Вдох-выдох, и мы опять играем в любимых...

— Твою мать, Чонгук, — ругался Тэхён, как только покинул заведение. — Какого хрена это вообще сейчас было? — сердце колотилось, руки дрожали, а на губах до сих пор чувствовался тёплый след от поцелуя. Тэхён завернул за угол и прислонился спиной к стене. Ему срочно нужна была опора, ибо ноги, словно ватные, подкашивались. Жадно вдыхая морозный воздух, что обжигал горло и лёгкие, он закрыл глаза, пытаясь отвлечься от навязчивых воспоминаний. Перед глазами вновь возникло лицо Чонгука, его тёмные глаза, его мягкие губы, прикоснувшиеся к его собственным. — Чонгук… — выдохнул Тэ, пуская полупрозрачный белый пар в морозную ночь. В свете фонаря осторожно кружились снежинки, мягко приземляясь на его пальто и асфальт. Он поднял глаза в небо, всматриваясь в ночную беззвёздную мглу. — Чонгук… — еле слышно слетает шёпот. Он сильно зажмурился, до мерцающих мушек под веками, пытаясь отогнать лицо Чонгука, что всё ещё стояло перед глазами так близко. Запах дорогого парфюма и привкус вина до сих пор будоражили его рецепторы. Что-то сжалось в груди, больно кольнув при мысли, что всё это ради спора. Всё ненастоящее. Холодок пробежал по телу, и его слегка перетрусило. Он будто сбросил с себя сейчас невидимую пелену обмана. Тэхён открыл глаза и посмотрел на заснеженную улицу. Фонари тускло освещали падающий снег, что сыпался с неба всё гуще, застилая всё вокруг белой пеленой. Он вспомнил кабинку и ту уютную атмосферу в ней. Атмосферу, которая теперь казалась ему какой-то неправильной, фальшивой. Он чувствовал эту фальшь в каждом слове и жесте Чонгука. Фальшивое свидание и поцелуй, от которого теперь осталась только горечь. Тэхён оттолкнулся от стены и побрёл по улице, не зная, куда идёт. Каждый шаг отдавался гулким эхом в его голове. Как мог поверить в эту мимолётную близость, в эту искру, которая, как ему казалось, пробежала между ними. Ведь он же тоже почувствовал это, верно? Или Тэхён просто выдавал желаемое за действительное? Или ему просто этого очень хотелось? Он остановился на перекрёстке, не зная, куда повернуть. Прочитав название улицы, он вызвал такси и вернулся в кампус. Скинув пальто и ботинки, он упал лицом в подушку, пытаясь забыть сегодняшний вечер и уснуть. Тихий вой раненого зверя утонул в мягком наполнителе постели. И хорошо, что Чимина не было в комнате. Сейчас он мог расслабиться, а не выслушивать всякого рода комментарии от друга. — Дважды два четыре, трижды три девять… — любимый способ забыться и отогнать дурные мысли. И слава богу, что он всегда работает; где-то на «шестью восемь» он отрубился. Утро встретило его тяжёлой головой и липким чувством разочарования. Он лежал, не двигаясь, пытаясь собрать осколки вчерашнего вечера в единую картину. В памяти всплывали обрывки разговоров, случайные взгляды, которые теперь казались обманчивыми. С трудом подняв свою тушку с кровати, он отправился в душ, надеясь, что вода смоет не только физическую усталость, но и душевные терзания. Горячие струи стекали по телу, смывая остатки сна и вчерашнего похмелья. Тэхён никогда не дружил с алкоголем, употребляя его в минимальных количествах. Но вчера, кажется, немного увлёкся, что сегодня отдавалось давлением в висках и слабостью в теле. Ему срочно нужен кофе и обезбол. Обернув бёдра полотенцем, он вышел из душа. Тык кнопку на кофемашине, и негромкое жужжание нарушило тишину в комнате, говоря о том, что живительный напиток почти готов. Бульканье в кружке и аромат, заполнивший всё воздушное пространство вокруг, огласили об окончании процесса. Из холодильника достаётся выживший кусок пиццы и бутерброд с сыром. Всё это отправляется на реанимацию в микроволновку. Дзынь, и содержимое благоухает запахом расплавленного сыра в тарелке в ожидании своей участи. Отхлёбывая горячий кофе, запивая им свой скромный завтрак, он уставился в окно. Время почти одиннадцать дня. Сегодня он никуда не спешит и можно позволить себе расслабиться — первый раз за полгода, проведенные в универе. За окном по-зимнему солнечный день. А значит, можно отправиться за подарками родным. На что-то дорогое у него денег, конечно, нет, но это и не важно. Главное — внимание. Новый год для того и существует, чтобы дарить всякую ненужную хрень ради удовольствия. Доев свой завтрак, он высушил волосы, напялил на себя спортивный костюм, кроссовки, ну и, конечно, пуховик с шапкой, он же не самоубийца, после бани на мороз без головного убора, и вышел из общаги. Свежий морозный воздух немного взбодрил. Он шёл по заснеженным улицам, стараясь не думать о вчерашнем. Нужно просто всё выкинуть из головы, и жить дальше как раньше. Автобусная остановка. Толпы людей, суета и радостно сияющий город в новогодних гирляндах. Настроение постепенно поднималось, отодвигая на второй план все переживания. Торговый центр был похож на человейник. Тэхён неспешно бродил между витринами, рассматривая разные вещицы. Вот забавные вязаные носки с оленями — отличный подарок для мелкого. А этот тёплый шерстяной шарф наверняка понравится маме. Для отца он присмотрел кожаный ремень, простой и надёжный. Набор ароматических масел для ванны — Чимину, конечно же, он не забыл про своего единственного друга. Чимини любит всякие приятности для дома и душа, в виде бомбочек, свечей или ароматизаторов. В их комнате всегда приятный аромат. Расплатившись за покупки, Тэхён вышел из магазина с пакетами, полными подарков, и хорошим настроением. По дороге домой он зашел в любимое кафе выпить чашечку горячего шоколада с булочкой и немного согреться. Достав телефон, он только сейчас заметил, что не снял режим полёта. Телефон запищал сразу же от прилетевших оповещений. Три смс от Чимина: 21:20 Ч."Я у котика " 22:50 Ч. «Домой не жди» 13:08 Ч."ТэТэ, ты где? " Пять пропущенных звонков от Чона и смс: 02:25 Чон. Тэ, возьми трубку. 02:30 Чон. Прости. 02:45 Чон. Не строй из себя целку. 02:46 Чон. Я идиот, прости. 02:50 Чон. Позвони, как прочтёшь, я буду ждать. — Идиот, — Тэхён бросает телефон на стол, словно тот жжётся, и тяжело вздыхает. Снова берёт в руки, читает и опять кидает. Настроение слетает на ноль за три секунды. — Кто придумал эти гаджеты? — фыркает и со вздохом откидывается на спинку стула. Но долго отдыхать ему не дают. Вибрация и любимый рингтон нарушают тихий гул кафе. На экране светится имя. — Вот на хрена ты звонишь? Я же сказал, сделка окончена. Он убирает звук и ждет, пока звонок закончится, сверлит взглядом экран, пока звонок не обрывается. Сердце колотится где-то в горле, а в голове навязчивое — «Сделка окончена». Но он знает, что это не так. Никогда не бывает «окончено» с Чонгуком. Это как наркотик — один раз попробовал, и все, пропал. Игнорировать его звонки — все равно что пытаться остановить цунами чайной ложкой. Он будет звонить снова и снова, пока Тэхён не сдастся. Тэ допивает свой шоколад и выходит на улицу, ловя ртом холодный зимний воздух. Пальцы дрожат, когда он набирает номер Чонгука. — Тэхён, это ты? — голос в трубке заставляет его сердце подпрыгнуть. — Что тебе нужно? — Тэ старается, чтобы его голос звучал, как можно более холодно и безразлично, но внутри всё дрожит. — Увидеть тебя, — отвечает Чонгук. — Увидеть и поговорить. Давай всё обсудим. Прости меня, я не хотел… — Ты сделал именно то, что хотел, Чон. Это конец, — Тэхён скидывает звонок. Руки предательски дрожат. Он кладёт телефон в карман и задирает голову, смотря в серое небо. Мелкие снежинки слетают с крыш, попадая на лицо и охлаждая горячие щёки. Он облизывается, стирая языком, попавшую на губы, снежную пыль. — Завтра же беру билет и еду домой, — рычит Тэ и поднимает пакеты. В общагу. Сложить чемодан, заказать билет и поговорить с Чимином. — Чимин, блин. Ладно, дома уже отпишусь. В общагу влетает, чуть не сбивая на своем пути пару студентов. Чимин уже дома воркует у плиты, пытаясь сварить рамён. — Привет, где ты был, я тебе писал, — глядя на запыхавшегося Тэхёна. — Я не видел, прости, — кидая пакеты с подарками на кровать, — забыл отключить полёт. — Ясно, от кого на сей раз убегал? Опять от Чона. И кстати, как прошёл ужин? Я жду подробностей, — постукивая ложкой по ладони, что выглядит почти угрожающе. — Ничего особенного, просто поели, выпили, и я свалил, — снимая ботинок, ответил Тэ. — Фух, устал носиться в поисках подарков. И кстати, я завтра уезжаю. Так надо. Прости. — А вот с этого места поподробней. Что случилось? — Чимин выключил плиту и сел напротив Тэхёна, готовый слушать. — Ничего такого, Чим, всё нормально, я так решил. — А как же сто баксов? — Никаких баксов и никакой вечеринки, я его послал. — Что этот козёл уже сделал? Я его член ему же в нос и засуну. — Ничего, остынь. Просто не смог держать свой язык за зубами или губами, или губы свои при себе, короче… — Ни хрена не понял. Ты можешь сказать нормально? — Он меня поцеловал, дважды, если быть точным, хотя первый можно не считать, там и поцелуя-то не было, а второй, ну в общем… Чимин подскочил с кровати, пока Тэхён тараторил, снимая второй ботинок, и замер с ложкой в руке, словно увидел Медузу Горгону. — Он тебя что? — переспросил Мини. — Тебе по буквам сказать? — уже более спокойно ответил Тэ, глядя на охреневшего друга. — Сядь. Чимин послушно падает своей пятой точкой на место, но в его взгляде читается апокалипсис. В комнате повисает пауза, из которой их выводит звонок на телефон Тэ. Он машинально достает его, и не глядя поднимает трубку. — Тэ, это я, Чонгук, не скидывай только прошу, выслушай. — Чего ты хочешь? — выдыхает Тэхён, глядя на потерянного Чимина, что пытался сейчас в своей головушке что-то соображать. — Давай поговорим. Только спокойно. — Я завтра уезжаю, Чон. Разговаривать не о чем, — он скидывает звонок и кладёт гаджет на кровать. — Нужно заказать билет, — произносит на автомате и откидывается на подушку, прикрывая веки. Спустя несколько минут из транса выходит Чимин. — Он тебе нравится, — выдаёт Мини едва слышно. — Кто? — не открывая глаз, отвечает Тэ. — Гуки. Он нравится тебе, и поэтому ты решил свалить? — Не мели чушь, Чим, — странно, но голос даже не дрогнул.— Я просто хочу домой. — Домой? Вдруг? Так резко? Это больше похоже на побег, Тэ! — Может быть, но это ничего не меняет. Я хочу уехать, хочу побыть с семьей на праздники. Что здесь такого? — Значит, Чонгук ни при чем? — продолжал допытываться Чимин. Он не верил ни единому слову. — Ни при чем, — отрезал Тэхён. Тяжёлое молчание вновь опустилось в комнате — давящее и вязкое. Чимин сверлил взглядом Тэхёна, пытаясь разгадать, что скрывается за его усталым спокойствием. Он знал друга как облупленного и понимал, что за этой маской безразличия скрывается буря эмоций. — Тэ, — прозвучало тихо, — я тут подумал. Может быть ты ему тоже нравишься? — Что значит тоже, Чим? Ну хорошо, он мне нравится, и да, я по мальчикам. Доволен? Но суть не в этом. СТО БАКСОВ — вот, что в голове у нашего капитана. Спор, Мини, всего лишь грёбаный спор на мое тело. Ничего особенного! — Тэхён перешёл чуть на повышенный тон, чтобы втолковать другу, что у Чонгука ничего не может быть серьезного. Этот заносчивый красавчик не умеет любить никого, кроме себя. — Значит все это время мой лучший друг скрывал от меня свои предпочтения, а я идиот даже этого не заметил, — Чимин хлопнул себя по лбу ладошкой, — какой я после этого друг? — Успокойся, ты хороший друг. Я просто не хотел говорить, не то, чтобы не доверял тебе, просто… — Это сложно, я знаю, — Чимин пересел к Тэхёну и обнял его за плечи. — Мы справимся с этим, я буду рядом. — Чимин, — чуть отстраняясь, — у меня нет кризиса, я давно себя принял, да и родители в курсе, так что всё нормально. — А, да? Фух, ну слава богу, я уж думал ты только сейчас это понял, ну, после того, как Чон тебя, ну это. — Поцеловал. — Ну да. — Нет, Мини, я это понял ещё в шестнадцать, когда запал на нашего препода по физре в старшей школе. — Это того мускулистого, красивущного мужчину в, обтягивающих его шикарные бёдра, трико? — Ого, такие подробные воспоминания. Кажется, не я один на него западал, — ухмыльнулся Тэ. — Да на него полкласса пускали слюни, а эта сволочь оказался гетеро. Да ещё и женатым. Ужас. Как таких земля носит. Так вот почему ты на Чоне зависал на тренировках. Его мускулы и это тату. Блин, тело у него, конечно, богическое, но характер — прибил бы заразу. — Ну, все равно мне не светит с ним. Он гетеро. — А давай мы его вывернем наизнанку, ну его ориентацию. У меня есть идея. — Мне уже страшно, — хмыкнул Тэхён, — боюсь даже представить, что могло родиться в твоей головушке. — Значит так. Чимин рассказал свой маленький план мести Тэхёну и, поржав, они порешали, что Тэ никуда не уезжает. Всю неделю, до субботы, Тэхён игнорировал звонки и смс от Чонгука. Один раз тот даже пришёл к ним в комнату, и Тэхёну пришлось прятаться в шкафу. Версия с уездом Тэ была важной частью их мести. В субботу на игру он, конечно же, пошёл и, спрятавшись под трибунами, наблюдал за Чоном. Тот то и дело вскидывал блуждающий взгляд на зрителей в поисках Тэ. Но так и не увидел его. С грустным лицом покидая зал, он понял, что Тэхён реально уехал. Но ведь он обещал прийти...