Nymphaéa

      Ровно, как и после закрытия Красных Врат «Белого тигра», Сон Джин-Ву бесследно исчез. Ву Джин-Чоль даже не пытался выяснить его местонахождение, ведь уже знал – это бесполезно. Однако, на этот раз ожидание давалось намного тяжелее.       До повторной аттестации охотника Сона они толком не были знакомы, Джин-Чоль тогда лишь наблюдал со стороны. Он старался верить, что хочет только раскрыть дело о Двойном Подземелье и разобраться в природе удивительной силы, которую внезапно обрёл Джин-Ву. Поэтому было достаточно несложно отвлечься в период его исчезновения.       Сейчас же мысли об этом человеке без спросу непрерывно лезли в голову, не давая покоя и вызывая чувства, которые по мнению шефа Ву были неправильными.       С одной стороны, его волновал исход загадочной битвы, о которой больше никто не знал. А также какую возможную катастрофу имел ввиду охотник Сон.       Кроме нависшей над Кореей проблемы эволюции монстров с острова Чеджу, больше ни о каких значительных угрозах известно не было. Да и если бы речь шла об опасности для других людей – наверняка Сон поставил бы главу надзора в известность. Значит, действительно, дело было личным. И крайне опасным, если пришлось оставить целое состояние в магазине артефактов.       С другой стороны, Джин-Чоль не мог переставать думать о том, как Джин-Ву влияет на него самого, какие чувства и эмоции вызывает своим присутствием.       От настороженности до восхищения – и это только в адрес силы, которая во много раз превосходила его собственную.       Она действительно отличалась от того, с чем привык иметь дело Джин-Чоль во время работы с S-ранговыми охотниками. Ведь он мог заблокировать удар Бэк Юн-Хо или, при необходимости, даже Хван Дон-Су. А во время спаррингов с председателем Го хоть и оставался всегда поверженным, но всё равно стремился держать спину.       Что же касается Сон Джин-Ву – здесь привычная уверенность расходилась трещинами и стремилась к тому чтобы в итоге рассыпаться как песок. Но страха не было, к тому же в мощности Некроманта он также видел красоту.       Однако, Джин-Чоль стал всё реже думать о Соне как об охотнике и всё чаще как о человеке.              Воспоминания о то и дело проскальзывающей на губах охотника улыбке вызывало в груди растекающееся тепло. О том, как при размышлениях о предстоящей битве лицо становилось задумчивым – провоцировали заметно ощутимую тяжесть.       Но самое странное для Джин-Чоля было чувство, которое в нём возникало при мыслях о желании прикоснуться к излучающему тёмную ауру телу. Чёрная дымка манила его и, он был уверен, стоит прикоснуться – затянет, как трясина.       Сколько бы не пытался заставлять себя думать иначе – понимание, что он всё чаще смотрит на Джин-Ву как на объект своих желаний, уже так настойчиво кричало о себе в подсознании, что игнорировать и дальше было практически невозможно.       Особенно когда во снах разум создаёт образы сцен, где он встречает вернувшегося с неизвестного сражения охотника. Припечатывает его к стене, не давая успеть опомниться, и жадно прижимается к чужим губам. В создаваемых воображением эпизодах проявленные чувства встречали взаимность, оставляя простор для более жаркого продолжения.       Собираться на работу после подобных ночных видений было достаточно сложно. И ещё сильнее чем за их содержание, Джин-Чоль стыдил себя за подобные фантазии в момент, когда Джин-Ву сражается с неизвестного уровня монстрами в неком объятом жаром Подземелье. Он считал себя ужасным человеком, но сны контролировать был не в состоянии.       В отличие от моментов бодрости, в которых шеф Ву решил с головой погрузиться в работу – как нельзя кстати началась подготовка четвёртого рейда на остров Чеджу.       Медлить больше было нельзя. Ведь один из крылатых муравьёв был обнаружен на территории Японии, где своим появлением вызвал немало жертв среди мирного населения, а также низкоранговых охотников. Учитывая расстояние от проклятого острова до места последнего нападения – монстры, чья сила оценивалась на уровне ранга A, в любой момент могли объявиться и на территории Корейского полуострова.       На этот раз принимать участие в рейде должны были все S-ранговые охотники страны. Дополнительно была запрошена поддержка у Японии - их заинтересованность не подвергалась сомнениям после пережитого нападения.       От лица вспомогательной стороны в начале прибыл Рюджи Гото – глава гильдии «Обнаженные клинки» и сильнейший охотник Японии. Наблюдая его ауру, шеф Ву про себя подмечал, что не хотел бы наблюдать их встречи с охотником Соном. Особенно, если динамика роста последнего сохранится и после возвращения он станет ещё сильнее.       Всё таки совсем не думать о Джин-Ву было крайне сложно. Но глава надзора старался вовремя одёргивать себя, пока его мысли не успевали уходить в неподходящее для рабочего процесса русло.        На пару с переводчиком, Гото предоставил план рейда, а также заявил об участии со стороны Японии десяти S-рангов. Максимальное участие и ценный вклад. Но от чего-то Джин-Чолю было неспокойно во время демонстрации карт и отчётов. С одной стороны – японцы должны быть заинтересованы в успехе миссии, ведь это их граждан несколько дней назад на куски порвал крылатый монстр. А с другой – наверняка есть скрытый мотив, но разгадать его пока не удавалось.       К концу седьмого дня с момента исчезновения Джин-Ву, было решено принять план японцев и председатель отдал соответствующее распоряжение. Он уточнял, не удалось ли связаться с охотником Соном, но Джин-Чоль лишь отрицательно качал головой. Звонить он и не пытался, так как знал о бесполезности этого занятия и не желал оставлять бессмысленные пропущенные звонки. Только отправил одно SMS: «По возвращению, пожалуйста, зайдите к председателю Го».       Только через несколько часов после отправки он задумался, на сколько странно сформулировал сообщение. Но досылать ничего не стал – выглядело бы как оправдание. Лишь надеялся, что Джин-Ву не подумает лишнего.

***

      В попытках борьбы с навязчивыми сновидениями, Джин Чоль за неделю суммарно проспал не более пятнадцати часов, что сильно сказывалось на его самочувствии и внешнем виде. Кожа стала заметно бледнее, а и так ставшие постоянным атрибутом его лица тёмные круги под глазами сейчас можно было спутать с грязью. Только она не отмывалась. Количество употребляемого кофеина, и без того превышавшее раннее рекомендуемые нормы, повысилось вдвое и уже практически перестало помогать трезво мыслить.       — Господин Ву, у Вас телефон разрывается от сообщений! – пытаясь привлечь к себе внимание, водитель позволил себе повысить тон голоса. Вероятно, глава надзора достаточно долго игнорировал и его, и множественные сигналы входящих уведомлений. В дороге он настолько погрузился в собственные мысли, что совсем не замечал окружающий мир.       «Зарегистрирован первый случай пробуждения от Вечного Сна!»       «Госпожа Пак Кён-Хе очнулась минувшей ночью.»       «Персонал больницы в замешательстве.»       «Пациент состоит в родственных связях с десятым S-рангом Кореи.»       «Все анализы пациента в полном порядке.»       «Охотник Сон Джин-Ву настаивает на немедленной выписке пациента.»       «Больница запрашивает у Ассоциации информацию об охотнике Сон Джин-Ву.»       «Внутренние регламенты не прописаны для возникшей ситуации.»       Сообщения продолжали поступать всплывающими уведомлениями из разных каналов прямо на экране. Джин-Чоль смахивал их, стараясь вникнуть в ситуацию. Первое, за что зацепился взгляд – имя Сон Джин-Ву. Сердце пропустило удар.       Вернулся.       Симптомы нехватки сна и усталости резко ушли на последний план. Изучая содержимое сообщений, шеф Ву вдруг понял, что имел ввиду охотник Сон в их последнюю встречу. И судя по информации из больницы, его битва завершилась победой. Осознав это, Джин-Чоль почувствовал облегчение и позволил себе расслабленно выдохнуть.       Со своей стороны, он набрал короткий текст в канал запросов из больницы, сообщая об отсутствии необходимости задерживать полностью здорового пациента. Вряд ли Джин-Ву стал бы так настаивать на скорой выписке, если бы не был уверен в отсутствии рисков для его матери.       Но мог бы хотя бы сообщить.       Перед тем как подняться в офис, шеф Ву привычно посетил вендинговый автомат, чтобы приобрести пару банок холодного американо. В голове крутились мысли о том, что единственное в их с Джин-Ву диалоге сообщение было отмечено прочитанным, но осталось без ответа, и сердце неприятно кололо. Он понимал, что вероятно охотник сейчас проводит время с воссоединившейся семьёй, однако всё равно не мог избавиться от ощущения некоторой пустоты. В прочем, с чего он взял что они достаточно близки, чтобы по возвращению Сон сразу вышел на связь? Глупый бред из фантазий.       — Благодаря тебе наш поставщик напитков имеет хорошую прибыль, – голос председателя вернул Джин-Чоля на землю в тот же момент, когда внизу автомата раздался удар банки об пластиковое дно. — Сейчас непростое время, но пощади своё сердце.       Пожелание, озвученное исключительно как забота о физическом здоровье помощника, не было двусмысленным, но невольно стало именно таким.       — Нужно подготовиться к сегодняшней пресс-конференции, – монотонно проговорил шеф Ву, меняя тему разговора на дела и попутно набирая привычный номер ячейки чтобы совершить покупку второго напитка.       — Как раз по этой причине я и подошёл к тебе сейчас.       И ведь действительно, Го Гон-Хи никогда раньше не пересекался с Джин-Чолем возле автоматов, их утренние встречи проходили в кабинете председателя. Мужчина оторвал своё внимание от экрана, который в свою очередь уже отображал просьбу провести оплату, и развернулся к собеседнику в готовности внимательно слушать.       — В твоём сопровождении нет необходимости, возьми сегодня выходной. Меня беспокоит твоё состояние, – голос пожилого мужчины звучал мягко, выражая заботу.       — Но я в полном порядке, к тому же сегодня прилетают охотники из Японии, – пытался возразить Джин-Чоль, однако в ответ его заботливо похлопали по плечу, вынуждая успокоиться.       — Рейс перенесли, они вылетят не раньше вечера. Поэтому если ты ещё не отпустил водителя – попроси его отвезти тебя домой и как следует отоспись. А это, – председатель кивнул в сторону автомата, который так и не получив оплату за выбранную позицию выдал на экране ошибку. — Оставь на другой день. Дай организму отдых.       Становилось ясно, что возражения не принимаются и шеф Ву сдался, молча кивая. В конце концов, если его руководитель решился на подобную просьбу, значит он действительно выглядел паршиво. С другой стороны, оказавшись вдали от дел станет сложно перевести внимание на что-то кроме мыслей об охотнике, который захватил уже не только разум, но и сердце главы надзора. Го Гон-Хи не знал, что своей просьбой буквально совершит выстрел по ногам подчинённого, поэтому спокойно её озвучил:       — Только свяжись с охотником Соном, вероятно он выйдет на связь, и назначь встречу на завтра. Если получится – соберём всю команду вместе и представим их друг другу.

***

      На подземной парковке всегда было достаточно прохладно и уставший организм естественно клонило в сон. Однако водителя шеф Ву отпустил сразу по прибытию в Ассоциацию и сейчас вынуждать человека возвращаться не было никакого желания. Приобретённая банка американо оказалась как раз кстати и уже была опустошена, после чего отправлена в мусорный бак на входе.       Бредя вдоль чужих машин до своей и слыша только собственные шаги, глава надзора теребил в руке телефон, стараясь набраться решимости совершить звонок. Разумеется, он должен был это сделать ради решения рабочих вопросов, но отчего-то считал, будто может выглядеть навязчивым в глазах охотника Сона. Не зря существует правило не смешивать личное и профессиональное.       Уведомление входящего сообщения эхом раздалось по помещению. Остановившись, мужчина посмотрел на экран.       «Не пугайтесь.»       Стоило прочитать текст, Джин-Чоля резко охватило ощущение знакомой мощной ауры и, не смотря на полученное предупреждение, контраст застал его врасплох, из-за чего смартфон чуть не выпал из руки, но вовремя был крепко сжат пальцами.       Обернувшись, он увидел перед собой отправителя сообщения.       — Я ведь написал: не пугайтесь, – вместо приветствия с загадочной улыбкой на лице произнёс Сон Джин-Ву.       Он стоял прямо перед ним, окутанный растворяющейся в воздухе чёрной дымкой, словно образ из настойчивых сновидений. Джин-Чоль не мог пошевелиться или что-то сказать – он сомневался, что видит юношу наяву. В конце концов, учитывая его состояние, это вполне могло быть галлюцинацией.       — Видимо, я всё-таки сильно испугал Вас, – констатировал Джин-Ву, наблюдая замершую перед ним фигуру. Он подошёл ближе и стал махать ладонью перед лицом мужчины, стремясь вернуть того в реальность. — Шеф Ву, Вы в порядке? Скажите хоть что-нибудь.       Это уже отличалось от эпизодов из сновидений и Джин-Чоль начал верить, что охотник действительно пришёл к нему. Чтобы окончательно убедиться, он щипнул себя за запястье – боль была реальная, а юноша всё ещё стоял перед ним, взволнованно рассматривая.       — Вы появились очень неожиданно, я достаточно резко почувствовал Вашу ауру, – выйдя из транса, честно ответил глава надзора.       — Это мой новый навык, – коротко бросил Джин-Ву, расслабленно выдохнув когда Джин-Чоль перестал выглядеть как каменная статуя. Окинув взглядом мужчину, он добавил: — Выглядите неважно, собираетесь в таком состоянии за руль?       И вновь Сон Джин-Ву удивлял главу надзора, как и при каждой их встрече до этого. Помимо внезапного появления буквально из воздуха, этот юноша умудрялся вести себя так, словно прошлая их беседа была всего пару часов назад. Как будто и не пропадал никуда, а после не совершил чудо, о котором долго будут говорить в больнице, да и СМИ наверняка уже готовят статьи. За десять лет не было ещё ни одного проснувшегося от Вечного Сна, до сегодняшнего утра. Джин-Ву вёл себя так непринуждённо, будто они с Джин-Чолем старые приятели. И на него за это даже было невозможно злиться в эту минуту.       — Я отпустил водителя раньше, чем узнал, что сегодня мне дадут выходной, – рассказал Джин-Чоль, доставая из кармана брюк ключи и снимая сигнализацию с автомобиля.       — Может быть лучше я Вас подвезу? – внезапно предложил охотник, кладя свою ладонь поверх чужой, держащей ключи, слегка надавливая и побуждая передать ему предмет.       Мужчина потерялся от прикосновения, которое на секунду вернуло его в ощущение сна. Он не помнил точно, но всё равно был уверен – чувствует тепло руки Джин-Ву впервые и это касание сейчас распространяло свой эффект по телу лёгкими мурашками.       Помимо желания продлить встречу, Джин-Чоль также понимал на сколько действительно безрассудно сейчас было бы отказываться от полученного предложения. Ведь сколько не пытайся заряжать себя кофеином, усталость берёт верх, а дорога до дома займёт не меньше получаса. Он отдал ключи, доверив водительское место Сону, а сам расположился на пассажирском сидении спереди и ввёл в навигаторе нужный адрес.       В пути они всё же разговорились. Охотник рассказал об успешном завершении рейда, а также попросил не распространяться о добытом им эликсире из-за скромного количества порций и неизвестного современной науке состава. Откуда у него доступ к подобным материалам Джин-Чоль не спрашивал, ему было достаточно той крупицы откровений, которую он слышал, по крайне мере сейчас. Разумеется, делиться тем, что рассказывал Сон, он ни с кем не собирался.       В дополнение Джин-Ву оговорился, что встретил в Подземелье того, кто может быть связан с появлением в его жизни некоторых изменений. Однако стоило ему попытаться узнать больше подробностей – вся информация словно блокировалась и теперь он подозревает, что так и не сможет узнать как выжил в Двойном Подземелье и почему стал тем, кем стал. Так шеф Ву окончательно убедился в связи первого инцидента и роста силы охотника. Однако о чём-то, возможно самом главном, Джин-Ву всё ещё продолжал умалчивать.       Чуть не забыв о делах, Джин-Чоль рассказал о необходимости встречи с председателем. Он опустил подробности, но акцентировал на том, что вопрос крайне важный и касается всех охотников S-ранга. Информацию о Чеджу должен был озвучить непосредственно Го Гон-Хи.       — Можете не переживать, охотник Сон, наши с Вами разговоры останутся только между нами, – посчитал нужным проговорить Джин-Чоль, хоть и понимал каким слабым доказательством являются его слова. Однако, ответу был удивлён.       — Я знаю, – Джин-Ву выглядел спокойным и уверенным, чем вызывал у шефа Ву некоторое чувство дежавю, возвращая его в вечер их первого откровенного разговора. Однако, данный фрагмент будет подвергнут мысленному анализу позже.       Припарковав машину во дворе многоэтажного жилого дома, юноша несколько секунд молча постукивал пальцем по рулю, будто решаясь что-то сказать. И, как видимо, решившись, произнёс следующие слова уже менее уверенно:       — Если хотите, можете обращаться ко мне по имени.       Этот человек определённо не прекращал удивлять шефа Ву, ведь сегодня он буквально сокращал между ними расстояние сантиметр за сантиметром. А может быть и вовсе намекал на что-то? Джин-Чоль не был способен сейчас что-либо думать на этот счёт. Прикрыв глаза, он с мягкой улыбкой ответил:       — Только в том случае, если это будет взаимным.