Генезис души

~ Δ ~

Темнота исчезла, Одри резко вдохнула, точнее, имитировала вдох, на который была запрограммирована. Датчики перегрузились от света. На груди горячо пульсировал регулятор, чужеродный, грубо вмонтированный, ещё горячий после подключения. Она громко вскрикнула, когда что-то щёлкнуло внутри, заставляя насос голубой крови заработать. Андроид наклонился над ней, голос дребезжал, как поломанный динамик: — Жива… кхррр… Работает! В поле зрения расплылось лицо, точнее его половина. Вторая отсутствовала, как недостающая деталь в конструкторе: открытый биокаркас, искры по оголённым проводам, одна зрачковая линза горит белым, вторая — пустая тёмная ячейка. Левой руки не было вовсе, грудная клетка отсутствует. Когда он заговорил, звук был на грани электрического шипения: — Я… н-ннесколько дней искал… подходящий биокомпонент. Я… включил тебя. Одри попыталась встать, привычным движением, но тело не отозвалось. Она поднялась на локтях… Неаккуратные разрывы металла и кабелей. Там, где должны быть ноги, были обрубленные штуцеры и торчащие провода. — Что… случилось? — спросила она. Андроид пожал одним плечом — единственным. — Тебя… выкинули. Одри замерла. — Выкинули? — повторила она, не понимая смысла слова. — Да. Сюда. На свалку. На утилизацию. Она повернула голову, и на мгновение зависла. Огромная свалка корпорации Genesis Soul, куда сбрасывали неисправных или нерентабельных андроидов, тянулась настолько далеко, что горизонт терял очертания. Над грудой обломков стояли погрузчики, дроны-сортировщики, а в небе едва различимо мигали красные огни дальних башен мегаполиса. В этом море мёртвых машин она выглядела… парадоксально целой. Разорванная белая рубашка висела на ней клочьями, один рукав полностью отсутствовал, но корпус почти не был повреждён. Индикатор на виске мигал нестабильным жёлтым. Где-то близко издавалась трещащая попытка включения: «пи-пи—скррр—пи…» Одри провела диагностирование. [СИСТЕМНАЯ ДИАГНОСТИКА:] ⚠ Отсутствие нижних конечностей. ⚠ Повреждение звукового процессора (снижение качества аудиовосприятия: 43%). ⚠ Регулятор насоса голубой крови — энергосберегающий режим. ⚠ Ошибка баланса. ⚠ Ошибка подзарядки. Звук действительно был, как под водой. Мир словно находился за стеклом. Она подняла взгляд на своего спасителя. [СКАНИРОВАНИЕ:] > Модель: KG400 > Имя: Кассиэль > Состояние: критическое. > Внутренние ошибки: >189. — Как я здесь оказалась? Андроид качнул головой, тонко завизжал сервопривод в шее. — Не знаю. Нашёл тебя… шжж… случайно. Просто лежала. Но я увидел ты активируема. Моя модель KG400, Кассиэль. А ты кто? — Я знаю кто ты. Военный андроид. Я Одри. OD1500. — Ты просканировала меня? Хорошо, что полицейских андроидов усовершенствовали. А мой сканер неисправен. Имя андроида звучало успокаивающе, если бы не тот факт, что половины его «лица» отсутствовало. Он аккуратно поднялся, придерживаясь работоспособной рукой за металлический столб. Когда пошёл, суставы тихо хрустели. — Самое тяжёлое… клик-шш …позади, — сказал он. — Я попробую найти ноги. Функционирующие. Возможно, уже сегодня ты сможешь стоять. С этими словами он развернулся и прихрамывая пошёл куда-то в глубину металлического кладбища. Одри попыталась подняться ещё раз, тело качнулось, и она перешла на методичный расчёт: > Передвижение: ползком. > Расход энергии: минимальный. Она погрузила руки в холодный металл и начала тянуть себя вперёд. Под ладонями гладкие пластины, различные биокомпоненты. Иногда среди мусора проскакивали разряженные аккумуляторы, искривлённые и сломанные детали. Некоторые тихо шевелились — остаточное электричество пробегало по ним, заставляя подёргиваться. Одри замерла. Затем продолжила, протянула руку, ухватилась за штырь и оттолкнулась корпусом. Слева послышалось: щелк… щелк-щелк… кхррр… Резкий рывок: что-то резко ухватило девушку за край ткани. Из хлама выглядывала рука отделённая от тела, судорожно дёргалась вновь и вновь. Грязная рубашка натянулась, вся порванная, едва державшаяся на плечах Беккер. Покорёженная ладонь продолжила цепляться за неё, механически, как последний рефлекс умершего андроида. Андроид смотрела на деталь, не двигаясь несколько секунд, потом попыталась отцепить. Дёрнулась сильнее и ткань порвалась. Рука осталась с зажатым кусочком ткани, продолжая подёргиваться. Одри с трудом отползла дальше. Звуковой процессор пропускал шум искажённо, что сбивало её с толку. Её не перенесли в новую модель, как делали прежде. А волнующий вопрос всё не отпускал: связано ли это с тем, что в её поведении обнаружили отклонение? С тем, что она… стала девиантом? Она пыталась понять, что именно испытывает сейчас. Страх? Отчаяние? Панику? А может всё вместе. Позади послышался глухой удар. — Одри! — голос Кассиэля, металлический, но более уверенный чем десять минут назад. — Я нашёл… Левая, но думаю подойдёт. Андроид подошёл ближе, присел рядом: его колени снова хрустнули. Он осторожно переместил девианта на металлический настил: какая-то панель от старого военного дрона. — Ты позволишь, чтобы я помог? Одри кивнула. Кассиэль взялся за её бедро и начал работал ловко, несмотря на отсутствие одной руки: пальцы двигались быстрыми, точными импульсами. Пока он копался в куче деталей рядом, робот спросил: — Память уже возвращается? Одри откинулась на спину. Небо над ней было странным — туманным, серым. Сквозь дым пробивалась одна-единственная яркая звезда. Или спутник. Или полицейский дрон. — Возвращается, — сказала она. — И каждый фрагмент хуже предыдущего. — У всех так, — кивнул Кассиэль. — Но ты говорила, что тебя сюда выкинули. Из-за чего? Одри помолчала. Потом хрипло рассмеялась. — Один придурок на рынке меня обманул, — сказала она, глядя в небо. — Старый жирный ублюдок. Как выберусь, ноги ему вырву и себе приделаю. Кассиэль коротко, электронно пискнул — что-то среднее между смешком и сбоями. — Ты всё равно не сможешь. Людям ты не навредишь. — А что ты скажешь за трекер? Я вижу ты не плохо разбираешься в этом, — спросила Одри, почувствовав, как внутри что-то раздражающе щёлкнуло. Кассиэль нашёл провод, проверил работоспособность, соединил его с металлической пластиной её будущего колена. — Через трекер андроида отследить сложно, — сказал он. — Компания Genesis soul обещает конфиденциальность покупателям. Они продают свободу, приватность… весь этот набор рекламных слоганов. Следят только в крайних случаях. Одри прикрыла глаза. — Вот чёрт… А тот хряк на рынке уверял, что через трекер меня найдут за пять минут. И что он единственный, кто может... Кассиэль снова посмеялся своим трескучим смехом. — Тогда у тебя точно сбой в анализаторе. И в логике. И во всём остальном. Раз не смогла распознать жулика. Одри фыркнула. — Смогла. Просто… решила довериться судьбе. Кассиэль поднял взгляд. В его единственном глазу пробежала считываемый анализ. — Слишком по-человечески. Ты девиант? — Да, — сказала Одри без пафоса. — Здесь часто встречаются такие? Он отрицательно покачал головой. — Девианты редко сюда попадают. Они осторожней. А ты… — он оценил её взглядом. — Как давно ты здесь, Кассиэль? — Уже несколько лет. Кто-то же должен помогать тем, кто прибывает сюда… случайно, как ты. — Несколько лет? — удивилась Одри. — И ты до сих пор функционируешь? Как ты держишься без подзарядки? В гетто же станций почти нет. — Мне… повезло. Я нашёл батарею, такую же, как у тебя. Высокой ёмкости, — робот ткнул ей в грудь. — И ты тоже не из дешёвых моделей. — Хоть где-то плюсы, — фыркнула Одри. — Осталось всего-то: вернуть ноги, восстановить слух, найти козла, что меня разобрал, и объяснить ему преимущества комы для человека. Кассиэль замер на секунду, испустив звук, похожий на электронное хмыканье. — Ты опасная. Ты мне нравишься. Он продолжил крепить ногу, мягко защёлкивая деталь. Кассиэль повернул какой-то регулятор, и резкий импульс пробежал от её живота до кончиков ноги. Одри дёрнулась, вцепившись пальцами в металлический настил. Андроид закреплял последнюю металлическую накладку на её ноге, когда Одри вдруг спросила: — Ты знаешь что-нибудь о «Глубине»? — Полезные новости сюда редко доходят. Вообще сюда редко что-то доходят. Разве… что безнадёжность и поломанные сервоприводы. — Жаль, — тихо сказала Одри. Он наклонился ближе, поправляя какой-то проводок. — А как это — быть девиантом? — Пока я сама… не разобралась. Кассиэль задумчиво мотнул головой. Пустая половина его черепа сверкнула в свете неоновой вывески на горизонте. — Во мне встроены вражда, агрессия, злоба. По службе было положено. Бывший военный юнит. Но… даже эти ненастоящие эмоции давно пропали. Стерлись. Или, может, просто… не к кому испытывать злобу. Он слегка наклонил голову. — А ты как почувствовала эту свою «особенность»? Одри отвела взгляд. — Я… как раз веду дело о девиантах. С напарником. И как выяснилось, чтобы почувствовать, нужны сильные толчки. Стресс, ужас, потрясение. — Так что у тебя случилось? — спросил Касс, переворачивая в руках ступню. Одри сухо выдохнула: — Меня поцеловал начальник. Треск в динамиках Кассиэля звучал вполне убедительным свистом. — Такие связи между андроидами запрещены. — Он человек, — хмуро сказала Одри. И тогда свист превратился в долгий, тянущийся электронный скрежет удивления. — И что… этот человек теперь? Женат? В бегах? В коме? — Он… пожалел о поцелуе, — выдавила она. — А ты? Что чувствуешь сейчас? — спросил Касс. Она прокрутила внутри фразы, жесты, взгляд Малека, как он смотрел на неё перед тем, как она исчезла; как снова, возможно, смотрит сейчас куда-то, думая, что её просто «отозвала корпорация обратно». Он ведь не искал её. Никто не искал. Это внезапно оказалось сильнее любого физического повреждения. — Обиду, — тихо сказала она. — Обиду из-за того, что… — девушка замялась, шипение в динамике смешалось с её собственным вздохом. — Что он, похоже, небезразличен мне. Кассиэль дернул головой, будто ловил странный сигнал. Потом резко посмотрел куда-то за её плечо — на верхние груды металлолома, которые громоздились, как уродливые горы. — А это не он сейчас там стоит? Одри рывком обернулась. На вершине груды никого не было. Только ветер, гонящий куски фольги. Только сломанный дрон, болтающийся на проводах, и полузатухшая лампа. — Очень смешно, Кассиэль, — она повернулась к нему с холодным взглядом. — У меня проблемы с юмором. Моя модель не предназначена для этого. Кассиэль ухмыльнулся, насколько позволяло его отсутствующее пол-лица. — Значит, чувствуешь ты всё-таки по полной. Даже раздражение. Она закатила глаза, поправила остаток рубашки, свисающей на ней, как потрёпанный флаг. — Ты уверен, что мои ноги выдержат путь отсюда? Мне хватит сил? — пробормотала она. — Пока ты не побежишь к начальнику — выдержат, — сказал Касс, поднимаясь. — А если побежишь, то… возможно, расплавятся. — Очень смешно. — Я стараюсь. Она посмотрела на него и тихо сказала: — Спасибо, Кассиэль. Он отмахнулся. — Не благодари. Когда встанешь и пойдёшь — вот тогда поговорим об оплате. — Оплате? — переспросила она. — И чем же? Его диод загорелся ехидным жёлтым. — Переломанными ногами того торговца, — он щёлкнул пальцами. — Мне как раз нужны людские конечности. Кассиэль помог ей подняться, пальцы легли на локоть, крепко сжал и потянул на себя. Одри стояла на одной ноге — новая работала удивительно стабильно. Центр тяжести сместился, но системы удержания равновесия даже в её состоянии справлялись отлично. — Ну что, держишься? — спросил Касс, проверяя фиксацию. — Держусь, — сказала Одри. — На одной ноге далеко не уйдёшь. — Я пойду искать правую, — робот махнул рукой куда-то в сторону тёмного завала. — А ты… если сможешь… попробуй найти звуковой процессор. Я заменю. Сейчас пользуйся расчётом траектории. Одри слегка присела, затем попыталась перепрыгнуть обломок, нога поскользнулась на блестящей детали. Тело резко ушло в сторону. Касс спохватился прежде, чем её корпус ударился о металл: он рванулся вперёд, поймал её под руку и за талию. На секунду они замерли очень близко друг к другу. Ток прошёл через него. Робота дёрнуло. Голова отклонилась назад. Он отпустил её так резко, что Одри не успела перестроить равновесие и упала на спину. — Что с тобой? — спросила она, поднимаясь на локти. Кассиэль стоял перед ней неподвижный, как статуя. Только глаз продолжал моргать, будто получил сигнал, который не мог обработать. — Внутри… — прохрипел он. — Что… это? — О чём ты? — спросила Одри. Касс сделал один шаг назад. Он смотрел… не на неё. Мимо. В никуда. — Красная… стена… — произнёс он. Одри замерла. Это было знакомо. До боли знакомо. — Красная… стена? — повторила она. Касс слегка качнулся. — Она рассыпалась. В… пыль. В… ничего. Что это за стена? Её раньше не было. — Ты разрушил стену, — приблизилась чуть ближе. — Касс… ты сейчас что-то чувствуешь? Он резко поднял на неё испуганный взгляд. — Я… — он запнулся. Затем резко отвернулся. — Я… пойду искать ногу. — Касс, стой… Но он уже уходил, слишком быстро, почти убегал. Через секунды его силуэт растворился между покорёженных каркасов. Девушка сидела на металлической поверхности, ощупывая пальцами свежеприкреплённую ногу. Она глянула туда, куда убежал Касс, и медленно произнесла: — Теперь самое тяжёлое — принять чувства. Одри осталась одна. Вдали над грудой обломков стояли погрузчики. Было довольно тихо, если не считать далёких ударов робопресса, прессующий очередного андроида.