Не графское это дело

Граф проснулся с лёгкой головной болью и сладким предвкушением завтрашней вечеринки. За окном светился малиновый парижский рассвет, город потягивался после ночных посиделок, и узкие улицы ещё не проснулись до конца. Сквозь щель в окне тянуло утренней сыростью, запахом нагретого камня и кофе, который уже варили в соседнем кафе на углу. Арсений потянулся, не торопясь вставать, несколько минут просто лежал, разглядывая потолок с лепниной, слушал, как в коридоре кто-то катит чемодан, и размышлял о том, что сегодня — тот самый день, когда у него нету переживаний, что делать дальше. Он направился в ванную — ополоснуть лицо ледяной водой, встряхнуть волосы и убедиться, что в зеркале он выглядит достаточно прилично для утреннего завтрака. Спускаясь на лифте, внюхивался в каждый запах, будь то кофе, круассаны или духи мимо проходящих людей. Внизу его встретил холл, с узкими креслами, белоснежным комодом и журналами на стойке ресепшн. На завтрак здесь подавали круассаны, багеты, масло в маленьких стеклянных баночках и кофе, который владелец отеля варил сам — крепкий, почти черный, чуть горьковатый. Граф никогда ещё так не любил кофе. Он сел за столик у окна, откуда было видно тихую улицу, ещё не заполненную туристами. Солнце робко пробивалось сквозь облака, и Арсений задумчиво мял в пальцах уголок салфетки, пока тёплое сливочное масло таяло на горячем багете. За соседним столиком пожилая пара читала Le Figaro, тихо переговариваясь. Всё было таким медленным, ленивым, правильным для начала дня в Париже. Арсений знал, что впереди его ждёт простая, но важная задача — выбрать костюм для вечеринки. Но пока он не спешил. Париж требовал неторопливости. Он доел завтрак и снова поднялся в свой номер — на этот раз по лестнице, медленно, разглядывая фотографии в серебристых рамах на стенах. Лестница, видимо из мрамора, музыкально цокала под его шагами. В номере стоял полумрак. Он распахнул окно настежь, впуская шум улицы, и подошёл к шкафу. Одежда, лежавшая внутри, казалась слишком непринуждённой для сегодняшних приключений, а может он просто ещё не привык к новой моде. Арсений любил наряжаться. Не столько для других, сколько для самого себя. Он хотел в этот день выглядеть хорошо — не вычурно, но с лёгким налётом аристократической небрежности. Он надел тёмные брюки, лёгкую рубашку с расстёгнутым воротником, вышел из номера. Париж ждал. На улице было уже тепло, хотя время едва перевалило за девять утра. Июльский Париж пах влажным асфальтом, свежей выпечкой и машинами. Арсений вышел из отеля, прищурился от слишком яркого света, и, не торопясь, двинулся по улице. Ему не нужен был адрес — он помнил путь наизусть. Этот магазин очень сильно запал Попову в душу. С потолка свисали маски — венецианские, карнавальные, пугающие и манящие одновременно. Витрина была завешена чёрным бархатом, а за стеклом лежали перчатки, шляпы, фраки, трости с резными головами драконов, серебряные портсигары, замшевые галстуки, расшитые золотом жилеты. Гастон, хозяин магазина, оказался древним, как сам Париж, с цепкими глазами, пальцами, обожжёнными сигарами, и манерой говорить так, будто он сейчас продаст тебе не вещь, а кусочек чьей-то жизни. Но всё же он был очень добрым. Арсений вчера примерял здесь плащ с бархатным воротником, а Оксана смеялась, крутилась в зеркале в мужском фраке, который был ей на три размера больше. Они обещали вернуться, и вот — утро следующего дня, и Арсений снова стоит у этой двери, уже один. Колокольчик звякнул, когда он вошёл. Внутри было прохладно, пахло пылью, кожей и чем-то едва уловимо сладким — будто старые духи, давно впитавшиеся в обивку кресел. Гастон сидел за прилавком, курил и листал пожелтевшую газету. Увидев Арсения, он только кивнул, не удивившись — будто знал, что тот вернётся. — Я за костюмом, — сказал Арсений. — И маской. — Для бала? — улыбнулся старик. — Скорее, для побега. Хочу быть кем-то другим на один вечер. — Но и для него тоже. Гастон кивнул, как человек, который такие вещи слышит не впервые. Он молча поднялся, нырнул в глубину склада, между рядами пыльных плечиков и зеркал в рамах, и через минуту вернулся с костюмом. Это был настоящий шедевр — тёмно-синий, почти чёрный фрак с глубокими лацканами, вышитыми серебром, жилет из тончайшего бархата, брюки с идеально ровной стрелкой и шёлковая рубашка с высоким воротником. Костюм выглядел так, будто кто-то сшил его для молодого графа лет сто пятьдесят назад, но потом он каким-то чудом пролежал всё это время в сундуке, дожидаясь именно Арсения. — Я думал тебе должно понравиться, — сказал Гастон и улыбнулся. Арсений взял ткань пальцами, почувствовал её прохладу, тяжесть, мягкость. Это был не просто костюм — это был билет в другой мир, мир, где можно быть кем угодно, где никто не знает твоего имени. — Он идеален. — отчеканил граф. — И маска, — напомнил он. Гастон достал её из-под прилавка, будто она всё это время ждала именно этого момента. Маска была чёрной, гладкой, закрывала почти всё лицо, оставляя только глаза. Минимум декора — только серебряная нить по краю, почти незаметная, но добавляющая маске странную торжественность. В этой маске он мог стать кем угодно — гостем из прошлого, призраком, тенью. — Это всё? — спросил Гастон, хотя знал, что да. — Это всё, — кивнул Арсений. — Завтра ночью я буду другим человеком. Гастон улыбнулся. Он расплатился, завернул костюм в плотную бумагу, аккуратно сложил маску в коробку и вышел обратно на залитую солнцем улицу. День только начинался, но Арсений уже знал — завтрашний вечер будет одним из тех, которые запоминаются на всю жизнь.

***

Серёжа, проснувшись позже, чем Арсений ещё минут двадцать лежал в кровати, перебирая пальцами свою новую прическу. Он повернулся на другой бок и увидел на часах 10 утра. Нужно пойти спросить, как обстоят дела у Арсения. — проговорил он в слух и пошёл умываться. Арсений уже успел вернуться в номер. Любовался костюмом вешая его в шкаф. Он уже успел примерить его в магазине и тот лёг словно был по нему сшит. В общем всё шло как по маслу. Вдруг в дверь постучали знакомым стуком. — Доброе утро! — Серёжа обнял друга прям в проходе. — Доброе, доброе. — Попов не ожидал такого чуть не свалился на пол. — Ты где пропал вчера? — он явно злился на Серёжу. — Прости меня, я так влюбился в это время, в эти места, в.. — он вдруг замолчал краснея. — Что с твоими волосами? — Арсений будто только заметив посмотрел на голову барона. — А это, я теперь мачо. — Серёжа скрестил руки на груди и улыбнулся. — Кто-кто? — Попов вылупился на друга и уж было подумал, что тот сошёл с ума. — Это значит, красавец, это мне Дима посоветовал. — нахваливая дальше свою прическу он рассказал вкратце как это было. — Дмитрий значит. — он ревниво хмыкнул и подошел к окну. — Извини мне нужно было отвлечься от всего что произошло за эти дни, отдохнуть. — Барон положил руку ему на плече. — Да всё в порядке, я понимаю, может зря я тебя в это втянул. — Граф обернулся и смотрел на него уже виновато. — Нет-нет! Мне тут очень нравится, я просто отвлекся и даже забыл зачем мы сюда приехали, сегодня я весь твой! — он нежно улыбнулся и поддержал Арсения. Друзья обнялись, и Барон рассказал, что случилось с ним вчера и помахал перед лицом новым устройством. — Это что такое? — Телефон! Гениальная вещь, тут можно всё, я даже почти разобрался, Оксана подарила. — Серёжа рассказал про историю с Инстой и другие функции этого прибора. — Впечатляет. — Попов слушал его внимательно, не перебивая. — А у меня тоже есть новости. Граф подошел к шкафу и открыл его, указывая на костюм. — Ты всё-таки нашел свой чемодан, ну я так и знал. — Матвиенко вдруг жалобно завыл. — Нет этот костюм я тут купил, Оксана подсказала. — Иногда я думаю, что они слишком к нам добрые. — Мы помогли Диме, он рассказал, что там были все его деньги и какие-то важные карточки, а Оксана она большой души человек, я таких девушек ещё никогда не встречал. — Да, тут я согласен. — Но костюм просто шикарный, я всегда верил в твой выбор. — Серёжа оценивающе рассматривал покупку друга. — Спасибо. — он сел в кресло и начал свой рассказ о том, как он встретил почтальона, про письмо и что у него есть план. — И ты хочешь, чтобы я отвлекал Диму от его лучшего друга? — Матвиенко удивлено хлопал глазами. — Да, тебе всего лишь нуж.. — не успев сказать, как тот перебил: — Я согласен. — Я так и знал. — Арсений рассмеялся. — Погуляешь с ним по замку, расспросишь о чем то, в общем придумай что-нибудь, чтобы меня не раскрыли. Антон не помнит, как выглядит этот Журавлёв. Вот я и подумал почему бы этим не воспользоваться, других вариантов просто нет. — Ты уже придумал о чём будешь с ним говорить? — Серёжа вдруг серьезно свел брови. — Пока ещё нет, но буду действовать спонтанно. — Допустим, но что, если он всё же поймет, что ты не Дима? — Пока не понял, не будем гадать. — он попытался закрыть эту тему до завтра. — Ты же знаешь, я всегда на твоей стороне, ты можешь на меня рассчитывать. — он гордо кивнул ему. — Спасибо тебе за это. Они еще около часа разговаривали обо всем, Серёжа продолжал показывать функции телефона, Арсений похвастался маской, Матвиенко наконец рассказал, что он теперь Серёжа вместо Сергия. Они смеялись, разговаривали, пили кофе и на время забыли, что с ними произошло за последние дни. Вдруг телефон Серёжи зазвонил. — Это Оксана. — он умело провел пальцем и ответил. — Да? — Привет, мы с Димой хотим пригласить вас пообедать вместе, что ты об этом думаешь? — Арсений рядом со мной, мы согласны. — граф кивнул услышав, как заурчало в животе. — Отлично, ждём вас во дворе у отеля. — девушка положила трубку. — Я бы сейчас слона съел если честно. — Серёжа рассмеялся. Они собрались у входа в отель ближе к полудню. Оксана стояла с кофе в бумажном стаканчике, прислонившись к стене, Дима лениво курил, Арсений и Серёжа вышли из отеля. — Так, красавцы, — Дима хлопнул в ладоши. — Пообедаем, а потом двинем за подарками. — Подарками? — переспросил Арсений, вклиниваясь в разговор так, словно боялся упустить хоть одно слово. — Ну да, для Антона. У него же завтра этот бал-маскарад. Я бы вообще забил, но Оксанка говорит, что нельзя без подарка. А вы нам как раз поможете выбрать, — Дима хитро прищурился. — Свежий взгляд со стороны. Оксана кивнула, допивая кофе. — Да. А то Дима один притащит какую-нибудь колонку или бутылку виски, а хочется чего-то поинтереснее. Арсений молча кивнул, хотя внутри почувствовал облегчение. Это был идеальный предлог, чтобы поискать подарок от себя, хотя пока он ещё не придумал что вручит новому хозяину его же замка. Они отправились в кафе неподалёку — маленькое место с узкими столиками и плиточным полом. Меню тут было простым: круассаны, омлеты, сырная тарелка, салаты. Арсений с лёгким ужасом разглядывал тонкие листы салата с орехами, но всё же взял себе омлет с ветчиной, решив, что это безопаснее всего. Серёжа заказал блины с шоколадом, а Дима и Оксана взяли по бокалу вина и сырное ассорти. — Ну, рассказывайте, как вам Париж? — Оксана посмотрела на Арсения с лёгкой улыбкой. — Тёплый, — честно сказал он, оглядываясь на открытые окна. — И шумный. — Ага, особенно по утрам, — буркнул Серёжа, пытаясь разрезать тонкий блин вилкой и ножом, но у него это получалось с трудом. — И вообще, тут все куда-то бегут. Непривычно. — А вы раньше не бывали в таких больших городах? — прищурился Дима, но без особого интереса. — Бывали, но этот всё же совсем другой — Арсений улыбнулся уголком рта. Он всё больше входил в роль. Притворяться туристом, слегка странным, слегка старомодным — это давалось ему легко. Главное, не переигрывать. И не проговориться. Они доели, запили всё кофе, и уже через полчаса втроём двигались к торговому центру. Оксана впереди, будто зная маршрут наизусть, Дима с Арсением чуть сзади, а Серёжа крутил головой во все стороны, пытаясь рассмотреть витрины, вывески и рекламы. — Нам надо что-то необычное, — говорила Оксана, пока они поднимались по эскалатору. — Антон уже всё видел, его никакими духами не удивишь. — Давай картину купим, — предложил Дима. — Какую-нибудь старинную. — Или что-то для дома, — задумалась Оксана. — Ковёр, например. Арсений внимательно слушал, но молчал. Они вошли в торговый центр — шумный, сверкающий, заполненный людьми и ароматами парфюма вперемешку с запахом кофе и жареных орешков. Оксана сразу взяла инициативу в свои руки. — Значит так, — сказала она, разворачиваясь к мужчинам. — Давайте думать, что ему может понравиться. — Антон человек странный, — добавил Дима, засовывая руки в карманы. — Деньги у него есть, техника всякая тоже есть, алкоголь он сам коллекционирует… Так что нам нужно что-то необычное. — А что он вообще любит? — спросил Серёжа, которому эта миссия казалась немного абсурдной — он вообще не знал этого Антона и не понимал, почему нужно так заморачиваться. — Замки, старину, всякие исторические штуки, — сказала Оксана. — В этом плане вы с ним бы подружились, — она кивнула на Арсения. Граф чуть улыбнулся, но ничего не сказал. — Ладно, пойдём посмотрим, — махнул рукой Дима. — В конце концов, всегда можно купить ещё пару бутылок старого алкоголя в коллекцию или какую-то дизайнерскую дичь. Они зашли в отдел интерьера и подарков. На полках стояли стеклянные вазы с потёками краски, странные абстрактные скульптуры, керамические головы и канделябры, больше похожие на арт-объекты. Оксана сразу залипла у настенных часов в виде огромного механизма — будто сорванного со стены какой-то старой фабрики. — Вот это прикольно, — сказала она. — Любит же он всякие стимпанковые штуки. — Ну не знаю, — Дима скептически посмотрел на цену. — Это, конечно, красиво, но он повесит это у себя и будет каждый день думать, сколько мы за это отвалили. Может, что-то попроще? Пока Оксана и Дима спорили у стенда с графинами, Арсений незаметно отступил назад и тихо ушёл вглубь торгового центра. Шум голосов, свет витрин, запахи кофеен и парфюмерных отделов мешались в лёгкий хаос, который его почему-то почти успокаивал. Как бы странно это ни звучало, ему начинало нравиться теряться в этом мире — чужом, новом, полном вещей, которых он даже представить не мог в своём веке. Он не знал точно, чего ищет. Просто чувствовал: нужно найти что-то своё, что-то от себя. Подарок, который будет не из этого времени, но который Антон, возможно, сможет оценить. Арсений свернул в узкий коридор с небольшими магазинами — не сетевыми, а какими-то частными, почти ремесленными. В одном из них за стеклом поблескивали украшения. Современные, конечно, но среди них попадались и более старые, антикварные. Он вошёл. — Чем могу помочь? — спросил пожилой хозяин, едва подняв глаза от своего журнала. — Мне нужно кольцо, — сказал Арсений. — Подарок для молодого человека, который любит старину. — Печатка? Камень? Гравировка? — продавец наконец посмотрел на него повнимательнее. Арсений чуть замялся. Он не знал, как объяснить то, что крутилось у него в голове. Он хотел кольцо, которое было бы как ключ. Как знак. Но ничего из того, что показывал ему продавец — массивные золотые кольца, чересчур яркие камни, вычурные орнаменты — ничего не подходило. Всё это выглядело чужим, неестественным. И тогда он вдруг вспомнил — его собственное кольцо. Печатка с буквой «A». Это была не просто печатка, а ключ к его кабинету в замке. Он носил его всегда, даже в ту ночь, когда… когда всё случилось. Это было, наверное, единственное, что осталось у него с того времени. Он улыбнулся сам себе. — Я, пожалуй, уже нашёл то, что нужно, — тихо сказал он продавцу и, не дожидаясь ответа, вышел из магазина. Пока он шёл обратно к друзьям, в его голове уже складывался план. Он подарит Антону это кольцо — как символ, как часть истории, к которой тот так стремится. В конце концов, это даже честно — пусть новый хозяин замка получит старый ключ от него самого. Интересно, узнает ли Антон когда-нибудь, что эта буква «A» — не его инициалы, а совсем другого человека, жившего в этом доме за сто лет до его рождения. Узнает ли от чего этот ключ и поймет ли что это ключ вообще? Арсений вернулся к друзьям, когда они как раз выбирали между двумя наборами бокалов. Оксана бросила на него быстрый взгляд. — Ты где пропадал? — Ходил, — Арсений улыбнулся, почти искренне. — Искал вдохновение для подарка. Арсений подошёл к полке с книгами — дорогими, с кожаными переплётами. Пальцы сами собой потянулись к корешку одной из них. Это была история про построение башни и по замкам Франции, переиздание с иллюстрациями XIX века. Он медленно пролистал страницы, с трудом веря, что держит в руках историю, которую сам частично прожил. — Как вам это? — спросил он, показывая книгу. Оксана подошла ближе, заглянула через плечо. — Слушай, а это идея! И он любит такие штуки, и книга реально красивая. Причём не просто декорация для полки, а реально можно читать. — Это ещё не подарок, — возразил Дима. — Надо к книге что-то. Может, бутылку вина хорошего или какой-нибудь красивый графин? — Можно комплект — книга, графин и пара бокалов, — предложила Оксана. — И свечи, — добавил Арсений неожиданно. — В старых залах замка они всегда стояли в канделябрах. Это создаёт настроение. Оксана удивлённо на него посмотрела. — Ты прям как будто в замках жил. — Просто люблю атмосферу, — легко ответил Арсений. Они выбрали книгу, массивный стеклянный графин с медной пробкой, пару бокалов с витиеватыми ножками и небольшую коробку ароматических свечей с запахом дерева, и смолы. Получился вполне достойный набор для человека, который любит замки, вино и немного театральности в интерьере. — Ну вот, — сказала Оксана, когда они стояли на кассе. — И никакого напряжения. А ты, Дима, предлагал какую-то колонку. — Зато колонку бы сразу включил, а это будет стоять, пылиться, — проворчал Дима, но спорить не стал. — Ну всё, — Оксана хлопнула его по плечу. — Пошли назад. С подарком разобрались, теперь можно выпить за удачный выбор. Они вышли из магазина, снова вливаясь в шум торгового центра.

***

Вечером они устроились в небольшом баре напротив отеля — место было простое, но с характером. Потёртые кожаные диваны, мутные зеркала в тяжёлых рамах, деревянные столы с царапинами и следами от старых бокалов. За стойкой скучал бармен, похожий на актёра из старых французских фильмов. Дима сразу заказал всем по бокалу красного, к вину принесли тарелку сыра и хлеб, а Оксана скинула пиджак и закрутила волосы в небрежный пучок. Арсений сел напротив неё, задумчиво водя пальцем по деревянной столешнице. — Значит, завтра большой день? — как бы невзначай спросил он, когда все уже сделали первые глотки. — Ещё бы, — усмехнулся Дима. — Антону исполняется восемнадцать, родители решили сделать ему подарок всей жизни — передают в его владение замок. Настоящий. Ты ж понимаешь, пацан мечтал о таком с детства, с его-то любовью к истории. — Он на историческом учится, — добавила Оксана. — Причём реально с головой ушёл в это. Архитектура, старинные костюмы, книги, оружие… Он же половину времени на барахолках проводит или в музеях. А тут — целый замок. — А вы уже там были? — спросил Арсений, стараясь, чтобы голос звучал просто заинтересованно. — Нет, — сказала Оксана. — Родители решили всем устроить сюрприз ключи отдали мне, чтобы я помогла с организацией. Всё торжественно, с речами и шампанским. Антон замок только на фото видел. — Представляю, — Арсений слабо улыбнулся. В голове не укладывалось, что его дом, его владение, превращают в подарок для мальчишки. — Круто, конечно, — продолжал Дима. — Я бы за такую недвижимость удавился. Там ещё история длинная, то ли призраки, то ли проклятия… Антон от этого вообще балдеет. — Призраки? — Арсений чуть вскинул бровь. — Ну да. По легенде, там жил граф, который исчез в одну ночь, и теперь его дух якобы бродит по коридорам, — Дима налил себе ещё вина. — Так что Антону туда как раз — по профилю. — Слушайте, а вы сами верите во всё это? — спросил Арсений, чуть склонив голову набок. — Да ну, конечно, нет, — Оксана отломила кусочек сыра. — Там просто старый дом, сквозняки, половицы скрипят. Ну и стены толстые, звуки гуляют. Антон это, конечно, будет романтизировать до последнего, но по факту — обычный замок, только очень большой и очень дорогой. — Хотя, — Дима усмехнулся, — там вроде говорили про какие-то подземные ходы. Мол, раньше был потайной проход, но никто его не нашёл. Может, Антон и займётся поисками. Арсений внимательно слушал каждое слово. Значит, замок пока пуст, никто толком не знает его планировку, да и в тайны прошлого никто не вникал. Это могло сыграть ему на руку. — А сам бал где будет? Внутри замка? — уточнил он. — Ну да, — подтвердила Оксана. — Прямо в главном зале. Там уже всё подготовили — столы, музыка, декор. Всё в духе старой Франции. Антону нравится эта тема — как будто он наследник старого рода. Хотя на самом деле его родители просто богатые снобы. — Красивый жест, — тихо сказал Арсений, опуская взгляд. — Ага, — Дима чокнулся с ним бокалом. — За красивые жесты. Они выпили, разговор плавно перетёк к совершенно посторонним темам — кто как доучивался, кто куда собирается летом, какие вечеринки ждут впереди. Арсений почти не слушал, мысли его были там — в пустом, тёмном замке, который завтра превратится в яркую декорацию для чужого праздника. И в который он должен будет войти — под чужим именем, в маске, чтобы вернуть себе хотя бы тень своего прошлого. Париж зажигал свои вечерние огни, а в старом замке, тени прошлого уже ждали возвращения своего графа. Ночь выдалась тёплой, и они решили вернуться в отель пешком. Париж после полуночи жил своей особенной жизнью — уличные музыканты на мосту через Сену, разговоры за маленькими столиками в круглосуточных кафе, мягкий свет фонарей, отражающийся в лужах на мостовой. Оксана шла впереди, болтая с Димой о завтрашнем бале, Серёжа тянулся чуть сзади, вдыхая прохладный воздух и лениво посматривая по сторонам. Арсений держался рядом, но молчал, задумавшись о своём. — Завтра будет круто, — сказала Оксана, оборачиваясь к ним. — Я прямо чувствую. Антон в восторге будет. Да и вообще, бал в настоящем замке — это не каждый день. — Главное, не забыть подарки, — зевнул Дима. — Оксана кивнула. — Всё под контролем. Когда они дошли до отеля, остановились у входа, не торопясь расходиться. Они поговорили ещё минут пять, пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по своим номерам. Арсений запер дверь, прислонился к ней спиной и на мгновение прикрыл глаза. В номере было тихо, лишь за окном слабо гудел ночной город. Он подошёл к своему сюртуку, достал из внутреннего кармана кольцо на нитке — старое, тёплое, с чуть потёртой поверхностью, но с ясно читаемой буквой «A». Это кольцо помнило ещё его детские пальцы, помнило тепло дома, отца, запах воска и бумаги в кабинете. Помнило всё, что забыл сам дом, завтра подаренный чужому мальчишке. Аккуратно протерев кольцо уголком носового платка, Арсений уложил его в коробку. Простая картонная коробочка казалась недостойной такой реликвии, но другого у него не было. Он взял с полки обрывок голубой ленты, перевязал коробку крест-накрест, завязал неровный, немного неуклюжий бант. Подарок был готов. Арсений поставил коробку на прикроватный столик, бросил взгляд в окно, где мерцали последние огни парижской ночи, и медленно лёг в постель. Завтра очень сложный день, столько всего хочется узнать, столько тайн и секретов. Но всё это завтра. С этой мыслью он закрыл глаза.