Qing Gu | Цин Гу | Любовный Яд

      – А-гэ, раз уж ты здесь, не уходи, у а-мэй в чаше хорошее вино!       Несколько девушек мяо смело преградили мне путь. Я присмотрелся, и ведущая их была очень знакомой… кто же ещё, если не А-Ли, наливавшая мне «Ланьмэнь цзю»?       Я не был уверен, что они имели в виду. То ли они пытались вовлечь туристов в общение, то ли у них были другие намерения?       Я остановился и замер, спокойно наблюдая за ней.       А-Ли была исключительно красива, даже Вэнь Линъюй, известная как «красавица факультета», бледнела в сравнении. Надетое на ней искусно вышитое платье Мяо добавляло дополнительную притягательность. Она также была смела и прямолинейна, шагнула вперёд и смотрела на меня непоколебимым взглядом, её взор струился подобно чистому роднику, поистине красота неописуемая.       Быть столь нежно обласканным взглядом такой прекрасной женщины: любой нормальный мужчина с трудом устоит, чтобы не дрогнуть.       Но я ранее слышал от Ань Пу, что у Мяо много правил, и если здесь навлечь на себя любовный долг, то выбраться из него будет очень сложно, возможно даже на всю жизнь.       Я прочистил горло и сказал:        – Мисс А-Ли...       – Давай! Здесь так весело!       – Топни! Топни ногой!       Я ещё не закончил говорить, как поблизости раздался взрыв сдержанного смеха. Оказалось, это Цю Лу тащила Сюй Цзыжуна и Вэнь Линъюй, вместе с несколькими другими туристами, спотыкаясь и топая ногами, прямо на нас.       Сцена мгновенно стала немного хаотичной.       Но я почувствовал странное облегчение.       Они налетели вперёд, смеясь, полностью отказавшись от царства традиций и превратив всё в игру. Парни топтали обувь девушек, а девушки теснились вместе, защищая друг друга. Они толкались и пихались, создавая шумный беспорядок.       Я чувствовал себя окружённым людьми, их буйный смех эхом разносился повсюду.       Внезапно кто-то толкнул, и Вэнь Линъюй, находившаяся неподалеку от меня, резко наклонилась вперёд. Потеряв равновесие, её тело неудержимо рванулось вперёд, на грани падения!       Я инстинктивно сделал несколько быстрых шагов и подхватил её.       Вэнь Линъюй всё ещё была потрясена, крепко сжимая мою руку. Спустя мгновение она, должно быть, обрела опору под ногами, но не отпустила руки. Вместо этого её рука соскользнула по моей руке вниз, до самого предплечья.       Было раннее лето, ещё не жарко, и на мне была тонкая белая рубашка. Её прикосновение, сквозь тонкую ткань, явственно достигло моей кожи, вызывая дрожь.       Я опустил голову, встретившись с полным ожидания взглядом Вэнь Линъюй.       – ...... – Я отнял руку и сказал: – Здесь слишком сумбурно. Пойдём на смотровую.       В глазах Вэнь Линъюй мелькнуло разочарование, но когда она подняла взгляд, на лице у неё уже играла улыбка.       – Хорошо.       Площадь была огромной и теперь кишмя кишела людьми. Я шёл впереди, а Вэнь Линъюй следовала за мной. Время от времени гуляки натыкались на меня, но я осторожно оберегал висевшую на шее камеру и уворачивался от них.       Наконец, дойдя до смотровой, я почувствовал, будто только что вышел из боя.       Вэнь Линъюй села рядом со мной. Пока она тихо наблюдала за весельем на площади, она повернулась ко мне, глубоко вздохнула и спросила:        – Ли Юйцзэ, ты сегодня много сфотографировал? Можно посмотреть?       Я кивнул, соглашаясь, но по какой-то причине вдруг подумал о молодом мяо, случайно попавшем в один из моих кадров.       Интересно, был ли он тоже на площади.       Это был просто случайный снимок, ничего предосудительного, так что я просто снял камеру с шеи, перевёл её в режим просмотра альбома и протянул Вэнь Линъюй.       Вэнь Линъюй с улыбкой взяла её, своими стройными белыми пальцами коснувшись моих, прежде чем быстро отдёрнуть.       – У тебя действительно хорошие навыки фотографии, ты почти профессиональный фотограф. – тихо сказала Вэнь Линъюй, не поднимая головы.       Любому было бы приятно услышать похвалу, и хотя я почувствовал гордость, всё же ответил:        – Ну так, сойдёт.       Вэнь Линъюй вдруг сказала:        – Когда мы вернёмся в университет, можешь сделать мне несколько портретов? Я как раз думала запланировать фотосессию, а тут подвернулся готовый фотограф.       Я замешкался, затем сказал:        – Посмотрим. Если будет время...       – А? – рука Вэнь Линъюй замерла при прокрутке, и моё сердце ёкнуло вместе с ней. Мой взгляд скользнул, приземлившись именно на тот случайный снимок. Она сказала: – Как ты умудрился снять прохожего? Ха-ха, Фотограф Ли, ты тоже ошибаешься!       Я поджал губы и усмехнулся.       – Удалить это за тебя? Наверное, испорченный кадр, да?       Говоря это, она подняла взгляд, ища моего согласия.       Я не мог найти причин для отказа. В конце концов, целью нашей поездки было исследование местных обычаев, и та фотография явно уклонялась от темы.       Я небрежно кивнул:        – Конечно.       Палец Вэнь Линъюй легко коснулся экрана.       [Удалить], [подтвердить удаление], [удалено].       Та фотография, которую я по необъяснимой причине не удалил сам, была так легко стёрта ею.       Во мне зашевелилось смутное чувство потери.       Что со мной было не так?       Вэнь Линъюй быстро закончила просмотр фотографий. Она вернула мне камеру, а затем её взгляд внезапно обострился, уставившись прямо на мои ноги.       Моё сердце наполнилось сомнением. Взяв камеру, я последовал за её взглядом...       Там, на моём правом белом кроссовке, была половина необычно чёткого отпечатка ноги!       Узор этого отпечатка явно не был похож на обычную подошву с заводской производственной линии. Это была очень красивая бабочка с расправленными крыльями, словно готовящаяся взлететь, и рядом, казалось, тоже были цветы, но отпечаток был не полным.       Моё сердце ёкнуло.       Когда это наступили? Я совсем не заметил. На площади только что был такой хаос, и бесчисленное множество людей прошло мимо меня. Это были и туристы, и мяо.       Возможно, кто-то случайно слегка наступил на мою ногу без всякого умысла.       Я не придал этому большого значения.       – Интересно, какая девушка тайно приглянулась тебе и оставила тебе знак, – сказала Вэнь Линъюй, сдерживая улыбку. – Кажется, ты довольно популярен. Та девушка, А-Ли, что приветствовала нас сегодня утром, тоже, кажется, влюблена в тебя. О! Она смотрит на тебя прямо сейчас!       Я инстинктивно посмотрел вниз и, конечно же, встретился взглядом с прекрасной девушкой мяо. Она не была ни застенчивой, ни раздражённой, что её обнаружили, вместо этого она смело и горячо подмигнула мне.       Я сказал:        – Мы здесь не для туризма или романтики. Чем скорее мы поможем профессору Е закончить сбор и систематизацию, тем скорее сможем вернуться в университет.       Услышав это, Вэнь Линъюй прикрыла рот и рассмеялась.       Я не удержался и спросил:        – Что смешного?       Вэнь Линъюй тихо сказала:        – Не зря говорят, что ты самый трудный "стальной прямолинейный мужик". Неужели в тебе абсолютно нет ни капли романтики?       – Кто "они"?       – Да все, – прошептала Вэнь Линъюй.       Я замолчал, и она тоже не стала больше говорить. Мы внезапно оказались в неловком молчании.       Не знаю, сколько времени прошло, я достал телефон и увидел, что уже почти девять часов. Цю Лу и Сюй Цзыжун всё ещё играли на площади. Цю Лу потеряла одну туфлю, когда на неё наступили, и она с недовольным видом держала свою ногу, а Сюй Цзыжун покорно надевал на неё туфлю, которую сам же и стоптал.       Только тогда до меня дошло, что я ещё не ужинал, и у меня в животе урчало от голода. Поскольку эти двое выглядели так, будто будут играть кто знает как долго, я тихо сказал Вэнь Линъюй:        – Может, вернёмся первыми? Они сами пойдут назад, когда наиграются.       Вэнь Линъюй мягко кивнула и встала, последовав за мной к выходу.       Вернувшись в гостевой дом, Вэнь Линъюй пошла в свою комнату, а я заказал у хозяина миску лапши. Хозяин был молодым человеком, очень энергичным. Он не только принёс мне лапшу, но и маленькое блюдо с белоснежной цыбой¹.       – Эта цыба домашнего приготовления, очень липкая и вкусная! Попробуй, а-гэ! ¹Цыба (糍粑) - традиционные лепёшки из клейкого риса, обычно подаются мягкими и липкими, иногда обжариваются. Распространены в кухнях южного Китая, в том числе у народности Мяо.       Его мандаринский был гораздо стандартнее, чем у Ань Пу, по крайней мере, он не путал порядок слов.       Я откусил кусочек, и правда было довольно вкусно. Я показал ему большой палец и начал болтать с хозяином.       – Хозяин, вы ведь не из Мяо, верно?       Хозяин выглядел удивлённым:        – А вы как догадались?       Я улыбнулся и сказал:        – Хотя на вас одежда Мяо, акцент звучит по-северному.       – Ай-йо! Брат, да ты что-то! Я думал, после стольких лет жизни здесь мой акцент пропал! – Хозяин, казалось, встретил земляка, он сел и тут же раскрылся, перечисляя все трудности, с которыми столкнулся в деревне Мяо за эти годы.       В последние годы, с ростом туризма, многие молодые люди планируют начать небольшой бизнес в полюбившихся местах, стремясь к неторопливой, размеренной жизни. Владелец гостевого дома приехал в деревню Мяо Дунцзян несколько лет назад и был так тронут красивыми пейзажами и тёплой культурой, что сразу же решил поселиться здесь на долгий срок.       – Хозяин, я бы хотел кое о чём спросить.       Выслушав меня, щедрый хозяин был практически готов называть меня братом. Едва я заговорил, он быстро хлопнул по столу, размахивая рукой, и сказал: – Брат, спрашивай, что нужно! Всё, что знает твой старший брат, я обязательно расскажу!       – Хозяин, мы студенты Яньчэнского университета, и мы приехали в деревню Мяо, чтобы исследовать и документировать народную культуру. В какой части этой деревни коммерциализация наименьшая? Где мы можем лучше всего прочувствовать местные обычаи и традиции?       – Яньчэнский университет, это здорово! Ведущее учреждение, умный парень, братан! – Глаза хозяина загорелись выражением "не суди о книге по обложке" на его лице.        Он продолжил:        – Ай, что касается коммерциализации, это понятно. Если они не будут развиваться, так и останутся бедными, а если будут, то интернет-критики скажу, что это место потеряло свою прелесть и стало как везде, трудно угодить всем! Но если вы действительно хотите понять истинные обычаи Мяо...       Хозяин заколебался, на его лице появилось противоречивое выражение, слова уже вертелись на кончике языка, но отказывались выходить.       Я поспешил поднажать:        – Что-то не так?       – Ничего, на самом деле, найти их должно быть не слишком сложно. – сказал хозяин.       Мне показалось странным, но я не стал настаивать дальше.       Закончив с едой, я вернулся в свою комнату. Было почти одиннадцать, а Цю Лу и Сюй Цзыжун всё ещё не вернулись.       Лёжа на мягкой кровати, я снова достал свою камеру.       Легко нажимая кнопку, я открыл интерфейс «Недавно удалённые». Да, моя камера могла сохранять недавно удалённые фотографии в течение некоторого времени, гарантируя, что важные не будут случайно потеряны.       Вскоре тот случайный снимок снова предстал перед моими глазами.       Как будто по какому-то странному импульсу, мой палец двинулся.       [Восстановить фото], [подтвердить восстановление].       Я не знаю, что на меня нашло, но в итоге я вернул эту фотографию обратно в свой альбом.       Возможно, её можно использовать как материал для изучения физических характеристик народа Мяо.       Так я сказал себе.