Не графское это дело

Где-то за тонкой шёлковой занавеской медленно блекнет ночь, превращаясь в серое парижское утро. Граф приоткрывает глаза, чувствуя себя пленником странного сна, который, похоже, не спешит рассеиваться. Высокие окна — слишком высокие, как будто вытянутые вверх временем, — открывают вид на улицу, где внизу, далеко внизу, мир, на который он когда-то смотрел с высоты кареты, теперь снуёт по мостовой в странных одеждах, держа в руках не книги и трости, а плоские, светящиеся предметы. Он садится на постели и осматривается. Где тяжёлые гобелены? Где каминная решётка с золочёными узорами? На прикроватном столике стояла прозрачная бутылка воды, поданная в сосуде, похожем на аптекарский. Граф нахмурился, осторожно коснулся её пальцами и вздрогнул — какой странный материал! Лёгкий, холодный, почти неощутимый в руке. Попов подходит к окну, распахивает его и слышит, как внизу гудят машины, а не скрипят колёса экипажей. Запах улицы — иной. Меньше дыма, больше кофейной горечи, выплывающей из близкого кафе. На тротуаре спешат люди: кто-то скользил на странном двухколёсном устройстве, которое граф никогда бы не узнал как самокат, кто-то держал в ушах маленькие трубочки с проводами — наушники, совершенно непонятные ему приборы. И никто не отдаёт поклонов, не приподнимает шляпу при встрече. Граф с лёгкой нерешительностью натягивает на себя халат, выданный отелем. Ткань странная — не шёлк, не бархат, а какой-то мягкий, почти резиновый материал, на котором вышито непонятное слово: spa. Возможно, имя местного портного? Он хмыкает, оглядывает себя в зеркале и вдруг застывает — зеркало здесь ясное, как озёрная гладь, без единой трещинки, без патинированных следов времени. Даже его отражение кажется слишком реальным, будто он смотрит не на себя, а на кого-то другого — мальчишку с растрёпанными волосами и лёгким налётом бессонной тревоги в глазах. Он возвращается к шкафу, чтобы найти себе одежду на этот день, Оксана много чего прикупила ему, выбрать было из чего. Попов выходит из номера. Коридор тянется без конца, освещённый ровным белым светом, который не мерцает, не чадит, не потрескивает, как свечи. Лифт… этот странный металлический шкаф, что везёт его вниз, срывается с места без скрипа и стука. Дима объяснил, как им пользоваться, чтобы не было никаких проблем. Внизу его встречает блестящий мраморный пол и девушка на ресепшене — волосы у неё ярче меди, а улыбка слишком приветлива, почти нарочита. — Bonjour, monsieur! Vous avez bien dormi? — Да, — машинально отвечает он по-французски, хотя ощущение, что он не спал вовсе, не покидает. Он выходит на улицу и заходит в первое попавшееся кафе — не салон для светских бесед, не элегантная кофейня с бархатными креслами, а крохотное, шумное место, где люди берут еду с собой, почти не садясь за столы. — Un café et… un croissant, s’il vous plaît, — просит он, вспоминая вчерашние слова мужчины, который делал заказ у Димы в ресторане. Кофе наливают из странного шипящего аппарата, а круассан подают в крафтовом бумажном пакете, без серебряного подноса и без изящной вилки. Граф садится к окну и делает первый глоток — горько, слишком горячо, но почему-то чертовски приятно. Круассан — слой за слоем — рассыпается в руках, оставляя на пальцах масло и крошки. Всё это не похоже на его привычные завтраки в замке, но в этой простоте есть своя, почти интимная красота. Граф откидывается на спинку стула, облокачивает локти на деревянный стол и, прищурившись, думает: «Что ж, 2018-й… Давай посмотрим, что ты ещё умеешь».

***

Дверь номера приоткрылась, и Сергий вздрогнул, услышав лёгкий стук. Он торопливо бросил взгляд на своё отражение в зеркале — волосы, собранные в привычный хвостик, казались здесь, в этом времени, чуть слишком аккуратными, но он решил, что лучше уж так. За дверью стоял Дима — тот самый мужчина, которого он не раз видел в своих снах ещё там, дома, в 19 веке. Теперь же этот человек был живой, настоящий, стоял перед ним в джинсах и простой футболке, с улыбкой, в которой не было ни капли тревоги. — Зашёл узнать, как ты тут, — Дима неловко переступил порог. — Могу же я на ты? Тебе вообще сколько лет? — всё также неловко спросил он. — Да, конечно, можете... то есть можешь, мне 20, — Сергий немного замешкался, подбирая слова. — я ещё… не привык к этому городу. Столько нового. — А тебе сколько лет? — Мне 19. — И ты уже владеешь рестораном? — у Матвиенко округлились глаза. Дима кивнул. — Богатые родители много что решают. Он уселся в кресло, закинул ногу на ногу и привычным жестом включил телевизор. Сергий вздрогнул от яркой вспышки экрана, но быстро скрыл удивление, сделав вид, что просто поправляет новую футболку, подаренную Оксаной. — У вас ведь в селе даже, наверное, кафешек нету? — спросил Дима. — Почему же нету, есть но они абсолютно по-другому выглядят, — уклончиво ответил Сергий, садясь напротив. — Расскажи мне… обо всём. О вашей жизни. О городе. О… — он хотел сказать «веке», но вовремя прикусил язык, — о ваших обычаях. Я так давно мечтал увидеть это своими глазами. Дима рассмеялся. — Ну, это долгая история. С чего начать-то? Хочешь про рестораны, метро или… политику? — он ухмыльнулся, не замечая, как Сергий ловит каждое слово. — Лучше сначала… как вы живёте? Чем занимаетесь? Как… работаете, отдыхаете, любите? — последние слова сорвались с его губ слишком быстро, и Сергий почувствовал, как краснеет, но Дима, кажется, ничего не заметил. — О, ну это просто. Работаем много, отдыхаем мало, все сидят в телефонах, влюбляются в тиндере — это такое приложение, — Дима говорил с лёгкой иронией, но Сергий слушал его почти благоговейно, словно слова этого человека были древним пророчеством. В каждом жесте, в каждом взгляде он искал тот образ, который снился ему по ночам — и не мог поверить, что теперь сидит напротив. — А вы… ты один? — вдруг спросил Сергий, не выдержав. — Один, пока не удосужился найти того, кто будет... понимать меня что ли.. ну сам знаешь, родственную душу — Дима улыбнулся чуть мягче. Сергий опустил взгляд на свои руки и сжал пальцы, будто боялся, что они предадут его. Дима достал из кармана телефон — чёрный, гладкий, с блестящим экраном, который тут же засветился от прикосновения пальца. Сергий мельком взглянул на это чудо, но тут же отвернулся, делая вид, что его совершенно не интересует подобная вещь. Внутри же у него всё сжалось: это было слишком похоже на фантастические рисунки из старых романов, которые он читал тайком в библиотеке. — Вот, смотри, — Дима протянул телефон к нему. Он понимал, что в селе, откуда Сергий, телефоны могли быть — но, скорее всего, старые, простые, без этих «всяких современных штучек». Поэтому он решил показать всё подробно. — Это приложение, где можно заказать еду прямо в номер. Очень удобно, если лень куда-то идти. — О… да, конечно, — Сергий осторожно взял телефон, стараясь держать его так, будто он каждый день с такими устройствами имел дело. Пальцы его чуть дрожали, но он тут же заставил себя расслабиться. Экран засветился яркими картинками еды — бургеры, роллы, какие-то салаты с непонятными названиями. Сергий кивнул, будто всё понял, и быстро вернул телефон обратно. — Удобно, правда? — Дима улыбнулся. — А ещё тут есть карты, если вдруг потеряешься. И фильмы можно смотреть. И музыку. В общем, весь мир в одной штуке. — Удивительно, — выдохнул Сергий, стараясь, чтобы его голос звучал не слишком восторженно. — Хотя, признаться, мне… больше нравится разговаривать. Живые беседы. Всё это… — он сделал неопределённый жест, намекая на телефон, — немного отдаляет людей, не находишь? Дима задумался, покрутив телефон в руках. — Может, ты и прав. Я иногда тоже так думаю. Особенно, когда встречаешь кого-то интересного и хочется просто поговорить. — Да, — Сергий улыбнулся, чуть опуская взгляд. — Именно так. Он почувствовал, как сердце вдруг стукнуло сильнее — как будто где-то внутри него старый мир скользнул по краю нового. И пока Дима рассказывал дальше — о фильмах, приложениях, соцсетях, Сергий кивал, задавал осторожные вопросы, стараясь не выдать, что каждое слово для него как капля из совершенно другого океана. — Ты, кстати, есть в Инсте? — вдруг спросил Дима. Он даже и не успел спросить есть ли вообще у Сергия телефон или его, как и деньги украли. Но он всё равно ждал ответа чтобы не смущать его лишними вопросами. — В…? — Сергий едва не выдал себя, но тут же быстро улыбнулся. — О, пока нет. Но думаю, я исправлю это…позже. — Давай, — Дима засмеялся. — Тогда я тебя первым и добавлю. Сергий кивнул, а внутри себя пообещал, что сегодня обязательно выяснит, что такое «Инста» и как в ней завести себя. Сергий стоял у окна, разглядывая вечерний город. Его мысли путались, сердце стучало быстрее обычного — столько всего нового, странного, пугающего и восхитительного сразу. Дима был добр, даже слишком, и Сергий боялся злоупотребить его доверием. Спустя буквально минут 20 постучавшись в номер вошла Оксана. Она была девушкой живой, улыбчивой, с копной русых волос, собранных в небрежный хвост, и зелёными ногтями, которые почему-то сразу привлекли внимание Сергия. В руках у неё была большая чашка с кофе, и запах этого напитка доносился через весь номер. — Привет! Дима сказал, что ты тут один скучаешь. Решила заглянуть, — она улыбнулась и села прямо на подоконник. — Как обстоят дела на новом месте, хорошо спалось? — Да, кровать на удивление мягче чем у нас, — Сергий чуть улыбнулся в ответ. — На самом деле, у меня к тебе просьба. Небольшая. — О! Обожаю просьбы! — Оксана вытянула ноги вперёд и сделала глоток кофе. — Давай, колись. Сергий на секунду замялся, подбирая нужные слова. Он всё ещё не до конца понимал, как правильно просить о таких вещах в этом времени. В своём веке он просто позвал бы слугу или обратился бы к секретарю, а тут — всё по-другому. — Видишь ли… У меня украли телефон, — начал он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — И Дима сказал, что мне обязательно нужно завести этот… Инстаграм, чтобы не выпадать из жизни. Но я не хочу его беспокоить. Он и так слишком добр ко мне. Не подскажешь, где и как приобрести его? Оксана засмеялась. — Да, Димка у нас такой. Душа нараспашку. Ну, слушай, повезло тебе — буквально дней пять назад, купила себе новый, а старый было жалко выкидывать и не знала куда его деть, поэтому просто кинула в сумку, так на всякий случай. А вот и случай. Хочешь — дарю. — Правда? — Сергий удивился, хотя тут же постарался скрыть это за лёгкой улыбкой. — Это было бы великодушно с твоей стороны. — Да брось! — Оксана достала из сумки слегка потрёпанный телефон. Экран чуть треснут, но работает. — Вот, держи. Сейчас всё настроим, не боись. Она ловко включила устройство, пролистала какие-то меню, а Сергий смотрел на её пальцы, летящие по экрану с такой скоростью, будто это и правда самая простая вещь в мире. Вскоре она протянула ему телефон обратно, уже готовый к работе. Она почти час рассказывала, что и как в нём работает, объяснила, как брать трубку и всё такое. Окс сразу поняла что телефон у того либо был очень старый либо его вообще не было, но Сергий схватывал все на лету. — Всё, аккаунт в Инсте завели. Я тебя добавлю, а ты потом подпишешься на Диму. И сфотографируйся как-нибудь на аватарку, я уже показала, как её поставить. — О… да, конечно, — Сергий нервно затянул хвостик, всё ещё не полностью привыкший к шуткам этого времени. Оксана засмеялась снова, но в её взгляде было тёплое участие. Она вдруг легко коснулась его руки: — Ты, если что, спрашивай. Не стесняйся. Ты мне напоминаешь моего двоюродного брата, он тоже такой — старомодный, вечно смущается. Милый. Сергий кивнул, спрятав глаза. Старомодный — какое прекрасное слово для человека, который пришёл не просто из другого времени, а из другой эпохи. Когда Оксана ушла, Сергий остался один — в своих новых, непривычных, но удивительно комфортных вещах. Широкие шорты оказались очень даже удобными, а светлая футболка с каким-то непонятным логотипом казалась легкой, почти невесомой после привычных ему плотных рубашек и жилетов. На ногах — кроссовки, которые он сперва считал чем-то вроде домашней обуви, но Оксана объяснила, что так сейчас ходят все. И почему-то ни Дима, ни Оксана до сих пор особо не расспрашивали графа с бароном о том, как они тут оказались в такой одежде. Возможно, это их слегка забавляло: старомодные фразы, манера держаться, удивления по поводу обычных для современного мира вещей — лифта, телефона, одежды — выглядели для них совершенно естественными. Им было ясно, что любое любопытство со стороны могло смутить гостей, и потому они решили не вызывать неловкости, а просто помогать и объяснять всё по мере необходимости, мягко поддерживая их знакомство с новым для них городом. Он сел на кровать, держа в руках телефон, подаренный Оксаной. Устройство казалось почти живым — оно вибрировало в руке, экран светился, как маленькое окно в другой мир. Сергий осторожно пролистнул экран, радуясь, что успел запомнить основные движения, когда Оксана показывала ему «как это работает». На экране уже было приложение — «Инстаграм». Сергий открыл его, и тут же появилось поле для фотографии профиля. Он склонил голову, размышляя: «А каким меня должен увидеть этот мир?» Он встал, подошёл к зеркалу у стены, прищурился. Одежда совсем не напоминала привычный ему гардероб. Вместо бархатного жилета — мягкая футболка, вместо лакированных ботинок — белые кроссовки, которые Оксана назвала «классика». Сергий включил камеру, долго разглядывал своё отражение на экране, то приближая лицо, то отводя его дальше. Это было странно — видеть себя так. Не в зеркале, а в этой маленькой стеклянной коробочке. Он выбрал фронтальную камеру — Оксана сказала, что так делают все, когда «селфятся». — Так, спокойно… — пробормотал он себе под нос. Он попробовал улыбнуться. Лицо получилось напряжённым, слишком серьёзным. Затем он попытался сделать вид, будто его просто застали врасплох. Наконец, он просто тихо выдохнул и снял фото — чуть смущённый взгляд, мягкая улыбка. Так его увидит мир. Он всё ещё с опаской нажимая на экран, добавил фото в профиль. И тут же получил первое уведомление — «Дмитрий Позов подписался на вас». Сергий посмотрел на экран, и что-то тёплое разлилось внутри. Он всё ещё был здесь чужим — но, кажется, уже не совсем одиноким. Телефон завибрировал в руке, и Сергий вздрогнул, но быстро справился с собой. На экране светилось имя: «Дима». Он торопливо ответил, как учила его Оксана, проведя пальцем по экрану. — Да? — Сергий старался не показать, что это его первый в жизни телефонный разговор. — Сергий, привет! — голос Димы был тёплым, чуть сонным, будто он сам только что проснулся. — Заметил ты уже завел инстаграм, Оксана дала твой номер, сказала, что помогла разобраться. Слушай, тут такое дело — я подумал, может, заскочишь сегодня ко мне в ресторан, поболтаем. А то тебе одному в номере скучно будет. — О, это… хорошая идея, — Сергий чуть улыбнулся в трубку. — Я с радостью. — Вот и отлично! — Дима явно улыбался. — Я тебя сам заберу, чтобы не заблудился. Тут, конечно, недалеко, но мало ли. Давай, спускайся через десять минут, я уже выезжаю. — Благодарю, — Сергий нажал «завершить вызов» и выдохнул. Мир вокруг него с каждым часом становился всё более странным и всё более живым. Дима ждал его у входа, облокотившись о дверь чёрного седана. На нём была простая рубашка с закатанными рукавами и тёмные джинсы. Сергий на секунду залюбовался этой лёгкой уверенностью, с которой Дима стоял — как будто этот город принадлежал ему по праву. — Ну, привет ещё раз, — Дима хлопнул его по плечу, как старого друга. — Запрыгивай. Сергий сел в машину, снова удивляясь, как мягко скользит дверца и как тихо урчит мотор. В 19 веке карета бы так никогда не поехала. — Слушай, а я всё хотел спросить, — Дима взглянул на него с улыбкой. — Сергий — это прикольно, но как-то слишком… царско, что ли. Может, Серёжа? Так моднее, легче. — Серёжа… — Сергий попробовал слово на вкус. Оно казалось ему слишком простым, но в нём было что-то тёплое. — Пусть будет Серёжа. — Отлично! — Дима заулыбался шире. — А ещё — что ты думаешь о смене имиджа? — Он с улыбкой поправил очки. — Еще один день с Оксаной и Арсением я не выдержу. — Серёжа рассмеялся. — Да я не об этом, хочешь, познакомлю тебя со своим барбером? Сделает тебе крутую стрижку, чуть короче, стильную. Сейчас все так ходят. Сергей чуть коснулся своего хвоста. Отрезать? Это было почти кощунством по меркам его времени, но в глазах Димы светилась такая простая забота, что Серёжа вдруг кивнул. — Думаю почему бы и не попробовать. — Вот и отлично! — Дима повернул к ресторану, припарковался прямо у входа и жестом пригласил Сергея следовать за ним. В ресторане было уютно, пахло свежим хлебом и кофе. Серёжа медленно шагал за Димой, разглядывая пространство: стеклянные стены, яркие лампы, странные таблички с меню, напечатанными не вручную, а как будто выдавленными идеально ровными буквами. — Садись, — Дима указал на один из столиков у окна. — Сейчас закажем что-нибудь. Ты уже адаптировался к местной еде? — Почти, — Серёжа сел, стараясь не показывать, как ему непривычно сидеть за таким столом, без скатерти и привычного сервиза. — Хотя некоторые блюда удивляют. — Ну это нормально, — Дима улыбнулся, подавая ему меню на планшете. — А ты мне расскажи — как тебя угораздило с таким именем и стилем? Родители староверы какие-нибудь или у вас там так принято? Серёжа чуть замялся, но быстро вспомнил, что Оксана объясняла — в этом веке никто не любит прямых ответов, здесь шутки спасают любые неудобные моменты. — Можно и так сказать, — он улыбнулся уголками губ. — Меня всегда тянуло к старине. Видимо, судьба. — Ну тогда точно пора тебе новую стрижку! — Дима рассмеялся. — А то я ещё решу, что ты из прошлого сбежал. Серёжа тоже засмеялся, хоть внутри у него всё замерло. Если бы Дима знал, насколько он прав. Минут десять они ещё болтали о Париже, о людях тут, традициях ну и всяких других мелочах. Серёжа уже не стеснялся задавать даже глупые вопросы, а Дима давал очень подробные ответы. Мужчины нашли конект очень быстро. — Да... и представляешь вот тот самый уличный музыкант и оказался тем самым знаменитым пекарем, Оксана рассказала. — продолжал рассказывать Дима местные слухи. — Ничего себе... — Серёжа, поедая вкусный обед внимательно его слушал. Казалось, кто-то остановил время. Мужчины ещё обсудили пару совершенно разных тем и к ним подошла девушка. — Дим, там Катю заменить нужно, ей в больницу нужно, там по мелочам она вернется через час, — Оксана положила руку ему на плече. — О привет Сергий! — Серёжа... — Он с улыбкой исправил девушку. — Ого вижу смена города пошла на пользу, а мне нравится, Серёжа. — она улыбнулась ему и повернулась на Диму, — Твоя идея? — Моя, а и Окс прошу побудь вместо Кати, я должен отвезти Серёжу к барберу, уже пообещал. — Он обнял её, сидя на диванчике. — Ладно, но ты мой должник. — Она с улыбкой закатила глаза. — Спасибо-спасибо, пойдём пока она не передумала. — полушепотом сказал Дима барону. — Я хоть и щедрая, но не глухая. — Она сложила руки на груди. Мужчины выбежали с ресторана под прищуром девушки. Дима позвонил кому-то и что-то быстро начал обсуждать. Серёжа рассматривал башню. — Да, да именно на сейчас, спасибо друг. — он разговаривал с барбером. — Ну что поехали, будем делать из тебя мачо. — он поправил очки и рассмеялся. — Мачо? — Серёжа, улыбаясь уставился на него. — Красавчика. Серёжа согласно кивнул, и они поехали в барбершоп. Ему нравилась его новая жизнь, всё происходило на столько быстро что он не заметил, что он в другой эпохе уже полтора дня. Ему нравилось проводить время с Димой и Окс. Ему нравилось то, что они не спрашивают лишних вопросов, а наоборот помогают ему привыкнуть к городской жизни. В общем он был счастлив и это главное. Он очень быстро привыкал к новым вещам и людям, уже почти мог сам писать сообщения в Инсте. Дима всё же помогал. Диме даже не казалось всё это странным, эти люди нашли его бумажник, сами выглядели так как будто сбежали с фильмов про царей, но они были явно напуганы и растеряны, он решил, что будет помогать им до самого их отъезда, а в процессе понял, что они даже могут стать хорошими друзьями. С Арсением он особо ещё не успел так разговориться, а вот с Серёжей да. И вот он везет уже своего нового друга в барбершоп, совершенно безвозмездно. Кто-то подумает богатые такие глупые. Но Окс и Дима были очень щедрыми и добрыми, а всё остальное их мало волновало. — Мы на месте. — сказал Дима, расстегивая ремень безопасности. Дверь барбершопа мягко скрипнула, когда Дима толкнул её плечом. Звон колокольчика над входом разбавил ровное жужжание машинок, и на пару секунд все в помещении обернулись на новых гостей. Внутри пахло ментолом, свежей стрижкой и лёгким одеколоном с нотками цитруса. Серёжа неуверенно шагнул следом за Димой, оглядываясь по сторонам. Вместо привычных зеркал в резных рамах — большие, строгие полотна в чёрных рамках, ровные ряды инструментов, блестящие кресла с кожаными подлокотниками и мужчины, лениво листающие телефоны или болтающие с мастерами. Всё это выглядело как какая-то сцена из чужой жизни, но уж точно не из его. — Так, Серёж, не волнуйся, тут свои люди, — ободряюще хлопнул его по плечу Дима. — Сейчас сделаем из тебя человека столичного. Барбер, молодой парень с бородой светлой челкой, вынырнул из-за стойки. На его фартуке висели ножницы, расчёски и бритвы. — Привет, я Илья. — ухмыльнулся он, проводя их внутрь. — Макар давай ему такую стрижку, чтобы сразу видно было — парижанин. — Дима взял друга под руку и провел его к креслу. Серёжа неловко улыбнулся, сел в кресло, замер, как на суде. Его отражение в зеркале смотрело с лёгкой тревогой: длинные темные волосы, чуть завитые на концах, аккуратно зачесаны назад в хвост. Таким он себя знал всю жизнь. И вот сейчас от этого придётся избавиться. — Как коротко делаем? — уточнил Илья, надевая чёрный пеньюар ему на плечи. Серёжа замялся, бросил взгляд на Диму, но тот только подмигнул: — Давай не сильно коротко, но по красоте, ты сам всё знаешь, я тебе доверяю. — Дима улыбнулся, смотря со спины на Сережу через зеркало. Серёжа почувствовал, как лезвие коснулось его затылка, а волосы начали сыпаться на пол. Он сидел с каменным лицом, хотя внутри всё сжималось от этого странного ощущения — словно срезали не просто волосы, а целую эпоху его жизни. В зеркале отражался уже не тот, кто пришёл сюда десять минут назад, а какой-то незнакомец. Современный, резкий, будто бы действительно парижанин. — Ну вот, другое дело, — Дима довольно кивнул, когда стрижка была завершена. Серёжа провёл рукой по короткому затылку, привыкая к новому себе. Это было странно, но… почему-то ему это очень нравилось. — Да уж, — усмехнулся он. — Теперь даже я себя не узнаю. Илья хлопнул его по плечу: — Добро пожаловать в новую жизнь. Серёжа взглянул на себя ещё раз и вдруг подумал, что может, так даже лучше. В его голове промелькнула мысль: Вот Арсений удивится. Стоп, Арсений. Как он там вообще.

***

В это время Арсений решил всё же взять себя в руки и прогуляться хотя бы до ограждения замка. Он всё ещё думал, как же попасть на это день рождение и вдруг его чуть не сбил с ног явно куда-то спешивший почтальон. — Прошу извинить меня, уж забегался. — Мужчина поклонился и дальше продолжал говорить. — Я ищу хозяина замка, вы случайно не видели его, тут ему письмо. — он помахал конвертом ему перед глазами. Попов чуть было не сдал себя и не ответил мол я тут хозяин, почему письмо не доставил слуга, но вдруг выдал: — Я знаю хозяина замка, я передам, вы, наверное, очень устали, помогу вам. — Арсений протянул ему руку. — Вы великодушны, спасибо, держите. — почтальон впопыхах отдал письмо и побежал дальше. Это может стать полезным, нужно вернуться в отель. — Арсений взглянул на имя отправителя. — Дима Журавлёв. Спустя десять минут Попов был уже в своем номере. Он всячески корил себя за то, что он сейчас собирается делать. Нет это неправильно. Нужно отдать его. "Ну и дурак, кому ты его отдашь?" Такую возможность упускаешь. Но у него просто не было другого выбора, это письмо было единственным пока, ключом к замку. Арсений открыл письмо и прочитал: “Привет Антон! Заранее извиняюсь и поздравляю тебя с 18-летием, я знаю какая это важная дата, но увы я не смогу приехать к тебе на вечеринку. Я очень заболел, сам виню себя за то, что мы так давно не виделись, я обязательно приеду на следующий твой праздник. Специально куплю два подарка)) Спасибо за понимание, Дима.” — Вот это попал... вовремя ты, Дима. — Арсений довольно хлопнул в ладоши. План выстроился сам собой. Он придумал что притворится этим Димой и как-то заговорит на вечеринке с Антоном и узнает о замке всё. Только вот что, если Антон помнит, как тот выглядит. А я вообще не подхожу на роль его заболевшего друга. Попов нервно почесал нос. Нужно расспросить Диму или Оксану. Арсений ходил с письмом по номеру постоянно вчитываясь снова и снова в текст, будто он узнает новую информацию. В дверь постучали. — О боже, чтобы я ещё раз заменяла кого-то, да не в жизнь. — в комнату почти влетела возмущенная девушка. — Здравствуй, что-то случилось? — Арсений свел брови вместе. — Да эти чёртовы... новенькие, я заменяла одну девушку на работе, а эти бездельники, разговаривали и так заболтались что один из них пролил на меня целых две кружки кофе. — Оксана указала на свои джинсы. — Какой ужас, они явно были новыми... — Арсений почувствовал эту боль словно это ему испортили его сюртук. — Вот именно я их только позавчера купила, что ж за день. — Мне срочно нужно по магазинам, прошу Арсений пошли со мной. Девушка словно искала поддержку в этот трудный момент. Но кто сказал, что Арсений откажется. Во-первых, ему это было на руку, он придумал план, а во-вторых, ну это же одежда. — Конечно, я только за! Оксана радостно хлопнула в ладоши и обняла его. Спустя двадцать минут они уже были в магазине. Типичный торговый центр в Париже жил своей привычной жизнью — шумной, быстрой и пёстрой. Через прозрачные двери туда-сюда сновали люди с пакетами в руках, кто-то торопился на примерку, кто-то затормозил у витрины с последней коллекцией, а кто-то просто прятался от дождя, потягивая кофе из бумажного стакана. Пол был чистым, свет отражался в идеально натёртых плитах, а запах свежей выпечки из соседней булочной смешивался с ароматами дорогих духов, вырывающимися из парфюмерных отделов. Возле входа толпились молодые ребята с рюкзаками, громко обсуждающие скидки в спортивных магазинах. Чуть дальше — семейные пары, выбирающие подарки, и туристы, которые фотографировали каждый угол, будто попали в музей современного потребления. Под потолком тихо играла модная музыка, и этот ровный поток звука был фоном для бесконечного разговора продавцов, детских капризов, смеха и звонков телефонов. Снаружи — узкие улочки, облепленные маленькими кафе с миниатюрными столиками прямо на тротуаре. Люди сидели вполоборота к улице, пили эспрессо, курили и обсуждали свои дела так непринуждённо, словно время в этом городе всегда текло медленнее. Официанты в белых рубашках лавировали между стульями, а с соседних столов доносился звон бокалов с вином. Оксана уже нашла нужные ей джинсы и вышла с пакетами к Арсению. — Слушай, а вот ты же собиралась к другу на маскарад, у тебя уже есть платье? — Арсений взял пакет у девушки. — Пиздец. Как я могла забыть. — ругнулась девушка и тут же ударила себя по губам. — прости я не матерюсь обычно, просто очень сложный день сегодня. Арсений даже не понял сначала что сказала девушка, но, когда понял, что это было ругательство без возмущения улыбнулся ей. — Пустяки, у вас тут есть магазины с такой одеждой? Я очень разбираюсь в этом, могу помочь выбрать. — он довольно сложил руки на груди. — Правда, какое счастье что я тебя встретила Арс! — девушка по-сестрински обняла его. — Вон тот магазин, единственный тут, с такой одеждой. Имя Арс прозвучало так быстро и звонко, а ведь его никто так еще не называл. Он улыбнулся. Чуть в стороне от главного потока, скрывался небольшой магазин с тёмной витриной. На стекле золотыми буквами было выведено название — “Les Fantômes du Passé”. Это был магазин костюмов для карнавалов, балов и вечеринок в историческом стиле. Его вход был словно портал в другую эпоху: тяжёлая дверь с кованой ручкой, приглушённый свет и полки, заставленные коробками, каждая из которых обещала перевоплощение. Внутри пахло пылью старых тканей, бархатом и чем-то вроде театрального грима. На манекенах красовались роскошные камзолы с позолоченными пуговицами, платья с корсетами и шлейфами, расшитые вручную. На стенах — ряды масок: кружевные, фарфоровые, с перьями и без. Между костюмами можно было найти всевозможные аксессуары — трости с серебряными набалдашниками, веера с росписью, украшения под старину, часы на цепочках и даже небольшие флаконы с духами, чей аромат будто уносил в другой век. Арсений на секунду словно вернулся домой. Магазин был почти пуст — сюда приходили не случайные прохожие, а те, кто знал, чего хочет. Здесь не звучала музыка, только тихо поскрипывали старые половицы под ногами. Продавец — пожилой мужчина в жилете с золотыми часами, похожий скорее на библиотекаря, чем на торговца, приветствовал каждого посетителя лёгким поклоном, как будто они не просто вошли в магазин, а ступили на бал старого света, где время всегда чуть замедлено. — Здравствуйте месье Гастон. Прекрасно выглядите сегодня, как там ваша внучка? — они были знакомы, его внучка была бывшей одноклассницей Окс. — Добрый день Оксана, рад видеть тебя, всё замечательно, какими судьбами? — Мы с другом выбираем платье на маскарадный бал, у друга тематическое день рождение, нужно выглядеть как миледи с 19 века. — Задачу понял, ну давай что-нибудь подберем. — Мужчина пошёл куда-то на склад видимо ища что-то необычное. — Слушай Оксан, не знаешь случаем кто такой Дима Журавл.. — не успев закончить вопрос Попов как девушка ответила: — Журавль Димка, очень старый друг Антона, они виделись в последний раз в классе пятом, наверное, а что? — девушка продолжала рассматривать платье поэтому даже не вникала в суть вопроса. — Да так Дима рассказывал что-то, вот решил спросить. — Нашёл! — мужчина, выходя из склада вынес три платья на выбор. Девушка вошла в полутёмную примерочную и подняла глаза на вешалки. Первое платье, глубокого винного цвета, сразу притянуло взгляд. Оно будто само жило своей жизнью, мерцало в слабом свете лампы, ловило каждую искру света, чтобы подарить его обратно. Вышивка на корсете походила на сплетённые ветви старого винограда, а подол, украшенный бусинами, казался тяжёлым, но манящим. Это было платье для королевы бала — той, что умеет держать спину прямо, а взгляд её — уверенный и холодный, как бокал шампанского в руке. Рядом висело платье небесно-голубого цвета. Оно казалось совсем другим — лёгким, почти невесомым, как утренний туман на лугу. Тонкая ткань дрожала при каждом движении, будто боялась испортить свою хрупкую красоту. Это платье напоминало детство, весенние прогулки босиком по траве, первые письма и невинные мечты. Надев его, можно было бы раствориться в толпе, стать частью улицы, частью города — такой же нежной и мимолётной, как лепесток, сорванный ветром. Третье платье было совсем другим. Оно сияло нежно зеленым светом, плотная ткань с выпуклым узором казалась надёжной бронёй, а при этом юбка спадала мягкими волнами, как спокойное море. Его хотелось надеть в сад, среди зелени и музыки, медленно идти по дорожкам, ощущая, как подол цепляется за траву, а кружева чуть касаются пальцев. В этом платье можно было стать героиней старинного романа — той самой загадочной гостьей, о которой потом будут шептаться все остальные. Девушка осторожно провела пальцами по каждой ткани. Каждое платье говорило с ней, каждое звало по-своему. Она примерила сначала первое затем второе, но все они не вызвали у Арсения вау эффекта, но вот последнее платье. — То, что нужно!! — Попов хлопнул в ладоши как маленькая девочка, которая радовалась новой кукле. — В этом платье тебя бы точно приглашали потанцевать. Это я уж точно знаю — он смотрел на неё будто на свою сестру, которая вот-вот выпуститься из школы леди. Оксана довольно покружилась перед мужчинами. — Я правду чувствую себя принцессой. — беру! Владелец также подобрал ей маску и упаковал платье. — Спасибо вам огромное! — Окс помахала старику. — Всегда пожалуйста, деточка! — он с нежной улыбкой смотрел им вслед. Арсений продумывал дальше свой план. Завтра он предупредит Сергия, который скорее всего пойдёт на вечеринку вместе с Димой о том, чтобы тот его максимально отвлекал, чтобы Попов мог подобраться к Антону. У него были деньги чтобы купить костюм. Благо он уже знал где и не придётся заморачиваться. Спасибо Оксане. Ох уж эти девушки. Арсений по дороге в отель рассматривал башню и лунное небо. Вернувшись, он почти сразу переоделся, умылся и лёг в постель. У него день для подготовки, он должен продумать всё до мелочей. А сейчас спать.