Сильнейшие этого мира

— Ха! Нилли, иногда ты такой глупенький — даже не знаю, откуда в тебе эта очаровательная непосредственность, — усмехается от чужой реакции Шадоу Милк, продолжая нарезать круги вокруг своей оси, вместе с тем попивая что-то пахнущее кофе. — Я же большой начальник, а всякое начальство должно приходить раньше своих прислужников, чтобы проконтролировать их ответственность. — Сомневаюсь, что Вы сможете полноценно выполнить эту задачу, сидя в моём кабинете, который находится вдалеке от остальных, — с лёгкой усмешкой отвечает Ванилла, неспешно снимая с себя бежевое пальто и вешая его в личный шкаф. — Боги! Нилли, а я и не знал, что докторам нынче нужно обладать и какими-то спортивными достижениями! — неожиданно останавливает свои круговые вращения Милк, во все глаза рассматривая то, что скрывал вечно большой и мешковатый рабочий халат. А посмотреть было на что. Пусть сам по себе Ванилла не мог похвастаться массивным телосложением, однако постоянные силовые тренировки и генетическая предрасположенность сделали своё дело и теперь вместо гладких плеч у него виднелись округлые мышцы — плотные и совсем не мягкие. И если бы под плотной тканью кофты или свитера их было почти незаметно, то вот чёрная, обтягивающая водолазка выделяла всё до мельчайших деталей. — Нет, просто я стараюсь компенсировать сидячую работу посещением спортзала, — совершенно спокойно переживает чужое внимание Ванилла, хотя, насколько он помнил, многим омегам действительно отчего-то очень нравилось выводить невидимые круги на его руках и спине. Возможно, это была одна из заложенных особенностей психики дающих жизнь — искать достойного защитника для себя и потомства. — Кстати, как обстоят дела с Вашей проблемой? Надеюсь, боли не повторялись? — Пьюр не может сдержать игривого прищура, точно зная, что чужая ложь давно не секрет. — О, на самом деле, я последовал твоему совету, — с небольшим усилием Шадоу всё же заставляет себя оторвать взгляд от чужой фигуры и вновь вернуться к прошлому безделью. — Я подошёл прямо к этой омеге и предложил ей провести отличную ночку! — Надеюсь, Вы не цитировали ей всё то, что рассказали мне вчера? — заканчивая облачение в привычный белый халат, Ванилла приближается к своему рабочему месту, останавливаясь напротив Милка, который, кажется, даже не собирался покидать насиженного кресла. — Конечно нет, Силли-Ванилли! Я просто предложил ей потрахаться! — словно всем известную истину выплёвывает пошлость Шадоу, продолжая с вызовом смотреть на стоящего над ним доктора. Выгонит ли он его грубо? Или же удержит маску милашки, прося нежно и аккуратно? В любом случае это будет интересно. — Как она стонала и цеплялась за меня — мне казалось, что все мои немногочисленные соседи слышали эти песни во имя моего великолепия! — Что ж, я рад, что Ваша проблема решилась, — складывая руки на груди, Ванилла не спешил предпринимать хоть какое-то активное действие. Он знал, чувствовал, что Шадоу только и ждёт от него первого шага, движения, которое определит настроение их дальнейшего разговора. — Тогда, думаю, на этом я могу закрыть Ваш бланк болезни? — Конечно, делай свою работу — я мешать не буду, — довольно скалится Шадоу, закидывая одну ногу на другую и вызывающе потягивая свой почти кончившийся кофе. Вот только с кресла он даже не пытается встать — сидит, почти лежит в мягкой черноте, смотря на доктора с ожиданием затаившейся змеи. — К сожалению, не думаю, что это будет возможно без доступа к моему компьютеру, — уклончиво отвечает Пьюр, кивая в сторону чёрного монитора, путь до которого преграждал мужчина. Хотя, конечно, парень мог бы и отодвинуть кресло, которое так кстати было оснащено колёсиками, однако это означало бы его негласный «проигрыш» в странном противостоянии двух упрямств. Вот только, казалось бы, зачем Ванилле вообще беспокоиться о такой глупости? Видимо, чужой яд лжи начал заполнять и его душу. — Хм? — Шадоу Милк оглядывается вокруг настолько показательно-нелепо, что Ванилла в моменте еле сдерживает невольную усмешку. — Ах, и вправду, — стоит удивлённую мордашку мужчина, будто бы до этого действительно осознавал созданную им же ситуацию. — Что ж, прошу, — вот только ему явно не хватило той игры, которую они вели, именно поэтому Милк лишь несильно отталкивается ногами от пола, создавая небольшое свободное пространство между столом и креслом. Его было мало для полноценной работы, но достаточно, чтобы просто протиснуться и встать. — Он весь в твоём расположении, — улыбка становится шире, хотя, казалось бы, куда уж больше. — Что ж, хорошо, — неожиданно спокойно пожимает плечами Ванилла, делая шаг вперёд и разве что чудом не задевая бедром кресло. Места действительно мало, поэтому Шадоу почти искренне удивлён, смотря на человека, который так легко играет по его нечестным правилам. Улыбка на его губах дрогнула, но быстро вернула свою целостность. Чуть наклонившись, Ванилла с небольшим трудом включает компьютер — всё же, несмотря на странное противостояние, нельзя позволять загнать себя в ещё большие ограничения. Потому, опираясь одной ладонью на стол, второй парень вводит пароль и открывает нужное приложение — всё это время он полностью игнорирует чужое присутствие за своей спиной. Пусть это даётся ему не так просто, — всё же, их позиции не такие уж безобидные и естественные, — но Ванилла держится молодцом, продолжая свою работу. — Итак, больше никаких жалоб? — заканчивая оформление уже известных данных, Ванилла оборачивается через плечо к Шадоу и лишь на секунду ловит чужой взгляд, который явно был направлен на… место, совершенно для этого не подходящее. — Вы, кажется, немного заняты? — Нет, что ты, Нилли! — голос Милк резкий и наигранный, но, кажется, впервые настолько искренне-взволнованный. Его взгляд несколько мгновений нервно скачет по всем ближайшим объектам, очень уж «удачно» избегая того, что приковало его внимание ранее. — Кхм, на самом деле я ещё никогда не чувствовал себя настолько прекрасно! А потому, — Шадоу довольно резко поднимается со своего места, выходя из-за спины Ваниллы, — мне пора возвращаться к своей работе! Она, знаешь ли, очень важна. — Конечно, я закончу заполнение и без Вашего участия, — кивает Ванилла, наконец, получая доступ к своему креслу. Он не глядя нащупывает ладонью подлокотник и притянул его к себе. — Желаю удачного рабочего дня. — Ага, и ты не плошай, Нилли! — натягивая привычную хитрую улыбочку Шадоу театрально «снимает шляпу», кланяясь и довольно быстро оставляя доктора в желанной тишине. — Ха-а-а, — наконец, присаживаясь в своё кресло, Ванилла может немного расслабится и обмозговать всё произошедшее. Впрочем, времени на это уходит не так много — уже спустя миг на смуглых щеках проступает лёгкий румянец, а грудь поднимается в попытке уловить ускользающий аромат альфы. — А ведь я когда-то не любил чернику… Слава Богу, что весь оставшийся рабочий день прошёл в тишине и покое — даже Арчер и Спирит не посетили его сегодня, ограничиваясь привычной встречей на обеденном перерыве. Так что, говоря напрямую, Ванилла провёл день сидя в одиночестве и время от времени листая соцсети на своём телефоне. Это не запрещалось договором, поэтому он пользовался любой возможностью хоть чем-то занять свой мозг. И всё же, кажется, у Всевышнего были какие-то особые планы на его душу, ведь иначе и не объяснить, что прямо за час до конца рабочего дня, когда Ванилла решил прогуляться в уборную и уже возвращался к себе в кабинет, его слуха достигли громкие голоса и глухой шум. Почти сразу же в нос ударил острый запах разозлённых альф и также, примесью, ароматы встревоженных омег. В общем-то, коктейль был весьма говорящим, поэтому парень поспешил направиться в сторону одного из офисов, который отделяла полуоткрытая дверь. — Доктор! — тут же к нему, стоит только переступить порог, подлетает уже знакомый Спирит. — Вы как всегда вовремя! Тут такое! — Доктор Ванилла, нам нужна помощь специалиста, — тут же подхватывает чужой беспокойный трёп Арчер. Он выглядит куда спокойнее, но в зелёных глазах всё равно можно прочитать волнение и опасение. — Что случилось? — вмиг хмурится Ванилла, мысленно прикидывая возможные варианты произошедшего. Драка? Может, начавшийся у одного из работников гон? Или же что-то страшнее и проблематичнее? Вокруг него десятки напуганных и беспокойно оглядывающих его людей, поэтому вариантов просто тьма. — У одного из омег началась течка и, к сожалению, первыми это заметили несколько альф, — опережая своего пламенного и явно не подходящего для дачи показаний друга, обрисовывает ситуацию Арчер. — Несколько бет вступились за коллегу, однако альфам будто сорвало все тормоза и теперь они грызутся между собой, а оставшиеся сотрудники пытаются их задержать до прибытия охраны. — Что с омегой? — мигом обрывает рассказчика Ванилла, дабы перейти к действительно ценной информации. Всё же, судьба альф его интересовала мало, тогда как «источник» проблемы мог перенести не самые приятные последствия своей забывчивости. — Он закрылся в одном из кабинетов и отказывается оттуда выходить. Возможно, у него случилась паническая атака, — Арчер понимающе кивает, переключаясь на требуемую доктору информацию. Всё же, Пьюр всегда считал, что беты — это одни из самых лучших работников, которых можно взять на работу. Да, не такие выдающиеся как альфы или омеги, но куда более стабильные и приносящие значительно меньше проблем своим нанимателям. — Хорошо, отведите меня туда — я постараюсь договориться, — подумав лишь секунду, Ванилла всё же решает исполнить свою непрямую обязанность. Всё же, работать психологической поддержкой уж явно не входило в его трудовой договор. Может, ему действительно получить эту дополнительную специальность, как и советовала Лилия? Бета послушно кивает и, одним лишь острым взглядом заставляя своего товарища остаться на месте, направляется вглубь офисного помещения. Ванилла поспешно следует за ним, мысленно уже прикидывая то, как будет доставать омегу из панического состояния и заодно кабинета, в котором он нашёл убежище. — Это здесь, — кивает Арчер, указывая на явно пережившую некоторые нападки со стороны менее адекватных сотрудников дверь. Вот только, стоит ему сделать ещё один шаг, как откуда-то сбоку показывается встрёпанный и явно недобро глядящий на «соперников» альфа. Он двигается быстро и неожиданно, будто бы полностью отдавшийся своей первозданной части зверь. — Арчер! — с небольшим, но фатальным опозданием Ванилла дёргается в сторону своего провожатого, которого уже сносит массивная фигура альфы. Тяжёлый кулак прилетает точно по бледной скуле, заставляя Винда пошатнуться и отступить назад — в глазах беты всплеснулся природный страх перед более сильным существом. — Ах ты мудак! — вот только, кажется, «оставленный» ранее Спирит был совершенно иного мнения о чужом наказе-приказе, оттого и последовал за парой знакомых, подоспевая точно в тот момент, когда случилось нападение. И уж увидев красный след на щеке своего друга, он не смог сдержать всколыхнувшийся в крови адреналин — это и так была не самая простая задача, а уж в таком плотном омуте из разных запахов будоражило даже флегматичных бет. — Стой! — восклицает Ванилла, однако мятежный альфа уже бросается на обидчика, нанося ответный удар и вызывая недовольный рык у своего оппонента. Честно, Пьюр и сам чувствует, как внутри натягивается невидимая лента контроля — трещит, напрягается, но всё ещё держит его от необдуманных действий. — Арчер, в сторону! — неожиданно грубым и хлёстким голосом командует бете Ванилла, вызывая у того лишь одну естественную реакцию — мигом подчиниться. Сам же парень приближается к двум сцепившимся альфам, высматривая варианты того, как он мог бы их разнять, при этом не причинив никому лишнего труда. Хотя, конечно же, внутренний энигма уже предлагал десятки вариантов расправы над глупыми альфами, однако Ванилла с лёгкостью игнорировал эти порывы, так как знал, что ни к чему хорошему это не приведёт. Вот только и других, «хороших» вариантов не становилось больше. — Я сказал… Стоять! — это был грязный и нечестный трюк, который мог стоить Ванилле его секрета и спокойной жизни, однако усилившийся запах перепуганного омеги и появившиеся первые ранения на лице и теле Спирита заставили его откинуть последние сомнения. Всё равно, думает парень, потом можно оправдаться собственными «особенностями» или, в крайнем случае, намекнуть начальство на право о неприкосновенности дельт и энигм для публики. И в тот же миг, подобно скорости и резкости его слов, давящая, сковывающая и лишающая воли аура заполняет небольшое пространство возле злосчастного кабинета. Ванилла умел неплохо ею управлять, поэтому сосредоточил всю мощь и тяжесть собственной воли на этом небольшом клочке территории, дабы даже отошедший в сторону Арчер не почувствовал этого, не говоря уже о замерших неподалёку зеваках. Стоило ему закончить фразу, как Спирит и другой безымянный альфа вмиг замерли, остолбенели, будто поражённые странным оцепенением. В следующую секунду из их груди вырывается хриплый вздох и оба альфы, будто прошедшие курс синхронной гимнастики, падают на колени, хватаясь на горло или грудь. Взгляды их при этом стали куда яснее, однако на место животной ярости пришёл такой же первозданный страх. И причиной этого ужаса был доктор, который ныне молчаливой статуей возвышался над зачинщиками драки. — Не двигайтесь, — отдаёт новый приказ Ванилла, хотя, на деле, в его словах не было никакой магии, простая биология. Существо, что всегда считало себя вершиной пищевой цепочки, всегда будет прислушиваться к словам того, кто эти устои сломал, поэтому парень даже не сомневался в своих силах. Сам же энигма решил времени зря не терять и, пока не прибыла явно как-то слишком задерживающаяся охрана, закрыть все образовавшиеся проблемы за один заход. Именно поэтому он довольно поспешно для своего нынешнего положения направляется к запертой двери и, прислонившись к ней как можно ближе, перенаправил свой запах и ауру внутрь небольшого помещения. Всё равно, если уж омега дошёл до стадии глупого отрицания всякой действительно, но никакими разговорами ему не помочь. — Не беспокойся, всё в порядке — можешь открыть дверь, — скорее для создания собственного алиби, нежели ради решения этой задачи, шепчет успокаивающие слова Ванилла. Всё же, всем остальным лучше как можно меньше видеть его странных сил и как можно больше убедиться в том, что это простая биология и профессионализм умелого доктора. — Давай, я буду ждать тебя здесь и заберу в медпункт — там мы обработаем твои раны и я выдам подавители. Теперь Пьюр не давил аурой, как делал это с альфами, а наоборот — нежно и аккуратно манил, раскрывал чужое сознание для своего голоса. Омеги всегда странно реагировали на такую сторону энигм — какое-то противоречивое безусловное доверие просыпалось в их душах, стоило сильнейшему из альф обратить на них свою нежность. Возможно, это вновь какой-то позабытый природный механизм, который помогал выжить, однако сейчас не время и уж точно не место для подобных научных размышлений. — Вот так, всё хорошо, — отступая на шаг назад, Ванилла с облегчением наблюдает за напуганным, но всё же согласно следующим за его голосом омегой. Кажется, тот не успел пострадать — не было и намёка на то, что его кто-то тронул. Так что, скорее всего, парень ограничится выдачей подавителей и выпиской в дом с последующим отгулом по состоянию здоровья. После этого, под тихие перешёптывания и внимательные взгляды других работников отдела, Пьюр неспешно выводит омегу из офиса, направляясь к себе в кабинет. Где-то на половине пути они пересекаются с растрёпанными охранниками — те сразу же как-то по-особенному переглядываются между собой, заметив спутника Ваниллы. Парень же эти гляделки игнорирует, с каплей раздражения думая о том, что если бы не нерасторопность этих сотрудников, то ему бы и не пришлось ставить себя под удар. Оказавшись, наконец, в своём кабинете, Ванилла усаживает омегу на кушетку, а сам направляется к запертым на надёжный замок шкафчикам. Всё же, подавители никогда не были препаратом общего назначения, поэтому их сохранность входила в перечень прямых обязанностей доктора. Найдя необходимый блистер, Пьюр вернулся к омеге. Тот, кажется, медленно, но верно приходил в себя — в тёмных глазах плескалось беспокойство и остаточный страх, однако они более не были замутнены бушующими гормонами. По сути, опасность миновала и теперь остаётся лишь разгребать последствия, которые обязательно будут, если судить по масштабам этого инцидента. — Всё, можете быть свободны — я сообщу начальству о Вашем состоянии и оформлю больничный лист, — кивает на дверь Ванилла, наконец, присаживаясь в своё кресло и позволяя себе усталый вздох. Да уж, давненько он не пользовался своей аурой в столь тонком и волнительном деле — казалось, будто бы он весь день бегал кругами, а не спокойно сидел в своём кабинете. — Вещи, скорее всего, Вы сможете забрать на посту охраны. — Спасибо Вам! — поспешно кланяется омега и, подхватив выданный блистер с таблетками, поспешно удаляется, тихо прикрыв за собой дверь. Впрочем, это было лишь началом проблем для Ваниллы, ведь, спустя каких-то десять минут блаженного покоя в его дверь постучались и в кабинет, понуро опустив взгляд в пол, вошёл Спирит собственной персоной. За ним, вполне ожидаемо, проследовал и Арчер — его щека всё ещё была красной, однако, кажется, никаких серьёзных последствий у этой травмы не было. — Ну что, герои-спасатели, присаживайтесь, — пусть вздох энигмы и был наполнен тяжестью осознания сверхурочной работы, но на губах Ваниллы уже играла привычная мягкая улыбка. Как бы то ни было, но он попросту не мог оставить своих знакомых в беде. Даже если причиной её происхождения были они сами. — Ничему вас жизнь не учит. — Пф, да это я ещё мало тому идиоту наподдал, — показательно фыркает Спирит, однако сразу же получает удар локтем от хмурого Арчера. — Нет, ну ты подумай — этот идиот напал на тебя, на бету! Совсем им мозги из-за этой омеги снесло… — Это вполне естественно, особенно, если эти альфы долго время употребляли подавители, — качает головой Ванилла, прикладывая проспиртованную ватку к ссадинам на лице альфы и показательно никак не избавляя его от лёгкой боли. Ничего, думает он, если этот здоровяк так легко бросается в бой, то пусть также легко принимает удары судьбы в кабинете доктора. — И, скорее всего, у них долго не было партнёра. — Ну я же как-то смог сдержаться! — недовольно вскидывается Фаер, однако быстро стихает, когда Арчер вновь кидает на него предупреждающий взгляд. Не дурак, понял. — Думаю, тут сказывается психология твоего альфы, — понимая, что ступает на скользкую дорожку, Ванилла всё же заводит этот разговор. И не то чтобы ему так интересны чужие отношения — нет, он бы предпочёл оставить эти переживания в стороне от своего сознания. Скорее таким образом он пытается переключить чужое внимание от произошедшего на грядущие насущные вопросы. — Всё же, когда ты уже подсознательно закрепился на одном партнёре, то твои гормоны также подстраиваются под роль «занятого». И для этого, знаешь ли, не обязательно вступать в какие-то связи, помимо вербальных. — Ч-что?! — тут же вспыхивает, аки невинная дева Фаер, однако его мигом метнувшийся к Арчеру взгляд сразу же сдаёт все его мысли. — Нет! У-у меня н-никого нет! — Да-да, а я не доктор, а волшебный целитель, — закатывает глаза Ванилла, заканчивая с повреждениями на лице альфы и переходя ко всё ещё сохраняющему молчание бете. — Можешь не переживать — я просто говорю общую базу данных об альфах, которую знаю, поэтому ничего удивительно, если она немного отличается от действительности. — То есть, если альфа на ком-то… «закрепился», то больше не может испытывать влечение к другим? — неожиданно к диалогу подключается и Винд, который даже не морщится от прикосновений чужих ладоней и проспиртованных приборов к своему лицу. — Арчер! — тут же вновь возмущённо подскакивает с места Спирит, во все глаза глядя на своего флегматичного и, обычно, не сильно заинтересованного этой темой друга. — Да, этот процесс выработался ещё у наших далёких предков — он позволял исключить оставление альфой партнёра, который должен, в теории, стать его семьёй, — кивает Ванилла, довольно быстро заканчивая работу над своим мирным пациентом. — Всё же, раньше главным условием выживания была либо удивительная физическая сила, подобная альфьей, либо нахождение под защитой того, кто ею обладал. — Л-ладно! — тут же подскакивает, будто ошпаренный, Спирит. Он нервно бегает взглядом по кабинету, пока также внезапно не хватает Арчера за свободную ладонь, заставляя подняться вслед за собой. — Мы пошли, а то, наверное, тебе и самому хочется домой! — Удачи вам, ребята, — по-доброму усмехается Ванилла, провожая двух парней игривым взглядом. Возможно, идея о дополнительном образовании на психолога не такая уж и глупая. Вон, сколько удивительных ситуаций он мог бы разобрать, обладая достаточными компетенциями. Впрочем, эти мысли стоит отложить до более стабильных времён, ведь обучение во время рабочих будней будет весьма затруднительным. Наконец-то непомерно длинный и наполненный разными по приятности событиями день закончился. Ванилла вновь сменил свой рабочий халат на тёплое бежевое пальто, выключая свет в кабинете и с каплей печали ловя взглядом стрелку настенных часов, которая уже давно приблизилась к восьми. Что ж, в любом случае это был официальный инцидент, который он зафиксировал в документах и даже направил копии в головной офис. Так что ему оплатят эту неустойку и переработку сполна. Уже выходя из здания, Ванилла краем глаза замечает тёмный автомобиль, припаркованный чуть в стороне. Странное совпадение, но почему-то ни одна из других машин не привлекла его так, как эта. Хотя, присмотревшись получше, парень понял причину — явно купленные ради красоты номера, тонированное стекло и стоящий чуть поодаль молодой человек смутно знакомой внешности не могли оставить его равнодушным. — Ох, это же мой друг Нилли! — внезапно из здания, будто бы повторяя кадры из какого-то романтического фильма об офисе, вылетает уже знакомый Шадоу Милк. — Какая неожиданная встреча! А я думал, что ты всё ещё корпишь над бумажками о произошедшей заварушке, — подойдя ближе альфа, мимолётно оглядывает чужую фигуру, будто ожидая что-то в ней заметить. — Ну как ты, не потрепали спермотоксикозные альфы? Слышал, ты в одиночку унял двух драчунов и даже вывел омегу из паники. Вот это я понимаю — истинный благодетель! — Не стоит, я просто выполнял свою работу, — сдержанно принимает чужую похвалу Ванилла, думая о том, что, возможно, ему стоило не засматриваться на странный автомобиль, а просто пойти в сторону остановки. — Что ж, так как время позднее, то я вынужден откланяться — моё такси должно скоро подъехать. — Боги, Нилли! — неожиданно восклицает Шадоу, театрально прикладывая руку к сердцу. Кажется, этот жест был один из его любимых. — Чего же ты мне раньше не сказал, что так стеснён в передвижении по городу?! — Не думаю, что это можно так назвать, — уже предчувствуя новую волну театральной поставки во имя Милка, Ванилла как бы невзначай делает шаг назад. — Я вполне комфортно передвигаюсь на заказных машинах. — Пф, ну и нужны тебе эти траты? — картинно закатывает глаза Шадоу, всё-таки обращая внимание на машину и парня, который стоял рядом с ней. — Хэй, мой дорогой миньон, сегодня мы немного изменим курс нашей поездки! — Если Вы платите, Господин Шадоу, то я не против, — совершенно бесстыдно ухмыляется «миньон», в котором Ванилла, наконец, узнаёт ранее обрисованный своими знакомыми образ Сапфира. Действительно, как могло быть иначе — он столько раз видел самого Шадоу Милка и ни разу его верного секретаря. Видимо, сам мир решил исправить это «упущение». — Назовёте адрес, мистер?.. — Ванилла, — подсказывает Пьюр, но тут же мысленно даёт себе оплеуху за такое быстрое согласие. — Но, на самом деле, не стоит — я вполне в состоянии добраться самостоятельно. — Оу, неужели мой Нилли боится рассказать своему другу домашний адрес? — тут же недовольно дует губы Шадоу, становясь ещё больше похожим на капризного ребёнка. Хотя, признаться честно, именно им он и являлся. По крайней мере, для Ваниллы на последние дни эта картина казалась куда реальнее, нежели бытие наследника крупкой компании. — Не беспокойся — я обещаю не приезжать к тебе ночью и не стоять под твоими дверьми, вслушиваясь в звуки твоего дыхания! — Что ж, это звучит почти не жутко, — неловко улыбается Ванилла, однако ноги уже сами несут его к услужливо открытой дверце заднего сиденья. Ну действительно, что может случиться, если Шадоу узнает его адрес? Прописка всё равно совпадает с фактическим местом жительства, так что, если бы начальник действительно захотел, то узнал эту информацию и без вмешательства в частную жизнь. — В любом случае, благодарю за услугу. — Всё для моего прекрасного друга Нилли, — тут же зубастой акулой улыбается Шадоу, проходя вслед за своим знакомым и садясь на соседнее сиденье. В машине ожидаемо темно, однако ничуть не тесно — они оба могут свободно расположиться на местах, никак друг другу не мешая. — Стартуем, мой друг! — Как прикажете, Мастер, — ухмыляется Сапфир, присаживаясь на водительское сиденье и ловко заводя мягко урчащий мотор, в каждом звуке которого ощущалась вся дороговизна этого автомобиля. Ванилла даже невольно заслушивается этим приятным звуком, хотя ранее никогда не замечал у себя особого отношения к машинам и их показателям. Видимо, какая-то часть его «альфьей сущности» всё же пробивается сквозь пелену терпения и гармонии с собой. — Так что же, Нилли, расскажешь секрет своего сегодняшнего триумфа? — и всё же, как бы Пьюр не надеялся на спокойную и тихую поездку, уже спустя пару минут к нему вновь поворачивается хитро прищурившийся Шадоу, явно желая продолжить ту болтовню, что он затевал каждую их встречу. И не то чтобы Ванилла резко против, нет — напряжённая неловкая тишина была бы гораздо хуже этого, однако тема, выбранная директором, была не самая ожидаемая и желаемая. — Ничего такого, я просто воспользовался психологией альф и немного собственными силами, — уклончиво и без подробностей отвечает парень, невольно морщась от возобновившейся рези в глазах. Всё же, время ношения его линз давно истекло, но из-за сегодняшней задержки он опоздал со сменой ещё больше чем обычно. Верно, завтра ему придётся прийти в своих почти позабытых на долгое время очках, иначе переносящие такую серьёзную нагрузку глаза сдадутся окончательно, награждая его не только повышенной слезоточивостью, но и головной болью. — Что, неужели, как и всякий талантливый фокусник, ты не желаешь раскрывать своих секретов? — по-детски канючит Милк, явно разочаровываясь от такого сухого и несодержательного ответа. — Ах, Нилли, а я думал, что у подчинённых нет тайн от своих руководителей. — Если Вам так интересно, то я могу предоставить полный отчёт по этому событию вместе с медицинским освидетельствованием всех, кто обратился ко мне за помощью, — пусть Ванилле и не хотелось делать столько лишней работы, но лучше уж он потратит несколько часов на бесполезные бумажки с его почти реальными фантазиями, нежели продолжит играть в игру «правда или действие», где оппонент неоспоримо жульничает. — Этого будет достаточно для моей честности? — Хм-м, — задумчиво тянет Шадоу, картинно приставляя ладонь к подбородку и потирая его, будто бы это могло помочь его мыслительному процессу. — Нет, знаешь, я всё ещё хочу услышать эту историю лично от тебя! — довольной лисой усмехается Милк, успевая лишь краем зрения уловить то разочарование, которое отразилось в гетерохромных глазах. Он-то точно чувствует, когда собеседник желает от него увильнуть. — Что ж, тогда, можете подойти в мой кабинет в свободное время и, если я также буду свободен, то обязательно расскажу всё лично, — и всё же, Ванилла слишком сегодня устал, чтобы продолжать прежде длительные и доходящие до абсурда споры. Возможно, потом, когда Шадоу придёт за обещанной историей, он обязательно продолжит прерванное противостояние, но сейчас парень желал лишь одного — вернуться домой, снять линзы и упасть на широкую кровать, забываясь спокойным сном. — Ха, ловлю тебя на сло-… Нилли, неужели эти альфачи всё-таки задели твоё нежное сердце беты? — резко прерывает свою тираду Шадоу, замечая, как мокрая капля сползает по чужой щеке. Честно, он даже почувствовал укол искреннего беспокойства, что для него, конечно же, было огромной редкостью. — Ох, не беспокойтесь, это реакция на долгое ношение линз, — мягко улыбается Ванилла, вытирая дорожку от слезы и всё же морщась от новой рези в глазах. Наверное, ему всё же стоит принести и к себе на работу парочку запасных контейнеров с физиологическим раствором, чтобы хотя бы в подобных экстренных ситуациях иметь возможность сменить линзы. — Обычно я успевал сменить их до того, как это станет проблемой, однако сегодня, как Вы понимаете, не вышло. — О? Так ты у нас слепыш? — чужое объяснение мигом позволяет Шадоу вернуть внутреннее равновесие и с новым приливом интереса вглядеться в чужое лицо. — А я думал, что у идеального доктора идеально всё. — К сожалению, было бы это так, то я бы экономил значительную часть своего бюджета, которая уходит на офтальмологию, — тихо хмыкает Ванилла, подмечая, что пейзаж за окном машины стал ему совсем уж знакомым, а спустя минуту он и вовсе увидел свой дом. — Что ж, благодарю Вас за оказанную мне услугу — было приятно добраться домой быстрее обычного, — Пьюр было собирается открыть дверь и выйти самостоятельно, однако его опережает уже вышедший из машины Сапфир, который галантно придерживает дверь, почти как швейцар в поклоне провожая парня на выход. — Благодарю. — Эй, Нилли! — когда Ванилла делает пару шагов в сторону дома, его догоняет уже знакомый голос Шадоу. — М? — и всё же, несмотря на усталость и желание побыстрее избавиться от неприятной боли в глазах, Пьюр не может удержать свой глупый интерес, оборачиваясь и ловя неожиданно внимательный и по-настоящему серьёзный взгляд мужчины. — Слушай, — тянет Милк, обводя чужую фигуру пристальным взглядом. Неспешно, аккуратно, изредка останавливаясь на отдельных кусочках чужого образа. — Ты, случаем, не скрываешь свой настоящий пол? — Что? — и тут же всё внутри Ваниллы замирает, напрягается, скручивается в плотный узел. Он экстренно пытается вспомнить хоть один момент из сегодняшнего дня, когда бы позволил такой мысли возникнуть в чужой голове. — Ты омега? — всё ещё всматриваясь в мягкие черты смуглого лица, выпаливает Шадоу Милк. — Чт-… — напряжение схлынуло с него, будто вода с резиновой поверхности сапог — быстро и без остатка. Ванилла настолько поражён и опьянён этим чувством, что не сдерживает звонкого и продолжительного смеха, жмурясь и пытаясь хотя бы немного приглушить его ладонью. — Господин, что за глупости? — наконец, немного отсмеявшись, Ванилла вновь обращает взгляд на заметно занервничавшего Милка. — Н-ничего! Я просто спросил — нет так нет! — тут же выпаливает Шадоу и экстренно жмёт на кнопку закрытия окна. — Всё, бывай! Машина стартует почти сразу же, унося вместе с собой запах черники и сладковатые нотки смущения в нём. Ванилла же лишь пожимает плечами, поворачиваясь к дому и заходя внутрь — в тепло и покой, который он так ждал.