Вдох-выдох, и мы опять играем в любимых...

На следующий день в универе. Чонгук стоял с парнями у лестницы, что-то бурно обсуждая. Тэхён появился немного с опозданием. Впопыхах он врезался в парней, рассыпая конспекты на пол. — Осторожней, — сказал Чон присаживаясь, чтобы помочь собрать вещи. — Извини, я не хотел. Спасибо. Опаздываю, — он пытался быстро поднять свои тетради и нечаянно дотронулся до руки Чона. Тот кинул на него взгляд, заметив порозовевшие щёки младшего. На его лице мелькнула ухмылка, но Тэ её не заметил. Чонгук специально ещё раз коснулся его руки, на этот раз чуть дольше положенного задержав её. Тэхён поднял взгляд и на пару секунд завис. Большие красивые агатовые глаза словно прожигали его насквозь. От этого бросило в жар, и его щёки запылали. Он облизал губы, гулко сглотнув. — Вот держи, — Чонгук протянул ему тетрадь, выводя из оцепенения. — Осторожней. — Спасибо, — отводя взгляд и укладывая конспекты в сумку. — Удачи на зачете, ТэТэ, — тихо сказал Чонгук, понижая тембр голоса. Тэхен не ответил, быстро поднимаясь и ретируясь с места столкновения. Какой теперь нахрен зачёт, когда в голове засело это блядское «ТэТэ» бархатным голосом Чона. Он добежал до аудитории и, извинившись, тихонько шмыгнул на свое место. — Долго спите, мистер Ким, — фыркнул преподаватель. — Простите, поздно лёг. Учил. — Вам можно было и не учить, вы у нас и так самый умный в группе. Хоть автомат ставь. — Спасибо, я лучше как все, — замялся Тэ. Ему было не очень комфортно в роли всезнайки. Кто-то считал его заучкой, кто-то завидовал. Вот только не все знали, что он спит по три-четыре часа в сутки, готовясь ко всем предметам. «Ботан» прилетело откуда-то сзади. Но он уже привык и не реагировал на колкие реплики тех, кто пытался пиариться за счет унижения других, тем более, что кроме мозгов, у него ещё были и не слабые руки, и он мог спокойно дать сдачи, если это понадобится. Просто он по характеру был неконфликтный и старался избегать или игнорировать этих недокрутышей.. Он выложил конспект на парту и, выдохнув, мысленно проговорил: «Так, Тэ, сначала зачет, а потом красавчик Чон». Прикрыв веки, он собрался с духом и открыл тетрадь. Увидев буквы, он сосредоточился на предмете. Все остальное отошло на второй план. Спустя полчаса, он уже стоял на кафедре, спокойно отвечая на вопросы препода. Зачет был сдан на отлично. — Прекрасно, мистер Ким, как всегда. Вашу зачетку. Тэхён протянул маленькую книжечку для отметки. Этот предмет был последним, и теперь, как говорится, «Добби свободен».. Довольный, он вышел из аудитории. В планах было позвонить Чимину и отпраздновать его свободу на ближайшие две недели. Залезая на любимое место на подоконнике, он достал гаджет и написал Чиму смс: ТэТэ: я сдал. Чим: пздр. ТэТэ: жду тебя на ншм. Чим: ок. 5 сек. — Что такое «НШМ»? — прошептал томный голос прямо возле уха Тэ. От неожиданности он дёрнулся и выронил телефон. — Прости, не хотел напугать, — сказал Чонгук, выплывая из-за спины Тэхёна и поднимая гаджет с пола, отдавая ему. — Ты всегда так подкрадываешься? — принимая его из рук Чона. — Спасибо. — Нет, только если хочу создать эффект неожиданности. — А эффект не учили, что заглядывать в чужие телефоны некрасиво? — фыркнул Тэ, блокируя экран и пряча телефон в сумку. — Я первый спросил, — настаивал Чон. — Что такое НШМ? — Не твое дело, — рявкнул Тэ и спрыгнул с подоконника, собираясь уходить. — Подожди, — хватая за рукав и пытаясь остановить его. — Я не хотел обидеть, просто смотрю, ты сидишь один… — Я не один, и…меня ждут, — Тэхён глянул на ладонь, что держала его. — Прости, — отпуская, ответил Чон, — я просто хотел пригласить тебя на обед, ну, познакомиться получше. — Зачем? — недоверчиво глядя на него, спросил Тэ. — Ну нам же нужно сыграть роль, как бы это помягче сказать, влюблённых, что ли, а то Хосок не поверит. — Как бы, — скривился Тэхён, — а без этого никак? — Думаю, нет. Ну и узнаем друг друга получше. — А если мне это не нужно? И вообще, я уже жалею, что согласился на эту авантюру. — Не бросай меня, — вдруг выдал Чонгук таким жалобным голосом, что у Тэхёна даже сердце ёкнуло. Перед ним сейчас стоял не крутой капитан команды, а милый парнишка с огромными оленьими глазами и самой невинной улыбкой. Беби-фейс в чистом виде. — Господи, — подкатив глаза, ответил Тэ, — взрослый мужик, а ведёшь себя как ребёнок. — Ну так что? — не унимался Чон, — обедать идём? — Меня ждут, прости. — Тогда ужин? — настаивал старший. — Ладно, давай ужин. Напиши мне, где и во сколько, а сейчас прости, мне нужно бежать. Он поспешил к Чимину. НШМ — это маленькая кафешка напротив универа. У них там был любимый столик в дальнем углу, у окна. Когда он зашёл, Чимин уже сидел и потягивал свой безалкогольный мохито. — Привет, — буркнул Тэ, кидая сумку на сиденье, — давно ждёшь? — Не-а, минут пять. Только принесли. Я и тебе взял, — указывая на второй стакан. — Класс, пить хочу, — делая несколько больших глотков. — Ты как будто от зверя бежал. Кто-то пытался догнать чемпиона школы по бегу? — Ой, когда я был чемпионом? В третьем классе, — улыбнулся Тэ, принимая подкол. — Ну всё же был. Так кто тебя пытался догнать? — Никто. С Чонгуком разговаривал, он меня пригласил на ужин сегодня. Не знаю, на хрена это надо, ну… — Ого, чего это он такой добрый вдруг стал? Ой, не нравится мне всё это. Мутный он типчик. — Но красивый, зараза. — Есть такое, не поспоришь. Но не доверяю я ему. — Ладно, закрыли тему, расскажи, что собираешься делать на каникулах? Домой поедешь, или тут будешь тусить в общаге? — Я домой. К нам родственники приедут из Японии, мамин брат с женой и малышнёй. Просили тоже присутствовать, — Чимин вздохнул тяжко, ему бы хотелось остаться и насладиться полной свободой и выходными, но с родителями не поспоришь. — А ты? — Не знаю. Мама звонила. Сказала, что они едут на Чеджу, предлагала с ними. Наверное, поеду. Соскучился по младшему, полгода не виделись. Братишка очень скучает. Мама говорит, что на календаре дни зачёркивает. — Ну тогда, конечно, поезжай. Когда ещё побудешь с ними. Завидую я вам немного. Разница в восемь лет, а так любите друг друга. — Когда смотрю на него, мне кажется, что он моя копия, только мелкая. Те же повадки, даже словечки мои цепляет. — Ты для него пример, его хён. — Ладно, я есть хочу, ты уже заказал что-нибудь? — Да, по бургеру и картошку фри. А, и колу. А вот и ням-ням, — потирая ладошки в предвкушении. — Спасибо, — сказал Тэхён, отодвигая уже пустые стаканы от коктейля. Официантка поставила заказ и, мило улыбаясь, пожелав парням приятного аппетита, забрала пустые стаканы и удалилась. За окном медленно падал мелкий снежок, а в кафе было тепло и уютно. Парни наворачивали свой обед, не замечая двух глаз, хозяин которых сейчас сидел в машине с затемненными стеклами, наблюдая за ними. — Ясно, значит вот ты куда спешил, — бурчал себе под нос Чонгук, наблюдая за парочкой. — Ну что ж, буду знать, что ты любишь бургеры. Машина плавно отъехала от кафе. Нужно было придумать программу на ужин, и Чон быстро ретировался с места своей засады. Приехав домой, он заказал столик на двоих в небольшом уютном ресторанчике. Маленькие кабинки, закрытые от посторонних, с мягкими диванами и теплым обволакивающим светом. Он был там пару раз с девушками, когда нужно было создать интимно-романтическую обстановку, надеясь на продолжение вечера. Сейчас же он на продолжение не надеялся. В планах было немного расслабить Тэхёна и сблизиться с ним. Написав ему адрес ресторана, Чон со спокойной душой принял душ, выбрал обтягивающие брюки цвета мокрый асфальт и изумрудную шёлковую рубашку. Она прекрасно облегала его накачанные мышцы, подчеркивая силу и красоту его тела. Когда он вошел в ресторан, девушка на ресепшене инстинктивно облизнулась, вызвав довольную ухмылку на лице Чона. Он прошел в кабинку, но не закрывал дверь, чтобы видеть, когда придет Тэхён. Минут через пятнадцать он появился на входе: без очков, в коричневых брюках и рубашке цвета сливочного масла; рукава закатаны до локтей, открывая вид на изящные длинные пальцы. Волосы уложены назад, открывая красивый высокий лоб. Он двигался вслед за администратором так спокойно и уверенно, что Чон даже подвис. Это был не проход ботана из универа между столиками, а модели — по подиуму. — Ого, — вырвалось невольное у Чона. И как он раньше не замечал, насколько Тэхён красив. То ли мешковатые худи, то ли очки скрывали его истинную харизму. Сейчас Чонгук откровенно пялился на парня, что приближался к его кабинке, словно в замедленном кадре. — Привет, — бросил небрежно Тэхён, присаживаясь за столик. И да, он заметил, как Чонгук на него смотрит, и это не могло не тешить его самолюбие. Но, сделав вид, что ничего не замечает, он взял в руки меню и стал внимательно его изучать. — Привет, — на автомате ответил Чон. — Хорошо выглядишь, тебя прям не узнать. — Спасибо. Ты тоже. Уже заказал что-нибудь? А то я ужасно голоден. — Да, я сделал заказ, скоро должны принести, — Чонгук откупорил бутылку «Russian Jack» Sauvignon Blanc, 2018 года и разлил немного по бокалам. — Я заказал вино на свой вкус. Ты не против? — Нет, спасибо, — не отрывая глаз от меню. — Ну и цены, бутылка вина пол моей стипендии. — Не парься, я пригласил, я и плачу. — С чего вдруг такая щедрость? И вообще, я не понимаю, к чему всё это. Можно было просто перекусить в кафешке и прогуляться в парке. — Ты любишь гулять? — Да, если время и погода позволяют. Если тепло, я могу часами сидеть в парке, или на набережной, читать книгу, или просто думать. На свежем воздухе лучше мозги работают, — он сделал глоток вина и откусил маленький кусочек хлебной палочки. Чонгук молча слушал, отмечая, что Тэхён очень мило жует, слегка надувая губы и щёки. Он невольно улыбнулся этой привычке парня. Странно, но ему нравился голос Тэ. Мягкий низкий баритон, бархатный и какой-то тёплый. Когда он произнёс его имя, у Чона даже мурашки пробежали. Выпив несколько глотков, Тэхён не заметил, как стал слишком болтлив. Чонгук задавал банальные вопросы о семье, о том, что Тэхёну нравится, что нет. Он узнал, что Тэ любит обниматься с подушкой, когда засыпает. Что не любит кофе и острую еду. Громким битам предпочитает мягкий блюз. Мечтает слетать куда-нибудь, и иметь такую квартиру, как у Хосока. Сейчас, глядя на него, Чон не понимал, как это мило болтающее чудо могло быть одновременно таким горячим полчаса назад. Куда он прячет тот огонь, что плескался в глазах, когда он шел за девушкой. Чонгук поймал себя на мысли, что хотел бы разжечь его и почувствовать его на себе. Ему очень сильно захотелось поцеловать эти пухлые губы, блестящие от вина в приглушённом свете лампы. Он потянулся и, не говоря ни слова, прижался своими губами к губам Тэ. Тот замер от неожиданности с широко раскрытыми глазами, даже не дыша. Спустя несколько секунд, Чон отпустил его рубашку и сел на место, облизывая свои губы и опуская взгляд. — Прости, не удержался. Они такие красивые и мягкие, что мне захотелось это сделать. Тэхён провел пальцем по своим губам, стирая чужой теплый след. — Кх-кх… — вдох и бегающий взгляд по приборам, — я же просил. — Прости, — тихо произнес Чон, — я не хотел тебя обидеть. Просто ты такой… — он смотрел на опущенное лицо Тэ. Тот нервно кусал нижнюю губу в поисках слов. — Не надо было, — наконец выдохнул Тэ. — Я не один из твоих домашних питомцев, — он поднял на Чона нахмуренный взгляд. — Не делай так больше, иначе я откажусь от нашей сделки прямо сейчас. — Прости, этого больше не повторится, — Чонгук положил свою ладонь на руку Тэхёна. Тот потянул свою на себя, показывая тем самым, что не хочет, чтобы к нему прикасались. Он бы и хотел по-другому. Но не так. Он знает, чего добивается Чон, и от этого неприятно вдвойне. Его сердце сейчас рвется обратно, просит повторить этот поцелуй, а мозг кричит бежать подальше от Чона. Ведь всё это ложь, игра, ради спора, ради каких-то ста баксов. Слава богу, что принесли заказ, отвлекая их от столь щекотливого момента. Но аппетита уже особо и не было. Повисла неловкая тишина в кабинке, нарушаемая только стуком железных палочек о тарелки и мягкой мелодией в колонках. Тэхён больше просто ковырялся в блюде, чем поглощал еду. — Где думаешь отмечать Новый год? —нарушая неловкое молчание, спросил Чон. — Поеду к родителям. Соскучился, — холодно ответил Тэхён, не поднимая глаз. — Куда, если не секрет? Тэхён чувствовал, что Чонгук сейчас сверлит его своим взглядом. От этого бросало в жар, и ему не хотелось спалиться. Хоть в кабинке и был полумрак, но его пылающие щёки явно будут заметны. Он сделал несколько глотков воды со льдом, чтобы чуть остыть. Чонгук в этой рубашке, с открытым видом на его тату на руке, не оставлял выбора. Нормальные мысли улетучивались, как только он бросал взгляд на этот цветной шедевр мастера тату. Тэхён поймал себя на мысли, что у него появился новый кинк. От одной мысли, что Чонгук этой рукой возьмет его член и будет сжимать, будоражило до тянущей боли в паху. Он поёрзал на месте и, глубоко вздохнув, мысленно начал повторять таблицу умножения. Раньше это всегда помогало привести мозги в норму. — Так ты не ответил, — настаивал Чон. — Шестью семь сорок два, — выдал Тэхён, даже не заметив, что сказал это вслух. — Что, прости? — не поняв, переспросил Чон, слегка сдвинув брови. — А? Ты что-то спросил? — поднимая взгляд и хлопая ресницами, уточнил Тэ. — Я говорю, куда поедешь? Город? А ты мне какие-то цифры назвал. Это координаты что ли? — А, нет, я задумался просто, извини. На Чеджу. Мы поедем на Чеджу семьей, — он на секунду завис, а потом резко подорвался с места. — Мне нужно. Я сейчас, — он встал из-за стола и ретировался из кабинки. — И что это сейчас было? —глядя на удаляющуюся в сторону туалета фигуру Тэ. — Я что-то не так спросил? — Чонгук отхлебнул вина и откинулся на спинку дивана. —Странный он сегодня какой-то. — Господи, Тэхён, что ты делаешь? — глядя на себя в зеркало, бубнил Тэ. — Надо успокоиться, это всего лишь игра, — он намочил ладони холодной водой и прижал их к щекам, что пылали сейчас, словно у него поднялась температура. Она, конечно, поднялась в брюках, и от этого некомфортно вдвойне. Он не думал, что будет такая реакция на Чонгука. Вздыхать издалека — это одно, а вот хотеть большего — это уже серьёзно. До сегодняшнего вечера он не думал о Чоне в таком контексте. Любовался — да, но не в сексуальном плане. Когда он прозевал этот момент? Сегодня, или когда услышал, что старший хочет затащить его в койку? Или после поцелуя? Его-то, по сути, и не было. Ну прижался Чон своими губами к его. Ну и что? Теплыми, мягкими губами. — Так, ТэТэ, соберись, тряпка. Ты должен наказать этого зазнайку, — он сполоснул лицо, зачесав пальцами влажные волосы назад, выдохнул, и уверенной походкой вернулся за стол. — Всё в порядке? — спросил Чон, глядя на него. — Вполне, — абсолютно ровным тоном ответил Тэ и принялся за свой ужин. — Я тебя хотел спросить, но если не хочешь, не отвечай, ладно? — как-то нерешительно начал Чон. — Ты вообще по мальчикам или по девочкам? Тэхён чуть не подавился кусочком мяса. — Ты это только сейчас решил спросить? — прокашлявшись, — а до поцелуя тебя этот вопрос не интересовал? И когда мне всё это предлагал, тоже? — Тэхён сложил приборы на тарелку и подпёр подбородок ладонями. Он вперился глазами в Чонгука в ожидании ответа. Тот даже замялся от такого пристального взгляда. — Ну я как-то не подумал, вот только сейчас… — он отхлебнул глоток вина, чтобы смочить горло. «Почему он на меня так смотрит? Этот взгляд, и его лицо, и губы, и… Чон…» Он встряхнул головой, отгоняя странные мысли. «Блин, такое ощущение, что не я, а он меня пытается затянуть в постель». Не дождавшись ответа, Тэхён продолжил свою трапезу, оставив и вопрос Чона висеть в воздухе. Он не собирался ему открываться. Пусть думает, что хочет. — У нас в субботу игра. Придёшь? — спросил Чон, нарушая затянувшуюся паузу. — Ну если ты хочешь, то приду. — лукаво ответил Тэ и улыбнулся. — Хочу, — Чонгук поднял голову, и их взгляды встретились. В полумраке глаза Тэхёна казались янтарными, отсвечивая приглушённый свет овальной лампы, свисавшей над столом. Чон даже не замечал, насколько они красивы. Всегда спрятанные под очками. Он вообще только сейчас рассмотрел, насколько этот парень красив. Он совсем не похож на того ботана из универа, а скорее на актёра или айдола. — Тебе говорили, что ты красивый? — вдруг выдал Чонгук. — Нет, — забегав глазами по столу, ответил Тэ. — Только, что симпатичный, и то в детстве, — соврал, конечно. Чимин не раз ему говорил, что он красавчик, и что не пользуется своей харизмой, и зря прячется за очками. На что получал ответ, что ему не до романов сейчас. Да и не верит он никому. Всем нужен только одноразовый секс и не более. А снять пыл он и сам может, в душе. — Так ты не ответил на мой вопрос, — настаивал Чон. — Ты тоже, один-один, — Тэхён вскинул бровь. — И да, я не хочу отвечать на этот вопрос. Это тебя не касается. У нас чисто деловой договор и не более. Так что, ничего там себе не накручивай. И вообще, мне уже пора, спасибо за ужин, — Тэхён поднялся, собираясь покинуть Чона, но не тут-то было. Чонгук резким движением схватил его за руку и притянул к себе. Одна рука легла на талию Тэ, впечатывая его в себя, а вторая на затылок. Чуть сжав его шею, Чонгук впился своими губами в его. Оба замерли на мгновение. Тэхён только и успел, что упереться в его грудь ладонями. Он смотрел обалдевшим взглядом в глаза Чонгука — они были так близко, что казалось, он сейчас в них утонет: большие, чёрные, словно бездна. Чонгук прикрыл свои, и попробовал толкнуться языком в его рот. На каком-то подсознательном уровне Тэхён расслабил свои губы и впустил Чона. Горячий язык с привкусом вина плавно скользнул по зубам, очерчивая их контур, и проник между ними. Губы чуть ослабили хватку, уже сминая чужие и явно наслаждаясь их мягкостью. Чон не спешил. Он пробовал, смаковал их сладость и тепло. Тэхён расслабился и тихонько простонал в поцелуй. Рука Чона уже скользила по его спине, запоминая изгибы идеального тела студента первого курса. Насытившись, он отпустил его. — А вот и ответ на мой вопрос, Тэхён, — низким голосом сказал Чон, отстраняясь от него. — Это не ответ, — стирая пальцем влагу со своих губ, — это наглое вторжение в чужое личное пространство. На этом наш договор расторгнут. Я предупреждал тебя, Чон. — Но тебе же понравилось? Но ответа он не услышал. Тэхён развернулся и, не говоря ни слова, покинул ресторан. Чонгук остался сидеть в кабинке в легком недоумении от сегодняшнего вечера. Спустя полчаса, к нему пришло осознание, что он все испортил. Расплатившись по счету, он вернулся домой, но сон не шёл от слова вообще.