Подергать тигра за усы
8 июня 2026 г., 14:21
***
— Нет, нет и нет! Не учите итальянца сажать помидоры, синьора Ри. Уж что-то, а в этом я понимаю получше многих. Oddio! — раздалось недовольное возмущение с земли, и оглянувшаяся Шерри слабо улыбнулась, заприметив активную жестикуляцию пожилого Дэвида Бьянки. Что и говорить, а на свободе мистеру Бьянки стало значительно лучше, и если бы не неустанная тревога о сыне и жене, можно было бы и вовсе расслабиться относительно его здоровья. Свобода оказалась сильным лекарством, но не всеисцеляющим. От печальных переживаний оба беглеца, новые жители Хиллтопа, прятались в работе. Мистер Бьянки с итальянской деловитостью вцепился в грядки, а Шерри — в караул ворот. Увы, мысли обоих то и дело возвращались в Святилище — к Молли, Лилли, Энни, к Бет, Дерилу, к ставшим родными Фрэнки, Тане и… Дуайту. Ночами он приходил во снах, а утром Шерри терзалась совестливыми упреками, то обвиняя его в бездействии, то себя — едва не в предательстве. Чертов Ниган. Скольких он поломал, но и он не вечен. Шерри с надеждой вслушивалась в разговоры Мэгги с членами общины о грядущем противостоянии, с жадным азартом посещала занятия Саши и Розиты. С особым остервенением она заклинала себя бороться до смерти, если придется, и каждая клеточка ее освобожденного тела требовала одного — мести. Ниган должен был заплатить. За все и всех. Вдалеке послышался гул моторов. Шерри внимательно прищурилась из-под козырька кепки. Зрение ее не обмануло, и караульным на воротах она жестом передала короткий сигнал — гости. Хорошие гости. Хиллтоп разом оживился. — Это точно не Саймон с дружками? — прокричал озадаченный Грегори, вырядившийся в деловой костюм, но ему никто так и не ответил. Слишком долго община томилась слухами о сегодняшней встрече, рассуждая о том, что Грегори давно стоило объединиться с близлежащими колониями. Слишком долго Хиллтоп терпел власть возомнивших себя сильными, а потому все до одного и высыпали посмотреть на тех самых великих гостей — короля и, как прозвали Диану, сенаторшу. Высокие деревянные ворота Хиллтопа раскрылись. Медленно въехала процессия из нескольких машин. Стихло ворчание двигателей, и у дома с колоннами появились долгожданные гости. Выпрямившаяся Диана коротким жестом оправила рубашку, невольно задумавшись о заломившейся складке на животе. Дурацкая мысль, но привычка — вторая натура, а Диана Монро привыкла следовать протоколу дипломатических встреч. Строгий дресс-код, очаровательная улыбка и неустанное соблюдение собственных интересов — вечные спутники любого политика. Впрочем, даже в условиях конца света необходимость переговоров никто не отменял. Украдкой переглянувшись с Мэгги, Диана заговорщически кивнула. Справа от нее вырос Рик. Мгновенно он среагировал на подлетевшую к нему Кэрол Пелетье, приехавшую в экипаже его величества Иезекиля. Впопыхах произошло спешное знакомство остальных делегатов. — Диана Монро. — Его величество Иезекиль, — отчеканил Джерри, выставив перед собой посох. — Грегори! Грегори! — затрясли рукой прямо перед носом сенаторши и короля. — Лука… Figliolo! — воскликнул изумившийся мистер Бьянки, и наблюдавшая издалека Шерри улыбнулась воссоединению Дэвида и Луки. Преследовавший образ Дуайта совестливо кольнул сердце и все же отступил. Кажется, она поступила правильно.***
— Не желаете ли выпить? — хлопнул по рукам Грегори, обратившись донельзя гостеприимным хозяином. Подле дубового кабинетного стола, в окружении книжных полок и картин столпились едва не официальные дипломатические делегации. Диану сопровождали Рик, Мишонн, Саша, Розита и Лука. Около короля подобно верным рыцарям расположились Джерри и Ричард. А еще Кэрол, украдкой спросившая у Рика о Дериле и Бет. Увы, ничего. За спиной Грегори крыльями выросли Иисус с Мэгги. — У меня есть чудесная бутылка… — продолжил свою мысль Грегори, но его тут же перебили. — К великому сожалению, его величество не располагает временем на пустые разговоры, — отчеканил Джерри, как заправский герольд. — Да бросьте… — Королю не пристало отлучаться от своего трона, сир Грегори, — качнул едва не львиной головой Иезекиль, полуобернувшись на Кэрол. — На столь далекое путешествие меня сподвигла исключительно убедительность и поручительство наших общих знакомых. Я бы предпочел перейти к делу. — Я всецело согласна с необходимостью не тратить время попусту, — напомнила о себе Диана, ловко перехватив инициативу разговора. — Прежде всего, я хотела бы поблагодарить вас, Грегори, за предоставление площадки для переговоров, а также вас, ваше величество, за согласие на встречу. — Соединив перед собой руки, Диана влезла в привычную для себя роль политика, избрав вежливый, но уверенный тон. — Полагаю, наши общины имеют много общего, и я очень надеюсь, что в ходе данного разговора нам удастся найти и другие точки соприкосновения. — Насколько я понял, — выдохнул Грегори, плюхнувшись в кресло, — вы говорите о Спасителях? — Не только, — склонила на бок голову Диана Монро. — Наши общины стараются выжить в условиях всеобщего хаоса, не растеряв при этом остатки человечности. К большому сожалению, наш внешний враг — не только ходячие трупы, но также голод и отсутствие тех благ цивилизации, к которым многие из нас привыкли. И все это — в условиях вечной необходимости защищаться от живых, поправших любые законы и нормы морали. Сосредоточенный Король неспешно перетер ладонями перед собой и согласно склонил голову. Грегори повторил за ним, разбавив монаршественную вальяжность рваным, сбивчивым жестом. Подавшись вперед, Диана продолжила. — Давным давно первые колонии объединились против тирании монархии и в ходе тяжелого противостояния добились независимости. Их подвиг привел к созданию мощного, суверенного государства. Полагаю, джентльмены, настал наш черед отвоевать нашу независимость по образу и подобию Отцов основателей, — торжественно объявила Диана Монро и стихла. — М-м-м… Звучит, конечно, чудесно, — протянул после недолгой паузы Грегори, — но я что-то не очень понимаю, о какой именно независимости идет речь. Вы реально хотите войны со Спасителями? Пф! — прыснул он, небрежно отмахнувшись ладонью. — Они перебьют нас, как младенцев. — Подвиг первых колоний был далеко не в войне, мистер… Грегори, — погасла улыбка Дианы, говорившей, может, и пафосно, но искренне. — Я хочу создать безопасную зону — защищенную со всех сторон, снабженную едой, водой и прочими ресурсами. Для наших людей и для тех, кто ищет спасительный ковчег в условиях, в которых мы все оказались. Я хочу создать независимое, защищенное государство с порядком, законом и уверенностью в завтрашнем дне. — Королевство уже является таким государством, — высказался Иезекиль. — Не является, — возразил Рик, вызвав недовольный взгляд его величества, Ричарда и Джерри. — Королевство платит такую же дань Спасителям, как и мы, а это значит, что Королевство не в безопасности. И уж точно не независимо. — У нас есть четкие договоренности… — …Которые рано или поздно Спасители нарушат. Просто потому что могут. — Прежде мы всегда следовали уговору! — Этот уговор основан на принуждении. — Этот уговор основан на здравомыслии, — ворвался в разговор Грегори. Встреча начинала нравится ему все меньше и меньше. — Кому в голову прийдет сражаться с Ниганом и его дружками? — возмутился он, озвучив трусливую, но все же полную здравой осторожности мысль. Диана вскинула ладонью кверху, призывая Рика успокоиться. В политике нужны крепкие нервы, а еще убедительность и холодная голова — настойчивость, но не резкость. — Лука… — тихо позвала она, и ей подали несколько бумажных свертков. Один она отдала через Ричарда Иезекилю. Другой — Грегори. Недоверчиво король развернул сверток, увидев перед собой карту с очерченными границами и выделенными зонами для пастбищ, для посева, для жизни. Логичная, организованная картинка совместного счастливого будущего, но уж слишком приторная, чтобы походить на правду, особенно в условиях горькой реальности — все они под колпаком у Спасителей. — Это карта нового независимого штата, — объяснила Диана.— Мы могли бы объединить наши усилия, устранить угрозу Спасителей, огородить наши территории и людей, устранить ходячих в рамках очерченных границ и создать общее будущее для каждого, кто согласен жить в мире и порядке. Мы предусмотрели школы, продовольственные зоны, фермы, госпиталь… — Красивая картинка, — подал голос Грегори, скептически причмокнув губами. — Но, извините… Мы передохнем на пункте об устранении угрозы Спасителей. — Сир Грегори прав, леди Монро, — согласился король. — Риски слишком велики. Король не может жертвовать своими людьми ради утопических надежд, сколь прекрасными они не были. — Идея о независимом штате — не эфемерна. Если действовать, а не отсиживаться в стороне! — возмутилась готовая к сражению Мишонн. — Для этого нужны люди, оружие, — справедливо заметил Джерри. — У нас будет оружие. Люди… С вами будут, — шагнула вперед Мэгги, и в кабинете вышла заминка. Рик насупил брови. Хмурилась и Мишонн, уставшая от вечной неопределенности. Битвы жаждали и Мэгги с Иисусом, понимая, что война с Ниганом — единственный шанс выжить. Кабинет невольно наполнился жаждой крови, и непоколебимое спокойствие сохранила лишь Диана Монро. Жизнь в политике научила ее главному — терпению, спокойствию и настойчивости. Мягкой, уверенной, но ненавязчивой. — Я прошу объединить наши усилия во имя общего блага. В этой красивой картинке есть зерно истины. Вы говорите — это утопия. Но это возможность независимой и безопасной жизни, а за независимость нужно бороться! Диана Монро воинственно сжала руки в кулаки. Размеренно поглаживавший ладони король долго молчал. Молчал и Грегори, переводя взгляд с сенаторши на короля, стараясь угадать общее настроение и сторону, к которой следует примкнуть. — Я вынужден отказать, — протянул король. — Джерри, Ричард… мы возвращаемся, — грузно поднялся со стула Иезекиль. — Погодите… — встрепенулся Рик, шагнув вперед. — Послушайте! Такие как Ниган — как ненасытная черная дыра. Им всегда будет мало. И то, что они нарушат договоренности — лишь вопрос времени. Вы должны это понимать! — Это вопрос жизни моих людей, — поспорил король. — Какой жизни? В рабстве? Живые рабы не многим отличаются от ходячих мертвецов. — И все же они живы… — произнес король, бросив взгляд на разложенную карту. — Я избрал своему народу такую участь — возможность жить. Мы закончили. Благодарю за приглашение, леди Монро. Благодарю за оказанный прием, сир Грегори. Рик снова подался вперед, но Диана вновь сдержала его воинственность простым жестом. Да. В хаосе битве лидерским качествам Рика цены не было, но сейчас нужно было действовать спокойнее. — Ваше величество… — едва поджав губы, улыбнулась Диана. — Не откажите мне в последней просьбе. Возьмите карту. Как напоминание о другой возможности жить. Иначе, чем сейчас. И от этой возможности еще не поздно отказаться. — Это утопия. — Это — всего лишь одна из возможностей. Вы — хороший лидер, и я всецело принимаю вашу предусмотрительную осторожность. Боюсь, Спасители могут оказаться далеко не единственной проблемой для наших людей. В тяжелую годину хорошие люди должны держаться вместе, — сказала Диана напоследок. Король сосредоточенно кивнул. Его величество вышел со своей свитой на улицу. Замешкавшись подле Кэрол, он перекинулся с ней пару фраз и тоскливо покачал мощной львиной головой, явно расстроившись. Тихо он сел в фургон. Джерри последовал за своим королем. Последовал и Ричард, на мгновение оглянувшись на дом с колоннами и на вышедших их проводить людей. Украдкой он ответил на молчаливое прощание Дианы Монро, попрощался с решившей остаться Кэрол, и свита короля поездом выехала из Хиллтопа, оставив после себя двойственное разочарование. Обоюдное. — Не вышло… — О нет, — протянула Диана. — Просто некоторым идеям, как семенам, нужно время, чтобы прорасти и созреть. — У нас нет этого времени, — выдал свою досаду Рик, и Диана с ним вынужденно согласилась. — Нет… — Что ж… Коль встреча подошла к концу… — развел было руками Грегори. — Встреча перешла к обсуждению нашего противостояния со Спасителями, Грегори, — громко проговорила Мэгги, и вокруг нее собралась небольшая группа людей Хиллтопа. — Не помню, чтобы я давал согласие на нечто подобное. — Его дал Хиллтоп, — ответил кто-то из толпы, и в ответ раздались согласные возгласы. — Что? Вообще-то я тут главный! — Простите, ваше величество, но в ходе демократического переворота вас временно отстранили от престола, — вставил свое слово Иисус, и Грегори заметался от возмущения. Внимания на него никто не обратил. Рик обернулся на ворота, услышав издалека рычание байка, и интуиция потянула его вперед. — Открыть ворота! — прокричала стоявшая на карауле Шерри. Высокие деревянные створки раскрылись. Вновь прорычал байк, и вскоре у белоколонного дома показались двое. — Бет! — бросилась вперед Мэгги. Хрупкая Бет Грин утонула в объятиях сестры и подскочивших Саши, Розиты и Шерри. Дерил сцепился с Риком, отдав трофейный кольт, и искренне обрадовался возникшей рядом Кэрол. — С возвращением, — прошептала она, услышав в ответ сухое мычание. — Кажется, самое время обсудить наши планы. Рада видеть вас снова в строю, мистер Диксон. Рада видеть тебя, Бет, — потрепала ее Диана по щеке, позволив себе на мгновение расслабиться. — Вы вовремя, — похлопал Рик по плечу Дерила. — М, — ответил он, виновато потупившись перед Мэгги.***
Стук. Раскатистый. Настойчивый. С грохотом открывается дверь, и трое входят в прохладное, темное помещение. — Эй, Майки? Ты тут не подох? — кричит один из вошедших в темноту. — Мы привезли пива и жрачки. — Что за черт?! — вглядывается в темноту его напарник. — Эй, Майки? Темнота на мгновение шелестит, шипит, но резко смолкает. Напарник тянет руку к выключателю, когда из мрака на него наскакивает обращенный Майки. — Черт! Черт! Выстрел отдается гулким эхом в темноте. Упокоенный Майки падает на пол. Щелчок выключателя. Моргающие, будто проснувшиеся лампы. Переполошенная троица осматривается, утирая испарину со лба. Никого не укусили. Никого не ранили. Ну… Не считая Майки. Горло Майки располосовано от уха до уха, а теперь у него еще и дыра в черепушке. Перепуганные, недоуменные взгляды блуждают по освещенному помещению. Шок уступает место общему на троих оцепенению, и в сознании становится пусто… Пусто, как и на складе. — Черт… — Один из троицы сплевывает на пол, понимая, что у них проблемы. Большие проблемы. Растеряно он хлопает себя по груди и вынимает рацию из нагрудного кармана. — Прием... Это Гэрри. — Что там, Гэрри? Нашел того говнюка с девчонкой? — насмешливо шипит рация в ответ. — М-майки сдох, — блеет Гэрри, нервно облизывая губы. — Кто-то обчистил весь склад. — Что значит обчистил? — То и значит, — вспыхивает Гэрри, утирая пот со лба. — Он пустой, как твоя бошка. Вынесли все! Ничего нет. Пусто. Пусто! — повторяет он, замечая на полу одинокую коробку. Жестом он велит одному из своих парней проверить ее, будто оставленная коробка может что-то исправить. — Все? — недоверчиво переспрашивает рация. — Да. Тут только какой-то ящик. Коробка. Грохот. Рация падает на пол. Рация щелкает. Шипит. Но никто ей не отвечает. — Гэрри? Гэрри? Прием…***
На длинном столе покоилась хладнокровная Люсиль, изголодавшаяся по плоти, и провинившиеся лейтенанты молча отводили взгляды в сторону. Ниган грозно кружил над ними, высматривая возможную жертву. Все, как обычно, только без легкого приплясывания на пятках и без задорной чечетки каблуков, а значит, дело и вправду дрянь. Как-то неожиданно их вывели из привычного состояния всесильных. Неизвестные обчистили десяток складов, выкосили десяток-другой бойцов, но главное — пошатнули уверенность в их непобедимости. Даже их собственную. Дерьмо! По Рабочему цеху сквозняком гуляли неприятные слухи о бумажном тигре, имя которому Ниган. До добра это точно не доведет. Не доведет — согласно оскалилась кровожадная Люсиль. — Так-так… Хотел бы я знать, какого черта происходит… — протянул Ниган, цыкнув. — Кто-то знатно обосрался и теперь несет аж за милю. Эники-беники-кто? — Парни осмотрели склады на западе, — прыснул Саймон, с вызовом посмотрев Нигану в глаза. Своего главаря он не боялся, алкая крови едва не больше разлегшейся на столе Люсиль. — Оттуда тоже вынесли все. — Все? — Да. Ниган вновь навернул несколько кругов, отстукивая каблуками начищенных ботинок томительную тишину. — Что делать, босс? — Надо понять, кто это и наказать, — фыркнула Арат. — Кажется, это кто-то из наших… — С чего это? — вперился в нее взглядом Дуайт. — Кто-то точно знал о расположении складов и об их содержимом. Вынесли преимущественно оружие. — Согласен. Крыса в Рабочем цеху, — согласился Гэвин. — Мы так и не выяснили, кто кокнул Кайла. — Потравить крыс в собственном подвале можно позже, — прервал споры Ниган. — Нужно обезвредить угрозу извне. Обнаглевшие мышки-полевки решили подергать тигра за усы и стащили из его кормушки шмат мяса. Хороший, сочный стейк, твою мать! Меня волнует и другой вопрос. Какого черта вы это допустили? А? Саймон, Дуайт, Арат, Гэвин? — повысил голос явно раздраженный Ниган. — Понятно. Я безумно, безумно разочарован, — качнулся он на пятках и ухватился за рукоять Люсиль. — И? Какие-то идеи? Молчание. Местами опасливое, местами нетерпеливое. — Хм. Понятно… Хочешь сделать что-то хорошо, сделай сам. Дуайт, скажи парням собираться. Пора пощелкать охреневших в край мышей. Начнем с Александрии. Обыскать каждый угол, вырезать всех, если потребуется. — Сэр, вам лучше остаться. Мы не знаем до конца… — Какая-то мышь обскребла мои амбары, Арат, и я догадываюсь, в какой норе мне ее искать. Такое нельзя оставить безнаказанным, иначе все решат, что Спасители ослабли, а тогда начнется задница. Для всех. Саймон, наведаешься в Хиллтоп. Примени все свое обаяние и объясни, как можно доходчивее — кто в доме хозяин. Гэвин, займись крысами в подвале. — Да. — Ну? — прыснул Ниган, уложив Люсиль на плечо. — Кому-то нужно особое приглашение?***
Процессия из шести машин медленно подбиралась к повороту на Александрию. Вооруженные, обозленные Спасители отправились в Крестовый поход во имя собственного спасения. Возглавлял их сам Ниган, и уставшие от последних диверсий парни открыто насмехались над глупыми мышами, позабыв простую истину — мыши вездесущи. Машины неспешно притормозили. На бугре холма дорогу им перегородил байк и невозмутимо закуривший Дерил Диксон с арбалетом наперевес. Один. Дуайт нахмурился. Усмехнувшийся Ниган украдкой огляделся и выпрыгнул из автомобиля. Десяток парней высыпали за ним, и все же Дуайт уловил всеобщую растерянность, отдавшую липким потом меж лопаток. — О! Дерил… — протянул Ниган, расставив руки в стороны. — Решил вернуться к папочке? Ну иди, я тебя обниму. — Дерил ничего не ответил, выдохнув дым струйкой. — Неужели не соскучился? Эх, говнюк. Горбатого могила исправит. Как Бетти? — кольнул Ниган, но и этот выпад Дерил Диксон оставил без внимания. — Мне безумно не хватает твоей малышки. О! Ничего не подумай. Чисто из платонических соображений. Я так к ней привязался… Усмехнувшийся Ниган сомкнул губы и промычал себе под нос. До Дерила донеслась восходящая мелодия знакомой и ставшей слишком важной «Moon River», но он даже не шелохнулся. Лениво почесав нос, Дерил Диксон снова затянулся — будто плюнул под ноги. — Надо его грохнуть, — вскинула пистолетом Арат подле Дуайта, но от возможного выстрела ее отвел жест Нигана. — Что-то не так, — проговорил Дуайт, опасливо озираясь по сторонам и поглядывая то на Нигана, то на Дерила. Что-то было не так. Ниган и сам это чувствовал, стараясь разгадать причину появления Дерила Диксона на шоссе. Их безмолвная дуэль растянулась на вечность. Вновь затянувшись, Дерил ожил и завел байк. Лишь сейчас Дуайт заметил темное пятно, тянувшееся к обочине, но прежде чем мозаика собралась в общую картинку, Дерил бросил сигарету. Прямо в темное, бензиновое пятно. Арат бросилась к Нигану, утянув его за машину. Вспыхнул асфальт. Из кювета повалил дым, застлавший дорогу на добрую сотню метров. Канонадой раздались взрывы, выстрелы, крики. Кого-то посекло осколками, а некоторых так и вовсе свалило снайперской пулей, пущенной из непроглядного дыма. — Уходим! Назад. Назад! — закричал Дуайт, запрыгивая в автомобиль. В резину двери, в дюймах от его головы, впилась стрела арбалета, и он в ужасе оглянулся. Перед тем как сбежать Дуайт увидел проявившийся в дыму силуэт Дерила Диксона, безмолвно наблюдавшего за вспыхнувшим в рядах Спасителей хаосом.***
— У нас за… — неразборчивое шипение, щелчки и пустота. — Что? Что случилось? — спрашивает один из парней, в надежде нажимая на кнопку приема, но рация лишь плюется в ответ неразборчивыми щелчками. Сигнала нет. Саймон хмурится. С каждой секундой ему все меньше нравится их положение. Не нравится, что обчистили склады, прихватив с собой кучу оружия, не нравится и ощущение незащищенности. Как будто кто-то пытается затянуть удавку на шее. Чертова Александрия. А ведь он говорил Нигану — надо порешать хотя бы Рика, чтобы не рыпались, но нет. Нигану нравятся дурацкие игры в кошки-мышки, вот теперь мыши и дергают тигра за усы, потеряв всякий страх. Впрочем, все они — Ниган, но будь Ниган немного Саймон действовал бы жестче и резче. Потому что страх и сила — единственное, что позволяло им выжить до сих пор. — Черт, что там происходит? — спрашивает кто-то из-за спины, но Саймону резко становится не до щелкающей рации. На дороге перевернутая машина. У машины двое, и чующий — не к добру — Саймон узнает обеих. — Саймон… — останавливается водитель. — Разберусь, — рычит он, прихватывая пистолет. Медленно он вылезает из машины. Медленно приближается к двум девицам, безрассудно перегородившим дорогу на Хиллтоп. — О, — восклицает Саймон, уперев руки в боки. — Вдова того китайца, которого оприходовал Ниган, и девочка Дерила. Какая встреча! Бет Грин стоит бок о бок с Мэгги. Они ничего не говорят. Саймон тоже молчит, и от этого молчания холодит затылок. Что-то не так. Слишком уж эти мыши осмелели. Пора их проу… Саймон не успевает коснуться рукояти пистолета. Звук бьющегося стекла заставляет его обернуться. В процессию Спасителей прилетает несколько коктейлей Молотова, и несколько машин вспыхивают как спички. Один из парней кричит. Его охватывает пламя, и он беспомощно валится на землю, стараясь сбить пламя. Земля вспыхивает, и шоссе затягивает белым, едким дымом. Саймон вскидывает пистолет и оборачивается. Ни девочки Дерила, ни вдовы — и след простыл. От дыма жжет глаза, но Саймон замечает светлый хвост. Выглянув из-за перевернутого автомобиля, Бет кидает в него какой-то сверток. Саймон едва успевает спрятаться. Взрыв. Раздается автоматная очередь, и Саймон матерится, не стесняясь в выражениях. Засада. Им устроили чертову засаду! Проклятые мыши! — Уходим! Уходим, — кричит Саймон, пытаясь взять Бет на мушку, но еще один сверток в его сторону подкидывает вдова. Взрыв. Спасители в разнобой пытаются вырваться из дыма и огня. Хаос. Паника. Ощущение бессилия. Непривычное. Новое. Страшное. Из пламени вырывается пара автомобилей. Кто-то из парней остается на шоссе. Автоматная очередь рассекает дым, и отвечают ей предсмертные стоны раненных. Убитых… На шоссе становится тихо. Дым неспешно рассеивается. К сестрам Грин подъезжает автомобиль. Из него выходят Диана и Юджин. Из ближайшего леса выбегают Шерри и Иисус. — Все целы? — Да. — Мистер Портер, — оглядывает Диана место запланированной засады — полигон для самодельных бомб. — Вы превзошли мои ожидания. — Рад стараться, мэм, — отвечает гордый Юджин, и Мэгги с Бет треплют его по плечу, заставляя приосаниться от собственной важности. Кажется, все идет по плану.***
— Лука, ты — умничка! Радостные Саша и Розита наспех вбежали в дом Дианы. За ними едва смущенный вплыл и Лука Бьянки, и все трое оказались в эпицентре решающего собрания. — Мы отвезли часть ящиков в Хиллтоп. Часть привезли сюда, — отчиталась Розита перед склонившимся над картами Риком. — Юджин уже разбирается. — Как все прошло? — выразила всеобщее любопытство Мэгги. — Мы собрали весь динамит, который нашли, — ответила с нескрываемым энтузиазмом Саша. — Еще… Со столицы движется стадо. Тара, Хит и Скотт ведут их тепловыми ловушками к Святилищу. Как и договаривались. — Тепловыми ловушками? — переспросил Рик, усмехнувшись. — Личная инициатива мистера Портера, — пояснила сидевшая во главе стола Диана. — Ага. Юджин в ударе, — кивнула Розита, испытывая подобие гордости. Юджин Портер оказался не таким уж трусом и слабаком, стоило оказаться ему на своем месте. — Отлично. Нам нужно обсудить основную атаку на Святилище, — выдал слабую радость Рик, мгновенно утонув в обязанностях стратега. И у него было свое место. Стоявший неподалеку Дерил Диксон хмурился. Скрестив руки на груди, он задумчиво почесывал отросшую щетину, оглядываясь на Бет, по обыкновению заломившую за пояс большие пальцы. Запереть бы ее в Ракушке, но нет же. Мисс я пойду с сестрой или с Дерилом упрямо оказывалась на всех собраниях, а там — и на передовой. Черт тебя дери. Несколько последних операций прошли на удивление гладко. Не без проволочек, однако им удалось перехватить инициативу, вооружиться до зубов, при этом даже запереть врага в его логове. Первые победы принесли с собой опьяняющую эйфорию, но всеобщего воодушевления Дерил Диксон не то чтобы не поддерживал. Не разделял. Им катастрофически не хватало людей. Да, они нагребли кучу оружия, но вместе с Хиллтопом их маленькое войско насчитывало от силы человек пятьдесят, и у каждого было всего по две руки. А у Спасителей? Человек сто навскидку, и наверняка это не предел. Из-за нехватки людей Бет оказалась в авангарде, а это Дерилу не нравилось еще больше. Поддавшись обманчивому успеху, она отчаянно рвалась в бой едва не с юношеской бравадой. От нее пахло дымом и порохом. Не должно было так быть. Не должно. Дерил Диксон готов был жертвовать собой, но не Бет. Сейчас они переняли инициативу за счет эффекта неожиданности, но численное преимущество и опасность врага все еще могли сыграть с ними злую шутку. Нужно было действовать осторожнее, не медлить, чтобы не дать Нигану с дружками прийти в себя, и желательно так, чтобы Бет осталась где-нибудь подальше, в тылу. — Отлично… — выдохнул Рик, словно сложил невидимые детали пазла в голове. — уведем стадо на Святилище. Это запрет Спасителей внутри, — взмахнул он рукой вокруг обозначенного на карте Святилища. — Что дальше? — спросила Мишонн. — Хороший вопрос. Надо подумать… Лука, как много людей находится в Свя… — Что тут думать? — фыркнул Дерил, перебив Рика. — Заложим динамит, подорвем пару стен и пустим стадо внутрь. Что не сделают ходячие, доделаем мы на выходе. Перебьем этих ублюдков всех до одного в их логове, — высказался он, и многие из присутствовавших согласно качнули головами. — Но… Там люди, — неуверенно вставил Лука, подумав о матери, оставшейся среди Спасителей. — Там враги, — процедил сквозь зубы Дерил, поймав на себе осуждающий взгляд Бет Грин. — Лука прав, — вспыхнула она, деловито задрав нос кверху. — Там простые люди. Не Спасители. Женщины, старики, рабочие. Если их освободить, они могли бы жить с нами. Они — хорошие люди, — обратилась Бет то ли к Диане, то ли к Рику. — Если пустить стадо… Что будет с ними? — Не наша проблема, — ответил Дерил, начиная вскипать из-за неуместной гуманности. Жалость к врагу могла стоить им жизней. Ее жизни… — Наша! Они там не по своей воле. Их держат как рабов. Они голодают, страдают... Им нужна помощь! — вновь поспорила Бет, и общее собрание резко превратилось в спор между двумя. — Пускай спасают себя сами, — рявкнул Дерил. — Захотели бы, выбрались. — Они просто не могут. Мы должны им помочь! — Не должны… — Дерил! — возмутилась Бет, но смолкла, решив обратиться за помощью извне. —Рик, мы должны их вывести. Я могу отправиться в Святилище. Лука знает все ходы… — Ты останешься дома! — Не останусь! — отмахнулась Бет, и недовольный Дерил навис над ней хмурой тучей. — Бет права, Дерил, — согласилась стоявшая поодаль Кэрол. Предательница… — Да, — присоединилась к ней Диана, и Рик Граймз также кивнул. — Значит… Мы должны вывести оттуда людей… Если атаковать в лоб, — прикинул Рик, — у вас появится возможность зайти с тыла. Можем устроить пожар или взрыв. Это ослабит их. — Я могу отправится туда с Лукой и… Может, Шерри согласится. Мы знаем, как все устроено внутри. И люди там нас тоже знают. — Да… — Я в этом не участвую… Ничего не ответив, остававшийся в меньшинстве Дерил резко вскинулся, ощерился и спешно двинулся на выход. Изумленная Бет заметалась, но все же поспешила за ним. — Дерил! Дерил, подожди… — Решила поиграть в героиню? — прорычал он, оказавшись на улице. Невольные свидетели прильнули к окнам, наблюдая за разыгравшейся ссорой на лужайке, перед домом Дианы. — Чертова Мать Тереза! Тебе мало того, что было?! — Ты видел! Ты сам все видел. Тем людям нужна помощь! Сами они не справятся. Рик согласен… — Согласен? Тогда иди к нему. Не хрен переться за мной! — взорвался Дерил и отмахнулся рукой, почувствовав прикосновение к ладони. — Я все равно пойду за тобой. Можешь отталкивать, спорить, недооценивать меня, но это не значит, что я должна во всем быть согласна с тобой. Я не собираюсь отсиживаться за спинами других. — Это не детские игры. — Хочешь сказать, что я не понимаю, насколько все серьезно? — понимала. Все Бет понимала, особенно после всего пережитого. Сжав руки в кулаки, она замерла на месте. — Дерил Диксон, которого я знаю, не оставит слабых в беде… — внезапно выкрикнула Бет, и приблизившийся к ней Дерил прыснул немой яростью, отчасти обезоруженный ее выпадом. — Ни хрена ты не знаешь! — поспорил он, но слишком сильным оказался удар по герою с арбалетом. Чертова принцесса. Заноза! Выскочка! — Знаю! Знала. Правда знала, и побольше остальных. Сам виноват. Не хер было рассказывать, а теперь… А теперь Дерил Диксон нервно ходил кругами, не соглашаясь не с необходимостью спасать других людей — с необходимостью рисковать жизнью Бет. Она не должна была пострадать, а от страха за нее аж все нутро переворачивало. Долго они спорили на лужайке перед домом Дианы Монро. Долго за ними наблюдали из окон, и все же… — Кажется, солнышко пробилось сквозь грозовую тучку, — шепнула Саша, и Розита закатила глаза, услышав голос убитого Абрахама. — Обсудим, как вытащить людей? — предложила вздохнувшая Мишонн. — Без Дерила будет сложновато, — цыкнула Розита, и Саша с ней всецело согласилась. — Дерил к нам присоединится, — ответила обеим Мэгги Ри. — О! Определенно, — улыбнулась Кэрол, оставив двух спорящих влюбленных скандалить на лужайке в одиночестве. — Милые бранятся — только тешатся.***
Дуайт молча сидит на кровати, провалившись в собственную пустоту. В его руках — маленький деревянный человечек с прорезанной буквой R на боку, и Дуайт задумчиво тычет в него острием ножа. Хочет что-то сделать, но не решается. Он никогда не отличался решительностью. Решительной была Шерри, а он… А он — пустой деревянный болванчик. Безвольный и бесполезный. Медленно Дуайт проворачивает человечка между пальцев, теряясь в собственных ощущениях. В голове — звенящая тишина. В мыслях — щемящая пустота. В груди сжимается сердце. Он все потерял — Шерри, себя самого, и от осознания столь неприятной правды становится горько. Он все потерял! Даже себя, как человека. Даже собственное имя. Он — Ниган. На спинке стула висит жилетка с ангельскими крыльями. Чертов Дерил Диксон! Дуайт наяву представляет его перед собой, на шоссе, прикуривающего прямо перед Ниганом и остальными с особой вальяжностью и наглостью. Будто Дерила не прижгли. Будто не избивали днями напролет. Будто не ломали пытками и унижением. Не склонился. Выдержал, сбежал, освободился. Видимо, они как-то сговорились с Бет, и Дуайт невольно восхищается их обоюдной самоотверженностью. Бет… Говорят, убийство Кайла — ее рук дело. Кто бы мог подумать, что она способна на подобное. Ради Дерила? Она ведь и пришла в Святилище ради Дерила? Говорят, ее видели на шоссе. Целую и невредимую, поджигающую дымовые шашки и какие-то самодельные бомбы. Наверняка сейчас они вместе. Свободные, счастливые, даже несмотря на все пережитое в Святилище. Наверняка Бет глядит на Дерила с восхищением, нежностью, но уж точно не с тем ядовитым сожалением, травящим душу, с которым на него, Дуайта, смотрела Шерри. Шерри… Она ушла. Вместе с ними или сама, но она исчезла, оставив его одного. От этого одиночество впрок выть на луну, настолько сильно все сворачивается внутри, но Дуайт все понимает. Что она должна была сделать? Шерри и так пожертвовала собой ради него. А он? А он позволил Нигану насиловать ее, как чертову рабыню, пока сам верно исполнял его приказы. Это было ради ее безопасности, шепчет внутренний голос. У него не было другого выбора, утешает подобие совести. Ложь! Это было исключительно по его трусости, нерешительности, слабости. Он позволил всему этому случиться, потому что он — слабак. Потому Шерри ничего и не осталось, как спасти себя самой. Он ее не защитил… Где она? Дуайт многое бы отдал лишь бы знать, что Шерри жива. Даже если они никогда больше не увидятся, даже если она никогда не захочет его видеть… Ему будет достаточно того, что она цела… Трус. Слабак. Ничтожество. Сломался. Да. Он — не Дерил Диксон. Да и Дерила бы тоже доломали, пытается уверить Дуайт себя, но тут же усмиряет попытки оправдать себя. Нет. Это пустые уговоры. Простое самоутешение. Самообман. Трусливое желание отмахнуться от правды. Дуайт сломался, а Дерил нет. А ведь его тоже прижгли. Ниган также поставил на нем клеймо, но Дерил все же остался человеком, спас себя и Бет. Не позволил Нигану забрать ее. Забрать себя… Так может… Не в клейме дело? Дуайт поднимает тяжелый взгляд на деревянного человечка. Пустой болванчик с вырезанным клеймом вертится между пальцев. Острие ножа скользит по дереву, срезая стружку, и в мгновение вместо буквы R белеет свежий срез. Чистый, глубокий, как рубец. Клеймо — лишь на плоти. Не в душе, решает не Ниган. Дуайт.***
Застелив постель, Бет Грин выглянула в окно вагончика и насторожилась. В считанных шагах Дерил разговаривал о чем-то с сестрой. Наверняка, о Гленне, догадалась Бет по напряжению, пронизывающему всю фигуру Дерила. Инстинктивное желание пойти вмешаться сдержала выработанная осторожность — непрошеное участие Дерилу точно не понравится. Решит, что его посчитали слабаком, а после сегодняшней ссоры и ворчливого примирения Бет предпочла бы не ругаться. Кто знает, чем все кончится завтра? Для него. Для нее. Дерил мог сколько угодно считать ее несмышленным ребенком, но она как раз все понимала. Его обеспокоенность — в том числе. Улыбнувшаяся Мэгги обняла Дерила, а значит, разговор окончился хорошо. Разъединившись, оба виновато помялись на месте и разошлись. Мэгги — в сторону вагончика. Дерил — в сторону поставленной у огня палатки, курить. — Ну и денек, — вошедшая Мэгги устало плюхнулась на соседнюю постель. — Завтра будет не лучше. — Да. — Вы говорили о… Гленне? — Да. — Дерил не виноват, — вдруг переполошилась Бет, подсев к сестре. — Он бы никогда не навредил… Он очень переживает… — Знаю. Кажется, кто-то переживает еще сильнее, — усмехнулась Мэгги, пригладив светлую голову сестры. — Тебе стоило сказать, что идешь за ним к Нигану. — Я не хотела тебя расстраивать. Ты бы меня не пустила… — призналась Бет, и сестры Грин надолго утонули в молчаливой задумчивости, обнявшись. Хорошо, что хорошо заканчивается, вот и бы и завтра кончилось хорошо. — Ладно. Пора ложиться. Завтра будет завтра… — зевнула Мэгги, растянувшись в разные стороны. — В очередной раз предложила Дерилу переночевать у Иисуса. У него как раз свободное место. — Дерил не очень жалует посторонних. — Уж извини. У меня нет возможности выделить вам отдельные апартаменты, но… — лукаво прищурилась Мэгги Ри. — Плед с подушкой к кровати не привязаны, знаешь ли. Бет улыбнулась, смущенно склонив голову. Щеки порозовели от румянца, и все же она вскочила с мягкой постели. Потянув за ушко подушку и намотав на себя плед, радостная Бет Грин выбежала на улицу, устремившись к горевшему у небольшой палатки костру. Из-под покатого купола торчали знакомые ноги — Дерил улегся отдыхать, пускай и отдых тот был условным. У входа стоял новый заряженный арбалет, позаимствованный с одного из обчищенных складов, и несколько комплектов стрел. Бет была уверена, что Дерил по привычке держит нож с пистолетом где-нибудь неподалеку, да и спать не ляжет. Мысли о завтрашнем дне пронизывали каждую клетку тела, толком не давая никому расслабиться, и все же сегодня все еще было сегодня. Заветную палатку Дерил поставил неподалеку от вагончика Мэгги — как собачью конуру. Словно кто-то решил взять на себя привычную роль сторожевого пса. Не выйдет. Сперва под купол залетела подушка, а после влетела и Бет, взмахнув пледными крыльями. Дерил успел приподняться на локте, но его тут же придавило к земле. Упавшая на грудь Бет обдала родным теплом, и он покорно сдался ее внезапной атаке. — И что ты удумала? — просипел он, невольно обрадовавшись. — Давно не спала в палатке. — Замерзнешь. В вагончике теплее… — Можно подумать, тогда в лесу мы спали на матрасе и в тепле, — напомнила Бет о блужданиях по лесу после падения Тюрьмы, кажется, еще в прошлой жизни. — Если хочешь побыть один… — Нет, — еще тише признался Дерил Диксон, сжав хрупкое плечо в ладони. — Да и даже если бы хотел… Куда от тебя денешься. — Опять пиявка? — М… Попугайчик-неразлучник, — буркнул Дерил, и они ненадолго смолкли, обнявшись. Слишком много переживаний, страхов, ответственности. Все понятно, без слов. Взгляд, взгляд. Кто-то все еще злится — недоволен завтрашним раскладом. Из-за нее. Взгляд, взгляд. Кто-то переживает. За него. И что она в нем нашла? Погодя Бет Грин обхватила руку Дерила и тихо переместилась на крепкое плечо, подогнув под себя ноги. Она вдруг начала рассказ о какой-то Молли, Лилли, о миссис Бьянки, о Шерри, о каких-то жителях Хиллтопа, с которыми успела познакомиться, о Сэме, помогающем Юджину, и о Диане Монро. Ее голос походил на мелодичный щебет лесных птиц, и Дерил Диксон слушал ее с необычайной радостью, бессовестно не вслушиваясь в смысл. Что еще нужно было перед тяжелой и опасной битвой? Мда, он еще тот говнюк. Впрочем, все же счастливый говнюк.***
Ричард занял место подле короля, и груженный фургон выехал за границы Королевства, на встречу со Спасителями. Не в первый и не в последний раз. Поддавшись тяжелым раздумьям, Ричард глубоко вздохнул. Необходимость следовать за своим королем внезапно натолкнулась на чаяния о счастливом независимом государстве — ковчеге для оставшихся живых. Перед глазами предстала карта, переданная Дианой Монро. Ричард выучил ее практически наизусть. Утопическая картинка возможного будущего влекла его, как книжная иллюстрация ребенка. Красочная, богатая деталями, подчиненная логике и здравому смыслу — сказка о прежней жизни, способная стать реальностью. Стоило лишь рискнуть. — Ты слишком задумчив в последнее время, Ричард, — подметил Иезекиль, и верный поданный короля смутился. — Я думаю о предложении Дианы, ваше величество, — признался он. Иезикиль потупился, вцепившись в посох. С неподдельным любопытством на него устремились взгляды доверившихся ему людей. Король должен был думать о всех них. Их благополучие — его забота, а заботливый правитель должен как никто другой понимать: у некоторых желаний, даже самых сокровенных, непомерно высокая цена. Да и… — Худой мир лучше доброй ссоры. Не позволяй красивым иллюзиям овладевать тобою, — тихо протянул Иезекиль, как будто говорил это сам себе. — А что если это не иллюзия? — осмелился спросить Ричард. — Что если бы мы могли стать сильнее? Все вместе? Если бы мы… — Цена этих если слишком высока, — отрезал король, и в фургоне набухло тоскливое, безмолвное несогласие. На привычном месте их уже ждали. Странно. Они никогда не опаздывали. — Саймон?! — насторожился Джерри. — Где Гэвин? — Что-то не так… — согласился с ним озадачившийся Ричард. Согласился и Иезикиль, да только виду не подал. Медленно он вышел из фургона, стараясь не выдать собственной настороженности. — Приветствую… — начал он. — Заткнись, чертов шут, — огрызнулся на него Саймон. — Вы опоздали. — Мы всегда приезжаем заранее. Мне искренне жаль, господа, если заставили вас ждать. — Вы опоздали, — еще недовольнее повторил Саймон, кивнув стоявшим за спиной парням. Послушные псы кинулись на добычу, стягивая со свиты короля оружие и доспехи. — Что… — Ричард, — остановил неуверенное сопротивление король. — А теперь, послушайте-ка сюда… С этого дня мы будем жить по-новому, — объявил Саймон. — Ваше оружие — наше оружие. Ваши запасы — наши запасы. Осмотреть фургон, — рявкнул он очередной приказ. — Мы всегда придерживались наших договорен… — попытался было возразить король, но смолк на полуслове. Саймон наставил на него пистолет. Взвел курок и… Выстрелил. Не в короля. В верного подданного, решившего стать на защиту своего правителя. Мертвым тот повалился на асфальт, ознаменовав новые порядки, и Иезекиль в ужасе оглянулся на багровое пятно, разросшееся до кровавой лужи. — В следующий раз навестим ваше далекое-далекое королевство. Сдается мне, что там есть чем поживится. Теперь у нас новые договоренности, ваше гребаное величество. И вы будете им следовать. Иначе… — Саймон не договорил. Забрав все, что посчитали ценным, Спасители уехали прочь. В роковом молчании Иезекиль смотрел на остывающий труп человека, своего человека, осознавая… Такова цена его опасливой осторожности — худого мира.
