Сказанье о Драконе и Вороне III: Тени прошлого

      Неожиданное знакомство оказалось куда более тёплым, чем можно было ожидать. Мужчина, представившийся как Мор Стальн, оказался не только приветливым хозяином, но и человеком, охотно делящимся историями о своём городе. За ужином, который прошёл в уютной и неспешной атмосфере, он рассказал многое о Рудном стане — так, словно сам был его живым воплощением.       Когда-то это место действительно было всего лишь крупным торговым узлом: шумным, богатым, но в своей сути таким же разрозненным, как и десятки других городов. Люди приходили и уходили, заключали сделки, зарабатывали и тратили, но редко задерживались душой. Однако в последние годы всё изменилось. С приходом нового бургомистра жизнь здесь словно обрела иной ритм: праздники стали регулярными, улицы наполнились музыкой и смехом, а жители — тем редким чувством общности, которое не навязывают, а принимают. Город перестал быть просто местом заработка и превратился в дом, в котором хотелось остаться.       Мор Стальн говорил об этом спокойно, без лишнего пафоса, но в его словах чувствовалась уверенность человека, который сам пережил эти перемены. Большую часть жизни он провёл в шахтах, где дни тянутся тяжело и однообразно, а мысли редко выходят за пределы выживания. И всё же именно в последние годы он будто позволил себе поднять голову выше привычного уровня и оглянуться вокруг. Тогда же в его жизни появилась Нерия — и, как он сам невольно дал понять, без этих перемен он, возможно, так и не решился бы на шаг к чему-то большему, чем привычное существование. Даже его собственная свадьба стала частью этого общего движения — не просто личным событием, а поводом разделить радость со всем городом.       Всё, о чём он говорил, находило подтверждение и за пределами его дома. Даже короткого взгляда на улицы было достаточно, чтобы понять — здесь действительно живут иначе. Люди встречались взглядами без настороженности, улыбались не из вежливости, а будто по привычке, а разговоры, доносящиеся из открытых окон, звучали легко и свободно. В этом месте не чувствовалось той сжатости и скрытого напряжения, к которому путники уже успели привыкнуть за время своих странствий.       Когда они покинули чужой дом, луна уже поднялась высоко над срезанными вершинами гор, заливая каменные улицы мягким серебристым светом. Днём здесь всё сверкало отблесками металла и гулом работы, но теперь город словно выдохнул, отпуская дневную суету. Шум стих, разговоры стали тише, а редкие прохожие двигались неспешно, неся с собой остатки вечернего уюта. Пространство наполнилось спокойствием, в котором не было ни тревоги, ни скрытой опасности — только редкое, почти непривычное ощущение того, что в этом месте действительно можно позволить себе быть беззащитным.       Под покровом ночи они могли пройтись лишь вдвоём.       Орион, чувствуя приятную сытость, шёл с невероятной бодростью. Запрокинув руки за голову, он двигался в сторону постоялого двора, ощущая какую-то странную лёгкость:       — Я уже и позабыл, что такие приятные люди могут существовать! — заявил он с искренней радостью.       Аланор рядом выглядел куда более сдержанным и спокойным, но даже он не смог удержаться и не согласиться с тем, что этот вечер оказался удивительно приятным.       — Я редко посещал такие мероприятия за пределами двора, особенно после своего совершеннолетия. Однако, на тех, которых бывал, никогда не было так уютно, — поделился наследник короны и едва заметно улыбнулся. — Либо здесь просто наконец была стоящая компания.       Орион, услышав это, тут же отвел взгляд в сторону, и незаметно скривил лицо, поджимая губы в тонкую полоску. С тех пор, как он допустил ошибку и дал Аланору понять, что любые его выпады в столь странном направлении не отдаляют их, тот словно начал наступать — пусть и не в открытую, но с заметно большей настойчивостью. А может всё дело было в том, что он хранил эти чувства уже много лет, и теперь, когда появилась возможность говорить об этом, считал естественным действовать столь прямо.       На что чародей снова предпочёл сыграть в привычную для себя роль:       — Конечно, эта пара удивительно приятная! Они даже пригласили нас посетить их свадьбу, такая компания не может быть не приятной.       Он говорил легко, почти беспечно, словно и правда не замечал ничего лишнего в этих словах. Хотя на деле мысли в голове путались всё сильнее. Стоило только допустить хотя бы малую долю правды в происходящем — и казалось, что почва под ногами тут же начнёт уходить. Если он позволит Аланору пересечь эту границу или сам даст понять, что всё прекрасно понимает... выбраться из этого уже не получится. Слишком легко будет затянуться в этот странный, тревожащий водоворот.       От нарастающей неловкости спасло внезапное изменение атмосферы вокруг. Тусклая, почти сонная улица резко свернула, и перед ними открылся совсем иной мир — яркие огни, развешанные над дорогой, плотные тени, прячущиеся между ними, и шум, в котором смешивались смех, музыка и чужие голоса. Здесь жизнь не затихала с наступлением ночи, а будто только начиналась.       — Ничего себе, — восторженно выдохнул Орион, опуская руки и всматриваясь в происходящее. — Неужели и здесь есть улица красных фонарей?       Аланор покосился на него с тем самым привычным немым вопросом, и чародей тут же поспешил пояснить:       — Ну... район города, где ночами происходит всё самое интересное? Ты никогда о таком не слышал? Где девушку можно снять за золотишко или... — он бросил на принца быстрый взгляд и чуть тише добавил: — или мужчину.       — Зачем?       Его спокойствие и искреннее непонимание вгоняли Ориона в краску, но вместе с тем в этом было что-то до смешного забавное. Он на мгновение даже отвлёкся от собственных мыслей, зацепившись за этот взгляд — чистый, почти наивный в своей прямоте. И именно тогда в голове родилась мысль, от которой самому стало немного неловко: а что, если Аланор и правда никогда не сталкивался с подобными вещами? Что если его решимость — это не опыт, а наоборот, его отсутствие?       Мысль оказалась дерзкой. И, к сожалению, слишком заманчивой.       — А ещё в таких местах всегда много хорошей выпивки, — как ни в чём не бывало добавил он, уже чуть оживившись. — Может быть мы пройдёмся? Я бы не отказался пригубить пару бокальчиков. Ты же угостишь?       Он знал, на что давит. Знал слишком хорошо. И, возможно, это было не совсем честно, но удержаться не получилось.       Аланор, впрочем, и не думал отказываться. Наоборот, на его лице появилась лёгкая улыбка — та самая, в которой угадывалась привычная уверенность человека, не привыкшего в себе сомневаться.       — Конечно, выбирай. На выпивку нам точно хватит.       Это победа.       И уже в следующую секунду они оба нырнули в шумную, живую улицу, где ночь только начинала набирать обороты.       Орион был уверен, что стоит им приблизиться — и уверенность принца тут же испарится, ведь уже на подходе к ярким огням они привлекли внимание нескольких весьма кокетливых особ: те взмахнули руками, затянутыми в шелковые перчатки, улыбнулись и даже попытались зазвать их ближе. Однако мужчины, оказавшиеся в этом месте, проявили куда большую стойкость и прошли мимо, не задержавшись.       Вообще, подходя сюда, Орион, уверенный, что делает это лишь ради того, чтобы немного подшутить над наследным принцем, всё равно готовился к тому, что ему придется сдерживаться. Вот только при ближайшем рассмотрении девушки оказались вовсе не в его вкусе. Он бы даже отметил, что Аланор, пожалуй, был прав, когда говорил, что выбирает в первую очередь по внешности. И не то чтобы в прошлом чародей отличался особой избирательностью, но сегодня ни одна красавица не заставила его сердце даже на мгновение сбиться с ритма.       Вероятно, чувствуя это, никто из девушек не рискнул приблизиться к ним прямо на улице, и потому им удалось спокойно пройти в винное заведение. Народу здесь было не так много, однако каждый гость неизменно имел при себе «украшение» в виде приятной спутницы, готовой обслужить его во всех смыслах. Это место казалось идеальным, чтобы испытать наследника и показать ему, насколько он может ошибаться в собственных представлениях.       — Кажется, есть свободный столик. Займем?       Аланор опустил руку к поясу и обхватил мешочек, на ощупь оценивая, сколько золота у них осталось.       — Мирабель должна прибыть достаточно скоро, так что не думаю, что мы должны продолжать экономить, — уверенно произнес он.       Орион в этот момент заметил, что взгляд черных глаз принца скользит по присутствующим, то и дело с неким интересом задерживаясь на дамах в самых разнообразных нарядах. К слову, их одежду вряд ли можно было назвать полноценной: многие детали позволяли себе оголять куда больше, чем принято.       Усевшись за столик, они тут же заказали выпивку. Орион вновь осмотрел помещение и с легким восторгом заметил:       — Я реально даже не думал, что смогу попасть в средневековую стрипуху!       Он обернулся к Аланору, который, кажется, и сам не ожидал от себя подобного опыта и, окончательно убедившись, что всё вокруг подчинено весьма откровенной атмосфере, теперь смотрел исключительно в деревянный стол.       — Не частое явление, да?       — Бывает, — уже почти машинально ответил Аланор, осторожно скользнув взглядом в сторону, — но обычно их не так много, чтобы прямо целая улица и... — он замялся и тихо добавил: — Что тут со всеми не так?       Возможно, в жизни Аланора бывали моменты, когда по разным обстоятельствам он оказывался в обществе дам, готовых его ублажить, но даже они не позволяли себе подобной откровенности. Здесь же девушки и юноши без всякого стеснения располагались на чужих коленях, а поцелуи переходили все границы дозволенного.       Даже Орион, оглядываясь, теперь неосознанно жалел, что предложил остановиться именно здесь. Он рассчитывал на что-то более... сдержанное. Красивый танец, лёгкое развлечение — но судя по происходящему, программа этого места явно выходила за рамки его ожиданий.       Ещё более неловким казалось то, что из-за их внешнего вида они могли выглядеть не слишком платежеспособными клиентами. Хотя, отчасти, это было правдой. Однако стоило Аланору снять мешочек с пояса и положить его на стол, как тихий звон золотых монет тут же привлек внимание.       К ним тут же направилась девушка. Каштановые волосы струились по её открытым плечам, прикрывая тело едва ли не больше, чем стремилась это сделать одежда. Грудь прикрывала небольшая, грубо обрезанная ткань, скрывающая так мало, что при лёгком наклоне в приветствии она словно приветствовала гостей вместе с хозяйкой. Низ же выглядел куда скромнее: длинная юбка в пол скрывала ноги, оставляя всё остальное на волю чужого воображения.       Однако её образа было достаточно, чтобы ошеломить наследного принца, привыкшего видеть более сдержанные наряды на любой встрече. Его уши тут же заалели, и он отвернул взгляд. А вот бывший вояка, имеющий неславную репутацию и некогда завсегдатай выпивки в хорошеньких заведениях, отреагировал на эту реакцию лишь заливистым смехом:       — Дорогуша, принеси нам хорошую настойку! — уверенно произнёс он и без стеснения подтянул к себе чужой мешок, выуживая оттуда кусочек серебра. — Этого достаточно?!       Она улыбнулась, почти изысканно, прикусила губу и, приняв кусочек серебра, тут же закинула его меж своих пышных грудей:       — Конечно! Всё будет в лучшем виде, — кокетливо зазвенел её высокий голосок, и, смахнув пряди волос с плеча, она грациозно выпрямилась и удалилась в другую часть заведения, оставляя за собой шлейф цветочного благоухания.       Орион же лишь сопроводил её довольным взглядом и после обернулся столь же довольным мартовским котом к смущённому наследнику короны:       — Не говори мне, что ты так выглядишь, потому что перевозбудился? — усмехнулся он.       А что, это отличный шанс показать Его Высочеству, что странные выпады в сторону другого мужчины могли начаться у него вовсе не из-за проникновенных чувств, а потому что всё это время он был обделён женской лаской.       — Это просто возмутительно! Я спать ложусь и то в большем количестве одежды.       — Это потому что её некому снимать? Потому что эту красавицу тут явно все раздевают глазами, так что и смысла что-то прятать особо нет, — развёл чародей руками.       И правда, куда ни посмотри, а красотку, ускользнувшую от их столика, провожали исключительно хищные взгляды.       — Это заведение ужасно! — возмутился наследник и бросил едкий взгляд на своего спутника. — Неужели ты любишь такое?       — Да брось, мы же пришли выпить и посмотреть на танцы! — обыденно произнёс тот. — Но признаю, даже я удивлён увидеть такое в вашем мирке... в нашем... короче, в этом мире. Потому что у нас за такую красоту нужно было неплохо доплачивать на входе! Да и выпивка тут дешёвая.       Аланор тут же бросил взгляд на свой мешок и выхватил его из чужих рук, подвешивая на своём поясе:       — Выпьешь, что заказал, и мы уйдём отсюда!       — Так ты так и не ответил — возбудился? Просто признай, что такие женские тела не могут не возбудить мужчину! — радостно добавил он.       Аланор чуть сощурил глаза, и от прилива раздражения они даже покраснели — не как обычно, а так, что белки наполнились лопнувшими капиллярами, демонстрируя либо крайнюю степень возбуждения, либо раздражения. Однако по общей атмосфере это всё больше походило на второй вариант.       — А ты? Неужели...       — Конечно! — с привычным восторгом вскрикнул Орион и тут же захлопнул рот.       Он почти на рефлексе подтвердил что-то очевидное, но, прислушавшись к своему организму, не ощутил никакого отклика и вдруг понял, что единственное, что он предвкушает, — это не увидеть обнажённую женщину, а получить свою выпивку и утолить многодневную жажду.       Однако признаваться в таком сейчас он точно не будет. Слишком уж ему нравится это смешение эмоций на чужом лице. Аланор словно пытался оградить себя от всего вокруг. Его взгляд изредка приподнимался, украдкой смотрел в сторону и тут же снова опускался, упираясь в стол, без желания продлевать визуальный контакт с окружением.       Вскоре девушка вернулась, принеся им кувшин с ароматным напитком и несколько глиняных стаканчиков. При этом, оставляя всё это на столике, она весьма талантливо выгнулась, игриво и почти с кокетством скользнув взглядом по наследному принцу.       «Возмутительно!» — вот что подумалось Ориону в этот момент. Ведь девушка, очевидно, промахнулась с целью! Рядом же сидит он, весь такой, оделяющий её вниманием, а она предпочла выбрать сухаря, смущённо не способного отвести взгляда от деревянного столика? Разве это имеет смысл?       — Может хотите также что-то перекусить? — с придыханием поинтересовалась девушка и обернулась к Аланору, словно пытаясь поднырнуть ниже, чтобы уловить взгляд его чёрных глаз.       — Нет, мы только поели, — пробубнил принц себе под нос и попытался отстраниться.       Вот только этот жест принца, желающего избежать контакта с девушкой, лишь освободил возле себя немного места, и шатенка тут же восприняла это как приглашение. Орион буквально заметил, как изменилось её лицо! Она вспыхнула радостью и счастьем, а в глазах проблескнуло немалое желание.       Однако в момент, когда она уже обернулась, чтобы ненавязчиво присесть, Аланор спохватился и поспешил пресечь этот жест:       — Что вы делаете? — возмутился он. Его голос из-за этого прозвучал ниже привычного.       — Хочу присесть и составить гостям приятную компанию! — удивлённо пояснила она и, заметив такой взгляд на себе, тут же продолжила: — Если господин считает, что нам будет скучно, то я могу позвать подругу и для вашего гостя.       — Мы уже заказали выпивку, теперь оставьте нас! — шикнул он с раздражением. Причём Орион наконец смог увидеть в этом жесте того, кем был принц в первое их знакомство: то же презрение в глазах и тоне.       Девушка явно была ошеломлена, кажется, отвыкшая получать столь грубое обращение, и потому, поклонившись, лишь молча поспешила удалиться. Аланор же уже разъяренно собирался встать из-за стола и уйти из этого места, оставляя Ориона наслаждаться в одиночестве, вот только внезапно заметил, что туда, где место едва не заняли, в диванчик упирался грязный сапог. Сапог чародея. И подняв взгляд, он увидел, что тот с недовольством провожал девушку взглядом. Увидеть такое презрение на его лице в адрес красотки было почти удивительно, и это не могло не растопить сердце наследного принца, поэтому Аланор, сделав вид, что совершенно не заметил чужой преграды, лишь усмехнулся и потянулся к кувшину, разливая напиток.       Он налил Ориону в чашу и подвинул её ближе.       — Давай просто уже выпьем сегодня, — и, взглянув на чужое лицо, не сдержал улыбки. — Да и завтра можем выпить вместе, если хочешь.       — О, ты сам такое предлагаешь? — рассмеялся Орион, и до этого стоявшая на чужом диване нога соскользнула снова под стол. — Конечно же я согласен!       Он взял стакан со стола, сделал несколько небольших глотков, облизнул губы и с облегчением добавил:       — А тут хорошее вино!       Но провели они в этом месте не так много времени, потому что то, что происходило раньше, было лишь началом. Как только зазвучала музыка и прекрасные танцоры оказались на сцене, казалось, началось что-то невообразимое. Люди словно сошли с ума, и очень скоро чуть ли не на этой сцене готовы были уже поддаться всевозможным утехам. Так что, как только кувшин закончился, оба странника предпочли стремительно покинуть это место.       Причём для них, на данных момент весьма захмелевших, этот излишек разврата казался больше не раздражающим, а скорее весьма смешным. Тем более что, пока они шли до места своей ночёвки, то и дело натыкались на странные парочки, без стеснения зажимающиеся во всех подворотнях.       Это могло бы вызвать и некое осуждение, но алкоголь в крови заставлял всё выглядеть несколько иначе. Поэтому даже такую дорогу эти двое умудрились назвать весёлой. А вот уже вернувшись поздно, далеко за полночь, они столкнулись со всё ещё не спящим и не слишком радостным Саймоном:       — Вы где были? — удивился он и подошёл к ним ближе, явно выражая высокую степень беспокойства.       — А что, не видел? — с усмешкой спросил принц, проходя вглубь.       — Я же не вижу всё подряд и не вижу по своему желанию, поэтому я не всезнающий.       — Мы заставили тебя побеспокоиться? — удивился Орион. Ему было всё ещё непривычно, что кто-то может ждать его в такие моменты дома.       Осознав, что его младший названный братишка и правда с тревогой ожидал его здесь, не смея лечь спать, его вдруг одолели невероятно тёплые чувства, и он, подавшись вперёд, заключил подростка в крепкие объятия. Тот от прилива таких эмоций тут же затрепетал, как рыба на суше, и попытался высвободиться:       — Брат, это не смешно! Я думал, вы снова угодили в неприятности, и птица попросту меня не нашла!       — С чего бы моя птица могла тебя не найти! — возмутился Аланор.       — Они же не всесильные, к тому же у вас, Ваше Высочество, может что-то не получиться или что-то помешать. Разве вы не лишились силы в той странной пещере? — возмущённо буркнул парень в ответ.       Аланор, который до этого спокойно снимал верхнее одеяние, тут же обернулся и одарил юнца презрительным взглядом:       — Ты как-то стал забывать, с кем разговариваешь! Может, тебе напомнить?       — Э... — тут же вздрогнул мальчишка и быстрыми шагами занырнул за руку брата. — Вовсе нет, но ведь вы и правда лишились своих сил там! Поэтому...       — Хватит оба, — тут же отмахнулся чародей. — Не нужно начинать выяснять эти ваши отношения. Саймон, — обернулся он к мальчишке, — завтра нас пригласил к вечеру на свадьбу некий Мор. Поэтому нужно будет привести себя в порядок, так что утром не сваливай никуда — нужно будет сходить в магаз... — он цокнул языком и посмотрел на Аланора, а тот поспешил подхватить:       — В мастерскую, чтобы заказать одежду.       — А разве нам успеют подготовить что-то к вечеру? — удивился мальчишка. — Нас же трое!       Орион на этом моменте обернулся и посмотрел в сторону принца. Тот призадумался, открыл мешок и достал пару золотых и последний серебряк, который остался. Настолько мало денег в его жизни не было никогда. Даже живя с юным Орионом в лесу, он умудрялся неплохо зарабатывать благодаря ночным боям или частым заказам на нечисть. А теперь... Он посмотрел ещё на двоих ожидающих.       — Мы с Саймоном вполне можем постирать сейчас свою одежду. А Орион, — оставив себе лишь серебряный кусочек, он подкинул мешок, и тот ловко перелетел комнату прямо в руки чародея, — завтра закажет срочный пошив себе.       — О, — удивился чародей.       У Саймона язык чесался высказать возмущение, но в то же время за старшего брата было ужасно радостно. Так что он, хоть и скривил несчастное лицо, но послушно кивнул.       — Тогда я сейчас оставлю одежду, передадим в прачку.       — Орион, — отозвался принц, не сводя взгляда с чародея, — подумай тогда, какую одежду ты там хотел себе. Придётся найти хорошего мастера и тщательно ему всё объяснить. Так что завтра встанем пораньше.       — Так ты же и спишь дольше всех, — хмыкнул чародей.       — Тогда разбуди меня, — буркнул он.       Вскоре одежда была отдана, и все расположились на выделенных им кроватях в разных частях комнаты, и так этот день закончился, уступая своё место новому рассвету.       Мастерских в городе оказалось предостаточно, но, услышав требования заказчиков и сроки изготовления, почти все лишь повели носом, принося свои извинения, что никак не смогут поспеть в желаемый срок. И только одна молодая дама, полная сил, услышав что-то о необычной одежде, тут же поддалась энтузиазму:       — Конечно! У меня нет сейчас срочных заказов, — любезно ответила она с неким восторгом и осмотрела красивых мужчин, оказавшихся в этом заведении. — Только то, что вы описали... эта одежда других народов? Может быть, с юга? Мне бы подробнее об этом узнать, тогда я смогла бы попробовать сделать нечто подобное.       — Есть бумага и ручка? — уточнил чародей.       Аланор, услышав это, тут же взглянул на него. Тот без слов показал жестом кусок бумаги и после этого как бы написал в воздухе, изображая ручку.       — Бумагу и перо, пожалуйста, с чернилами. Он нарисует вам, что ему нужно, — перевёл Аланор.       Орион закивал с пониманием и после тихо шепнул Аланору, что виноват, ведь снова забылся и называет вещи из другого мира.       Когда бумага и перо оказались в руках, Ориона усадили за стол, и он начал своё творение. Очень скоро, с горем пополам и кривыми линиями, на бумаге показалась обычная футболка и спортивные штаны с резинкой внизу. Над этим неясным эскизом склонились все жители этой местности, в недоумении рассматривая причудливый наряд.       Мастерица подхватила рисунок и задумчиво посмотрела на него, прежде чем заговорить:       — Верхняя часть похожа на нижнюю рубаху, но нужно будет убрать разрез и сделать немного великовато... либо тунику укоротить и убрать тогда передний разрез. Короткие рукава... ох, ну и причудливо же выглядит, — рассуждала женщина вслух. — А вот снизу... какие-то штаны варваров... Видимо, это очень длинные брэ, — удивлённо протянула она. — Очень чудно, очень... Но заказчик платит, так что, конечно же, сделаю всё, как пожелает!       — Прекрасно! — восторженно воскликнул Орион. — Значит, сможете это сделать?       — Конечно! Загляденье будет, если из-под моих-то рук! — с улыбкой произнесла она.       Ткани выбрал Орион сам, конечно приложив немало усилий, найдя что-то более или менее подходящее. Ему очень хотелось, чтобы футболка была белой, но, зная все трудности их походов, очевидно было, что это слишком непрактично. Так одежда была заказана, и уже к полудню мастерица обещала выпустить диковинный наряд из-под своей иглы. На это ушло последнее их золото! Так что весь этот день они провели, скитаясь по городу, и уже ближе ко времени готовности заказа пришли к дому мастерицы и уселись почти у неё во дворике, расслабляясь.       — Есть охота, — признался Саймон, хватаясь за живот.       — А что, если нас уже и позабудут и на эту свадьбу не пустят? — поинтересовался Орион. — Странно же, что они так легко позвали незнакомцев.       — В этом городе достаточно странностей, чтобы не удивляться подобному, — ответил принц, слегка обмахивая себя ладонью. — А вот погода в этих краях и правда жаркая. Думается мне, что идея с коротким рукавом не такая дурная.       — Ты ещё обзавидуешься, когда поймёшь, как это всё будет удобно. Ничего, потом и тебе сможем такое же сделать.       Аланор запрокинул чёлку назад и скользнул слегка приоткрытыми глазами в сторону чародея:       — Может быть, с большим количеством времени и мастером из дворца мы бы могли создать мне одежду с того мира, которая будет более подстать моему статусу?       — Костюм-троечку? — удивился Орион.       В его голове тут же вспыхнула картина, в которой Аланор мог бы быть директором какой-нибудь большой компании и щеголять по корпоративным коридорам в отличном тёмно-бордовом костюме, то и дело поправляя свой галстук.       На удивление, сцена, представшая перед глазами, показалась весьма красивой и прервана была лишь неуместным замечанием Саймона:       — Почему такая низкая оценка? Для Его Высочества нужен костюм-десяточка!       Орион даже не сразу понял, а потом залился смехом, откидываясь на спинку своего сиденья, и даже глаза прикрыл рукой:       — Я никогда не привыкну к нашим недопониманиям!       — Троечка — это название какого-то костюма? — предположил же Алан. — Вероятно, это что-то статусное. Вряд ли бы ты стал подшучивать надо мной сейчас?       — А ты меня лучше понимаешь! Это костюм из пиджака, брюк и жилетки. На тебе бы смотрелось чертовски сек... — но мгновенно оборвал себя, резко сжав губы и закашлявшись.       О чём он вообще мог подумать, чтобы внезапно назвать Его Высочество сексуальным — и неважно в каком виде! Он ведь в этом мире почти монахом стал и за всё это время совсем позабыл такие низменные слова. А после вчерашней выпивки, с приливом крови ко всем местам, кроме очевидного, в компании полураздетых девушек, вдруг начал считать Его Высочество сексуальным!       — В общем, у нас в таких ходят все важные шишки! Так что подстать тебе.       — Ты тоже в таком ходил? — Саймон не сдержал своего вопроса.       — С чего бы? — хмыкнул тут же чародей. — Я же не директор какой. Спортивки мне куда больше нравятся.       — Тогда я тоже хотел бы спортивки, — уверенно добавил принц.       — И я! — Саймон аж подскочил. — Брат, я обязательно тоже потом хочу одежду с того мира!       — Ах-ха-ха, — засмеялся чародей в голос. — Вы даже не видели ещё, как это выглядит, чтобы заявлять. Но да, уверен, что вам понравится.       И это действительно была хорошая идея, ведь если все вокруг хоть на мгновение окажутся нормальными, то он сможет хотя бы немного забыть обо всём том грузе, что свалился на его плечи. Ещё больше ему бы хотелось провести их по знакомым улицам, показать любимые магазины, кафе и, может быть, сводить в парк развлечений. Эта прогулка была бы похожа на те, которые бывают у настоящей семьи?       От этой глупой фантазии уголки глаз даже слегка увлажнились. Представить себя в таком уютном и уже родном кругу, но оказаться в привычном ему некогда месте... Может быть, даже пригласить в свою квартиру. Не это ли стало бы отличным поводом в ней прибраться?       Их разговор прервали. Женщина вышла во внутренний дворик и тут же радостно объявила, что странный заказ уже поджидает примерки. А вскоре, когда Орион уже облачился в него и все доработки были внесены, на улицу он вернулся в совсем другом виде и со свёртком одежды в руках.       Теперь это была светло-синяя футболка свободного кроя и нечто, и правда отдалённо напоминающее обычные спортивные штаны без излишеств, но даже с парой карманов по бокам. Внизу вместо резинки — несколько подвязок, закрепляющих широкую длину вокруг щиколотки.       По правде, когда он примерял уже итоговый вариант и сказал, что всё выглядит практически идеально, он видел, как мастерица пыталась сдерживать лёгкие смешки. Эта одежда, несомненно, казалась ей чудной и слегка странноватой, больше подходящей лишь для нижних одежд. Однако Орион, увидев себя в них, наконец почувствовал лёгкую радость воспоминаний. Он ожидал, что, когда выйдет, то непременно словит шквал критики и смешков, однако и Аланор, и Саймон лишь с интересом осмотрели его новый образ.       — Ну... как?       Видя неоднозначную растерянность на чужих лицах, Орион даже начал сомневаться на мгновение. Но быстро взял себя в руки и, пожав плечами, рассмеялся в голос, добавляя:       — Просто признайтесь, что завидуете, ведь у меня теперь такая комфортная одежда.       — Брат! Это же правда очень круто! — Саймон тут же подскочил на ноги и подлетел ближе, обегая мужчину вокруг. — Не знаю, что это, но думаю, ты точно был самым модным бароном.       — Это, конечно, не так называется, но, допустим, — расхохотался Орион. — Что, всё ещё хочешь такое же?       — Конечно! Я буду ходить, как мой старший брат!       Аланор, однако, не издавал ни звука. Пока сам Орион был полностью поглощён разговором с младшим, но всё же находил момент, чтобы то и дело бросать обеспокоенный взгляд в сторону наследника. Слышать столь продолжительную тишину от него так долго — это странно и даже как-то не по себе.       Благо хозяйка помещения снова спасла ситуацию. Она выскочила на улицу и, щурясь от охватившего её солнца, протянула юноше голубую ленту, оставшуюся лоскутом от его футболки:       — Вот, вы же хотели что-то сделать с волосами.       — Да, благодарю, — подхватил он тут же ленту из чужих рук.       — Может, вам помочь? У меня две взрослые дочери, уж с вашими волосами я справлюсь.       — Не нужно, у меня есть кому помочь.       Он тут же угомонил Саймона и, отпустив мастерицу, подошёл к Аланору, так и молчавшему до этого момента, и протянул ему ленту:       — Она не такая шелковистая, как твоя, поможешь заплести косу?       — А... да... — наконец опомнился тот.       Саймон, почувствовав странный тон старшего, тут же выпрямился по струнке и громко заявил:       — Кажется, я слышу музыку неподалёку. Возможно, там уже всё начинается? Я пойду пробегусь и гляну!       — Хорошо, — кивнул ему Орион, едва успев, ведь вскоре мальчишка уже скрылся за поворотом.       Орион же уселся на лавке и повернулся к Его Высочеству спиной, уложив старую одежду на свои колени.       — Совсем стрёмно, да? — через некоторое время тихо и даже с лёгкой робостью уточнил Орион.       — Нет, я просто совсем не привык такое видеть, — тут же отметил принц. — Но мне нравится. Лишние узоры не отвлекают от твоего лица.       Услышав столь ненавязчивую и честную фразу, лицо Ориона тут же вспыхнуло красным, и утешало его лишь то, что Аланор сейчас никак не мог это увидеть. Хотя, по правде, тому вполне хватало краснеющих ушей, которые быстро открылись, стоило ему начать собирать волосы.       Он заплёл косу и даже на мгновение бросил взгляд на алую ленту, всё ещё подвязанную на его руке. Он снова мог бы воспользоваться этой маленькой возможностью и надеть её на чужие волосы, но разве реакция чародея и без этого не показатель того, что его чувства нельзя назвать пустыми? Но всё же это может быть естественной реакцией на подобного рода слова и от любого другого человека. Так зачем ему снова испытывать это разочарование? Поэтому, в этот раз не споря с судьбой, он просто повязал ткань, которую выдала им мастерица, и завершил причёску, с улыбкой отходя в сторону.       А совсем скоро, едва солнце стало заваливаться к горизонту, они уже подошли ближе к площади, и Саймон оказался прав: тут музыканты уже вовсю играли, оплетая причудливым ритмом всё вокруг. Множество гостей буквально заполонило всё пространство, и было похоже, что это свадьба не обычного шахтёра, а по меньшей мере какого-то вельможи или обладателя излишне большого количества семейных ветвей.       Наверное, из-за такого обилия гостей всё это ощущалось Орионом с лёгким дискомфортом, потому что он не привык к подобным сборищам. Чего нельзя было сказать о наследном принце, который по воле судьбы даже собственный день рождения много лет праздновал в кругу знати, которой до него, по правде, не было никакого дела. Поэтому, расправив плечи, он шагнул в это обилие народа, лишь прикрыв часть своего лица плотной тканью.       Вот уж кто действительно был в восторге — это мальчишка, который никогда на подобных сборах не бывал, но чувствовал себя при этом как рыба в воде.       — Вижу, ты просто вне себя от предвкушения, — усмехнулся Орион, потрепав младшего по голове.       — Держи себя в руках и не позорь нас, — подоспел идущий следом принц, привычно скрестив руки на груди.       — Э!? — тут же вскрикнул Саймон. — Ваше В...       Он не успел закончить, как Орион уже хлопнул его по губам, крепко зажав рот младшего своей ладонью, не давая договорить. Аланор же лишь громко цокнул, и его тёмные глаза слегка закатились, словно он так и говорил: «Вот и я о чём».       Как только подросток притих, Орион отпустил его рот, и тот, поджав губы, отвёл взгляд в сторону:       — Я понял! Буду ниже травы и тише воды... Брат, я же могу с вами походить? Его... господин же не против? — он кивнул в сторону Аланора.       — Да, так будет и нам спокойнее.       — Я просто никогда не был на праздниках. Только иногда посещал городские, но... — он чуть приуныл. — У меня никогда не было денег, чтобы как следует там поесть и повеселиться. А тут... — он осмотрелся. — Кажется, народ добрый и всё бесплатно дают! — он указал в сторону большого стола, ломившегося от еды.       Орион посмотрел на мальчишку и вспомнил себя в свои шестнадцать, когда испытывал схожие чувства. А потому лишь улыбнулся, потрепал его по голове ещё раз и уверенно произнёс:       — За бесплатно же грех не повеселиться!       Даже среди этого яркого праздника они заметно выделялись — чужая одежда, иные манеры, да и в целом слишком непривычный для этих мест вид сразу бросался в глаза. Однако, вопреки ожиданиям, это не вызывало ни настороженности, ни лишнего интереса. Люди здесь будто вовсе не умели заострять внимание на различиях: максимум, что происходило — это несколько особенно разговорчивых гостей, которые с искренним любопытством подходили к Ориону и расспрашивали о его странном наряде. Тот, не растерявшись, с лёгкостью выдумал себе легенду о том, что он родом с юга и долгое время жил за океаном, где, мол, носят именно такое. Его слушали с неподдельным восторгом, удивлялись «заморской моде», охотно кивали и вскоре так же легко растворялись в толпе, оставляя чародея с едва сдерживаемой усмешкой.       Само торжество при этом развернулось с таким размахом, что невольно заставляло забыть обо всём лишнем. Музыканты сменяли друг друга, задавая ритм, под который люди то пускались в пляс, то поднимали кубки, перекрикиваясь и смеясь. В центре внимания время от времени мелькали виновники праздника, но граница между ними и гостями казалась размытой — здесь каждый чувствовал себя частью происходящего. Длинные столы ломились от еды, кто-то разливал напитки, кто-то уговаривал соседей попробовать ещё что-нибудь, и вся эта суета не казалась хаотичной, а, напротив, складывалась в удивительно живую и тёплую картину.       Не особо задумываясь, они позволили этому потоку увести себя чуть в сторону от основной толпы и в какой-то момент просто остановились возле одного из столов, уставленного угощениями.       Саймон почти без перебоя стаскивал новые и новые угощения, набивая свой рот до такого состояния, что его щёки начали раздуваться. От ароматного дурмана еды он даже перестал воспринимать упрёки наследного принца, а тот сдался в своей попытке привить этому мальчишке хоть толику манер и просто остался рядом с чародеем, симулируя то, что не знает этого дикаря.       — Удивительный всё-таки тут народ, — осмотрев ещё раз всех, обмолвился чародей. — Они настолько счастливы и улыбчивы, что это даже пугает. Знаешь, я жил до этого в городе, где улыбку и смех без причины воспринимали как признак дурачины, — расхохотался он, вспоминая известную присказку. — А тут... Если бы оказался в том мире на такой тусовке, то точно решил бы, что все под веществами,  ну или максимально пьяны.       — Тут и правда много алкоголя, — отметил Аланор, как бы намекая, что в его словах есть разумное зерно, и большая часть народа могла уже изрядно напиться.       — Я в курсе!       Орион приподнял кубок, куда то и дело плескал различные настойки.       — Ты сам кстати не слишком ли много пьёшь? — поинтересовался принц.       — Может, это ты маловато? Как же умение держаться на важных приёмах? Не должен ли ты развивать свои таланты? — расхохотался чародей. — И вообще, я, может, спасаю местный народ от избытка алкоголя. Потому что так он рассредотачивается на большее количество ртов, а значит, потенциально будет меньше голов с похмельем наутро.       — Я сомневаюсь, что это так работает, — усмехнулся Алан и подхватил какое-то пирожное, прокрутил его в руке и поставил обратно. — Что за дикарство, они же все едят руками.       — Так вкуснее, — и в подтверждение своих слов Орион он смачно облизнул палец, смакуя вкус оставшегося на нём крема. — Тебе стоит немного расслабиться.       — Я и так расслаблен, — ухмыльнулся он, смотря на чародея.       Однако идиллии не суждено было длиться долго. Рядом с ними возникла весьма крупная фигура мужчины, который в буквальном смысле своей шириной ничуть не уступал своему росту. Поэтому такому человеку сложно было оставаться незамеченным, и слегка выпивший Орион просто не мог сдержать лёгкого смешка в адрес этого человека. Тот тут же вздёрнул голову. Его лицо показалось оплывшим, напоминая настоящую морду шарпея, который при этом перебрал с количеством своих обедов. Даже пёстрое одеяние из множества слоёв с узорами не могло привлечь к себе внимания больше, чем несуразное тело этого мужчины.       Он уже открыл рот, желая спросить юношу о том, что могло его рассмешить, как тут же замолк, а взгляд его небольших глаз скользнул в сторону, останавливаясь на страннике в чёрных одеждах.       — Ваше Величество! — внезапно раздалось в стороне. — Вот, как вы и просили! — мальчишка не старше пятнадцати подбежал к этому мужчине и, склонив голову, протянул поднос, на котором лежала свежеобжаренная баранина, облитая сладковатым соусом.       Но это интересовало куда меньше.       «Ваше Величество» — Ориону же не показалось? К этому мужчине обратились именно подобным образом? И даже если он и правда король соседнего королевства, что он мог забыть в подобном месте? Обернувшись к Аланору, можно было с уверенностью сказать, что тот тоже не был в курсе происходящего, однако его взгляд внезапно стал серьёзнее, а брови сошлись к переносице.       — Хо-хо, — мужчина заметил растерянность на лицах гостей и лёгким неприметным жестом велел мальчишке уйти. Тот встрепенулся, опустил поднос с едой на столик и быстро убежал, оставляя рядом с этим Величеством лишь пару мощных мужчин, которые явно играли роль охраны. — Горожане балуются, — отметил он с улыбкой. — Мог ли я вас где-то уже видеть?       — Вряд ли, — тихо буркнул принц, отворачиваясь.       — Ваше Высочество, — с ехидством в тоне произнёс мужчина. — Что же вы так скрываетесь? Если намеревались посетить наш город, разве нужно было это делать так? Или же это какая-то проверка?       Аланор едва успел отвернуться, как тут же замер. Он явно выглядел старше, чем должен бы сейчас, его одежда совсем не подобала наследнику короны, и даже его лицо частично скрыто тканью — тогда кто и как мог его узнать?       — Вы обознались, — тут же спокойно вклинился Орион, чуть усмехнувшись и невзначай отгораживая принца от подозрительного мужчины.       — Разве ж? Принц Аланор Эльдрогонский, это без сомнений он! — уверенно произнёс тот. Голос мужчины казался слегка высоковатым для столь тучного человека, однако ещё хуже становилось, когда он смеялся, прикрывая свой маленький рот. — А вы, я так полагаю?..       Мужчина уверенно, буквально просканировал внешность чародея несколько раз, при этом потирая свой подбородок в некотором замешательстве, но, не найдя знакомых ему черт, лишь выдал:       — А вы кто? Почему-то я вас не... припоминаю, — с сомнением добавил он, и его взгляд чуть помрачнел.       Орион расплылся в улыбке:       — Не всех же вы должны знать в лицо.       — Да... не всех, — прозвучало с сомнением. — Что ж... — мужчина снова обернулся к Аланору. — Ваше Высочество, не стоит смущаться. Я заметил вас уже давно, но всё не был уверен, вот и не решался подойти. Тем более что сегодня такой большой праздник — мой друг женится, — величаво проговорил он. — Неужели молодому господину двора есть зачем скрываться?       Орион лишь усмехнулся:       — Вам же сказали, что обознались.       — Я не обознаюсь. Не стоит лезть, когда говорит кто-то вам не по статусу.       — Это вы о том, что вас назвали... как там... Величеством?       Может, его статус и правда был велик, но Орион не был человеком из этого мира и уж тем более не имел здесь ничего, из-за чего стоило бояться гнева правителя другой страны. Так что это было последнее, о чём он переживал.       — Значит, в охрану набирают теперь таких невежд? Кажется, с тех пор как некий Волк стал приближённым генералом, армия совсем распоясалась, да, Ваше Высочество?       Этот человек и правда излишне хорошо знал всё, что творилось при дворе, и в таком случае пытаться обмануть его было равносильно навлечению беды. Ведь в случае проблем в первую очередь он направит письмо королю с просьбой объясниться, и если вдруг это обнаружится, то план, созданный Аланором по собственному укрытию, может быть разрушен.       Глубоко вдохнув, он всё же обернулся и скинул, наконец, лишнюю ткань со своего лица.       — Если уж узнали меня, то поясните, с кем же я имею честь говорить?       Орион аж дёрнулся: за эти дни он уже успел привыкнуть к тому новому принцу Аланору, который ничуть не отличался от простого крестьянина, лишь иногда позволяя себе царственные замашки. Теперь же его взгляд казался отстранённо холодным, и при этом рост незнакомца позволял смотреть на него сверху вниз с величественным презрением. Аланор прекрасно умел владеть своим лицом. Вдобавок даже его голос стал низким и глубоким.       — Кальдор, — представился тот и сделал уважительный поклон. — Управляющий Рудным станом, Кальдор Северин. Разве ваши учителя не должны были по наставлению короля проинформировать вас о всём управляющем составе важных политических точек королевства?       Возможно, должен был. Но в своё время Аланор прослушивал все эти уроки, предпочитая считать опавшие листья во дворе. А когда у него уже появилось желание обучаться, то потерялась любая на то возможность, и знал он о новых назначениях мало. Однако даже тогда он ни разу не слышал об этом имени.       — Разве не уважаемый бургомистр Крог управляет городом?       Мужчина тут же улыбнулся, и на его лице скользнуло раздражение. Кажется, он был не слишком рад это слышать.       — Уважаемый господин Крог оставил свой пост некоторое время назад. Разве вам никто не сообщил? Сейчас я заправляю делами в городе до тех пор, пока Его Величество не назначит нового бургомистра.       — Вероятно, вас величают Его Величеством по причине отсутствия реального статуса? Возможно, это как раз то, что следует услышать моему отцу?       — Что вы, — расхохотался он. — Прошу не горячиться. Это лишь желание народа. Кажется, я сильно приглянулся им. Они даже умоляли меня несколько раз подать прошение Его Величеству о статусе бургомистра, однако я вовсе не претендую на такие места. Но и запрещать горожанам не могу.       — Хм.       Орион только и мог, что стоя рядом попивать из своего кубка, вертя головой, словно следя за напряжённой игрой в пинг-понг. И не мог не заметить, насколько сильно отличался Аланор от того, с кем он был знаком всё это время. От напора и этой ауры, дабы не мешаться и никого не отвлекать, он даже отошёл назад и подошёл ближе к Саймону. Тот, правда, кажется, только в связи с этим обратил внимание, что у их компании могут нарисоваться проблемы. Оторвав голову от еды, он удивлённо ахнул:       — Брат, кто это такой? Почему господин с ним разговаривает?       — Кажется, наше прикрытие больше не скрытное... Теперь играем роль свиты Его Высочества.       — Но я никому не говорил, что это Его Высочество! Честно, это не я!       — Ага, — кивнул чародей. — Не волнуйся, он узнал его чёрт знает как... но всё же узнал. Я думаю... Аланор выкрутится.       И взглянув ещё раз на фигуру принца, всё в которой внезапно начало кричать о его статусе и уверенности, вдруг почувствовал, что на этого человека можно положиться.       — Раз уж вы заглянули в наш прекрасный город, — Кальдор даже чуть рассмеялся удерживая себя за живот. — Пожалуйста, давайте выпьем. У нас есть просто прекрасный поставщик вина. Угощайтесь, Ваше Высочество. Ваши уважаемые слуги тоже могут не стесняться!        Юноша, что до этого крутился вокруг Кальдора Северина уже принёс другой поднос на котором стояло несколько медных кубков до верху заполненные угощением.