Глава 5
26 марта 2026 г., 12:44
Рано утром солнечный свет хлынул в спальню, наполняя комнату сиянием. Будто и не было той тени смерти, что вчера вечером нависла над всеми.
Юй Дуцю вчера забыл задернуть шторы. Раздраженный ярким солнцем, которое уже поднялось высоко, он с закрытыми глазами пошарил рукой по прикроватной тумбочке в поисках кнопки автоматического управления шторами.
– Немного левее.
– ! – Он резко открыл глаза, но тут же опустил голову, чтобы смягчить резкое воздействие света. Спустя мгновение, привыкнув, он поднял взгляд...
На кресле перед панорамным окном сидел связанный мужчина, который даже сидя казался очень высоким. Тот неподвижно смотрел на него — неизвестно как долго, — под глазами залегли легкие сероватые тени.
– Чуть не забыл о тебе, – Юй Дуцю с облегчением выдохнул, сел в постели, потянулся и нажал на кнопку вызова гостиничного сервиса. – Надо же, не ушел. Поздравляю с прохождением первого испытания. Не спал всю ночь?
– А ты как думаешь? – Бай Чжао пожал онемевшими плечами, его руки по-прежнему были связаны за спиной. – Ты бы смог уснуть в таком положении?
– Моя вина, был недостаточно нежен с «красавицей», – Юй Дуцю откинул одеяло и встал с кровати. Ступая босыми ногами по ковру с длинным ворсом, он подошел к нему и наклонился, чтобы развязать галстук на руках.
Серебристые пряди волос коснулись шеи, на ухо ложилось легкое дыхание. Бай Чжао отвернулся, но Юй Дуцю наклонялся всё ближе, почти обнимая его, и долго возился с узлом.
– …Скоро там? От твоих волос щекотно.
– Готово, – Юй Дуцю выпрямился и мимоходом потрепал Бай Чжао по волосам. Короткие пряди Бай Чжао были жестковаты и кололи ладонь, но выглядели дико, подчеркивая его мужественные, резко очерченные черты лица.
Бай Чжао поднял голову и вскинул бровь.
– Ноги тоже связаны.
Юй Дуцю зевнул и равнодушно отошел.
– Я перед тобой на колени не встану. У самого рук нет?
В этот момент дверь номера открылась, из-за пределов спальни послышался звук катящейся тележки. Вскоре в дверном проеме появился Хун Лянчжан, толкая трехъярусную тележку с едой. Увидев связанного человека, он остановился лишь на мгновение, но, похоже, не особенно удивился. Не задавая никаких вопросов, он послушно разложил завтрак на круглом столе.
Бай Чжао насмешливо посмотрел на него:
– Похоже, ты частенько оставляешь людей связанными в номере.
– Обычно я не оставляю никого на ночь, ты — первый, – Юй Дуцю направился в ванную, бросив через плечо: — У меня дома есть специальный подвал для таких дел. Если интересно, в следующий раз свожу тебя на экскурсию.
В глазах Бай Чжао безошибочно читалось презрение.
Юй Дуцю притворился, что ничего не заметил, и направился в ванную принять душ.
Когда через полчаса он вышел, Хун Лянчжан уже расстелил скатерть и сервировал завтрак. На трехъярусном подносе красовались: на первом — китайская каша и димсамы, на втором — французские круассаны и сок, на третьем — американский салат и кофе.
Бай Чжао сам освободился от нейлоновых веревок и, вытянув затекшие за ночь длинные ноги, сидел за столом, в одиночку уплетая порцию вегетарианских пельменей с трюфелями и миску рисовой каши с креветками.
Хун Лянчжан беспомощно стоял рядом.
– Молодой господин, я пытался остановить его…
Юй Дуцю махнул рукой, показывая, что всё в порядке, и сел напротив Бай Чжао. Опершись локтями о стол и подперев подбородок ладонями, он с улыбкой наблюдал за ним.
– Трюфели и креветки отлично повышают потенцию, ешь побольше.
– Кхм! – Бай Чжао прикрыл рот рукой и отложил палочки. – Ты испортил мне аппетит. Ешь сам.
Юй Дуцю кивнул, но к еде не притронулся. Он вальяжно откинулся на спинку кресла и небрежно позвал:
– Дядя Хун.
Хун Лянчжан тут же отозвался:
– Я распоряжусь подать еще одну порцию.
Бай Чжао недоуменно спросил:
– Я съел всего два блюда, там еще полно всего, тебе хватит.
Юй Дуцю снисходительно улыбнулся:
– Прости, я брезглив в том, что касается еды. И потом, как хозяин может доедать объедки за псом?
Пять минут спустя на столе появился новый завтрак, ничем не отличающийся от предыдущего.
Юй Дуцю неспешно прихлебывал кашу с креветками. Подняв глаза и встретившись с ледяным взглядом напротив, он с улыбкой спросил:
– Разозлился?
Бай Чжао покачал головой:
– Тебе незачем это есть.
Неожиданный ответ заинтриговал Юй Дуцю:
– Это еще почему?
– Потому что тебе не нужно повышать потенцию, – Бай Чжао встал и с силой пнул тяжелым ботинком ножку стола. Массивный дубовый стол содрогнулся! Каша из фарфоровой миски выплеснулась почти наполовину. – Тебе нужно, чтобы тебя хорошенько трахнули.
Сказав это, он развернулся и ушел.
Юй Дуцю опешил.
Морщины на лице Хун Лянчжана собрались в гармошку. Он потер свои «оскверненные» уши:
– Молодой господин, этот человек…
– А он с характером, правда? – Юй Дуцю потер подбородок и, подумав о чем-то своем, тихо рассмеялся. – Пусть идет. Разберусь с ним позже. Сходи в кабинет, принеси мои часы.
♔♕♖♘♙♚♛♜♞♟
Девять утра. Конференц-зал на четвертом этаже отеля Grand Hyatt. Вокруг овального стола сидели несколько полицейских. На проекторе прокручивались изображения и текст, велось экстренное совещание. Начальник Бюро общественной безопасности района Синьцзин Пэн Дэюй разменял шестой десяток. От вечных трудов и забот на его макушке образовалась идеально круглая блестящая лысина, вокруг которой редкие волосы были выкрашены в радикально черный цвет. Но как ни маскируй старость, у уголков глаз и рта всё равно пролегли глубокие морщины. Обычно его взгляд был острым и энергичным, но сегодня он выглядел поникшим. Вчера вечером он слишком много выпил и перед сном успел лишь вкратце обсудить дело с Цзи Линем. Сегодня утром он проснулся с сильной головной болью и налитыми кровью глазами. Если бы не его непоколебимая преданность делу служения народу, он бы до сих пор лежал в постели. Цзи Линь принес ему две мягкие подушки: одну под поясницу, вторую под зад. Пэн Дэюй удовлетворенно кивнул: – Достойная смена растет. Цзи Линь подложил подушку и себе под спину: – Вы не спешите умиляться. Я просто беспокоюсь, что, если с вами что-то случится, мне придется расхлебывать этот бардак. Пэн Дэюй: "..." Все присутствовавшие в конференц-зале полицейские, независимо от звания, выглядели бледными и болезненными. В час ночи заместитель главного судмедэксперта технического отдела Тан Чжун и двое стажеров провели полный осмотр тела Юй Вэньчэна. В половине восьмого утра пришли результаты, которые шокировали всех. Услышав отчет, Пэн Дэюй почувствовал, что его голова вот-вот расколется сильнее, чем у Юй Вэньчэна. Самоубийство — не пугает, как и обычное убийство. Но кто бы мог подумать, что в желудке Юй Вэньчэна обнаружат остатки галлюциногенов, да еще и ЛСД — синтетического наркотика третьего поколения! Эти наркотики в основном доставлялись контрабандой в международных посылках из Европы и Америки, что чрезвычайно затрудняло отслеживание поставщиков. Пэн Дэюя охватила такая тоска, что он остро захотел приложиться к кислородному баллону. Цзи Линь делал вид, что сосредоточенно изучает отчет о вскрытии, который пролистал уже раз пять, но на самом деле тоже пребывал в легком трансе. Случаи употребления наркотиков и их незаконного оборота не были чем-то необычным, только с января по май в городе Пинъи раскрыли более ста подобных преступлений, задержали свыше двухсот подозреваемых и изъяли больше десяти килограммов веществ. ЛСД, наркотик с низким потенциалом привыкания, не приносил больших доходов дилерам. В районе Синьцзинь за последние два года не было зарегистрировано ни одного подобного случая. Кто же знал, что первая же стычка обернется таким кошмаром — устроить шоу ужасов на глазах у высокопоставленных чиновников и элиты города, да еще и иногородних гостей. Высшее руководство из муниципального бюро звонило еще ночью — формально справиться о делах, а на деле — надавить. Это дело было похоже на запутанный клубок пряжи — ясно, что это пряжа, но невозможно найти конец. – Что сказала семья жертвы? – Пэн Дэюй, который немного пришел в себя после того, как устроился поудобнее, отхлебнул из своего термоса женьшеневый чай, чтобы взбодриться. Вернувшийся с выезда офицер доложил: – Жена и родители Юй Вэньчэна утверждают, что он никогда не употреблял наркотики. Мы вдвоем обыскали его дом, действительно ничего не нашли. Цзи Линь добавил: – Я звонил в местный полицейский участок в его районе проживания. Записи подтверждают слова родственников: у Юй Вэньчэна нет истории употребления. Судмедэксперт Тан Чжун, трудившийся всю ночь без сна, выглядел изнуренным. Собрав силы, он спросил: – Может, принимал втайне от семьи? И просто не попадался? Цзи Линь покачал головой и, сцепив пальцы в замок, тяжело произнес: – Я просмотрел записи с камер наблюдения в гостиничном номере. Звук очень четкий, Юй Дуцю не солгал. В 22:23 Юй Вэньчэн сказал, что ему нужно ехать в компанию, поэтому пить он не будет, пообещав, что они выпьют в следующий раз. Спустя пять минут после этих слов он «покончил жизнь самоубийством». Если он принял ЛСД, он не мог не знать о последствиях. Не стал бы он после приема наркотика садиться за руль. Это же верная смерть. А значит, остается только одно… – Умышленное отравление, – резюмировал Пэн Дэюй. – "..." – Цзи Линь скривился так, будто проглотил муху и не мог ее выплюнуть. — Директор, можно не воровать мою самую главную реплику? – Нашел время препираться! – гаркнул Пэн Дэюй. — Этот новый наркотик держится в организме максимум день-два, иногда всего несколько часов, прежде чем его станет невозможно обнаружить. К счастью, Лао Тан провел своевременное и тщательное обследование. Пока ты бы до этого додумался, улики бы уже испарились! Тан Чжун скромно махнул рукой: – У каждого своя специализация. Перед тем как прыгнуть, покойный явно находился в ненормальном психическом состоянии, поэтому я проверил его на наличие психотропных веществ. Наше бюро никогда не сталкивалось с делами об убийствах, связанными с новыми наркотиками, так что Сяо Цзи простительно не сообразить сразу. Будет знать на будущее. Пэн Дэюй вздохнул: – Я заметил, что его психическое состояние стало ненормальным за последние полгода. Он постоянно витает в облаках и даже совершает ошибки чаще, чем я. Тан Чжун вмешался: – Давайте не будем отклоняться от темы. Гораздо важнее раскрыть дело. Действие этого галлюциногена обычно начинается через 30 минут и достигает максимума через 2-4 часа. Исходя из этого, жертва, скорее всего, была отравлена за четыре часа до инцидента. Пэн Дэюй: – Слышал? Живо составь маршрут передвижений Юй Вэньчэна за четыре часа до прыжка, и внимательно изучи, что он ел и пил! Цзи Линь запротестовал: – Да всё уже сделано! За четыре часа до происшествия он был в компании, уехал в семь вечера. Постоял немного в пробках и через сорок минут прибыл в отель. Вероятность того, что его отравили в компании, практически исключена, в противном случае у него появились бы симптомы во время поездки. После этого Юй Вэньчэн направился прямиком в номер Юй Дуцю. В номер заказывали отдельный ужин, но, судя по времени действия препарата, о котором говорил глава отдела Тан, если Юй Вэньчэн вошел в 19:40, а в восемь закончил ужинать и дворецкий укатил тележку, то уже в 20:30 у него должны были проявиться симптомы: головокружение, тошнота и прочий дискомфорт. Однако, судя по записям с камер, когда в девять вечера он покидал комнату Юй Дуцю, вид у него был нормальный, походка уверенная, никаких отклонений. А вот когда в 22:20 Юй Дуцю пошел к нему в номер с вином, чтобы извиниться, открывший дверь Юй Вэньчэн держался рукой за лоб. Учитывая последовавшее через десять минут самоубийство, можно с уверенностью сказать: его отравили, пока он был в номере один. Пэн Дэюй поскреб заросший щетиной подбородок: – Напитки или фрукты в его номере были тронуты? В таких элитных отелях, как Grand Hyatt, гостям обычно готовят угощения, и заранее что-то туда подсыпать не составит труда. Однако Цзи Линь покачал головой: – Нет. Лу Цин и управляющий всё проверили: еда и напитки не тронуты. Тан Чжун осторожно заметил: – ЛСД не имеет ни цвета, ни запаха, легко растворяется в воде. Всего 100 микрограмм могут вызвать галлюцинации. Отравить проще простого — жертве достаточно было сделать всего один глоток воды. Вмешалась Лу Цин: – Глава отдела Тан, все напитки в комнате были в запечатанных бутылках. Я проверила, ни одна бутылка не была открыта. Фрукты нарезаны и разложены на тарелке, ни кусочка не пропало. О, есть еще вариант — убийца отравил воду в унитазе, и погибший попил оттуда. Тан Чжун: "..." Цзи Линь стукнул её кулаком по голове. – Перестань умничать! Лу Цин прикрыла голову руками с невинным видом. – Я просто перечислила все возможности. Остальные полицейские не удержались от смешков, и гнетущая атмосфера в зале немного разрядилась. Термос Пэн Дэюя почти опустел, и головная боль от похмелья значительно уменьшилась. Внезапно его осенила идея. Он с грохотом поставил чашку на стол и спросил: – Когда Юй Вэньчэн входил в свой номер, у него было что-то с собой? Спросив, он тут же понял, что вопрос лишний. Лу Цин, хоть и бывала легкомысленной и порой рассеянной, всегда отличалась скрупулезностью в сборе улик. Она проверила каждый уголок комнаты, не могла она пропустить личные вещи Юй Вэньчэна. И действительно, Лу Цин ответила: – При нем был только портфель. Внутри документы, ручка, визитки, ключи от машины. Никакой еды или напитков. Пэн Дэюй тяжело вздохнул, снова чувствуя себя в тупике. Он с силой потер переносицу, чувствуя бессилие: – Никто его не травил, сам он ЛСД не принимал… Он что, сам этот токсин вырабатывает? Цзи Линь на мгновение задумался: – То, что в портфеле ничего не было при осмотре Лу Цин, не значит, что там ничего не было раньше. Лу Цин: – Хм? Цзи Линь ответил: – Он пробыл в комнате Юй Дуцю полтора часа. По словам самого Юй Дуцю, они играли в шахматы. Значит, Юй Вэньчэн наверняка отложил портфель в сторону, а уходя, забрал. Если в сумке была бутылка воды — или любая другая еда-питьё — ее могли отравить, пока тот не видит. Когда Юй Вэньчэн собирался уходить, преступник мог найти способ заставить его выпить это. Тогда симптомы не проявились бы в гостях у Юй Дуцю, а саму улику можно было оставить там же и при случае незаметно выбросить. Глаза Пэн Дэюя блеснули: – Паршивец, а ты хорош! Вероятность высокая. Немедленно проверить всех, кто заходил в номер к Юй Дуцю с 19:40 до 21:00. Цзи Линь кивнул: – Я уже провел предварительное расследование прошлой ночью. Этот молодой господин экстравагантен; более дюжины человек подавали ему ужин. К счастью, личности всех установлены. Дайте мне немного времени, и я изучу их досконально. – Шевелись. Действуйте быстро. Эти гости влиятельны, и отель не может долго держать их взаперти. Нам нужно освободить их самое позднее к полудню. Иначе придет какой-нибудь адвокат, обвинит нас в незаконном ограничении свободы, и нам несдобровать, – Пэн Дэюй похлопал себя по пояснице, разминая кости. – Ну и карма… Решил раз в сто лет выпить, и на тебе — убийство с наркотиками… Цзи Линь пошутил: – Вы прямо как китайский Конан. В деле, которое казалось до странности неразрешимым, наметился поэтапный прогресс. Остальные полицейские в конференц-зале тоже слегка выдохнули: если догадка Цзи Линя верна, то убийца неизбежно находится среди этой дюжины человек, что входили и выходили из комнаты. Этот круг гораздо уже, чем в обычном деле об убийстве. Стоит придержать этих людей и допросить по одному — и истинный виновник будет пойман. Однако Тан Чжун не разделял этого оптимизма и нахмурился: – Но даже если и была возможность отравить, остается одна нестыковка: ЛСД не дает стопроцентную вероятность возникновения суицидального импульса, да и время начала действия непредсказуемо. Как убийца мог гарантировать, что у Юй Вэньчэна возникнет именно желание покончить с собой, и именно в тот момент, когда он будет на лестнице? Цзи Линь задумчиво потер подбородок, его молодое лицо приняло серьезное выражение: – Возможно, изначальной целью убийцы не было заставить Юй Вэньчэна спрыгнуть. Просто действие препарата совпало с тем, что Юй Вэньчэн оказался на лестнице и у него возник этот импульс. Несколько совпадений, сложившихся вместе, создали такую драматическую сцену. Тан Чжун спросил: – Но если убийца не хотел смерти Юй Вэньчэна, то какова была цель? Если бы не эти совпадения, Юй Вэньчэн максимум побыл бы какое-то время в помутнении рассудка, через пару часов пришел бы в себя и даже зависимости бы не получил. В чем смысл такого отравления? – Убить курицу, чтобы напугать обезьяну, – произнес Цзи Линь. – Ты хочешь сказать, что Юй Дуцю использовал Юй Вэньчэна в качестве предупреждения другим, чтобы они не вмешивались в его новый проект? На данный момент Юй Дуцю действительно является главным подозреваемым: есть и мотив в виде ссоры, и подходящий момент для отравления… Цзи Линь покачал головой: – Нет, «курица» — это действительно Юй Вэньчэн, но я думаю, что «обезьяна» — это… Дверь конференц-зала с глухим стуком распахнулась снаружи внутрь. Все разом вздрогнули и обернулись на звук. В помещение эффектно вошла статная высокая фигура. Черная рубашка на молнии, расшитая бисером, была расстегнута до самой груди, демонстрируя белоснежную кожу. На шее поблескивала подвеска в форме лезвия бритвы, чей серебристый блеск идеально сочетался с его почти белыми, осветленными волосами. Юй Дуцю улыбнулся и с порога выдал на иностранном языке: – Morning. Всех полицейских в штатском и в форме буквально ослепило это сияние пафоса. Цзи Линь дважды хмыкнул и шепнул Тан Чжуну: – Смотри, а вот и «обезьяна» пришла. От автора: Писать детектив в первый раз так сложно, если что-то непрофессионально — не кидайтесь тапками, пожалуйста. qwq Всё ради того, чтобы свести нашу парочку!
