Главный Герой. Эльфийские Дневники. Свиток I: Власть

Сладкий сон Тобольда неожиданно прервался довольно оригинальным образом: кровать под ним исчезла. И всё остальное тоже. Раскрыв глаза, а сделал он это почти сразу после удара копчиком о землю, граф увидел, что Аяльф и Баргрант уже одеты и на ногах. К тому же Барти что-то жуёт. Как обычно. Страж Границ стоял около Врат в Ариэннор. Хмурился. Покусывал губу. Увидев недовольного Тобольда, он заухмылялся сильнее. Тобольд злобно рыкнул, схватил вещи, ранее висевшие на спинке кровати, а теперь валяюшиеся на траве, в охапку, и начал одеваться. Эльфы делали вид, что не замечают этого. Баргрант безуспешно пытался поймать в Суперсумку ещё хоть кого-нибудь. – Баргрант, ты же понимаешь, что жабки на рассвете сдохли? – участливо спросил Дириндар, ожидая быстрой реакции гнома. – Да не может этого быть! – возмутился Барти, заглядывая в сумку. – Твою мать! – выругался он, сразу грустнея. – Ну, я должен был принять меры, чтобы все глупцы-вторженцы познали Гнев Эльфов вовремя, – скромно потупился Страж Границ, невинно ухмыляясь. – И что мне делать с мешком, полным сдохших трансформированных жаб? Они ведь даже обратно в человеков не превратились! – Ты же не ожидал, что Магия Эльфов перестанет работать со смертью нарушителей? – фыркнул Аяльф. – Я ожидал, что продам их задорого! – Баргрант скрежетнул зубами и начал высыпать из Суперсумки мерзкие осклизлые трупики. – Тупые ничтожные жабы! Все мои деньги потеряны! А я ведь как знал, как чувствовал, что их стоит класть в Суперсумку, в ней же вентиляция! Все мои труды, все мои надежды! Жабе под хвост! Тьфу! Разочарованный гном в сердцах пнул самую верхнюю жабу из кучки. Та со смачным всхлюпом улетела в сторону Границы и почти тут же испарилась в облаке розмариновых искр с недовольным «Пшшш!» Барти заухмылялся и почти выкрикнул «Гооол!», как Дириндар его перебил: – Ещё одна глупая выходка и я буду вынужен признать тебя идиотом, смеющим испытывать терпение Стража Границ. – Дирри, он мой друг, – с упрёком напомнил Ялли. – Реснешь, Ялли, реснешь, – ухмыльнулся Дириндар. Баргрант, прошипев нечто невразумительное, вытряхнул из сумки последнюю жабу и начал активно жестикулировать, выстраивая рунную вязь. Призрачно-голубые руны покачивались в прохладном утреннем воздухе, постепенно складываясь в рунный приказ, звучащий примерно как «Да гори оно всё синим пламенем!» Когда Баргрант завершил рунный приказ, куча жаб вспыхнула тёмно-синим бездымным огнём. Жабы истлевали, перетекая в чистую Магию и не оставляя после себя ни следа. Барти с какого-то перепуга отдал честь. По его левой щеке скатилась суровая гномья слеза. – Барти, я прекрасно помню, что ты бард и просто обожаешь ненужную показуху, но не думаешь ли ты, что немного перебарщиваешь? – поморщился Аяльф, глядя на театральное действо. – Я просто отдаю последние почести... – с усилием сказал гном, как будто сглатывая комок слёз, – ...деньгам, которые так и не смогли стать моими... – Это так мило! – подошёл к нему Дириндар и похлопал гнома по правому плечу. – И героично к тому же! Барти не стал стряхивать его руку. Вместо этого ему в голову пришла более дельная и выгодная мысль. – Это же из-за тебя они умерли. Это из-за тебя я потерял огромную кучу денег! – Баргрант ухмыльнулся и c ярко сияющими от восторга глазами сказал: – Ты должен мне тысячу двести четыре унда! Наличными! Прям щас! Дириндар разулыбался, прямо как кот, увидевший, что мимо идёт ничего не подозревающая семья мышей. Идёт на свои похороны. – Ты же помнишь, что насобирал их всего на пятьсот девяносто четыре унда? – широко скалясь, спросил Страж Границ. – Я вот не припоминаю, чтобы эти жалкие человеки были такими же наглыми, как и ты. И всё же они стали жабами. А ты пока что нет. – Это всё потому что я сексуальный и харизматичный, – скромно потупился Баргрант, ковыряя носком башмака землю. – А ещё скромный и считать умею. Пальцы Дириндара сжали плечо сильнее и он, наклонившись к уху гнома, прошептал: – Я не превратил тебя в нечто похуже жабы только потому, что Ялли станет грустить. Даже не мечтай о том, чтобы получить от меня хоть половину поддельного кронуса. И даже не вздумай сказать ещё хоть что-то столь же самонадеянное и нелепое, как предыдущее твоё жалкое заявление. Между глазами Дириндара и Баргранта возникло напряжение, похожее на золотистые звёзды, сверкающие пока что только вокруг их глаз. Магия Бардов резонировала с Магией Эльфов и никто не смог бы сказать, что произойдёт дальше. – Ты не превратил меня в нечто похуже жабы, потому что я невероятно харизматичный и востихительно сексуальный, – сказал Баргрант, усиливая поток напряжения. Звёзд стало больше и между эльфом и гномом заискрилось ощутимое сияние. Дириндар оскалился ещё сильнее. Его ухоженные ногти почти превратились в острые когти, зубы стали длиннее и острее, уши вытянулись, а черты лица несколько исказились, будто Страж Границ вот-вот потеряет терпение и перейдёт в боевую форму. – Мои носки харизматичнее, а сапоги – сексуальнее. Я ни разу не видел гнома настолько наглого и невоспитанного, да ещё и с такой сильной страстью к самоубийству! – хрипло прошептал Дириндар, продырявливая куртку Баргранта когтями и придвигаясь к нему ещё плотнее, дыша почти в лицо. – И сейчас я… Золотые звёзды кружились над Дириндаром и Баргрантом беспокойным вихрем. Пока что маленьким, окутывающим только их головы, но что-то Тобольду не хотелось выяснять, что произойдёт дальше, если пустить дело на самотёк. И он, скрипя зубами, принял решение, которое может обойтись ему достаточно дорого. – Барти, конечно же, иногда может зарваться, но всё же он добрый и благородный гном, который нужен мне живым. Пасть от руки такого доблестного Стража Границ, как ты, Дирри, это великая честь, но я бы предпочёл продолжить наше приключение в составе полной группы. Звёзды пропали. Схлопнулись в пустоту, как будто и не было их. Баргрант вздрогнул, почувствовав, как его магия перестала работать. А Дириндар, принимая свой обычный вид, с нехорошим прищуром глянул на Тобольда, посмевшего отвлечь его от жертвы. – Как-как ты меня назвал? – ещё тише спросил он. – Дирри. Могу ещё раз назвать. Ведь желаемый эльфинизм твоего имени это Дирри, не так ли? Ну не Анди же в конце концов. Дириндар отпустил плечо Барти. И с интересом взглянул на Тобольда. Казалось, он ещё что-то хочет сказать, но что-то в его взгляде изменилось и он с усмешкой протянул более-менее приветливым тоном: – Да, ты прав. А теперь забирай своего гнома, пока он не взбесил кого-нибудь менее доброго, чем я, и проваливай в портал. У вас есть три минуты на всё про всё. Дольше я ждать не собираюсь. И он ещё раз зловеще оскалился, подтверждая свои слова. Внезапно появился Аяльф, которого ни Баргрант, ни Тобольд не ощущали всю перепалку. Он кивнул Дириндару и наполовину посоветовал, наполовину приказал своим друзьям: – А теперь в портал. Мы и так задерживаемся. – Барти, ты вообще понимаешь, что заигрывать со Стражем Границ это почти преступление? – с усталым вздохом спросил Аяльф, когда они подошли к Великому порталу. – Но я не заигрывал! Я просто хотел денег! Из-за него… – Если бы он не превратил недоумков в жаб, у тебя бы вообще не оказалось такой возможности. Ты должен уже за это быть ему благодарен. – Ага, превратить столько граждан в жаб – великая заслуга, – неодобрительно хмыкнул Тобольд. – Между прочим, Дириндар нас всё ещё слышит, – напомнил Аяльф. – Подслушивать нехорошо! – с восторгом выкрикнул Барти и тут же увернулся от серебристой молнии, ударившей бы мимо его головы. И залился довольным гоготом. – Вы видели, видели?! Дир… Что Барти хотел сказать дальше, никто не узнал, потому что к нему скользнул Аяльф и закрыл своей изящной ладонью весь рот гнома. – Заткнись. Ты хочешь, чтобы Дириндар РАЗОЗЛИЛСЯ? Гном что-то промычал. Тобольд по звукам понял, что это «Какая вкусная рука!» и Ялли с отвращением отдёрнул руку. – Ладно, извините, – буркнул Баргрант, совершенно не сожалея о своём поведении. – Мы так классно проводили время, но тебе всегда надо всё испортить! – он ткнул крепким указательным пальцем в сторону Тобольда. – Завистник! Тобольд фыркнул, с насмешкой глядя на друга. Да уж, было б чему завидовать. – Баргрант, – серьёзно сказал Аяльф, глядя с высот своего опыта на гнома, – он хотел тебя убить. Причём самым жестоким образом. – Если бы он хотел меня убить, я бы даже не заметил сам факт смерти, – с видом знатока Барти ткнул тем же самым пальцем в небо и с прищуром глянул вверх. Молний не последовало и гном продолжил: – Я отлично рабираюсь в эльфах и тебе, Ялли, меня не переубедить. Аяльф поморщился и обратился к Тобольду: – Итак, наши действия, командир? Теперь пришла очередь Тобольда морщиться. «Командир»… Это слово сказано без сарказма, но чувства всё равно вызвало неприятные. Ответственность. Забота. Лидерство. И неистовый напор нового Героя! – В Лемминггард, конечно. Только вот у меня Пормулет не настроен, – смущённо признался он. – Ох, не проблема, – с облегчением вздохнул Аяльф, взяв из руки Тобольда портальный амулет. Массивное основание из серебристого циркониума сверху украшал ярко-оранжевый спессартин, вырезанный в форме трёх языков пламени. Ялли положил правую руку на поблескивающий камень, закрыл глаза, что-то шепнул и спессартин на миг окутало туманное облачко, пронизанное радужными молниями. Оно тут же втянулось внутрь, вызвав несколько огненных искр. – Огонь? Серьёзно? – удивился Аяльф, отдёргивая руку. – Ну, это подарок папы. А он тот ещё бунтарь, – смущённо улыбнулся Тобольд. – Не обжёгся? – Нет, – улыбкой ответил Ялли. – Всё в порядке. Просто это странно. – Ребят, мы точно в Лемминггард? – каким-то севшим голосом спросил Барти. – Ну-у… Да? – Аяльф обернулся к Тобольду, а тот с ужасом смотрел на зависший в воздухе увеличенный мемограмм, сделанный планштуком Баргранта. «Страшные новости: На Лемминггард обрушилось проклятие Роя Лемминга! Никто из жителей не может покинуть пределы города!» и ниже заголовка более мелкие буквы. На мемограмме был запечатлён чёрный Замок Леммингов, башни которого пронзали облака. А вокруг замка – здания в какой-то серой взвеси, напоминающей то ли туман, то ли дым. Она постоянно перемещалась, но в ней не угадывалось никаких фигур. Несколько прохожих медленно и вяло шли по своим унылым делам. – Маэрре ско’эзе! – выругался Ялли, хмуря брови. – Ага, лучше и не скажешь, – подавленно поддакнул Барти. Тобольд взглянул на своего обычно жизнерадостного друга и, стиснув зубы покрепче, сказал ещё раз: – Мы идём в Лемминггард. Я дал слово! Аяльф с сомнением посмотрел на него. – Ты всего лишь кивнул. Ты можешь просто отступиться и вернуться в замок к отцу. Вернуться живым. – Аяльф явно хотел сказать что-то ещё, но не смог заставить себя это сделать. – Властитель Артиэн поймёт тебя, всё же человеки не должны брать на себя груз, с которым им не справиться. Гнев сталью сверкнул во взгляде Тобольда, обращённым на печального эльфа. – Я дал слово. Мы идём в Лемминггард. Кивок это был или нет, но я должен защищать тех, кто не может сам. Леммингтону нужен Герой, а я хочу… И тут он задумался. Чего же он хочет? Чего же он хочет на самом деле? – ...а я хочу, чтобы никто не остался без помощи, которую я в силах оказать! Ялли удостоил этот ответ парой хлопков. Баргрант читал новости настолько увлечённо, что вообще не обратил на слова друзей внимания. – Достойный Героя ответ, – в глазах Ялли стояла непонятная нежность, но и непоколебимая сталь тоже. – Я иду с тобой. Барти? Гном дёрнулся, будто его водой ледяной окатили. – Ох… Твою мать… Твою мать… Пиздец… – он невидящими глазами уставился на Аяльфа, моргнул, помотал головой, отгоняя наваждение и, наконец, ответил. – А, да, точно. Куда вы, ребятки, туда и я. Туда и я… Он ещё раз мотнул головой, хлопнул ладонями себя по щекам и, отозвав планштук, снова пробормотал: – Такой пиздец… Сплошной пиздец! Но вместе мы справимся! Вместе мы выстоим! – Ты не Паладин, чтобы говорить такое, – снисходительно улыбнулся ему Эльф. – Помощь Паладинов нам не помешает, – согласился гном. – Кончаем разговоры. Лемминггард ждёт спасения! – Как скажешь, Тобольд, как скажешь, – пробормотал Баргрант и, зажмурившись, снова хлопнул себя по щекам. Он вытащил из кармана небольшой пузырёк и, открыв крышку, высыпал в рот несколько желтоватых капсул. – «Обардин» тут не поможет, – заметил Ялли. – Зато он вкусный, – хмыкнул Барти, понемногу приходя в себя. – Итак, в Лемминггард! – приказал Тобольд и первым шагнул в Великий портал. Он не успел исчезнуть в голубоватой вспышке Магии Пространства, как за ним последовали Баргрант и Аяльф.