Скажи, что любишь меня

      Кристина оббежала половину школы, заглянула в каждый класс, куда только можно и нельзя заглядывать. Его нигде не было. Абсолютно нигде.       Ноги подкосились и не слушались владелицу. Кое-как девушка добралась к скамейке и рухнула на неё. Руки тряслись, в голове звенело. Почему-то Крис было очень страшно за Джона. Страшно и стыдно перед ним одновременно. А ещё она очень гневалась на Клиффа.       Комок подкатил к горлу. Брайт всхлипнула пару раз. Слёзы начали наворачиваться на глазах. "Не реветь, не реветь! Только не здесь!"... Глаза заметались по коридору.       Они вскочила с места и с огромной скоростью рванула к туалету, распихав несколько учеников по пути. Пулей завернув туда, она рывком открыла кран и плеснула на своё лицо воды. И ещё раз плеснула. И ещё.       Рукава уже были по локоть мокрые. Но главное, что резкие, прерывистые, частые вдохи смягчились, и Крис начала дышать глубже и ровнее. Вроде как... Успокоилась. Главное – держать хладнокровность. Этому её когда-то научили. Только вот у девушки никогда не получалось соблюдать хладнокровие. Даже в спокойные моменты.       Что уж поделать? Такая она была от природы. Вся яркая, непоседливая и целеустремлённая. Может быть, даже храбрая. Но хладнокровие? Это точно не про неё. Возможно, Брайтайс храбрая. "Почему же ты тогда вся дрожишь, как осиновый лист, а, Крис?" — прозвучал чужой голос в голове. Неизвестный, пропитанный осуждением голос. — Почему я... Почему дрожу... — пробормотала девушка. Она схватила ладонями края раковины. Больше невозможно сдерживать всхлипы. "Мне так жаль! Прости меня, Джон!"       Чья-то мягкая рука опустилась ей на плечо. От прикосновения Кристина резко опустила плечи и повернулась. — Не паникуй. — прошептала её подруга. Своими мудрыми глубокими зеленовато-жёлтыми глазами она заглядывала словно в душу. Яркий, словно смелый и бунтарский окрас полностью был противоположен характеру этой розоволосой девушки. — Дже-е-е-ейн! — протяжно и тоскливо завыла Кристина и опустила голову. — Т-ты как вообще меня нашла? — Чш-ш, тише. Сейчас ты успокоишься. И расскажешь, что случилось. — Джейн Доу притянула Крис к себе и крепко обняла. Бережно, заботливо. Её добрый голос и правда вселял спокойствие. Нечасто можно услышать, как подруга что-то говорит с такой интонацией. Обычно она холодная, грубая и бездушная, но только с самыми близкими открывается со своей светлой стороны.       Подруги ушли в самый отдалённый от всех остальных класс. Кристина попробовала толкнуть дверь. Заперто. — Джейни, а тут, кажется, з-закрыто. — Брайт шмыгнула носом. Ещё не успокоилась до конца, но уже немного улыбалась. — Конечно, это же учительская. — небрежным тоном кинула подруга, ища что-то в своей сумке. — ЧТО?! У-учительская? Ты что, хочешь... Взломать дверь учительской?! — Кристина так и застыла, оставив ладонь на ручке двери. — Ц, не шуми так. Не буду я ничего взламывать. — Доу вытащила сверкающий ключ и самодовольно ухмыльнулась. — Я же староста. Мне можно. — А-а-а... Староста... — восхищённо вздохнула девушка. — Я совсем забыла про это.       Дверь наконец-то распахнулась, и девушкам открылась учительская. Она словно блестела и выглядела очень заманчивой. Как помещение, это был обычный класс, но парты все выставлены в один большой стол. Стулья стояли, как обычно – по двое за парту. Лишние были выставлены вокруг стен около окон.       Ещё учительская отличалась от учебного класса огромным количеством шкафов. Все они были набиты папками, тетрадями, вещами... Джейн уверенно подошла к одному из них и, открыв, закинула туда пачку тетрадей. — А-а это у тебя откуда?! — Крис подскочила к ней. — Ты думаель, почему мне вообще дали ключ? Вот, тетради попросили занести. Это не наши, в любом случае.       Брайтайс скользнула взглядом по самой верхней тетради. 5 класс. Она подписана слишком аккуратным и ровным почерком, как будто кто-то очень старательно выводил каждую буковку. Тина даже немного завидовала такому мастерству. У неё, конечно, был довольно красивый почерк, но за годы в школе и потребности быстро писать он был слегка неряшливый. — Так... Мы сюда пришли только, чтобы ты отнесла тетрадки пятиклашек? — проворчала она, всё ещё оглядывая класс. — Хм... Наверное, нет. — лицо Джейн приняло хитрый вид. Она мигом подскочила к двери и закрыла её на ключ. — Ты чего замышляе- ОООО!! — Кристина ахнула, когда увидела, что её подруга открыла очередной шкаф. Там лежали всевозможные вкусности – печенье, шоколадные конфеты, карамельки, крекеры... Глазу не за что было зацепиться. — Все прелести учительской. Хорошо быть старостой, которая может подъедать эти запасы, и никто не будет против. — ДЖЕЙНИ-И, ТЫ ЛУЧШАЯ! Я ТАК ДАВНО НЕ ЕЛА ПЕЧЕНЬКИ! — Кристина набросилась на неё и так обняла, что Доу аж закряхтела. — Кх-х! Д-да незачто... Тем более, тебе сейчас тяжело.       Девушки приоткрыли окно, ведь в классе было ужасно жарко, и подставили парту рядом с ней. Усевшись на неё, обе глядели в окно, сгрызая печенье раз за разом, пока Брайт рассказывала всё, что у неё случилось за сегодня. — И... Потом я пыталась найти его. И сорвалась, потому что мне было ужасно стыдно. Дальше ты знаешь. — Крис отвела взгляд и снова потянулась за печенькой. Только вот в пачке уже ничего не осталось. — Э-... — "Ничего не осталось?! Чёрт, оно было таким вкусным..!" — Упс, мы всё съели. Ну, зато тебе хоть стало легче из-за того, что ты мне это всё рассказала. — Джейн внезапно улыбнулась. Мягко, широко, добро, что аж захотелось плакать. — А насчёт печенья не переживай, я им куплю новое.       Но Кристину не волновало печенье. Она словно заколдованно смотрела на розовые развевающиеся пряди подруги и её полное надежды лицо. — Спасибо... Ты и правда лучшая, Джейни! — благодарно пролепетала Крис.       Мудрая подруга посоветовала девушке поймать Джона после урока и попробовать поговорить с ним. Либо же позвонить или написать ему, чтобы всё объяснить. Именно это девушка и собиралась сделать. Что-то из двух. Но теперь не с паникой и бесконечной виной на душе, а с решимостью и сердцем, полным любви.       Хотя, конечно, Кристина не была уверена, любит ли она Шедлетского. Но одно девушка знала точно – её чувства отличаются от чувств к друзьям.