Кисло-сладкий соус к мясу.

Пометка. Жирный — Альбрахиас. Курсив — Крелоунс.       Задание есть задание. Из проверенных источников сообщили, а в последствии связались с ним. Единственный кто мог бы “решить” возникшую проблему. Перекинув себя через ограждение, Альбрахиас оказался на крыше многоэтажного здания. К северу от него слышался шум. Гости зазнались и решили, что им позволено вытворять все что вздумается, но наказание близилось.       Рейт выслеживал их уже несколько часов, оставляя подарочки по всей территории. Рваться в бой без раздумий было слишком рискованно. Механическое устройство выглядело довольно замудрено, а пилотом являлся не абы кто.       “Посмотрим как твое творение тебя спасет.” Альбрахиас скинул с плеча силовую снайперскую пушку, выставив ножки и уперев их в угол здания на крыше. Приняв упор лежа, Рейт навелся на цель. Спокойный он стоял подле робота с раскрытым панцирем. Рядом с ним находились люди из спецотряда и что-то обсуждали. Вдруг с лица мужчины пропала улыбка. Голубые глаза опустились на запястье, на котором красовались странные часы. “Очередная побрякушка. Прости, но тебя это не спасет”. Альбрахиас нажал на курок. Снаряд вылетел и почти достигнув цели коснулся защитного поля, скрытого от глаз. Пуля тут же попала в голову рядом стоящему человеку.       Голубые глаза резко уставились на Рейта будто его заметили, но это было бы просто невозможно. Чуйка не подводила. Альбрахиас схватил пушку, закидывая на плечо и быстро меняя позицию, как в здания влетел снаряд. Куски бетона полетели вниз. Секундное промедление могло стоить ему жизни. “Не показалось”. Рейт расплылся в улыбке. “Ну что ж проиграем.” Послышался приближающийся механический топот.       ***       Последнее что он помнил это яркий слепящий свет. Голова гудела, а тело, казалось, лишилось всяких сил. Рейт поднялся, сгибаясь пополам и садясь. Он находился в странном пустующим помещении. На спине что-то противно ныло, грудная клетка с силой перевязана. Опустив глаза на руки, его одолел ужас. Тонкие и худые. Альбрахиас подскочил на ноги осматриваясь. Вокруг не было ничего похожего на зеркало, а потому он стянул штаны и посмотрел вниз.       — Блядство. Оно на месте, но не мое.       Ухватившись за горло, он осознал, что голос ему не принадлежал.       “Это не мое тело”       “Гений. И для этого надо было смотреть на хер. А ты оказывается довольно проницательный.”       — Что черт подери происходит? — Джеральд отшатнулся на месте. Он наконец-то вернул владение своим телом. Сердце колотилось от ужаса, ведь сразу после пробуждение конечности двигались без его воли, а теперь еще и странные голоса, которые он услышал.       “Уебок, я понял это сразу же. Меня беспокоил пол.”       “После попадания в чужое тело все, что тебя беспокоит это наличие пениса. Великолепно. А я еще с тобой в одном теле заперт.”       “Сать стоя — это прерогатива, от которой я не собираюсь отказываться!”       “Аплодисменты. С чего ты вообще взял, что можешь находиться в теле женщины?”       “Грудь перевязана. Я видел, как девушки такое делают, чтобы она им не мешалась. И вообще, что я перед тобой оправдываюсь?!”       Джеральд закричал, садясь на корточки. Они говорили так близко и громко, но вокруг никого не было, да и то, о чем они говорили было за гранью логики. Только они стихли, Обрайен подскочил на ноги и выскочил в коридор. Не может же быть, что это действительно с ним происходит.       “Хей. Парниша, куда ты так рванул?”       “Ты его напугал.”       “Я? То есть ты совершенно никакого отношения не имеешь. Ага. Умник.”       Джеральд открыл дверь в комнату Эдгарда с такой силой, что тот от удивления вскинул брови.       — Что-то случилось?       — Ты слышишь эти голоса?       — Голоса? — мужчина замер, явно пытаясь прислушаться, — Неужели кто-то расшумелся и тебя разбудил? Ты уж прости их. Или мне все же стоит пойти к ним и попросить быть потише?       — Нет… забудь… — Джеральд потупил глаза в пол, пытаясь теперь придумать стоящее оправдание своему поведению.       “Уж прости, но нас слышишь только ты.”       “И зачем ты очевидные вещи говоришь?”       “Ну как я понял, для него это было не очевидно.”       “А-а-а.”       На лице юноши проступил румянец, который он тут же попытался стереть рукой.       — С тобой все в порядке? Ты как-то странно себя ведешь, — Эдгард наклонил голову набок, пытаясь заглянуть в лицо юноше.       — Да. Прости за беспокойство.       Джеральд выскочил из помещения, стремительно направляясь обратно в свою комнату. Руки тряслись от ужаса. Он не помнил ни как оказался в кровати, ни что было перед этим. “Чертова коробка и странный свет. Кажется, я схожу сума”. Обрайен схватился за голову.       “Вот этого нам не надо.”       “Действительно. Подумаешь слышишь голоса в голове. С кем не бывает”, интонация звучала так наигранно, что было понятно саркастичность фразы.       Джеральд замер у самой двери, невольно обернувшись, будто те, кто с ним говорили находились прямо у него за спиной.       “Вы слышите мои мысли?”       “Как и ты наши.”       “Блядство.”       “Оно самое.”       “А можно выражаться хоть немного культурнее?”       Джеральд закатил глаза, запирая за собой дверь на щеколду. Это точно не было каким-то дурным сном, но как неизвестные пробрались в его сознание оставалось загадкой.       — За что? Я ведь просто хотел жить спокойно.       Обрайен сел на край кровати, зарываясь пальцами в волосах. Ему нужны были ответы, но, если он позовет дядю, тот его точно возненавидит.       - Ладно. Начнем потихоньку.       “Мне кажется или я голоден?”       “Мы. Я тоже это чувствую.”       “Эй, парень. Как тебя там?”       — Джеральд Обрайен, — тихо отозвался юноша. Он действительно чувствовал голод, но ему это было настолько привычно, что он не особо выделял это чувство. Живот пока еще не крутит от боли, а значит можно потерпеть.       “Думаю, ты понимаешь.”       — Я не… — только теперь Джеральд понял, что так и не поужинал вчера.       Его сумка горделиво лежала в углу комнаты. Что-то с ней было не так. Юношу обдало холодным потом, и он подскочил к ней, проверяя содержимое. Книга осталась на месте, а вот честно заработанный ужин пропал без вести.       “Суки”, Обрайен с силой сжал кулаки.       “Я попросил…”       “Ой. Вот не надо тут делать из себя невесть кого. Когда мы пиздились ты был довольно… красноречив.”       “Ты на меня напал!”       “А нехер шляться где не положено!”       “Еще твоего разрешения я не спрашивал. К слову. А где мы вообще?”       — В Эсхате, — потирая виски ответил юноша. Галдеж в голове начинал его нервировать, особенно когда голоса начинали чуть ли не кричать.       “Че блять?”       “Какого…”       “Давай. Договаривай уебок. А? Что это мы резко притихли?”       “Закрой свой рот.”       “Неправильно. Надо говорить - захлопни ебало. Повторяй.”       “Блять. Ты невыносим.”       “Обращайтесь.”       — Будьте так любезны, закройте свои хлебала. У меня от вас двоих голова болит.       “Вот. Вот так надо общаться.”       “Чему ты вообще его учишь! Он начинал за здравие, а кончил за упокой. Нужно поработать над манерой речи. Это очень важно!”       “Я его учил? У него и без меня довольно удачно выходит.”       “Даже не знаю, что говорить такому как ты. На всем белом свете не сыщешь такого… индивида.”       “Благодарю за столь высокую оценку.”       — Я попросил!       Раздался стук в дверь. Джеральд только теперь осознал, что помимо разговоров самим с собой, последнее он довольно громко прокричал. Юноша подошел к двери, открывая ее и выглядывая.       — Джеральд, с тобой точно все в порядке? Я слышал крик, — Эдгард выглядел чрезвычайно обеспокоенным. Его глаза невольно заглядывали в помещение, будто искали кого-то.       — Прости. У меня просто своровали еду, — юноша перевел взгляд на сумку, — Я как пришел тогда, ничего не помню.       — Значит все-таки своровали. Прости. Не уследил. Все в таком шоке были, когда после вспышки, ты упал без сознания, — мужчина медлил, внимательно осматривая юношу, — Не думаю, что я смогу выяснить кто это сделал.       — Я понимаю…       — Ты же всегда можешь пойти к матери и попросить ее.       — Я был там уже вчера, — Джеральд скорчил недовольную гримасу. Вчера он так радовался, что смог наконец-то самостоятельно заработать себе на хорошую порцию еды, а тут такое.       — Не думаю, что она тебя прогонит. Ты же все-таки ее сын.       Джеральд уперся головой о косяк. Действительно, мама его не прогонит, но он продолжит падать в ее глазах. Вся сложившаяся ситуация была несправедливой по отношению к нему.       “Опять будут разговоры о переезде”, юноша поджал губы.       — Ладно. Еще раз извини.       — Все нормально. Не переживай, — Эдгард похлопал юношу по плечу, с трепетом смотря на него.       Обрайен закрыл дверь, медленно скатываясь по стене на пол, а после утыкаясь лицом в колени.       “К маме… интересный экземпляр. А сколько тебе годков то?”       “Девятнадцать.”       “А ну это же нормально обращаться за помощью к матери в такой момент. В чем проблема?”       “В вас.”       “А вот это было грубо с Вашей стороны, молодой человек.”       “Ты говоришь как старикашка.”       “Он и есть старикашка.”       “Я взрослый мужчина, а не старикашка. Да и чья бы корова мычала.”       “Мне всего двадцать семь.”       “Думаешь я поверю в эту чепуху?”       “Что? Тебе не по душе, что тебя уделал младшенький? Ну ты не плачь главное.”       “Ничего ты меня не уделал! Я тебя так-то ранил!”       “Из такой пушки не попасть было довольно затруднительно.”       “И что? Ты по мне ни разу так и не попал!”       “А кто тебе сказал, что я метил в тебя?”       “Ха.Ха.Ха. Вы такой забавный молодой человек. А кто выстрелил из снайперки мне в лицо!?”       “О. Так ты еще и понял куда я целился. Интересно. Какая разница, если ты все время прятался за своим роботом.”       “Мне нужно было сражаться с тобой голыми руками?”       “Стоп.” Голоса стихли, прислушиваясь к истинному владельцу тела. “Вы вообще кто блять такие? Какой еще робот?” Юношу обдало холодным потом от осознания. “Вы… вы что…”       В памяти всплыла история, которую он вчера внимательно слушал. И даже мысли о том, что в его голове поселились представители двух враждующих держав было ужасным, а то, что они могли быть необычными представителями.       “Вы устроили бойню в Шатторе и оставили от центра столицы выжженную пустошь?”       “Возможно.”       “Это твоя вина.”       “Моя? Я не виноват, что ты попасть никак не мог. Надо было на стрельбище ходить ради приличия.”       “Хочешь сказать, что вина за это на мне?!”       “На вас обоих…”       Джеральд сжался. Они не стали опровергать те ужасные предположения, а значит слова не были преувеличением.       ***       В установившейся тишине в его голове, Джеральду казалось, что он остался один. Он даже не знал, радоваться ему или начать переживать.       “Вы тут?”       “Возможно. Все зависит от того, что ты хочешь.”       “Что?”       “Не думал, что соглашусь с этим… но разве не ты кричал на нас, чтобы мы перестали говорить?”       Джеральд поджал губы. Это была правда, но осознание, что кто-то смотрит на этот мир его глазами, так еще и следит за каждым его действием было пугающим. Он боялся даже предположить кто конкретно поселился в его сознании, а тут они вдруг покорно смолкают.       “Надеялся, что вы исчезли. Как я ошибся.”       “Грубить вздумал?”       “И что ты мне сделаешь?”       Вдруг тело остановилось, перестав подчиняться. Юноша совершенно позабыл о маленькой проблеме. Под руководством Альбрахиаса, тушка развернулась и двинулась в неприметный переулок, где из-за теней от домов не было видно ничего. Сердце заколотилось с силой. Джеральд отчаянно пытался вернуть контроль, но воля мужчины была сильнее.       “Ты нас только не угробь. Будь так добр.”       — Я подумаю.       Переулок был узким с широкими большими мусорными баками, которые были заполнены пакетами. По звукам там копошились крысы. Альбрахиас взял небольшую палку с земли и замахнулся:       — Посмотрим какое у тебя устойчивое тельце.       “Что?! Ты сума сошел? У нас тело на всех троих!”       — Я привык к боли. Так что страдать будете вы двое.       “Господи. За что мне это все.”       “Ладно-ладно. Я был не прав. Мне очень стыдно. Опусти палку на место.”       — И это ты называешь извинениями?       В груди заныло. Сердце забилось сильнее. Тело задрожало от страха и беспомощности.       — Афигеть. Я, блять, чувствую твои эмоции. Интересно.       Альбрахиас отбросил палку в сторону, ускорив шаг. Руки он запихнул в небольшие передние карманы джинсов. Рейт озирался по сторонам, будто кого-то искал.       — У тебя есть деньги?       “Что? Зачем? Нет?”       “Не смей накачивать это тело наркотой!”       “Что?”       — Мне, блять, интересно как это тельце отреагирует на обычную травку. Что вы сразу устроили?       “А что, если мне станет плохо?”       — За что ты переживаешь? Поваляешься в коматозе часик другой и все.       “Не поваляюсь!”       Джеральд понимал, что, если он лишится здорового рассудка, так еще и станет недееспособным с его телом вытворят непоправимое. В памяти невольно вспомнился тот тучный мужчина с голодным взглядом. По телу пробежали мурашки.       “С твоим телом что-то не так?”       — Вы оба слишком бурно реагируете.       “Случится непоправимое. То, в чем вы оба не хотели бы принять участие.”       Альбрахиас остановился, вскидывая бровь.       — Думаю тебе есть что нам рассказать, да?       “Я покажу, если освободишь меня.”       Джеральд вновь почувствовал, как тело попало под его контроль. Он не знал почему, но его обуяло счастье. Хотелось даже прыгать. Но осознание, что он может в любой момент потерять контроль наводило ужас. От этих двоих следовало избавиться как можно скорее.       “Я жду.”