«Wonderland» AU Ninjago

Ледяная вода дренажного коллектора окатила Неви, когда он в очередной раз споткнулся о скользкий камень. Он прислонился к мокрой, покрытой слизью стене, пытаясь перевести дух. Адреналин постепенно отступал, сменяясь леденящей усталостью. Он провел рукой по лицу, счищая грязь, и его пальцы наткнулись на что-то маленькое и твердое, впившееся в ткань капюшона его куртки, чуть ниже шеи. Неви замер. Он аккуратно ощупал предмет. Крошечный, не больше ногтя, металлический диск. Он сорвал его и поднес к тусклому свету, пробивавшемуся сквозь решетку ливневки где-то сверху. Это был трекер. Совершенно незаметный. Он должен был прикрепиться к нему еще в закусочной, во время той короткой стычки. Ледяная волна прокатилась по его спине. Он не просто бежал. Его вели. С глухим щелчком он раздавил устройство каблуком о мокрый камень. Звук показался оглушительно громким в звенящей тишине подземелья. И в этой тишине, словно в ответ на его действие, послышались шаги. Неспешные, размеренные, уверенные. Не грубый топот погони, а спокойная поступь того, кто уже достиг цели. Из-за поворота тоннеля, окутанная тенями, вышла... "Сора?..." Она была одна. Без охраны, без дронов. На ней был простой, темный плащ, но он сидел на ней, как мундир. Ее лицо было освещено лишь скупым светом сверху, делая его похожим на маску из бледного мрамора. Неви не шевелился, не дышал. Он смотрел на сестру, и впервые за все эти годы видел ее не на голографических экранах, а вживую. Она казалась одновременно меньше и бесконечно больше, чем на изображениях. — Неви... — ее голос был ровным, без единой нотки удивления или гнева. Он просто констатировал факт. — Ты сделал это место своим укрытием? Прагматично. И иронично. Именно здесь начинались трубы, что питают "Крон". Она сделала шаг вперед. Ее каблуки не издавали звука по мокрому камню. — Трекер был страховкой, — сказала она, как будто читая его мысли. — На случай, если твои... новые друзья решат утаить тебя от меня. Но, как я и предполагала, ты предпочел одиночество. — Чего ты хочешь, Сора? — голос Неви прозвучал хрипло и чуждо. — Пришла лично завершить "оптимизацию"? Уголки ее губ дрогнули на миллиметр. Это не была улыбка. — Оптимизация подразумевает улучшение системы. Ты... ты стал неисправностью, Неви. Опасной неисправностью. Но ты — моя неисправность. Она остановилась в нескольких шагах от него. Ее глаза, такие же, как у него, изучали его без тени сестринской теплоты. — Я предлагаю тебе последний шанс. Добровольно вернуться со мной. Не в "Крон". Домой. — У меня нет дома, — прошипел Неви. — Ты сама его разрушила. — Я построила нечто большее! — в ее голосе впервые прозвучала сталь. — И ты мог бы быть частью этого! Вместо того чтобы ползать в грязи, как последний мусорщик! — Может, мне нравится эта грязь! — крикнул он в ответ, и его голос сорвался. — Она настоящая! В отличие от тебя! Сора смотрела на него еще несколько секунд, и ее лицо снова стало бесстрастным. — Очень жаль. Значит, придется использовать протокол принудительного извлечения. Она внезапно сбросила плащ. Под ним оказался облегающий комбинезон из темного полимера. Ее движения стали другими — собранными, готовыми к бою. — Я предлагаю тебе испытание, — сказала Сора. — Победи меня — и ты свободен. Проиграешь — вернешься со мной добровольно. Неви сжал кулаки. Это была ловушка. Но другой не было. — Я не буду с тобой сражаться. — Ты будешь, — она ринулась вперед. Ее атака была молниеносной. Удар ногой, от которого он едва успел отклониться. Второй, задевший плечо. Боль, острая и точная. Она не просто тренировалась — она оттачивала свои навыки до совершенства. — Удивлен?...Этому всему меня научила Ларроу... Неви не ответил. Он рванулся вперед, пытаясь закончить все одним быстрым ударом. Сора не стала уклоняться. Она приняла удар предплечьем в крест, и громкий хлопок от столкновения разнесся по тоннелю. Боль пронзила руку Неви, будто он ударил по стальной балке. — Слишком прямолинейно, — холодно констатировала она, и ее собственная рука, сложенная в "ласточкин хвост", вонзилась ему в солнечное сплетение. Воздух вышел из легких со свистом. Он откатился назад, едва удерживаясь на ногах. Отступая вглубь тоннеля, Неви использовал окружение. Он выбил опору ржалой трубы, обрушив на сестру поток ледяной воды. Использовал выступы стен, чтобы атаковать с неожиданных углов. На секунду ему показалось, что он поймал ее ритм. Ошибка. — Логично, но примитивно, — ее голос прозвучал прямо у его уха. Она оказалась за его спиной, проскользнув в слепую зону, пока он концентрировался на атаке. Захват. Бросок. Он врезался в стену, и мир поплыл перед глазами. Поднимаясь, Неви схватил горсть гравия со дна и швырнул ей в лицо. Сора инстинктивно отвела голову, и в этот момент он врезался в нее, повалив на землю. Вода забурлила вокруг них. Он пытался придушить, но ее рука в железной хватке сжала его запястье, и кости затрещали. — Отчаяние, — с усилием прошипела она, перекатываясь и оказываясь сверху. — Интересная тактика, но бесполезная. Ее колено вдавило его в илистое дно. Он пытался вырваться, но ее хватка была абсолютной. — Я... не вернусь... — захлебываясь водой, прохрипел он. — Ты уже проиграл, — ее лицо было всего в сантиметре от его. Он видел в ее глазах не злорадство, а тотальное, безразличное превосходство. — Физически. Тактически. Ментально. Сора поднялась из мутной воды с грацией механизма, не знающего усталости. Её пальцы, холодные и твёрдые, как тиски, сомкнулись на горле Неви, приподнимая его над землёй. Он задыхался, его ноги бессильно болтались в воздухе. В её глазах читалось не торжество, а спокойное, безразличное ожидание капитуляции. — Теперь ты понимаешь? — её голос был ровным, без единой дрожи от усилия. — Всё твоё сопротивление было лишь шумом. Предсказуемым и бесполезным. Неви хрипел, его сознание заволакивалось чёрной пеленой. Но его правая рука, дрожащая и почти не слушающаяся, судорожно рылась в кармане потрёпанной куртки. Его пальцы наткнулись на холодный металл. Сора заметила движение. Её бровь чуть приподнялась — единственная реакция, микроскопическая трещина в её ледяной маске. Она ожидала удара, попытки царапаться, чего-то примитивного и отчаянного. Но он не ударил. С последним усилием воли он вытащил из кармана три небольших, похожих на монеты, диска с мигающими красными светодиодами в центре. Рука, всё ещё сжимавшая его горло, была идеальной мишенью. Он с силой шлёпнул диски на её запястье. Магнитные защёлки с тихим щелчком притянули их к полимерной ткани её комбинезона. В глазах Соры мелькнуло мгновенное, безмолвное удивление. Этого не было в её расчётах. В этот миг Неви сгруппировался. Он уперся ногами в её грудь — не для удара, а для рычага. Используя её собственную хватку как точку опоры, он с резким выдохом выгнулся всем телом, применив бросок, которому когда-то научил его Гарм для выхода из захватов. Стальные пальцы на его горле разжались на долю секунды — шок от неожиданного действия и странных устройств нарушил её концентрацию. Этой доли хватило. Он вырвался, тяжело приземлившись на колени в воду, давясь кашлем. Сора смотрела на устройства на своём запястье. Она подняла руку, чтобы сорвать их. — Соси. — кратко сказал Неви, показывая факи. Кружки на её руке синхронно вспыхнули ярко-красным. Раздался резкий, сухой треск. По её телу пробежала мощная судорога. Её мышцы на мгновение вышли из-под контроля, заставив её согнуться в неестественной позе. Глухой, сдавленный стон вырвался из её сжатых зубов. Запах озона заполнил воздух. Это длилось не больше двух секунд. Заряда миниатюрных батарей хватило лишь на короткий, ошеломляющий разряд. Но этого хватило. Сора выпрямилась. Её лицо впервые за всю встречу выражало не контролируемый гнев, а нечто иное — чистое, безраздельное изумление. Она смотрела на почерневшие устройства на своём запястье, затем на Неви, который, тяжело дыша, поднимался на ноги. Она медленно, с усилием, сорвала диски и разжала ладонь. Обугленные остатки упали в воду. — Импровизированный электрошокер... — прошептала она, и в её голосе впервые прозвучало нечто, отдалённо напоминающее уважение. — Собран из компонентов системы освещения "Крона". Она посмотрела на него, и в её взгляде было новое, оценивающее качество. Она видела не просто непокорного брата. Она видела проблему, которая только что эволюционировала. — Ты не просто бежал из "Крона", — сказала она. — Ты воруешь их технологии и адаптируешь их против них. Против меня... Неви сделал глубокий, свистящий вдох. Вся боль, весь страх, вся накопленная за годы унижений ярость сконцентрировались в одной точке. Он разбежался. Его ступни с громким шлепком отталкивались от мокрого камня. Два шага. Три. Он оттолкнулся от выступающей трубы, придав своему телу дополнительное ускорение, и в прыжке, развернувшись в воздухе, с криком, в котором было всё его отчаяние, выбросил ногу вперёд. Пятка его тяжёлого сапога с размаху пришлась Соре прямо в лицо. Удар был ошеломляющим. Громкий, влажный щелчок, смешанный с хрустом. Её голова резко откинулась назад. На секунду её идеальная маска невозмутимости треснула, уступив место шоку и чистой, невыразимой боли. Из её носа брызнула алая струйка, окрашивая бледную кожу. Она отшатнулась, пошатнувшись, её рука инстинктивно потянулась к лицу. В её глазах, обычно таких ясных и холодных, поплыли чёрные пятна. Неви тяжело приземлился на колени, почти теряя сознание от затраченных усилий и шока от содеянного. Он смотрел на сестру, на кровь, стекающую по её подбородку, и не мог поверить в то, что только что сделал. Сора выпрямилась. Медленно. Казалось, воздух вокруг нее загустел от исходящей ярости. Кровь продолжала течь из её носа, капая на тёмную ткань комбинезона. Она не пыталась её остановить. Её взгляд, острый и обещающий немедленное возмездие, был прикован к Неви. — Хорошо, — прошипела она, и её голос был искажён, звуча глухо из-за повреждённого носа. В нём впервые слышалась не контролируемая холодная ярость, а нечто первобытное. — Значит, ты выбрал боль. Она стёрла кровь с губ тыльной стороной ладони, оставляя на коже алый мазок. — Отлично. Теперь мы будем играть по-настоящему. Она сделала шаг вперёд, и теперь в её движениях не было и тени прежнего превосходства. Была лишь одна цель — сломать его. Полностью. И Неви понял, что своей отчаянной атакой он не вырвал победу. Он лишь сорвал последние предохранители с истинного чудовища. Она двинулась к Неви. Уже не с отстранённым превосходством, а с холодной, целенаправленной жестокостью. Её первый удар он едва успел парировать, и боль, пронзившая предплечье, была настолько острой, что он чуть не вскрикнул. Второй удар, в корпус, заставил его согнуться, выплёвывая слюну с примесью крови. Она не просто била. Она методично разбирала его на части, стремясь не просто победить, а уничтожить всякую волю к сопротивлению. — Ты думал, один удар что-то изменит? — её голос, искажённый отёкшим носом, звучал приглушённо и ужасающе. Неви откатывался, уворачивался, но её атаки были точными, как скальпель. Она читала его, предвосхищала каждое движение. Ещё один удар, и он отлетел к стене, в глазах потемнело. Он понимал — ещё несколько минут, и он станет просто разбитой куклой в её руках. И тогда, в самом дне отчаяния, его пальцы нащупали в кармане твёрдый, знакомый предмет. Тот, что он собрал в тишине мастерской из украденных в "Кроне" деталей. Его последний козырь. Ненадёжный, опасный, но единственный. Сора ринулась в очередную атаку, её рука, сложенная в ребро ладони, была направлена ему в горло. Решимость в её глах не оставляла сомнений — этот удар должен был закончить всё. И в этот миг Неви нажал кнопку. Устройство в его кармане жужжануло, потребляя остатки заряда. И он… исчез. Не полностью. Не как призрак. Воздух там, где он стоял, задрожал, исказился, словно марево. Его очертания расплылись, стали полупрозрачными, едва уловимыми для глаза. Это была не совершенная невидимость, а активный камуфляж, сбивающий с толку системы фокусировки и создающий оптическую иллюзию. Удар Соры прошёл впустую, рассекая пустой, дрожащий воздух. Она замерла, её глаза, впервые за весь бой, выразили чистое, безмолвное недоумение. Её взгляд метнулся по тоннелю, пытаясь поймать хоть какой-то намёк на его присутствие. Тишину нарушил резкий удар в её спину. Она покачнулась вперёд, обернувшись, но видела лишь пустоту. Ещё один удар, на этот раз по ноге, заставил её споткнуться. Она стояла, тяжёло дыша, кровь капала с её подбородка на мокрый камень. Её лицо исказила не ярость, а холодная, аналитическая ярость. — Прячешься? — её голос прозвучал ледяным эхом в тоннеле. — Не имеет значения. Она достала пистолет и начала стрелять. Не вслепую, а короткими, прицельными очередями в те области, где воздух всё ещё дрожал, где вода под ногами колебалась от невидимых шагов. Энергетические разряды с громким к-р-х-м впивались в стены, испаряя воду, оставляя оплавленные пятна. Один заряд просвистел в сантиметре от плеча Неви, ослепительная вспышка и запах озона обожгли ему лицо. Он метался, чувствуя, как устройство на его поясе раскаляется, предупреждая о скором отказе. Каждый выстрел заставлял его душу сжиматься. Он был призраком, за которым охотился призрак с пушкой. И тогда он понял. Прятаться — значит проиграть. Устройство давало ему не укрытие, а возможность для одного, единственного манёвра. Он перестал отступать. Вместо этого, двигаясь бесшумно, он пошёл на неё. Сора, ведомая шестым чувством и малейшими искажениями воздуха, развернулась в его сторону, пистолет снова был направлен в грудь призрака. Её палец сжался на спуске. В этот миг Неви отключил камуфляж. Он материализовался прямо перед ней, в полуметре, её собственное отражение мелькнуло в его глазах, полных решимости. Её реакция была молниеносной — пистолет сместился, дула оказались направлены ему прямо в лицо. Но эта микроскопическая задержка, этот шок от его внезапного появления, стоили ей всего. Его левая рука рванулась вверх, отбивая ствол в сторону. Правая, сжимающая обломок арматуры, которую он подобрал ещё в начале боя, с размаху вонзилась ей в плечо — ту самую руку, что держала оружие. Раздался сдавленный крик, больше похожий на яростный выдох. Пальцы Соры разжались, и пистолет с плеском упал в воду. Она отшатнулась, хватаясь за рану, из которой уже сочилась алая полоска, контрастируя с тёмной тканью комбинезона. Они стояли друг напротив друга, тяжело дыша. Она — раненая, впервые за весь бой лишённая своего главного козыря, с лицом, искажённым болью и невероятной, всепоглощающей яростью. Он — избитый, едва стоящий на ногах, но с тлеющей искрой победы в глазах. Неви, тяжело дыша, подошёл к ней. Он стоял над этим воплощением холодной власти, теперь поверженным, и в его груди бушевала буря — копившаяся годами боль, гнев и горечь. Он медленно опустился на корточки перед ней. Их взгляды встретились. В её — пылала ненависть. В его — вызревала твёрдая решимость. — Помнишь "Крон"? — его голос прозвучал тихо, но отчётливо. — Помнишь, что ты со мной там делала? Он не ждал ответа. Его рука, сжатая в кулак, со всей силы обрушилась на её лицо. Удар был тяжёлым, точным. Голова Соры дёрнулась назад, ударившись о камень. — Это за пытки. — прошипел он. Она попыталась что-то сказать, но из её разбитых губ только вырвался хрип. Её взгляд помутнел. Неви снова занёс руку. В его памяти всплыло лицо матери. Тёплое, доброе, навсегда утраченное. — А это... — его голос сорвался, и кулак снова обрушился вниз, — ...за маму. На этот раз она не издала ни звука. Она просто лежала, глядя на него сквозь пелену крови. Но в её глазах что-то изменилось. Исчезла ярость. Осталось лишь пустое, шокированное осознание. Осознание того, что её жертва не просто дала сдачи. Он поднялся. И он мог ударить в ответ. Неви тяжело поднялся. Гнев отступал, сменяясь ледяной пустотой. Его взгляд упал на воду, где лежал импульсный пистолет Соры. Он медленно наклонился, поднял его. Оружие было холодным и неестественно тяжёлым в руке. Он поднял пистолет и нацелился ей в голову. Её глаза, полные крови, встретились с его взглядом. В них не было страха. Лишь вызов. Молчаливое: "Сделай это. Стань таким же, как я". Его палец лег на спусковой крючок. Дрожь пробежала по его руке. Перед ним лежала женщина, отнявшая у него всё. Справедливость, месть — всё требовало одного выстрела. Он смотрел на неё. На свою сестру. На её избитое лицо. И видел не монстра, а сломанного человека. Такого же, как он. Он глубоко выдохнул и резко отвёл пистолет в сторону. — Нет, — тихо сказал он. — Я не ты. Он швырнул пистолет в темноту тоннеля. Звук его падения в воду прозвучал финальным аккордом. И он пошёл прочь, не оглядываясь, оставляя её одну во тьме. Он не выиграл. Но он и не проиграл. Он просто остался человеком. И в этом мире это была самая редкая и самая трудная победа.