Все из-за клубники

Близится время сдавать проект, Джисон трудится не покладая рук — кошмарная занятость. Не остается времени ни на сон, ни на еду, ни на встречи с друзьями, ни на что вообще. В общем, химико-биологический факультет никого не щадит. Попадание ровно в голову, десять очков из десяти. У Хана оставалось ровно 3 дня и 4 ночи, в одну из которых обязательно надо проспаться, желательно, конечно, прямо перед сдачей, чтобы выглядеть хотя бы чуть-чуть лучше, чем его однокурсники, ведь опускаться на их уровень внешнего вида он не планировал. Да и к тому же, надо поддерживать имидж. Не зря же его называют "самый симпатичный психопат химбиофака" или коротко: "пс" — психопат симпатичный. В общем, работа идет полным ходом, в общажной комнатушке бурлят всякие баночки-скляночки, вещи разбросаны абсолютно везде, и под столом, кроме проводов, валялись также кучи банок из-под энергетиков и стаканчики из-под айс-американо с клубничным топпингом. Кстати о нем, проект Джисона был завязан как раз на этой теме. Он поставил для себя задачу сварганить такой топпинг, который не был бы вредным, был вкусным и одновременно являлся витаминно-полезным БАДом. Резюмируя все это, можно было сказать абсолютно точно: Хан Джисон УЖЕ на последнем издыхании, но сам себе в этом не признается и продолжит ебашить как проклятый до конца. Психопат, что еще сказать. По этой самой причине, кстати, соседи сбегали от него, часто не выдерживая и недели совместного быта. Вернемся к общей обстановке, Хан работает, колбочки и стеклянные резервуары полны какой-то розовой слизи, от которой несет клубникой. Очень жестко, только психопат Джисон может выдерживать этот запах, настолько он увлечен и безумен. Не студент, а прямо-таки безумный гений. Стук во входную дверь, и через секунду она распахивается. В проеме появляется подтянутая фигура Ли Минхо — секс-партнер Джисона и параллельно его лучший и почти единственный друг в этом универе, который, к счастью Хана, терпит все его ебнутые выкидоны. В одной руке он держал пакет с какой-то едой, зная, что его ненаглядный дружочек-пирожочек не ел нихерашеньки последнюю неделю точно, и бог его знает, каким таким хуем этот псих еще коньки не отбросил. Во второй был подстаканник с двумя напитками без кофеина, ибо давать кофе этому засранцу сейчас явно идея не из лучших. — Хани-я! Это Минхоо! — крикнул в дальний угол Ли, чтобы Джисон случайно не кинул в него какой-нибудь своей склянкой. — Я принес тебе поес.. В нос ударил едкий запах клубники, и большой кошара поморщился, прикрывая нос и рот более свободной рукой. Дверь захлопнулась, и только сейчас Хан заметил новоприбывшего, резко развернулся уже с какой-то колбой в руках на замах, но опустил ее и мученически улыбнулся. Засеменил через всю комнату и вяло обнял Минхо, получив привычное крепкое объятие парня с дизайна. Старший отпустил его из объятий, продолжая придерживать одной рукой квокку, чтобы тот не пидорахнулся от резкого понижения давления. Поставил сначала напитки, потом пакет, меняя руки и опору для обессиленного химика. — Хани-я, чем у тебя воняет? Запах просто невыносимый.. — свободная рука все-таки прикрыла нос и рот обратно, потому что иначе смердело просто отвратительно. — Ты б хоть окно открыл.. Джисон отстранился, полностью отпустив Минхо, и начал размахивать руками в попытке объясниться, но Ли в эти беспорядочные слова решил не вдаваться, это все равно никто не поймет, кроме самого парня и, возможно, учебной комиссии. Старший внимательно следил за колбой, как кот за игрушкой. Залип, кается. Однако, спустя где-то минуту, вторую, третью рэпа про химию на фоне, начало сосать под ложечкой — нутро било тревогу. Надо пригнуться. И Ли сделал. Пока не подвело ни разу. Секунда. Раздался негромкий взрыв, как от лопнувшего шарика, территориально там, где была эта несчастная колба. Минхо встал, и перед ним развернулась картина: пятна на полу и стенах, немного розовой слизи у него на новой рубашке, которую ему любезно подогнал Хонджун, а также ошарашенный Джисон в защитных очках, весь перепачканный в этой розово-клубничной дряни. Розовый пиздаж какой-то и ахуй, но Хан почему-то начал давить лыбу и смеяться, судорожно возвращаясь обратно к столу, чтобы записать что-то новое в тетрадке на своем татарском. — Да. Это пиздец. – Роняет Ли и, сняв обувь, грозно направляется в сторону психопата. Коменда должна прийти проверять уборку через день, ровно. Не дай бог эта страшная женщина застанет комнату в таком виде, пиздец всему этажу, Джисону, и Минхо заодно, потому что в свое время по дурости он за него поручился. Приближаясь к парню семимильными шагами, он схватил того за плечи и приподнял в воздухе, а тот застыл, как сурок, настигнутый хищником. Ситуация в целом-то не сильно-то и отличалась. Учитывая их разницу в телосложении точно. Минхо не сильно выше Хана, но ходит в зал через день и питается нормально, спину ровно держит, в то время как младший больше напоминает щуплого грызуна с большими глазами и щеками, до кучи еще и сутулится. В общем грызун был оторван от своей обсессии и посажен на кровать, как какой-то пиздюк, который нашкодничал и старший брат теперь с ним разбирается. Вот только старшего брата у него нет, а если бы и был, то они не ебались бы по дружбе лет этак с 17. Пока Джисон был в прострации, Ли взял пакеты у двери, всучил бельченышу коробку донатов и какао. Его план состоял в том, чтобы накормить его и дать деру — дальше пахать в зале, свою сессию он закрыл, и комнату они с Хенджином убрали давным-давно. Планы меняются. — Сейчас ты это хаваешь, я начинаю уборку, которую мы с утра уже ВМЕСТЕ закончим, — акцент был сделан на словах "утром" и "вместе", таким, приказным тоном, чтобы этот задрот точно испугался и сделал все, что ему сказали. — Давай, хавай и спать, ботаник недоделанный. — Вообще-то я не бота.. — остаток слова утонуло в пончике, который ему со злобой впихнули в рот. Хан молча кивнул, позволил Минхо снять с себя защитные очки и начал тихонечко есть эти несчастные пончики, ибо побаивался злого друга чуть больше, чем завалить курсач. В конце концов, у Ли есть доступ к его заднице, а вдобавок к номерам родителей, и в целом его лучше не злить — хуже будет. Приходится слушаться. Пока Джисон уплетал пончики, от которых, кстати, ни капли в весе не прибавит, кошара взял свое какао, отпил, поставил на пустой, в сравнении с бардаком на втором, стол отсутствующего соседа и опять полез в пакет. Джисон заинтересованно уставился на него и наблюдал. Ли вытащил оттуда маленькую свечку-вонючку, то есть аромасвечу, которую он спер со стола Хенджина. — Проветрим, и я свечу зажгу, чтоб не воняло так. — Предвосхищая вопрос, ответил Минхо, после чего как раз открыл окно и подпалил фитилек. *** Прошло время, и стало свежее, Хан доел все пончики, какие смог, сходил в душ, смыв с себя свой проект, и прилег на пустующую кровать соседа, которая никогда, на удивление, не была ничем завалена. Ну, одна для бардака, вторая для сна — все логично. Для Джисона, во всяком случае точно. Минхо куда-то съебался, видимо в свою комнату за чистящими средствами, и вернулся как раз с ними, аккурат как бельченыш вышел из душа. Удовлетворительно хмыкнул и начал готовиться к более тщательной уборке. Что-то там он уже убрал, пока мелкий был в душе, но какие-то пятна все-таки надо замочить на ночь, чтобы не въелись. Только надев перчатки, старший присел на корточки рядом с самым большим пятном недалеко от входа, чтобы проделать свои магические уборочные трюки. Конечно он мог все спихнуть на владельца комнаты, но Хан, на самом деле, ничего особо не умел. Он умел только хорошо учиться и всегда посвящал себя только своим проектам, которые, каким-то раком, всегда получали одобрение и были успешны. Если подытожить, Джисон отличный студент и будущий крутой ученый, но базовые вещи ему не давались от слова совсем. Отсюда и появился приглядывающий за ним аж со школы Минхо, а дальше просто прижилось. Хан не сможет без Ли, а Ли не сможет без Хана. Если коротко — понятный только этим двоим симбиоз, как сова и змея-уборщица. Джисон вальяжно так прошелся мимо змейки-уборщицы и прилег на свою не засранную кровать. Он специально следил за ее чистотой, чтобы было где спать, вторая же использовалась как склад всякой непонятной хрени. Голова упала на подушку и, на удивление, открылось второе дыхание работать дальше. Однако, зная как к этому отнесется Минхо, парень просто отвернулся к стенке, зарывшись лицом в тяжелое одеяло. Прошло пару минут, Хо все еще надраивал злосчастное пятно посреди комнаты, а Хан ворочался, пытаясь уснуть в этом бешеном круговороте запахов, которые после душа он теперь ощущал достаточно четко, с желанием работать дальше. Спустя еще несколько минут шебуршений в мягком ложе, в эту рыжую крашеную башечку пришла ну просто опиздахуительная идея, и парень устремил свой взгляд на макушку старшего, сияя хитренькой улыбкой. Хо не мог этого не заметить. – Что ты от меня хочешь? – с достаточной грозностью рявкнул парень, даже не обернувшись. – Хееееонн. Давай вместе поспим, аааа? – Джисон решил использовать свое смертельное оружие: большие глаза. – Ну же, я лучше высплюсь, и ты поспишь. Минхо не повернулся к нему даже после уговоров, закатил глаза и вздохнул. Прекратив движения руками, он уставился в потолок, заранее признав свое поражение. Отказывать этому мелкому засранцу он точно не умел. Поэтому, вздохнув еще раз, он медленно встал, скинув перчатки и губку на край стола, развернулся в сторону ванной, чтобы освободить себя от оков ежедневного легкого макияжа и футболки, в которой он сегодня гонял весь день, а она явно не была рассчитана на еще один день носки. Умывшись, парень вышел из маленькой ванной и вернулся в комнату, аккуратно обходя намыленное пятно на носочках. Подошел к кровати, где валялся Хан, и нарочито сдвинул его в угол к стенке, плюхнулся рядом и обвил младшего руками, прижав к оголенной груди чужое лицо. Джисон довольно улыбнулся в подкачанные мышцы и обнял в ответ, от такого уюта и привычного приятного запаха своего передруга-недопарня, захотелось спать. В сон клонило и Хо, который за день тоже умаялся, весь день пары, потом зал, а потом помощь Хенджину. Дел невпроворот, но пару минут, часов или даже дней для Джисона он найдет всегда. Все-таки где-то со средней школы он дышал к бельчонку неровно, активно скрывая это и вертя им, как сам того хочет. В конце концов, они трахаются и ведут себя как парочка, а этого Минхо более чем достаточно, во всяком случае пока. Слоуберн какой-то, но его правда все устраивает в общем и целом. Пока Ли что-то там размышлял перед тем, как попасть в руки Морфея, Джисон уже сладко посапывал, уложить его спать всегда было легкой задачей на самом-то деле. Младший засыпал везде и всегда, только повод дай. Проблема только в том, что сам себе он его дать не мог, поэтому на помощь приходил наш кошара. Еще пара минут скитаний по чертогу разума, насчет их отношений, и Минхо тоже отрубился, постепенно ослабляя хватку объятий. *** Ну что за прелестная картина? Друзья детства сладко спят, сжимая друг друга в легких объятиях. Только вот один полуголый, а другой почему-то тихонько ворочается и скидывает с себя одеяло, которое достаточно приятно грело, без жара, как бывает обычно, а плюсом постанывает. Минхо от таких телодвижений приоткрыл глаза, стадия глубокого сна уже началась, просыпаться окончательно было сложно, но кое-что чуть ниже живота все-таки встряхнуло его сонный разум. Даже как-то неприлично жарко под этим легким одеялом. Поморгав, Хо все-таки открыл глаза, как только Джисон ткнулся задницей в набухшее чужое достоинство, после чего последовал заглушенный стон старшего. “Понятно.. Стоп. Нихрена что-то не понятно.” Проскользнули мысли в голове у Ли, и он скинул с себя одеяло, пытаясь понять в чем дело. Джисон впился руками в подушку и тихо стонал, подмахивая бедрами из стороны в сторону. Обычно он спит максимально спокойно, пару раз поворачиваясь в чужих руках из стороны в сторону, и на этом в целом все, но вот это максимально для него нетипично. Да и в целом, что-то Минхо не помнит, чтобы за последние пару дней думал о чем-то развратном или чтобы ему что-то такое снилось. Сейчас точно не было. Он запомнил бы. Стопроцентно. Потому что в мокрых снах у него появляется только его миленький младший, похожий на белку. Ошибки быть не могло, что-то не так. Однако, что парню остается делать? Выяснять, что случилось явно не вариант. По той простой причине, что в данную секунду его либидо до такого невозможного уровня поднялось, а на член давила резинка узких боксеров. Надо что-то думать и что-то делать. И быстро. Ведь становится все жарче и жарче, хотя окно открыто и воздух оттуда поступает очень даже неплохо. Парень скинул одеяло в ноги с обоих окончательно, и рука пошла гонять лысого, пришлось даже отстраниться всем телом от Джисона, чтобы случайно не разбудить его. Минхо тут извращенец, который дрочит прямо сейчас на свою невзаимную любовь, лежа рядом с ним не то чтобы в одной комнате, в одной кровати, секунду назад под одним одеялом. Левая его рука сейчас служила подушкой для младшего, а потому он дышал ровно в рыжий затылок, правая же рука занялась делом, иначе взрыва не избежать, и хер пойми, что будет дальше. Спокойный ритм сменялся быстрым, рваным, и так по кругу. Старший старался как можно сильнее сжимать губы, чтобы не выронить случайный стон прямо в чужие волосы, однако дыхание не проконтролируешь настолько хорошо, насколько можешь контролировать свой голос, поэтому рваные вдохи и выдохи не в ритм движениям руки, щекотали крашеную голову. Пять минут таких действий, и вот разрядка. Как стыдно. Ему 22, а он дрочит в ручку и кончает в трусы, как малолетка какой-нибудь, который только-только узнал, для чего еще нужен член, стыдоба неимоверная. Минхо выдохнул и восстановил дыхание, убрав руку обратно, параллельно пытаясь вытащить вторую из-под головы Джисона. Однако, кое-что все равно было странно. Естество ниже пояса продолжало давать о себе знать, все еще стояло колом, плюсом даже без одеяла телу становилось все жарче. Хан перевернулся лицом к старшему и немного поморгал в полусонном состоянии, Хо затаил дыхание и просто пялился. Слава всем святым или кто там вообще есть, что младший прикрыл глазки и снова сладко засопел. Ситуация, конечно, сюр, но, видимо, ничего с этим не сделаешь - придется спать дальше. Парень прикрыл глаза и снова окунулся в объятия Морфея, поджимая губы и надеясь, что стояк пропадет сам собой к утру, и он забудет об этом, как о страшном сне. Счастье спокойного дрема длилось недолго. Из-за того, что Джисон повернулся к нему спиной, все его телодвижения ощущались особенно остро, а значит катастрофы было не миновать. Резкий толчок чужой задницы о свое достоинство Минхо прочувствовал всем телом, аж до мурашек, которые табуном теперь бегали от макушки до кончиков пальцев ног. Глаза распахнулись и уставились в рыжую шевелюру аккурат перед носом. – Так ты не спишь.. – бормотнул Хо себе под нос и воспринял предыдущие действа бельченыша как провокацию. Допровокацировался. Сейчас получит. Минхо немного подергал и размял левую руку, которая была придавлена чужой головой, чтобы немного разогнать кровь, в зашумевшей от одного положения и давления, конечности. Дальше – больше. Пальцы потянулись к мягким губам Хана, которые были немного приоткрыты в постоянном бубнеже и хмыканьях, и вот, младший уже обсасывает длинные пальцы, что-то все так же неразборчиво мыча, но не сопротивляясь инородному предмету в полости рта. Пальцы правой свободной руки дотянулись до стола у изголовья кровати и схватили бутылек со смазкой, которая так аккуратно стояла на краешке. Стянув мешающую пижаму с нижней части тела Джисона, прямо в промежность было выдавлено немного жидкости, которая на удивление была почему-то более вязкой, чем их обычная смазка, однако, когда у тебя колом стоит, это не то, что волнует в первую очередь. И вот, баночка отлетела на ковер с неестественным стеклянным звоном, а через колечко мышц проникает палец, медленно, но верно разрабатывая мышцы внутри. Второй, третий, увеличивается темп, Минхо покусывает чужое ухо, очерчивая узоры на ушной раковине, нарочно задевая или обходя проколы с украшениями. Хо задевает простату, раздвигает пальцы внутри, во рту обхватывает язык и больно кусает за ухо, так, чтобы Хан взвизгнул негромко и наконец открыл глаза, испугавшись. Однако судьбу свою принять стоит, вырваться навряд ли получится, да и не особо хочется. Все тело горит, жажда получить удовольствие, а потому испуг быстро сменяется на желание, и он двигается в такт, подмахивает бедрами и обхватывает чужие руки своими. Ли он не скажет, что спал, сейчас не до этого, это раз. А два, каким бы бэд-боем ни был старший, за чужой комфорт он печется ой как и потом будет корить себя минимум неделю, а это никому точно не надо. Джисон уже весь изнылся, пальцы чувствуют себя свободно, там, внизу, поэтому он поворачивает голову и снова проделывает трюк со своими большими глазами – взглядом умоляет уже что-то сделать. Минхо долго уговаривать не надо, прорыкивая что-то невнятное, он переворачивается, а заодно переворачивает на живот и младшего, стягивая с себя уже жмущие до боли боксеры вместе со спортивными штанами, в которых всегда на всякий случай лежит презерватив, который в мгновение ока рвется и с резиновым скрежетом и причмокивающим звуком натягивается на твердый уже долгое время член. Джисон в это время уткнулся в подушку и тоже сбросил с себя пижамные шорты куда-то в угол, выставил задницу и через плечо наблюдал за старшим, сжимая в руках края подушки, первый толчок Хо делал всегда резко и сильно, добираясь до самого приятного места с первой попытки. Старший входит резко, сжав чужую талию до красноватых пятен и дав толчок ровно туда, куда надо. Приостановился, чтобы привыкнуть, растяжки никогда не хватает так, чтобы начать двигаться сразу. А Джисон? А что Джисон? Ему попали ровно по простате, да так четко, что он сразу кончил, вызвав тем самым недоумение у самого себя и дрожь по всему телу, отчего мышцы сжались, до приятной боли сдавливая чужой член внутри. Минхо заметил это и схватил младшего за волосы, притянув его лицо к себе. – Это как так, а? Хани-я? – не сказать, что это его не радовало, но хотелка вдолбиться в это размякшее тело перевешивала. Джисон что-то там мычал, прикрывая глаза и сжимая губы, дрожь не унималась, но сильнее не становилась, внутри как будто бы все зудело, как будто чего-то не хватало или не хватило. – Еще.. – Старший почти прислонил свое ухо к чужим губам, отрывая грудь от простыней, за счет натяжения рыжей шевелюры, чтобы расслышать. – Еще.. Минхо-хе.. н.. пожалуйста.. трахни уже.. пож.. Мольба утонула в движении. Очередной толчок просто вышиб искры из глаз обоих, а из легких Джисона вышиб воздух, настолько, что даже писка не вышло. Толчки становились все быстрее, ритм потерялся, потому что животное желание трахаться нарастало как будто бы с каждой секундой, а приятный запах от свечки, которая теперь перекрывала вонь от проекта, распаляла их как будто бы еще больше. Хан не успевал даже прикоснуться к себе, каждое попадание по простате доводило его до искорок из глаз, подгоняя к разрядке, к которой был близок и Минхо. Он притянул младшего к себе, поставив вертикально на колени, и вовлек в глубокий поцелуй, толкаясь еще пару раз и получая долгожданную развязку, которая настигла их обоих в одно время. Младший рухнул на кровать пластом и перевернулся на спину, все еще тяжело дыша, а Минхо, снял презерватив и выкинул его куда-то тоже на пол, возможно в тот же угол, куда ранее улетели его штаны и трусы. – Хен.. еще разок.. давай. – Протянул Джисон, выставив руки вперед, хватаясь за широкие плечи и утягивая в очередной поцелуй. Старший даже не сопротивлялся, хоть его уровень возбуждения и упал на уровень “терпимо”, Хан, кажется, не был с этим согласен и уже был готов к следующему раунду. Так как Минхо теперь нависал ровно над бельчонком, он обвил его торс ногами, прижимая к себе настолько, насколько возможно, подаваясь своим худощавым телом к чужому, а рука потянулась, чтобы направить член ровно туда, куда нужно. Пелена как будто бы застилала его глаза, которые сейчас излучали только возбуждение и похоть в чистом виде. Все повторяется, Хо трахает его настолько хорошо, что все остальные мысли уже явно где-то в месте недосягаемом в данный момент, оставляет красные цветы-засосы на груди, шее, покусывает пухлые губы. Еще пара заходов, верхом, у стены, 69, уже без презерватива, просто добавляя немного смазки из раза в раз. Минхо начинает сдавать позиции, а Хану кажется все мало. Спустя какое-то время оба совсем выбились из сил и уснули, опять в обнимку, оба мокрые от пота, спермы и смазки, аккуратно накрывшись одеялом, которое Минхо накинул на них из последних сил.

***

Наступило утро. Первым проснулся Минхо, с мыслью принять душ, что, собственно, он и сделал, переоделся в парочку вещей, которые он заранее оставил у Хана в комнате на всякий случай. В конце концов идти в одних боксерах по длинному коридору аж до своего блока – не самая лучшая идея, коменда никогда не дремлет и знает почти обо всем, что происходит у нее в общежитии. В двух словах “женщина-стервятник”. Сейчас, правда, его больше беспокоил Джисон, который спал без задних ног, да и вообще не помешало бы сменить простыни и постирать одеяло. С такими мыслями он вышел из душа, в этот раз просто в нижнем белье, взял воду из мини-холодильника, полки которого наполовину были заполнен всякими баночками-скляночками, нужными младшему для учебы. Сделав пару глотков, он аккуратно сменил простыни, как мог, ибо ботанская тушка просыпаться не горела желанием и сладенько сопела, обнимая игрушку квокки. Постельное белье было закинуто в стиралку в прачечной комнате на этаже и Хо вернулся в злосчастную комнату, собираясь продолжить уборку и разбудить младшего, чтобы тот помог. Однако взгляд упал на тот самый злосчастный ковер, на котором все еще валялась вчерашняя одежда и та самая смазка. Да, подозрения, которые закрались ночью, оправдались. Это была баночка с тем самым непонятным джемом, который Хан делал для своего проекта. Подорвавшись, Минхо в один прыжок долетел до кровати и посадил Джисона на кровать, тряся его тело в своих руках и что-то нечленораздельно прикрикивая. Младший проснулся, сонно заморгал, потер лицо свободной рукой, уронив плюшевого квокку где-то сбоку, и уставился своими глазами-блюдцами на красивое лицо в полном непонимании. Внутренние часы говорили, что сейчас только часов 10 утра от силы, и чего будить его в такую рань, непонятно, учитывая, что на пары ему не надо, а проект вроде как почти готов, и из списка дел на сегодня только уборка под бубнеж старшего. – Хен, что случилось?.. – протяжный зевок собрал пару мыслей в кучу. – Зачем ты меня так трясешь? – Хан Джисон! – руки все еще крепко его держали, не давая снова упасть на подушку спать дальше. – Соберись. Скажи. Что было вот в этой вот колбе? Он поднял баночку с “джемом” и ткнул ею прямо в лицо ничего не соображающего младшего, явно обеспокоенный наполнением этой самой тары. Вязкая жидкость внутри лениво перетекала туда-сюда от подрагиваний рук, в которых она находилась. Джисон вроде раздуплился и перехватил бутылку, внимательно рассматривая содержимое, потому что зрение сразу после пробуждения всегда его подводило, а значит, стоило убедиться еще раз. – Ну.. это мой проект.. а что? – парень не отрывал взгляд от перепуганного до чертиков Минхо и вопросительно приподнял бровь. Хо опустился на колени, как будто его только что по голове топориком шмякнули и тело потеряло контроль, обмякнув, руки сложились на колени, а взгляд упал на пол, выглядел он сейчас как кот, который нашкодничал и понимает, что его сейчас накажут мама не горюй, ждет. Немного посокрушавшись сам над собой, он поднял взгляд на Джисона и с таким же жалким выражением лица, почти шепотом, рассказал, что ночью случилось и чего его так волнует содержимое вот этой вот баночки. Хан выслушал все это, покивал и задумался, на пару минут выпав из реальности. Перед его глазами как будто бы материализовывались формулы, над которыми он обычно сидит во время проектов и лабораторных работ. Закутавшись в одеяло, чтобы не щеголять совсем нагишом, он прошел к столу, записал что-то в дневнике проекта и подошел к соседнему, на который Хо вечером поставил свечку. Она давно догорела, потому что уже была использована. Поднял ее и прочитал то, что было написано с обратной стороны, потихоньку начиная посмеиваться про себя и к концу чтения уже в голос. Старший все это время следил за ним глазами и, как только смех прошиб гробовую тишину 10-ти утра, аж вздрогнул и всем телом повернулся в сторону младшего, вопросительно глядя на него. – Минхо-хен! Это же свечка с типа афродизиаком, вот почему мы всю ночь не спали. – У старшего как гора с плеч упала. Он-то думал, что он животное-извращенец и вообще совести у него нет на спящего дрочить, а тут все проще. Дебил Хенджин, короче, во всем виноват. Вернется в комнату – напихает ему салфеток полный рот. – А насчет проекта не переживай, в целом.. в целом.. Тут младшего как будто осенило, и он начал тараторить, как лучшие рэперы Кореи или даже круче, чем они. – Мы же буквально придумали и испытали мой клубничный проект в действии. Хен, ты просто гений! Непонимающее выражение лица Минхо, который думал о том, как будет мучать Хенджина, который вообще-то ни в чем не виноват, сменилось шоком. Даже не шоком, полнейшим ахуем. А Джисон прыгнул сверху и крепко обнял этого большого кота, потираясь щекой о его, выражая так, видимо, свою благодарность и радость. Хо все еще был в ахуе и вообще не понимал, что к чему вообще, голова пуста. – Давай встречаться? – выдохнул он как будто бы одним словом и уставился на младшего, сам от себя того не ожидая. Пара секунд дохождения информации до мозга, и лицо заливается краской, он закрыл рот руками и ошарашенно уставился на Хана. Джисон же, в свою очередь, даже в шоке не был, просто весело улыбнулся, как будто только что наелся от пуза самым вкусным на свете десертом, и коротко кивнул, как будто готовился заранее.