманием. Её взгляд скользнул по хрупкому цветку в её руке.       − Извините... – я почесал затылок. – немного разошелся...       – Вы... вы действительно правы... – прошептала она, и её глаза наполнились новой силой. – Спасибо вам... За такие слова.       – Нет...если уж на то пошло, то это я должен благодарить, что судьба свела нас в ту ночь.       Мы обменялись ещё парой понимающих взглядов, а затем, попрощавшись тёплым «доброй ночи», разошлись в разные стороны. Я продолжил свой путь, чувствуя лёгкость и странную уверенность, а её силуэт с одиноким пионом в руке медленно растворился в ночи. Воздух рядом со мной дрогнул.       – Ну и ну... – тихо прозвучал голос Твайлайт. – Каков джентльмен... Раздаёт советы и цветы направо и налево. Что это было?       – Знакомая... точнее, случайная... встретил её в ту ночь...       – Нет, я не про это. – перебила она, и в её голосе не было привычной насмешки, а что-то более сложное. – Те слова... что ты сказал... это ведь... ты придумал?..       – Нет. – ответил я просто, глядя на тёмную воду. – Я говорил это искренне. Я... я действительно не могу представить теперь жизнь без тебя... – Я мягко улыбнулся, всё ещё глядя вдаль. – И ты во всём виновата.       Сама по себе наша встреча с Василисой была словно запланирована судьбой. Сначала, чтобы она помогла мне в трудный момент, а теперь ― чтобы я мог отблагодарить её тем же. Она ― хорошая девушка. Неуверенная в себе, но добрая. Я это чувствовал. И не мог ей не помочь. И, похоже, Твайлайт тоже это поняла... Или её смутили мои слова? Неужели я нашёл её слабое место?       – Знаешь... – её голос прозвучал неожиданно тихо. – Дай мне один пиончик.       – Ты есть, что ли, захотела? – пошутил я. – Давай тогда...       – Да нет. Просто, если подумать, сейчас у тебя в букете 12 пионов. С таким количеством цветы, обычно, несут на кладбище.       Я замер.       – А откуда ты знаешь?       – Думаешь, в Эквестрии нет суеверий? Давай уже цветок. И... что-то я вправду кушать захотела.       – Так давай пойдём домой. – предложил я. – Закажем чего-нибудь.       – Да, пошли. – согласилась она. – Но не домой.       – И куда же?       – На пустырь.