Одинокая мотоциклистка

Мимо проносились яркие огни вечернего Лондона. Джон откинул голову на подголовник и устало вздохнул. Ну что ж, этот вечер прошел не зря. Конечно, дочь пришлось бросить на руках у миссис Хадсон, но они с Шерлоком спасли чужую жизнь, а это — немало. Шерлок, впрочем, совершенно не выглядел расслабленным. Он настороженно следил за тем, как мимо проносятся ярко освещенные витрины, многочисленные авто, ярко-алый двухэтажный автобус... Мост через Темзу... — Как ты узнал? — вдруг спросил Джон. — Про вторую? — не понял Шерлок. — Я же объяснил. — Нет, про то, что нам нужно ехать и спасать Кошку. Шерлок покачал головой: — Я не знал. Я хотел задать ей один вопрос, а когда она не ответила, подумал, что это должно было случиться. Она сказала, что поставит на мой звонок такой рингтон, что проснется и мертвая. Это должно было случиться. — Какой вопрос ты хотел ей задать? Джон и сам не знал, чего пытается добиться. Очевидно, что никаких результатов в расследовании нет, иначе бы Шерлок не ехал домой. Когда он идет по следу, он способен не есть и не спать, как киборг. Или, что более верно, как андроид. Шерлок поморщился и покачал головой: — Это только догадка. Если оправдается, объясню. Я хотел спросить, умеет ли она расстегивать английский замок на серьгах. — Э?.. — Джон свел брови. — И все? — И все. — И что тебе это даст? — Это сократило бы мои поиски во много раз, — пожал плечами Шерлок. — Но раз уж в ближайшее время Кошка ответить не сможет, пойдем длинным путем. Он в очередной раз достал из кармана мобильный — и встрепенулся: — Работает! Поскольку теперь из телефона Шерлока было не вытащить, Джон потянулся за своим. Первым делом просмотрел сообщение от миссис Хадсон. «Поела, играем». Далее следовал целый ряд эмодзи. Интересно, кто ее этому научил... Пара уведомлений о счетах, сообщение в фейсбуке от Молли: «Завтра приходить?» Джон поспешно отписался: «Если несложно. Если нет времени или желания, напиши, у нас теперь няня есть». Гм, «у нас». Отправляя сообщение, Джон думал не про себя и дочь, а про себя и... Он покосился на Шерлока, но тот энергично тыкал в экран — и не замечал ничего вокруг. А может, и замечал, но не это сейчас беспокоило его гениальный мозг. Когда подъезжали к дому 221b по Бэйкер-стрит, Джон уже собирался было окликнуть друга, но тот удивительно вовремя убрал телефон и оживленно произнес: — Есть хочется. — Что-нибудь узнал? — Нет, но получу ответы на сообщения — и узнаю. Возможно, уже завтра. Майкрофт написал, что жизнь Кошки вне опасности, пиковый момент пройден. — Надеюсь, кто-нибудь будет с ней рядом, когда она придет в себя, — пробормотал Джон. — После заплеванной комнатушки оказаться в высококлассной больнице... Контраст слишком велик. — Гораздо интереснее, что теперь будет делать вторая, — заметил Холмс. — Когда мы выходили, я не заметил слежки. Очевидно, она ушла — и теперь дожидается результата своей деятельности. Надо попробовать ее поймать, когда она придет выяснять. Он немедленно снова достал телефон и споткнулся на пороге в дом. Джон машинально его подхватил под локоть. И, конечно, не дождался даже «спасибо». На первом этаже было темно. Джон зажег свет — и Шерлок побрел на второй этаж, не отлипая от экрана. Джон поднялся на третий и неслышно приоткрыл дверь собственной комнаты. До его уха немедленно донесся ласковый голос миссис Хадсон: — А потом она уехала за океан и прислала мне дли-и-инное письмо... — Миссис Хадсон, — шепотом окликнул Джон. — А, это вы, — миссис Хадсон приподнялась со стула и склонилась над кроваткой. — Кажется, заснула, но я еще посижу, а то уже дважды хныкала. Но покушала и совсем не капризничала. — Как это у вас получается, ума не приложу, — едва слышно выдохнул Джон. — Вы не сердитесь? — Конечно же, нет, — та укоризненно посмотрела через плечо. — Но было бы лучше, если бы предупреждали... ну, конечно, не за день, на это вы не способны, но за пару часов? За полчаса? За десять минут?.. Рози как будто только и ждала, когда миссис Хадсон повысит голос, потому что немедленно начала поскуливать. — Ну вот, — всплеснула руками лэндледи и поспешно затянула: — Родилась у них девочка, назвали ее Рози... Джон так же неслышно прикрыл дверь. На втором этаже тоже было тихо. В гостиной было темно, а с кухни раздавались неясные шумы. Джон заглянул и увидел, как Шерлок, скинув пальто и пиджак на спинку стула, пальцами ест что-то из бумажного пакета. Не отрываясь от телефона, естественно. — Ты хотя бы руки вымыл? — недовольно произнес Джон. — В этом притоне можно подцепить не только сальмонеллу и стрептококк, но и, если не повезет, гепатит. — Да, — коротко отозвался Шерлок. Джон заглянул в ванную и убедился. Раковина была мокрой. Вообще-то можно было не спрашивать... На миг он подумал, что таким видит мир Шерлок. Зачем спрашивать, если и так понятно? Но как-то грустно жить в мире, где нет вопросов и не нужны ответы. Джон тщательно вымыл руки и вернулся на кухню. Достал из пакета пластиковые тарелки, разложил на них остатки того, что нашел: наггетсы, понемногу какого-то овощного салата, жареное яйцо со специями. — Ешь, — он чуть ли не силой усадил друга за стол. — И вилку возьми. Неожиданно тот отложил телефон и улыбнулся: — Так проявляют заботу? Кормят? — Так проявляют адекватность и вежливость, — фыркнул Джон и поставил чайник. Внезапно в дверь внизу постучали, и он простонал: — Ну, опять!.. Кому неймется? Или это ответ на твои сообщения? Я тоже есть хочу! И предупреждаю, никуда не пойду. — Спустись, — потребовал Шерлок и снова завладел телефоном. — Это, наверное, курьер. — С дурью, что ли? — подозрительно уставился на него Джон. — Нет, с одеялом. — С каким, черт его дери, одеялом?! — Твоим, — отозвался друг — и больше ничего не пояснил. Джон закатил глаза, но стук в дверь прозвучал снова, и Джон поторопился, пока миссис Хадсон не озверела. Мало того, что она вынуждена сидеть с чужим ребенком, так еще и в дверь стучат в двенадцатом часу... Он приоткрыл дверь и выглянул. Замотанный мужик с лишним весом протянул ему огромный тюк со словами: — Доставка из «ДримНест», сэр. Распишитесь, пожалуйста. Джон торопливо черкнул в плохо отпечатанной накладной о доставке и забрал тюк, оказавшийся неожиданно легким. После ухода курьера дверь он запер и побрел наверх со своей неудобной ношей, которую сгрузил на диван в гостиной. И вернулся на кухню. — А теперь объясни, что это было. Шерлок даже жевать перестал, отложив телефон на стол. — Одеяло. Твое. Личное. — Зачем? — Так удобнее, — непонимающе уставился на него друг. — Под одним нам будет некомфортно. По крайней мере, мне. Джон даже хмыкнул: — То есть ты полагаешь, что этой ночью я останусь спать у тебя? — Нет, — пожал плечами Шерлок. Становилось любопытно, и Джон усмехнулся: — Значит, ты полагаешь, что моего собственного одеяла в моей собственной кровати мне недостаточно? — Я же сказал, «нам», — педантично указал ему на ошибку Холмс. — Я имею в виду, я полагаю, что ты останешься не только на эту ночь. — А почему бы вдруг я должен так поступить? — А почему нет? Джон тяжело вздохнул: — Как минимум, потому, что у меня есть дочь, за ней нужно присматривать. — Не прикрывайся дочерью, — отрезал Шерлок. — Кстати, это тоже решаемый вопрос. Он снова подхватил телефон, но Джон отобрал и со стуком положил его на стол. — Отцепись на пять минут от мобильника. Шерлок, то, что мы вчера и... сегодня... Это не делает меня твоим... э-э-э... — Бойфрендом? — друг приподнял бровь. — Согласен, это глупо звучит. Не лучше, чем названия твоих постов в блоге. — Да нет... — Джон поднял пластиковую вилку. — Нет, нет, нет и нет. При чем тут слово? Шерлок, ты меня знаешь. Я за тебя... Я готов отдать жизнь — за тебя. Я готов лезть в любое пекло, только потому, что тебе там нескучно. Но... — Но?.. — Шерлок посмотрел так внимательно, так напряженно, что стало не по себе. Пока Джон пытался подобрать слова, друг сорвался с места и выпалил с неожиданной злостью: — Когда-нибудь я Майкрофта все-таки убью. Меня приговорят к пожизненному заключению, и я сам повешусь на собственных шнурках. Или напишу монографию. Но главное — он перестанет лезть в мою жизнь, даже если в этой жизни не останется ничего, кроме выращивания комнатных цветов. — Послушай, — Джон вздохнул. — Он все сделал правильно. Ну, то, что рассказал. Серьезно, в этом нет ничего плохого. Я любил Мэри. У тебя была твоя Бэрил. Закончилось по-разному, но оно закончилось, Шерлок. Вопрос не в этом. Ты серьезно думаешь, что если закрыть глаза, то что-то исчезнет? — Вопрос не в этом, — яростно развернулся друг. — Он просто не имел права приходить сюда и вываливать тебе то, что я... Да еще и так, как это видит он! Может быть, я и полный профан в отношениях, но оно закончилось, и не Майкрофт должен был решать, что и как я должен говорить о себе. — А я считаю, что это хорошо, — не согласился Джон. — Ты всегда говоришь о себе так, как будто некие привязанности... компрометируют тебя. Как будто это слабость. — Это и есть слабость, — выдохнул Шерлок. — Идеальный мозг идеально отлажен. Как совершенный программный комплекс. Ты нажимаешь на клавишу — и получаешь результат обсчета, всё. Эмоции — это пыль, грязь, которая разрушает систему. Но знаешь что?.. Я... не готов проводить рефакторинг. Как будто этот тот самый легаси-код, на котором держится вся система. Ядро, которое может быть не идеальным, но стопроцентно рабочим. В любых условиях. Потому что его писали... с вдохновением. Джон замер. Если он хоть что-то в этой жизни понимал, то сейчас он услышал признание. В чем — тоже сложно сказать, но это определенно было признание. Шерлок так и стоял посреди кухни — раздраженный, уязвленный, с отчаянно закушенной губой. Было бы глупо ждать от него чего-то другого. — Не злись на Майкрофта, — посоветовал Джон. — Он не умеет... с вдохновением, а потому он делает все, чтобы исключить любые риски. Прости ему это, он не понимает, что можно иначе. Шерлок немного расслабился и фыркнул: — Ты имеешь в виду то, что нельзя злиться на ущербных? — Вроде того, — Джон улыбнулся. — Но ты много значишь для него. И он пытается сделать лучше — как умеет. Но мне кажется, что ты вообще придаешь этому слишком большое значение. В конце концов, речь не о нем. Речь о тебе. Ответь мне честно, Шерлок, не просчитывай вперед... Ты любил Бэрил? Друг вздохнул. Помолчал. Оперся кулаками на стол. — Да. Возможно, мы вкладываем разное в это слово, но — да. — А Ирэн?.. — Еще сложнее, — Шерлок оттолкнулся и зашагал по кухне, то и дело натыкаясь на что-то. — Наверное, да. Вернее было бы сказать, что я хотел этого, но... Оно кончилось, не начавшись. Джон поднялся и посмотрел ему прямо в глаза. — А я? — просто спросил он. — Что насчет меня? Шерлок замер. Его глаза расширились, зрачки почти заполнили светлую радужку. — Да, — наконец, ответил он — и больше ничего не добавил. Джон упал на стул и вздохнул: — Тогда распакуй одеяло. Шерлок молчал. Буквально несколько минут назад он с уверенностью говорил о предстоящей ночи — и вот теперь молчал, хотя, казалось бы, получил то, чего добивался. И, наконец, выдохнул: — Я не понимаю. Джон не позволил себе усмехнуться, хотя очень хотелось. — Чего не понимаешь? — Ты вчера устроил мне чертов допрос. Я не заработал высший балл ни на одном ответе. Сегодня Майкрофт вывалил тебе ту... историю, а она довольно грязная, что тут скрывать, — Шерлок дернул плечом. — Ты отказывался вернуться в мою постель, когда я проявил заботу о тебе. А теперь, узнав о том, что у меня тоже есть... прошлое, ты готов? Это абсурд. Я не понимаю. Джон рассмеялся, больше удерживаться было нельзя. — Не «проявил заботу», а «решил за меня», Шерлок. И не «грязное прошлое», а нормальная история для человека, которому за тридцать. Когда я тебе в этой гостиной вываливал, что изменил жене, ты считал, что это нормально. Почему теперь не считаешь? Шерлок встряхнул головой. И еще раз. И еще. — И, перед тем, как я приглашу тебя в твою же кровать, я хочу задать еще один вопрос, — добавил Джон. Друг не ответил, только поглядел вопросительно. Очевидно, не имел моральных сил возражать. Джон немного подумал, как это сформулировать... А потом решил, что не думать сейчас будет гораздо полезнее. — Вчера ты спросил, не проблема ли то, что ты мужчина, — Джон чуть сощурился. — Такие кейсы у тебя были? Я имею в виду, в твоей жизни. Лично. — Можно было и попроще, — Шерлок, наконец, попытался улыбнуться. — Чтобы как с Бэрил или как с Ирэн — не было. Но в целом — пожалуй, да. Дважды. Первый раз... Мне еще восемнадцати не было. Но я и ни разу не видел человека, с которым я... — Как это? — Джон так изумился, что даже перебил. — Это было общение в сети, — пояснил друг. — Я даже не могу быть уверен, что это был мужчина. Он так представился. Мы переписывались ночи напролет. Я не умею... флиртовать, но если попытаться это оценить, то это было оно. Второй раз — немногим позже Бэрил. Как будто она разбудила во мне что-то, что никак не могло заткнуться. Но до постели тоже не дошло. Майкрофт, кстати, не в курсе. На этот раз я был умнее. — То есть... до секса не дошло? — Нет, — решительно отозвался Шерлок. Джон понял, что вопрос задал неправильно, и попытался скорректировать: — Я имею в виду... Даже так, как у нас было вчера? До такого тоже не дошло? — Нет, — Шерлок поглядел озадаченно. — То, что у нас было вчера, относится к категории секса. — Ах, к категории... — протянул Джон. — Ну, это тоже секс, разве нет?.. — Ну, в целом, да, — не мог не признать Джон. — С Лестрейдом мы так не здороваемся. Шерлок вздохнул: — Прежде чем ты пригласишь меня в мою же кровать... — М?.. — Тебе тоже стоит поесть, — закончил друг. — Чаю? Джон удивленно на него покосился. Но есть действительно хотелось, и он кивнул: — Да, пожалуйста. На кухне был весьма приличный чай, и заварочный чайник, и симпатичные чашки, но Шерлок ограничился двумя здоровенными кружками, в которые плюхнул по пакетику и залил кипятком. И на том спасибо. Джону все еще казалась подозрительной услужливость друга. Сколько лет они прожили вместе на Бэйкер-стрит? И все равно Джон мог по пальцам пересчитать, когда бы тот сделал ему чай или кофе. Шерлок отхлебнул обжигающего чая, не дожидаясь, пока несчастный пакетик заварится. Поморщился и поставил кружку на стол. — Я сейчас, — бросил он. — Распакую одеяло и... В общем, пару минут. Телефон он предусмотрительно унес с собой. Джон успел доесть импровизированный ужин и даже вымыл кружку (только свою), когда Шерлок наконец протащил мимо тюк. Оглушительный треск пластика ознаменовал, что тюк распакован. Джон преодолел короткий коридор и привалился плечом к косяку. — Кажется, неплохо бы еще пододеяльник, м? — Завтра, — отмахнулся Шерлок. — Тут все равно весь комплект надо в прачечную тащить. — А как ты собираешься объяснять второе одеяло миссис Хадсон? — уточнил Джон. Шерлок разогнулся и пожал плечами: — Никак. Она же домовладелица, а не домработница, редко здесь бывает. Джон кивнул и захлопнул за собой дверь. Шерлок несколько нервно оглянулся и попытки сблизиться не сделал. — Выходи, — усмехнулся Джон. — Я не собираюсь тебя преследовать и загонять в угол. Друг послушался, но как только расстояние сократилось до одного шага, указал подбородком на кровать и спросил: — Может быть... М? Джон вздохнул: — Где же твоя логика? Все равно вставать придется, чтобы раздеться. Он ощутил на себе «фирменный» взгляд. Шерлок задержал внимание на воротнике, потом — на запястье, потом — ниже пояса. И замер. — Ну и какие выводы? — не удержался Джон. — Тебе точно это надо? — Шерлок, наконец, улыбнулся. — Давай, любопытно, — Джон улыбнулся в ответ. Шерлок взмахнул рукой и выпалил: — Пуговица на воротнике расстегнута, хотя когда я уходил, она еще была застегнута. Ты расстегиваешь ее, когда волнуешься или когда тебе кажется, что не хватает воздуха. Манжеты замяты, но по-разному. На левой руке больше. Ты мыл посуду, а потом несколько раз смотрел на часы — настолько часто, что подворачивать рукав каждый раз стало тебя раздражать. Телефон в заднем кармане, но обычно ты кладешь его в передний, когда на тебе нет верхней одежды. Полагаю, это потому, что... Он запнулся. Джон фыркнул: — Ну да, ткань натягивается, неудобно. Шерлок мотнул головой: — Прости. — Да нет, все верно, — Джон хмыкнул. — Я только не заметил, когда расстегнул пуговицу. И ради Бога, не начинай про то, что для дедукции нет разницы в осознанных и неосознанных движениях. — Хорошо, не буду, — Шерлок отвел взгляд. Джон посмотрел ему в лицо. До сих пор не мог взять в толк, откуда берется эта нерешительность. Холмс всегда был высокого мнения о себе, так что это не может быть застенчивостью. Вчера еще были сомнения относительно наличия сексуального опыта, но сегодня Шерлок их развеял. И определенно вопрос не в том, что друг не уверен, что ему это нужно. Он ни за что не стал бы отвечать на личные вопросы, если бы было не нужно. Так что это значит? Но когда в спальне оказываются двое, кто-то должен сделать первый шаг, это Джон знал точно. И пока ни разу не было такого, чтобы этим «кем-то» оказался не он. Джон сделал последний шаг вперед и уверенно взял Шерлока за запястье. Сразу ощутил пульс — и вовсе не там, где это положено проверять, а напротив ладьевидной кости. Пульс учащенный... Да это и так понятно, раз вибрация ощущается даже в лучевой артерии. — Я... — Шерлок вздрогнул. — Я там делал кое-какие покупки сегодня... Все, что может пригодиться, Джон. — Ты? — Джон неверяще покачал головой и попытался заглянуть в глаза. — Ты — и заходил в секс-шоп? — Да. Продавщица задала мне множество глупых вопросов, но я указал ей на ее фригидность, из-за которой она и пошла туда работать — и она отстала. — Господи, Шерлок, — Джон простонал и развернул его за подбородок к себе. — Заткнись. Поцелуй получился куда более чувственным, чем вчера. Джон ощущал себя увереннее, а на губах не было привкуса крови. Это хорошо, слизистые всегда восстанавливаются быстрее, значит, идет на поправку. И нет ощущения, что целуешься где-то за гранью, между жизнью и смертью. Сомнений оставалось меньше, и тело — пока еще неуверенно — начинало требовать своего. Хотелось расслабиться, но для этого бы неплохо опереться на что-то, а нижняя спинка кровати была слишком низкой. Подумав об этом, Джон потянулся к пуговицам на рубашке Шерлока. Раз уж опереться нельзя, то хотя бы форсировать события. Он чувствовал, как напрягаются под прикосновениями мышцы, и постарался приложить все усилия, чтобы успокоить. Что бы ни было причиной, хотелось, чтобы близость была близостью, а не полем боя. Шерлок отвел руки назад, позволяя себя раздевать, и Джон прервал поцелуй. Все равно одновременно одно и второе получается плохо. Рубашка упала на пол. Шерлок брякнул пряжкой ремня и расстегнул брюки, но снимать их не спешил. Впрочем, Джон и без этого видел и учащенное дыхание, и заметную эрекцию. Даже немного странно, но вовсе не оттого, что смущало еще вчера. Просто сложно было представить, что Шерлока что-то может настолько заводить. Чисто технически добиться эрекции можно у любого здорового мужчины, но такая яркая и быстрая реакция... Пожалуй, это было лестно. Джон тоже потянулся расстегнуть рубашку. Шерлок помог, и слаженными усилиями они справились с ней в два раза дольше, чем Джон бы это сделал один. Джон уже собирался предложить раздеться дальше самим, чтобы было проще, но Шерлок прикусил губу и поддернул брюки. Джону не потребовалось и секунды, чтобы понять, что это значит, и Шерлока он перехватил. За локоть. — Стой, — произнес он прямо ему в губы. — В другой раз. — Почему? — под прикосновением губы раскрылись. — Не хочешь?.. — Не хочу думать о том, чтобы не сорваться, — ясно и четко объяснил Джон. — Раздевайся и ложись. Я с твоими брюками полчаса провожусь. Раздевался Шерлок ловко, но все равно застрял на туфлях. Джон не стал смотреть по нескольким причинам. Не хотелось смущать взглядом, нужно было раздеться самому, да еще и поза выглядела провокационно — штаны до колена Шерлок уже успел стянуть. Вместо этого Джон пошарил взглядом по комнате и усилием воли заставил себя мыслить логично. Спрашивать, где там покупки, которые мистер Холмс притащил из секс-шопа, не хотелось. Но вряд ли он запихал их на полку с химикалиями или в коробку с документами по завершенным кейсам. Хотя от друга всего можно ожидать, но все-таки он должен был постараться избежать еще большей неловкости. Так что либо на прикроватном столике, либо в кровати. На столике только ноты и незнакомая зажигалка — тяжелая, металлическая, с рельефной гитарой на крышке. И можно даже предположить, откуда. Если байкерские шмотки Шерлок, как собирался, припрятал на будущее, то чужую зажигалку, видимо, вытащил. Стоит, наверное, спросить у бывшего владельца куртки, вдруг она ему дорога... И почему он там ее оставил. Джон поморщился. Вот до зажигалки ли! Шерлок, наконец, справился с туфлями и стянул брюки. Джон джинсы сбросил еще раньше, потому что любимые разношенные ботинки тупо стянул за задники. Опять вернулась изначальная неловкость, но с этим Джон справился быстро. Он просто подтолкнул Шерлока, и тому ничего не оставалось, кроме как плюхнуться на кровать. Джон склонился над ним, снова целуя в губы, и на этот раз запустил пальцы в волосы на затылке. Очень приятное ощущение — мягкие кудряшки немного щекотно скользили по тыльной стороне ладони. Однако это ощущение померкло перед новым — и куда более чувствительным. Поверх натянувшейся ткани трусов скользнули чужие пальцы. Движение не было требовательным, но Джон рассеянно подумал, что градус возрастает слишком стремительно, и будет неплохо разместиться удобнее, пока не припекло окончательно. Но сначала следовало прояснить один вопрос. — То, что купил — в кровати? — Да. То, что Шерлок даже не прошелся на тему потрясающей дедукции, лучше всего говорило, что даже его гениальный мозг не всегда работает исключительно под управлением логики. Джон опустился на кровать ближе к подушкам и одним движением подтянулся к спинке кровати. В ворохе уже двух одеял и смятых подушек было вполне удобно, и он потянул Шерлока к себе за запястье. Тот оттолкнулся и перебрался поближе. Сбивчивые поцелуи, неуверенные ласки — Джон через такое проходил не раз, и был уверен, что так — лучше, чем почти торжественное изучение друг друга, когда чувствуешь себя, как будто тебя в домашней футболке пригласили на торжественный прием. Впрочем, Шерлок и в простыне в королевском дворце не смущался, но сейчас на его щеках горели пятна яркого румянца, а ресницы дрожали. — Ради бога, Джон... Мистер Уотсон заглянул ему в глаза. Обычно эти слова произносились крайне раздраженным тоном и означали, что терпение Шерлока на исходе. Впрочем... И теперь, похоже, тоже на исходе, но раз говорит, а не делает, значит, ждет? Джон потянулся к изголовью, где в прошлый раз нашел Библию. Не ошибся, на этот раз ему под руку попался небольшой флакон с дозатором. Сразу понятно, что это. Шерлок поймал взгляд и пробормотал: — Может, погасим свет? Джон машинально оценил расстояние до торшера. Дотянуться ни при каких условиях нельзя, и он помотал головой: — Нет. Шерлок взгляд отвел. Не возразил, но впервые задал движение сам — и развернулся, поднимаясь на колени и опираясь на спинку кровати. — Я гуглил, — отрывисто произнес он. — И выполнил... инструкции. — Ты кретин, — не удержался Джон. — Хочешь, я тебе как врач скажу, что нужно? — М... Нет, — решительно отозвался Шерлок. — Сам пойму. Джон вздохнул. «Ничего», — это самый точный ответ на вопрос, что нужно. Но ведь нашел какие-то дурацкие советы — и еще неизвестно, насколько адекватные. Однако слишком напряженная поза Шерлока подсказывала, что стоит проявить терпение. И, наверное, уверенность. В таком состоянии мышцы расслабить невозможно, а это никому из двоих не в плюс. Джон дурацких советов давать не стал. Взывать к разуму — тоже, все равно бессмысленно. Вместо этого он склонился над любовником, провел губами по шее, слегка прикусил за плечо. Прижиматься к бедру не рискнул. Вот же черт! Как будто с девственницей в постель лег! Легким усилием воли Джон напомнил себе, что отчасти это так и есть — и не следует Шерлока за это винить. Он провел языком по позвоночнику, по слегка солоноватой коже, перехватил за бедро, заставляя опуститься пониже. Шерлок легко поддался, и от этого не могло не сносить крышу. Но... Черт, как раз крышу бы стоило сохранить, потому что впереди еще не самый легкий процесс. Джон потянул ткань трусов вниз, а чтобы это не было единственным ощущением, коснулся губами поясницы любовника. Шерлок переступил коленями и помог, причем предпочел полностью избавиться от трусов. Что ж, это разумно, не будет сковывать движения. Но это была последняя здравая мысль. Джон торопливо сорвал пластиковую крышку флакона и надавил на клавишу дозатора. Гель был явно дорогим — в меру густым, с отличной текстурой. Он размазал гель по пальцам и предупредительно коснулся кожи чуть ниже копчика. Шерлок низко наклонил голову и шумно вздохнул. Джон скользнул пальцами ниже и переступил, склоняясь над спиной любовника. Поцеловал сведенные лопатки, скользил медленно, позволяя расслабиться. Шерлок опустился на локти, все еще цепляясь пальцами за изголовье, и Джон видел, что кожа на пальцах — белая от напряжения. Видимо, ничто не способно сгладить это напряжение, пока Шерлок не знает, чего ожидать. Тянуть — только мучить. С этой мыслью Джон осторожно надавил пальцем на тугие мышцы — и с трудом выдохнул сам. Да, просто не будет... Очень медленно Джон растягивал мышцы, ощущая, что на его собственном загривке проступает испарина. Шерлок уже не цеплялся так. Он скрестил руки перед собой и уткнулся в них лбом. Гибкое, натянутое, как струна, тело постепенно расслаблялось, войти уже было проще, но Джон не спешил. Скользил рукой все так же медленно, пока не почувствовал, что Шерлок расставляет колени шире. Что ж, можно было попробовать войти двумя пальцами. И, как ни странно, это удалось без особого труда. Торопиться, конечно, не следовало, но Джон уже буквально ощущал, насколько проще будет дальше. Но — это было до того, как Шерлок качнулся назад и застонал. Джон почувствовал, что дыхание перехватывает. Казалось, несколько секунд он вообще не дышал, а потом удержался от резкости только благодаря включившемуся самообладанию. Левой рукой он на ощупь подхватил нагревшийся у колена флакон и добавил геля. Лишним точно не будет, и следовало позаботиться об этом заранее, пока еще есть силы на самоконтроль. Шерлок нетерпеливо оглянулся через плечо. Раскрытые губы, мутный взгляд. Он не проронил ни слова, но этот взгляд был почти отчаянным. Джон знал, что с этим стоит повременить, но не среагировать на взгляд не мог. Пальцы дрогнули, и он машинально надавил, куда нужно. Шерлок вздрогнул и снова уронил голову на скрещенные руки, но теперь его тело инстинктивно прогнулось, и Джон едва не застонал сам. Слишком рано! Это все еще небезопасно, черт подери, но... Вчера Джон был почти готов обойтись и без этого. В смысле, без качественной смазки и долгой подготовки. А Шерлок... Да один фингал чего стоит. Если действовать разумно, то повреждений удастся избежать, а боль достаточно быстро пройдет. Вот только сначала нужно заставить себя действовать разумно... Джон собрался с силами и постарался не гнать. Это на крайний случай, а пока он попытался войти тремя пальцами. Видимо, слишком резко. Шерлок зашипел, но при этом не попытался остановить. Напротив, прогнулся глубже, подался навстречу. Сохранить самообладание это никак не помогало! Джон громко сглотнул. Он все еще сдерживался, но терпение висело на волоске. И разумеется, оно лопнуло, как только Шерлок простонал еще раз. Джон выскользнул и поспешно стянул трусы до середины бедра. Последний раз воспользовался флаконом, с трудом удерживаясь, чтобы не дрочить. И склонился над плечом Шерлока. — Не беспокойся, — негромко выдохнул он. — Если что-то не так, скажи «нет», и мы попробуем иначе. — Да. — О Господи... Джон направил себя рукой и прикусил губу. Узкое тело, раздвинутые бедра, этот отчаянный изгиб... Он закрыл глаза, как только смог двигаться без помощи руки. Входил медленно, но все равно тяжело дышали оба. Джон — потому что пытался сохранить остатки разума. Шерлок... Наверное, ему все-таки больно. Но с этим уже ничего не поделать. Казалось, время остановилось. Джон пытался ласкать замершего под ним любовника, однако тот выдохнул только тогда, когда Джон прижался бедрами к его бедрам. Несколько секунд... И Шерлок пошевелился. И снова, черт его дери, простонал. Джон собирался что-то спросить, но с его губ не сорвалось ни слова. Он на пробу едва заметно отодвинулся — и качнулся вперед. Шерлок склонил голову набок, и стало видно, что его губы раскрыты, а дыхание частое и прерывистое. Джон медленно повел бедрами. И еще раз, и снова, медленно начиная двигаться. Внезапно Шерлок глубоко вздохнул — и подался назад. Джон запрокинул голову. Если до этого момента он был готов остановиться, то больше — нет, не мог. Он наклонился вперед, опираясь на спинку кровати, и склонился к шее любовника. Целовал, прикусывал, касался лицом мягких темных кудрей с легким запахом ментола и мяты. Двигался все чаще и ловил легкое встречное движение. Глаза он больше не закрывал. Видел напряженный изгиб, проступающий седьмой позвонок... Но пальцы больше не впивались в подушку. Джон рискнул двинуть бедрами сильнее и услышал еще один стон, куда более мягкий и откровенный. Это уже точно не боль. Темп постепенно нарастал, Джон двигался все свободнее и сильнее. Шерлок легко подстроился, даже приподнялся выше и запрокинул голову. Он тяжело дышал, подаваясь навстречу, и Джон вдруг подумал, что Шерлок впервые отдается мужчине. Ему. О том, что для самого Джона это тоже в каком-то смысле первый раз, он как-то не думал. Наконец-то можно было не сдерживаться. Джон перехватил любовника за пояс, крепче прижимая к себе. По предплечью мазнула твердая влажная плоть, и Джон почувствовал, что в голове мутится. Насколько же он возбужден, что даже боль не сбила эрекцию! И еще называл себя... кем? Программным комплексом? А сам настолько чертовски чувственный, что... Шерлок снова застонал — и куда громче. Джон вошел резче, ощущая, что надолго его не хватит, и остатками сознания сообразил, что... Он коснулся твердого члена второй рукой и понял, что все сделал правильно. Любовник сорвался на короткие частые стоны и позволил... Да все позволил. Джон двигался резко и сильно, чувствовал, как член сжимает в плену узкого тела — и понимал, что так точно долго не удержаться. Он не успел даже предупредить. Казалось, еще есть доли терпения, но Шерлок неуловимо сдвинулся, вскрикнул — и тело окатило жаркой волной. Джон хрипло выдохнул, резко остановившись. Ладонь его инстинктивно сжалась сильней — и он сам не успел осознать. Шерлок под ним тоже замер, бессильно уткнувшись лбом в подушку. И только когда все это закончилось, Джон ощутил, что ладонь — влажная. И не только в смазке. Шерлок пытался отдышаться, но его тело все еще вздрагивало. — Ты как? — сипло спросил Джон. — Черт, и ты еще спрашиваешь?.. — Шерлок соскользнул и неловко вытянулся на постели. — Кажется, я многого себя лишал за годы жизни с тобой. Джон только фыркнул. Уже очевидно, что от него ни хрена не дождешься, а значит, свет придется гасить самому. Он со стоном оттолкнулся и рывком поднялся, чтобы не дать себе времени на размышления. Потом будет еще мучительней. Щелкнул выключатель, свет погас. Джон почти ничего не видел и добрался обратно буквально на ощупь. Прополз по изножью кровати и устроился с той же стороны, что и вчера — ближе к двери. Наверное, нужно что-то сказать? Но прежде, чем он сформулировал какую-нибудь не очень глупую мысль, Шерлок чем-то зашуршал. Джон не видел его, но не чувствовал тепла тела. Внезапно что-то щелкнуло, рядом расцвел оранжево-синий огонек и потянуло запахом дыма. — Ты в своем уме? — коротко спросил Джон. — Курить в постели? — А где еще-то? — возразил Шерлок и щелкнул крышкой байкерской зажигалки. Огонек погас. Светился только алый кончик сигареты. Шерлок глубоко затянулся, выпустил дым и хмыкнул: — Спасибо. — Спасибо?.. — ядовито повторил Джон. — За то, что показал, куда надо... гм... давить, — как ни в чем ни бывало пояснил Шерлок. — Я про это читал, но сам нащупать не сумел. — Да чего там уметь? — Джон даже растерялся. — Все просто, когда нет эректильной дисфункции и простатита. Любого, я имею в виду — хронического или бактериального. У тебя — нет. — Ну... за это тоже спасибо, — фыркнул Шерлок. — За диагностику. — Ну ты и... — Джон подумал, что неплохо бы открыть окно, но вставать второй раз не хотелось. — Я знал, что ты не удержишься, — вдруг произнес в темноту Шерлок и снова выпустил дым. — Правда, я не думал, что настолько, что даже забьешь на презервативы. — А ты и их покупал? — Джон немного смутился. — Извини, не нашел. — Я же не знал, как ты привык, — Шерлок слегка пошевелился — наверное, плечами пожал. — Впрочем, опасаться тебе нечего. — Тебе тоже, — вздохнул Джон. — Не знаю, как я буду смотреть в глаза миссис Хадсон. Я столько раз ей говорил, что я не гей, что как-то неловко. — А ты и не гей, — Шерлок выдохнул дым и затушил сигарету — где-то. Джон даже не понял, где. — Ты — бисексуал, так что ни в чем ей не солгал. — А ты? — Не уверен, что такое слово уже изобрели, — Шерлок вытянулся рядом и уткнулся носом в плечо. — Возможно, что и не изобретут, запрос общества отсутствует. — На что? — улыбнулся Джон. — На сексуальность социопатов с зависимостями и склонностью к деструктивному поведению, — зевнул Холмс. — Да? А я думал, на гениев с запредельным IQ и желанием пофиксить преступный мир. — На них тоже запрос отсутствует, — Шерлок вздохнул. — Но звучит лучше. Откроешь окно? — По-моему, окно должен открывать тот, кому пришла гениальная идея курить в кровати... Ладно, черт с тобой, — Джон со стоном поднялся, приоткрыл створу слабо освещенного окна и нырнул под новое одеяло. — Спи.