В тени Конституции

— Алиса, вставай, опоздаешь! — сквозь стены пробивается крик мамы из соседней комнаты.       Нащупав рукой телефон под подушкой, я глянула на время: 10:00. На пары надо было к двенадцати, с учётом, что добираться мне час. Но, благо, у меня есть Пашка - мой верный рыцарь, который добровольно возит меня на машине каждый день, каждую сессию, избавляя меня от радости ехать в общественном транспорте. И просить его об этом не приходится, он сам предлагает.       С Пашей мы знакомы ещё со школы. После вместе поступили в один колледж, а потом в один универ. Не сказала бы, что мы когда-то были хорошими друзьями, но сейчас заметно сблизились. В начале он пытался предпринимать попытки вступить со мной в отношения, ухаживал за мной, но я быстро дала понять, что это не ко мне. Мне хватало быть с ним хорошими друзьями и ничего более. Говорить ему о том, что парни в принципе не входят в сферу моих интересов, я, конечно же, не стала. Зачем ему эта информация?       По пути в универ мы, как всегда, обсуждали предстоящие экзамены, до которых оставалось меньше месяца, и мучились с выбором темы для курсовых работ. Я совершенно не знала, на какую кафедру записаться. В прошлом году я была на уголовном праве, и я с удовольствием записывалась бы туда каждый год, но, к моему величайшему сожалению, преподаватель, к которому я хотела, решил не брать руководство курсовыми в этот раз. Поэтому я пока находилась в раздумьях, хотя и время записи уже поджимало.       Пары проходили в своём базовом, привычном режиме. Спокойно, без нервов, без внезапных опросов и вызовов к доске. Просто сухие лекции, не более. Мы с Пашкой бегали на перекур почти каждую перемену, а на большом перерыве ходили в магазин, по пути вспоминая наши школьные времена. А остальное время сладенько дремали на парте.       На последнюю пару к нам забежала зам декана заочного отделения, чтобы напомнить о печатном расписании, которое иногда отличается от электронного. На завтра никаких изменений не было, поэтому я была спокойна: завтра не придётся вставать в 6 утра, чтобы успеть на первую пару. Пары начинались в 14:00.       Все было бы хорошо, если бы не одно "но". Пары с Богданович так и не появились в расписании, ни в электронном, ни в печатном. С одной стороны, я была этому очень рада, ведь наше с ней возможное знакомство оттягивалось ещё немного. Но с другой стороны, во всем этом отсутствии чувствовалось какое-то странное напряжение. Но я быстро выкинула эти странные мысли из головы.       Пашка, как всегда, подвез меня до дома. По обоюдному согласию мы решили немного пройтись по району. — Слушай, мне вот интересно, почему пары с Богданович до сих пор не ставят. — Не знаю даже. Ну у нас же курс с ней маленький. Наверное, растягивают, как могут. — Может быть. Ладно, Паш, спасибо, что проводил. Завтра увидимся. — Спокойной ночи, лисичка, — он потянулся к моей щеке, чтобы оставить невесомый поцелуй, на что я лишь слегка отпрянула. — Пока, Паш, — моя рука лёгким касанием прошлась по его плечу, и я скрылась за дверями подъезда.       Несмотря на то, что он спокойно принял мой отказ встречаться с ним, я все равно чувствовала, что в нем теплится эта маленькая надежда, что я когда-нибудь передумаю. Знал бы он, что это зависит не от меня...       В среду я проснулась от бесконечной, назойливой вибрации телефона. Время было ещё раннее, так что это не мог быть будильник. Взяв в руки телефон и прищурившись от яркого света экрана, заплывшими от недосыпа глазами я пыталась прочесть миллион сообщений в групповом чате. И когда мои глаза наконец добрались до самого важного сообщения, мне казалось, моё сердце остановилось на мгновение. Настена: " Ребята, а вы где все? У нас через 5 минут пара!"       Так стоп, но в расписании ничего нет. Или есть? Быстро отыскав в галерее фотку печатного расписания, моё сердце окончательно упало на пол. Богданович. На 12:00 нам добавили пару с Богданович. — Су-ка..., — пробормотала я себе под нос.       Как бы я ни пыталась выпрыгнуть из штанов и телепортироваться в универ, я понимала, что на пару я уже не успеваю. Она начнётся через 5 минут, а я эти пять минут буду ждать лифт.       Я уселась на диван и начала дальше читать групповой чат: Катринка: "мы не придём, поздно увидели" Коля: "я тоже не успею, сори"                                                  Ваня: "да они заебли со своим расписанием, меняют каждый божий день, как хотят" Катринка: " вот именно" Ваня: "так они меняют ещё и по утрам! Как я утром, блять, узнаю изменения в печатном? Я, нахуй что, телепат"       Успокоилась. Я, конечно же, успокоилась. Из группы на пару пришло только 4 человека. Остальные просто не успели, как и я. Я понимала, что нам конец. Но, слава богу, я была не единственной, кто не пришёл. Если влетит, то всем. С этими мыслями я пошла собираться. Спустя 5 минут - очередной звонок телефона. Настена: "Она сказала, чтобы на следующую пару пришел каждый. И чтобы все, абсолютно все, переделали контрольные работы" — Нам пизда.... она просто нас убьёт, — прошептала я еле слышно себе под нос, чувствуя, как по спине пробежал холодок.       Весь оставшийся день проходил вроде как неплохо, если не считать постоянного чувства тревоги. Пока нам не сказали идти забирать контрольные с кафедры для дальнейшего переписывания. Вот тогда и стало по-настоящему страшно. Если мы на кафедре с ней пересечемся, то это будет конец. Живыми мы оттуда не выйдем. — Насть, а она ещё здесь или ушла уже? — Да вроде ушла. У неё наша пара последней была, — ответила она, неуверенно пожимая плечами.       Фух. Можно выдохнуть, шанс пересечься с ней снизился до минимума, хотя и не исчез полностью.       На перемене между парами, набравшись храбрости, я решила заскочить за контрольной. Перед тем как открыть дверь, я немного занервничала, вспомнив ситуацию прошлой недели и нашу не самую приятную встречу. "Да нет, она уже дома, её здесь нет. Не будет же она торчать здесь весь день".       Приоткрыв дверь, я с облегчением выдохнула, увидев лишь сидящего за столом методиста, склонившегося над бумагами. Слава богу! — Здравствуйте, я забрать контрольную на доработку. — Какая группа? — 506, — ответила я, чувствуя, как ладони вспотели от напряжения. — Здравствуйте, — раздалось откуда-то из-за угла, — а вот и прогульщики подтянулись.       Моё сердце точно пропустило несколько ударов. Я не оборачивалась, чувствуя, как кровь отливает от лица. И так ведь прекрасно знала, кто стоит практически за моей спиной, прожигая меня своим взглядом. — Ну, пойдёмте, отдам Вам Вашу работу, — произнесла она все тем же холодным, отстраненным тоном, но сегодня он звучал как-то мягче, даже с ноткой... игривости. — Фамилия? — Эм.... Васнецова... Васнецова Алиса, — выдавила я, стараясь не заикаться, но меня трясло как осиновый лист. Она же, напротив, была абсолютно спокойна. И это её тотальное спокойствие ещё больше меня напрягало.       Она подозвала меня к столу, жестом приглашая подойти ближе, и принялась рыться в стопке работ, разыскивая мою. Нашла и встала почти вплотную ко мне, вторгаясь в моё личное пространство, заставляя забыть как дышать. — Смотрите, все номера, которые необходимо исправить, подчеркнуты красным, — начала она, наклоняясь ко мне и указывая на мою работу. Её тёплое дыхание коснулось моей щеки, вызывая мгновенную дрожь. — Но Вы должны их не просто исправить, а полностью расписать объяснение, почему Вы выбрали именно данный вариант ответа. То же самое касается и задачи: если в ней подчеркнуты некоторые предложения, это значит, что они недостаточно подробно расписаны. По новой все переписывать не нужно. Просто указываете номер задания и дополняете его несколькими предложениями, — пауза. — Все понятно?       Я стояла молча. Все, что она говорила, полностью прошло мимо моих ушей, не задерживаясь в голове. Моё внимание было приковано к её рукам: тонкие, аристократичные пальцы, скользящие по страницам и указывающие на номера заданий, небольшие вены, проступающие через тонкую, белоснежную кожу. И аромат. Аромат её духов. Он был настолько странным, непривычным, но при этом настолько манящим, что я не могла оторваться. — Васнецова Алиса, Вам все понятно? — повторила она, чуть повысив голос, словно вырывая меня из оцепенения. — Да..., - я наконец подняла голову, и мои глаза встретились с её лицом, которое украшала легкая, едва заметная ироничная улыбка. — Да, все понятно.       Выхватив контрольную из её рук, я пулей вылетела из кабинета. — Лимон, точно. От неё пахнет лимоном. И немного сигаретным дымом. Неужели она курит? Стоп, а как исправлять контрольную? Я все прослушала. Но какие же у неё пальцы... Так, Алиса, хватит, соберись.       Я не заметила, как дошла до нашей аудитории. — Насть, а че там исправлять надо? Я все прослушала, что она говорила? — Ну смотри...., - начала Настя, терпеливо объясняя мне все детали, как маленькому ребёнку.       Вечером, вернувшись домой, абсолютно уставшей после пар, единственным желанием было рухнуть в кровать и забыться. Но взгляд упёрся в контрольную, небрежно брошенную на стол. Как бы мне ни было лень, я все же заставила себя сесть за работу. Времени на исправление было выделено до пятницы, а за окном уже был конец среды.       Во мне впервые за долгое время появилось желание сделать работу идеально. Я не знаю, что мной движило, какое внутреннее побуждение у меня к этому было, но хотелось сделать её так, чтобы... впечатлить, чтобы моя работа запомнилась как самая лучшая. Именно ей.       Я перерыла все книги, все конспекты, почесала все сайты с сомнительными готовыми ответами, и все это для того, чтобы дать идеальные, проработанные ответы на её вопросы.       Наткнувшись на очередную статью, я быстро пробежалась глазами по строчкам и, не найдя ничего подходящего, уже была готова нажать на кнопку "закрыть", как вдруг мой взгляд упал на автора данной статьи - Богданович Н. М.       И тут во мне словно щелкнул выключатель. Необъяснимый внутренний интерес к её персоне вспыхнул ярким пламенем. Я перерыла весь интернет в поисках любой информации о ней. Перед глазами сменялось множество бесполезных сайтов, статей, и вдруг он, бриллиант среди всего: сайт с полной биографией её жизни. Не знаю, что мной движило, когда я решила зайти, но, закрывая страницу, на часах было уже 2:37 ночи. — Боже, я просидела за компом четыре с половиной часа! Но зато я узнала много нового про свою "любимую" преподавательницу.       Завалившись на кровать, в моей голове начался мыслительный процесс: "неудивительно, что она такая строгая, холодная, сдержанная. Она просто козерог. Все должно быть чётко, понятно и по правилам. Знаю, видали. Первого января. Это ж надо было родиться первого января. Интересно, с чем поздравляли ее первым - с Новым годом или днем рождения?". Но это лишь начало из её списка заслуг. Она училась здесь же, в нашем универе. Потом различные стажировки в Европе: Италия, Австрия, Польша, Германия, и это только начало списка. — Видимо, деньги у родителей имеются...       "Интересно, что её заставило, после заграничной свободы, вернуться туда, откуда начинала и устроиться преподавателем".       Глаза уже закрывались, а перед лицом все так же мерещился её образ. "Она, конечно, холодная, отстраненная, но притягательная... И этот запах....". — Лимон... и немного сигарет, - прошептала я, проваливаясь в сон.