Часть 5
15 ноября 2025 г., 13:36
Он лежит на кровати. Вокруг тишина. Одеяло тяжело лежит поверх его тела, но ему не хочется его сбрасывать. Окно наглухо закрыто, и Осаму морщится от того, что комната постепенно начинает становиться душной. Но сил пошевелить хоть пальцем нет. Он продолжает лежать. Это отупляющее умиротворение является единственным, что он чувствует. Даже, скорее... Какую-то... Грусть?
- Осаму.
О, нет, принц на белом коне примчался его спасать. Пусть на этом же белом коне уëбывает обратно. Дазай не хочет сейчас выслушивать его потуги в конструктивный диалог.
- У тебя так душно в комнате, как ты тут не задохнулся ещё?
Осаму улавливает звук открывающегося окна и чувствует прилив свежего воздуха. Да, так чуть-чуть лучше. Но из кровати он выбираться не собирается, пф. Матрас рядом с ним скрипит. Похоже, Чуя присел на кровать. Зачем? Одеяло вдруг сдëргивается с плеч Осаму, и он жмурится от яркого света. Когда Чуя успел включить лампу?
- Осаму, что случилось? Расскажи мне.
Глаза у Чуи голубые. Такой красивый цвет. Ему бы хотелось поцеловать его веки, за которыми скрыто подобное чудо. А волосы вьются вокруг лица, обрамляя его красивыми завитками. Чуя красивый. Такой прекрасный...
- Осаму. Не хочешь мне отвечать?
Дазай хмурит брови, но не отворачивается. У него... Нет сил разговаривать. Он медленно приподнимает руку и касается Чуиного лица. Гладит веснушки на носу, улыбается, когда Чуя фыркает в ответ на это, но чувствует, как под пальцами нагревается кожа. Глупый Чуя смущëн.
Наконец, напарник, похоже, понимает, что Осаму нужно. Ложится на кровать рядом с ним и смотрит ему в глаза в ответ. Нравится ли Чуе то, что он видит? Дазай сказал бы, что нет. Он давно не принимал душ, его волосы разлохматились, а ресницы слиплись от постоянного сна. Но судя по блеску в глазах Чуи, ему нравится.
В какой-то момент они придвигаются ещё ближе. Их носы почти касаются друг друга, дыхание смешивается. Пальцы незаметно сплетаются вместе, и они просто греют друг друга своим теплом. Часы тихо тикают на стене, когда их губы соприкасаются в невинном юном поцелуе.
