Последний путь

Город накрывал вечер, и последние лучи солнца скользили по ржавой крыше ангара, словно пытались на прощание согреть металл, уже успевший остыть за день. Ангел медленно шла к складу, сжимая в руке тот самый бланк с угловатым шифром вместо подписи. Бумага казалась обжигающе тяжелой. У склада, как всегда, толпился народ. Воздух гудел от разговоров, но сегодня Ангел слышала в этом гуле не просто усталость, а тревогу. Люди, получившие задания, не спорили, а тихо перешёптывались, поглядывая по сторонам. Она пробежалась глазами по списку, стараясь не думать о том, что каждая строчка в нём — это шаг в ту самую ловушку, из которой она сегодня должна вырваться. Вдруг, она заметила странную приписку после списка, сделанную мелким, убористым почерком внизу бланка, там, где она не заметила его сразу. «К экипажу 2-1 прикомандировать: механик-стажёр Коул, И.Р. (личный номер 734-B). Выдать имущество по норме №3». Сердце Ангел упало и разбилось где-то в пустоте под ногами. Количество снаряжения в списке — две аптечки, два ИРП — теперь обрело зловещий, двойной смысл. Это была не ошибка, а расчет на двоих. Вдалеке послышался голос Коула, он шёл сквозь толпу, пытаясь объяснить гаркающим женщинам, что его уже ждут. — Ангел... Тоже пришла за снарягой? Её сердце резко и болезненно сжалось. Обернувшись, она увидела Коула. В той же смешной шапке, с руками, испачканными машинным маслом. — Ты... как здесь оказался? — её голос прозвучал чуть хрипло. — Меня к складу вызвали. Старший сказал, я в твоём экипаже числюсь на завтра. Документы уже подали. – Немного погодя, он добавил, - Но я с тобой поеду, сказали, что нужно помочь с MTVr. Там в последний момент замену сделали… Вот так просто. Его судьбу решила строчка в её бланке, который она держала в руках. Даже спрашивать не стали. После получения пайка, странная парочка направилась в ангар. Там, в тени прохладного сырого помещения сидел пьяный покалеченный солдат. Ангел хмыкнула, это лицо было давно ей знакомо. После одного из задания, ему ранило ногу. Она так и не восстановилась, мужчине приходилось волочить её с собой при ходьбе, но уйти со службы он так и не решился. Стал помогать с электрикой и мелкими работами. Коул радостно поприветствовал калеку, видимо, они уже нашли общий язык. Что-то теплое и колючее одновременно шевельнулось у Ангел под ребром. «Нашел себе друга», — мелькнула мысль, и она тут же смахнула ее, как назойливую муху. Смахнув появившиеся эмоции, Ангел кивнула в сторону гостя и принялась за работу. Коул последовал её примеру, а солдат, явно довольный появлением собеседников, с видимым удовольствием устроился поудобнее на ящике. - Коул! А ты знаешь, что твоя наставница, наша милая Ангел не так проста, как кажется? Думаешь, зря ее так все зовут? Парень заинтересованно подошел к мужчине, уселся на корточки рядом. В голове Ангел промелькнуло раздражение. «Опять двадцать пять… Нашел время для сказок». Она демонстративно отвернулась, делая вид, что с упоением проверяет давление в шинах. - Я не знаю... Я думал, это просто позывной. - Он с горящими глазами ждал начало истории. Его грязные пальцы вертели гайку, а лохматые волосы лезли в глаза. - Позывной... Это тебе не позывной, это звание. Звание, которое кровью пишется. Было это, черт, года полтора назад. Первая большая зачистка за периметром. Наш отряд попал в засаду в этих проклятых улиц. Холод, темнота, а они... они лезут из каждой щели. Он замолкает, его взгляд становится отсутствующим, он снова там. - Командира нашего разорвало пополам. Связь мертвая. Остались мы, горстка раненых, прижатые к стене. Кончаются патроны... Уже слышишь их этот... шепоток голодный. Уже думаешь, что всё. Прощайся с белым светом. Коул замирает, не дыша. - И тут... В конце улицы, такой грохот, будто сам Господь на танке приехал. Металлический забор падает, и оттуда, в облаке пыли, врывается она. Наша Энджи. За рулем бронированного «Хамви», но она влетела так, будто и правда на колеснице. Лицо в саже, глаза... Глаза, как у загнанного волка. И орет на нас: «Живые там еще, или я зря рисковала?!» - Она в одиночку пробилась через полгорода, чтобы нас вытащить? - не веря своим ушам, переспрашивает Коул. - В одиночку? - старый служака хрипло смеется. - Она нас, восьмерых раненых, погрузила в тот грузовик, что пригнала, и повела обратно. Вывезла всех. Всех, черт побери! С того дня ее «Ангелом» и кличут. Только не смейся... Ангелом Смерти. Для них — смерть, для нас — спасение. Так что уважай, пацан, когда она тебе что-то говорит. Ангел с силой дернула трос ручного тормоза, заглушая старый лязг. Ей не хотелось это слышать. Никогда не хотелось. И ведь не объяснишь ребенку что была поддержка с воздуха, что за такие выкрутасы никто по головке не погладил, осталось только дурацкое прозвище, которое напоминало о её старой жизни. Но даже «Ангел Смерти» раздражал ее меньше, чем то имя, что осталось там, в прошлом. Энджи. Напоминание о старом мире. О старой жизни. Выдохнув, она отбросила мысли. Незачем трепать себе нервы. Сегодня вечером явно предстоит визит в бар. Один, а лучше — два пива должны были помочь забыть. И о глупых легендах, и о дурацком имени, и о завтрашнем выезде в пятый сектор. Бар встретил её знакомой стеной шума, пропахшей дешёвым табаком, потом и остывшим пивом. Она нашла свободный столик в углу и уткнулась в бокал с горьковатой жидкостью. Мысли упрямо возвращались к завтрашнему дню, к пятому сектору, к юному лицу Коула, но их поток прервал сдавленный спор за соседним столиком. - Да ну, брешешь, старый пес! - повышал голос один. Какой-то рядовой рабочий стройки. - Я тебе серьёзно, присягаю! - размахивал руками его бородатый собутыльник, видимо приезжий - При мне салага с прокушенной рукой хлестал водку, и следы заражения отошли! Правда, всего на несколько часов... Но факт! Может, алкоголь только... Собеседник грубо перебил его, переведя разговор на сплетни о начальстве. Но семя было брошено. «Бурбон, - мысленно поправила она, вспомнив бутылку, припрятанную в тумбочке. - Он крепче». Повезло, что она прикупила его на подвальном рынке после последней получки. Она допила осадок и направилась к выходу. Комната встретила её несменным щебетанием девушек. Обсуждения вертелись вокруг отряда лейтенанта. Никто не заметил возращения Ангел. Но это было ей на руку, ведь внимание ей сейчас нужно меньше всего. Она неспешно собирала рюкзак, вычерчивала едва заметные линии на карте, краем уха ловя обрывки сплетен о Гоусте. «Даже тут этот призрак», - с горькой усмешкой подумала она. Сегодня и ей самой казалось, что она призрак. Или смертник. Какая, в сущности, разница? Когда в комнате воцарилась тишина, она сидела у форточки, смоля сигарету. В голове вертелась отметка на карте. Небольшой городок в горах. Огромное озеро, которое окружал скалистый хребет. Удивительное местоположение - ходили слухи, что зараза не прижилась в холодном климате, а от зараженных защищал природный щит в виде озера и гор. Те немногие, которые отправлялись туда, уже не возвращались, либо там было очень хорошо, либо возвращаться было уже некому. «Сандаун-Коув» - Она произнесла это, пытаясь распробовать название города на вкус. Сигарета обожгла пальцы, окурок выпал из ладони, оставляя обугленную дырку на штанах. Она быстро подняла его, и потушив его, легла в постель. Сон решительно не шел. Всю ночь её бил озноб, который сменялся жаром. Кажется, где-то в далеке выли собаки. Она не могла избавиться от ощущения, что что-то забыла, но в голову не приходило ни одной мысли. Она проснулась за час до вылазки. Нужно успеть погрузить вещи в кабину и взять что-то перекусить. Она кралась как вор, пытаясь как можно быстрее добраться до своего «Пятитонника». Коридоры сменились лестницами, а лестницы холодной улицей. Она шла вся взлохмаченная, в криво застегнутой рубашке. Завернув за угол, она врезалась в высокую, негнущуюся фигуру. Тело сковал липкий и холодный страх. Приложив немалые усилия, она взглянула на лицо утреннего гуляки. Это был Он. Ей захотелось провалиться под землю. - Уже на ногах?.. - в его приглушенном маской голосе послышалась усталая усмешка. - Похвально. В лицо ударил запах - резкий табак, дешевое мыло и химическая острота антисептика. «Он вообще человек?», - пронеслось в голове. От других солдат пахло потом, пылью и дешевым одеколоном. А он… он словно стер собственный запах, оставив лишь стерильность. Это пугало больше, чем вонь пороха и крови. Ангел решила как можно скорее закончить разговор. - Нужно проверить оборудование… - выдохнула она, отступая на шаг и стараясь заслонить рюкзак. Девушка пыталась казаться спокойной, но сквозь прорези маски на нее давили два немигающих глаза. «Пиздец...» — её план рушился на старте. Но, видимо, у лейтенанта сегодня было полно своих забот. - Не забудь взять респиратор. – бросил он коротко и так же резко растворился в дверях ближайшего здания. Кажется, этот опасный разговор помог вспомнить о том, что именно она забыла взять прошлой ночью. Времени было достаточно. «Слишком много стресса…» - но спокойствия в ее расписании не значилось еще очень долго. Она знала это. Собрав волю в кулак, она резко зашагала к ангару, к своему грузовику, к свободе.