Чувства врагов

Почему Мустафа отправился войной на Стамбул сразу после смерти Мехмеда? Ответ довольно прост. Ему пришло письмо от Султана, в котором ему отдали приказ приехать срочно в столицу на похороны брата. Мустафе было жаль Мехмеда, он сильно тосковал и постоянно вспоминал детство. Ему действительно тяжело далось принять эту потерю, но всю жалость и боль перечеркнула Махидевран. Когда Мустафа рассказал ей о смерти младшего Шехзаде, она лишь улыбнулась, а потом и Рустем Ага, который быстро переметнулся на сторону черкесски после свадьбы Михримах, доложил о том, что в Стамбуле уже все знают о причине смерти Мехмеда и требуют голову Мустафы. Первенец Сулеймана выбрал спасти себя и мать и пойти войной на тех, кто так часто делал им больно, не замечал их и даже не воспринимал всерьёз. Махидевран, конечно, отговаривала сына от этого, она была готова просить прощения на коленях, умолять о помиловании или просто отдать свою душу взамен на Шехзаде. Но Мустафа оставался непреклонен, ему важно было уже доказать свою значимость и силу и заслужить признание. Его поддержали многие янычары, даже некоторые Паши были за ним, но главным подстрекателем оставался Рустем Ага, который мечтал вонзить меч в грудь Яхьи, а затем и убить Ибрагима — главного врага, который все время либо насмехался над ним, либо показывал Султану, какой он жалкий конюх, не достойный даже ухаживания за лошадьми. Сулейман предполагал такой исход, да и такое уже было в истории его государства, когда собственный сын сверг отца с престола. Это часто крутилось в голове Повелителя, это было его страхом, что когда-нибудь один из этих славных Шехзаде окажется самым главным и заклятым врагом, каким оказался Селим 1 для Баязида 2. Шехзаде народ не принял, даже не вышел его встречать, зная, что он сделал. Конечно, Мустафа и не собирался убивать кого-то из мирных жителей, таков был приказ для всех, ему нужен был только дворец. На улицах стояла тишина, слышен был шепот людей, но вдруг одна девушка вышла прямо перед наследником. Это оказалась та самая Гевхерхан, которую несколько лет назад Мехмед спас от смерти в нищете и помог вылечить брата. Благодаря этому поступку Шехзаде Гевхерхан очень похорошела, стала одной из самых почитаемых женщин в городе, нашла работу и даже вышла замуж за достойного мужчину. Он был янычаром и ценил свою семью. - Подлый трус! Ты даже не смог посмотреть брату в глаза или приехать на похороны! Он был таким честным и справедливым, что тебе до него очень далеко. Будь же ты проклят, а если тебе удастся занять трон, то знай, что правление твое не благословит ни народ, ни Аллах! - кричала Гевхерхан, а затем и вовсе плюнула в сторону Шехзаде. Рустам хотел уже убрать навязчивую девчонку, объяснить, что теперь наступает другое время и дать понять другим, что такие слова будут сопровождаться либо вырванным языком, либо плаванием в Босфоре. Но Мустафа не позволил и сам подошел к девушке, абсолютно не думая о том, что это обычная уловка и ему прямо сейчас может прилететь стрела в грудь. - Это ты та самая Гевхерхан, да? Мне о тебе рассказывали... Что ж, я рад, что мой брат успел сделать и что-то хорошее в своей жизни. Но вот только теперь его нет, а он всегда хотел, чтобы именно я занял трон. Неужели ты не позволишь мне исполнить последнее желание брата, а? Нет, я не злой, не подумай, просто если бы кто-нибудь из вас хотя бы день прожил на моем месте, то понял, какого это находиться в постоянном страхе, что собственный отец отправит к тебе палачей! Не хотел я, чтобы Мехмед умер, но это было необходимо. Я сам себя ненавижу за это, но у меня не было другого выбора. А всему виной ваш всеми любимой Султан Сулейман, который всегда делил детей на любимых и нелюбимых, а теперь ищет кругом виноватых! А теперь позвольте мне добиться ответов за все поступки от нашего Повелителя, иначе я пойду силой. Мустафа перевёл взгляд на всех, кто был рядом, кто выглядывал из окон и слушал его пламенную речь. Конечно, были такие, кто осуждал его, или те, кто понимал, о чем говорит Шехзада и даже уже забыл о смерти Мехмеда и своей бесконечной любви к Султану. Но Гевхерхан стояла с высокой поднятой головой и не боялась смотреть ему в глаза, наблюдая, как во взгляде Мустафы появляется злость вперемешку со страхом и неуверенностью. Она усмехнулась и дала пощечину мужчине, не испугавшись возможных последствий, но думая лишь о чести Мехмеда. Воины Мустафы напряглись и уже хотели вытащить мечи и стрелы, но он снова не позволил. Он посмотрел на нее и понял, что слаб перед обычной девчонкой, слаб перед плодами работы своего покойного брата, что он не добился за столько лет и половины, что есть у Мехмеда даже после смерти. Гевхерхан не стала преграждать дорогу Мустафа, потому что увидела в его глазах сомнение и страх, этого ей было достаточно, чтобы убедиться в том, что Мустафа не готов убить отца и братьев и сесть на престол. Шехзаде добрался до дворца и приказал всем оставаться на своих местах. Он слез с коня и начал медленно проходить на территорию Топ-Капы, видя настороженных лучников и пеших воинов, а в центре Сулеймана. Он скидывал с себя меч и кинжал и поднял руки вверх, показывая свою незащищенность. - Паша, что происходит? - задал вопрос Селим. - Мустафа сдается, - грустно ответил Ибрагим и продолжил наблюдать за Шехзаде. Сулейман, в свою очередь, все ещё боялся, что это для отвлечения внимания, что Мустафа блефует, но вдруг увидел слёзы на глазах сына. Подходя ближе Мустафа, все больше и больше надеялся, что сейчас все кончится, что его простят, что он больше не будет врагом народа. Повелитель не выдержал и пошел навстречу к сыну. - Я не убивал, это не я, Повелитель! - все время приговаривал старший Шехзаде, - я не виноват, клянусь... Мустафа действительно испугался, что он вот так погибнет, что закроет в последний раз глаза, так ничего и не сделав значимого. Конечно, он успел завоевать любовь янычар, народа, но ему было этого мало, он думал, что Мехмед давно его обошёл, что все теперь переключились на младшего брата и видят в нем главного престолонаследника. Но Мустафа понимал, что идет на смерть не из-за своего греха, не из-за своей ненависти, это его и останавливало глубоко в душе. Ибрагим не мог понять, о чем думал Султан, когда шел навстречу Шехзаде, был ли у него план. Паша спокойно наблюдал за действиями каждого, но он также надеялся, что не увидит смерть своего воспитанника собственными глазами, тем более от руки отца. Сулейман крепко обнял Шехзаде и тоже заплакал, тихо говоря сыну, чтобы он успокоился, что все будет хорошо. Но тот продолжал твердить одно и то же: про свою невиновность и непричастность к смерти брата. - Прости меня сынок, что не замечал тебя, что повзолил ненависти поселиться в твоем сердце, что недостаточно справедлив был к тебе, - говорил Повелитель. - Я клянусь, отец, клянусь, что Мехмед умер не от моей руки, что я абсолютно не виноват! - Я всегда говорил тебе, что невинность — самое ценное качество в человеке. Именно она является гарантом честности и доверия. Прости меня, Мустафа, в последний раз, ведь я свою невинность давно потерял, - сказал Султан и медленно вонзил кинжал в живот Мустафы, наблюдая, как Шехзаде начал терять силы, а в глазах появилось еще больше страха — страха смерти. Сулейман понимал, что скорее всего поступает неправильно, полностью не разобравшись в ситуации. Но ключевым моментом стала армия Мустафы в столице, если бы не она, то Шехзаде, возможно, остался жив. - Нет! - крикнул Ибрагим и подбежал к Мустафе. - Ибрагим, я не виноват, слышишь? Это не я, Ибрагим. Поверь хотя бы ты, умоляю, - начал говорить Шехзаде, увидев Пашу рядом. Но долго это не продлилось: Мустафа слишком быстро потерял все силы и умер. - Зачем? Он же сказал, что не виноват... - Ибрагим, не вмешивайся в мои семейные дела. К тому же, это ведь ты его подставил, показав письмо Махидевран. Здесь есть и твоя вина. Приготовь похоронную процессию... Я хочу, чтобы с ним достойно попрощались и он встретился с Аллахом. А я... Мне нужно это пережить. Ибрагим кивнул и уже начал подавать знаки подчиненным: одна часть должна была заниматься телом Шехзаде, а другая — поймать его подельников и отправить в темницу. Через неделю все встало на круги своя: Сулейман пережил еще одну утрату. Он долго не выходил из покоев, постоянно молясь Аллаху и надеясь на быстрое очищение души. Хюррем и Михримах вернулись в Топ-Капы и даже были на похоронах Мустафы. Хасеки было жаль его, ведь в ее глазах он до сих пор был тем самым пятилетним мальчишкой, с которым она столкнулась в коридоре. Грусть по Мустафе у Михримах продлилась недолго: любовь к Мехмеду была сильнее, а воспоминания о нем намного теплее. На похороны также пригласили Махидевран. Ее крик, казалось, разносился по всей столице, когда она увидела покойного сына. Госпожа даже смогла прийти к Сулейману и обвинить его во всем, но он не стал спорить, даже ничего не ответил. Повелитель сам понимал, насколько сильна и его вина во взаимоотношениях братьев: если Мустафа и Мехмед погибли из-за своей ссоры, то чего ожидать от Селима и Баязида, которые раньше ссорились каждый день? - Селим, если с нашим отцом, не дай Аллах, случится беда, то трон перейдет тебе. Брат, если ты отдашь приказ о казни Джихангира, а потом и моей, то знай, что вступлю в борьбу, - говорила Баязид, - я не позволю тебе поднять руку на меня. - Нет, Баязид, я уже пообещал Аллаху, что вы все останетесь живы. Я не хочу жить с этим грехом, а потом править без вас. Если я стану Повелителем всех этих морей, то я сделаю тебя своим Великим Визирем. Согласен? - ответил Селим. Баязид улыбнулся и обнял брата. В этот момент зашла Хюррем, которая сразу обрадовалась, увидев двух Шехзаде в хорошем расположении духа. Они оба поцеловали ей руку и слушали ее наставления. - Матушка, - заговорил Селим, - мы только что с Баязидом пообещали друг другу, что будем править вместе, когда придёт время. Мы обещаем Вам, что Вы не увидите братоубийственной войны! Хюррем улыбнулась, а одна слеза скатилась по ее щеке. Конечно, в ее душе поселился страх за сыновей. Она боялась увидеть их войну, ненависть в глазах. А случай с Мустафой заставил бояться её сильнее: собственный отец является угрозой для Шехзаде, он может в любой момент убить их из-за ошибки. А сейчас, когда эти два славных подростка смотрят на нее с глубоким уважением и любовью как к ней, так и друг к другу, Хасеки поняла, что это и есть плоды ее воспитания. Она каждый день посещала могилу Мехмеда, говорила с ним и плакала. Рыжеволосая скучала по своему первенцу, по его иногда смешным теориям, но таким добрым и не видящям ничего плохого вокруг глазам. Мехмед был для нее каменной стеной, он не позволял никому обходиться с ней непозволительно. Ее даже удивили слова Ибрагима, как Шехзаде, ничуть не задумываясь о последствиях, был готов растерзать Пашу из-за слез матери. Мехмеду она действительно могла довериться и знала, что тот не осудит и никому не расскажет. Махидевран позволили остаться в столице и быть рядом с могилой Шехзаде. Она сняла все украшения и стала носить только траурную одежду. Черкешенка практически не покидала покои, кроме выхода в усыпальницу. Ей хотелось скорее умереть и встретиться с сыном, но Сулейман специально не отдал приказ о ее казни. Ему хотелось, чтобы она страдала так же, как и он и Хюррем. Махидевран хотела даже повеситься, но служанка ей помешала. Хасеки искренне ей сочувствовала, так как сама пережила потерю первенца, но не могла ее простить. Хотя знала, что Мехмед непременно простил бы, даже забыл бы на следующий день, но не Хюррем, которая всю жизнь терпит боль и предательства. Но в Топ-Капы была одна радость: Михримах Султан беременна и вскоре должна подарить мужу ребенка. Ее все поздравляли, а Хасеки почему-то верила, что это была душа Мехмеда. Яхья, когда был дома, не отходил от нее ни на шаг, запретил слугам докладывать Госпожа плохие вести, только через него, всегда следил за ее поведением и здоровьем. Хюррем была рада, что ее дочь обрела настоящее счастье, что рядом с ней по-настоящему любящий человек. Когда-то рыжеволосая мечтала о таком отношении Сулеймана к ней, но так и не дождалась. А сейчас и вовсе перестали общаться после смерти Шехзаде. Правда, Ибрагим был рядом, они каждый вечер встречались, он постоянно интересовался ее здоровьем и говорил слова поддержки. Паша был готов все время держать ее руку и гладить по щеке, чтобы хоть так ей стало лучше. - Хюррем, моя любимая, - говорил Паргали, - я рядом, мы со всем справимся, слышишь? - Ибрагим, я боюсь, что он убьет и моих Шехзаде. Каждый из них только встает на путь взросления и становления достойным наследником. А Мустафа — пример того, что Сулейман готов пойти на убийство собственного ребёнка. Ибрагим, я не вынесу этого. - Хюррем, я не позволю ему слышишь? Он не посмеет убить этих мальчишек, я все решу. Однако мне кажется, что Сулейман все знает. В последний раз, когда я был у него, он смотрел на меня с презрением и ненавистью. Я надеюсь, что это из-за того, что я рассказал про то письмо Махидевран... - Ибрагим, что ты такое говоришь? Откуда он может знать? Это невозможно. Да и если бы он знал, то давно отдал приказ о нашей казни. На следующий день Сулейман пригласил к себе Хюррем. Ему хотелось побыть с ней наедине, посмотреть в глаза, понять, возможна ли измена славянки. Хюррем вела себя как обычно, только в глазах появился страх м недоверие. Они старались не заводить разговор о Мехмеде, потому что знали, что снова сорвутся. Но и других тем как будто не было, а все из-за многозначительно взгляда Хюррем. - Хюррем, ты чего-то боишься, я угадал? - задал прямой вопрос Султан. - Сулейман, больше всего на свете я боюсь увидеть смерть ребёнка. И я боюсь, что кто-то погибнет от твоей руки, а из-за Мустафы я и вовсе теряю разум, - ответила Хасеки, опуская взгляд. - Это невозможно. Такого не случится, если только они не предадут меня, ну или ты не воткнешь мне нож в спину. Хюррем напряглась и тут же посмотрела в глаза мужу, который так и хотел услышать признание. Если бы не стук в дверь, то она не сдержалась бы и тут же все рассказала. Но и это оказался Ибрагим. Султан специально позвал и его, чтобы они оба сознались, глядя друг на друга и на Повелителя. Ибрагим поклонился и подошел к Сулейману. Но тот не обратил на него никакого внимания и отвернулся от них. Ибрагим посмотрел на Хасеки и понял, что это конец, что Сулейман все знает, что сейчас обязательно зайдут палачи. Но ничего не произошло: в покоях стояла гробовая тишина, только ветер иногда доносился с балкона и перелистывал страницы раскрытой книги. - Вы действительно предали меня? - наконец прервал молчание Сулейман, - между вами отношения, я это понял практически сразу, просто не поверил. Но когда увидел вас вместе, лепечащих прямо в моем дворце, моем саду... - Сулейман, ты наверняка все не так понял...- заговорила Хюррем. - Не нужно, - ответил Ибрагим и взял руку Хасеки, - я действительно люблю ее и готов за нее пойти на все, даже сжечь этот мир! Ты ведь никого не ценишь, Сулейман, а она просто устала от твоих измен и отношения к ней. Я смог ей дать то, чего не смог ты. Любовь — работа двух людей, а не борьба одного за внимание другого. Хюррем столько дней ждала тебя и твоей безукоризненной любви, а в итоге нашла ее во мне. Я тот самый человек, который показал ей, что такое быть любимой. - Я ненавижу вас обоих, вы просто не представляете, что сделали со мной. Я заставлю вас страдать, я уничтожу вас, но при этом не отдам приказ о вашей казни. Ибрагим, как давно ты навещал свою дочь? А ты, Хюррем, кажется, говорила, что больше всего на свете боишься потерять детей? Я сотру вас в порошок, а теперь уходите. Я не желаю больше видеть и слышать вас. Хюррем хотела уже бежать к своим Шехзаде, но Ибрагим ей не позволил. Он прижал ее к себе и никуда не отпускал. Конечно, ему хотелось спасти всех, но выход был один — убить Сулеймана, только это поможет не допустить еще одного кропролития. Никто не знал, когда Султан начнёт действовать, чья голова будет первой, но Ибрагим продумал все еще днем ранее.