Судьбоносные слова

      Глядя на лестничный проём, в котором скрылась Кёко, Мами слегка нахмурилась.              Её давняя подруга вела себя странно – была куда милее, чем обычно. И хотя это могло быть редким проявлением хорошего настроения, однако ей казалось, что дело в чём-то ещё.              Не уверенность – но лёгкое, назойливое чувство где-то в груди.              Прозвенел звонок.              Она вздрогнула, резко выныривая из мыслей. Опоздание на уроки было тем, чего Мами старалась избегать. Она действительно гордилась своей идеальной посещаемостью и не менее идеальной успеваемостью, но…              Из всех правил существовали исключения.              Сейчас им стала их с Кёко привычка. Негласная договорённость встречаться на том самом месте, где она сейчас стояла, и только после этого, вместе, идти на внеклассные занятия. Без исключений – каждый божий день.              А теперь подруга пропала, убежав куда-то с Хомурой.              О, в голове Мами не проскакивало и мысли о том, что та о ней забыла – но тревога не спешила уходить. Мало ли, что могло случиться? Нападение призрака, проблемы с администрацией школы – что, к её сожалению, не было для Кёко редкостью – или ссора с другими студентами. Всё это было чем-то, во что любительница поки с лёгкостью могла вляпаться.              И это заставляло её переживать.              Закусив губу, блондинка тряхнула головой, приводя мысли в порядок. В тот же миг её глаза слегка расширились. Там, буквально перед ней, внезапно появилась пропажа. Растрёпанная от быстрого бега – но всё ещё жизнерадостная.              С губ Мами сорвался облегчённый вздох.              — Йоу! — махнула новоприбывшая рукой. — Прости, что задержалась; подралась с лестницей по дороге. Пойдём?              — Поспешим, Сакура-сан, — поправила её девушка, первой двинувшись к аудитории. — Мы и так опоздали – не стоит усугублять.              — Кёко! — поправила её та, демонстративно скривившись. — Сколько раз просить? Оставь эти вежливые штуки для кого-то ещё!              Улыбнувшись, Мами промолчала. Ей нравилось изредка поддразнивать подругу; это добавляло особой перчинки их отношениям.              Но лучик веселья погас, стоило им подойти к нужному кабинету.       Её кулаки инстинктивно сжались. Опоздание на урок означало, что придётся использовать то, чем она старалась не злоупотреблять.              Ложь.              Девушки остановились перед дверью. Под насмешливым взором подруги Мами вздохнула, выдохнула – и, собравшись с силами, взялась за ручку.              — Извините за опоздание, Казуки-сенсей, — глубоко поклонилась она, входя в помещение. — Мы помогали Ибуки-куну настроить рояль.              С их появлением все в классе замолчали, уставившись на новоприбывших удивлёнными глазами. Ещё бы – Томоэ Мами никогда не опаздывала, а тут задержалась ради какого-то рояля.              Брызги масла, вылетевшие из пары сковородок, быстро низвели интерес к нулю.              — Проходите, — кивнул Цугуни Казуки. — Сегодня мы готовим жареные куриные отбивные в сливочном соусе. Рецепт – на доске и в ваших конспектах.              Вновь поклонившись, Мами послушно двинулась к их месту. Она была уверена в собственных силах – пять минут опоздания не сделали бы с её оценкой ничего ужасного.              — …Сакура-сан?              Обернувшись на голос учителя, Томоэ наткнулась на подругу: та замерла в дверях, затравленно-ошарашенным взглядом осматривая класс. Её губы беззвучно шевелились.       Не став медлить и секунды, она вернулась назад, схватив Кёко за руку.              Ей пришлось тащить ту за собой буквально на буксире.              — Кёко, всё в порядке? — обеспокоенно поинтересовалась она, остановившись рядом со их столиком. — Если что-то не так…              — Нет! Нет, я просто… удивилась, — резко пришла в себя та, почесав щёку. — Не ожидала… такого.              Кивнув словам подруги, Мами ободряюще ей улыбнулась.              — Я тоже не думала, что мы так быстро перейдём к жарке, — заметила она, привычно подготавливая место. — Но не переживай: у меня уже есть опыт в подобных вещах. Думаю, хороший балл нам обеспечен.              Кёко замерла, окинув её странным взглядом.              — Да… Да, конечно. Мы справимся.              Развернувшись, блондинка пропустила изменения на лице подруги.              Её брови сошлись на переносице, глаза сощурились, а губы сжались в тонкую линию. Если и существовало воплощение беспокойства, то Сакура Кёко приблизилась к нему настолько, насколько это вообще возможно.              И причина была проста: она не умела готовить.              «Хомура, Мадока, если вы меня слышите…»              Закончить мысль ей не дала яркая улыбка, расколовшая лицо Мами. Повернувшись, та ободряюще ей кивнула, ловко подхватывая со стола небольшое блюдце.              — Можешь подготовить мясо, пожалуйста? Я займусь соусом, а после присоединюсь к тебе.              Кёко мысленно застонала. Подруга смотрела на неё с определёнными ожиданиями – а потому просто отстраниться, игнорируя просьбу, она не могла.              Девушка потянулась к кускам мяса.              «Так… отбивные, да?» — вздохнула она, разглядывая куриную грудку. — «И… их надо отбить. Наверное.»              Мысль была простой и, главное, логичной – оставалось лишь её реализовать. И вот, уже схватившись за кухонный молоток, она замерла.               Их блюдо спасла удача.              Инстинктивный, мимолётный взгляд, брошенный ею на соседний стол. Там студенты уже приступили к жарке – но мясо было тонким. Определённо тоньше того куска, что лежал перед ней.              «…Нарезать!»              Хлопнув себя по лбу, она схватилась за нож. В два движения разрубила кусок мяса пополам – не слишком аккуратно, но достаточно тонко, чтобы это было похоже на то, что она видела у других – после чего гордо подбоченилась.              Мами, стоявшая рядом, взглянула на неё с укором.              — Пожалуйста, в следующий раз используй доску, Сакура-сан. Портить школьное имущество некрасиво.              Показав подруге язык, Кёко потянулась к молотку. Теперь она чувствовала себя увереннее: в голове созрел твёрдый план действий. Отбить мясо, залить сковородку маслом, бросить мясо внутрь.              Что могло пойти не так?              

⋆｡ﾟ☁︎｡⋆｡ ﾟ☾ ﾟ｡⋆

             Быстрый ответ: всё. Всё могло пойти не так.              Казалось бы – занятия шли всего час. Жалкий, небольшой час… но за этот час она чуть было не сожгла блюдо Мами. И это – при активных попытках самой Мами этого не допустить.              К счастью, те оказались успешными.              И вот подруги уже выходили из класса: Кёко выглядела так, будто прошла через ад – а Томоэ светилась от хорошо проделанной работы. Тем не менее, взгляд блондинки был прикован к подруге.              В нём сквозило как подозрение, так и лёгкое беспокойство.              — Сакура-сан, — специально воспользовалась суффиксом та. — С тобой точно всё в порядке?              Та скривилась, бросив на двери, из которых они вышли, ненавидящий взгляд.              — Нет. Нет, я не в порядке. Можем мы, пожалуйста, ненадолго присесть? Клянусь, магия или нет, но после этого мне нужен отдых!              Медленно кивнув, Мами двинулась к ближайшей лавке. Она не знала, что и думать; поведение Кёко становилось всё страннее и страннее.              Последняя, впрочем, не обращала совершенно никакого внимания на «зырки» блондинки. С мученическим вздохом упав на лавочку, она тут же откинулась на спинку, прикрыв глаза. Реальность будто ускользнула от неё сквозь пальцы, оставив в голове лишь звенящую пустоту.              Сил после урока кулинарии не осталось совершенно.              Она не знала, сколько там просидела. Пять минут, десять, полчаса – это было сокрыто для неё завесой тайны.              В реальность девушку вернул лёгкий, мелодичный смех.              — Ху-ху-ху.              Лениво переведя взгляд в сторону звука, Кёко наткнулась на Мами. Та сидела рядом, и, прикрыв рот рукой, тихо над ней смеялась.              Её поза незримо изменилась. Исчезло беспокойство из глаз, сменившись не только смешинками, но и знанием.              Любительницу поки осенило.              — Вспомнила?!              — Всего минуту назад, Кёко, — фыркнула Мами, вновь прикрыв рот ладошкой. — Но неужели кулинарный кружок так ужасен? Мне казалось, ты неплохо справляешься.              — Это был АД! Масла, зелень, уровни прожарки..! — поёжилась она. — И ты, думающая, что я знаю, что делаю!              — Понимаю, — с лёгкой улыбкой кивнула блондинка.              После её слов повисла тишина. Кёко восстанавливала потраченные силы, а Томоэ сидела рядом, молча раздумывая о своём.              Наконец, Кёко пришла в себя.              — Ладно! — хлопнула она в ладоши, поднимаясь на ноги. — Мне нужно отвлечься. Пойдём к остальным? Займёмся чем-нибудь все вместе. Чем-нибудь, что не готовка.              — О… конечно, — отстранённо отозвалась Мами. — Думаю, Мики-сан найдёт способ вернуть тебе радость жизни.              Так девушки и двинулись к выходу из школы.              — Сак… Кёко?              — …Ага?              — Полагаю, я больше не увижу тебя на кулинарном кружке?              Её тон почти не изменился, но выражение лица выдало девушку с головой. Той не нравилась мысль о том, что подруга бросит эти занятия – но вслух, понятно дело, она этого не сказала.              У Кёко дёрнулся глаз.              Мами не умела скрывать свои мысли от окружающих. У неё буквально на лице было написано всё, о чём она думает.              Это заставило любительницу поки, скрипя зубами, изменить свою точку зрения.              — Да нет, почему? — устало вздохнула она. — Если ты не против того, что я сожгу нашу еду…              — Мне кажется, ты преувеличиваешь, — вновь улыбнулась Мами. — Всё было не так уж и плохо.              — Ага, — скривилась девушка, вспоминая результат. — Не так уж и плохо, моя задница…              На столь неоднозначной ноте и закончился этот разговор. Кёко сдалась, согласившись и дальше посещать кулинарный кружок – а Мами, воодушевившись результатом, пообещала помочь той действительно научиться готовить.              Верила ли жертва обстоятельств этой клятве? Да. Верила ли она в то, что чему-то научится? Нет.              Тем не менее, это был решённый вопрос. И теперь, направляясь к месту, где, как они думали, будут остальные, обладательница прекрасной алой шевелюры не могла не задаться вопросом: почему её подруга чувствовала себя так комфортно, вернув память о прошлом?              Почему не растерялась? Почему не спрашивала о Законе Циклов, Дьяволице или самой Кёко? О мире вокруг?              Она помнила момент, когда очнулась сама: это было, в лучшем случае, дезориентирующе. Мами, в противовес, не казалась ошеломлённой. Не казалась и минимально удивлённой – она вела себя так, будто всё в полном порядке.              Да о чём здесь говорить – единственное, что её взволновало, так это судьба их кулинарного дуэта!              Озвучив столь животрепещущий вопрос, она наткнулась на странную реакцию. На лице блондинки мелькнуло недоумение; такое, будто Кёко снова сказала какую-то глупость.              А это было не так.              — Я… не совсем понимаю, о чём ты, — медленно произнесла та. — Канаме-сан объяснила мне, что происходит.              Кёко резко развернулась, сощурившись.              — Когда?              — …Может, неделю назад? — задумалась Мами, приложив палец к подбородку. — Я не помню точно, но тогда это имело мало смысла. Теперь, однако…              — Стоп! Ты помнишь, что происходило в этом мире раньше?!              — Это… само собой разумеется, не так ли? Богиня—              — Тогда какого чёрта я ничего не помню, а?! Мне не помешало бы немного воспоминаний утром!              Мами слегка растерялась.              — Я… не знаю.       Пара алых глаз резко сощурилась, с претензией посмотрев на небо.              — У меня, — бросила Кёко. — будут к кое-кому вопросы.