Красный Волк

Звонкий стук топоров и запах свежеструганной сосны наполняли воздух на поляне. Три альфы возводили каркас нового дома, и работа кипела в их руках. — Эй, Чонгук, подай-ка молоток! — раздался громкий голос Ким Техена, альфы с взъерошенными черными волосами, по которым струился пот. Чонгук, проходивший мимо с охапкой дров, легко подхватил тяжелый инструмент и точным движением подбросил его товарищу. — Спасибо! — крикнул Техен, ловя молоток на лету. — Всегда пожалуйста, хен, — с легкой усмешкой ответил Чонгук, его глаза искрились задором. — Ты чего это хихикаешь, Гуки? — спросил третий альфа, Ким Намджун, помогавший Техену удерживать массивное бревно. Его светлые волосы выбивались из-под повязки, а мускулы напряглись от усилия. — Да насмотреться не могу, как два хена не могут одно бревно прибить, — уже в открытую рассмеялся Чонгук, белоснежная улыбка освещала его загорелое лицо. — Эй, мелкий, ты обалдел? — прошипел Техен, из последних сил удерживая непослушное бревно. — Я не посмотрю, что ты младше, наваляю по самое нехочу! — Его лицо покраснело от натуги. — Я бы на тебя посмотрел, умник! — Хен, я вообще-то свой дом построил сам, а тебе строим втроем, как и Джун-хену, — невозмутимо заметил Чонгук, подходя ближе. Взгляд Чонгука на мгновение затуманился, переносясь в прошлое. Он вспомнил, как три года назад нашел это место — тихую, солнечную поляну на окраине владений стаи Южных серых волков. Тогда он, уставший от бесконечных скитаний, пришел к вождю Кенсу с простой просьбой — разрешить остаться на этих землях. Он не просил ни крова, ни пищи, только права жить неподалеку, в обмен на обещание не нарушать их покой. Но куда там! Омеги из поселения, едва узнав, что по соседству поселился одинокий альфа, тут же начали наведываться с "дарами" — свежей выпечкой, целебными травами, украшениями. Чонгук вежливо принимал подношения, но ни одну из омег не рассматривал всерьез. Он также запомнил и северных волков, которых видел у хижины вождя в день своего прихода — рослых, надменных, от которых веяло холодом и чуждой силой. Он предпочел держаться от них подальше — не из страха, а из нежелания лишних проблем. Бывалый взгляд сразу бы определил, что Чонгук — не простой волк. Вождь дал добро, и Чонгук всей душой прикипел к этой полянке. Он поклялся себе, что построит здесь дом — свой собственный, настоящий. Чтобы никто и никогда не мог прогнать его отсюда. И он сделал это. Сначала зарабатывал на жизнь охотой, обменивая шкуры зайцев и лис на торговом корабле, что раз в месяц причаливал за горой. Позже, когда наловчился добывать ценную пушнину — ласк и соболей — ему стали платить звонкой монетой. Он в одиночку заготавливал бревна, сушил их, вбивал гвозди и крыл крышу. Построил не хижину, а просторный, крепкий дом с большими окнами, впускающими внутрь солнечный свет, и массивной каменной печью. Именно, на том самом причале, он и встретил Техена и Намджуна. Двух альф, которые с первого взгляда показались ему чужаками, но со временем стали верными друзьями. Их первая встреча едва не закончилась потасовкой — вспыльчивый Техен сразу бросился в бой, но Чонгук, обладающий молниеносной реакцией бывшего воина, уложил его на землю одним точным движением. Намджун, более сдержанный, сумел погасить конфликт. Оказалось, они искали место, где можно осесть, наслышанные о мягком климате этих мест. Чонгук направил их к вождю, и тот, как когда-то ему, разрешил им остаться. Какое-то время альфы жили в шалашах, но вскоре приползли к Чонгуку с повинной — просить помощи в строительстве настоящих домов. Чонгук согласился. Вместе они не только рубили стены, но и нашли нечто большее — братство. Чонгук видел, что его новые друзья не простые странники — в их осанке, взглядах, обрывках фраз угадывалась военная выправка и тяжелое прошлое. Но он никогда не лез с расспросами. У каждого есть свои демоны, а у него самого их было предостаточно. Он сбежал от войны, от генерала, для которого солдаты были пушечным мясом, и не желал ворошить прошлое. — Да понял я, хватит хвастать уже, — хрипло проговорил Техен, и его голос вывел Чонгука из задумчивости. Силы альфы были на исходе. Чонгук, пожалев товарища, подошел и могучим движением подхватил непослушное бревно. Техен с облегчением выдохнул и несколькими точными ударами вогнал наконец упрямый гвоздь. После этого он буквально повалился на ближайшее бревно, вытирая пот со лба. Чонгук рассмеялся: — Техен-хен стареет, — и едва успел отпрыгнуть в сторону, как в его сторону полетела деревянная стружка. — Ты дождешься, мелочь, когда-нибудь я тебе накостыляю! — пригрозил Техен, но в его глазах уже плескалась усмешка. — Обязательно, хен, может, тебе как-нибудь повезет, — хмыкнул Чонгук. — А сейчас мне нужно сходить в селение, к знахарю. Обещал показать мне лечебные травы. Зимой пригодятся, да, Техен-хен? — снова поддел он друга. — Вот же! — только и буркнул Техен, но в его взгляде читалось явное одобрение. Чонгук уже направлялся по тропинке, ведущей к селению. Двое альф смотрели ему вслед. — Мелкий молодец, все-таки, — с невольной гордостью проговорил Техен, а затем резко повернулся к Намджуну. — Попробуй только ему сказать. Намджун хмыкнул и поднял руки в знак покорности: — Ни в коем случае. Чимин бежал так долго, что потерял счет времени и пространству. Его ноги подкашивались, в глазах стоял туман от изнеможения. Он давно не ел, и мучительная жажда сводила горло спазмом. Последние силы покидали его, когда внизу, в ложбине, он заметил ручей. Омега почти скатился по склону, и, не добегая нескольких шагов, упал на четвереньки и пополз к живительной влаге. Добравшись до воды, он с жадностью припал к ней и пил большими глотками, пока боль в боку не заставила его остановиться. Он откинулся на спину, прикрыл глаза, и на мгновение его сознание погрузилось в забытье. Усталость брала свое. Внезапно его чуткий слух, обостренный инстинктом выживания, уловил едва слышный хруст ветки. Сердце Чимина замерло, а затем забилось с бешеной скоростью. Он резко открыл глаза, но не двинулся с места, затаившись. Когда шаги приблизились, он инстинктивно вскочил на ноги, но истощенные ноги подкосились, и он снова рухнул на колени. Подняв голову, он увидел перед собой высокую, мощную фигуру альфы. В глазах Чимина потемнело от ужаса. «Все... Я не успел. Они нашли меня. Сейчас схватят... убьют...» — пронеслось в его голове. Горло сдавили слезы отчаяния. Из-за адреналина и паники он даже не сразу разглядел, что альфа перед ним — не северянин. Его одежда была проще, а выражение лица — не жестокое, а скорее удивленное. Чонгук тоже замер на месте. Он не сразу заметил лежащую у ручья фигуру и вздрогнул, когда омега резко вскочил. Перед ним был омега. Невероятно красивый, даже сквозь слои грязи и в лохмотьях. Его лицо было исхудавшим, с острыми скулами и огромными глазами, полными животного страха. От него пахло болью, потом, страхом и далекой дорогой. Инстинкт альфы заставил Чонгука говорить тихо и спокойно, как с испуганным зверьком. — Здравствуй. Ты откуда? Из какой стаи? — мягко спросил он, не делая резких движений. — Может, тебя проводить? Ты совсем не стоишь на ногах. Я как раз иду к вождю Кенсу, это рядом. Тебе тоже туда? Услышав имя вождя, Чимин медленно поднял на него взгляд, в котором читалась тень надежды. — Да... — прошептал он, его голос был хриплым и слабым. — Ты кто? Ты ведь не тронешь меня? — Нет, — твердо, но все так же мягко ответил Чонгук. — Я только помогу тебе дойти. Тебя кто-то обидел? Он осторожно сделал шаг вперед. Чимин, видя, что альфа не представляет угрозы, позволил себе расслабиться на волосок. — Я сбежал... от Северных волков, — слова полились из него, сдавленные и прерывистые. — Три года назад... они забрали несколько омег из разных поселений... якобы в обмен на то, что не будут претендовать на наши территории. А сами... все это время издевались над нами. Но нам удалось сбежать... со мной были еще две омеги, они пошли в свои стаи. Мы случайно услышали... что Северные волки объединились и хотят напасть на Южных волков... чтобы все-таки забрать эти территории. Мне нужно предупредить вождя и стаю... Чонгук слушал молча, его лицо становилось все более суровым по мере рассказа. Внутри него все похолодело. Так вот оно что. Тихая, мирная жизнь, которую он так тщательно выстраивал, подходила к концу. На пороге стояла война. Но вслух он сказал совсем иное, его голос был спокоен и обнадеживающ: — Хорошо, давай я тебя провожу. Ты расскажешь все вождю, а он решит, что делать. Он протянул руку, чтобы помочь омеге подняться. И в этот момент их взгляды встретились — полный решимости взгляд альфы и полный страха и надежды — омеги. Эта встреча могла изменить все.