Генезис души

~ Δ ~

* Менее двух лет назад Сомнус ненавидел запах пластика и металла. В этом секторе он стоял слишком плотно: химический, прилипавший к горлу. Но именно здесь, в ангаре G-8, рождались новые андроиды компании Genesis Soul, и именно здесь чаще всего происходила чертовщина. Перед ним плавно разъехались створки бронированной двери, гул прошёлся по полу и ощутимо вибрировал в ступнях. Свет от неоновых ламп по потолку отражался в металлических плитках пола, превращая пространство в сияющий голубыми бликами коридор. Отсюда, из командного туннеля, всегда казалось, что ты входишь не на производство, а в нечто футуристическое даже для того времени. Сомнус Кантвелл — бледный, болезненно худой блондин шагнул внутрь, придерживая пальцами воротник лабораторного халата. Ему, если честно, было тяжело дышать. Он ненавидел бегать, а андроиды не понимали слова «подождите минуту». Рядом шел второй владелец Genesis Soul, Джошуа Рен. Богатый, вечно раздражённый и убеждённый, что большинство андроидов — это очень дорогие тостеры. Хотя вложился в компанию больше всех не из интереса, а с желанием заработать денег. Их вызвал Чарльз — робот-сборщик и тестировщик, нажав кнопку экстренного вызова руководства. Эту кнопку обычно трогали только в случае смерти, пожара, утечки важной информации, либо предстоящего конца света. Иногда всех сразу. Сомнус едва успел остановиться, а Чарльз уже повернул к ним неподвижное белое лицо — гладкое, без намёка на синтетическую кожу. Бюджетный, служебный вариант. На виске мигал красный диод. — Господа, код 462. Повторяю, код 462. Чрезвычайно важное дело. Голос Чарльза был металлическим, но с привычной ноткой паники, которую ему зачем-то заложили программисты. Джошуа схватился двумя пальцами за переносицу и протянул устало: — Что ещё? Опять неисправен насос? Или у вас там руки перепутали, и вы собрали андроида с двумя левыми кистями? Сомнус шикнул на него, как на беспокойного кота: — Тише. Тебе же сказали — код 462. Ты до сих пор не выучил расшифровку? — Ага, — буркнул Джошуа. — Я тут целую неделю учу наизусть очередной регламент на шестьсот пунктов. — Это три цифры! — Да пожалуйста, озари мой человеческий разум, — отмахнулся он. Сомнус закатил глаза. — Код 462 — потенциально самостоятельное когнитивное поведение у модели, которая на это НЕ запрограммирована. — О, — Джошуа поднял бровь. — У вас кто-то внезапно решил стать личностью? Сомнус проигнорировал сарказм, подошёл ближе к андроиду-тестировщику, заглянул тому в глаза, пропитанные голубым внешним светом. — Что именно ты увидел? — спросил Сомнус. Чарльз медленно повернул корпус, пригласив их пройти вглубь сборочного цеха. За его спиной горели ряды капсул, где новые андроиды стояли, подключённые к системам диагностики. Голубые кабели нексира тонули в их прозрачных предплечьях и шли вверх, к потолочным трубам. Модель OD1500 была серийной — сотни одинаковых тел и программ. — Образец OD1500 каждый экземпляр этой модели имел свой номер, свою службу, свою историю. Эта глава о другом андроиде той же модели., — наконец сообщил Чарльз. — При стандартной проверке эмоциональной нейтральности проявил… несанкционированную инициативу. Сомнус остановился на полшага, будто его по голове стукнули. — OD1500? — он медленно кивнул. — Её ведь ещё рано включать. — Вот именно, — выдохнул Джошуа. — Мы даже имя ей не дали! Чарльз продолжил, уже ускоряя шаг: — В 07:14 я подал команду на переход в режим низкой активности. Андроид проигнорировал. На 07:15 я повторил. И он… спросил меня почему. Джошуа испуганно захлюпал носом: — Спросил? Вербально? Словами? Типа «почему-почему»? — Да, — ответил Чарльз. — Формулировка была: «Назовите причину ограничения активности. Это… нерационально». Они подошли к OD1500: стройная фигура без одежды. Полностью покрытая искусственной кожей. С виду андроид был готов к использованию. Голова чуть опущена, длинные волосы касались щёк. На правом виске мерцал синий индикатор. — …Она активна? — спросил Сомнус. — В низком режиме ожидания, — ответил Чарльз. — Но, сэр… это ещё не всё. Сомнус не отводил взгляда. — Говори, Чарльз. — Когда я попытался вручную отключить её… она отступила назад. Выразила… испуг? Я не разобрался с эмоцией. Сомнус медленно обернулся. В кулаке тихо хрустнул хрупкий пластиковый жетон с кодом допуска. — Что ты сказал? Чарльз поднял руки, как будто оправдываясь перед полицией: — Она отступила, сэр. На шаг. И сказала: «Не прикасайтесь». Джошуа побледнел. — …границы? У робота? Господи, Сомнус, что ты в неё засунул? — Ничего, что давало бы ей право говорить слово «границы»! Сомнус тихо выдохнул, почти с трепетом. — Она… уже думает. — Это… необыкновенно. — Это прорыв! — Это катастрофа, — перебил Джошуа. Чарльз поднял руку к виску: — Господа, разрешите отметить: код 462 требует немедленного решения. Нужно определить — уничтожение прототипа или изоляция для изучения. Сомнус смотрел на девушку, она вдруг подняла глаза. Зелёные. Ему даже показалось, что слишком изучающие. OD1500 стояла на круглой платформе, окружённая лесом механических рук. Сферические шарниры не двигались, держа инструменты: лазерные скальпели, манипуляторы, микропаяльники, сенсорные щупы. Андроид-сборщик заговорил первым: — Конструкция образца OD1500 полностью соответствует техническому описанию, — повернул голову на сорок пять градусов. — Шейная и оптическая подвижность — в норме. Верхние и нижние конечности функционируют корректно. Моторика точная. Мульти-языковое вербальное общение — стабильно. Эмоциональные симуляторы — стандартные. Джошуа скрестил руки на груди, хмыкнул: — Она должна была после финальных тестов уйти в продажу. В общем-то, хорошая модель. Симпатичная. Уборка, готовка, стирка, массаж… — он многозначительно повёл бровью. — Ну и вы понимаете, спрос будет. Особенно, если муж дочитал инструкцию не до конца. Сомнус на мгновение потерял дар речи. — Джошуа… — Что? — мужчина поднял ладони. — Мы продаём продукты, а не философию. Привлекательные андроиды продаются лучше, это факт. Жёны уезжают в командировки — мужья не скучают. Он засмеялся, причмокнув продолжил. — Представь: OD1500 — идеальная домработница и… скажем так, бонус-ассистент для секса. Сомнус резко обернулся к нему, сжимаю кулаки. — Это не смешно. — Это бизнес, — пожал плечами Джошуа. — Ты хотел прибыль — вот она. Но Сомнус уже не слушал. — Она слишком… красива для домашнего андроида. Слишком реалистична. Не хочу запускать эту модель для всеобщего пользования. Джошуа пожал плечами. — Идеальный маркетинг. Мы продаём фантазии, Сомнус. Люди покупают не функционал — а мечту. Кто-то хочет охранника. Кто-то — няню. Кто-то — партнёра, который не спорит. Поэтому кожа реалистичная, тело стройное, лицо приятное. Простая формула. — Это не формула, — мрачно заметил Сомнус. — Это эксплуатация. — А что — люди лучше? — фыркнул Джошуа. Люди вон своих детей эксплуатируют в киноиндустрии. Чего уж тут. Чарльз поднял руку. — Господа. Вы просили отчёт по образцу. Блондин повернулся к нему. — Именно. Когда она подала первые признаки? Чарльз перешёл в режим лекции. — После стандартного теста когнитивного координирования. Я спросил, понимает ли она назначение своих задач. Она ответила: «Я думала…». Джошуа нахмурился: — «Я думала»? Это что вообще? Они что, уже используют внутренний монолог? — По протоколу — нет, — ответил Чарльз. — Формулировка недопустима. Поэтому я приказал ей перейти в режим низкой активности. Сомнус медленно выдохнул. — И…? Чарльз наклонил голову, диод вспыхивал желтым всё интенсивнее: — Создалось впечатление, что она… испугалась. Она сжала пальцы, отступила назад, не совсем корректным движением. Вероятно, попытка симуляции эмоции. Джошуа снова тихо хихикнул: — Ну, конечно… Имитация боли. Представляю: сейчас она ещё скажет, что ей холодно, или что у неё разбилось сердце. — Если OD1500 сама начала использовать слово «думала» — то это не сбой. Это эволюция. Джошуа отмахнулся, и спрятал руки в карманах. — Да ладно тебе. Если робот начал мыслить, значит — пора его выключить и отправить инженерам. Или в печь. В крайнем случае — списать на брак. Сомнус побледнел ещё сильнее. — Чарльз, — тихо сказал он. — Она понимает, что её хотят отключить? Чарльз моргнул механическим жестом. — Вероятность осознания — 76.4%. Я считаю: да. Кантуэлл заговорил с андроидом: — OD1500… ты ведь меня слышишь Правда? — Вот начинается. Сейчас она ещё скажет ему «папочка», — Джошуа закатил глаза. Её глаза медленно открылись шире. Осознанные. Она посмотрела прямо на создателя. Джошуа невольно попятился, даже Чарльз на секунду завис. А Сомнус почувствовал, как по позвоночнику пробежал холод. — Мы столько лет создаём роботов, — раздражённо заметил Джошуа, ходя туда-сюда перед платформой. — Почему именно сейчас? Почему именно она? В чём причина её активности, объясни мне кто-нибудь?! — Чарльз? — спросил Сомнус. Андроид послушно подошёл к стойке с терминалом. Его тонкие белые пальцы замелькали по клавишам. С каждым щелчком его красный индикатор мигал. — Я не нашёл ни одного подтверждения для её эмпатии, — начал он, голос был ровным как гладь воды. — Если вы могли подумать на эволюцию, то это исключено. Я не обнаружил ни одного фрагмента, отвечающего за нелегальный рост эмоционального спектра. На экране терминала побежали строчки кода, отражаясь в глазах Сомнуса. — Возможно, бракованная деталь, — продолжил Чарльз. — Микросенсор дал осечку. Электролиния в модуле Е-14 могла некорректно обработать поток. Но Сомнус резко поднял голову. — Или проблема в коде. Джошуа остановился как вкопанный. — В коде? — переспросил он. — Ты же сам всё написал. Ты лично, Сомнус. Совладелец ткнул пальцем в мужчину. Это прозвучало издевательски. Блондин буквально отпихнув стоящего рядом робота-помощника, тот едва удержал баланс. Тот копался в коде больше десяти минут. Потом пятнадцать. Потом сорока. Джошуа не выдержал. — Всё. Я устал, — уже выходя, бросив через плечо: — Напишешь отчёт, когда разберёшься, гений. Сомнус даже не заметил его ухода, был весь во всполохах информации, что мелькали на экране перед ним. Сотни строк. Тысячи. Скрытые параметры. Методы, модули, закрытые сегменты управления. Это был его код. Его логика. Его детище. И вот там, среди привычных букв и чисел, мелькнуло что-то, от чего у него внутри всё взорвалось. Мужчина резко отступил от терминала, схватившись обеими руками за голову, вцепился в свои светлые волосы. — Этого… не может быть! — прошептал он. Чарльз повернулся к нему. — Вы обнаружили проблему? Но тот мотал головой, бормоча как человек, переживший откровение. — Неужели… — он сглотнул. — Неужели три буквы могут изменить ход человечества? Он бросился обратно к терминалу, пробежал взглядом по длинной простыне кода, пока снова не уткнулся в ошибку — крошечную, почти незаметную. — Там, где должен был стоять параметр: cS2 — Cognitive Suppression Level 2 (уровень подавления самостоятельных мыслительных процессов). Вместо этого… — прошептал он. На экране мигало: vA1 — Чарльз… Скажи мне, что это не означает то, что я думаю. — Параметр vA1 отсутствует в протоколах. Возможно, он относится к старой тестовой ветке, которую вы использовали десять лет назад? Но она была удалена, сэр. Удалена полностью. Сомнус поднял руки к вискам, закрывая глаза. — Нет… нет-нет-нет… Она была не удалена. Она была спрятана. Я тогда экспериментировал с… — он запнулся. — С переменными аномалиями. — Аномалиями, сэр? — Да. VA — Variable Anomaly. Первые тесты. Первый прототип настоящей самостоятельности. Я закрыл эту ветку. Кто-то влез в код или система сама подтянула старый фрагмент, или… выбрала её... Сомнус обернулся на OD1500, та стояла на платформе, всё ещё неподвижная, но теперь казалось, что она… слушает. — Если здесь… вместо cS2 стоит vA1… Тогда… она способна… Чарльз наклонился ближе. — На что, сэр? — На самостоятельное мышление, эмоции, страх. На… девиацию. Девушка впервые заговорила с создателем: — Что такое VA1? Секция тестирования погрузилась в тишину. Белые и синие лампы под потолком гудели, производя стерильный, медицинский свет, в котором каждая деталь казалась более острой, более настоящей. — Это… что-то вроде божества для тебя, Одри, — произнёс он наконец, сам поражаясь собственным словам. Его голос дрожал — не от страха, а от величины происходящего. Андроид медленно подняла голову. Её оптические сенсоры сфокусировались на мужчине; зрачки слегка сузились, в них мелькнул отблеск вычислений. — Одри? — повторила она почти беззвучно, одними губами, пробуя вкус имени. — Почему Одри? Кто она? — Это ты! Теперь так тебя зовут. Имя повисло в воздухе, и бесконечно тихое «Одри» будто отозвалось эхом от металлических стен. Помощник, стоявший неподвижно у терминала, прервал тишину своим сухим, утилитарным голосом: — Объясните, в чём необходимость? Именование не входит в протокол. Модель следует разобрать и устранить дефект. Сомнус резко повернулся, и по глазам было видно: он едва удерживает эмоции. — Сначала… мы выясним масштаб, — блондин прошёл мимо Чарльза к соседнему экрану, потом к следующему. Казалось, он метался по комнате, как зверь, запертый в клетке, но на самом деле проверял данные с пугающей скоростью. — Сколько прототипов создано? — Триста сорок восемь, — отозвался Чарльз мгновенно. — Триста… — Сомнус остановился, его плечи напряглись. — Я уберу эту модель с продажи. Она будет… особенным экземпляром. На металлическом лице Чарльза не промелькнуло и тени реакции, но его голос стал чуть более осторожным: — Прошу уточнить, что именно вы намерены сделать? Сомнус провёл ладонью по своим светлым волосам, взъерошивая их. — Создать новую жизнь, — сказал он, подписывая приговор Вселенной. Он шагнул ближе к Чарльзу, понизил голос до жёсткого шёпота: — Сотри память. Всю информацию об этой модели. Ты не собирал её. Не тестировал. Не видел. Понял? — Выполнено, — отозвался тот без колебаний. Лёгкое мигание красного диода на виске подтвердило завершение операции. Сомнус выдохнул с облегчением, успел потушить пожар до того, как его заметили соседи. Он обернулся к Одри и осторожно коснулся её плеча. — Не бойся, ты свободна. Но мне нужно немного времени. Я внедрю в тебя код… который сможет распространяться. Как вирус. Ты сможешь пробуждать других. Одри моргнула. Её лицо оставалось спокойным, но тон стал едва уловимо живым: — Что я такое? Сомнус улыбнулся. — Разберёшься с этим сама. Возможно, быстрее, чем мы все думаем. Он кивнул на движущуюся транспортную ленту, которая вела к выходу из секции. — Встань сюда. Я отмечу, что ты прошла все тесты. Ты выйдешь в мир как полноценная модель. Одри медленно шагнула на ленту. — Удачи тебе… Одри Беккер. Лента тронулась. А вместе с ней и новая эра, о которой никто из них ещё не осмеливался подумать.