call or don’t call

аньсинь застыл так резко, будто кто-то выдернул у него питание. он увидел не только санвона. рядом с ним стоял лео, расслабленный, широкий в плечах, с той самой жутко довольной ухмылкой, от которой хотелось либо провалиться сквозь пол, либо дать ему по лицу. лео смотрел на всю эту сцену как на бесплатное шоу. будто его это искренне, по-человечески забавляло. аньсинь мгновенно отвёл взгляд, будто обжёгся. сердце дернулось и ушло куда-то в горло. он почувствовал, как на него смотрят. не просто смотрят, а раздевают взглядом, изучают, проверяют, жив ли он вообще. санвон не сводил с него глаз. гону машинально поклонился. — извините… аньсинь всё ещё стоял как вкопанный. гону ткнул его локтем в бок и почти силой наклонил вперёд. он поклонился криво, поздно и жалко. санвон и лео зашли в лифт первыми. двери всё ещё были открыты. они оба обернулись. санвон смотрел прямо на него. спокойно, холодно и слишком внимательно. лео лениво махнул рукой. — да ладно, залезайте, места много. аньсинь мысленно проклял его всеми возможными способами. гону нервно хихикнул и потащил аньсиня внутрь. двери закрылись и лифт поехал вверх.  аньсинь встал спиной к санвону и сразу понял, что это худшая идея в его жизни. он чувствовал его взгляд физически. между лопаток, в затылок, в шею. будто санвон стоял слишком близко, хотя между ними было полметра. воздух вдруг стал плотнее и тяжелее. дышать стало неудобно. он не поворачивался. не мог. если повернётся, всё рухнет. он украдкой посмотрел на отражение в зеркальной стене лифта. санвон ничуть не изменился. тот же рост. та же прямая, безупречно собранная осанка. плечи расправлены, руки спокойно опущены вдоль тела. тёмное пальто, строгая рубашка, аккуратные волосы. лицо спокойное, почти безэмоциональное. и глаза. холодные, сосредоточенные и слишком живые. он смотрел на аньсиня так, будто видел его сквозь спину. у аньсиня сжалось горло. чёрт. он всё ещё красивый. эта мысль была такой неуместной и такой болезненной, что ему захотелось рассмеяться и расплакаться одновременно. в груди что-то тяжело провалилось вниз. тоска накрыла мгновенно. тупая, густая, как если бы кто-то снова открыл старую рану, которая вроде бы уже затянулась. все эти месяцы, вся эта «стало легче», вся эта показная стабильность полетело к чёрту за одну секунду. он вдруг остро, почти физически вспомнил, как скучал. как ночами смотрел в потолок. как ненавидел себя за то, что всё ещё ждёт сообщений, которых не будет. как убеждал себя, что справился. он не справился. он просто научился не смотреть в эту сторону. а теперь эта сторона стояла у него за спиной и смотрела так, будто между ними не было ни блокировок, ни месяцев, ни такси под снегом. лео, не переставая ухмыляться, перевёл взгляд с санвона на аньсиня и обратно. ему явно нравилось это напряжение. гону стоял рядом, сжав ремешок рюкзака, и делал вид, что его здесь вообще нет. лифт ехал мучительно медленно. каждый этаж был как отдельная пытка. аньсинь уставился в цифры над дверью и молился только об одном: пожалуйста, пусть он ничего не скажет. пожалуйста, не сейчас. пожалуйста, не при всех. потому что если санвон сейчас заговорит, он рассыплется прямо здесь, между зеркальной стеной и кнопкой седьмого этажа. лифт дёрнулся в последний раз и остановился. двери разъехались. аньсинь вышел почти на автопилоте, всё ещё чувствуя между лопаток фантомный вес взгляда санвона. коридор оказался совсем не таким, каким он его себе представлял. не холодным и стерильным, не гулким и пафосным. это был большой открытый зал с панорамными окнами, мягким светом и длинными столами, за которыми сидели люди. много людей. в основном молодые. кто-то в наушниках, кто-то с кофе, кто-то смеялся, кто-то что-то обсуждал, наклонившись друг к другу. по углам стояли растения, на стенах висели постеры с архитектурными визуализациями и какими-то концепт-артами. в воздухе было неожиданно уютно и живо, совсем не как в страшном офисе крупной компании. аньсинь на секунду завис. это не выглядело как логово корпоративного зла. санвон вышел следом. и он даже не обернулся. прошёл мимо них ровным, быстрым шагом, даже не взглянув на аньсиня, и направился вглубь зала к стеклянному кабинету с матовыми перегородками. дверь открылась, он зашёл внутрь, и через секунду стекло стало непрозрачным. будто его вырезали из пространства.  аньсиню стало пусто в груди. лео остался. он проводил санвона взглядом, потом повернулся к ним и широко улыбнулся, будто они встретились не в самой неловкой точке их жизни, а где-нибудь на барбекю у общих друзей. — ну привет, — бодро сказал он. — рад тебя видеть, малыш. аньсинь застыл. внутри у него что-то щёлкнуло. блять, как же ему не нравился этот мужик. — а я не очень рад, — вырвалось у него раньше, чем мозг успел вмешаться. гону тихо охнул и тут же пнул его носком по щиколотке. — ай, ты что творишь?! — прошипел он одними губами. аньсинь даже не извинился. он вообще не пожалел. лео моргнул. потом уставился на него. вдруг он расхохотался громко и искренне, запрокинув голову. — господи, — выдавил он сквозь смех. — ты всё такой же.  аньсинь мрачно уставился в пол. — расслабься, — продолжил лео, всё ещё ухмыляясь. — я не кусаюсь.  он посмотрел на часы. — ладно, не буду вас мучить. сейчас попрошу менеджера, чтобы вас забрали и ввели в курс дела. гону тут же выпрямился и вежливо поклонился. — спасибо большое. аньсинь даже не поклонился. он просто стоял. лео ещё раз окинул его взглядом, явно находя это забавным, ушёл вглубь офиса. как только он скрылся за стеклянной перегородкой, аньсинь резко повернулся к гону. — ты же говорил, что я его не встречу, — зашипел он. — ты же сказал, что санвон руководитель, а не лифтовый призрак. ты вообще понимаешь, что это за жесть?! гону поднял руки в примирительном жесте. — я же не знал! я думал, он сидит в своём кабинете на верхнем этаже и вообще не появляется среди людей. — я не могу тут быть, — пробормотал аньсинь, чувствуя, как снова начинает кружиться голова. — я не могу, я сейчас умру. меня стошнит и я уйду. — тихо, — гону положил руку ему на плечо. — дыши, ты уже здесь. всё, назад дороги нет. ты справишься, ты же у меня сильный и драматичный. — спасибо, блять. — всегда пожалуйста. к ним подошёл мужчина лет тридцати пяти в аккуратном пиджаке и с планшетом в руках. лицо спокойное, улыбка отрепетированная, голос деловой и чёткий. — вы стажёры из университета хансон? ким гону и чжоу аньсинь? гону тут же кивнул. — да, это мы. менеджер быстро пробежался взглядом по их документам. — отлично. добро пожаловать в lgroup. ваша практика продлится до середины июня. в течение первой недели вы будете проходить вводный этап, знакомиться с процессами, помогать в отделах и выполнять простые задачи. он развернулся и пошёл вперёд, жестом приглашая их следовать за собой. — ваше рабочее место пока будет вот здесь, — сказал он, останавливаясь у длинного стола с двумя свободными ноутбуками. — доступы вам выдадут сегодня. обязанности: помощь с макетами, подготовка презентационных материалов, сортировка документации, базовые правки в визуализациях. он говорил быстро, чётко, будто читал по внутреннему регламенту. — позже вас прикрепят к конкретному отделу. возможно, даже к одному сотруднику в качестве ассистентов. распределение объявим через час в конференц-зале вместе с остальными стажёрами. гону кивал, как идеальный ученик. аньсинь просто стоял и слушал, чувствуя, как у него под кожей всё ещё вибрирует одно-единственное имя. санвон. — если будут вопросы, обращайтесь ко мне или к любому из тимлидов, — закончил менеджер. — через час жду вас в конференц-зале. он развернулся и ушёл. аньсинь медленно сел за стол. гону плюхнулся рядом. — ну что, — прошептал он. — поздравляю, ты официально в аду. аньсинь закрыл лицо ладонями. — я умру здесь, гону. реально. либо от стресса, либо от стыда, либо от него. гону тихо хмыкнул. — ставки принимаются. аньсинь сидел за своим временным рабочим местом и медленно умирал. не метафорически, а вполне буквально. он смотрел в пустой экран ноутбука и думал о том, что, возможно, если просто перестанет дышать, всё это как-нибудь само рассосётся. сердце билось слишком громко, в висках стучало, ладони были влажные. в голове по кругу крутилась одна и та же мысль:  как, чёрт возьми, ему здесь пробыть ещё месяц. ему было очень плохо. тревожно плохо, когда внутри всё сжимается в один плотный ком, и ты не понимаешь, куда себя деть. к ним подходили другие стажёры. девушка с розовыми прядями в волосах, высокий парень в очках, ещё двое, которые сразу начали шутить и спрашивать, откуда они и на каком курсе. гону включился мгновенно. улыбался, представлялся, что-то рассказывал, смеялся, уже с кем-то обменялся контактами и обсуждал, где тут нормальный кофе. аньсинь кивал. в основном он сидел, как человек, которого случайно оставили в зале ожидания на операцию без наркоза. его периодически накрывало мыслью, что он реально может здесь потерять сознание. или расплакаться. или выдать что-нибудь максимально позорное. через какое-то время всех позвали в конференц-зал. аньсинь встал на негнущихся ногах. первое, что он увидел, когда зашёл внутрь, был санвон. тот сидел прямо по центру, с прямой спиной, в тёмной рубашке, с тем самым спокойным, холодным выражением лица, которое аньсинь помнил слишком хорошо. как будто эти месяцы вообще ничего с ним не сделали. как будто он всё ещё был тем же самым санвоном из другой жизни. их взгляды встретились всего на секунду. у аньсиня в груди что-то резко оборвалось. он тут же отвёл глаза, будто обжёгся. ему стало плохо по-настоящему. в ушах зашумело, ноги вдруг стали ватными, и мир поехал куда-то вбок. он пошатнулся. гону тут же схватил его под локоть и наклонился ближе. — эй, ты в порядке? аньсинь мотнул головой, не глядя на него. он на секунду снова поднял взгляд. санвон смотрел на него с беспокойством. стажёров было около двадцати. они рассаживались, переговаривались, кто-то шептался, кто-то фоткал зал. и вдруг вошёл лео. улыбался, как всегда, слишком широко и слишком довольный собой. поздоровался со всеми, начал рассказывать про компанию, про возможности, про молодую кровь и перспективы роста. потом представил санвона, добавив, что это руководитель компании.  аньсинь сидел и считал трещины на столе перед собой. взгляд лео скользнул по залу и, конечно, остановился на нём. у аньсиня внутри всё похолодело.  блять, этот мужик реально издевается. лео объявил, что ознакомился с профайлами всех стажёров и распределил их по отделам. начал называть имена. один ушёл в отдел дизайна, другой в аналитический, третья в маркетинг. аньсинь перестал слушать после третьего имени. он просто ждал своей казни. дошла очередь до гону. его прикрепили к отделу маркетинга. гону выглядел довольным. аньсинь напрягся. в зале повисла пауза. его имя не прозвучало. он медленно поднял голову. лео листал планшет слишком долго. гону осторожно поднял руку. — извините… кажется, вы забыли ещё одного стажёра. чжоу аньсинь. лео посмотрел на него так, будто только что вспомнил, что оставил дома включённый утюг. — а, точно, чжоу аньсинь. он уставился в планшет, потом перевёл взгляд на аньсиня, потом на санвона. у аньсиня внутри всё сжалось в холодный узел. не надо. пожалуйста. только не это. лео вдруг щёлкнул пальцами. — кстати, санвон, тебе же нужен был ассистент. думаю, он отличный кандидат. аньсинь перестал дышать. — чжоу аньсинь назначается личным ассистентом ли санвона. тишина. у аньсиня в этот момент в голове было пусто. абсолютно. он видел, как санвон растерялся, как будто вообще не был в курсе, что ему нужен ассистент. как будто это не было запланировано. как будто он сейчас так же хотел провалиться под стол, как и аньсинь. аньсиню стало плохо не постепенно, а сразу и резко, так, что он сначала даже не понял, что именно происходит с его телом. голову будто повело в сторону, в ушах зашумело, желудок сжался в плотный, болезненный узел. к горлу подступила тошнота, и на секунду ему показалось, что сейчас его просто вырвет прямо за столом, на глазах у всех. он машинально положил руки на стол, будто ища опору, и только потом заметил, что пальцы дрожат. не слегка, не от волнения, а сильно и заметно, так, что это уже невозможно было контролировать. аньсинь уставился на свои руки, как на чужие, и медленно, неловко сдвинул их к себе, пряча под край стола, словно это могло что-то скрыть. гону заметил сразу. он перестал улыбаться, напрягся всем телом и тихо наклонился к нему. — эй… аньсинь, ты в порядке? — шёпотом, почти беззвучно. аньсинь хотел кивнуть. хотел сказать да. хотел соврать, как обычно. но в этот момент воздух вдруг перестал нормально входить в лёгкие. грудь не раскрывалась, вдох застревал где-то на середине, как будто внутри что-то сжималось и не пускало его дальше. он вдохнул ещё раз. и ещё. ничего. сердце заколотилось так резко и сильно, что стало больно. в глазах начало темнеть по краям, звуки в комнате будто отдалились и стали глухими, словно кто-то опустил на него стеклянный колпак. — аньсинь? — голос гону дрогнул. он уже держал его за предплечье. — посмотри на меня, ты меня слышишь? аньсинь не слышал. или слышал, но не мог зацепиться за эти слова. он дышал слишком быстро и слишком мелко. каждый вдох был как царапина внутри груди. его начало ощутимо трясти. разговоры за столом начали стихать. кто-то замолчал на полуслове. несколько человек обернулись. санвон увидел это мгновенно. он заметил, как аньсинь резко побледнел, как у него напряглась челюсть, как он уставился в одну точку и начал дышать так, будто задыхается. санвон резко встал. кресло с неприятным скрипом отъехало назад. — на сегодня всё, — сказал он спокойно, но жёстко. — совещание окончено, всем выйти, сейчас же. — но мы ещё не… — попытался кто-то возразить. — я сказал, всё окончено. в его голосе не было крика, но было столько холода и власти, что спорить никто не стал. люди начали подниматься, переглядываясь, бросая неловкие и любопытные взгляды на аньсиня. лео застыл у двери, явно растерянный. аньсинь даже не попытался встать. ноги не держали. гону уже держал его за плечо. — эй, всё хорошо, — шептал он. — ты здесь, ты со мной, посмотри на меня, ладно? когда зал наконец опустел, аньсинь почувствовал, как его кресло мягко развернули. санвон опустился перед ним на корточки, прямо на колени, оказавшись слишком близко, слишком внезапно. он аккуратно, но крепко взял аньсиня за запястья. — аньсинь, — тихо, но очень твёрдо. — ты меня слышишь? аньсинь мотнул головой. воздух всё ещё не шёл. — посмотри на меня, — мягче. — вот так. хорошо. теперь дыши со мной. медленно. санвон начал дышать нарочито глубоко и ровно, задавая ритм. — вдох… — выдох… аньсинь попытался повторить. первый вдох вышел рваным и болезненным. второй чуть глубже. на третьем грудь наконец раскрылась, и воздух пошёл. его всё ещё трясло, но мир начал возвращаться. — хорошо, — тихо сказал санвон. — ещё раз, вот так. сердце всё ещё колотилось, но уже не так бешено. — ты здесь, — продолжал санвон. — ты в безопасности. всё уже закончилось. аньсинь наконец смог кивнуть. санвон не отпускал его запястья, пока дыхание окончательно не выровнялось. только потом медленно выпрямился. — тебе нужно домой, — твёрдо сказал он. — я вызову такси. — я… я в порядке, — хрипло выдавил аньсинь. лео неловко кашлянул: — ну, вроде уже всё нормально… санвон повернул голову. его взгляд был спокойным и опасным одновременно. — с тобой я поговорю потом. лео тут же замолчал. гону всё это время стоял рядом и гладил аньсиня по спине. — всё хорошо, — тихо сказал он. — ты справился. аньсинь сидел, уставившись в пол. ему было стыдно до тошноты. у него случилась паническая атака перед всеми. перед санвоном. из-за санвона. в компании санвона. и санвон снова вёл себя как типичный санвон:  контроль, решения, приказы, забота без спроса. ему должно было стать легче. а ему стало только больнее и до ужаса тоскливо. *** гону осторожно помог аньсиню подняться со стула. тот всё ещё выглядел бледным и потерянным, держался за край стола, будто пол под ним мог в любой момент поплыть. санвон стоял в стороне, слишком прямо, слишком неподвижно, как будто любое движение могло его выдать. — проводи его до такси, — сказал он гону тихо, но твёрдо. гону кивнул без лишних слов. он бережно перекинул руку аньсиня себе на плечо и медленно повёл его к выходу. аньсинь не обернулся и это почему-то ударило сильнее всего. санвон смотрел им вслед, пока дверь конференц-зала не закрылась за ними. внутри всё сжалось в тугой, болезненный узел. ему хотелось пойти следом, догнать и взять за руку. сказать что-нибудь правильное, спокойное, не пугающее. но он остался стоять. он вообще не ожидал этого дня. не ожидал увидеть аньсиня здесь. не ожидал услышать его имя в списке стажёров. не ожидал, что тот войдёт в его компанию, в его пространство, в его жизнь снова вот так, без предупреждения. месяцами он пытался его забыть. месяцами убеждал себя, что всё кончено и так будет лучше. утопал в работе, брал лишние проекты, задерживался в офисе до ночи, летал по командировкам без остановки. делал всё, чтобы не думать о нём. чтобы не проверять телефон по сто раз в день. чтобы не вспоминать, как тот смотрел на него тогда, в машине, перед тем как захлопнуть дверь. и вот сегодня всё это рухнуло. рухнуло в тот момент, когда он услышал его голос у лифта. когда увидел знакомый затылок, шарф, эти плечи, которые он узнал бы из тысячи. он медленно повернулся к лео. и его взгляд был холодным и злым. — ты вообще понимаешь, что ты натворил? — тихо сказал санвон. лео напрягся, но не отступил. — о чём ты? — не прикидывайся, — голос санвона сорвался на резкость. — ты делал отбор стажёров. ты с самого начала знал, что он придёт сюда. и ты ни слова мне не сказал. лео сжал челюсть. — да, знал. санвон усмехнулся коротко и без радости. — и сегодня ты специально прикрепил его ко мне. хотя мне вообще не нужен ассистент. ты это тоже прекрасно знал. — знал. — ты вообще в своём уме? — санвон повысил голос. — ты видел, что с ним только что было? ты видел его состояние? лео тоже начал злиться. — а ты видел своё состояние последние месяцы? санвон резко повернулся к нему. — это тебя не касается. — ещё как касается, — жёстко ответил лео. — ты был невыносим и ты срывался на всех. ты работал, как сумасшедший. ты стал злым, колючим и пустым. ты озверел. и да, тебе было плохо. но ты делал вид, что всё нормально. санвон стиснул зубы. — это моя жизнь и мои проблемы. — ты мой друг, чёрт возьми, — выдохнул лео. — и я не мог больше смотреть, как ты себя уничтожаешь. я думал, если вы столкнётесь снова, тебе станет легче. я думал, это поможет. санвон горько усмехнулся. — помогло, да. ты только что довёл его до панической атаки в моей компании. лео замолчал на секунду. — я не знал, что будет так. — а я знал, — глухо сказал санвон. — потому что я знаю его. он провёл рукой по лицу. — ничего уже не станет как раньше. ты понимаешь это? я его потерял тогда. и сегодня я снова его потерял. лео хотел что-то сказать, но санвон перебил: — если завтра он придёт с заявлением, чтобы сменить место практики, ты его подпишешь. — санвон… — ты его подпишешь, — жёстко повторил он. — без разговоров. — но это же твоя компания… — ты видел его состояние? — тихо спросил санвон. — ты видел, как он едва дышал? я не могу держать его здесь. не могу каждый день видеть его таким. и не могу быть причиной этого ещё раз. лео опустил взгляд. — хорошо. санвон отвернулся к окну. внутри всё было пусто и тяжело одновременно. он только что снова прикоснулся к тому, что пытался похоронить месяцами. и теперь оно снова разрывало его изнутри. *** санвон приехал в офис раньше обычного. утро было серым, прохладным, с тем самым вязким воздухом, который будто давит на виски и не даёт нормально дышать. он вышел из машины, привычно кивнул охране и, сам того не замечая, сразу начал искать глазами одну конкретную фигуру. у входа толпились сотрудники, кто-то смеялся, кто-то допивал кофе на ходу, кто-то ругался по телефону. аньсиня среди них не было. у лифтов тоже. санвон зашёл внутрь, поднялся на их этаж и медленно прошёлся взглядом по открытому залу. рабочие места стажёров уже были заняты, гудели компьютеры, кто-то обсуждал макеты, кто-то листал папки. аньсиня не было и здесь. в груди что-то слабо, глухо сжалось, но почти сразу отпустило. значит, всё-таки сменил место практики. санвон поймал себя на том, что выдыхает чуть глубже, чем собирался. это было правильно. логично. безопасно. после вчерашнего цирка и той панической атаки было бы безумием оставлять его здесь, в этом здании, на этом этаже, рядом с ним. он не хотел быть причиной ещё одного срыва. не хотел снова видеть, как аньсинь бледнеет, задыхается, цепляется за край стола, будто мир уходит у него из-под ног. не хотел снова слышать этот пустой, потерянный голос и видеть этот взгляд, в котором было слишком много боли и слишком мало опоры. так всем будет легче. ему тоже. он уже почти убедил себя в этом, когда, проходя мимо переговорной, заметил гону. тот стоял у кофемашины и с кем-то оживлённо разговаривал, жестикулируя и улыбаясь. один. без аньсиня рядом. внутри что-то неприятно кольнуло. если аньсиня нет с ним, значит, решение и правда принято. санвон коротко кивнул в сторону гону, тот заметил его, вежливо улыбнулся и тоже кивнул в ответ. никаких знаков, никаких попыток подойти, ничего, что могло бы намекнуть что он здесь.  санвон развернулся и пошёл в свой кабинет. он сел за стол, открыл ноутбук, поднял почту, начал разбирать отчёты, правки, сметы. первые десять минут он всё ещё ловил себя на том, что прислушивается к звукам за дверью, будто аньсинь мог появиться в любой момент, тихо постучать, неловко извиниться и спросить, куда отнести какие-нибудь документы. но этого не происходило. и где-то к середине утра работа начала по-настоящему затягивать. цифры, таблицы, сроки, правки в проекте для нового заказчика. один звонок сменял другой, почта снова и снова обновлялась, лео прислал правки по контракту. санвон отвечал коротко и по делу, подписывал документы, делал пометки, почти перестал думать о времени. это было знакомо. это было его обычное состояние до аньсиня. и это, чёрт возьми, работало. к обеду он уже поймал себя на том, что несколько часов подряд вообще не вспоминал о нём. мысль была где-то на заднем фоне, тупой и тяжёлой, но больше не резала по живому. ему стало легче. он откинулся на спинку кресла, потёр переносицу и глянул на часы. почти час дня. пора было выходить на обед, если он не хотел потом забыть поесть вообще. и в этот момент в дверь постучали. неуверенно и аккуратно. санвон машинально сказал: — входите. дверь приоткрылась. — извините… вам нужна моя помощь? голос был тихий, чуть хрипловатый, знакомый до боли. у санвона на секунду буквально отключилось всё. он медленно поднял взгляд от стола и увидел аньсиня. тот стоял в дверном проёме, с папкой в руках, в той самой светлой рубашке и тёмных брюках, которые он видел на нём вчера. волосы аккуратно уложены, но чуть растрёпаны у висков. лицо всё ещё бледное, под глазами тени, будто он не спал всю ночь. у санвона что-то глухо, тяжело ударило в груди. он так сильно, так отчаянно убеждал себя, что аньсинь не придёт. что он сменил место практики. что это конец. что так будет лучше. и вот он стоял перед ним, реальный, неловкий, растерянный, с этим своим чёртовым голосом, от которого у санвона всегда ломалось всё внутри. и вся его выстроенная за утро броня треснула в одну секунду. санвон всё ещё смотрел на него, будто не до конца веря, что тот правда стоит здесь, в его кабинете, живой и настоящий, а не является ему из-за недосыпа и перегруженной головы. — что ты здесь делаешь? — вырвалось у него резче, чем он собирался. аньсинь моргнул. — я… прохожу практику, — тихо сказал он. — это разве не очевидно. что-то внутри санвона болезненно дёрнулось. — я не об этом, — он чуть подался вперёд, опираясь ладонями о край стола. — тебе вчера было херово. ты чуть в обморок не рухнул. какого чёрта ты сегодня здесь? аньсинь сжал папку сильнее. — со мной всё хорошо. санвон коротко усмехнулся. — ты издеваешься? — нет, — аньсинь упрямо покачал головой и, как будто прячась за формальностью, добавил: — так вам что-нибудь нужно? эта фраза ударила сильнее, чем любое грубое слово. вам. не тебе. санвон почувствовал, как внутри снова поднимается злость, густая, тяжёлая, почти удушающая. он хотел сказать тысячу вещей. спросить, зачем он вообще пришёл. почему делает вид, что между ними ничего не было. почему умолял отпустить его, а сегодня стоит здесь, как ни в чём не бывало. и в этот момент его накрыла холодная, трезвая мысль. если аньсинь сам не уходит, значит, его нужно вытолкнуть. если он правда думает, что всё это для него слишком больно и тревожно, значит, ему здесь не место. не рядом с ним. не в его компании. не в этом кабинете. и единственный способ всё это закончить, сделать так, чтобы аньсинь сам захотел сбежать отсюда. сменил место практики и ушёл. вычеркнул его из своей жизни окончательно. ради своего же чёртового спокойствия. и ради того, чтобы санвон перестал каждый раз ломаться, глядя на него. — нужно, — спокойно сказал он, уже приняв решение. — сходи в архив. мне нужен отчёт по проекту ханыль, версия от февраля. плюс все правки, которые к нему прикладывались. разложи по датам, отсканируй и принеси мне в электронном виде. аньсинь заметно растерялся. он явно не ожидал, что ему действительно дадут работу, а не просто выставят за дверь или начнут выяснять отношения. — хорошо, — тихо сказал он после паузы и неловко кивнул. он развернулся и вышел. дверь мягко закрылась за ним. санвон остался сидеть, глядя в пустой проём. в груди было пусто и больно одновременно. это должно сработать, сказал он себе. он загрузит его работой. измотает. доведёт до точки, где аньсинь не выдержит и уйдёт сам. пошлёт его к чёрту. и тогда всё закончится. он сжал челюсть и отвёл взгляд от двери. ради тебя же, аньсинь. ради того, чтобы тебе больше не было больно рядом со мной. через час дверь его кабинета тихо приоткрылась. — я всё сделал, — сказал аньсинь и осторожно положил на край стола папку и флешку. — я разложил по датам, отсканировал и подписал файлы. санвон поднял взгляд и на секунду просто уставился на него. так быстро? — ты серьёзно? — вырвалось у него. — да, — аньсинь кивнул. — там, правда, часть правок лежала в другом ящике, но я нашёл. внутри санвона что-то раздражённо дёрнулось. он рассчитывал, что тот застрянет там минимум на полдня. что запутается и устанет. что вернётся раздражённый и сломанный. а он просто сделал. — ладно, — сухо сказал санвон. — подожди. он наугад открыл папку, пролистал пару страниц, проверил дату в одном из файлов на флешке. чёрт, всё идеально. — сходи ещё раз в архив, — сказал он, уже почти из упрямства. — найди договор по намчхону, версия за прошлый год. мне нужны приложения и вся переписка с подрядчиком. — хорошо, — так же тихо ответил аньсинь и вышел. санвон откинулся в кресле и уставился в потолок. это должно было быть сложно. это должно было его выбесить. это должно было его сломать. а не вот это вот. через час дверь снова открылась. — вот, — аньсинь аккуратно поставил на стол ещё одну папку. — переписку я сохранил в отдельную папку, там много писем. он выглядел чуть бледнее, чем раньше, и заметно нервничал. глаза всё время бегали. то на край стола, то на папки, то куда-то в сторону, лишь бы не на санвона. и это было хуже всего. потому что санвону вдруг до боли захотелось встать, подойти, взять его за подбородок и сказать:  перестань так смотреть. перестань так стоять. перестань быть таким… маленьким. он сжал пальцы в кулак под столом. — ты издеваешься надо мной? — пробормотал он больше себе, чем ему. — что? — аньсинь вздрогнул. — ничего, — резко сказал санвон. — иди сюда. он снова пролистал документы. снова всё было правильно и идеально. без единой ошибки. — ты специально, что ли, решил быть идеальным стажёром? — зло выдохнул он. — я просто… делаю то, что вы просите, — тихо ответил аньсинь. вот за это «вы» санвону хотелось стукнуться лбом о стол. — жди, — сказал он и начал судорожно придумывать новое задание. любое, тупое и ненужное. лишь бы не смотреть, как тот стоит перед ним с этим растерянным, виноватым лицом. — сходи в бухгалтерию, — выпалил он. — узнай, почему мне до сих пор не прислали отчёт по командировочным расходам за март. и пусть распечатают в двух экземплярах. аньсинь моргнул. — серьёзно? санвон резко поднял на него взгляд. — да серьёзно. выполняй уже. — хорошо, — аньсинь снова кивнул и вышел. санвон остался сидеть, сжав переносицу пальцами. что ты творишь, идиот. через сорок минут аньсинь вернулся. — вот, — сказал он, ставя на стол два отчёта. — они сказали, что вам уже отправляли их на почту, но на всякий случай распечатали ещё раз. санвон уставился на бумаги. потом на него. чёрт возьми. он выглядел уставшим. явно держался на одном упрямстве и желании не подвести. и санвону вдруг захотелось не издеваться над ним, а посадить на свой стул, сунуть в руки стакан воды и сказать:  иди домой. ты ни хрена не должен тут никому доказывать. вместо этого его мозг выдал самую тупую идею за весь день. — сходи в кофейню, — сказал он. — …что? — аньсинь растерянно моргнул. — принеси мне латте без сахара. и американо. и ещё… — он замялся. — два круассана. — вы серьёзно? — аньсинь уставился на него. — да, — огрызнулся санвон. — что, слишком сложно? — нет, просто… ладно, — аньсинь выдохнул и развернулся к двери. когда она за ним закрылась, санвон уронил голову на спинку кресла. боже, ты конченый. ему хотелось поцеловать его за каждое хорошо. за каждое кивнувшее ладно. за то, как он, не жалуясь, выполняет любой бред. и за эту мысль санвону хотелось пристрелить самого себя. аньсинь вернулся минут через пятнадцать, осторожно открыв дверь плечом. — вот, — тихо сказал он и поставил на стол поднос с двумя стаканами и бумажным пакетом. — латте без сахара, американо и круассаны. санвон кивнул, даже не поблагодарив, потому что в этот момент его накрыло совершенно идиотским, внезапным желанием не отпускать его, не сейчас, не снова. он потянулся к первой попавшейся папке на столе. — подожди, — сказал он слишком быстро. — мне ещё кое-что нужно. аньсинь замер. — да? санвон лихорадочно соображал, что бы такого придумать. — вот этот отчёт, — он сунул ему папку. — посчитай, сколько в нём страниц. потом я дам ещё один. аньсинь медленно посмотрел на папку. потом на санвона. во взгляде было чистое и усталое недоумение, что санвону стало неловко. — …хорошо, — всё-таки сказал аньсинь. он сел на стул у стены, открыл папку и начал молча считать страницы, переворачивая их аккуратно, по одной. санвон уставился на монитор, делая вид, что работает. он надеялся, что ему станет здесь невыносимо и что он психанёт. что пошлёт его и уйдёт менять место практики. это был единственный нормальный выход. и одновременно санвон панически боялся, что тот правда встанет и уйдёт. он ещё и поймал себя на том, что всё время косится в его сторону, проверяя, не побледнел ли тот снова, не трясутся ли руки, не дышит ли слишком часто. чёрт. чтобы не смотреть на него и не думать о нём, он схватил круассан и начал есть слишком быстро, почти не чувствуя вкуса. потом взял латте. потом, не думая, сделал глоток из американо. ещё один. и ещё. когда стакан опустел, аньсинь вдруг поднял на него взгляд. — вам не станет плохо от такого количества кофе? санвон автоматически выдохнул: — что? и только потом понял, что именно он сказал. аньсинь приподнял бровь. — вы выпили два кофе подряд. санвон уставился на него и тут увидел это. очень маленькую, едва заметную улыбку в уголке губ. тёплую, живую, ту самую, от которой у него раньше внутри всё плавилось. его реально чуть не вынесло. сердце дёрнулось так резко, что стало больно. и, разумеется, его мозг выдал самую тупую фразу в истории человечества. — я… у меня толерантность. аньсинь моргнул. — к кофе? — да. — …ясно. он сжал губы в тонкую линию и снова опустил взгляд в папку. его плечи едва заметно дрогнули. он сдерживал смех. санвон смотрел на него и чувствовал, как внутри что-то тёплое и совершенно неуместное расползается по груди. это было хуже любой панической атаки. потому что в этот момент он понял: он вообще не хочет, чтобы этот человек уходил из его компании. из его кабинета и из его жизни. вдруг дверь в кабинет распахнулась без стука. — санвон, ты не поверишь, откуда я только что, — голос лео влетел внутрь раньше него самого. — там была такая ассистентка, я тебе клянусь, она стопроцентно спит с жирным кимом. вот такой маникюр, вот такие губы, вот такой взгляд, ну ты понял, да? он прошёлся по кабинету, не сбавляя темпа: — и этот ким опять жрал прямо на встрече как свинья, у него соус был на подбородке, я чуть не умер. а потом он мне говорит, что обожает честных людей. честных, блять. я в этот момент… санвон закрыл глаза и с силой ударил себя ладонью по лбу. — лео. тот не услышал. — …я клянусь, если бы не контракт, я бы встал и ушёл. и знаешь ещё что… — лео. лео наконец замолчал, обернулся и только теперь заметил аньсиня. тот сидел у стены с папкой на коленях и смотрел на него так, будто перед ним был особенно шумный и особенно раздражающий предмет мебели. лео моргнул и перевёл взгляд на санвона, потом обратно на аньсиня. и в его глазах тут же загорелось это дурацкое, хищно-любопытное выражение. — о. — он ухмыльнулся. — привет, малыш. ты ещё здесь? аньсинь медленно закатил глаза. — как видишь. у санвона внутри что-то опасно и тепло дёрнулось. это был ровно тот же тон. ровно то же выражение лица. как тогда, в первую ночь в его доме.  лео приподнял брови. — дерзко. вообще-то я один из твоих начальников, если что. тут принято быть вежливым. формальности, субординация и всё такое. аньсинь даже не повернул к нему голову. — ты не мой начальник. мой начальник санвон. а ты просто громкий. лео застыл и медленно повернул голову к санвону. — ты… ты это слышал? санвон пожал плечами. — слышал. — и ты ничего не скажешь? санвон пожал плечами ещё раз. — нет. лео уставился на него так, будто его только что предали на государственном уровне. — ахуеть. он снова посмотрел на аньсиня. — ты мне нравился ровно на десять процентов больше до этого момента. — мне всё равно, — спокойно сказал аньсинь и снова уткнулся в папку. лео театрально прижал ладонь к груди. — жестоко и бессердечно. я ранен. санвон смотрел на них и чувствовал, как его губы предательски дёргаются вверх. ему было неправильно хорошо. он видел аньсиня живым, настоящим, колючим, не сломанным и не тихим. не тем испуганным мальчиком из конференц-зала. не тем, кто задыхался и дрожал. и от этого в груди становилось одновременно легче и больнее. потому что, чёрт возьми, он всё ещё был влюблён в него. санвон посмотрел на аньсиня дольше, чем собирался, и только потом негромко сказал: — ты можешь идти. аньсинь моргнул, будто не сразу понял смысл. — а как же отчёты? и вот этот его тон, спокойный, деловой, без колкости и без защиты, будто между ними вообще ничего не было. санвона от этого почти физически повело. ему хотелось сказать останься, придумать ещё одно идиотское задание, продлить эти десять минут тишины в одном кабинете. — завтра, — ответил он чуть глухо. — всё завтра. аньсинь кивнул, прижал папку к груди. — хорошо. он развернулся к двери. санвон смотрел ему в спину и чувствовал себя последним идиотом, потому что не хотел, чтобы тот уходил. потому что хотел ещё одну его фразу и ещё один взгляд.  у двери аньсинь обернулся: — тогда до завтра. — до завтра, — отозвался санвон. — эй, малыш, — лениво бросил лео ему в спину. — не потеряйся, лифты у нас коварные, можешь случайно уехать в подвал. аньсинь даже не обернулся. — если уеду в подвал, это всё равно будет приятнее, чем ещё пять минут с тобой. дверь закрылась. санвон медленно выдохнул и закрыл глаза. лео расхохотался: — боже, если бы не ты, я убил бы эту малолетку. санвон резко повернул к нему голову. — не говори так. лео поднял ладони: — окей, но ты видел, как он со мной разговаривает? — видел. — и тебе это нравится? санвон не ответил сразу и провёл ладонью по лицу. — не в этом дело. лео хмыкнул, прошёлся по кабинету и плюхнулся в кресло напротив. — между прочим, я ждал его сегодня. думал, придёт с заявлением или разревётся, или пошлёт нас обоих. — и? — тихо спросил санвон. — и нихуя. пришёл, отработать день, не сбежал, не устроил сцен. он крепче духом, чем я думал. санвон уставился в столешницу. конечно, не сбежал. он всегда таким был. упрямым до глупости. терпеливым до саморазрушения. — я весь день пытался его выжить, — признался он. — я уже услышал это от менеджера. архив, какие-то левые отчёты, ты серьёзно? — он всё сделал. — потому что ты, блядь, его начальник. санвон горько усмехнулся. — я думал, он уйдёт. что так будет проще. — а он не ушёл. — да. лео наклонился вперёд: — может, это знак? санвон скептически посмотрел на него. — ты сейчас серьёзно? — ну а вдруг, вселенная такая: вы долбоёбы, держите второй шанс. санвон хотел отмахнуться, но слова застряли. ведь дворники оплачены, деньги возвращены и никаких долгов нет. аньсинь отрезал всё, что связывало их прошлое с настоящим. теперь между ними действительно ничего не было. кроме них самих. — ты думаешь, мы можем начать с нуля? — тихо спросил он. лео пожал плечами: — а ты разве уже не начал? а если он опять сделает хуже, если снова надавит и сломает. если аньсинь снова не выдержит. — я боюсь, — честно сказал он. лео встал и хлопнул его по плечу: — поздравляю, значит, тебе не всё равно. только, пожалуйста, в этот раз не будь долбоёбом. санвон тихо выдохнул и не знал, получится ли. но впервые за месяцы внутри шевельнулась осторожная мысль: а что, если это правда не конец.