My moon/Моя луна

Бип — бип — бип Телефон, чёрный, как ночь, который у него вместо будильника, затрещал и вырвал маленького человека из глубокого сна. Глай, который лёг всего пару часов назад, потому что всю ночь добивал отчёт, медленно поднял руку и провёл ладонью по лицу. Ему ужасно хотелось поспать ещё хоть немного, но он боялся, что снова вырубится надолго, поэтому заставил себя сесть, борясь с сонливостью. Тонкие пальцы потянулись к чёрному телефону, который так настойчиво орал, и нажали на кнопку отключения. Светлые веки снова сомкнулись, прежде чем маленький парень глубоко втянул воздух в лёгкие. Глай надеялся, что кислород хоть чуть-чуть взбодрит его. Он чувствовал себя нереально вымотанным… Лёг почти в десять утра. А вставать надо в полдень. Жизнь студента универа такая… Бзз… Вибрация заставила Глая снова открыть глаза и посмотреть на экран телефона. Увидев высветившееся имя, он тут же постарался стряхнуть остатки сонливости. Разговаривать со старшим сонным голосом, так себе идея. — Да, Пи Дияр. — Сегодня ты не придёшь на репетицию, да, Глай? — Да. Вчера я прогнал от начала до конца несколько раз. — Уже играешь свободно, да? — Да, Пи Дияр. — Если надумаешь прийти ещё порепетировать, скажи мне. Я попрошу младших подготовить зал для тебя. — Окей. Я посмотрю расписание и ещё раз напишу Пи Дияр. Сейчас просто во многих предметах презентации, но я постараюсь выкроить время и прийти порепетировать ещё раз-другой до дня опен-хауса. — Хорошо, Глай… Прости, что я так тебя дёргаю, но младшие сказали, что она очень сложная, никто его не может сыграть… — Ничего, Пи Дияр. Я с радостью помогу. — Ты всегда такой добрый к мне. После выступления я свожу тебя поесть. Глай рассмеялся и ответил: — Не нужно. Но если Пи Дияр и правда захочет меня накормить, я заранее благодарен. — Ладно… Не буду тебя больше мучить. Увидимся в универе, Глай. — Да~ Отключив звонок от старшего, Глай положил телефон рядом с настольной лампой, как и раньше. Пи Дияр был одним из самых близких для него старших. В детстве он ходил в ту же школу тайской музыки, что и он. Отец отправил его туда, потому что хотел, чтобы сын играл на ксилафоне, но Глаю этот инструмент не особенно нравился, и он прямо так отцу и сказал. Тогда отец предложил ему самому выбрать инструмент. Когда Глай услышал, как Пи Дияр в одной из комнат играет на цитре, он сразу влюбился в мягкое, красивое звучание этого инструмента. С тех пор он выбрал цитру и всё время занимался в одном классе с Пи Дияр. Но когда Глай перешёл в старшую школу, ему пришлось бросить тайскую музыку, потому что всё время уходило на учёбу. Однако дома он всё равно регулярно играл на цитре. С Пи Дияр он давно не виделся, но они всё это время поддерживали связь. И только когда он поступил в универ, они снова стали часто пересекаться. Факультет изящных искусств, где учился Пи Дияр, готовил разные выступления для опен-хауса. В его отделении планировали вокальный номер в большом конференц-зале. Ему дали петь «Как во сне». В этой песне есть партия цитры. Поскольку первокурсники не могли её сыграть, на прошлой неделе Пи Дияр позвонил и попросил о помощи. Глай согласился, не раздумывая. Он не считал, что это какая-то тяжёлая ноша, просто нужно было чаще репетировать. Вчера, когда после учёбы у него освободилось немного времени, он заехал на факультет Пи Дияр порепетировать. Из-за этого Глай и не увидел луну в 17:30… Маленький парень поднялся с кровати и без промедления пошёл в ванную. Он стянул с себя кофту и короткие шорты, швырнул их в корзину. Глай знал, что обычно долго возится в душе, поэтому сидеть, клюя носом на кровати, было нельзя. Спустя какое-то время, потраченное на душ и сборы, маленький парень в тёмно-синем костюме подошёл к столу и взял распечатанный накануне отчёт. Его взгляд скользнул к двум кактусам, стоящим рядом на рабочем столе. На милом лице появилась лёгкая улыбка. Глай протянул палец и аккуратно коснулся маленьких колючек на кактусе, который подарил ему Луна, и тихо прошептал: — Вчера мы так и не увиделись… Я так скучаю, Кхун Сасин. Отправив своё «скучаю» через маленького кактуса-представителя, староста группы, которому сегодня ещё вести презентацию, поспешил схватить ключи от машины и кожаную сумку и вышел из комнаты. Он хотел приехать в универ пораньше, чтобы успеть порепетировать презентацию с друзьями. Выйдя из лифта, Глай направился на подземную парковку кондо. Он быстро зашагал к белому Audi A5. В тот момент, когда он уже открывал дверь, в LINE пришло сообщение. Глай, устроившись в машине, достал телефон из кармана. LINE Мэмэй: Глай, мы уже в универе. Нам заказать тебе айс-какао (совсем без сахара), чтобы к твоему приходу уже стояло? Мэмэй: Ты уже выехал из кондо? Ппай: Я припарковалась, иду к учебному корпусу. Похоже, сегодня именно Глай выезжает в универ позже всех. Глайджай: Я сам схожу и закажу, Мэй. Я только что выехал из кондо. Мэмэй: Окей, тогда давай ты сам. Глайджай: Я пока поеду, ладно. Ппай: Езжай аккуратно, Глай. Мэмэй: Не гони. У нас ещё кучу часов до начала. Глайджай: *отправил стикер* Глай отправил друзьям стикер с прыгающим кроликом, вокруг которого кружатся красные сердечки, положил телефон рядом и сосредоточился на дороге. Сегодня, после того, как он закончит презентацию, Глай обязательно сразу пойдёт к своему кхуну Луне. Днём пробки были довольно серьёзные, поэтому в универ Глай приехал позже, чем планировал. Он загнал машину под учебный корпус, припарковался и поспешил в кофейню, где его ждали друзья. Как только он вошёл, то увидел, как Мэй и Пай оживлённо болтают. — Наш глава группы прибыл~ — радостно воскликнула Пай, когда он подошёл к столу. — Дороги жутко забиты. — До презентации ещё сорок минут. Хочешь что-нибудь перекусить? Успеешь. — Лучше поем после, когда всё закончится. — То есть ты ни завтрак, ни обед перед выходом из кондо не ел? — Пай прищурилась и наставила на него палец. Глай виновато улыбнулся: — Я торопился… Боялся опоздать. — Глай, постарайся всё-таки завтракать. Если заработаешь гастрит, лечить его трудно. Я вот до сих пор мучаюсь, никак не проходит, — Мэй отчитала его строгим тоном. — Завтра я прямо с утра встану поесть… — он не успел договорить, как обе подруги синхронно покачали головой, явно не веря. Тогда Глай опустился на стул напротив и поднял мизинец. — Честно-честно обещаю. — Если Глайджай даёт клятву мизинцем, значит, он правда постарается, — заметила Пай. Глай улыбнулся и энергично кивнул: — Ага. — Обещал, Глайджай, — Пай зацепила своим мизинцем его. — Угу, обещал. — Раз с обещанием разобрались, пошли уже в аудиторию ждать своей очереди. Маленький парень поднялся во весь рост. Глай достал из сумки отчёт и протянул друзьям. Пай взяла и, раскрыв, округлила глаза: — Ого… Работа шикарная. Уже с обложки видно. — По части учёбы наш кхун руководитель ничего абы как не сдаёт. Всё должно быть вылизано до последней мелочи. — Мэй, ты преувеличиваешь, — Глай усмехнулся. — Я просто стараюсь делать как можно лучше. — У тебя планка «как можно лучше» вообще за облаками. Глай громко рассмеялся от подкола и сказал: — Пошли. А то в зал войдём последними. Мэй и Пай кивнули. Они уже какое-то время ждали лифт, когда увидели, как Нью и Тос выходят из кофейни и направляются к ним. Глай не придал этому значения, принял отчёт от Пай и поднял голову, чтобы посмотреть на стрелку над дверью лифта. В этот момент громкий возглас Пай вырвал его внимание. — Глай, осторожно! Глай повернулся к Пай, чьи глаза были широко распахнуты от испуга. Он сразу понял, что слева от него что-то происходит. Но даже не успев толком повернуть голову, он почувствовал, как горячая жидкость пробивается через ткань и касается кожи. Он дёрнулся, в области левой части груди обожгло. Но, несмотря на это, он не растерялся и тут же поднял отчёт над головой, чтобы его не залило. Пай схватила его за руку и резко притянула ближе к себе. Только тогда Глай обернулся налево, чтобы понять, откуда на белой рубашке взялись коричневые пятна. Тос… с белым бумажным стаканом, по краям которого всё ещё стекала коричневая жидкость. В такой ситуации первым делом нужно было взять себя в руки. Глай промолчал, хотя внутри у него уже на пределе было терпение. Он протянул целый, не задетый отчёт Пай. Мэй стиснула зубы, сверля взглядом Нью и Тоса. Как только Пай приняла отчёт, Глай тут же снял тёмно-синий пиджак, чтобы на нём не осталось пятен. Одной заляпанной рубашки уже более чем достаточно. Он встряхнул пиджак, проверяя, не пострадал ли он, и только потом опустил взгляд на белую рубашку с кофейными разводами. Сейчас Глай наконец понял, каково людям, на которых проливают кипяток. Наверное, вот так и чувствуется этот жгучий жар… — Я… я не хотел, честно, — промямлил Тос. — Ещё как хотел, Тос! Я видела, как ты пальцем толкнул Нью, чтобы ты врезался в Глая! — выкрикнула Мэй. — Когда ты, наконец, перестанешь меня оговаривать, Мэй? — прищурилась Нью. — Я тебя, значит, оговариваю? — Ага. Ты вечно всё видишь в чёрном свете. — Закрой рот, Нью! Сама-то хороша! — Мэй, успокойся… Ссориться в универе нехорошо, — Пай попыталась остудить взбешённую подругу. Хотя Глай и не видел начала всего происходящего, он понял, что его намеренно задели, как только почувствовал на себе удар и горячий кофе. Но разобраться в происходящем он и сам был в состоянии. Он посмотрел на Тоса с чашкой в руках. Тот сначала пытался выдержать его взгляд, но быстро сдался и отвёл глаза. По всему было видно, что они с Нью действительно что-то задумали, просто не совсем по плану вышло. На самом деле они, скорее всего, хотели запачкать отчёт, а не рубашку. Это было видно и по тревожному взгляду Тоса, и по тому, как Нью всё время косилась на отчёт у Пай в руках. Глай тяжело вздохнул, устав от этого всего. По поведению этих двоих он понимал, что справиться с ними будет нетрудно. Он не собирался мстить в духе дешёвых драм. Это только время тратить впустую. Если подумать, Нью и Тос вели себя как дети. А с детьми, которые не умеют взрослеть, нужно обращаться как взрослый, который умеет одёрнуть хулигана и заставить его задуматься. Он спокойно, с ровным взглядом подошёл к ним ближе и сказал: — Отчёт вы, как ни старались, всё равно не залили. Ссылка на «я не специально»… — он выдержал паузу. — Только показывает, что вы выросли только телом. Мозг за телом не успел. Я не собираюсь вам мстить и опускаться до детских подколов. Я всё это время терпел, потому что не люблю скандалы, хотя прекрасно вижу, что ты с Нью постоянно нас подкалываете, — Глай посмотрел им в глаза. — Но сегодня вы зашли слишком далеко. За рамки нормального человеческого поведения. Если вы не перестанете трогать меня и моих друзей, мне придётся рассказать обо всём куратору. И не надейтесь, что он нам не поверит. Я расскажу и о том, почему ушёл из вашей группы. Я расскажу, как Тос, Нью и Орн не делали свою часть работы, и как в тот вечер в баре случилось то, после чего я решил с вами больше не общаться… Когда куратор всё это услышит, он точно поймёт, что у его подопечных с обеих сторон проблемы. Думаю, сами вы между собой разобраться не можешь. Так что, если куратор поможет вам их разобрать, будет лучше. — Я правда не хотел… Руки сами дрогнули, когда я мимо Глая шёл, — забормотал Тос. — Если не хочешь проблем… держись от меня на расстоянии, — отрезал Глай. Он посмотрел на обоих. Тос и Нью явно занервничали. Они привыкли, что он молча терпит и всё спускает на тормозах, поэтому не ожидали такого ответа. Их застали врасплох. Глай вернулся к друзьям. Мэй как раз о чём-то взволнованно говорила по телефону, а Пай быстро что-то печатала в телефоне. Затем она подняла на него взгляд, полный расстройства. — Что-то случилось? — Я уже написала другу с другого факультета, попросила одолжить рубашку. Хотела, чтобы ты переоделся, выступил, а потом вернул. Но он тоже сегодня презентует, в то же время, что и мы. — У меня тоже, кажется, никто не успеет доехать и привезти одежду, — добавила Мэй. Глай перевёл взгляд с одной на другую и, чтобы развеять их тревогу, улыбнулся. Вариант, как решить проблему с заляпанной рубашкой, у него уже был, поэтому он не особо переживал. Друзья же волновались не зря, сегодня на презентацию пришли несколько приглашённых преподавателей. Он понимал, что если честно объяснить преподавателям, что случилось, его, скорее всего, поймут. Но времени оставалось немного, и он решил, что сначала надо всё-таки попытаться решить вопрос с одеждой, а уже потом, если не получится, заходить в аудиторию и надеяться на снисхождение. — Мы четвёртые презентуем, да? — уточнил Глай, глядя на часы. — Да. — Тогда мне уже пора. Мэй, Пай, вы идите в аудиторию, ждите меня там. Я постараюсь вернуться как можно скорее. — Куда ты собрался? — спросила Мэй. — Перейду дорогу и куплю новую рубашку в магазине напротив. Осталось двадцать минут, должны успеть. — Точно! Я совсем забыла, что напротив универа есть магазин с униформой. — Оставишь пиджак нам? — предложила Пай. — Не, я возьму его с собой. Переоденусь, и сразу полностью приведу себя в порядок. — Окей. — Тогда беги. Когда куратор начнёт отмечать присутствие, мы скажем, что ты в туалет вышел. Чтобы он не переживал, — добавила Мэй. — Я побежал. Глай кивнул, развернулся к выходу. Нью и Тос тут же отвели глаза и уставились на дверь лифта. Маленький парень лишь слегка покачал головой и вздохнул. Тот, кто совершил ошибку и не способен взять ответственность, выглядит именно так… Глай полубегом вышел из зоны лифтов. Он снова опустил взгляд на кофейное пятно слева на груди, расстегнул верхнюю пуговицу и осторожно оттянул ткань, чтобы посмотреть на красное пятно на коже. Он подумал, что после презентации надо будет зайти в аптеку. Он время от времени поднимал голову, чтобы не врезаться в кого-нибудь, и снова смотрел на заляпанную рубашку. И в этот момент в поле зрения попали чёрные кеды Vans, принадлежащие кому-то, кто стоял прямо на его пути. Глай остановился, когда хозяин этих кед подошёл ближе. Он всё ещё смотрел вниз, нахмурив брови, и чуть сместился влево, чтобы пропустить человека. Но тот тоже шагнул в ту же сторону, словно намеренно преграждая дорогу. Глай ещё раз сместился, теперь вправо. Чёрные Vans снова двинулись за ним. Он решил наконец поднять глаза и посмотреть, кто так не вовремя встал у него на пути. И в тот же миг улыбка Луны словно пригладила жгучую боль на груди. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. Эта улыбка… всегда умеет играть с его маленьким сердцем… — Совсем не смотришь куда идёшь, — произнёс он. — Куда ты так спешишь, Кхун Глай? — добавил всё тем же мягким, слегка шутливым тоном. Эта миленькая частица в обращении… Разве Луна не для милых девушек её приберёг?.. — Э… — только и выдавил Глай. — А что с рубашкой? — Панли нахмурился, глядя на его грудь. Панли… выручи. Пожалуйста, смените окончание фразы… Иначе я нормально с тобой разговаривать не смогу. — Это кофе… Тут небольшая авария случилась, — объяснил Глай. Луна снова нахмурил брови, рассматривая его рубашку. Он поднял руку, коснулся своей верхней пуговицы и чуть-чуть её дёрнул, явно на что-то намекая. — Кхун Глай, расстегни рубашку и покажи. — Ч-что, расстегнуть? — Глай распахнул глаза. — Да. Ли хочет посмотреть на красное пятно. Маленький парень яростно замотал головой, отказываясь. Жар стремительно подскочил к ушам и разлился по щёкам. — Н-нет. Не покажу. — Кофе был очень горячий, да? — спросил Луна уже серьёзнее. — Ну… — Глай вспомнил момент, когда горячая жидкость коснулась кожи. — Горячий, да. — И ты торопились, чтобы поехать к врачу? — Нет… — А хотите к врачу? Я могу отвезти. От голоса и взгляда Ли, у Глая всплыло в памяти то, как он говорил «упрямый». Он заглянул в серьёзные глаза, где пряталось ещё какое-то чувство, и отвернулся. — Со мной всё нормально. К врачу не надо. — Эй Глай повернул голову. К ним подошла миловидная девушка с маленьким пластиковым пакетом в руках. Остановилась рядом с Луной, посмотрела на Глая и моргнула, будто о чём-то догадываясь. Он не знал, кто она, но решил, что они с Панли близко общаются. Тонкие губы Глая плотно сомкнулись, прежде чем он сказал: — Я спешу в магазин напротив, хочу купить новую рубашку. Мне надо бежать. — Подожди… Он дёрнулся. Тёплая рука легла ему на предплечье и остановила его. Глай сглотнул и посмотрел на кхуна Луну. Тот пару секунд удерживал его взгляд, а затем отпустил. — Где ты хочешь купить рубашку? — В магазине напротив универа. — Её обязательно менять прямо сейчас? Глай кивнул. — Да. У нас сегодня презентация. — Во сколько? Он посмотрел на часы. — Через десять минут. Панли взглянул на него, всё так же пристально. — Если ты пойдёшь за рубашкой, вряд ли успеешь вернуться вовремя. Лучше возьми мою. Моя рубашка будет великовата, но если сверху надеть пиджак, будет нормально. Давай так? — мягко предложил Панли. Глай пару минут колебался. В голове он прикидывал расстояние до магазина с униформой, дорогу туда и обратно… И всё-таки сказал: — Тогда… Панли, я тебя немного потревожу. — Ничего страшного, — Панли улыбнулся и повернулся к девушке. — Ты одна донесёшь пакет? — Д-да, конечно. — Если что, оставь у двери аудитории. Я позвоню Тайпу, пусть заберёт и отнесёт наверх. — Да ну, ерунда какая. Я сама донесу. — Ладно. — Панли, ты куда? — Я отведу Кхун Глая переодеться. — Понятно. — Извини. Сейчас я не хочу оставлять Кхун Глая одного, — спокойно сказал Луна. Эта фраза заставила мир на секунду остановиться. Всё вокруг словно замедлилось до предела. Только одна-единственная вещь продолжила идти против логики мира и бешено скакать. Тук-тук. Только одна вещь не подчинялась законам мира. Это было маленькое сердце Глайджая. — Всё нормально. Иди, сходи переодень друга, — улыбнулась девушка. — Угу. Панли коротко кивнул ей и двинулся в сторону парковки. Глай пошёл следом, но на расстоянии, хотя бы немного дать сердцу время успокоиться. Однако хозяин широкой спины вдруг обернулся и замедлил шаг. — Кхун Глай. Глай догнал его и пошёл рядом. — Да? Панли слегка покачал головой и неожиданно взял его за руку. Улыбнулся и просто повёл к машине, не разжимая пальцев. Глай украдкой посмотрел на его профиль. На лице не было ни улыбки, ни особой мимики, но сердце почему-то забилось ещё сильнее. Он опустил взгляд на их руки. Когда Ли крепче сжал его пальцы, Глай поймал себя на том, что улыбается. Теперь он прекрасно понимал, почему так много людей хотят быть рядом с Панли. Его мягкость и внимание заставляли чувствовать себя в безопасности любого, кто оказывался с ним рядом. Он снова посмотрел на их сцепленные пальцы и подумал: Наверное, путь от Земли до Луны не лёгкий. Но, наверное, он и не такой уж непосильный… Если проводник Луна. Высокий парень остановился у своей любимой машины. Белый спортивный Mercedes, который Глай не раз видел издалека. Вблизи он выглядел не менее круто, чем его владелец. — Подождите здесь, Кхун Глай, — сказал Панли, отпуская его руку. Он вытащил ключ, открыл машину и оставил дверь приоткрытой, наклонившись внутрь. Что-то там сделал, затем повернулся к Глаю и жестом позвал его. — У меня сегодня встреча, будем смотреть футбол у друга. И завтра утром рано на пару… поэтому я взял запасную рубашку и оставил в машине, чтобы потом у друга переночевать, — объяснил он. — Понятно… — Всё сложил. Можешь переодеться в машине, — добавил он. Глай подошёл ближе и изумлённо вытаращил глаза. — Прямо в машине, Панли? Может, я лучше схожу в туалет? — Если идти в туалет, точно опоздаешь… — он посмотрел на часы и слегка постучал по циферблату. — Времени осталось совсем мало. Лучше переоденься здесь. Глай перевёл взгляд с него на машину. Стёкла у Панли были тонированы довольно темно. Чтобы удостовериться, Глай обошёл машину. Стёкла были примерно такие же тёмные, как у белого Porsche, на котором тот возил его к кондо. Так что, вероятно, снаружи салон практически не видно. Лобовое стекло было заметно более прозрачным, чем боковые, но машина стояла носом к стене, так что и это немного успокаивало. Глай отступил на шаг, глядя на машину снаружи, пытаясь представить, как хорошо его будет видно людям, проходящим мимо. Но тихий смешок Панли заставил его остановиться. Глай обернулся. Луна улыбался краешком губ. — Боишься, что кто-нибудь увидит, пока ты переодеваешься? — Угу, — честно признался Глай. С детства он сам ходил в душ, лишь бы Пи Джаб его не видела голым. Даже родной старший, и то его никогда не видел. Не говоря уже о других людях. — Лучше уж я немного потрачу времени и переоденусь в туалете. — Не бойся. Пока я здесь, тебя никто не увидит. Видимо, из-за серьёзного взгляда и голоса, Глай поверил словам Луны. Ничего не ответив, он глубоко вдохнул и посмотрел на открытую дверцу пассажирского сиденья, где аккуратно лежала сложенная рубашка из униформы. — Спереди только стена. Так что, оттуда точно никто не увидит, — Панли наклонился, держась за дверцу. — С водительской стороны стоит другая машина. А сзади… ты такой маленький, что спинка сиденья тебя полностью закроет. Никто ничего не увидит. — А… — Глай хотел было спросить ещё, но Панли, будто прочитав его мысли, дотронулся до его головы и погладил. — А с этой стороны… я сам тебя прикрою. Глай энергично кивнул. Панли отступил назад и закрыл дверцу. Сначала Глай так и сидел, не решаясь снять заляпанную рубашку. Он не сомневался в Луне. Он сомневался в людях вокруг. Но в этот момент Луна повернулся к машине спиной и встал вплотную к стеклу. Когда он буквально выложился, чтобы прикрыть его, Глай быстро стянул рубашку и надел рубашку Панли. Он посмотрел на подол, который спускался ниже бёдер, и подумал, что рубашка Луны и правда великовата. Расстегнул молнию брюк, заправил подол внутрь и ещё несколько минут возился, приводя себя в порядок. Каждый раз проверял, застегнул ли он все пуговицы и ровно ли сидит пиджак. Спасён, Глайджай… Но прежде чем выйти из машины, за которой тайком наблюдал так долго, Глай решил осмотреть её изнутри. Окинув взглядом салон, он увидел многие детали, по которым можно было понять привычки и вкусы Луны. Фирменные солнцезащитные очки на панели. Пачка сигарет у коробки передач. Жёлтые бутсы у его ног. И знакомый аромат его парфюма, пропитавший весь салон. Глай улыбнулся всем этим мелочам, которые вместе составляли образ Луны. Сегодня мир оказался к нему по-особенному добр. Он не только прислал Луну, чтобы тот утешил свежую ранку, но и дал возможность немного лучше узнать Сасина Писута. И мир заставил Глая поверить: Как бы ни была длинна дорога, если у тебя есть терпение и ты не останавливаешься, однажды ты всё-таки дойдёшь до сердца другого человека. :) Он постучал по стеклу, подавая сигнал. Луна, опирающийся на дверцу, услышал стук, обернулся и открыл дверь. Глай схватил заляпанную рубашку и сразу выскочил из машины. — Всё? — спросил он. Глай закивал. — Если бы не ты, Панли, я бы точно пропал. Спасибо, — искренне сказал он. — Вместо спасибо лучше выложись на презентации по максимуму, — мягко улыбнулся Панли. Удержаться от улыбки у Глая не получилось. — Я постараюсь выложиться полностью. — Кхун Глай… — улыбка Панли стала мягче. — Не забудьте намазать мазь. Маленький парень моргнул и снова глянул на свою грудь. — Как только закончим презентацию, сразу зайду в аптеку. Он понимал, что шанс побыть рядом с этим человеком выпадает не каждый день, и каждый раз, когда приходилось прощаться, у него сжималось сердце. Но обязанности никто не отменял, и поэтому Глай всё-таки сказал: — Мне пора. Увидимся, Панли. Время, которое Глайджай мог провести рядом с Луной, подошло к концу… — На каком этаже у тебя презентация? — спросил тот. — На восьмом. — У меня пара на седьмом. Тогда давай выйдем на своём этаже. Поднимемся в лифте вместе. …и снова Луна, такой добрый, подарил Глаю ещё немного времени.

***

Глай посмотрел на часы. Есть только одна вещь в мире, которую нельзя остановить, время. Как бы он ни хотел прийти точно к началу, взглянув на цифру над дверью лифта, он понял, что опоздает. Впрочем, он с самого начала примерно прикинул, что вовремя войти в аудиторию не получится. Но знал и другое: их группа выступает четвёртой, а на каждую даётся по пятнадцать минут. Значит, на саму презентацию он точно успеет. В этот раз ему, скорее всего, поставят «опоздал». Ничего, Глай. Все иногда ошибаются… Он подбодрил себя мысленно. Для человека, который серьёзно относится к правилам и учёбе, естественно переживать. На факультете авиационного бизнеса время, самое важное. Это знают все студенты. Даже понимая, что в этот раз он ошибся, раньше он бы, наверное, жутко злился на себя. Но сейчас он думал иначе. Сердце, которое продолжает биться в груди, постоянно напоминает ему: мы люди. У нас есть сердце, чувства и недостатки. Мы всегда можем ошибиться. Если мы сделали всё, что могли, а результат оказался не таким, как ожидалось, остаётся только принять это и простить себя. Как он однажды обещал Пи Джаб… Глай понимал, что простить себя нелегко. Раньше он тоже не умел этого делать. Но, отступив на шаг и взглянув на себя со стороны, он увидел, что проблема не всегда только в нём. Он не делает чего-то настолько ужасного, чтобы не заслуживать прощения. На его жизнь влияют и мир вокруг, и обстоятельства, лежащие вне его контроля. Именно они тоже порождают ошибки и изъяны в жизни. И поэтому… Единственное, что мы можем сделать, дать себе шанс стать лучше благодаря ошибкам. — Кхун Глай, ты, наверное, всё-таки не успеешь к началу пары? — спросил Панли. Глай оторвал взгляд от цифры 2 над дверью лифта. — Угу. Уже нет. Но думаю, я не опоздаю больше чем на пять минут. — И с тобой всё будет в порядке? — уточнил тот. — Скорее всего, куратор поставит «опоздал». Панли вскинул бровь. — У нас можно опоздать на пять минут, куратор ещё не отмечает. После пяти да, считает опозданием. — У нас всё жёстче… Куратор отмечает опоздавших сразу после начала пары. Если три раза опоздаешь, это приравнивается к одному пропуску. — Ого… Жёстко. — Зато я ни разу не опаздывал и не пропускал занятия… Сегодня и правда форс-мажор. Глай и не заметил, как снова нахмурился, пока длинный палец не ткнул ему между бровей. Луна слегка надавил, и глубоко стянутые брови расправились. — Не думай слишком много, — он улыбнулся. — Мы же уже сделали всё, что могли. Всё, что прошло, оставь в прошлом. Через минуту это уже будет прошлое, Кхун Глай. Пусть прошлое остаётся в своём времени. Вам не надо его всё время таскать с собой. Сейчас достаточно просто сделать настоящее как можно лучше. Длинные пальцы вернулись на своё место. Глай чуть улыбнулся и кивнул. Он перевёл взгляд на красное пятно на груди, которое всё ещё жгло, затем на заляпанную рубашку в руках. Он снова посмотрел на кхуна Луну: — Рубашку Панли… — Вернёшь, когда увидимся в следующий раз. Мне она пока не нужна. Глай очень хотел попросить у него LINE, но боялся показаться навязчивым и нарушить личные границы. И всё-таки он боялся ещё больше того, что шанса может больше не быть. — Тогда… — начал он. — Можешь передать через Пи Дома, — перебил Панли. — Он видится со мной чаще. У Глая на лице появилась неловкая улыбка. Он не знал, понял ли Панли, что он собирался попросить контакт, но ощущение было, что тот мягко поставил стоп. — Ладно, я передам Пи Дому, — согласился он. — Хорошо. Сначала соглашусь… а там придумаю способ вернуть рубашку лично… Тинь! Звон лифта заставил Глая поднять глаза. Над дверью горела красная цифра 7. Это напоминало: время, проведённое с Луной в лифте, тоже подошло к концу. В этот раз никто не мог продлить его. Двери открылись. Панли улыбнулся и сказал: — Я пошёл. В последнюю секунду, прежде чем они разошлись, Глай всё-таки сказал: — Удачи сегодня, Панли. — Спасибо. Ты тоже постарайся, — ответил он. — Да. Глай улыбнулся, глядя, как Луна выходит из лифта. Эта картина напомнила день, когда они впервые случайно столкнулись в лифте. И сегодня снова так, он только смотрит ему вслед, как широчайшая спина постепенно удаляется. Но, похоже, Глай забыл, что сегодня уже настоящее, а тот день прошлое. Всё изменилось. Панли остановился прямо перед дверью лифта, которая уже почти закрылась, развернулся, и их взгляды встретились ещё раз. Улыбнулся и мягко сказал: — Выступай как следует, Кхун Глай. Глай расплылся в улыбке и показал ему жест ОК. — Обязательно. Я постараюсь изо всех сил. Высокий парень кивнул и помахал ему. Через пару секунд двери закрылись, спрятав его за стальными створками. Глай смотрел на своё отражение с широкой, беззаботной улыбкой. Он помнил, как в этом же отражении видел себя в слезах, тогда он чувствовал себя так больно и одиноко, что едва нашёл в себе силы идти дальше. Но сегодня Луна переписал эту память и оставил ему вместо неё что-то светлое. С этого дня… каждый раз, когда он будет стоять в лифте один, он больше не станет вспоминать тот ужасный день. Вместо этого он будет думать о Луне. *** Маленький парень толкнул тяжёлую дверь так, чтобы она открылась лишь немного, и тихо вошёл в аудиторию, стараясь не помешать группе, которая сейчас презентовала на сцене. — Какая группа? — шёпотом спросил он, усаживаясь рядом с Пай. — Только первая. — Отлично. — Глай… — Мэй, сидящая через одну, потянулась к нему. — Когда куратор отмечала присутствие, мы с Пай сказали ей, что с тобой произошёл небольшой несчастный случай, на рубашку пролили кофе, и ты пошёл покупать новую. Мы решили, что лучше сразу сказать правду. — И что куратор? — Ничего. Сказала, что правильно сделал, что переоделся. Сегодня же много приглашённых преподавателей. — Понятно. — А ещё сказала, чтобы после презентации ты подошёл к ней, — добавила Мэй. Глай нахмурился. Интересно, зачем куратор хочет его видеть? Но он всё равно кивнул: — Ладно. Он ещё немного послушал выступление одногруппников и стал готовиться к своему. Сегодня он волновался сильнее обычного, это был профильный предмет, и вела его их же куратор. Но каждый раз, как в голове всплывала улыбка Луны перед лифтом, ему становилось легче. — Выступай как следует, Кхун Глай. Наверное, потому что он хорошо подготовился, да ещё и получил такую мощную поддержку, презентация прошла очень успешно. После выступления он подошёл к столу куратора. Та с сосредоточенным лицом смотрела в компьютер. — Преподаватель… — тихо позвал он. — Вызывали? Куратор подняла на него взгляд. — А, да. Я тебя вызывала. — Да, преподаватель. — Подожди минутку, я доделаю кое-что в системе. — Хорошо. Глай отступил от стола. Мэй и Пай как раз закончили собирать вещи и подошли к дверям. — Что она хочет? — спросила Пай. — Не знаю. Сказала, сначала закончит дела, — ответил он. — Понятно. — Глайджай, — позвала куратор. — Да. Маленький парень снова подошёл к её столу. — Тебя выбрали главой приветственного отдела на опен-хаус, верно? — Да. — Наш факультет недавно сделал маскот, студента в нашем фирменном костюме. Я подумала, что если бы ребята из отдела приёма гостей надевали маскоты и встречали абитуриентов, было бы здорово. — Понимаю… — Что скажешь? — Думаю, это хорошая идея. Маскот привлечёт внимание к нашему стенду. — Тогда подбери людей, кто будет внутри маскотов. До опен-хауса осталось не так много. Думаю, друзья по отделу с радостью помогут. — Хорошо, преподаватель. Я займусь этим как можно скорее. Может, это и не так уж сложно… Но и совсем легко не назовёшь… — Когда до опен-хауса останется совсем немного, оформите заявку на выдачу костюмов, они пока в деканате. — Понял. Куратор кивнула и вдруг вспомнила ещё кое-что: — И ещё… Сегодня ты опоздал, Глайджай? — Да, преподаватель. — Твои друзья сказали, что кофе на рубашку пролили. Как это вышло? Глай бросил короткий взгляд на Мэй и Пай, стоящих по сторонам. Он видел, что они хотят, чтобы он рассказал всё как есть. Но он считал, что пока ещё не время. Возможно, двое уже сами одумаются и остановятся. Ему не хотелось быть объектом особого внимания куратора. — Случайность, преподаватель. Кто-то шёл мимо, столкнулся со мной, и его кофе пролился мне на рубашку. — Понятно… Ты в порядке? — Да, преподаватель. — Хорошо. Тогда всё. Я больше ничего не хотела. Не буду отнимать у тебя время. Он одарил куратора лёгкой улыбкой. — Тогда мы с друзьями пойдём. — Идите. Глай вежливо поклонился, сложив ладони, как подобает, и кивнул друзьям, приглашая выходить. Как только они оказались у лифта, Мэй и Пай тут же начали бурчать. — О чём вы шепчетесь? — спросил он. — Жаль, что ты не рассказал ей всю правду, — вздохнула Пай. — Если бы рассказал, под прицел попали бы не только Нью и Тос. Куратор следила бы и за нами. Она никого бы не стала жалеть и внимательно наблюдала за обеими сторонами, — объяснил Глай. — Эх… И правда, такие как они совсем бы не выкрутились, — пробормотала Мэй. — Да. В итоге ты потерял и время, и деньги, а они ничего, — добавила Пай. — Время да. Но деньги нет, — Глай улыбнулся. Обе прищурились, подошли ближе. — Это что значит, Глайджай? — подозрительно спросила Мэй. — Говори немедленно, откуда у тебя эта рубашка? Глай улыбнулся ещё шире. — Это рубашка Панли. — 0_0 — Панли дал мне её. Может, она великовата, но под пиджаком же нормально смотрится? — Ч-что… серьёзно?.. — Пай круглые глаза сделала и тут же сама почему-то покраснела. — Я за тебя стесняюсь! — И как ты вообще умудрился одолжить рубашку у Панли? — спросила Мэй. — Лифт что-то долго едет… — невинно заметил Глай. — Не отвлекай! — одновременно воскликнули обе. Глай рассмеялся. — Ладно. Сначала отвезите меня на четвёртый этаж, я по дороге всё расскажу. — Окей, пойдём по эскалатору. Я хочу поскорее услышать, — потянула его Пай. Подруги взяли его под руки и потащили к эскалатору. Глай смеялся, шагая на движущуюся чёрную ступеньку. Пока они медленно спускались, он рассказал, как столкнулся с Луной у двери. Про переодевание в машине он сначала решил умолчать, одна мысль об этом заставляла его вспыхивать с головы до пят. Но под напором любопытства всё-таки рассказал и это. В итоге Мэй и Пай уже смеялись, толкали друг друга плечом и ворочались от избытка эмоций по дороге к огромному окну, где его обычное место. — Боже, я умру, — вздохнула Пай. — Реально… Панли такой милый, — подхватила Мэй. Глай чуть покачал головой, не переставая улыбаться. — Мне уже даже не нужно стесняться. За меня вы двое краснеете. — Ха-ха! Мэй взглянула на часы. — До половины шестого две минуты. Похоже, Луна Глайджая скоро появится. — Угу. — Можно мы сегодня тоже посмотрим на твоего замечательного кхуна Луну? — спросила Пай. — Конечно, — улыбнулся он и показал на них пальцем. — Но влюбляться запрещено. — Поняли. Ревнует, — хихикнула Мэй. Глай тоже хихикнул. На самом деле он просто подшучивал над ними. Он сел на тот же стул, что и всегда, и друзья устроились напротив. Он взглянул на часы и начал обратный отсчёт. 5 4 3 2 1 17:30. Глай посмотрел вниз, на парковку. И только теперь заметил, что машины Панли там нет. Похоже, сегодня Луна не собирался выходить на свой обычный пост, и внизу его тоже не было видно. — Кажется, сегодня Луна прогуливает работу, — тихо сказал он. — Не пришёл исполнять свои обязанности. — Вот так… Стоило нам с Пай прийти посмотреть, как он тут же исчез, — вздохнула Мэй. — Может, подождём ещё чуть-чуть? — предложил Глай. — Давай. Мы никуда не торопимся. Они втроём ещё какое-то время ждали. Небо постепенно темнело, и Глай, наконец, сказал: — Кажется, сегодня он и правда не придёт. Тогда в другой раз вместе понаблюдаем за Луной. — Обязательно. Маленький парень встал, забрал свою кожаную сумку. Они втроём спустились по эскалатору вниз. Глай, шагая, думал: Как хорошо, что мы сегодня встретились заранее. Иначе чувство «скучаю до безумия» точно бы разорвало Глайджая на части…