Ангел Смерти в Нью-Эриду

Как только все разулись мы проследовали на кухню. Там мы быстро освободили стол от моих нехитрых принадлежностей для покраски, сдвинув все на край, и водрузили в центр несколько коробок с пиццей. От них тут же пошёл умопомрачительный запах расплавленного сыра, пряных трав и поджаренного теста. Естественно, стульев на всех не хватило как-то не рассчитывал принимать гостей. Пришлось проявить джентльменскую солидарность: я и Билли уступили два единственных стула женской половине команды, а сами устроились кто где. Облокотившись о стену, заметил, как Билли уселся на подоконнике, свесив ноги. Николь уже хозяйничала на моей кухне как у себя дома. Порывшись по шкафчикам по итогу, ловко расставила на столе три стакана. Что интересно, подходя к разливу, Николь проявила неожиданную заботливость: себе и мне плеснула красного вина. Для Энби, когда до неё дошла очередь, Принцесса достала из пакета баночку с апельсиновым соком и наполнила стакан до краёв. Видимо, не всем из нас по душе алкоголь. Мечница молча кивнула в знак благодарности и сделала маленький глоток, покосившись на Игоря и стоящую рядом с ним фигурки. Тут я и обратил внимание, что мы как-то обделили Билли. Хотя, погодите-ка... а как он вообще ест? Я вдруг поймал себя на мысли, что никогда не видел, чтобы Билли хоть, когда ни будь ел. Даже в видеопрокате, когда мы смотрели Звездного рыцаря, тот просто сидел ни разу не прикоснувшись к закускам. И будто услышав мой невысказанный вопрос наш киборг полез во внутренний карман своей потрёпанной куртки извлёк оттуда небольшой металлический цилиндр, больше всего похожий на гибрид термоса и картриджа для принтера. Матовый титан, пара светодиодных индикаторов, несколько едва заметных разъёмов на торце. И плавным движением поднёс капсулу к шее и с лёгким щелчком вставил её в небольшой разъём, который я только сейчас заметил. — Я, конечно, безумно рад, что вы решили меня поздравить, — начал я оглядываю всю собравшуюся команду. —Но что-то мне подсказывает, что вы здесь не только из-за этого. Я прав? Билли аж подпрыгнул на своём импровизированном месте, едва не сбив многострадальный цветок. — Братан, ты не поверишь! — воскликнул он с таким восторгом, будто ему только что подарили режиссёрскую версию его любимого фильма, так еще с автографами главных героев. — Босс смогла откопать супер-пупер денежное дельце! — А ну-ка цыц! — проворчала Николь, грозно приподнимаясь и потрясая кулаком в сторону разбушевавшегося киборга. — Без спойлеров! Билли в притворном ужасе выставил руки вперёд, изображая капитуляцию, и откинулся обратно на подоконник, но по его сияющей физиономии было видно — он еле сдерживается, чтобы не выпалить всё немедленно. Николь вздохнула, закатывая глаза, и обратилась ко всем: — Никакой интриги с вами не построишь, честное слово. Я хотела начать с милой светской беседы, чтобы вы нормально узнали друг друга в неформальной обстановке, пообщались, может, общее хобби нашли. А вы — сразу к делу. Ладно, — она махнула рукой, — раз уж заговорили о работе, то начнём с неё. Тем более что информация реально горячая. Она полезла в карман, достала свой телефон, пару раз провела пальцем по экрану, а потом развернула его к нам, демонстрируя фотографию. На экране отобразился кадр, явно взятый с какой-то корпоративной презентации. В центре композиции находился робот-паук. Небольшое механическое тельце, отдалённо напоминающее сплюснутую каплю, было буквально усеяно разнообразными датчиками, сенсорами и камерами. Шесть конечностей отходили от центрального корпуса, каждая состояла из нескольких сочленений, на концах которых угадывались сложные механизмы захвата — то ли для перемещения по отвесным поверхностям, то ли для манипуляций с грузами. — Знакомьтесь, — торжественно провозгласила Николь, — Бот разведчик RP-17. Недавняя разработка АИК-а, для анализа и поиска аномалий в кавернах. Она сделала паузу, давая нам осмыслить информацию, и продолжила: — Этот конкретный экземпляр был передан во временное пользование строительной компании Белобог. Последние как-то умудрились договориться с ассоциацией на испытания в полевых условиях. — Белобог? Эта не та ли контора владелец, которой понабрал контрактов, да во время падения Столицы свалил со всеми деньгами в закат? Я думал они уже закрылась — Конечно эти события помниться мне достаточно смутно, но о таком скандале трубили по каждому каналу. — Она самая, — Серьезно кивнула Николь, — и как мы видим налаживает новые связи. Этот малыш не единственный образец, но, пожалуй, самый навороченный и от того самый дорогой. Самое интересное дальше: сам контракт краткосрочный и на следующей неделе — финальная дата. По условиям соглашения, Белобог обязан вернуть всё арендованное оборудование АИК для технического осмотра. Так же будет проведена собрание, где будет обсуждаться возможность заключение полноценного тендера на поставку оборудования Она сделала паузу, старательно нагнетая интригу. — Но есть одна маленькая проблема, — продолжила Николь, и в её голосе появились нотки зловещего удовольствия. — Этого красавца украли. — Украли? — переспросила Энби, протянувшая руку вперед и взявшая фигурку Мияби начиная вертеть ту из стороны в сторону. — Кто? Зачем? — А вот это — вопрос на миллион, — кивнула Николь. — Буквально на миллион. По условиям контракта Белобог несет полную ответственность за предоставленное оборудование. Но скажу я вам денни тут не самое главное. — Эм, босс, — подал голос Билли, и я чуть не поперхнулся вином, когда он самым серьёзным образом поднял руку, словно примерный ученик на школьном уроке. — А разве это такая уж проблема для «Белобога»? Я, конечно, понимаю, что у них там не всё гладко, но отстегнуть миллион-другой за потерянную игрушку — ну, наверное, не смертельно? У них же наверняка страховка есть, резервные фонды, там, кредитные линии... В чём драма-то? Николь выдержала театральную паузу, медленно отхлебнула вина и только потом продолжила. Видно было, что она наслаждается ролью рассказчицы. — Как я уже говорила, денни тут — вообще не главное. Ты хоть представляешь, сколько компаний в Нью-Эриду мечтают о сотрудничестве с АИК? Сотни. А реально работают с ними — единицы. И среди них Белобог — самый мелкий, самый... ну, скажем так, сомнительный партнёр. Она отставила стакан и подалась вперёд, жестом призывая нас слушать внимательнее. — Я понятия не имею, как они умудрились выклянчить это соглашение. Там, наверное, какие-то невероятные связи, старые долги. Суть в том, что для Белобога этот контракт, считай пропуск в высшую лигу. Она обвела нас взглядом, проверяя, понимаем ли мы. — Если они успешно завершат сотрудничество, то смогут рассчитывать на постоянные поставки. Тогда перед ними откроются двери, о которых они раньше и мечтать не могли. Городские контракты. Работа с мэрией. Участие в крупных инфраструктурных проектах. Это такие деньги, такие перспективы, что нынешний их кризис покажется лёгким недомоганием. Кажется, я понял к чему она клонит. — Вот только это прекрасное далеко может и не стать явью, — проговорив это пытаюсь прикинуть сколько может отстегнуть нам строительная компания за возращение оборудования. Ассоциация трясётся над своим игрушками похлеще шестеренок над археотеком. — Именно! — перебила Николь, щёлкая пальцами. — Репутационные потери будут такими, что мало не покажется. Это надежно отвадит их от большого рынка. Чему сильно обрадуются их конкуренты, а если конкретнее Вижн. У них с Белобогом вечные терки… — Ого, даже тут всё проработано, — донесся голос Энби, заставив меня отвлечься от разговора и повернуться в её сторону. Она подняла фигурку Мияби над головой и рассматривала её с таким интересом, будто это был не фривольный сувенир, а ценный артефакт, требующий тщательного изучения. Проследив за направлением её взгляда и непроизвольно выгнул бровь. Ну, если быть точным — она рассматривала область между ног фигурки. М-да. Вот от кого, но от Энби такого не ожидал. Покрутив еще некоторое время статуэтку в руках и, по-видимому, утратив к ней интерес мечника поставила ее на место. И тут что-то заметив она слегка наклонила голову на бок и протянув руку взяла мою миниатюру. Она подняла её на уровень глаз, внимательно рассматривая со всех сторон, а у меня внутри все как-то похолодело. О нет. Нет-нет-нет-нет-нет. Только не этот бедолага. Только не сейчас. Я же её лаком забыл покрыть! А сейчас она, разглядывает каждую мелочь, каждую неровность, каждый неудачный мазок. Вообще, у меня ужасно получилось. Для первого раза, конечно, терпимо, но показывать такое кому-то было настоящей пыткой. Надо было запрятать его куда-нибудь подальше, в самый тёмный угол или вообще выкинуть. Но Энби, кажется, вообще перестала обращать внимание на окружающий мир. Она полностью погрузилась в изучение фигурки, поворачивая её под разными углами, приближая к глазам, рассматривая каждую деталь. Я кожей чувствовал, как она отмечает все мои оплошности: криво закрашенный ремешок, пятно краски, залезшее на соседний участок, плохо проработанную эмблему на наплечнике. Николь прыснула в кулак, явно сдерживая смех. А Энби продолжала изучать фигурку с каменным лицом, не обращая никакого внимания на нашу реакцию. — Интересно, — пробормотала она скорее себе, чем нам. — И миленько... — Энби! — взмолился я, чувствуя, как кровь прильнула к щекам. Так стоп какого?! — Положи на место! Она перевела на меня спокойный, чуть удивлённый взгляд: — Почему? Разве любители таких вещей не любят когда их коллекцию изучают? — Ты не изучала, а ...— я замялся, подбирая слова. — А рассматривала под лупой? — закончила за меня Николь, и её голос дрожал от смеха. — Видел бы свое лицо. Весь раскраснелся! Я уже забывать начала что ты можешь выражать какие-то эмоции, а то ходишь вечно со своим хмурым выражением. Энби пожала плечами и аккуратно поставила фигурку обратно на столешницу, но перед этим ещё разок глянула на неё с задумчивым видом. Хвала Ему, что она не обратила внимание на мою подделку. — Кхм, — кашлянув, отвел взгляд от довольной физиономии Николь, надо быстро менять тему. У принцессы и так добавилось тем для подколок. — Это всё, конечно, прекрасно, но я так понимаю, ты хочешь, чтобы мы вернули утерянного бота, да? Что это вообще было? Смущение? У меня, лейтенанта четвёртой роты, ветерана сотен кампаний, и я смущаюсь из-за такого? Общество смертных оказывает на меня тлетворное влияние. В ордене такого не было. — Хотелось бы знать, где его искать и кто, собственно, его украл, — продолжил мысль, окончательно возвращая разговор в деловое русло. Николь довольно улыбнулась, явно оценив мою попытку ретироваться с поля боя, и великодушно решила не добивать. — Рада, что ты спросил, — сказала она, отставляя пустой стакан. — Своровали бота, не абы кто, а 4Д. — Четыре Д? — переспросил Билли, навострив уши. — Типа как тот аттракцион, что стоит в VR-клубе? Ну, знаете, когда надеваешь очки и тебя усаживают в кресло, которое трясёт из стороны в сторону, а на самом деле просто стоишь на месте? «Хо? Неужели у них тут есть что-то подобное? — эхо в сознании отозвалось с нотками удивления, которое, кажется, начинало приобретать собственный характер. — Хотя у нас минимум был 7D, который быстро перерос в 99D… Если не ошибаюсь, даже 999D не был пределом. Жалко, что разница была только в цифрах на вывеске, но крутили там одно и тоже.» Сохранив видимое спокойствие, внутренне поморщился. Мне кажется, или с каждым разом этот внутренний голос становится всё разговорчивее? — Если бы, — фыркнула Николь. — Бывшие военные что служили под началом Феникса. Когда тот взбрыкнул и начал свое восстание они толи дезертировали то ли еще что не суть важно. Сейчас у них своеобразная репетиция. Многие думают, что только их лидер более-менее адекватный. Остальные трое психи-мясники у него на поводке. Так ли это сказать сложно, но как по мне дыма без огня… — Угу, когда они смогли выкрасть бота? — эхом отозвался я, все еще чувствуя себя не в своей тарелке. С самоконтролем надо экстренно что-то делать. — И, собственно, как? Николь вздохнула и покачала головой, собираясь с мыслями. — Они перехватили бота в каверне Попаго, когда тот возвращался с вылазки. И вот тут в игру вступил наш старый знакомый, которого мы сегодня навещали. Ему дополнительно заплатили, чтобы команда не вышла из каверны. Так сказать, все концы в воду. Она сделала паузу, давая нам осмыслить услышанное. — Он изменил их морковку, так, что вместо безопасного маршрута к выходу проводник повёл группу прямиком в неизвестный чанк. Это случилось дня три тому назад. С тех пор от группы — ни слуху ни духу. Я слушал, и с каждым её словом в голове всплывали всё новые вопросы. Наконец не выдержал, отлип от стены, делая шаг вперёд. — Подожди-подожди. Тут что-то не сходится, — сказал я, жестом останавливая Николь. — Если они бывшие военные, как ты говоришь, то и распределение ролей в отряде у них, скорее всего, военное. Значит, один — лидер, второй — боец ближней дистанции, третий — стрелок. А четвёртый... — я задумался на секунду, перебирая варианты. — Четвёртый может быть техником, но учитывая род их деятельности, скорее всего прокси. Я перевёл дыхание и продолжил: — Так вот, у меня вопрос, — я прищурился, прокручивая в голове возможные сценарии. — Как они все не заметили, что их банбу повёл их по другому маршруту? Возможно, проводник вёл их по ложному пути с самого начала, и они даже не заподозрили подмены, потому что внешне всё выглядело штатно. В любом случае, какое-то время они всё же шли по самой каверне. Не знаю, почему ты так зациклилась на этом чанке, но я бы сначала проверил весь маршрут их движения начиная с места, где они свистнули бота. Весьма вероятно, что они могли напороться на эфириала, который оказался им не по зубам. В кавернах всякое бывает. Может, они просто полегли в какой-нибудь аномалии, а мы тут головы ломаем. — Уж поверь мне, — Николь посмотрела на меня с выражением, в котором читалась абсолютная уверенность, — если бы ты знал, в каких делах эта четвёрка была замечена, ты бы не думал, что они могли вот так просто взять и помереть. Слишком много раз они выходили сухими из воды. Так что, думаю, нам следует сразу направляться в этот чанк. — Подожди-подожди. Нам? — пришлось переспросить мне, когда смысл её слов наконец дошел. — Ты пойдёшь вместе с нами? В каверну? Николь посмотрела на меня как на умалишённого: — Естественно! Кто, по-твоему, будет всем этим руководить? Я босс или погулять вышла? Ох, что сейчас начнётся. Глубоко вздохнув, начал подбирать нужные слова что бы ее переубедить при этом не начав скандал. — Эм, Николь, не в обиду тебе будет сказано, но боец ты... ну, скажем так, не самого высокого уровня. — Я старался, чтобы голос звучал максимально мягко. — Бесспорно, ты королева контрактов, гений переговоров, повелительница бюрократии и всего такого. Но каверна — это другая стихия. Нам и так крупно повезло что в прошлою вылазку все прошло без ранений. В нижнем интерноте вокруг Попаго ходит множество нехороших слухов. Да и само задание как-то дурно попахивает — когда в деле появляться корпоративные интересы жди беды. Я перевёл дух и добавил уже жёстче: — Так что лучше останься вне каверны и жди нас. Нам в любом случае понадобиться оперативно свалить когда выйдем из каверны. Николь нахмурилась, скрестила руки на груди, и в её глазах заплясали знакомые опасные огоньки: — Так. Это что за бунт на корабле? Кто здесь главный, напомнить? Задание, между прочим, плёвое. Обычный вынос техники из каверны, таких операций я десятками проворачивала. А у тебя просто паранойя разыгралась. Так что я иду, и точка. — Нет, — сказав это почувствовал, как в голосе прозвучала сталь лейтенанта четвёртой роты. — Не идёшь. Я посмотрел ей в глаза максимально серьёзно. Все понимаю, но у нее нет ни навыков, ни нормального снаряжения (ее грави-пушка в виде чемоданчика вряд ли спасет от внезапного удара эфириала) что бы шастать по кавернам. Руку даю на отсечение что она опять пойдет в своем наряде «переговорщика». Нет уж тогда я спорить не стал, но сейчас я не дам ей там самоубиться. В кухне повисла тишина. Билли замер, Энби переводила взгляд с меня на Николь и обратно. Сама Принцесса смотрела на меня с выражением, в котором смешивались гнев, удивление и... кажется, что-то похожее на обиду? — Ты серьёзно? — спросила она, и в голосе прорезались грозные нотки. На лбу пролегла глубокая складка, а глаза метали молнии с такой интенсивностью, что я всерьёз задумался, не пробудились ли у нее скрытые пси-способности. Ох, блин. Похоже, я ее серьезно разозлил, но в этом я буду стоять на своем. Принцесса уже открыла рот, чтобы выдать мне порцию ласковых, от которых, наверное, завял Игорь на подоконнике, но вдруг резко осмотрелась. Взгляд скользнул по Билли, по Энби, которая делала вид, что её вообще здесь нет. Николь явно поняла, что начинать скандал при подчинённых — идея так себе. Не комильфо для босса. Она глубоко вздохнула, видимо считая про себя до десяти, и процедила сквозь зубы: — Мы это ещё обсудим. — Как скажешь, — ответил максимально холодно, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Я прекрасно понимаю, что спорить с ней в таком состоянии бесполезно, но и уступать не собирался. В конце концов, на мне лежит ответственность за безопасность группы (Я танк или погулять вышел?). И если придётся — оглушу её, свяжу и оставлю в машине, но в каверну не пущу. На некоторое время в комнате повисла тишина, в которой мы с Николь продолжали играть в гляделки, и я уже начал всерьёз прикидывать: какой узел надёжнее, чтобы не сбежала, и как быстрее среагировать, если она решит броситься на меня с кулаками. Боец она, конечно, никакой, но коготки у неё остренькие, это я уже успел заметить. И вдруг нашу немую дуэль прерывал киборг. — Кхм, босс, — подал голос Билли, до этого момента предпочитавший не отсвечивать и максимально сливаться с интерьером. — Как мы, собственно, найдём этого бота? Я, конечно, понимаю, что мы крутые и всё такое, но та четвёрка, судя по описанию, точно не дураки. Думаю, они сразу отключили все маячки и передатчики, чтобы их не вычислили по горячим следам. Николь ответила не сразу. Она ещё несколько секунд сверлила меня взглядом, давая понять, что разговор не окончен, а только отложен, и что мне это ещё аукнется. Потом всё же перевела внимание на задавшего вопрос. Я мысленно выдохнул. Ну слава Ему, а то мне уже начало казаться, что она прямо здесь и сейчас устроит показательную порку, невзирая на чины и звания. — Короче, — начала Николь, и в её голосе постепенно вернулся деловой тон, хотя раздражение всё ещё чувствовалось. — Умники из ассоциации, решили перестраховаться. Они добавили внутрь корпуса слабенький артефакт с особой поляризацией. Она обвела нас взглядом, проверяя, слушаем ли мы. — Сам по себе артефакт — мусор полный, но он издаёт особый сигнал на низких эфирных частотах. Предполагалось, что раз уж бот создан для роботов в кавернах, то если произойдёт отказ всех систем, он то и поможет его найти. Эти частоты фиксируют большинство приборов, но они идут одним потоком так что вычленить нужный сигнал можно только с помощью особых приборов. — И как мы его уловим? — спросил Билли, подаваясь вперёд. — А для этого, — Николь сделала эффектную паузу и кивнула в сторону Энби, — я раздобыла нам подходящий передатчик. Энби, будь добра, покажи. Мечница, до этого момента сидевшая неподвижно, словно изваяние, наконец отмерла. Открыла ту самую коробочку с лентой, которую я приметил ещё когда они только зашли, и продемонстрировала содержимое нам. Внутри оказался старенький прибор, размером с две пачки сигарет, с потускневшим от времени экраном, посередине, которого находилося тумблер и пара кнопок сбоку, стёртых от долгого использования. Корпус был исцарапан, в углах виднелись следы пайки, а один из винтов крепления явно заменили на неоригинальный. — Штучка старенькая, конечно, но свое дело сделает, — пояснила Николь, заметив мой взгляд. — Пришлось попотеть, чтобы его раздобыть. Такие уже лет десять не выпускают, но именно эта модель умеет работать в нужном нам диапохоне. Правда, есть один нюанс. — Какой? — спросил я, подозревая подвох. — Эта модель сможет засечь только приблизительное направление, — призналась Николь. — То есть мы поймём, где примерно находится паук — в пределах ста метров. Дальше мы перешли к обсуждению деталей. По итогам полуторачасовой дискуссии решили отправляться завтра после обеда. Под шумок, пользуясь тем, что принцессы уже не настолько злая, смог уговорить её свозить меня завтра утром к Громгару. Всё-таки запас гранат пополнить не помешает, их вообще много не бывает. Да и разгрузку для скрытого ношения оружия стоило прикупить. Когда с делом было покончено, мы плавно перешли к тому, что Николь пафосно именовала «тим-билдингом». На практике это свелось к обычному трепу обо всём и ни о чём — пицца постепенно исчезала, вино и сок тоже подходили к концу, а разговор перетекал с темы на тему. Самым говорливым, кто бы мог подумать, оказался Билли. Я ожидал, что эту роль возьмёт на себя Николь, но она сегодня была в относительно спокойном настроении, предпочитая больше слушать и изредка вставлять ехидные комментарии. Билли же развернулся на полную катушку. Он вещал о недавних событиях в городе, о погоде, которая в последнее время «совсем с ума сошла», о новом вкусе колы, который, по его словам, «переворачивает представление о газировке», о каких-то гонках на мехах, о разборках между бандами, о новом сериале, который все смотрят, и ещё о многом другом. Информационный поток был такой плотности, что я перестал пытаться запоминать детали уже через пять минут. Единственное, что я точно смог зафиксировать в памяти это то, что помимо Звёздных рыцарей, Билли фанатеет по Монике, героине старого, но, видимо, культового фильма «Ах, дорогуша». Судя по тому, как загорелись его глаза стоило мне спросить кто изображен на принесённой им картине-постере, для него это было не просто кино, а что-то на уровне религии. Он тут же попытался завербовать меня в ряды поклонников и позвал на совместный просмотр, обещая, что «такого ты ещё не видел, бро, это просто пушка-бомба, гарантирую». Я уклончиво пообещал подумать, чем вызвал очередной приступ энтузиазма у Билли и скептический взгляд Николь, которая, кажется, уже смотрела этот фильм и не разделяла его восторгов. Всё это время я периодически поглядывал на Энби. Та практически не участвовала в беседе, предпочитая сидеть у окна и пялиться куда-то в темноту за стеклом. В отражении мелькали огни ночного города, и её лицо казалось отстранённым, почти призрачным. Она не вмешивалась, не комментировала, просто присутствовала. Хотя если задуматься она всегда такая. Смотря на неё, я ловил себя на странном ощущении: будто что-то чесалось из нутри черепа в затылке. И постоянно возвращалась мысль, что мне надо у неё что-то спросить, о чём-то попросить, что-то важное, связанное именно с ней. Или нет? По-моему, не с ней, а кем-то кто на нее похож… Но как только я пытался сфокусироваться, мысль рассыпалась, оставляя после себя только смутное беспокойство и чувство, что я что-то упускаю. Что за чертовщина у меня с памятью? Устало потерев лоб, отвёл взгляд, сделал глоток уже почти тёплого вина и попытался сосредоточиться на болтовне Билли. Хуже еще что голос становиться активнее. До этого он ограничивался редкими фразам, а тут расщедрился на целую мини-тираду. Не к добру все это. Уже ближе к полуночи мы начали понемногу закругляться. Гости разошлись, оставив после себя горы пустых коробок, смятых салфеток и несколько недопитых бутылок, которые Николь строго-настрого запретила трогать — «пригодятся для следующего раза». Нам с киборгом выпала почётная миссия привести всё в порядок, пока девчонки собирались и обсуждали какие-то свои тайны в прихожей. Билли оказался на удивление хозяйственным — ловко орудовал тряпкой, собирал мусор в огромные чёрные пакеты и даже вызвался помыть посуду, пока я вытирал столы. Работа спорилась, и через полчаса кухня снова сияла чистотой, будто и не было здесь никакого ночного пиршества. — Кстати, не думал, что ты с Объездной, — сказал я, когда мы закончили заполнять последний мешок с мусором. — Ага, — протянул он мечтательно. — Объездная, ну или внешнее кольцо, как у вас городских принято ее называть. Знаешь, как порой не хватает этого ощущения свободы? Нет, Нью-Эриду, конечно, лучший город в мире. Но иногда... иногда хочется просто нестись на байке по пустынной трассе, чтобы ветер свистел в ушах, а навстречу — только рассвет. Никаких тебе камер, никаких патрулей, никаких правил. Только ты и дорога. Я слушал его и понимал. Сам иногда ловил себя на похожих мыслях — что в этой каменной клетке, даже самой уютной, не хватает простора. — А как там вообще живётся? — спросил я, усаживаясь на освободившийся стул. — Слышал, у вас там вечная анархия и беззаконие. Билли рассмеялся, искренне и заливисто. — Хех, скажешь тоже! — он махнул рукой. — Да, СОБЕЗ к нам редко заглядывает, это правда. У них и в центре дел хватает. Но беззакония там меньше, чем у вас на районах, просто оно другое. У нас порядок кланы держат. Кто сильнее — тот и прав. Но это не значит, что можно творить что хочешь. У каждого клана свой кодекс, свои правила. Нарушил — ответишь. Причём быстро и без дурацких судов. Он помолчал, и его лицо на секунду омрачилось. — Хотя малышка Цезарь жалуется, что в последнее время Стилеты совсем распоясались. Уже внаглую нападают на автоколонны и целые поселения. Ну ничего, — в его голосе прорезались твёрдые нотки, — Сынам Колидона как раз нужна была возможность себя проявить. Давно уже поиграть мышцами и показать, что мы еще на коне, а то Триумфаторы уж зазнались. — Стилеты? — переспросив попытался откапать в памяти что-нибудь о них. Если не ошибаюсь это нарицательное обозначение бандитских формирований промышляющие грабежом на дорогах. Имел не удовольствие сталкиваться с такими, но мы их звали Духами Билли скривился, будто лимон разжевал. — Сброд, — бросил он пренебрежительно. — Понимаешь, в любом обществе насидеться парочка индивидуумов, которые чхать хотели на правили и моральные устои. Конечно, за нарушение правил за частую сразу идет кара от Вожака, но порой провинность не столь серьезна так что порой проще изныть из клана. Такие отщепенцы сбиваются в банды, шастают по окраинам, промышляют грабежом и прочей мерзостью. Если раньше они носа дальше 53 шоссе и суть не смели, то уже на территории кланов периодически появляться их машины. Причем у них откуда-то появилось нормальное оснащение и оружие. Помяни мое слово это ТОП-ы похлопотали, чтобы забрать наши нефтяные месторождения. Переведя дух после своей пламенной речи Билли, улыбнулся своим глазами фонариками. — Хотя не бери в голову. Наши из быстро загонят по нормам откуда они посмели вылезти. Если будешь на Объездной загляни в Блейзвуд, передай привет от меня. Чтото мне подсказывает что вы с Лайтером найдёте общий язык — Хлопнув меня по плечу на прощание и взяв в обе руки пакеты направился в прихожую. Последовал за ним что попрощаться со всеми. У самого порога Энби молча кивнула, натянула наушники на уши и растворилась в коридоре. Николь задержалась на пороге дольше всех — поправила съехавшую куртку, проверила, все ли вещи забрала, и только потом посмотрела на меня. Взгляд у неё был странный — уставший, но вместе с тем колючий, будто она хотела что-то сказать, но передумала в последнюю секунду. — Завтра после обеда, — напомнила она сухо. — К тебе заеду чуть пораньше, где-то в часов 13. — Хорошо, — не успел закончить, как она уже отвернулась и зашагала к лифту, не прощаясь. Да что такое? Чего она так разозлилась то? Закрыв дверь, прислушался к удаляющемуся гулу лифта и только тогда позволил себе выдохнуть. Ох чувствую огребем мы проблем с этим заданием. Быстренько проведя вечерние процедуры, доплёлся до спальни, где тут же рухнул на кровать и провалился в сон без сновидений. *** Утро красит нежным светом. Ну, почти. В моём случае пришлось просыпаться от настырного солнечного зайчика, который, словно издеваясь, пробился сквозь неплотно задёрнутые шторы и устроил световую атаку прямо мне в лицо. Несколько раз переворачивался, но этот маленький мерзавец находил меня снова и снова. Пришлось сдаться и признать, что день начался. Наскоро отогнав остатки сна ледяной водой, быстро провел утренний моцион. На завтрак сегодня яичница из трёх яиц с беконом и чёрный кофе с тремя ложками сахара. Закончив с трапезой и помыв посуду, отправился в пустующую комнату. Там раскрыв сумку, разложил снаряжение на полу, принялся за привычный ритуал. Начал с разгрузки, обоймы к пистолету и дробовика встали на свои места. Потом взялся за само оружие. Трамбовщик разобрался на составные части, каждая деталь была тщательно осмотрена, протёрта, смазана. Может еще прочесть пару литаний? Или уже перебор? По итогу не долгих размышлений все-таки отказался от этой идеи. Последним стал нож. Подняв его на уровень глаз проверил на наличие новых царапин или сколов, которых не оказалось, напоследок проверил лезвие — острота всё ещё идеальная, хоть брейся. Под конец манипуляций не вольно провел пальцем по гравировке. Эх. Как же я скучаю по ним. По Ориону, Немону, Кассию, да чего уж там по всей своей роте. С ними всегда была уверенность, что тебе прикроют спину, что рядом с тобой те кто без слов заслонит тебя от взрыва. Помнится, один из Сынов Фенриса, с которым мы пересекались в совместной операции, как-то сказал: «Астартес — это стайные хищники». Тогда я просто кивнул, не вдаваясь в слова кузена, но теперь, кажется, начинаю их по-настоящему понимать. Конечно Николь, Билли и Энби хорошие. Да же отличные соратники. Надёжные и верные, своеобразные, конечно, но кто не без греха? Но... Наверное, мне просто нужно чуть больше времени. Чтобы притереться. Все же чувство локтя появляется не в мгновение ока. Заканчивая проверку снаряжения, наткнулся на Furor Belli, что до этого лежал на самом дне сумки. Покрутив его в руках, раздумывал стоит ли его брать с собой. Описание в магазине наталкивало на определённые вопросы и подозрения. Но сегодня... сегодня у меня было крайне поскудное предчувствие насчёт предстоящей миссии. Так что возьму с собой. На крайний случай, если припрёт так, что выбирать будет не из чего. Дальше сложил все снаряжение в сумку и надел полевую форму. Оставалось только ждать звонка Принцессы. Рухнул на стул на кухне, взял телефон и решил скоротать время за серфингом в интерноте. Лента новостей пестрела заголовками о политических дрязгах, очередных скандалах звезд местной эстрады. Пролистывая дальше, наткнулся на забавный ролик с банбу, танцующим под уличную музыку, и невольно улыбнулся. Потом были новости спорта, обсуждение нового сериала, который все смотрели, кроме меня, и бесконечные рекламные вставки. Уже начал проваливаться в какое-то полудремотное состояние, когда экран телефона вспыхнул входящим вызовом. — На выход, — коротко сказала Николь в трубку. Ух, похоже она не остыла, а наоборот. — Жду внизу через пять минут. — Принял. Быстро взяв в охапку сумку и спустившись на первый этаж, вглядывался в светлое небо. Знакомая машина появился из-за поворота точно по расписанию затормозил у тротуара, и заинув свои пожитки в багажник нырнул на пассажирское сиденье. — Привет, — сказал я, пристёгиваясь. — Угу, — буркнула Николь, даже не взглянув в мою сторону. Машина рванула с места, вжимая меня в кресло. Взглянув на нее, понял, что дела принимают серьезный оборот. Если вчера, она была еще боле-менее, то сегодня — словно ледяная статуя за рулём. Взгляд прикован к дороге, пальцы слишком сильно сжимают руль, губы плотно сжаты в тонкую линию. — Николь, — начал было я, но она только резко мотнула головой. — Потом. Да что не так с этой женщиной? Я не даю ей сгинуть в каверна, а она на меня еще за это дуеться?! Где здесь логика? Тем временем в салоне повисла неловкая тишина, нарушаемая только гулом мотора и шумом шин по асфальту. Город за окном проплывал серыми многоэтажками, сонными прохожими, но я ничего не замечал. Естественно, она для меня важна. Мы вместе еще с самого девства, попадали во всякие передряги, но самое главное заботились друг о друге. Именно поэтому ей противопоказано идти в эту чертову каверну. Почему она так хочет рисковать? Почему той, у которой есть связи, деньги, ум, в конце концов, лезет во все эти передряги вместе со мной? Что за бред. Император ниспошли мне терпения. Надо срочно что-то сделать. Или сказать. Вот только что. «Спасибо, что ты есть»? «Я беспокоюсь за тебя»? Звучит как-то... по-детски. К тому же, разве все это и не очевидно? Мы прошли через приют, через все его подводные течения, через драки, голод. Она таскала меня по своим авантюрам, а я вытаскивал её из передряг. Мы были командой всегда. Почему я это понимаю, а она нет? Это уже начинает бесить. «Да Хоспади. Ты чего как какой-то ОЯШ сиськи мнешь? Выложи все как есть.» — снова прозвучал голос. Так, похоже надо поскорее записаться на прием к мозгоправу. А то моя личная шиза уж слишком активничает. Сжав подлокотник кресла, почувствовал, как непроизвольно задергался глаз. Уж не знаю, что хтонь у меня в голове, но в чем-то она права. — Николь, — мой голос прозвучал несколько хрипло и... нервозно? — Нам надо поговорить. Она скосила на меня удивлённый взгляд, да же чуть сбросила скорость. — Разве? — спросила всё так же сухо и отстраненно. Эй, с чего такой тон? — Послушай, — начал я, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Как же не привычно говорить о своих чувствах. — Я вроде понимаю почему ты так остро реагируешь. Если я каким-то образом подорвал твой авторитет как босса, то извини. Честно не хотел. Она наконец-то посмотрела на меня. В её глазах мелькнуло что-то вроде — удивления? Не понятно. — Но и ты меня пойми. Ты один из важнейших людей в моей жизни, — выпалив это полнел что все. Рубикон пройден. — Мы достаточно долго знаем друг друга. Не сосчитать сколько раз я вытаскивал тебя из передряг, а ты помогала мне. Не знаю можно ли назвать наши отношения семейными, но я уж точно буду стоять за тебя горой. Поэтому то я не хочу, чтобы ты сгинула в этой каверне. Николь замерла. Машина слегка вильнула в сторону, но она резко вывернула руль, возвращая нас на трассу. На лице её боролись десятки эмоций — удивление, неверие, растерянность и что-то ещё, чему я не мог подобрать названия. — Тарк, я... — начала она, но я перебил. — Суть в том, что, если с тобой что-то случится... я себе этого не прощу. Я отказываюсь снова терять близких мне людей. Так что пожалуйста не иди вместе с нами. — перевёл дыхание, собираясь с духом. — Второго расширения Нулевой не произойдет если ты всего разок не полезешь грудью на амбразуру. Николь смотрела на дорогу, но я видел, как дрожат её губы. Как она кусает их, пытаясь сдержать то, что рвётся наружу. Прошло несколько бесконечных секунд, прежде чем она заговорила. — Дурак, — сказала она тихо, и в этом слове не было злости. Совсем. — Меднолобый, безнадёжный дурак. Думаешь, я не понимаю? Вы все для меня важны. Именно поэтому я хожу на мессии вместе с командой, что в случаи чего прийти на помощь. А отправлять вас в каверну пока отсиживаюсь в безлопастном месте. От такого я… я с ума сойду. Она наконец-то посмотрела на меня, и в её глазах блестели слёзы. Оу, для нее это больная тема? — Мы команда, — твёрдо сказала она. — Всегда были и всегда будем. И если ты думаешь, что я оставлю вас там одних, то ты вообще меня не знаешь. Но... — она всхлипнула, — только ради тебя, я поступлю как ты хочешь. Тогда в каверне за главного ты, надеюсь на службе у корпы ты не штаны просиживал. И пообещай мне что вся команда вернётся живой и здоровой. Подчёркиваю, вся! И ты в том числе. — Обещаю, — ответил я, чувствуя, как внутри будто развязывается тугой узел. Ох уж эти межличностные отношения, одна морока. Дальше мы начали разговаривать на отвлечённые темы, изредка подкалывая друг друга. Николь жаловалась на дурацкую привычку Билли оставлять пустые банки из-под энергетиков в её машине, я рассказывал про свои попытки разобраться в местных мемах и почему банбу, танцующий под техно, собирает миллионы просмотров. Время в дороге летело незаметно, и вскоре мы въехали в знакомые места. Гетто встретило нас всё той же унылой серостью, что и в прошлый раз. Те же обшарпанные фасады, те же подозрительные личности, провожающие машину настороженными взглядами, тот же запах сырости и отчаяния, въевшийся в каждый камень. Ничего не изменилось. Остановившись у нужного дома, мы повторили знакомую процедуру. Металлическая дверь с лязгом открылась, пропуская нас в полумрак подвала. Спуск по бетонной лестнице, запах масла в перемешу с чем-то металлическим и вот мы снова в логове Громгара. Хозяин оружейного рая стоял за своим неизменным прилавком, но в этот раз встретил он нас совсем не так, как в прошлый. Не было приветливого кивка, не было деловитого «чего надо?». Громгар мрачно уставился в планшет, который держал в руках, и время от времени разражался такими забористыми ругательствами. Переглянулся с Николь, на что та лишь плечами пожала — мол, сама впервые вижу его в таком состоянии. Мы подошли ближе, стараясь не шуметь, но Громгар всё равно поднял голову, окинул нас тяжёлым взглядом и буркнул что-то нечленораздельное. — Здравствуй Громгар, — осторожно начал я, решив, что лучше сразу прощупать почву. — Что стряслось-то? Кто посмел испортить настроение лучшему оружейнику Нью-Эриду? Старый дварф (а в том, что он дварф, я уже не сомневался) тяжело вздохнул и молча протянул мне планшет. На экране велась трансляция с какой-то пресс-конференции. За трибуной, украшенной логотипом компании Вижн, стоял невысокий человек в безупречном синем костюме. Аккуратная стрижка, аккуратная, доброжелательная улыбка, белые волосы. Он что-то вещал в микрофон, судя по заголовку внизу — о том, как «Вижн» заботится о простых людях, создаёт рабочие места и делает город лучше. Я поднял вопросительный взгляд на Громгара. — Это, — пробасил дварф, ткнув корявым пальцем в изображение, — Перлман. Мерзавец, лицемер и позор всего дварфского рода! Он аж затрясся от негодования, и мне показалось, что из его ушей вот-вот повалит пар. — Ты только посмотри на него! — Громгар ткнул в планшет с такой силой, что экран жалобно пискнул. — Вырядился, понимаешь, как шут! Распинается, какой он заботливый, как он печётся о народе! Да он же вылитый выходец из народа, ага! Я слушал и чувствовал, как история становится всё интереснее. — Его предки, славные дварфы, держали кузни, ковали оружие, пили пиво и пели песни у костров! А этот... этот... — Громгар аж задохнулся от возмущения. — Он сбрил бороду! Бороду, понимаешь?! Гордость каждого уважающего себя дварфа! Гладкое лицо, как у младенца! И пить перестал! Совсем! Позор! Я покосился на Николь. Та с трудом сдерживала улыбку, но в её глазах плясали чёртики. Похоже, драма была знатная. — Да его предки сейчас в гневе переворачиваются в своих каменных чертогах! — продолжал бушевать Громгар. — Позор! Позор на весь дварфский род! Этот выскочка забыл, откуда вышел! Он снова уставился на планшет, и на его лице явственно читалось желание плюнуть в изображение. Он даже набрал воздуха, надул щёки, но в последний момент, видимо, вспомнил, где находится, и передумал. Сделал глубокий вдох, медленно выдохнул, и, кажется, немного успокоился. — Ладно, — проворчал он, откладывая планшет в сторону. — Простите старого дурака. Бесит он меня, сил нет. Каждый раз, как вижу его рожу в новостях, настроение на весь день портится. — Да ничего страшного, — примирительно сказал я. — Мы понимаем. У каждого есть такие персонажи, от которых бесят. Громгар хмыкнул, окинул нас оценивающим взглядом и, уже деловым тоном, поинтересовался: — Ладно, ближе к делу. Чего припёрлись-то в этот раз? Рассказывайте, что нужно, и посмотрим, что у меня есть. — Ну, — начал я, переглянувшись с Николь, — нам бы гранат прикупить. И ещё скрытого ношения кобура нужна. Что бы пистолет, под мышкой крепился и не торчал. Громгар оживился, глаза его заблестели знакомым коммерческим блеском. Похоже, торговля — лучшее лекарство от любой хандры. — Гранаты, говоришь? — он отодвинул планшет в сторону и полез под прилавок. — Это могу. Как раз поступила новая партия. Он вытащил из-под прилавка несколько ящичков из тёмного пластика с яркими предупредительными наклейками и с глухим стуком выложил их на прилавок. Подойдя ближе с удивлением, узнал старые добрые «сливы». Характерный тупой нос, ребристая поверхность корпуса. Эти гранаты я перетаскал на своём поясе за годы службы в корпорации столько, что потерял счёт. Взяв одну в руку, взвесил, прислушиваясь к ощущениям. Тяжеловата, но это её преимущество. «Сливы» отличались от стандартных армейских повышенным количеством осколков при взрыве. Конструкторы напичкали корпус дополнительными поражающими элементами, сделав ставку не на мощность взрывной волны, а на площадь поражения. При детонации корпус разлетался на сотни мелких фрагментов, которые косили всё живое в радиусе пятнадцати метров. Самое то против больших скоплений легкобронированных целей. Или против тех, кто думает, что укроеться за хлипким укрытием. Пока Громгар выкладывал гранаты на прилавок, Николь заинтересованно крутилась рядом, разглядывая витрины с холодным оружием. Её внимание привлёк небольшой стилет с изящной гравировкой на рукояти, но, поколебавшись, она всё же отошла — не за тем приехали. — Держи, — Громгар выложил передо мной кобуру. Чёрная кожа, с удобными регулируемыми лямками и мягкой подкладкой, чтобы не натирала. Я приложил её к себе, прикидывая, как сядет. Вроде неплохо. — Примерять будешь или так возьмёшь? — поинтересовался дварф. — Так возьму. Дома подгоню. Расплатившись и раскидав покупки по карманам, бросил прощальный взгляд на витрины, задержался на пару секунд на винтовках, но вздохнул и направился к выходу. В другой раз. — Бывай, Громгар! — крикнул я на прощание. — Угу, — буркнул тот, уже снова уткнувшись в планшет. — Смотрите не взорвите себя раньше времени. — Постараемся, — отозвалась Николь, поднимаясь по лестнице первой. Солнце уже поднялось высоко, заливая все вокруг ярким светом, от которого грязь и обшарпанность стали видны ещё отчётливее. Подойдя к автомобилю быстро закинул свой груз в сумку и тут же нырнул в машину, и Николь, не теряя ни минуты, рванула с места. — Куда теперь? — спросил я, поудобней устраиваясь в сиденье. — В кафе на Восьмой, — коротко ответила Принцесса. — Там наших забираем. Энби уже должна быть, Билли подтянется к этому времени. Мы петляли по узким улочкам, выбираясь из гетто, и вскоре выехали на более-менее приличные трассы. Нужное нам заведение оказалось небольшим, но уютным с летней верандой, увитой искусственным плющом. Николь припарковалась у обочины, и я сразу заметил знакомую фигуру. Энби сидела за столиком на веранде, перед ней возвышалась гора из трёх стаканов с какими-то разноцветными напитками и тарелка с остатками сэндвичей. Увидев нашу машину, она быстро доела последний сэндвич и направилась к нам. Ого, оказывается она питается не только бургерами. Подойдя к машине скользнула на задние пассажирское сиденье, молча кивнула нам и пристегнулась. Затем мы прождали несколько минут, которые растянулись в томительное ожидание. Николь барабанила пальцами по рулю, то включала, то выключала дворники, несколько раз глубоко вздыхала, и с каждой секундой её терпение таяло на глазах. Наконец, когда стрелка часов перевалила за критическую отметку, она не выдержала и схватила телефон. — Всё, — процедила она сквозь зубы, — сейчас я этому идиоту устрою разнос. Она набрала номер и замерла в ожидании. Первый гудок, второй, третий... Сброс. Она набрала снова. Снова тишина. На четвёртой попытке, когда Николь уже готова была прожевать дыру в приборной панели взглядом, трубку наконец-то сняли. Я не слышал, что именно говорил Билли, но даже сквозь динамик телефона доносился, виновато-оправдательный тон, который бывает у людей, которых поймали с поличным. А ещё сквозь него пробивался какой-то подозрительное шуршание— то ли одеяло, то ли подушка. До меня долетели обрывки фраз: «я просто на минуточку прилёг», «будильник, наверное, сломался», «ну брось, босс, не кипятись». И в этот момент я понял, что наш киборг... проспал. Вот те раз. Посмотрев на Николь чье лицо медленно наливалось краской, и это не предвещало Билли ничего хорошего. Я решил, что моё присутствие в машине в этот момент будет лишним. Тактично открыл дверцу и выскользнул наружу, едва успев услышать начало тирады, которая обрушилась на бедного киборга. — ТЫ МЕНЯ СЕЙЧАС СЛЫШИШЬ, БАРАНИНА ТЫ ЖЕЛЕЗНОГОЛОВАЯ?! — донеслось из приоткрытого окна. Отойдя на пару шагов, достал пачку, прикурил. Глубоко затянулся, выпуская дым в утреннее небо. Из машины продолжали доноситься приглушённые, но очень выразительный голос — Николь явно не стеснялась в выражениях. Где-то на середине второй сигареты из ближайшего переулка вылетел Билли. Он нёсся так, будто за ним гналась стая голодных эфириалов, размахивая руками и что-то крича на бегу. Подлетев ко мне, он остановился, тяжело дыша, и я с удивлением отметил, что он вообще способен запыхаться. Хотя, казалось бы железный организм, искусственные лёгкие, наномашины сынок и все такое ... Но нет, стоял и пыхтел, как паровоз. — Уф... бро... — выдавил он, сгибаясь пополам и упираясь руками в колени. — Ну... попал я... Я лишь молча кивнул, продолжая курить. И тут Билли, выпрямившись, вдруг протянул мне кулак. Я замер на секунду, глядя на это неожиданное движение, но спустя секунду до меня дошло. Я улыбнулся и стукнулся своим кулаком его металлического. — Бывает, — сказал я. — Главное, что прибежал. Давай, грузись, пока босс там совсем не рассвирепела. Билли облегчённо выдохнул и нырнул в машину, я же докурил, затоптал окурок и последовал за ним, готовясь к продолжению этого насыщенного утра. — Все в сборе, — констатировала Николь, строго косясь на Билли — Тогда поехали. — Куда теперь? — поинтересовался цельнометаллический, вытягивая длинные ноги так, что они упёрлись в спинку моего сиденья. — В видеопрокат, — ответила Николь, выруливая на оживлённую магистраль. — Думаю помощь Фаэтонов не будет лишней в этом деле. И тут же, она вжала педаль в пол так, что двигатель взревел раненным зверем, и машина буквально выстрелила с места, вклиниваясь в поток машин. За недолгую поездку, минут двадцать от силы, Николь умудрилась создать с десяток аварийных ситуаций. Она подрезала грузовик так, что водитель засигналил и погрозил кулаком, проскочила на жёлтый, который моргнул красным прямо у нас за спиной, едва не задела боковое зеркало какого-то респектабельного седана. Но каждый раз, в последнею миллисекунду, Николь каким-то чудом выруливала в сторону, избегая столкновения. Я уже не знал, молиться мне на её талант или проклинать за седые волосы, которые она мне гарантированно обеспечивает. Резко дав по тормозам, она остановила машину на задней парковке Random Play. — Сидите здесь, — скомандовала Николь, отстёгивая ремень. — Я быстро. — Э, нет, — вмешался Билли с заднего сиденья. — Я с тобой. У меня там должок перед Вайзом за прошлый месяц, отдам заодно. А то совесть мучает. — С каких пор у тебя совесть появилась? — фыркнула Николь, но кивнула. — Ладно, пошли. Только быстро, мы и так опаздываем. Они вышли, оставив нас с Энби в машине. Я откинулся на сиденье, провожая взглядом фигуры, скрывшиеся за дверью видеопроката. Энби молчала, глядя в окно. Где-то вдалеке лаяла собака, проехал грузовик, женщина с коляской неторопливо пересекала улицу. Обычная жизнь обычного района. Минут через десять дверь видеопроката распахнулась, и оттуда вышли Николь с Билли, который нес на руках Эоса. Это что наказание для опоздавшего? Банбу может же спокойно идти на своих лапках. Следом за ними показалась Белль, в своем привычном наряде. — Как будете готовы входить в каверну позвоните, — одна из половинок Фаэтона ласково потрепала банбу по макушке. — будьте осторожны и возвращайтесь поскорее! — Спасибо, Белль, — кивнула Николь. — Если всё получится, мы твои должники. — Ой, да ладно, — отмахнулась девушка. — Главное Эоса не потеряйте. Она помахала рукой и скрылась в дверях, а наша команда погрузилась обратно в машину. Билли начал тискать банбу со всех сторон. — Привет, мелкий, — прошептал он. — Работы много, понял? — На-нэ! — бодро ответил Эос довольно шевеля ушами. — Смотри не сломай его, — проворчала Николь, заводя мотор. — Успеешь ещё наиграться. Поехали, нам на окраину. Дорога до Попаго заняла около часа. Город постепенно редел, высотки сменялись низко этажными постройками, те заброшенными промышленными комплексами, и наконец вокруг остались только обшарпанные здания, заборы из колючей проволоки и бесконечные пустыри, поросшие жёсткой травой. Николь остановила машину у гигантского ангара в глубине которого виднелась темно фиолетовая стена. Вокруг ни души — только ветер гонял пыль да где-то вдалеке каркала ворона. — Приехали, — объявила Николь, глуша мотор. — Вы знаете что делать. Я выбрался из машины, разминая затёкшие ноги. Энби уже стояла у разлома, вглядываясь в темноту. Билли все также таскал Эоса на руках. Банбу вертел головой, сканируя пространство своими большими глазами-датчиками. Открыв багажник, достал бронежилет и разгрузку. Привычные движения: жилет натягивается, фиксируется на липучках, разгрузка застёгивается поверх, каждая лямка на своём месте, каждый карман проверен. Я уже затягивал последний ремень, когда вдруг почувствовал это. Лёгкий укол холода где-то между лопаток. Чуйка коротко пискнула, но тут же замолкла. Точно такое же ощущение преследовало меня вчера, когда за мной следила та серебро волосая девушка. Резко обернувшись, сканируя взглядом пустырь, заборы, развалины выискивая предполагаемого преследователя. Никого. Только ветер гонял пыльные вихри да вдалеке качался покосившийся столб с оборванными проводами. Энби вопросительно посмотрела на меня, заметив моё движение. — Всё нормально? — коротко спросила она. — Да, — ответил я, хотя внутри всё ещё зудело от неясной тревоги. — Просто нервы шалят. Энби кивнула и отвернулась, не задавая лишних вопросов. — Ну что, команда, — Николь хлопнула в ладоши, сбрасывая звонок и тут же Эос слегка вздрогнул и его глаза сменили цвет, сигнализируя о том что прокси на месте. — Эос готов, мы готовы. Вперёд? — Вперёд, — кивнул я, отбрасывая непрошеные мысли. Зашагал к разлому, рядом со мной, перебирая короткими лапками, семенил банбу. Эос деловито эн-некал, сканируя пространство своими большими глазами-датчиками, и, кажется, был совершенно доволен жизнью Дойдя до края разлома, я остановился. Тьма передо мной будто дышала космическим холодом. Я бросил последний взгляд на пустырь позади. Всё так же пусто. Всё так же спокойно. Ни подозрительных теней, ни серебристых волос, ни чувства чужого взгляда. Чуйка дала сбой? Странно. Окончательно отбросив не нужные волнения, сделал шаг вперед. Каверна приняла меня в свои объятия.