Слишком мудрая, чтобы добиваться мирно / Too Wise to Woo Peaceably

Нью-Йорк, Январь 2007 Впервые Энди не пришлось отменять планы со своими друзьями. Фактически, она даже не опаздывала, и всё благодаря её стратегии: попросить Лили и Дага встретить её тем же вечером, когда близнецы возвращались от своего отца — после разлуки длинною в неделю, Миранда бы ни в коем случае не захотела задерживаться на работе допоздна. В её походке была лёгкость, пока она спешила по тротуару; пальто и новый шарф защищали её от холода. Её голова всё ещё шла кругом после вечеринки, потому что она снова и снова прокручивала этот случайный поцелуй в своей голове. Энди действительно хотела поцеловать Миранду в щёку, пытаясь чётко следовать правилам фальшивых отношений, но старшая повернула голову в самую последнюю секунду. Она была уверена, что Миранда будет злиться на неё, но к счастью, этого не случилось. Вместо этого она наоборот помогла Энди надеть пальто с такой деликатной осторожностью, что заставила Энди ощутить тепло в животе. «Энди!», позвал Даг, махая ей рукой, «Вот и ты! Ощущение, будто мы век не виделись!» «Прошло действительно немало времени», Энди согласилась с улыбкой, проскальзывая на сиденье рядом с ним и принимая пиво, которое он заказал для неё. «Но ты знаешь, как оно бывает». «Ага, звучит так, будто кое-кто нагружает тебя больше, чем обычно, если верить слухам», сказал Даг, шевеля бровями. «Даг», Энди оглянулась, прежде чем понизить голос, «Ты знаешь, таблоиды напечатают что угодно, чтобы продать как можно больше копий». «Одна фотография говорит всё сама за себя, а на этих фотографиях Миранда Пристли от тебя оторваться не может», Даг сказал, стукая своей бутылкой пива об её, прежде чем начать пить. На Новогодней Вечеринке были фотографы. Энди и Миранде удалось избежать большей части фотографий вблизи, но, даже несмотря на это, они мелькали на заднем фоне нескольких снимков, в одном из которых Энди и Миранда стояли рука об руку, пока Энди говорила что-то Миранде; на фотографии можно было отчётливо разглядеть профиль Энди рядом с хорошо узнаваемыми серебряными волосами Миранды. «Я была там, чтобы приносить напитки и напоминать имена людей», оправдывалась Энди, отмахиваясь от воспоминания довольной ухмылки Миранды, когда Энди сказала умный комментарий о последнем номере "Нью Йоркера", впечатлвиший редактора публикации, которому она была только что представлена. Энди действительно приносила напитки, но по большей части Миранда представляла её достаточно влиятельным людям в издательском деле. «Я думала, что ты уволилась», сказала Лили, садясь на другом конце стола, «Ты ведь сказала, что уволишься, ещё несколько месяцев назад». Андреа пожала плечами, ощущая, как её хорошее настроение начинает исчезать, «Я уволюсь вскоре, но не сейчас. На данный момент Миранда в центре развода, а её муж ведёт себя, как мудак; я не могу бросить её сейчас». «Она большая девочка, Энди», сказала Лили, закатывая глаза, «Я уверена, что она сможет пережить разрушение жизни новой ассистентки». «Она не разрушила мою жизнь. Я многому научилась и обзавелась новыми связями благодаря ей», Энди вздохнула, «Слушай, я пришла сюда, чтобы провести хорошо время с друзьями, а не ссориться». «Хорошо», Лили улыбнулась ей, но в её улыбке не было тепла, «Слышала что-нибудь о Нейте?» «Нет», Энди ответила напряжённо, «А ты?» Даг наблюдал за их перепалкой, как за теннисным матчем, отслеживая каждую женщину взглядом и мудро не вмешиваясь в их разговор. Энди хотела бы, чтобы он вмешался. «Он отлично поживает в Бостоне. Сказал, что ресторан просто замечательный и там отличные условия для карьерного роста». «Прекрасно. Я правда рада слышать это», ответила Энди и действительно имела это ввиду. Она не желала неприятностей своему бывшему. И его переезд в Бостон явно делал ситуацию лучше. Теперь она могла не переживать о том, что случайно столкнётся с ним. Но она думала, что его переезд будет означать, что их друзья не будут становится на чью-либо сторону — она здесь, а Нейт там — но, видимо, она ошибалась. Натянув улыбку, она посмотрела на Лили, молча бросая ей вызов оспорить её добрые пожелания. Лили посмотрела в ответ, слегка сузив глаза. «У меня было свидание с тем парнем, которого я встретил в Джованни на прошлых выходных», сказал Даг, наконец вмешавшись в их напряжённую тишину. «О, да?» улыбка Энди стала искренней, когда она повернулась к нему, «И как всё прошло?» «Это было ужасно», Даг сказал, закатив глаза, «Так как поезд приехал позже, я опоздал. А потом нас чуть не стошнило на каком-то пьяном девичнике в "Лавандовой дымке". И, как вишенка на торте, одна из подружек невесты или кто она, узнала его, потому что он был женат-... на женщине!» «Нет!» Энди ахнула, как раз в тот момент, как Лили сказала, «Что за козёл!» Они вернулись к привычным темам, обсуждая и высмеивая ужасные свидания и дерьмовых парней. Напряжение почти рассеялось. Не стоит обращать на это внимание, убеждала себя Энди. Через несколько месяцев Лили перестанет злиться на расставание Энди и Нейта, Энди уволится, и всё вернётся на круги своя. ... Нью-Йорк, Январь 2007 Близкие Мистеру Томплисону источники утверждают, что предполагаемый роман его жены с её ассистенткой не является сюрпризом, «Она не может сделать ничего без одной из своих ассистенток, так почему бы не поручить им и секс. Наоборот, удивительно, что такая фригидная женщина вообще завела роман, я не думал, что она способна испытывать оргазм». Миранда без особых усилий разорвала страницу пополам. В один момент "Нью-Йорк Пост" был в её руках, в другой он был смят и порван на две части. Она осторожно подобрала кусочки, будто они были мёртвой рыбой или прошлогодними отбросами и положила в мусорку, глубоко-глубоко на дно, где их не было видно. Говорить, что это было несправедливо, было по-детски. Конечно, это было несправедливо, жизнь была несправедливой, и Миранда достаточно взрослая, чтобы знать это. Но она всегда была верна. Она была верна каждому брачному обету, но даже так она вновь была злодейкой в истории, и всё потому что она совершила величайший грех — сделала успешную карьеру. Холодная. Бесчувственная. Неспособная любить или испытывать что-то простое, как желание. Эти обвинения эхом отдавались в её мыслях, жужжа, как пчёлы в улье. Андреа влетела в кабинет, раскладывая макеты из креативного отдела, которые были запрошены несколько минут назад. Взгляд девушки упал на руки Миранды. Старшая женщина неосознанно сжала руки в кулаки и нахмурилась. «Патрик на второй линии, я соединю вас, когда вы будете готовы», Андреа сообщила, поставив стакан и налив туда только что открытую бутылку Перье. «Я могу сделать для вас что-нибудь ещё, Миранда?» «Разве я просила чего-нибудь ещё?» Миранда сорвалась, но, к её раздражению, Андреа даже не дёрнулась. Вместо этого она продолжила смотреть на Миранду, как на пазл. Её губы сжались, а между бровями появилась складка, пока она была в раздумьях. «Выйдите из моего кабинета», Миранда сказала и махнула рукой, отвернувшись, сидя в кресле. «Хорошо, Миранда», ответила Андреа, практически улыбаясь. Но всё не могло не стать ещё хуже. Её понедельник был обречён на неудачу. Одна из их моделей, рекламирующая ботильоны, подвернула лодыжку во время катания на лыжах, оставив им одну низкую девчонку прямо перед съёмкой. "Харперс Базар" выпустили статью о неонах, которая была слишком похожа на статью "Подиума", которая планировалась на февральский номер. Это означало переделывание и пересъёмку самой большой статьи месяца. Эта ситуация требовала срочного собрания с креативным отделом, что означало, что Андреа и Эмили придётся переделывать её расписание. А также на электронной почте было письмо от Ирва с фотографиями её и Андреа на новогодней вечеринке, а ниже находилась очаровательная подпись, где он говорил о том, как ожидает увидеть больше лиц "Подиума" на следующих неделях. Куда же без этого. Миранда подавила стон. «Эмили. Андреа», она позвала. «Да, Миранда?» спросила Эмили. Миранда открыла рот, чтобы осыпать их новыми приказами. Но когда она увидела двух своих ассистенток, стоящих перед её столом, она склонила голову и коснулась своей губы, начав рассматривать их. Эмили была одета в серебристый жакет, чёткие линии которого контрастировали с чёрным платьем-свитером с высоким воротом, облегавшем её фигуру. Её макияж тоже был серебристым, как и её ботильон, который она надела на несломанную ногу; блестяще и футуристично. Тем временем белая блузка Андреа с квадратным вырезом была украшена кружевами и пышными рукавами. В сочетании с брюками на высокой посадке, она выглядела так, будто была готова бродить по вересковым пустошам, словно героиня романа. Взгляд Миранды метнулся обратно к её шее, отмечая, что ей не помешали бы украшения. Эмили и Андреа нервно переглянулись. Прошлое и будущее. Металл и кружево. Футуризм и романтика. Это может сработать. Миранда кивнула, по большей части себе. «Назначьте собрание с редакцией и арт-менеджерами через полчаса», сказала Миранда, «И подготовьте копии статьи "Харперс Базар" о неонах для всех. Это всё». «Миранда?» Часами позже Андреа стояла в дверях кабинета Миранды. Её щёки были розовые от январского холода. На ней всё ещё было пальто, а в руке у неё была небольшая коробочка из "Десерты Уильяма Гринсбурга". «Вам посылка от Донателлы». Миранда вскинула бровью, глядя на свою вторую ассистентку через очки, «Я не слышала, чтобы кто-то заходил». «Э, да, я возвращалась с обеда и столкнулась с курьером в лобби», Андреа зашла внутрь и положила коробку на стол Миранды. Внутри Миранда обнаружила два идеальных ряда чёрных и белых печенек. Это был необычный подарок от дизайнера "Версаче". Да и Донателла не могла знать любимое печенье Миранды. Они были её секретным удовольствием, которое она редко себе позволяла. «Здесь нет никакой записки», она сказала. Андреа пожала плечами, «Курьер мне не дал ничего, кроме коробки». Она встретила пристальный взгляд Миранды маленькой улыбкой, теребя пуговицы своего пальто. Андреа выглядела слишком довольной собой. Это было похоже на слегка приглушённую версию её сияющего самодовольства, когда ей удалось достать рукопись Гарри Поттера. «Я просто-...» Андреа указала на своё пальто, «Я могу сделать для вас что-нибудь ещё, Миранда?» «Нет. Это всё», ответила Мирснда. Она дождалась, когда Андреа покинет её кабинет, прежде чем взять печенье. ... Нью-Йорк, Январь 2007 «Ты ведь не брала мои кубики сыра?» Эмили потребовала ответа. Она склонилась над столом Энди, размахивая шариковой ручкой, как кинжалом. Взгляд Энди метался между пишущим инструментом и разозлённой рыжеволосой девушкой. Она поняла, что сейчас неподходящее время, чтобы шутить о ручках, мечах и силе. «Нет, я бы никогда», ответила Энди, «Кто-то взял твой обед?» «Уже третий раз за целую неделю!» Эмили вернулась за свой стол, взмахивая руками, «Я всё идеально распределила, а эти случаи нарушают мою диету.» «Ну, хотя бы твоя нога стала выглядеть лучше», отметила Энди. Этим утром Эмили наконец сняли гипс и, похоже, она решила отметить это новой парой каблуков от "Маноло Бланик". Эмили закатила глаза, будучи слишком раздражённой, чтобы принять комплимент. «Готова к обеду? Я думала, что мы прогуляемся по парку в честь восстановления твоей ноги!» Серена вошла в кабинет и облокотилась о стол Эмили, как и всегда. Но её улыбка погасла, когда она увидела негодование Эмили, «Что не так, querida?» «Кто-то украл её обед», ответила Энди. «О, это неважно! Порция салата, которую я заказала, слишком большая для меня! Мы можем поделить его», Серена ответила с такой убеждённостью, что спорить было бесполезно. «Ну, полагаю, я могу разделить его с тобой, если порция будет слишком большой...» Эмили ответила, глядя на Серену. «Вот и решено», Серена взяла Эмили под руку, а после кивнула Энди и подмигнула ей, «Мы вернёмся через двадцать минут». Улыбаясь, Энди вернулась за компьютер. Неделя началась тяжело, но всё начало налаживаться. Модели для съёмок в ботильонах были заменены на тех, которые идеально подходят для катания на лыжах, Миранда придумала новые идеи для февральского выпуска — не то чтобы бухгалтерия была рада, но что поделать — и, кажется, у неё даже улучшилось настроение после того, как Энди доставила печенье. Звонкий стук высоких каблуков о деревянный пол прервал размышления Энди. Она подняла взгляд и увидела Кешу, уверенно идущую в её сторону. Но Кеша не остановилась около стола Энди. Вместо этого она прошла мимо, направившись прямо к двери в кабинет Миранды. Энди подскочила, «Её сейчас нет на месте!» «Люсия хочет, чтобы я кое-что взяла», сказала Кеша, «Для совещания по планированию на следующей неделе». «Что именно тебе нужно?» Энди спросила, следуя за ней в кабинет, «Я могу помочь тебе найти это, чтобы Миранда, которая явно заметит пропажу, не оторвала мне голову». Она завершила своё предложение смешком, несмотря на то, что была абсолютно серьёзна. Меньше всего ей хотелось, чтобы Миранда думала, будто кто-то рылся в её кабинете под присмотром Энди. Но Кеша просто закатила глаза. «О, пожалуйста. Разве ты не её девушка? Я очень сомневаюсь, что она будет на тебя злиться», сказала Кеша. «Эм, это не-» «Не могу найти», фыркнула Кеша. Она развернулась и ушла также быстро, как и пришла сюда. Энди тяжело вздохнула. Однако она воспользовалась возможностью, подняв жалюзи и выключив верхний свет, впуская светло-серый свет пасмурного неба в кабинет Миранды. Миранда должна была вернуться со встречи с Лесли через несколько минут. Несомненно, у неё будет головная боль. Энди много читала о способах борьбы с головной болью, и светочувствительность упоминалась довольно часто. Яркий верхний свет "Подиума" хорошо подходил, чтобы изучать полароидные снимки в мельчайших деталях, однако он ни капли не помогал при пульсирующей боли Миранды в висках. Она вернулась за свой стол, приготовив стакан воды и таблетку адвила, и стала ждать возвращения Миранды. ... Нью-Йорк, Январь 2007 Миранда вдыхала успокаивающий запах лаванды, ожидая, пока Андреа доставит ей Книгу. Она расслаблялась в своём любимом кресле, прикрыв глаза тёплым компрессом, который ей подарила Андреа. Она думала забросить его куда-нибудь в дальний угол шкафчика и забыть о нём, но неделя выдалась довольно таки тяжёлой, поэтому она решила достать маленькую маску для глаз из подарочного пакета и разогрела его в микроволновке. Как только тёплый компресс накрыл её глаза, она стала ощущать, как напряжение в её глазах спадало. Однако это напомнило ей о том, как Ирв дышал ей в спину из-за всего этого фарса с свиданиями. Он оставил ей письмо на электронной почте, а после загнал в угол в лифте, чтобы напомнить об этом. Он считал себя очень умным, намекая и говоря еле завуалированными эвфемизмами. Всё, что она могла, это продолжать закатывать глаза. Но это подняло вопрос о том, как продолжать свидания с Андреа. Миранда прокрутила эту мысль у себя в голове. Она вытянула обе руки перед собой и положила их на подлокотники. Что бы она делала, если бы встречалась с Андреа? Она никогда не задумывалась о том, чтобы встречаться с женщинами, она никогда не думала о женщинах больше, чем о читателях "Подиума", а иногда соперницах — но чаще было первое. Женщины были холстами для одежды. Мода для женщин была в разы интереснее, чем мода для мужчин, поэтому Миранда, конечно же, понимала, как ценить женское тело. Это было то, о чём она думала каждый день, но с клинической стороны, у неё не возникало никакого желания, когда она смотрела, как модели одеваются и раздеваются, не было ни жара, ни тоски, ни каких-либо других порывов. Миранда не привыкла гнаться за своими романтическими интересами. Мужчины всегда интересовались ею. Наоборот, это они всегда добивались её — по крайней мере, так было до тех пор, пока она не решила начать незаметно подталкивать их к своему образу мышления. Она прикладывала свою руку к этому — достаточно было слегка наклонить голову и тихо прошептать идею так, чтобы они думали, будто это была их мысль. Мужчинами было так легко управлять. Но с Андреа она, конечно, могла быть более прямолинейной. Этой девушке всегда требовалась твёрдая рука, и сейчас ничего не изменилось. Она будет дарить ей украшения, милые безделушки, которые Андреа не сможет позволить на свою зарплату ассистентки. Возможно, какой-нибудь браслет или, ещё лучше, ожерелье, которое отлично ляжет на её ключицы. Какие нибудь цветы на её стол. И даже перчатки, решила Миранда, вспоминая дешёвые вязаные перчатки, которые Андреа сняла одним утром и спрятала глубоко в сумке. И, конечно, она будет водить её на обеды и ужины. Их предыдущий обед был вполне приемлемым. Андреа была приятным компаньоном как за столом, так и на мероприятии. Но, к несчастью, им необходимо было быть на виду, чтобы удовлетворить Ирва. Образ Андреа в синем платье от Армани невольно всплыл перед глазами — она чётко видела эту бледную кожу и розовые губы, будто Андреа стояла перед ней в кабинете. Тонкие бретельки её платья легко сползали, пока она поправляла свои волосы. Наверное, её кожу очень легко повредить, думала Миранда, так что лучше быть нежной. Она думала о том, насколько мягкие были щёки Андреа, насколько тёплые были её губы, когда Андреа случайно её поцеловала, и насколько мягким и тёплым, вероятно, было всё её тело. Андреа выглядела бы отлично в этом платье, лёжа на диване в её кабинете. Оба были одинакового полуночно-синего цвета, а сама Андреа выглядела бы просто великолепно — бледная и тёмная, с растрёпанными волосами и опухшими от поцелуев губами. И это было бы так легко запомнить навсегда. Миранда представляла, как легко было бы вжать Андреа в диван и целовать её до потери дыхания, пока Андреа не станет горячей и податливой под ней. Она размышляла, раздвинет ли Андреа ноги сама, будучи жаждущей и распутной? Или же ей потребовалось бы, чтобы Миранда направляла её, расположив её так, как нужно? Была бы она тихой или умоляла бы? Как звучали бы её стоны? Или же её всхлипы? И какова на вкус её кожа? Входная дверь открылась с щелчком, и Миранда подскочила, уронив свою маску для глаз. Её мысли были прерваны. Миранда замерла и затаила дыхание, начав прислушиваться к шагам Андреа. Она прошла по вестибюлю, развесила вещи из химчистки и положила Книгу на стол. Звуки на некоторое время затихли, а после Миранда услышала, как она отступила. Дверь открылась вновь, и Андреа ушла. Миранда покраснела, её внезапно бросило в жар. Она коснулась своего лица, прикладывая руку к щеке, а после к груди. Это было нелепое занятие, отвлекающее и совершенно неподходящее для женщины в её положении. Она была выше таких полётов фантазии, таких низменных желаний. И вместо того, чтобы продолжать думать об этом, она встала и пошла за Книгой. Пришло время вернуться к работе.