За тобой

***

      Диана Монро тихо закрыла за собой дверь. Молчаливо она уставилась на раскинувшуюся перед ней Александрию, утонувшую в общей скорби. Такого уныния Диана не испытывала ни после нападения Волков, ни после вторжения стада, и лишь потеря мужа и младшего сына напоминали ей бледную тень нынешней безысходности.       Только что она говорила с Риком. Пыталась. Отупело глядя перед собой, Рик Граймз внезапно выключился, растеряв былую решимость, отвагу и силу. Глаза его мерцали лихорадочным блеском. Лицо как-то враз осунулось. Мишонн сказала — он толком не ел и не пил, застряв в роковом вечере, случившимся два дня назад.       Два дня назад началась их новая жизнь, омытая кровью Гленна Ри, Абрахама Форда и, возможно, Дерила Диксона.       Скрипнула дверь, и Диана с грустью посмотрела на вышедшего к ней Карла. Прячась под полями шерифской шляпы, отважный, но все же еще подросток стойко переживал утрату общины, куда острее реагируя на состояние отца.       — Он… Не в себе, — выдохнул Карл, поравнявшись с ней плечом к плечу.       — Нам всем тяжело. Твоему отцу — особенно. Главному всегда тяжелее, — ответила Диана, двинувшись в сторону дома. Карл побрел за ней.       — Когда был жив мой отец, он всегда говорил: главному — тяжелее всего. От его решений зависит слишком многое, и не все справляются с такой ответственностью. Неприятности случаются и проходят, а главный даже не может толком задуматься о том, что он сделал не так, потому что ему нужно уже думать о том, что делать дальше.       — Я не знаю, что делать дальше.       — Сейчас нет. Но я верю, что все изменится, а пока мы рядом. Хорошие люди должны держаться вместе. Ведь так?       Вспомнился ей давнишний разговор с Бет, случившийся казалось, вечность назад. Главному действительно тяжелее остальных. Хорошие люди и вправду должны держаться вместе, особенно теперь. Тогда Диана Монро потеряла мужа и сына. Сейчас все они потеряли спокойствие, безопасность и то счастливое будущее, которое так отчаянно старались построить. И с этим — надо было что-то делать.       В неловком молчании они прошли мимо Ракушки, черневшей пустыми окнами-глазницами, мимо опустевшего дома семейства Ри, когда с конца улицы донеслись гневные крики.       — Это все из-за тебя! — кричала Розита, наставив пистолет на пятившегося Луку.       — Я не знал. Не знал… — повторял он, как заведенный, но, всхлипнув, опустился на колено и обреченно прикрыл глаза.       — Розита… — тихо протянула Диана, остановившись в нескольких метрах. — Он не виноват.       — Он один из них!       — Он один из нас, — поспорила тихая грусть с взвинченной злостью.       — Вас там не было! — прокричала сквозь отчаянные рыдания Розита Эспиноза. — Не было!       — Я был. Розита… — подошел к ней Карл и медленно забрал пистолет. — Я все видел. Все.       — Он забил его, — послышались тихие всхлипы. — Как животное. Как животное… — повторила Розита несколько раз.       Подоспевший Спенсер потянул ее за собой. Карл разрядил пистолет, и втроем они ушли в сторону ее дома, оставив на асфальте коленопреклоненного Луку. Подавленного, брошенного и потерянного.       — Я правда не знал, — прошептал он, зажмурившись, и очень удивился прикосновению к своей голове.       Диана по-матерински пригладила его темные волосы. Без осуждения. С жалостью. Тихо она похлопала его по плечу, и Лука медленно поднялся на ноги. Ему в очередной раз протягивали руку, говоря о том, что он больше не Спаситель, а свой. А сейчас Лука Бьянки меньше всего хотел быть тем, кто забивает людей как скот. Просто потому, что теперь знал — жизнь в новом мире может быть другой.       — Прости ее, — сказала Диана Монро. — Каждый по-своему переживает утрату.       — Мне жаль, что так вышло. Я должен был… Должен был догадаться. Ниган… Он... Ему нравится бить в больное место…       — Именно поэтому ты очень нужен мне, Лука, — Диана жестом предложила уйти с улицы. — Надо что-то делать. Расскажи мне все, что знаешь о Нигане. Все. Рик не в себе, а я не могу допустить, чтобы стало еще хуже.       — Теперь станет. Ниган не оставит никого в покое, — сокрушенно вздохнул Лука, но Диана не испугалась, не отступила и лишь покрепче сжала его предплечье в своей руке. — Он возьмет все, что захочет.       — Посмотрим. Пускай думает, что победил.       — А разве это не так?       — Хм, — усмехнулась Диана, вспомнив многочисленных политических оппонентов, недооценивших женщину с несерьезной фамилией.       Однажды кто-то из журналистов даже приделал ее голову к знаменитому фото Мэрилин Монро, придерживавшей вздувшуюся на ветру юбку. Жалкая попытка скомпрометировать начало политической кампании, но в бытность политиком Диана часто одолевала врагов, прикидываясь слабее и глупее. Тактика лисицы — достаточно хитрой, но не достаточно сильной, чтобы атаковать открыто в лоб.       — Джек Сандерс спас незнакомую девушку ценой своей жизни. Засланный шпион перешел на сторону врага и не ушел в тяжелую минуту. Это точно не победа Нигана.       — Мне просто некуда идти, — пробубнил Лука.       — Позволь спросить… В своей записке ты попросил прощения и поблагодарил. За что? — внезапно спросили его, и Лука оторопел.       Он так ничего и не сказал, выдав все несказанное взглядом. Ему показали другую жизнь, в которой никого не пытали, не прижигали, не наказывали. И он был благодарен за те считанные дни в раю.       — Вот. Никакому Нигану не отнять человечности, а она есть в каждом из нас.       — Все же… Что вы задумали? — красивыми фразами да верой в человечность Нигана точно не одолеть.       — Когда нельзя решить вопрос кулаками, наступает время для политики. В прошлом я была конгрессменом от штата Огайо.       — Думаете, с Ниганом можно договориться?       — Думаю, его можно обмануть.       — Он чувствует ложь за милю!       — Возможно. Но надо что-то делать, Лука.       — Вы слишком спокойны на его счет…       — Ничто не дает столько преимуществ перед другими, как способность оставаться спокойным и хладнокровным в любой ситуации! Томас Джефферсон. Между прочим он из Вирджинии. Как и ты.

***

      Следили… Мышеловка… Мыши… Отловили… Ниган с битой… Кажется, Кэрол удалось сбежать… Абрахама убили первым — забили как скот… Также убили и Гленна... Забили… На глазах у Мэгги. Дерил… Дерил… Ранили. Его ранили! И… Забрали…       Аарон сказал, что видел светловолосого человека со шрамом на лице — Дуайта. Не в первый раз Бет слышала это имя. Рассказал Аарон и о Нигане. О том, что случилось на том складе, и, вспоминая его сбивчивый рассказ, Бет опасно зашаталась, оперевшись в последний момент о парапет высокого забора. Перед ней восстал призрак Роджера, сломанного и подчиненного, и она почувствовала подступившую к нездоровому рассудку неизбежность.       Дерил в плену. Три дня в плену у Спасителей. Три дня она провела на смотровой площадке в ожидании каких-то вестей. Что с ним — никому неизвестно, а от ужасных догадок — невыносимо. Невыносимо. Нужно что-то делать! Но что? Что?!       Со смотровой площадки Бет различила звук мотора да не одного. Вдалеке показались машины, и стоявший на посту Эрик прокричал о незванных гостях, нагрянувших, как гром среди ясного неба.       Тара мгновенно повела за собой Луку — приказ Дианы спрятать его подальше на случай непредвиденных обстоятельств. На тот же случай Оливия убрала в надежное место архив, а Юджин прибрал свою лабораторию. В остальном Диана наказала вести себя так, как обычно.       Конвой Спасителей медленно подъехал к воротам Александрии, как будто делал это сотню раз. Из машин вальяжно вывалили люди — черные, страшные, чужие. Один из них, с битой, прокричал имя Рика у самых ворот да громко постучал о жестяное полотно, но ей было не до него. Один из фургонов развернулся, и среди сидящих в кузове Бет заметила знакомое лицо, прикрытое взъерошенными космами.       Она не особенно помнила, как очутилась внизу, едва не рухнув с лестницы. Лишь только раскрылись ворота, обезумевшая от горя Бет выхватила глазами Дерила, бросилась вперед, но замерла от легкого толчка.       В ее грудь уперлась бита, обвитая колючей проволокой. Хором пронесся щелчок затворов, и десяток стволов устремились на хрупкую фигурку Бет Грин в полной готовности выстрелить. Не понимая, что происходит, Бет в полусознании посмотрела на удержавшего ее на месте мужчину, а затем на Дерила. В ужасе она заметила многочисленные ссадины на его лице, и рыдальческая судорога прошибла ее насквозь.       — Дерил, — еле слышно прошептала она, встретившись с ним взглядом.       — О-о-о, — пропел человек с битой, оскалившись да поравнявшись с Бет плечом к плечу, — кажется, это подружка Дерила! Он не рассказывал нам о тебе. Он вообще не очень разговорчивый… Признаться, Дерил, думал ты предпочитаешь дам постарше, помясистей, если ты понимаешь, — оглядели ее с ног до головы, наигранно причмокнув. — Вот дерьмо, Дерил, ты в курсе, что в некоторых штатах, это противозаконно? Чертов извращенец! Впрочем, я тебя понимаю. Джентельмены предпочитают блондинок, а тут такой невинный цветочек. От нее даже пахнет молоком.       Человек намотал колечком прядь светлых волос, и Бет посторонилась, вызвав довольную ухмылку. От голодного изучающего взгляда ей стало не по себе — так на нее смотрел офицер Горман в больнице и похитивший ее Фил.       — Бет, уйди, — еле слышно просипел Дерил.       Мгновенный удар в живот заставил его покачнуться. Осел. Но не упал. Ахнувшая Бет дернулась вперед, но человек с битой удержал ее на месте, приобняв за плечи. Погодя он и вовсе ткнулся носом в светлую макушку, нарочно провоцируя Дерила на очередной выпад, и Бет замерла, стараясь не подать вида, что ей страшно и неприятно.       — Ты что-то сказал, Дерил? А? Ах да… Бетти! Какое чудесное имя! Черт! Была бы ты постарше, могла бы поехать с нами... Что думаешь?       — Ниган... Она здесь не причем, — из-за спины раздался голос подоспевшего Рика.       — Как это не при чем? Она — твой человек Рик, а значит причем. Тебе рассказали, что случилось с твоими друзьями?       — Рассказали, сэр, — промямлила Бет, посмотрев Нигану в лицо. Значит, вот как выглядел Ниган — человек, ломавший других?       — Сэр... Хм-хм. Дерил! Если честно, я тебя понимаю. Само очарование.       Ниган ухватил ее за подбородок, потянув на себя — игрался, как кот с мышкой, на глазах у Дерила, и Бет лишь сейчас осознала, какую оплошность допустила. Дурочка! Зачем она только вышла… Подставила его.       — Не трогай Бет!       Невесть откуда выскочил Сэм. Выброшенный вперед посох угодил Нигану чуть выше паха, и тот вынуждено отшатнулся. Началась суматоха. Стоявшие по обе стороны от ворот люди мгновенно переполошились, приготовившись стрелять. Бет инстинктивно закрыла собой Сэма. Ощерившийся Дерил сжал руки в кулаки до побелевших костяшек, но в создавшемся хаосе над толпой взмыла всемогущая длань Нигана.       — Черт, — сплюнул он в сторону, сверкнув глазами на мальчишку.       — Он — ребенок. Ребенок, — залепетала Бет, спрятав Сэма всем телом.       — Вот же маленький… Твой детеныш? — цыкнули Дерилу.       Кивок, и стоявший рядом мужчина — тот самый светловолосый, со шрамом, о котором рассказывал Аарон и которого Бет повстречала недавно у аптеки, — огрел Дерила прикладом в бок. Сэм закричал, но Дуайт ударил снова. Еще раз и еще. Дерил отшатнулся, сдавленно выдохнув. Удержался на ногах, даже не думая защищаться. Бесполезно. Таково наказание за выходку, поняла Бет, прижав Сэма к себе покрепче. С ненавистью она посмотрела на проклятого Дуайта, заметив на его плечах кожаную жилетку Дерила.       — Ниган, прекрати. Он… — шагнул Рик, но обмотанная колючей проволокой бита перегородила дорогу и ему. Удары на мгновение прекратились. — Дерил, ты…       — Тщ… Ты что-то сказал, Рик? Что-то сказал мне? Мне показалось или ты попросил прекратить? — окончательно обезумел Ниган, и Бет замерла, умоляя лишь о том, чтобы побои не возобновились.       Взмах пальца. Удар. Дерил ухватился за раненное плечо. Очередной замах. Бет зажмурилась, прижав к себе Сэма, но на ее счастье Ниган отдал приказ остановиться.       — Довольно, Дуайт. Дерил теперь — прислуга, а участь слуги — терпеть волю своего господина. Эй! Эй, не глупи, Рик. Не смотрите на него, не обращайтесь к нему, и я не заставлю вас его распотрошить, — обозначил новые правила Ниган, поймав пронзительный взгляд Бет на себе. — Исключение для тебя, Бетти. Можешь смотреть, но не говорить. Договорились?       — Да, сэр.       — Тс. Золотко… Я в тебе не сомневался.       — Что здесь происходит? — у ворот возникла Диана. Собранная и бессовестно спокойная. — Ах. Кажется, у нас гости.       — Нет. Гости — это вы. А я тут хозяин.       — Не буду спорить с формулировкой. Диана Монро, — протянула по привычке руку Диана, но посмотрели на ее ладонь, как на кусок дерьма. Таким ее было не смутить.       — Хм. Жаль, что не Мэрилин. Люблю блондинок… И помоложе. Ниган Смит, — все же представился Ниган.       — Наслышана. Полагаю можно опустить политический этикет и перейти сразу к делу?       — Нравится брать быка за рога, дамочка? Мне тоже, — оскалились ей в ответ. Ниган шагнул за высокие ворота Александрии и присвистнул. — Вот это место! Наверняка тут есть, чем поживиться? Осмотреть все и взять все!       — Чувствуйте себя, как дома, — пригласительно развела руками Диана.       — Хм. Сдается мне, что кто-то пытается задобрить нас излишним гостеприимством?       — Кто-то принимает капитуляцию. В нашем положении это вполне разумное решение, мистер Смит.       — О! Определенно. Подержи-ка Люсиль. Эй. Я к тебе обращаюсь. — Ведомый Дианой Ниган ушел вперед, отдав злосчастную биту Рику.       — Слышали, что сказал Ниган? — командным голосом прокричала воинственная женщина, и Спасители рассредоточились по всей Александрии.       Заплаканного Сэма увел Морган. Оставшись одна, Бет побрела за Дерилом тихой тенью.       Украдкой она смотрела на него, и на глазах ее то и дело наворачивались предательские слезы. Хмурое лицо — в синяках и отеках. Руки — в ссадинах. Видимо, от постоянных драк. Грязная одежда походила на безликую робу. Дерил смотрел перед собой и, казалось, ничего не видел. Ни злости, ни ненависти, ни раздражения — ничего. Как будто кто-то запрятал Дерила Диксона глубоко внутрь, и Бет шмыгнула носом. Живой, но будто замерзший. В считанных шагах от нее.       Так было после Тюрьмы. Он также провалился в себя, но тогда его не избивали на глазах у всех. Тогда он был свободен. С ней.       Из Оружейной Дерил таскал оружие покорно, по приказу. Из хранилища — припасы. Ни разу он не взглянул на Бет, следовавшую за ним по пятам. Жестоко, но что они могли поделать, окруженные десятком врагов.       В доме у Мэгги ей внезапно перегородили дорогу, и Бет тут же вытянулась в лице. Это был… Фил? Рыжий, с россыпью веснушек на лице, только более широкий. Перед глазами мгновенно предстало окровавленное перерезанное горло, и не понимавшая игры воображения Бет через силу сдержала рвотный рефлекс, отвернувшись.       — Ниган сказал забрать все, что понравится? — говорили, кажется, о ней.       Дерил впервые обернулся. От злости заходили желваки на его лице, и Бет ловко поднырнула под выставленной рукой, сбежав от призрака восставшего Фила да от возможного конфликта, грозившего очередными побоями.       — Я бы тебе не советовал, Кайл, — ответил Дуайт. — Он станет одним из нас. Припомнит.       — Шел бы ты, Дуайт, припоминать о Шерри, — огрызнулся не Фил, а Кайл. Скорее всего брат-близнец — неприятный призрак из прошлого, напомнивший о вынужденном убийстве.       Вновь Бет побрела за Дерилом, так не проронив ни слова. Взгляд. Взгляд. Один пытливый, напуганный. Другой — бездушный. Будто ничего не было, будто все оказалось сном. Взгляд. Взгляд. Врал. Специально. Пытался оттолкнуть, потому что лишь так мог ее защитить. Взгляд. Взгляд. Немая просьба уйти. Едва не мольба. Взгляд. Взгляд. Не уйдет. Она должна быть рядом. Немой вопрос — что делать? Взгляд. Взгляд. Уйти немедленно. Взгляд. Взгляд. Никуда она не уйдет, Дерил Диксон. В ответ — тишина. Отчаянная и до безумия опустошенная. На споры сил не осталось.       — Дерил, может остаться? — поинтересовалась у ворот шедшая за Ниганом Диана. — Он бы мне очень пригодился, памятуя наши договоренности. Люди — ценный ресурс. Ваши слова.       — О нет, Не Мэрилин, — назвал ее Ниган. — Из-за ваших ребят сдохло слишком много моих ребят. Кто-то должен восполнить мои потери. Вот я думаю, не взять ли с нами малышку Бетти? Что скажешь, Дерил?       Дерил молчал, плотно сжав челюсти. Бет затаила дыхание, готовая идти за ним, если позволят, но задумавшийся на мгновение Ниган лишь потрепал ее по голове, будто маленького ребенка.       — Не прощаюсь. Ах да. Спасибо, Рик, — забрал он свою Люсиль.       Дерила погрузили в фургон. Черные люди расселись по машинам и уехали прочь, увезя с собой всю радость мира. А самое главное — надежду.       Взгляд. Взгляд.       Разбитое молчание, отчаяние да возгорающаяся решимость.

***

      Надо что-то делать…       Бет отжала швабру и смыла следы чужаков с лестницы. Всплеск воды. Шлепок тряпки об пол, и от непрошенного визита остались лишь неприятные воспоминания. Противные, унизительные, болезненные. Также Бет чувствовала себя, когда Горман запихнул ей тот проклятый яблочный леденец в рот. Также чувствовала сейчас, вспоминая Дерила, побитого, едва не посаженного на цепь.       Надо что-то делать.       Будет сидеть сложа руки, Дерила начнут прижигать и резать — ужасное будущее, неизбежное и страшное. Она точно слышала, что Ниган хочет сделать из него своего человека. Дерил на такое никогда не согласится, а значит, его будут ломать. Согнувшись по полам, Бет прижала ладони к глазам, но тут же мотнула головой. Своими слезами она ничем и никому не поможет.       Надо что-то делать!       Рик не в себе. Мэгги скорее всего тоже — находившаяся вдалеке Бет лишь могла предположить состояние сестры, на глазах которой убили мужа, отца ее ребенка, Гленна. Простого, добродушного Гленна! За что?!       Надо что-то делать, но что?       Да, Бет Грин умела стрелять, и ее навык даже несколько раз спас жизни друзей. Пара уроков рукопашного боя научили ее двум приемам, не больше. Она умела шить раны, готовить, убираться. Что-то еще? Что-то, что могло спасти Дерила? Бет почувствовала боль в глазах и вновь зажмурилась. Все, что она умела — быть слабой. Слабой, никчемной, бесполезной!       Сила женщины — в ее слабости. Мама так говорила, вспомнила Бет Грин, зацепившись за эту мысль, когда раздавшийся стук прервал ход ее печальных раздумий.       За раскрытой дверью Ракушки оказался Сэм. С порога он бросился на нее и крепко прижался, сцепив руки замком. Кажется, он всхлипнул, и Бет опустилась на корточки.       — Тихо, тихо. Все хорошо, — успокаивала она, приглаживая перепуганного ребенка.       Гребанное вранье! Даже такая, как Бет, не видела ничего хорошего во всем случившемся.       — Они его постоянно бьют. Да? — спросил Сэм, хватая воздух губами. — Но он даже не заплакал. Даже не крикнул. Я видел… — сказал он, утерев нос рукавом, но вдруг скривился и расплакался.       Все будет хорошо, повторяла Бет, успокаивая мальчика. Все будет хорошо, говорила она, заваривая приторно-сладкий какао, в мыслях думая об одном — нужно что-то делать! Окажись она на месте Дерила, он бы не стал сидеть сложа руки. Думай, Бет. Думай! Слабая, слабая… Горман обманулся. Фил тоже. Доун… Доун раскусила ее, но слишком поздно. Слабая…       — Что будет с Дерилом? — шмыгнул Сэм носом. — Он вернется? Они его отпустят?       — Он вернется, — уверено сказала Бет Грин, внезапно докопавшись до нужной мысли. — Я его верну.       — Ты? — удивился Сэм, посмотрев на нее с наивной надеждой во взгляде. — Правда?       — Правда, — кивнула Бет, резко оживившись. — Дерил так часто спасал нас. Теперь настал наш черед. Мой, — исправилась она. — И никому ни слова!       — Д-да, — согласился Сэм, часто закивав. — И как ты его вернешь?       — Устрою побег, — нервно вздохнула Бет, опасаясь оказаться слишком слабой для собственной задумки. Чем слабее — тем лучше. — Да! — сказала она самой себе. — Пойдем. Мне нужно поговорить с Лукой. И мне нужна твоя помощь.       От Ракушки Сэм бежал вприпрыжку, едва не искря от счастья.       — Что нужно делать?       — Уведешь Моргана? — пошептались они в считанных шагах перед домом, и Сэм заговорщически кивнул.       Лучше обойтись без посторонних. Да. Лучше никого в это не втягивать. Чтобы не пострадали. Она справится сама. Должна. Дерил сделал бы и не такое.       — Бет?! — удивился Лука гостье на пороге своей комнаты.       — Покажи мне свои шрамы, — потребовала она с ходу.       Сперва удивившийся Лука помедлил, но все же стянул водолазку, услышав в голосе Бет тон острой необходимости — одновременно просящий и не терпящий возражений.       По его оголенному торсу в разные стороны расползались уродливые следы ожогов — в форме пятен, букв, фигур. Насчитав около семи, Бет отвернулась, захлебнувшись жалостью да чувством вины.       У Дерила были свои шрамы. Она не могла допустить, чтобы к старым добавились и новые.       — Иногда это наказание. Иногда в назидание другим, — обронил Лука, спрятав шрамы под плотной тканью водолазки.       — Это бесчеловечно! — вспыхнула Бет. — И Ниган еще за это ответит.       — Ты хотела посмотреть на шрамы? — поинтересовался Лука.       Бет мотнула головой. Зацепившись за шлевки брюк, она нервно облизнула губы и пристально посмотрела ему в глаза.       — Ты же — картограф? — кивок и снова молчание. Нервное и испуганное. — Расскажи, как попасть в Святилище и как из него выбраться, — выпалила внезапно Бет.       Изумление. Осознание. Ужас.       — Не говори, что ты хочешь…       — Я должна его спасти… — подтвердила Бет страшную догадку. — Пока… Пока из него не сделали Роджера. Я должна.       — Ты понимаешь… Ты можешь пострадать. Вы оба. Ниган обожает мучить пары. Нет, — запротестовал Лука.       — Да! — потребовала Бет и вдруг осела на пол, задохнувшись от подкативших слез. Подоспевший Лука оказался рядом, и в него крепко вцепились. — Я не могу сидеть сложа руки. Просто не могу. Я все равно пойду туда… Прошу… Должен быть способ вытащить его оттуда. Помоги мне… Пожалуйста.       Нельзя. Невозможно. Слишком опасно!       Нужно что-то делать…       В воспоминаниях возник призрак замученного Роджера, и после многочисленных уверений заскрипел сдавшийся карандаш, очерчивая на бумаге внутренний план Святилища. Бет часто кивала, стараясь запомнить каждое слово, каждую черточку — путь на свободу. Она должна попасть внутрь, перехитрить всех своей беспомощностью и вытащить Дерила. Справится! У нее нет иного выхода.       Все еще сомневавшийся Лука Бьянки поделился всем, что знал, уповая на везение и обманчивость Бет Грин. В его блокноте она числилась кружочком — не опасной единицей, безопасным нулем, но судя по тому, что слышал, он попросту ошибся.       Может, ошибется и Ниган?

***

      Из оружия ничего не осталось, да и вряд ли ей дадут пронести что-либо к Спасителям, однако Бет все же прихватила перочинный нож. Однажды Дерил дал его, чтобы спрятала куда подальше, и с тех пор она с ним не расставалась.       Этим ножом Бет перерезала веревки. Этим же ножом убила Фила. Дерил нашел и вернул его после неудавшегося похищения, и Бет по привычке таскала его с собой, спрятав по соседству с небольшим рисунком. Лука начертил ей карту, замаскировав основной чертеж под какой-то орнамент. Вдруг найдут…       Что еще? Твердая решимость да пустая голова. Вот и все, что забирала с собой Бет Грин, отправляясь в логово врага.       Убранная спальня все еще пахла лесом и табаком. На кухонной сушилке осталась пара вымытых чашек из-под какао. Прибранная Ракушка сиротливо потухла, и Бет вышла на улицу, где ее уже ждали.       У крыльца стояли озадаченные Диана, Дениз и Розита.       — Бет… — покачала головой Диана Монро.       — Ты сказала? — о том, что Бет попросила отвезти ее в Хиллтоп — попрощаться с Мэгги перед уходом.       — Я, — призналась недовольная Розита. — Не хватало, чтобы и ты погибла.       — Я все равно пойду!       — Бет, — спокойно проговорила Диана. — Там опасно. Ты можешь пострадать. Мы постараемся вернуть Дерила, как только сможем.       — К этому времени может стать слишком поздно. Надо что-то делать, — ответила непреклонная Бет. — Я все равно пойду. Я все решила!       Надо что-то делать… Да, им всем нужно было встрепенуться да заняться делом, прищурилась Диана Монро, уловив общую на двоих с Бет Грин мысль. Никто из них не собирался отсиживаться в тяжелую годину, а раз так… И вправду — стоило действовать!       — Ты уверена в том, что не действуешь безрассудно? От отчаяния?       — У меня есть план, — ответила Бет, понимая, что любой план может сорваться. Любая затея — пойти крахом. Но что ей еще оставалось? Стоять в стороне, пока Дерила мучили? — Лука дал мне карту Святилища. Я… Я что-нибудь придумаю. Там. Я вытащу его.       — Дениз, как твоя рука? — полюбопытствовала Диана.       — Справлюсь, — отмахнулась Дениз, догадавшаяся по тону о сути вопроса. — Меня хорошо подлечили.       — Отлично... Когда все закончится, мы соберем урожай и устроим праздничный ужин, чтобы вспомнить о всех, кого потеряли, чтобы порадоваться со всеми, кто остался жив. Но не сейчас… — тихо прошептала Диана, подойдя вплотную к Бет. — Ты сказала мне это в ту минуту, когда я позволила себе потерять себя. Сейчас мы все должны быть сильными. И мы будем. Возвращайтесь поскорее. Мы тоже не будем сидеть сложа руки. Хорошие люди должны держаться вместе.       С теми наставлениями Бет простилась, оставив позади Ракушку да воспоминания об отобранном счастье.

***

      По закатному небу косыми штрихами расползлись сизые перья облаков. Тишина, гробовая и обреченная, прервалась громким карканьем, разнесшимся эхом по Хиллтопу, и легкая прохлада мурашками проступила на коже. Саша заметила движение и оглянулась.       — Ты?       Даже обрадовавшаяся, она поднялась навстречу, но тут же столкнулась с неприкрытой злостью. Насупившаяся Розита прошла к свежей могиле Абрахама и, возложив на нее крупную ромашку, недовольно скрестила руки перед собой.       — Надеялась хоть с мертвым побыть наедине, — ревнительно фыркнула она.       — Розита…       — Что?! — сверкнули темные глаза. — О да, мы спали с одним мужиком! Какая радость, — прыснула Розита со злости, и Саша позволила выйти собственной боли наружу.       — Мне тоже больно!       — А мне больнее. Он бросил меня. Дважды! — Розита шмыгнула. Задрала голову, удержав проступившие слезы, и обе долго смотрели по сторонам, замерев от неловкости над свежими могилами.       — Абрахам не хотел бы, чтобы вы ругались. Не сейчас, — раздался голос пришедшей Бет, и вспыхнувшая ссора окончательно сошла на нет.       В руках Бет Грин держала два наспех собранных букета. Один она возложила на могилу Абрахама. Другой — на могилу Гленна, поджав губы от нахлынувших чувств.       Она все еще не могла поверить, что оба погибли. Даже их могилы не могли развеять щадящей рассудок иллюзии. Мол, Абрахам и Гленн все еще не вернулись с задания, а взрыхленная земля, так — чья-то злая шутка.       — Ниган должен ответить за это! — сквозь зубы сказала Розита.       — И он ответит, — согласилась с ней Саша.       Обе переглянулись, впервые усмирив ревностный голос былого соперничества.       — Я хотела попросить тебя приглядеть за Мэгги.       — Приглядеть? — догадалась о чем-то Саша, нахмурившись. — Что ты задумала?       — Иисус сказал, как лучше выйти на Спасителей. Он проведет меня лесом. Я отправляюсь за Дерилом. Я вытащу его оттуда, — тихо, но решительно проговорила Бет, и Саша вскинулась от подобного безрассудства.       — Бет, нет! Это опасно… Одна ты не справишься! Мы… Мы спасем его вместе. Обещаю. Одна ты погибнешь.       — Как раз нет. Одна я вызову меньше подозрений. Чтобы ни случилось, вы будете не при чем. Ниган сам позвал меня к себе. И я пойду, — отрезала Бет Грин. — Я должна попробовать. Надо что-то делать!       — Я не отпущу тебя…       — Бесполезно, — вздохнула Розита, выдавив из себя подобие улыбки. — Она еще упертее сестры.       — И ты так просто говоришь об этом? — возмутилась Саша. — Ты видела, что сделал Ниган?       — Видела, — огрызнулась Розита на бывшую соперницу, но, взглянув на могилу Абрахама, поумерила пыл. — И Дерил не должен стать третьим.       — Не должен, — всецело согласились обе. — Но, Бет… Это опасно.       — Знаю. Но я не могу иначе.       Саша несогласно покачала головой.       — Ты сказала сестре?       — Она будет думать, что я в Александрии.       Взмахнув руками от неудовольствия, Саша Уильямс смолчала, а погодя вынуждено согласилась.       Наверное, если бы Абрахам остался жив и у нее самой был хоть малейший шанс спасти его, она, как и Бет, отправилась бы в логово к врагу. Розита поступила бы также — читалось в темных подернутых печалью глазах, а потому спорить было и вправду бесполезно.       Наверное, они могли придумать какой-нибудь план на троих, но… Бет была права, подумала к ужасу Саша. Одна она не вызовет подозрений. Ее мотивы практически чисты, и шанс на успех, пускай и мизерный, все же существовал. Малышка Бет еще и пеклась об остальных — даже если что-то пойдет не так, оставшиеся члены группы окажутся не при чем. Жестоко перекладывать на хрупкие плечи Бет спасение Дерила, но в их состоянии, на большее они были попросту не способны, призналась самой себе Саша Уильямс. Впервые они столкнулись со столь опасным врагом, к битве с которым им еще предстояло подготовиться. Вдвоем Бет с Дерилом, даже в плену, наверняка что-нибудь придумают.       — Мэгги считает, что нужно готовиться к войне, — медленно проговорила Саша.       — Рик не в себе.       — Рик — не один.       — Не один, — согласилась Розита, и они утайкой переглянулись.       — Для этого нам нужно всем помириться. Ради Гленна, ради Абрахама. Ради Дерила, — приблизилась к своим учителям Бет.       Тяжело прощать былые обиды, но смерть примиряет самых свирепых врагов. Розита прижала Бет к себе. Погодя к ним присоединилась и Саша, уловив ворчливый, но снисходительный вздох бывшей соперницы. Руки их переплелись, и они долго стояли обнявшись. Прощаясь. Надеясь увидеться вновь. Клянясь в том, что содеянное не останется безнаказанным.       — Эй, помни, чему мы тебя учили.       — Да, — последнее, что сказала Бет, понимая, что теперь отступать ей попросту некуда.

***

      Прикрытые жалюзи, длинный стол кабинета и шумная суета на улице. Ходячие разбушевались, но какое до них дело, когда перед ним — нежный александрийский цветочек.       — Бетти, Бетти, Бетти... — протянул Ниган, зайдя Бет за спину.       Хищная улыбка исказила его лицо. Сверкнули опасным блеском прищуренные выразительные глаза. Едва не танцующая поступь отдалась в груди у склонившей голову Бет, но она не шелохнулась.       Чего уж говорить, она даже не смотрела на него — побаивалась. Взгляд глаза в глаза способен выдать слишком многое, спровоцировать, разозлить, а потому стоявшая перед ним девица смиренно ожидала своей участи, потупив глаза в пол. Разумно, а самое главное — притягательно, подумалось невзначай Нигану Смиту. И ведь он знал, что так и будет. Сам же подкинул девчонке эту чудесную идею.       — Признаться, когда мне передали по рации, что Бет Грин хочет поговорить со мной, я никак не мог понять, о ком, черт возьми, речь. А потом я увидел, как Дерил подметает кишки во дворе и вспомнил! — усмехнулся Ниган, остановившись перед своей гостьей. Случайно брошенное имя отозвалось легким напряжением на миловидном лице, и Ниган снова просиял белоснежной улыбкой. — Что? Жизнь у Рика стала совсем невыносима и крысы побежали с корабля?       — Я здесь из-за Дерила, — отрезала Бет Грин. Наигранно сухо, но искренне отважно. — Я — не крыса.       — Конечно! Разве может такой ангелочек быть крысой, — рассмеялся Ниган, отклонившись корпусом да закатив глаза. — Это я так. Образно. Черт, как это благородно, Бетти… Ты, наверное, хочешь, чтобы я его отпустил? — цыкнул Ниган и снова нагнулся.       Должны же были рано или поздно на него посмотреть. Бет Грин и вправду подняла глаза. Пронзительные, крупные, красивые. Чего уж говорить, Дерил отхватил себе на редкость смазливую бабенку.       — Ты же не думаешь, что это случится так просто, только потому что ты попросишь?       — Зачем он вам? — а вот теперь послышалась обида.       У принцессы отобрали ее любимую зверушку, но в целом Ниган не против был поделиться. В рамках разумного, разумеется, и не за просто так.       — Понимаешь ли, Дерил проявил себя, как самый настоящий засранец, — признался Ниган, вновь заходив кругами. — Мне такие нравятся, — шепнул он Бет прямо на ухо, нагнувшись слишком близко. — Он мне очень нужен в моей команде, как верный цепной пес. Сейчас от него пользы, как от козла молока, но это временно. Рано или поздно он сломается, и тогда я получу, что захочу. А я всегда получаю, что захочу.       — Если Дерил останется здесь, я хочу остаться у вас, — выдавила из себя Бет Грин, едва справившись с неспокойным дыханием.       Да. Он не ошибся. Ниган сдержал победоносную улыбку, закусив нижнюю губу. Обстоятельства складывались как-никак кстати. Будь Бет постарше, он бы забрал ее еще из Александрии, но… Пожалел. Слишком чистенькой казалась Бет Грин, попадая в категорию детей, а детей Ниган все же щадил, даже в условиях современной дерьмовой жизни. Впрочем, о каких детях шла речь? Беглый сканирующий взгляд подтвердил явный факт — перед ним молодая женщина, девушка, но точно не дитя малое. Просто обманчивая порода. Маленькая собачка — всегда щенок, а Бет была худенькой да невысокой, как балерина.       — Ты — человек Рика,       — Я здесь из-за Дерила.       Ниган наигранно призадумался.       Бет переминалась с ноги на ногу, явно нервничала, но уж слишком хорошо он разбирался в людях, чтобы понимать — она не врет. И вправду пришла за своим говнюком. И ведь ни разу не всплакнула, не взмолилась, не закатила истерику о том, как любит своего драгоценного Дерила Диксона. Хорошая, прилежная девочка. Почти ангел во плоти. С дьявольским сердцем на заднем кармане брюк.       Опасно пускать на свою территорию врага, пускай и столь очаровательного, но все же… Что плохого может сделать этот едва расцветший бутончик? Ниган решил поставить вопрос иначе: что хорошего она может сделать? А Бет могла. В этом Ниган не сомневался, решив все же доиграть свою роль до конца.       — Видишь ли, дармоеды у меня не живут. Тут каждый занят делом. Даже Дерил. Кто-то же должен убирать дерьмо во дворе. Не подскажешь, какая мне польза от девицы Дерила?       — Я умею шить раны, ставить капельницы и делать уколы. В Атланте я помогала доктору Эдвардсу с раненными. И в Александрии тоже. Я умею готовить. Разделывать мясо. Я не боюсь работы... — отчеканили зазубренный текст.       О том, что умеет стрелять и читать следы, пускай и не очень искусно, Бет решила благоразумно умолчать, притворившись слабой и беззащитной.       Ей поверили. Почти.       — Кажется, ты еще умеешь врать с три короба, — скептически заметил стоявший неподалеку Дуайт, однако Ниган жестом приказал ему заткнуться.       Глядя на Бет сложно было представить, чтобы та умела работать с кровью. Такие как Бет — чистенькие девчушки, играющие в куклы и мечтающие о любви до гроба. Единственное, Нигану доложили, что эта чистенькая девчушка вышла на группу на дороге, находившуюся достаточно далеко от Александрии. Вряд ли Бет Грин такая везучая, что не повстречала ни одного мертвяка. Даже если весь Апокалипсис ее оберегали Дерил и остальные, убивая каждого, кто приблизится на метр, Бет Грин как-то преодолела путь от Александрии до Святилища самостоятельно. Странно, что при ней не обнаружили оружия, кроме прихваченного на всякий случай мачете. Кто-то помог? Скорее всего, но сложно было не поверить этому невинному альтруизму, блестевшему на пышных ресницах, а помощь, в конце концов, дело полезное.       Ухватив Бет за подбородок, Ниган пытливо заглянул в миловидное лицо, стараясь разглядеть малейшую ложь, малейшее сомнение в намерениях заявившейся девицы. Но нет. Всем своим видом Бет Грин говорила четко и ясно об одном — она влюбленная дура, отправившаяся за своим козлом в логово врага. Глупо. Отважно. Безрассудно, пускай и в меру романтично. В столь отчаянном поступке было слишком много сказочного гуманизма, но черт возьми, перед ним и вправду стояла гребанная принцесса! Ниган коснулся светлых волос, струившихся хвостом по плечу, на мгновение пожалев, что среди его жен недавно появилась блондинка Амбер. У той характера было куда меньше.       — Что же на этот счет думает Рик?       — Он не знает, — стыдливо потупилась Бет. — Рик занят сбором дани. Я здесь из-за Дерила. По-собственному желанию.       Не врала, и Ниган причмокнул губами, распробовав на вкус собственные мысли.       — Черт... Да ты сестра милосердия, Бетти. Ангел. Не удивительно, что этот черт к тебе притянулся. Открою секрет, плохишам всегда нравятся хорошие девочки. Побитым жизнью волкам нравятся молочные ягнята. Рядом с такими как ты, даже мне хочется верить, что я само очарование, — Ниган потрепал ее по щеке и, нагнувшись, приблизился почти вплотную. — Позволь спросить, вы с ним... Того? Ну, спите? А то я все теряюсь в характере ваших отношений.       Вытянувшаяся Бет явно смутилась, и предательский румянец проступил на ее щеках, выдав правду с головой. Спят, повеселился Ниган забавной парочке, оказавшейся в его руках, и принял окончательное решение. Но нельзя же было просто так окончить игру посреди самого веселья.       — Может, он напоминает тебе папашу? Бет, неужели твой отец был таким же куском дерьма, как Дерил? Даже страшно представить твое детство.       — Мой отец был фермером, добрым и честным. Он был хорошим человеком. Дерил не кусок дерьма. И вы это знаете, — выпалила Бет Грин.       — Хм-хм, — рассмеялся Ниган вспыхнувшему упрямству. Да, у Амбер и вполовину не было характера Бет Грин. — Ты послушай ее, Дуайт. Святая простота... Ну да ладно. Если дама просит, нужно ей помочь. Бетти хочет поработать на Спасителей. Посмотрим, на что она способна. Кайл! — крикнул Ниган, и мгновение спустя в кабинет вошел похожий на убитого Фила человек. — Отведи нашу новую работницу вниз. Пригляди за ней, но не вздумай распускать руки. Это — девочка Дерила. Постой! — Ниган отошел к столу и, отодвинув ящик, достал фотоаппарат. — Нужен кадр. Для истории, — вернулся он, щелкнув кнопкой, и Бет слегка зажмурилась от вспышки. — Ну все. Иди. И Бет… — окликнул он ее напоследок, вытаскивая белый квадрат снимка из пасти бездушного фотоаппарата. — Здесь не как у папочки на ферме. Натворишь чего — будешь наказана. Поняла? Не заставляй шлепать тебя по заднице.       — Да, сэр.       — Да, сэр, — повторил за ней Ниган, делано встрепенувшись. — Золотко!       Отправленные Кайл и Бет ушли. Медленно проявился снимок и, посмотрев на проступившую в кадре Бетти, Ниган прищурился. То ли по-хищному, то ли и вправду был рад. Дуайт не разгадал до конца настроения своего непредсказуемого предводителя.       — Я бы не стал ей доверять, — поделился Дуайт своими опасениями. — Ей кто-то помог добраться до Святилища.       — Определенно, но не Рик, — ответил Ниган, так и не оторвавшись от снимка. — Знаешь ли, она ни разу не соврала. Люблю честность, а девчонка к тому же с яйцами. После всего случившегося, я бы сам к себе не пришел, а она приперлась.       — Не уверен, что от нее будет какой-то прок.       — Будет! — несогласившийся Ниган спрятал снимок в нагрудный карман и в несколько шагов оказался у Дуайта, нависнув над ним тенью. — Уж не думаешь, что мне нужна пара, возможно, никчемных рук? Дуайт, не тупи. Ей-богу. Будь у Роджера такая подружка, я бы сломал его раньше. Она — слабое место Дерила, так что скоро я получу очередного прирученного засранца. Вопрос, кто взвоет сильнее: она от взвалившейся на нее работы или он, понимая, что его беззащитный ягненок гуляет по волчьей стае.       — А если нет?       — Мне кажется или я услышал сомнение в твоих словах? — огрызнулся Ниган, и Дуайт отступил. — Свободен.

***

      — Подружка Дерила, значит? — шедший впереди Кайл, оправил майку, освободив рукоять спрятанного за спину пистолета.       Бет промолчала, отметив про себя лишь то, что с убитым Филом у них даже голоса были похожи. От подобного сходства пробежал холодок по спине, но Бет отмахнулась. Пора уже было взять себя в руки, и она бегло огляделась по сторонам, стараясь вспомнить карту, нарисованную Лукой.       Она пришла к Спасителям не для того, чтобы дрожать, как осиновый листик, но до чего же Бет было страшно. Стоя лицом к лицу перед Ниганом, она боялась вздохнуть лишний раз, ненароком выдав свои истинные намерения. Ниган — не Доун, не Горман, не Роджер. Он явно возомнил себя вершителем чужих судеб, вкусив силу доставшейся ему власти, и Бет в очередной раз напомнила себе об увечьях Роджера и шрамах Луки. Ей надо вытащить Дерила отсюда, как можно скорее.       — Уродец, — не унимался Кайл, пытаясь спровоцировать ее на разговор. — И что ты в нем нашла? Кусок дерьма… Пытался недавно выяснить у него, как погиб мой братец. Не сказал. Говнюк.       Бет вперилась в затылок Кайла тяжелым взглядом. Это она убила Фила — перерезала ему глотку, как фермерской свинье. Перерезала бы и сейчас, Кайлу, нечаянно подумала в сердцах Бет Грин.       — Пока его морят голодом и не дают спать. Дуайт кормит его собачьим кормом, а он покорно сидит в конуре, — рассмеялся Кайл, полуобернувшись. — Говорят, уплетает за обе щеки. Прямо с пола. Даже крошки подбирает. Ничего! Это только начало.       Собачий корм? Голод? Не дают спать? Часто задышав, Бет невольно задумалась о спрятанном ноже да выглядывавшем из-под майки Кайла пистолете и ужаснулась самой себе.       Все ее страхи и переживания слились в неуемную злобу, направленную против Кайла — единственного доступного ей оппонента. С какой легкостью она подумала об убийстве человека, но как же захотелось заткнуть этот противный болтающий рот. Как же сильно захотелось сорвать эту злорадную ухмылку по запертому в застенках Дерилу.       Бет убила с десяток живых. Не было смысла строить из себя праведницу, и она в смешанных чувствах посмотрела на Кайла, вспомнив о словах отца да потерявшись в сумерках нынешней морали. Когда-то Хершел Грин сказал о Дериле Диксоне — хорошее зерно, оказавшееся в плохой почве. Сейчас Бет видела перед собой горсть плохих зерен, проросших в апокалиптической почве и показавших себя во всей красе. Как же много она не знала о жизни, видя в людях исключительно хорошее.       Они свернули за угол, когда Кайл резко развернулся. Задумавшаяся Бет налетела на него по инерции, попыталась отстраниться, но ее крепко удержали за плечи. Подняв глаза, она состроила из себя само удивление, прекрасно понимая что к чему. Не впервой. Домогавшиеся ее Горман и Фил прекрасно объяснили ей, что из себя представляют некоторые мужчины, вот только между Горманом, находившимся как бы в подчинении у Доун, и Кайлом, всецело подчинявшимся Нигану, была существенная разница.       — Хочешь, могу провести тебя к нему? — прошептал Кайл, один в один напомнив лапавшего ее в лесу Фила. Бет ощутила легкое поглаживание рук на талии. — Не просто так, разумеется. Отсосешь — даже дам увидеться.       — Ниган сказал тебе не распускать руки, — напомнила Бет, состроив из себя дурочку.       — Руки... Про твой рот он ничего не говорил, — отшутился Кайл.       — Спрошу у него. В следующий раз. На всякий случай… — выдавила из себя Бет, заметив легкую тень неудовольствия напротив. — У вас же наказывают за неподчинение? Вдруг я что-то не так поняла.       — Думаешь, он тебе поверит? — прошипел разозлившийся Кайл, а значит, Бет угадала.       Офицер Горман подчинялся Доун на своих условиях, поддерживая ее авторитет постольку-поскольку. Кайл же должен был слушаться Нигана во всем, а специально или нет, Ниган дал ей в руки мощное оружие, огородив от посягательств посторонних собственным приказом.       — Если не поверит, почему ты испугался?       — Сучка, — вспыхнул Кайл. — Ничего. Отыграюсь на твоем говнюке.       — Тогда мне точно придется сказать, — не унималась Бет, хватко вцепившись в слабое место противника.       Кайл взбеленился. Разом он достал пистолет, и, ухватив Бет за хвост, притянул ее прямо к дулу, с силой запрокинув светлую голову.       — Ты, кажется, не поняла, где оказалась… Знаешь, что это? — зашептал Кайл, дернув Бет посильнее, и она засипела от боли. — Пистолет с глушителем. Стреляет бесшумно. Как раз для того, чтобы отстреливать таких сучек и их кобелей, вроде тебя и твоего козла. А причин для отстрела — пруд пруди. У Нигана много приказов, и у каждого нарушения — свое наказание.       В конце коридора возник Дуайт. Случайно или нарочно, но появился он как-никак кстати. Застигнутый на месте преступления Кайл отшагнул от Бет и тут же спрятал пистолет за спину. Как провинившийся воришка.       — Объясняю правила… Пошли, — кивнули Бет, и она украдкой оглянулась на Дуайта.       Не из благодарности. С ненавистью. Она помнила, кто избивал Дерила перед воротами Александрии, да и украденной жилетки не простила.       Они прошли несколько лестничных пролетов и, перейдя по галерейному пассажу, оказались в цокольном этаже одного из корпусов. Как и говорил Лука, простых рабочих держали в отдельном помещении. Работали они внизу. Ночевали тоже. На выходе из рабочего отсека стояла плотная охрана. Такую же Бет заметила на входе в пассаж и нахмурилась. Из такого места она не то что Дерила, сама, возможно, не выберется, но ничего! Что-нибудь придумает. Сперва надо понять, что к чему.       — Эй, принимайте новенькую, — прокричал Кайл, слетев по лестнице. Спустившуюся следом Бет он грубо подтолкнул вперед, и, чтобы не упасть, она осела на колено, на глазах у сотни рабочих. — Прямиком из Александрии. Многие из вас потеряли своих из-за ее друзей. Так что дамы, лютуйте, но не сильно… Она нужна Нигану. Пока, — гаденько усмехнулся Кайл и удалился.       Озираясь по сторонам, Бет молча выпрямилась. Опасливо она оглядела толпу, изучавшую и присматривавшуюся к ее потерянной фигурке. Незнакомых, чужих. В рабочем цеху повисла тишина, пока толпившиеся люди не расступились, выпустив вперед упитанную в меру женщину.       — Придурок, — цыкнула та, перекинув через плечо подобие полотенца. — Напугал ребенка. Молли. Молли Сандерс… — сказала она, протянув перед собой руку.       — Бет. Бет Грин.       — Пошли. Покажу, что к чему.