Colour

Теплый июнь обещал стать насыщенным последним глотком школьной жизни. Минхо учился в двенадцатом классе и уже точно знал, чего хочет от будущего. Он подрабатывал в небольшом кафе и водил неплохую машину. Парень даже был одним из лучших игроков в школьной бейсбольной команде. Казалось бы, всё отлично — чего еще желать? Но Ли мечтал о любви. Он жил целью завести здоровые и долгие отношения; желал понимать своего партнера и доверять ему собственную жизнь. Беда заключалась в том, что ученики лишь пользовались его популярностью и красивым лицом — буквально каждый третий знал его как «корейца с модельной внешностью». И сам Минхо понимал, что всё это неспроста. Да, мамины гены в плане красоты оказались сильнее отцовских, но душа его болела. Брюнет не хотел быть игрушкой, с которой забавляются только потому, что она привлекательна. Он хотел быть той самой книгой, которую интересно изучать: чем глубже читаешь, тем сильнее становишься зависим, желая возвращаться к ней снова и снова. Вот кем на самом деле хотел быть Ли Минхо. Уже на протяжении трех лет рядом с ним неизменно находился его лучший друг — Ли Феликс. Сам парень был родом из Австралии, но переехал в Штаты, когда ему исполнилось пять, из-за тяжелого развода родителей. Хо относился к Ликсу как к младшему донсэну. С ним было приятно общаться: смотреть хорроры до трех часов ночи, а потом до рассвета обсуждать сюжет, или гонять на велосипедах под проливным дождем. Все эти детали могли показаться мелочью, но именно они заставляли сердце Ли биться чаще и дарили надежду на ту самую любовь. Минхо честно пытался принять это чувство за обычную дружбу, раз за разом пытаясь завести отношения с кем-то другим, но в конце концов его всё равно, будто мощным магнитом, тянуло обратно к Феликсу. Одним прекрасным жарким июльским днем, во время каникул перед началом тяжелой университетской жизни, друзья наконец-то выбрались на велосипедах подальше от дома, ибо раньше на это просто не было времени. По дороге юноши много смеялись, вспоминая школьные годы и обсуждая будущее, строя планы и делясь своими целями. Когда они бросили велосипеды у большого раскидистого дерева и опустились на мягкую траву, с которой открывался вид прямо на пляж Кейп-Мей-Пойнт, Минхо наконец выдохнул. — Агх, я уже поскорее хочу улететь в Чикаго, — хохотнул старший, ловя на себе теплый взгляд блондина. — Говорят, там университеты намного сильнее в плане бейсбола. Есть реальный шанс попасть в Лигу. Минхо повернул голову, и его взгляд встретился с медовыми, золотистыми глазами Феликса. Тот на мгновение замялся, словно собираясь с мыслями. — Знаешь... я давно хотел тебе об этом сказать, — Феликс помедлил, стараясь сдержать широкую улыбку, и принялся разглядывать узоры на своих ладонях. — Я тоже подал заявку в тот же университет, что и ты. И... меня приняли! — он поднял голову и радостно запищал от восторга. — Почему ты мне раньше не сказал? — Минхо замер, не зная, какая эмоция сейчас уместнее всего. — Я боялся, что не пройду... Минхо с теплой улыбкой похлопал младшего по плечу, получая в ответ сияющую, по-настоящему солнечную улыбку. Казалось, сейчас ничто в мире не может помешать этим двоим. Мерный шум волн, разбивающихся о золотистый песок, и яркие солнечные лучи, заливающие всё вокруг светом, создавали ощущение абсолютного счастья. И Минхо понял, что больше не может держать это в себе. — К слову... у меня тоже есть кое-что, о чем я молчал, — начал Хо. — Я пытался придать этому какое-то иное значение, иногда даже старался забыть или просто игнорировать... но всё неизменно склонялось к одному. — темноволосый тревожно замялся, но Феликс продолжал внимательно слушать, не сводя с него глаз. — Дело в том, что у меня есть чувства к тебе. И, знаешь, это не просто дружба. — Минхо издал нервный смешок. — Это нечто большее, в романтическом плане. Он поднял взгляд на парня напротив и увидел, как глаза Феликса вспыхнули, а улыбка стала еще шире и ярче, освещая всё побережье. — Ты дурак, знал это? — захохотал Ликс, легонько хлопнув брюнета ладонью по плечу. — Ты только сейчас пришел к этому выводу? — возмутился он, капризно, но с такой искренней радостью в голосе. — Я думал, что на меня так дурно влияет твоя улыбка! — начал отбиваться тот, в конце концов заливаясь таким же заразительным, сироповым смехом.                               ○○○○○ — Вах, ты и вправду очень медленный, — саркастично бросил Минхо, уже заждавшийся блондина у входа в аэропорт. — Ты чего так долго? — Я заказал такси и прождал водителя десять минут, а потом оказалось, что он решил уйти на обед по непонятным причинам, и мне пришлось вызывать нового! — выпалил запыхавшийся младший. — Ты же сам знаешь, как долго добираться из Атлантик-Сити в Ньюарк Либерти! — Да. Поэтому я и вызвал такси намного раньше, потому что знаю, как долго ехать от нашего города до аэропорта, — пожал плечами Минхо, а затем принялся забирать у младшего чемодан, ибо он же идеальный бойфренд. — Если уж ты такой умный, мог бы и со мной поехать! — обиженно надул губки Феликс. — Я бы так и сделал, но, зная, какая ты «красотка» и как любишь по два часа выбирать себе аутфит на день... — Минхо рассмеялся. — Я уж лучше сам поеду. — По крайней мере, эта «красотка» тебе нравится! — Феликс показал ему язык и тут же залился смехом. Оформив все документы, юноши наконец прошли в зал ожидания. Они понимали: мечта о чикагском университете уже совсем близко, а за ней — и профессиональная лига по бейсболу. Минхо ни о чем не жалел. Возможно, он был полным придурком, что так долго не осознавал своих чувств и тратил время на пустоту, но теперь всё встало на свои места. Ли Феликс был тем самым парнем, ради которого Минхо был готов отдать всё, даже собственную улыбку, лишь бы видеть, как на лице любимого неизменно сияет его яркая, согревающая до глубины души улыбка. Стоило им приехать в мегаполис, как парни будто оказались в другом мире. Шумные улицы, забитые потоками машин, нависающие над головами небоскребы и толпы вечно спешащих людей — ничего подобного в их маленьком городке не было. Пусть их родной край и славился туризмом, но в нем никогда не ощущалось такой давящей суеты. Юноши с трудом поймали такси и отправились в университет, мечтая лишь об одном — поскорее разложить вещи по комнатам в общежитии. Они надеялись, что их поселят вместе, но реальность оказалась суровой: парней разделили не просто по разным комнатам, но и по разным этажам. Да и само расписание занятий словно насмехалось над ними: на совместные встречи у них оставалось едва ли час-два в день. Но судьба всё же улыбнулась парням, когда они познакомились со своими соседями по комнате: неожиданно ими оказались выходцы из Кореи. Поначалу сосед Минхо казался ему странным: парень почти не выходил из своей комнаты, постоянно запираясь внутри. Позже выяснилось, что тот грезил созданием собственной музыкальной студии после окончания университета и теперь, чтобы заложить фундамент будущего, дни и ночи напролет корпел над созданием треков. В один из дней, когда затворник наконец выбрался из своего «убежища», Минхо впервые увидел соседа, с которым делил кров уже две недели. Решив, что это отличный момент, чтобы поближе узнать новичка, Хо наконец отбросил холодную отстраненность. — Привет, — кое-как выдавил из себя темноволосый, привлекая внимание сонного парня напротив. — Ох, вау... — Чан протер глаза и лениво зевнул. — И как давно ты здесь? — Где-то две недели. — Айщ, — виновато протянул шатен, потирая затылок. — Извини за такое странное приветствие. Совсем замотался с этими демо-версиями треков. Я Чан, — он протянул руку. — Минхо, — коротко ответил Ли, пожимая ладонь соседа. — Я так понимаю, ты не из недавних приезжих из Азии? — Чан хохотнул. — Они обычно при знакомстве сразу называют и имя, и фамилию. — Ах, да, — Минхо неловко потер макушку. — Я сюда переехал, когда мне было семь лет. — А ты из какого города? — поинтересовался Чан. — Атлантик-Сити, может, слышал, — пожал плечами Минхо, присаживаясь на высокий стул у кухонной столешницы. — Бывал там с бабушкой, когда мне было лет девять-десять. У неё там была небольшая дача у берега, а потом она её продала, — рассказывал Чан, параллельно пытаясь найти какой-нибудь снэк в шкафчиках. — И чего же ты решил подать заявку в этот университет? Как-никак Чикаго достаточно далеко от твоего родного города, — он начал зажевывать чипсы, которые завалялись в самом дальнем углу. — У меня есть знакомый, который учится на пилота в твоем штате - в Нью-Джерси, верно? — Да, — кивнул Минхо. — Я выбрал этот университет, потому что здесь одна из лучших баз для подготовки. Говорят, из чикагских команд путь в профессиональную лигу самый короткий. — А ты играешь в бейсбол? — Чан окинул Минхо скептическим взглядом и хмыкнул. — А я уж грешным делом подумал, что ты из тех, кто с девчонками обсуждает новинки Maybelline, — он расхохотался, за что получил в ответ лишь холодное фырканье. — Ладно-ладно, шучу я! Но знаешь, мне как-то друг рассказывал о том, что их универская команда вышла в World Series. Чан поймал на себе такой голодный и игривый взгляд Минхо, что понял: придется выкладывать всё, что он знает. — Слушай, я не говорю, что здесь плохая команда, — Чан поднял руки в примирительном жесте. — Просто мне кажется, что тебе было бы морально легче дома, в знакомой обстановке, где у тебя уже есть связи. Да и пробиться в лигу оттуда было бы проще. По тебе же видно, что ты один из лучших, — он бросил чипсу в рот, довольно жмурясь. — У тебя это буквально на лбу написано. Минхо на секунду замолчал, глядя в окно. — Понимаешь... жить одиннадцать лет в городке, который держится только на туристах, - та еще пытка. Да, университеты у нас в округе считались сильными, но меня просто тошнило от этих одинаковых домов и улиц, где каждый сосед знает о тебе всё. Нью-Джерси - это, по сути, одна большая деревня, как бы ты ни пытался сбежать. — Подожди-ка, — Чан вдруг схватился за телефон, быстро пролистал ленту и через секунду развернул экран к Минхо. — Глянь. Тут один тиктокер из Нью-Джерси заливал про новую программу подготовки в универах Атлантик-Сити. Говорит, они там всё перестраивают под бейсбол. Мол, игроки этой программы имеют все шансы выйти на уровень NJCAA. Чан выжидающе посмотрел на соседа, наблюдая за его реакцией. — Я понял, — холодно ответил Ли. Он даже не взглянул на экран дольше секунды. Голос прозвучал так, будто в комнате внезапно упала температура. Сегодняшний день обещал быть насыщенным. Первый день в университете — что вообще могло пойти не по плану? Тренер бейсбольной команды, Джейдан Холс, официально объявил о новом наборе. Подать заявку мог любой желающий, и Ли Минхо, зная, что он один из лучших, не собирался упускать такой шанс. Сразу после первой пары он, не теряя ни минуты, направился в спортивный корпус. Однако мысли о бейсболе то и дело перебивались другим. Во время обеденного перерыва Минхо твердо решил разыскать своего парня. Ему до боли не хватало их времени наедине. За последние две недели Феликс слишком сильно сблизился со своим новым соседом по комнате, и в душе Хо начала медленно, но верно прорастать колючая ревность. — Минхо! — Ликс радостно замахал рукой, его голос звонко разнесся по аллее сквера. Он расплылся в своей привычной медовой улыбке, от которой, казалось, становилось теплее даже в тени деревьев. Рядом с ним стоял парень с забавными рыжими прядями, которые делали его похожим на какого-то взъерошенного персонажа из аниме. Минхо подошел к ним не спеша, сохраняя на лице то самое выражение вежливого спокойствия, которое всегда служило ему отличным щитом. Он лишь слегка приподнял уголки губ в своей фирменной, чуть отстраненной улыбке, по которой никогда нельзя было догадаться, о чем он думает на самом деле. — Это Джисон, мой сосед по комнате! — блондин сразу перешел к делу, активно жестикулируя в сторону рыжеволосого. — Помнишь, я тебе за него рассказывал? Хо внимательно, почти изучающе осмотрел юношу напротив, а после коротко кивнул — подтверждая, что Ликс действительно упоминал этого соседа в своих разговорах. — Минхо, — коротко представился он, протягивая руку и Джисон ответил на рукопожатие. Ли бросил короткий взгляд на младшего. Феликс светился — ярко, ослепительно, почти так же, как солнце, что нещадно палило над Чикаго последние дни. Минхо чувствовал, как внутри закипает глухое раздражение на самого себя: он должен быть выше этого, он должен доверять. Феликс — его «золото», его человек, и сердце блондина, по всем законам логики, должно принадлежать только ему. Но где-то глубоко, под слоями привычной сдержанности, пульсировал страх: он терял связь с Феликсом. Тот свет, что раньше светил только для него, теперь делился с кем-то другим, и Минхо чувствовал, как эта невидимая нить между ними становится до боли тонкой. Нет. Он не какой-то одержимый психопат, он взрослый человек. Если что-то пойдет не так, если этот Джисон станет переходить границы, он просто поговорит с Ликсом. Прямо, открыто, как и положено в здоровых отношениях. Так будет правильнее. — Что собираешься делать после учебы? — спросил Мин, вскинув немного свои брови вверх, словно намекая своему партнеру, чтобы тот ответил, мол: «Ничего, а что? Хочешь со мной провести время?», оставив в конце некую ехидную горчинку. — Я с Джисоном думаем пойти в даунтаун по магазинам, — озарил улыбкой он. — А ты? — Я... — задумался. — Я пожалуй останусь у себя в общаге и как-то да достану моего соседа из комнаты, — невинно пожал плечами Хо, понимая, что чрезмерная любовь блондина к людям бывает пересекает границу, как и сейчас. — Ты, кстати, не рассказывал о своем соседе, — подметил австралиец. — Он хоть нормальный? — Изначально я считал его странным, ведь он сидел у себя в комнате около двух недель, при этом даже не выходил никуда. А когда увидел его, то понял, что был не прав, — говорил парень. — Оказалось, что он просто днями и ночами писал треки для будущей профессии. — О-о, понятно, — отрезал блондин. — Знаешь, мне уже пора идти. Увидимся завтра? Парень на прощание помахал ему рукой, а после залился ярким смехом от очередной шутки Джисона, и Ли Минхо это чертово бесило.                               ○○○○○ — Я пришел! — громко бросил Минхо, заходя в номер. Он принялся стягивать кроссовки, но внезапно его зацепило присутствие Чана за кухонной столешницей. Тот сидел так тихо, что у Хо едва сердце не остановилось. — Ты что, решил так от меня избавиться? — хохотнул он. — Именно, — в тон ему отозвался шатен, поддерживая шутку. — Я только что был в спортивном корпусе, — Минхо выпрямился. — Записался в бейсбольную команду. — Всё-таки решил рискнуть? — По-другому никак, — пожал плечами Минхо. — Ты реально нечто, — хихикнул он. — Как прошел первый день? — М-мм, — Ли задумался, и первое, что пришло ему в голову – это то, как Феликс так бесстрашно играет с ним в столь грязные игры. — Всё хорошо. Я, кстати, тебя сегодня нигде не видел. Ты не пришел на пары? — Я был совсем в других корпусах. Видишь ли, мне поставили научные предметы вместо творческих. — Агх, у меня с Феликсом та же фигня, — недовольно цокнул темноволосый, поставив чайник, чтобы сделать себе чай — Ему поставили одну математику, а мне — тупо историю. Представляешь, там вопросы типа: «Кто поперся в туалет в три часа ночи пятого июня 1789 года?» и всё в этом роде, — возмутился. — Бред полный. — Кто такой Феликс? — поинтересовался Чан, делая глоток свежесваренного кофе. — Мой парень, мы с ним вместе сюда поступили. — Ва-ах, повезло, — улыбнулся Чан. — И как долго вы вместе? — Около трех месяцев, но до этого просто дружили, — хмыкнул Хо. — Правда, меня уже начинает напрягать его сосед по комнате. Он какой-то странный. — Как его зовут? Может, я его знаю? — Джисон, — скривился Минхо, буквально выплевывая это имя. — Кореец? — Наверное, — Хо закатил глаза так, словно Чан задал ему какой-то «глобальный» философский вопрос, на который он, как всевидящий, обязан знать ответ. — И всё же, — повисло недолгое молчание, — не делай поспешных выводов. Я не думаю, что Джисон из тех парней, которые ведут себя как сучки. Да и причина твоей ревности должна быть не в Джисоне, а в твоем парне. Ты должен ему доверять и точно знать, что он с тобой так не поступит. — Ты прав, — отрезал Хо. — Но от этого не легче. — Просто постарайся отвлечься на что-то более важное. Спустя неделю тренер бейсбольной команды объявил результаты. Само собой, Ли Минхо оказался в числе первых в списке. После всех пар мистер Холс попросил студентов, попавших в команду, собраться в 325-й аудитории. По пути туда Минхо заметил парня, который растерянно что-то высматривал в телефоне. — Тебе помочь? — аккуратно спросил Хо, поймав на себе взгляд карих глаз юноши. — Ах, да, я был бы очень благодарен! — отозвался тот. — Пытаюсь найти на университетской карте 325-ю аудиторию. — О, ты тоже попал в команду по бейсболу? — Ли еще раз оглядел парня, невольно подумав, что тому больше подошел бы баскетбол. — Да, — неуверенно улыбнулся тот. — Я как раз туда иду, — Минхо махнул рукой, приглашая следовать за собой. — Как зовут? — Лео, — коротко ответил парень и после паузы добавил — А тебя? — Минхо. Рад знакомству. — Из Кореи? — Фактически да, — ответил Хо. — Но живу здесь уже одиннадцать лет. А ты? Не выглядишь местным, — он слегка ухмыльнулся. — Я здесь всего два года, — замялся шатен, неловко потирая шею. — До этого жил с семьей в Корее, но потом отцу предложили работу в Чикаго с зарплатой повыше. — М-мм, то есть всё это время ты жил в Чикаго? — Минхо засунул руки в карманы, идя чуть впереди. — Всё верно, — улыбнулся он. Зайдя в аудиторию, парни увидели еще около пятнадцати юношей самых разных национальностей. И почти все они выглядели куда мощнее, чем Минхо с Лео вместе взятые. Студенты разошлись по местам в ожидании мистера Холса. Стоило двери открыться и тренеру войти внутрь, как в классе воцарилась тишина. — Это все, так? — мистер Холс обвел взглядом кабинет. — Чарли не пришел, он приболел, — отозвался кто-то с задних рядов. — Чарли Паркер? — уточнил тренер, выискивая фамилию в списке кандидатов. — Да. — Ладно, — он чиркнул крестик напротив имени. — Кто-то еще отсутствует? В этот момент дверь снова распахнулась, и в аудиторию ввалились еще трое парней — видимо, они тоже заплутали в огромном корпусе. — Сорян за опоздание! — с трудом сдерживая смех, выдавил один из них. — Ваши имена? — сухо бросил тренер. — Джейм, Сэм и Кэлвин. Парни устроились прямо за спиной Минхо. Они то и дело прыскали со смеху, пока один из них шепотом травил историю о вчерашней вечеринке. Мол, заприметил он там красотку по имени Кларен, решил подкатить, как истинный мачо, взял номер и позвал на свидание... а потом выяснилось, что это транс. — Что ж, вы здесь, потому что я вас отобрал, — мистер Холс присел на край стола. — И знаете почему? Есть догадки? — Вы смотрели на наши лица? — выкрикнул кто-то, и аудитория взорвалась хохотом. — Смотрел бы я на ваши лица, если бы это был модельный кастинг, — хмыкнул тренер. — А здесь вы вообще можете после первого же матча инвалидами остаться. Я выбрал вас, потому что изучил ваше спортивное прошлое и достижения. Некоторые из вас даже играли на уровне штатов, поэтому я и поставил их в топ пять лучших. — мужчина обвел класс взглядом. — В целом, если кто-то здесь и слабее, он догонит остальных. У нас тренировки каждый день: и до пар, и после. С шести до девяти утра у вас первый загон, и с четырех до шести вечера – второй. В каждом загоне вы обязаны сдавать бег на скорость и дистанцию в два-три километра. Также каждую неделю – зачет по отжиманиям, планке и броскам. Пока мистер Холс говорил, многие парни буквально поседели. Перед глазами у них пронеслась вся жизнь: одно дело — гонять мяч со школами в родном городке, и совсем другое — такой график. — Есть вопросы? — в конце спросил тренер и заметил поднятую руку голубоглазого парня. — Нас здесь около двадцати человек, но для игры в бейсбол нужно всего девять, — заговорил студент. — Что мы будем делать в таком случае? И как выберем капитана команды? — Хорошие вопросы, — кивнул мужчина. — В конце каждой недели я буду выставлять вам баллы. — его взгляд зацепился за парня, который шутил про внешность. — Прямо как в модельном шоу, — он коротко хохотнул. — Критерии оценки: А, В и С. Без всяких плюсов, минусов или промежуточных D и F. Игроки, которые будут стабильно попадать в категорию А, останутся в команде. Остальным придется уйти. В аудитории повисло тяжелое молчание. — Что насчет капитана: им станет тот, у кого в личном зачете окажется больше всего оценок А. И поверьте мне, — тренер сделал паузу, — добиться категории А будет чертовски сложно. Многие студенты начали шептаться, а Минхо только тяжело вздохнул. Он кожей чувствовал, что попал в полную задницу. У себя в штате, благодаря связям и положению, он бы даже не взглянул на такой график — его бы и так зачислили в основной состав, просто за красивые глаза и фамилию. А здесь его ждали по-настоящему жестокие нагрузки, от которых не откупиться. Ли поймал на себе взгляд Лео — тот сидел совершенно растерянный, видимо, тоже осознавая, что отсюда нужно бежать, и как можно дальше. — На этом всё. Свободны, — отрезал Холс, и все мигом покинули аудиторию. Хо шел по коридору, переваривая слова тренера и пытаясь убедить себя, что всё не так уж страшно. Подумаешь, две тренировки в день? Раз плюнуть. Рядом с ним плелся шатен — Минхо решил его не бросать, а то еще потеряется, и всё, пиши пропало. — Ты как вообще, живой? — с ухмылкой спросил Ли, глядя на «убитое» состояние приятеля. — В порядке, — отозвался тот с робкой улыбкой. — М-мм, не против куда-нибудь сходить? Я угощаю! — Без проблем.                   «I always thought it would be easy.                         To get you out my mind.                   I think I found a new addiction.                         And it feels so right.»                          День, когда всё началось. Тёплое сентябрьское утро обещало быть тяжёлым — впереди первая тренировка. Минхо проснулся в пять, когда за окном ещё властвовала темнота. Кое-как приведя себя в порядок, он лениво побрёл в сторону спортивного корпуса, который в этот час казался недосягаемо далёким. Прохладный ветер по-хозяйски перебирал его тёмные, словно ночь, волосы, добавляя образу особого, сонного шарма. Глаза Ли то и дело закрывались — усталость наваливалась тяжёлым коконом. Уже у входа он заметил пару ребят: судя по аромату и знакомым стаканчикам, они успели где-то раздобыть кофе из Starbucks. — Мистер Холс ещё не пришёл? — спросил один из парней, лениво зевая. — Видимо, будильник забыл завести, — отозвался другой, грея ладони о стаканчик из Starbucks. Минхо стоял возле них, стараясь не просто слушать, а поддержать разговор и наладить контакт на будущее. Сейчас их здесь было всего семеро, но скоро станет двадцать. И только девять из них в итоге назовут себя командой. Минхо понимал: мосты нужно наводить уже сейчас, чтобы в этой девятке нашлось место и для него. Мало ли, как всё повернётся? Минут через десять на горизонте показался Лео в серой зипке. Его шатеновые волосы так круто подсвечивались солнцем, что напоминали сладкую карамель. Ли подошёл к нему и сухо отрезал: — Долго ты. Но не успел Ли поинтересоваться настроением своего нового приятеля, как на горизонте показался мистер Холс. Тренер, как и ожидалось, проспал: он бежал к ним на ходу, вытирая пот со лба, который катился по лицу настоящей рекой. — Очень извиняюсь! — выдохнул мужчина, наконец поравнявшись с парнями. — Я заводил будильник, но он просто не сработал! — А я говорил! — начал хихикать парень с веснушками. Он победно повернулся к своему другу с латинской внешностью: — Я выиграл спор, ты мне должен сотку баксов! Тот лишь возмущённо что-то буркнул в ответ, лениво потирая переносицу. Тренер тем временем достал из папки листок с перекличкой и принялся отмечать юношей, проверяя, все ли явились на эти «голодные игры». — Мы сейчас идём к стадиону. Там вы должны пробежать три полных круга – это ровно три километра. Первая тройка, прибежавшая раньше всех, получает А с плюсом, — объяснял тренер, поправляя свисток на груди. — Вы же говорили, что не будете ставить плюсы! — тут же отозвался Джейм. — Я передумал. С этого момента у вас появилась категория А с плюсом. Студент, набравший их больше всего, в будущем и станет капитаном команды, — отрезал мистер Холс. Юноши недовольно цокнули. С такими переменчивыми идеями тренера они явно далеко не зайдут. Но что поделать, когда на кону стоит карьера в великом спорте? Отступать было поздно. По свистку мистера Холса все двадцать парней рванули вперёд. У каждого была своя тактика: кто-то рвал с места, кто-то выжидал. Минхо поначалу бежал рядом с Лео — с кем ему тут ещё было языки чесать? Никто из его друзей на бейсбол не записался, даже его всевеликий и миловидный бойфренд Феликс. Впрочем, сам Минхо так и не сказал ему, что начал ходить на тренировки. Просто не видел в этом смысла — это было его личное дело. Ли держался в середине, планируя попасть хотя бы в первую тройку. Но глядя на то, как бежит Лео, и слушая его вечное «Я манал это всё», брюнет понял: если продолжит плестись с этим «тягачом», пойдёт на дно вместе с ним. — Good luck, — бросил он Лео короткое и полное сарказма «удачи», после чего резко начал набирать темп. Впереди оставалось ещё полтора круга, и пора было переходить к делу. Брюнет постепенно обходил студентов одного за другим. Не зря он наворачивал по пять километров во время утренних пробежек в Атлантик-Сити. Липкий пот заливал карие глаза, и Минхо приходилось на бегу вытирать лицо тыльной стороной ладони. Впереди оставалось ещё шестеро парней — они держались уверенно, умудряясь даже перебрасываться шутками и смеяться. У Хо был чёткий план: обойти всех и стать фаворитом тренера. Но сейчас, когда до цели оставалось всего семьсот метров, подсознание предательски зашептало, что пора сдаться. Однако ноги, казалось, кричали об обратном — они не были готовы останавливаться. На повороте Ли прибавил и обошёл троих; оставалось совершить последний рывок, чтобы заполучить А с плюсом и позволить гордыне поправить корону. Внезапно резкая судорога сковала правую ногу. С каждым толчком боль становилась невыносимее. Минхо до хруста стиснул зубы, продолжая бежать: впереди была лишь финишная прямая и жалкие сто метров. Но мышцы молили о пощаде так беспощадно, что парень всё же замер на дорожке мягкого стадиона. Нога буквально разрывалась на части, а другие студенты уже начали его обгонять. В этот момент гордыня будто по-настоящему толкнула его в спину. И с тяжёлым шипением он заставил себя двигаться дальше, но студентов впереди было уже не четверо, а все шестеро. Пересекши финишную черту, Минхо рухнул на свежую траву, покрытую утренней росой. Тренер что-то кричал о том, что после такой дистанции нужно ходить, чтобы восстановить пульс, но Ли было плевать. Из-за собственной слабости он прибежал седьмым. После изматывающего кросса тренер погнал своих «учеников» в спортзал. Мистер Холс объявил, что теперь их ждёт проверка на прочность: каждый должен показать свой максимум подтягиваний на турнике. Ведь для большой игры в бейсболе нужны были не только быстрые ноги, но и стальные руки. Сам Минхо чувствовал себя выжатым, словно та самая последняя тряпка после уборки новогоднего стола. На его фоне даже Лео вдруг стал выглядеть как холёный Кен из коллекции Барби на витрине самого дорогого магазина. Стиснув челюсти, Мин сделал резкий прыжок, чтобы ухватиться за перекладину. Пальцы крепко сжали холодный металл. Собрав остатки воли, он сделал первый рывок и начал подтягивать себя вверх, чувствуя, как ноет каждая мышца. — Эй, Минхо, — произнес Лео рядом с темноволосым. — Ты каким прибежал? — Седьмым, — на полувздохе ответил Ли, подтягивая себя к перекладине. — Да ладно? Я был уверен, что ты придешь первым, — Лео даже замер, наблюдая за ним. — Прибежал бы... — короткая пауза и выдох, — Но судорога подвела. — Ногу схватило? — сочувственно поинтересовался тот. — Именно. Пришлось бежать через боль. — Минхо спрыгнул с турника на двадцать восьмом счёте, а после уступил место Лео. — А ты хоть каким прибежал? — Девятым, — заявил шатен, от чего Ли гордо кивнул. Он явно не ожидал, что этот «сопляк» сможет прибежать девятым. Дни тянулись бесконечно долго, словно сутки на Меркурии. Юноши каждый день делали по два захода, зарабатывая баллы. Но к четвергу Минхо осознал неприятную правду: он застрял в категории В. Высшая категория А заканчивалась на шестом месте, в то время как средний балл Ли по всем критериям замер на восьмёрке. И как бы он ни старался каждое утро, превозмогая боль, пробегать эти три чёртовых километра, финишировать в числе первых всё равно не удавалось. В пятницу настал решающий зачёт, способный либо поднять их в рейтинге, либо окончательно утопить. Сначала была планка — на выбывание: последний, кто продержится, забирал А с плюсом. Затем отжимания, а в финале броски. Общий итог Ли Минхо вывел его на пятую строчку из двадцати. Казалось бы, результат блестящий — он вырвал свой ранг А. Но для брюнета это не было пределом мечтаний. Ему нужно было только первое место, и ничего больше. После зачёта мистер Холс объявил два дня выходных, чтобы студенты могли восстановиться перед тяжёлым понедельником. Но Минхо уже знал наперёд: сидеть на диване и смотреть сопливые дорамы на Netflix он точно не станет.                   "The water is way too deep,                   the deep end is where I live" Феликс подошёл к номеру 324 и решительно постучал. Его совсем не волновало, что на часах едва пробило девять утра и многие ещё отсыпались после выматывающей недели. Ликс пришёл сюда с одной целью — вытащить своего бойфренда на обычную прогулку. После повторного стука за дверью послышались тяжёлые шаги и ленивое: «Иду я...». Дверь открыл заспанный парень со смешными кудрями, напоминающими птичье гнездо. — Ой, ты ведь сосед Минхо, верно? — аккуратно поинтересовался Феликс. — Да, — сосед сонно потёр глаза. — Он у себя? — Не-а, — выдал тот вместе с затяжным зевком. — Он ещё рано утром ушёл. А что? Передать что-то? В этот момент Феликс машинально повернул голову вправо, просто проверяя коридор, и замер. В сторону комнаты шёл Минхо — с мокрой головой и полотенцем в руках. Он интенсивно вытирал мокрую голову полотенцем, совершенно не скрывая свои ноги, покрытые теми самыми ярко-красными, уродливыми пятнами-синяками. — Феликс? — Минхо замер на месте, полотенце застыло в его руках. Блондин, не теряя ни секунды, шагнул к нему. Тревога в его глазах вспыхнула мгновенно. — Что с твоими ногами? — выпалил юноша, не в силах оторвать взгляд от жутких багровых разводов на коленах Ли. — Ничего особенного, — Минхо безразлично пожал плечами. — Просто сделал утреннюю пробежку. — в какой-то степени он не лгал, но эта полуправда сейчас звучала как издевательство. — Какая, к чёрту, пробежка?! — голос Феликса сорвался на крик. — Ты хоть сколько там бегал, что довел себя до такого состояния? — Семь километров, — сухо признался Ли. Ликс изменился в лице. Гнев в его глазах мгновенно смешался с ужасом и чистой, концентрированной обидой. — Семь?! Минхо, ты ведь прекрасно знаешь, что у тебя слабые суставы и связки! — блондин начал ругаться, совсем как строгая мать, которая отчитывает ребенка за опасную шалость. — О чём ты думал? — Извини... — тихо отозвался темноволосый, виновато опустив голову. Он знал, что Феликс абсолютно прав. Каждый сантиметр его горящей кожи подтверждал это, но гордыня внутри всё равно продолжала глухо рычать. — Ты... ты просто нечто, — Ликс не знал, какие слова более удобны для этой ситуации. — Ты же бросил бег. Минхо краем глаза зацепился за Чана, который в нескольких метрах от них стоял у приоткрытой двери, внимательно слушая их диалог. — Может, пройдемся? Я тебе обо всём расскажу, — улыбнулся брюнет, кидая острый взгляд Чану, на что тот кивнул. Прохладный утренний ветер поглаживал мягкие волосы юношей, когда они шли по одной из тропинок мимо творческого корпуса. Мертвая тишина окутала целый университетский городок, оставляя только двоих парней, идущих по дороге у сакур. — Я давно хотел тебе об этом сказать... — замялся Хо. Темноволосый остановился и развернулся корпусом к своему партнеру. — Меня приняли в команду по бейсболу. — Это же здорово! Почему ты мне раньше об этом не сказал? — Я боялся, что больше не нужен тебе. Я видел то, как ты проводил весело время со своим другом, и думал, что ты просто не станешь слушать меня, — сухо, но уверенно говорил Минхо, замечая то, как Феликс меняется в лице. И за мгновение лицо блондина перешло из яркого солнца в темную луну, взгляд стал неким разбитым, словно стекло, и Ликс часто заморгал, переваривая эту информацию. — Ты серьёзно? — холодно отрезал блондин, понимая, что не желал, чтобы их отношения дошли до этого. — Поэтому ты избегаешь меня каждое утро и вечер? Хён, у нас буквально нет времени друг на друга! По-твоему, я должен пропустить пары, чтобы прибежать к тебе и сказать то, какой ты хорошенький и как я тебя люблю? Я жду наших встреч утром и вечером, но ты словно игнорируешь моё существование! Вот поэтому я и пришёл к тебе лично, чтобы ты не смог сбежать. — Ты не понимаешь, — прошипел он. — Тогда объясни, — сложил руки австралиец, ожидая розовые сказки Минхо о том, как он забывает написать или же телефон был на зарядке. — Знаешь, ты и сам-то мне не написал за неделю даже «привет, как ты?» — Минхо поднял взгляд на партнера, немного хмыкая, а затем отводя взгляд. — Ты делаешь меня виноватым, хотя сам не лучше. Почему тогда я виноватый? Понимаешь, Ликс, всё это время я был ужасно занят. Я по шесть часов в день наматывал круги по шесть километров, стоял в планке по десять минут, отжимался по тридцать раз, подтягивался, играл в бейсбол — всё ради того, чтобы, блять, попасть в эту чертову команду! — на последних словах Хо сорвался. — Я попал лишь в топ-двадцать сильных игроков, но из них идет отбор на девять человек, которые и попадут в финальную команду! Чем больше баллов А, особенно с плюсом, тем больше шансов! Я же, блять, готов был душу дьяволу отдать, чтобы попасть хотя бы в ранг А! — пауза. — И пойми меня: если бы не мое упорство, ты бы меня вообще к хуям не увидел, потому что я ошибся! — парень схватился за голову от злости. — Это не тот университет, который мне нужен! — Почему ты об этом раньше не сказал? — Потому что знал, что ты скажешь, будто я болен этим бейсболом! Помнишь, как ты мне об этом заявил в одиннадцатом классе перед моим матчем, когда я всего лишь требовал простого «ты сможешь!»? Но нет же, ты просто пошел на ночевку к другу, — на повышенном тоне говорил Ли. — Может, мне стоило тогда тебе отсосать перед матчем, чтобы уж точно твоя команда выиграла? — в ответ огрызается Феликс. — Я ушел из бейсбола только чтобы дать тебе шанс быть там, но ты этого даже не ценил. Наступило молчание. — Ты знаешь, как тяжело мне было, когда я ушел из команды? Где ты был в то время? Хён, мы просто разные, пойми это. — Ликс посмотрел вниз, пряча глаза, а потом вновь поднял их на старшего. — Давай сделаем паузу в отношениях? — блондин резко заморгал, а после ушел, оставив темноволосого наедине со своими мыслями.                               ○○○○○○ Тренировки шли днями и ночами. Минхо возвращался поздно в общежитие, каждый раз встречая своего соседа за чаепитием при просмотре какого-то сериала на Netflix. Брюнет же не мог и близко позволить себе такого блаженства, ибо глаза отказывались смотреть на столь яркий экран компьютера. Уже спустя три недели тренер объявил результаты отбора в команду. И может, это сам господь решил смилостивиться над Минхо, или же это он так пахал, как раб, но парень всё же попал в команду и — черт! — даже стал капитаном! После стольких усердных тренировок по выходным и не только, Ли всё же поднялся на тот уровень, которым он может по-настоящему гордиться. Его приятель Лео тоже прошел и занял третье место, что даже Хо удивило. Поэтому в честь такого масштабного события Минхо предложил Лео отметить это у себя в номере вместе с соседом по комнате, на что получил радостное «конечно». Уже вечером все трое парней сидели в общежитии, попивая соджу благодаря Чану, который, будучи совершеннолетним, купил им алкоголь. — Йа, Минхо, — Чан сделал глоток крепкого. — Что у тебя с парнем-то? — Мы не общаемся. — А хотел бы? — добавил Лео с некой ухмылкой. — Айщ! — возмутился Хо, но потом поймал себя на мысли, что реально скучает по своему яркому солнышку, которое так и светилось рядом с ним. — Сам того не видишь? — захохотал Бан на слова шатена. — Ты смотри, как заскучал! — Ничего я не скучаю! — начал отрицать Минхо. — Минхо, ты не пробовал ему написать? Ты ведь в какой-то степени тоже был не прав, — пожал плечами Лео. Темноволосый тяжко вздохнул, а затем поднялся на ноги и пошагал на выход из комнаты. Парень шел по коридору, сжимая кулаки крепче, точно зная цель: куда он идет и к кому. Дойдя до нужной двери, он начал стучать в нее, а когда услышал громкое возмущение по ту сторону — остановился. Дверь открылась, и перед ним покрасовался сам Феликс с неким раздражением на лице, которое в миг сменилось на: «Оу, вау, ты пришел». — От тебя алкоголем воняет. Сколько ты выпил? — скривился блондин, как лимон. Но внезапно Минхо потянулся к младшему, ногой закрывая за собой дверь. Его тёплые губы соприкоснулись с алыми губами-бантиками блондина. И Феликс начал таять — таять, как мороженое в жаркий июль. Ли постепенно начал хозяйничать своим юрким язычком во влажном рту Феликса, отчего у последнего крышу сносило ещё больше. Не выдержав такой эйфории, австралиец издал негромкий стон. Руки Ликса начали хаотично искать себе место на крепком теле партнера и остановились на талии, прижимая того к себе ещё ближе. Минхо продолжал целовать столь любимые губы своего — и только своего — парня, показывая, как сильно любит его. Прервав поцелуй, Мин заглянул в зеницы младшего. Кофейный цвет сливался в единую гущу вместе с шоколадным, создавая тот самый гипноз для холодного Минхо. — Ты идиот, знал это? — раздался тихий смешок, и Феликс легонько ударил того по груди. — Всё ради тебя, милый, — подмигнул он, даря тому очередной поцелуй, только намного короче, чем прошлый. Уже утром парни проснулись в объятиях, и Феликс, будучи первым, кто проснулся, подарил поцелуй Минхо в макушку, отчего тот вяло что-то пробубнил. Блондин тихо и так аккуратно поднялся с кровати, чтобы не разбудить свою спящую принцессу, которая в последнее время мало спала из-за тяжелых тренировок. Парень направился к кухонной столешнице, чтобы налить себе воду в чашку и хоть как-то прийти в себя после вчерашнего происшествия. Ведь все эти три недели юноши совсем не виделись и не общались, а тут, словно гром среди ясного неба: Минхо у двери, да еще и пьяный в стельку, а потом и целует так, что хочется слиться с ним в одну единую гущу. Сделав глоток свежей прохладной воды, Ликс посмотрел в сторону своей комнаты и тепло ухмыльнулся, пока не услышал, как дверь соседней комнаты открылась. Из неё вышел сонный, потрепанный после сна Джисон. — Джисон-и! — протянул он, расплываясь в яркой улыбке. — Ммм? — промычал сосед, потирая глаза. — Ты не поверишь, — Феликс едва сдерживал восторженный писк. — Но мы снова вместе с Минхо! — Боже, только потом не жалуйся на него, — в шутку заныл шатен, но всё же похлопал друга по плечу. — Тебе ведь это просто приснилось, да? — хохот. — Нет-нет! — замахал головой блондин. — Он вчера поздно ночью заявился, а потом... поцеловал меня. — А потом? — Джисон многозначительно приподнял брови, чувствуя, что Ликс что-то недоговаривает. — Он остался на ночь. — Подожди, ты сейчас серьёзно? — скривился Джи. — Да брось, что в этом такого? — недовольно хмыкнул Ликс, явно не радуясь такой «ярой поддержке» хёна. — Агх, неважно, — закатил глаза шатен. — Я, пожалуй, пойду приму душ, пока твой дорогой парень его не занял, — захихикал старший, быстро скрываясь за дверью ванной. Австралиец тихо цокнул, в который раз удивляясь такому соседу. Он достал сковородку и поставил её на плиту, чтобы начать готовить завтрак, ведь в животе было ужасно пусто, словно в Сахаре. Напевая про себя песню, Ли даже не заметил, как вдруг почувствовал на своей хрупкой талии крепкие руки, а следом и макушку на плече. — Ты рано, как для пьянчуги, — улыбнулся Феликс и развернулся лицом к Минхо. — Ты как себя хоть чувствуешь-то? — Голова болит ужасно... — Ясное дело, — хихикнул блондин. — После стольки выпитого у меня бы не только голова болела. Ты с чего это так решил напиться? — Я попал в финальную команду и стал там капитаном, — выдал Минхо между зевками. — Ничего необычного. — А пришел ко мне зачем? — старается сдерживать улыбку. — Я скучал по тебе, — короткое молчание. — Очень. Феликс оставил сковородку на плите и полностью развернулся к старшему. Темные, словно ночь, глаза Хо так и заставляли в них утонуть. И как же можно не простить этого парня, который даже душу готов продать ради своей цели? И Ликс его понимает. Он и сам раньше был таким же, но отдал эту цель Минхо, словно эстафету. С тех пор темноволосый погряз в спорте, как ребенок, завороженно замерший перед рекламой по телевизору. Он изо всех сил старался быть лучшим, и у него это выходило. Это порой заставляло Феликса даже немного завидовать, ведь если бы не его доброта — Минхо, возможно, пришлось бы навсегда забыть о бейсболе. Блондин вернул свой взгляд Минхо, а после гордо улыбнулся. — Бесишь, — хохотнул. — Ты ведь знаешь, что дурно влияешь на меня? — и парень потянулся за объятием к своему – и только своему – бойфренду.                                     **** Матчи проходили один за другим. У Минхо просто не оставалось времени даже на самый обычный перекус. И вот очередной матч с университетом из штата Вашингтон. Минхо был голоден как волк и зол, потому что их тренер, видите ли, в последний момент уехал в Таиланд, бросив им напоследок лишь: «Я знаю, что вы сможете». А что, если нет? И это мучило Хо. Он бродил по раздевалке, кусая губы и обдумывая тактику для игры. — Хей, Мэттью! — позвал он кудрявого парня. — Ты будешь в запасных после меня, если со мной что-то случится. — Так говоришь, будто у нас тут матч, от которого зависит вся жизнь, — хмыкнул тот. — Но окей, я согласен. Спустя время команда Минхо вышла на поле. Ли оседлала паника, и он не понимал почему. Дышать становилось всё труднее, но показывать это другим он не стал: тяжело проглотил ком в горле и выдохнул, понимая, что сейчас — либо пан, либо пропал. Парень покрепче сжал мяч в руке, становясь на свою позицию. Он посмотрел прямо в глаза партнера по команде, ища там знак того, что тот уверен в своих силах. Темноволосый в последний раз набрал в легкие воздуха и начал замах. Но вдруг... в районе запястья раздался отчетливый хруст. Рука мгновенно стала ватной и мягкой, словно это была совсем не его часть тела. Мяч улетел в никуда, а взгляд Ли с каждой секундой пустел, пока он смотрел на собственное запястье. Тошнота подступила к горлу, и Хо рухнул на колени. Его внутреннее «я» кричало, что вся проблема в нем, пока на фоне к нему бежали остальные игроки и медики. Запястье брюнета на глазах краснело и опухало, но парню было плевать на боль — внутри всё выло от осознания, что он только что проиграл самому себе. — Минхо!! — закричал Лео. Он сел прямо напротив и начал трясти старшего за плечи, пытаясь привести в чувство. — Минхо!! Пустой взгляд Ли наконец поднялся с запястья на лицо парня, побледневшее от переживаний. — Ты меня слышишь? Ты как?! Медики тем временем начали проверять состояние руки. Брюнет сидел неподвижно, из последних сил сдерживая тошноту и до крови прикусывая внутреннюю сторону щеки. — У нас есть запасные?! — вдруг вскрикнул один из игроков. — Нас только девять! — отозвался другой, хватаясь за голову. — Наш тренер – само божество, блять, всё сделал так, чтобы мы проиграли! — в ярости орал парень. — Нам нужен сопровождающий, — подал голос один из медиков. — Судя по вашим словам, тренера нет, поэтому нужен кто-то из игроков. — Я поеду! — тут же отозвался Лео. Минхо и сам не осознал, как оказался в больнице на койке. Взгляд всё так же был прикован к запястью, но разум наконец-то вернулся к нему. По левую сторону от себя он увидел Лео, который сидел на стуле и нервно постукивал ногой. В ту же минуту в палату вбежал Феликс — судя по всему, он не на шутку испугался. — Хён! Ты как?! — задыхаясь, спросил Ликс. Он лихорадочно осматривал Минхо, но взгляд тут же зацепился за тугую повязку на запястье. Темноволосый лишь кое-как кивнул, показывая, что «живой» — и то хорошо. Лео же опустил взгляд в пол и тяжело вздохнул, чем привлек внимание Феликса. — А ты кто..? — аккуратно задал вопрос австралиец, заглядывая в лицо шатена. — Лео. Я с Минхо играю в одной команде. — О-о, ясно, — кивнул блондин и перевел взгляд на всё ещё «пустого» Минхо. — А ты Феликс, верно? — отрезал Лео, рассматривая его в ответ. — Ах, да, — Ликс улыбнулся. — Минхо обо мне рассказывал? — М-м-м, можно и так сказать, — хмыкнул он, коротко хохотнув. Через пару минут в палату пожаловала доктор со снимком рентгена. Трое парней, как котята, подняли глаза на женщину, ожидая от неё хоть каких-то хороших новостей. Докторша поправила очки и вставила рентгеновский снимок в негатоскоп. На сером фоне кости была отчетливо видна тонкая, рваная черная линия, идущая по диагонали через лучезапястный сустав. — Ли Минхо, вам крупно повезло, — начала она, не оборачиваясь. — Кость выдержала, но пошла глубокая трещина. Это не полный перелом, но структурная целостность нарушена. Еще бы пара килограммов давления на кисть в момент броска – и мы бы собирали ваше запястье по кусочкам. Она наконец повернулась к парням, сложив руки на груди: — Минимум четыре недели в жестком лонгете. Никаких нагрузок. Если попробуете взять биту раньше времени – трещина разойдется, и тогда привет, операционный стол и титановые спицы. Минхо вновь посмотрел на свое запястье, а после — на парней, которые сидели рядом с ним. — Я подвел команду, — прохрипел Хо. — Мы ведь проиграли из-за меня. — Хей, Минхо, — откликнулся Лео. — Ты не виноват. С каждым могло такое случиться! Женщина, которая всё еще находилась рядом, в поддержку шатена кивнула. — Он прав, — добавила докторша. — По крайней мере, в спорте такое часто случается, и от этого никто не застрахован. Поэтому винить себя в том, в чем ты не виноват, просто бессмысленно. Она ободряюще похлопала парня по плечу и покинула кабинет, оставляя юношей наедине. — Что ты теперь собираешься делать? — Феликс начал утешающе поглаживать тыльную сторону ладони своего бойфренда. — Играть левой рукой, — отрезал Минхо. — Ты и вправду сумасшедший! — захохотал Лео. — Может, уже сделаешь перерыв? — Айщ, поверь мне, это не самое худшее, что могло со мной случиться! — Минхо попытался усмехнуться, хотя в глазах всё еще читалась затаенная боль.       We are creatures wired well for this space.                         We're the human race.       Oh, we try our best to operate on pure love                               and rage.                   Ungrateful child in a golden cage.             For Mother Earth, man cannot change. И вот Минхо снова на матчах. Он приспособился играть левой рукой. Его команда часто побеждала, но проигрывать тоже умела. Правда, дело было в том, что после того самого инцидента Ли будто подменили. Он потерял ту самую обаятельность, которую так любил Феликс, и стал словно фантом. Его взгляд с каждым днем становился всё темнее и острее, из-за чего даже Лео начал всерьез переживать за состояние друга. Сегодня у парней снова должна быть игра с университетом из южного штата Америки. Минхо поклялся себе, что ни в коем случае не должен проиграть этим соплякам, иначе он совсем потеряет голову от ярости. Выйдя на огромное поле, темноволосый направился на свою позицию. Ему всего лишь нужно было подать мяч, который соперник не смог бы отбить — ничего сложного, он делал это тысячи раз. Мышцы на лице Ли напряглись. Он начал движение — мощный выпад вперед, корпус скрутился, как стальная пружина, и рука пошла на замах с такой скоростью, на которую он еще никогда не решался. Он хотел выдать свой самый быстрый фастбол в жизни. И он выдал. Кх-рах-к! Звук был настолько громким и сухим, что первые ряды трибун невольно вздрогнули. Это не был хлопок ловушки. Это был звук ломающегося пополам дерева, усиленный в десятки раз. Минхо даже не успел выпустить мяч. Вместо того чтобы прошить воздух, его рука в середине фазы броска вдруг потеряла всякое сопротивление. Она просто… обмякла. Секундное онемение. Парень застыл в финальной позе, его взгляд был прикован к собственной правой руке. То, что он увидел, не укладывалось в голове: предплечье неестественно вывернулось внутрь, а локоть смотрел куда-то в сторону. Плечевая кость лопнула по спирали прямо посередине, и теперь рука сложилась в форме буквы «Z» там, где сустава никогда не было. Мяч безвольно выкатился из онемевших пальцев и замер в паре метров, пачкаясь в пыли. — Сука. — сорвалось с губ Минхо. Он попытался пошевелить пальцами, но рука ответила лишь пугающей, пустой легкостью. А через секунду пришел ад. Шок отпустил нервные окончания, и в мозг ударил ослепляющий электрический разряд. Ли вскрикнул, хватаясь за плечо здоровой рукой, и рухнул на колени. Боль была такой силы, что его мгновенно вырвало прямо на чистую землю горки. Казалось, что острые, рваные края кости внутри плеча при малейшем вдохе кромсают мышцы и нервы в кровавый фарш. Под белой тканью формы в районе бицепса начал стремительно расти багровый бугор — сломанная кость почти пробила кожу, грозя превратить закрытый перелом в открытое месиво. Стадион замолчал. В этой мертвой тишине был слышен только хриплый, на грани ультразвука, стон Минхо, который качался из стороны в сторону, прижимая изуродованную руку к животу.                               ***** — Агх, Минхо, — цокнул тренер, методично стуча ручкой по столу. — Не надоело еще себя калечить? — он коротко, почти издевательски хохотнул. Парень стоял перед ним с бинтом на руке, холодно и неподвижно глядя на мужчину. — С такими темпами мне придется искать тебе замену, Ли. — Я займу другую позицию. Пусть кто-то другой займет мою, — произнес Хо, не разрывая зрительного контакта. В его голосе не было ни капли сомнения, только лед. — Ты что, хочешь себе еще и ноги переломать? — тренер снова залился смехом, откидываясь на спинку стула. — В бейсбол на инвалидной коляске не играют, парень. Очнись. — Дайте мне шанс. — Ты ведь знаешь, что мне и так придется искать вам нового игрока? — тренер вопросительно поднял бровь. — Хантер со своей семьей переезжает в Канаду. Сказал, что начнет свою спортивную карьеру с нуля. Видишь ли, захотел пойти в хоккей, — недовольное хмыканье. — Поэтому мне придется снова проводить отбор. — Я знаю одного, который идеален в бейсболе, — заявил Минхо. — Он раньше играл и был лучше меня, но передал мне эту позицию, потому что на тот момент видел во мне того самого, кто смог бы вытянуть команду в финал. Минхо на мгновение замолчал, словно взвешивая каждое слово. — И не потому, что он считал меня лучше себя, а потому, что боялся подвести команду своим страхом перед большой публикой. — И ты считаешь его хорошим кандидатом? — Я уверен, что он сможет перебороть этот страх ради своей же мечты, — гордо ответил Хо, на что получил короткий одобрительный кивок. — Хорошо. Тогда приведи мне этого студента, и я с ним побеседую, — сдался тренер, отдавая столь важное дело игроку, кой скоро, небось, будет на коляске перемещаться. Минхо покинул кабинет и тут же достал телефон, чтобы набрать Феликса и поговорить на одну, столь болезненную для обоих, тему. — Я не буду возвращаться в бейсбол спустя столько лет! — в который раз утверждает Ликс по ту сторону трубки, отчего Хо начинает злиться еще сильнее. — А ведь говорил, что готов пойти на всё ради меня, — прошипел брюнет, и на том конце провода воцарилась тяжелая, удушливая тишина. Ликс замолк. — Хён, я не брал биту в руки уже три года, — произнес тот. — Ты действительно хочешь, чтобы мы вдвоем потопили нашу команду? — Я уже зарекомендовал тебя тренеру, — вдруг четко отчеканил Минхо, отчего на том конце послышалось короткое, удивленное «а», а затем снова воцарилось молчание. — Достал. Младший резко сбросил вызов. Брюнет раздраженно закатил глаза — он и сам до смерти устал играть в эти кошки-мышки. Через минуту на телефон темноволосого пришло сообщение от его партнера. Феликс согласился, но лишь для того, чтобы быть рядом и чаще видеться с Минхо, ибо в последние недели они почти не проводили время вместе. Хо лишь коротко хмыкнул и зашагал к себе в номер: Чан еще днем предложил ему посмотреть сериал на Netflix, дату выхода которого он ждал так долго. Юноши наслаждались просмотром, закидывая в рот соленый попкорн и запивая его холодной содой. Впервые за долгое время тренер позволил Минхо и команде взять небольшой перерыв, пока в группе не наберется достаточное количество игроков. Поэтому сейчас темноволосый мог наконец расслабиться — и физически, и ментально. — Йа! — возмущенно цокнул Чан. — Почему Хару выбрал Асуки вместо Моки? Они же должны быть вместе! — парень возмущался так искренне, словно сам был главным героем этого сериала. — Говоришь так, будто сам бы так не поступил, — хохотнул Минхо. — Я бы поставил любовь на первое место, а на второе – свои потребности. Хо вскинул брови, чувствуя, как невидимая стрела вонзается прямо в сердце. А это больно. Куда больнее, чем тот перелом. С того момента, как брюнет впервые попал в больницу из-за трещины в запястье, прошло около пяти недель. За это время Ликс довольно сильно сблизился с Лео, и это пугало Хо. Как бы то ни было, парень старался закрывать на это глаза: он не должен сомневаться в своем партнере и его верности. Но червь сомнения уже начал подтачивать его изнутри. Шли месяцы, и Минхо закрывался всё сильнее. Он видел, какими влюбленными глазами Лео смотрит на его парня, а тот, в свою очередь, допускал это. И это ранило Хо. Холод постепенно проникал в его когда-то доброе и горячее сердце, превращая его в камень без какой-либо надежды на жизнь. Чан, будучи близким другом темноволосого, видел, как меняется его сосед. Кудрявый пытался поговорить с ним об этом, но Минхо каждый раз отмахивался, ссылаясь на плохое настроение. Каждый раз, когда Мин видел блондина, он не знал, что ему лучше чувствовать: то ли его бросают на глазах у всех, то ли используют как тушь для глаз — яркую вначале, но становящуюся ненужной, едва она высохнет. Парень терял себя в этом сером мире. А ведь еще недавно он был уверен, что в жизни всё получится именно так, как он задумал. Но, сняв розовые очки и столкнувшись с реальностью, брюнет начал превращаться в безжизненную статую. Лео, видя такое состояние друга, решил воспользоваться моментом и стать еще ближе к солнечному Феликсу. Минхо просто начал тонуть в себе. Да, австралиец предлагал ему прогуляться или сходить в кафе, но это больше не приносило Ли радости. Напротив — такие встречи превратились в пытку, которой не было конца. Феликс вел себя лицемерно, заявляя, что между ним и Лео нет ничего общего, и он его «даже не знает». Эта ложь пугала Минхо. После нескольких таких прогулок он прямо сказал Ликсу, что просто устал проводить с ним время в таком формате, на что получил лишь недовольное хмыканье. Шатену же всё это было только на руку. В один день, проходя мимо очередного кабинета, старший заметил плачущего Феликса, которого обнимал Лео. В этот миг Минхо почувствовал, как с грохотом разбивается его сердце. Острые стеклянные осколки резали легкие, из-за чего дышать становилось всё труднее. Но и это было не всё. Когда блондин поднял голову, шатен поцеловал его. И Феликс… он не отстранился. Он был совсем не против. Минхо продолжал стоять в тени, из последних сил сдерживая слезы. Он ведь должен оставаться холодным. По словам игроков команды, он и так уже «ходячий мертвец» — человек без чувств и способности любить. И сейчас он окончательно им становился. И это болело. Хотелось вырезать сердце и вместо него поставить самый обычный железный механизм. Ли Минхо корил себя за то, что потерял... потерял и себя, и своего человека, который больше ему не принадлежит. И он закрылся ещё больше. После очередного матча, когда Феликс случайно не так принял подачу, Минхо окончательно снесло крышу. Все и началось прямо в комнате: вся та ярость и накопленная злость просто выплеснулись на Феликса. — Йа, Феликс! — Минхо со всей злости врезал веснушчатому. — Играй нормально! — Эй, ты совсем спятил?! — Джейм ударил его в щеку, а затем еще раз. Феликс лежал возле стены, стараясь сглатывать кровь, которая неприятно горчила во рту. — Мы проиграли именно из-за тебя! — кричал шатен и снова нанес удар. — Почему ты вечно делаешь нас виноватыми, когда сам не лучше?! Брюнет схватился за металлическую бутылку с водой и со всей дури вмазал тому по черепу, отчего парень рухнул на колени. — Вы, идиоты, играете как инвалиды и смеете еще мне тут гавкать! — ярость удобно расположилась в карих глазах Минхо, когда он направился к австралийцу. — Особенно ты. Как только брюнет замахнулся бутылкой, Джеймс ногой толкнул его на пол, а после начал бить в живот. — Какая же ты хрень! — орал он, желая, чтобы Ли как можно скорее подох. — Ты единственный, кто пропускал удары! Недалеко от руки Минхо лежал нож, которым ребята часто «играли». Он схватил его и вонзил прямиком в живот Джеймсу, а потом еще раз и еще раз. Шатен отшатнулся от ненормального, схватившись за раненый бок, и бросил быстрый взгляд на Феликса, пытаясь оценить состояние друга. Минхо поднялся на ноги, тяжело дыша и глядя на обоих. — Ты и правда спятил, — отрезал Джеймс, прикрывая рану. Внезапно дверь распахнулась, и на пороге возник Лео, который, видимо, уже услышал слухи о происходящем. Увидев своего парня в крови и полуживым, он сразу же перевел яростный взгляд на Минхо с ножом в руках. — Только попробуй подойти ко мне! — кричал Хо, размахивая лезвием перед собой. Лео, не слушая предупреждений, бросился на него, со всей злостью и грубостью нанося удары. Темноволосый пытался отбиться, но не справлялся. В пылу борьбы, пытаясь полоснуть шатена ножом, он случайно задел острую голубую вену на бледной шее Феликса. Осознание пришло мгновенно, когда Лео замер напротив него с разбитым взглядом. Воспользовавшись моментом, Минхо воткнул нож шатену в нижнюю часть живота, а после отшвырнул от себя обмякшее тело. В комнате воцарилась мертвая тишина; она превратилась в кровавое королевство. — Я предупреждал, — отчеканил Ли, а после покинул комнату. Прохладный ветер раздувал мягкие волосы Минхо, пока тот с разбитым лицом направлялся в общежитие. Мин понимал: в свои восемнадцать лет он убил человека, который был ему дороже собственной жизни. Феликс был тем, за кого он готов был продать душу дьяволу, но, присоединившись к бейсбольной команде, Минхо растерял свою доброту и кротость...                         All I need is your love.       I want it to choke me, choke me, choke me.                         Born for you to control.                         I want you to choke me,             Love me, make my lungs explode like- На место Феликса пришел новый игрок родом из Германии. Парень приехал в Штаты на два года в качестве студента по обмену, но каким-то боком его затянуло в бейсбол. И вот тренер уже представляет его команде: — Это Элиас, — радостно объявил он. — Вот вам и новый игрок! Минхо не был шокирован решением тренера — в конце концов, он сам когда-то поступил так же. Но его разум продолжал воспринимать новенького как пустое место. Тоска по Феликсу оказалась куда мучительнее, чем сама измена. Отношения с Лео тоже изменились. Тот, в свою очередь, стал куда жестче и холоднее, чем даже сам Ли Минхо. И эта перемена порой пугала брюнета. Но время, как оказалось, летело быстрее, чем само лето. Минхо не успел и глазом моргнуть, как их тренер уже представляет команде очередного новичка — у Элиаса же спустя два года закончилась студенческая виза, и ему пришлось вернуться обратно в Германию. — Это Ким Сынмин, — мужчина широко заулыбался. — Он будет вашим новым игроком. — Он хоть на этот раз не студент по обмену? — устало закатил глаза Мэттью, которому явно надоело привыкать к новым лицам. — Нет, он с вами будет до самого конца, — заверил тренер. Игроки нехотя решили поверить словам мужчины. Вдруг на этот раз он и вправду не врет? Как оказалось, сам Сынмин был родом из Лос-Анджелеса. Он вырос в довольно обеспеченной семье, но всё хорошее рано или поздно заканчивается. После развода родителей мать решила переехать вместе с ним в Чикаго — жаркое калифорнийское солнце, палящее каждый день, ей окончательно надоело. Сынмин раньше профессионально занимался бейсболом и даже занимал призовые места на уровне штатов. Тренеру было бы просто грех не взять такой талант в команду, едва он услышал от директора о переводе студента второго курса. Минхо узнал, что новенького впервые за два года подселили к Джисону. Он, конечно, был рад за приятеля своего покойного бойфренда, но в то же время понимал: Джисон может привыкнуть к Сынмину так же быстро, как когда-то к Феликсу. И черт... Минхо и сам видел в этих карих глазах Кима ту самую густую карамель, что принадлежала Ликсу. — Я просто схожу с ума, — в очередной раз прошептал себе Ли, закрывая лицо руками.