Записки из города "Безликий"

      <Карандашом на обороте школьной таблицы масок>       Сегодня мой день рождения. Фестиваль Масок. Самый странный день. Все дома. Никого нет на улице. Только ветер гуляет по мостовой. Мама сказала, что сегодня можно ходить без маски. Что можно показывать своё лицо. Я так ждал! Хотел увидеть всех. Дядю в шляпе, девочку Лию… Но улица пуста.       Я спросил, почему. Разве это не праздник?       Мама поправила свою маску «Спокойствия» и сказала, что своё лицо показывать стыдно. Что его носят только дома.       Но если его носят дома, почему мы его никому не показываем? А на улице все носят маски, которые видят другие? Я не понимаю.       <Запись в дневнике, буквы неровные>       Дома нет зеркал. Совсем. Я спросил почему.       Мама сказала, что они разбиваются. Потом добавила, что в них живут духи.       Я знаю, что это неправда.       Однажды после дождя я увидел своё лицо в луже. Бледное, дрожало от воды. Нос, рот, два глаза. Всё как у всех. Почему его нужно прятать?       В луже я видел и лицо мамы. Она наклонилась поправить мне ботинок, и я увидел. Красивое. Но очень грустное. Когда она заметила, что я смотрю, быстро повела меня домой.       <Клочок бумаги, спрятанный под матрасом>       Завтра мне исполняется 7 лет. И на фестивале мне подарят мою первую настоящую маску. Мама и папа сказали, что я могу выбрать. Они хотят подарить мне «Доброту».       Все ребята в школе уже говорят о своих первых масках. Том говорит, что его папа купит ему «Превосходство». Дорогая. Почти не бьётся. Я… я не знаю. Мама спросила, какую хочу я.       Я сказал, может, «Любопытство»?       Мама ответила, что она слишком хрупкая. Что её быстро разобьют.       Почему всё, что я хочу, — хрупкое? А всё прочное — когда тебе всё равно?       <След от мокрых капель на бумаге>       У меня никогда не было своей маски. Только сегодня, после церемонии, у меня появилась первая. Глиняная «Радость», которую дарят всем детям. Её можно носить только дома, для тренировки.       Я так радовался, что бежал показывать её маме и уронил. Она разбилась о пол.       Я испугался, что она рассердится. Но мама обняла меня и заплакала. Без маски. Её настоящее лицо было мокрым.       Она сказала, что ничего страшного. Что они для этого и существуют. Чтобы их носить, а потом разбивать.       Но если их просто разбивают… зачем мы их носим? Может, моё настоящее лицо прочнее? Его же нельзя разбить о пол…       Она прижала меня к себе. И мне показалось, что моё настоящее лицо, прижатое к её плечу, понимает что-то важное, чего я ещё не могу понять словами.       <Самая последняя запись>       Фестиваль кончился. Теперь у меня есть маска «Доброта». Её надо носить всегда, когда выхожу из дома.       Но я придумал план.       Когда все наденут свои маски и город станет «нормальным»… я найду самую большую и чистую лужу.       Сяду рядом и буду ждать.       Когда ветер утихнет, и вода станет гладкой, как стекло…       Я буду смотреть. Долго-долго.       На своё настоящее лицо.       Хочу запомнить его. Пока не забыл. Кажется, я единственный, кто хочет его знать.