Падшие

Мацуока-старший медленно убрал доски с дороги и скрылся в тени чайных деревьев. Ночь окутала плантации, и рабочие Песка улеглись на первую ночёвку. Между бараками горели костры, у которых дежурили добровольцы, где-то слышались тихие разговоры и разные шорохи. Отец абсолютно бесшумно наблюдал за этой мирной картиной, ловя малейшие колебания чакры и подозрительные движения. Сзади послышался треск веток, и отец резко обернулся: - Ты непозволительно громко себя ведёшь, Якиро. - Я специально хрустнул, чтобы ты не подскочил...- прошептал Якиро, осторожно подходя ближе. - Так я тебе и поверил, сынок, - усмехнулся папа. - Уже обошёл западную часть? - Да, все чисто, - кивнул Якиро, устраиваясь во мраке и заглушая свою чакру. - Как сегодня прошло заселение? Они не рыпались при виде домиков? - спросил Мацуока-старший, кивнув в сторону поселенцев. - Лиа сказала, что чуть-чуть поворчали, но затем устроились, как миленькие. Она им просто ставку озвучила... - Вот оно как, - прошептал отец, прищуриваясь. - Посмотрим, как они поведут себя завтра, когда к концу дня у них будут отваливаться руки. - Они сами на это согласились. Их сюда не гнали - они просто заключили контракт, - рассудительно произнёс Якиро. - Что, ты тоже думаешь, что тяжёлая их ждёт работёнка? - отец все-таки уловил нотки сомнений в тоне сына. - Но ты говоришь правильно - они приехали сюда добровольно. И у нас с тобой долг другой. - Долг другой, - медленно кивнул Якиро, вглядываясь в темноту. Некоторое время они молчали, и затем Якиро поднялся, бесшумно отходя в сторону: - Пойду проверю восточные направления, чувствую там какую-то чакру... - Постой. Отец вдруг резко выпрямился, и лицо его в миг стало серьёзным. - Что такое, пап? - Якиро удивленно поднял брови. - Ты чувствуешь? - Чувствую что? Якиро недоуменно завертел головой, стараясь понять, о чем говорит отец. Он чувствовал маленькие сполохи чакры от поселенцев Песка, такие же далёкие капли энергии слуг во владениях Даймё, которые возвышались над плантациями. - Чакра Цумуги. Она дрожит, - прошептал отец, хватаясь за катану. - Мама...И правда, что-то не то... Теперь и Якиро уловил смутные сполохи чакры мамы. Она была далеко, во владениях, но теперь ощущалась не привычно перманентно, а обрывисто, смято. - Я пойду проверю, что с ней, - отец вытащил свою катану из ножен, лезвие блестнуло при свете луны. - Я быстро, но ты будь на связи. Мало ли что... - Хорошо, отец. Мацуока-старший бесшумно исчез, будто никогда здесь и не стоял. Его чакра понеслась к владениям Даймё. Якиро тревожно вытащил кунай из кармана, сжимая его в руке. ×××××××× По лицу Цумуги градом катились слёзы, её волосы и шёлковые простыни под ней были пропитаны влагой. Губы потрескались и приоткрылись, изо рта вырывался лишь почти бесшумный хрип. Безвольной куклой она лежала на огромной кровати, мягкая простынь холодила и натирала голую кожу. Ясухиро-доно навалился на неё сверху, его пальцы крепко держали её обнажённые ноги, с которых он стянул одежду. Он оставил на ней лишь её платье-ципао, которое бесстыдно и некрасиво задралось к верху, больше не способное скрыть её тело. "Ками-сама...любимый...помогите мне...кто-нибудь...за что это все со мной..." - её сознание рвало от эмоций: гнев, ярость, чудовищная боль и отвращение перемешались, превращаясь в ком. Но наружу смогли выйти только слёзы. Цумуги пыталась вырваться, но тело просто не слушалось - вся чакра была скомкана и заперта где-то в солнечном сплетении. Её тело превратилось в сплошной комок нервов, и каждое прикосновение Ясухиро токовым разрядом проходило по ней. - Я долго хранил ей верность даже после её смерти...- горячий шепот аристократа обдавал её лицо, Цумуги в который раз попыталась отвернуться, спрятаться, но мышцы и не думали сокращаться. Она была совершенно беспомощна. - Я даже не могу просто находиться с тобой рядом, Цумуги, ты кружишь мне голову... Ясухиро наклонился, и его губы прижались к её губам. Он целовал требовательно и рвано, будто высасывая из неё все соки, его тяжёлое дыхание мешалось с её хрипом. - Ты даже не вспомнишь эту ночь. Я знаю технику, которая сотрёт это из твоих воспоминаний. Ты будешь продолжать жить счастливо со своей семьёй, и я больше никогда не посмею дотронуться до тебя...- Ясухиро оторвался от неё, его пальцы скользили по её телу, сжимая кожу. Его рука потянулась к поясу кимоно. Из глаз Цумуги брызнули слёзы, все её лицо было солёным. Она не могла двигаться, не могла дышать полной грудью, не могла ничего. Она даже не могла зажмуриться, чтобы не видеть самый страшный свой кошмар. "Любимый...Якиро...Лиа...кто-нибудь..." Аристократ прижал её безвольное тело к себе, и внизу её живота вспыхнула острая боль, отдающая во всем теле. Он держал её крепко, будто бы она имела возможность шевельнуть хоть пальцем. "Я убью тебя за это, Ясухиро. Я этого не прощу..." Даймё надрывисто дышал, его волосы растрепались, а лицо скривилось в отвратильно похотливой гримасе. Он закусил губу, на его лбу выступили капельки пота. Цумуги было очень больно. Не столько физически, сколько в душе. И в сердце. Она никогда не чувствовала себя такой отвратительной, такой грязной. Такой использованной. "Я поклялась вам в верности...я всегда была рядом, подставляя свое плечо...Я исполняла свой долг, рискуя жизнью ради вас - и заслуживаю вот этого? Ради чего тогда все это?! Ради чего?! РАДИ ЧЕГО?! Ясухиро вновь впился поцелуем в её и без того искусаные губы, щупая и сминая её талию и бёдра. Цумуги смогла выдавить из себя хрип, от чего Даймё на мгновение замер: - Никогда не видел, как ты плачешь...- прошептал он, заглядывая ей в глаза с таким выражением, будто то, что он делал сейчас с ней - было совершенно нормально, привычно для него. Будто он просто пришёл и взял своё - как и хотел. Как он делал всегда. За окном раздался отрывистый звук рассекаемого воздуха, и бумажное сёдзи просто влетело в покои аристократа. Деревянные обломки стены разметались щепками, и в пыли резко появилась высокая тёмная фигура. - Что здесь... Кромешный мрак комнаты прорезал отрывистый и хриплый голос Мацуока-старшего. Он даже не смог закончить вопрос - картина, представшая перед его глазами, лишила его дара речи: массивное мужское тело в роскошных одеждах навалилось на его жену, ноги которой были абсолютно обнажены. Он понял все мгновенно: - ЦУМУГИ!!!! Ясухиро дёрнулся, оборачиваясь через плечо, продолжая держать Цумуги за ноги. Мацуока резко замахнулся катаной, его движения смазались в пространстве, вспыхнула чакра, и он яростно заорал: - Техника Воды: Водный клинок! С его катаны сорвалась тончайшая водяная струя, на огромной скорости превращаясь в острейшее лезвие. Вода влетела в спину Даймё, и кимоно на его спине лопнуло, рваные лоскуты разлетелись во все стороны, кровь брызнула на кровать. - Ааааааа! Ясухиро заорал, пытаясь ухватиться за спину, пока Мацуока подскочил к нему и выдернул тело Цумуги из под него. Прижимая жену к себе, Мацуока отпрыгнул на безопасное расстояние, поднимая катану: - Так это и правда вы, Ясухиро-доно... Его подрагивающий тон был страшен. В нем перемешалась боль, осознание и просто нечеловеческое бешенство. Он изо всех сил пытался спрятать Цумуги в своих объятиях, его руки тряслись, он даже не мог опустить голову и прямо посмотреть на неё - глаза его застилала ярость. Он чувствовал, как тело Цумуги обмякло в его руках, будто он держал тряпичную куклу, а не живого человека. Костяшки его пальцев побелели от напряжения, вся кровь отхлынула от лица. Ясухиро наконец-то встал с кровати. С его спины стекали струйки крови, алыми каплями размазываясь по шелку и бархату, но он не обращал на них внимания, будто не ему только что рассекли спину. - Вот зачем ты полез, Мацуока? - горько прошептал он, засучая рукава кимоно. Его лицо скривилось, губы сжались в тонкую полоску. - Ты оставил свой пост? - Зачем я полез? - неверяще прошипел Мацуока, во все глаза уставившись на Ясухиро. - Ты с ума сошёл, сволочь?! Это моя жена!!! Лицо Ясухиро приняло очень странное выражение: он тяжело вздохнул, глядя на своего стража и безвольное тело его жены в его руках. В почти кромешной темноте он выглядел...сожалеющим. В коридоре раздался шум и возня, и посреди комнаты появилась ещё одна фигура. - Что за шум, отец?! Ясухиро неожиданно дёрнулся, хватаясь за свое кимоно: - Хитоши, только не... Хитоши Ясухиро кинул взгляд на своего отца, на его порваное кимоно в пятнах крови, а затем медленно повернул голову к Мацуока-старшему. - Сукин ты сын, - прорычал Хитоши, и его чакра вспыхнула удушающе. В этот момент он заметил тело Цумуги, на которой почти не было одежды. Его глаза широко раскрылись. - Я так и думал, что ты просто обыкновенная потаскуха... - Хитоши, нет! Ясухиро подался вперёд к сыну, но было поздно: Хитоши бросил перед собой несколько сюрикенов, делая молниеносный выпад и складывая печать: - Стихия Огня: Кара! Все произошло мгновенно: вокруг пальца Хитоши сконцентрировалась огненная вспышка, заливая светом всю комнату, и сорвалась, с оглушающим хлопком выстрелив прямо в Мацуока. Шиноби немыслимо увернулся от сюрикенов, удерживая Цумуги на руках, и резво отбил огненный залп катаной. Искры огня вспыхнули по всей комнате, деревянные стены сразу же занялись огнём. - Я не верю своим глазам, Ясухиро... - тихо сказал Мацуока, стискивая зубы. - Мы несли свой долг перед вами. Мы не требовали благодарности. Но это... - он опустил взгляд на свою жену. Цумуги тихо захрипела в его руках, от чего лицо Мацуока исказилось болью. - Рот свой закрой, чернь, - отрезал Хитоши. Он повернулся к отцу: - Эти ничтожества посмели поднять на тебя руку, отец. Я поставлю их на место. - Хитоши, постой... - Даймё шагнул к сыну, кладя руку ему на плечо. Деревянные стены продолжали разгораться, вокруг повалил дым, из коридоров резиденции послышались крики и беготня слуг. - Это я взял её...силой. - Не неси чушь, отец, - отмахнулся Хитоши, стряхивая его руку. - Сучка спровоцировала тебя и раздвинула ноги - а теперь её муженёк ищет мести... Лезвие катаны рассекло воздух в миллиметре от лица аристократа, но Хитоши успел уклониться, толкая отца себе за спину. Перед глазами мелькнуло белое лицо Мацуока, на котором не осталось ничего, кроме гнева и горечи. Затем шиноби отпрыгнул назад, удерживая тело своей жены на руках. - Я приду за тобой, Ясухиро. И сотворю с тобой нечто более страшное, чем то, что ты сделал с моей женой, - исподлобья глядя на аристокатов, тихо произнёс Мацуока. Он уже развернулся, намереваясь скрыться в технике, но Хитоши успел сложить печать: - Стихия Огня: Стена чакры! Вокруг комнаты поднялся огненный барьер, отсекая все пути назад. Мацуока замер посреди покоев, стены которых разгорались все сильнее. В лица бил жар, яркие сполохи бросали блики на пол, а темнеющий дым постепенно заволакивал все пространство. - Никуда ты не пойдёшь, чернь, - Хитоши встал прямо посередине комнаты, доставая ещё один кунай из рукавов. - Ты нанёс оскорбление и ранил представителя аристократии, который даровал твоей семье дом. Сейчас ты понесёшь наказание. - Вот как... - Мацуока крепче прижал Цумуги к себе, выставляя лезвие катаны вперёд. Он мельком оглядел барьер и горько усмехнулся. - Из этого барьера можно выйти, только если убить владельца? Значит, так тому и быть. Я вам этого не прощу. Я убью тебя, Хитоши, а затем и твоего отца. Ясухиро, стоящий за спиной сына, лишь усмехнулся, отмахиваясь от дыма. Он сложил печать, и рваная рана на его спине затянулась. - Кажется, твой отпрыск тоже скоро будет здесь, - тихо сказал Даймё, но его глаза невольно остановились на Цумуги. Она так и не смогла сделать ни единого движения, бессильно наблюдая за чудовищным развитием событий. - Пустим Якиро-куна? - хихикнул Хитоши. - Чтобы твои шансы хоть чуть-чуть повысились. - Якиро... Барьер на мгновение вспыхнул ещё ярче, и в комнате чёрным сполохом появился Якиро Мацуока с кунаем наготове. - Что здесь происходит, пап? - отрывисто спросил парнишка. - Я почувствовал твою чакру, затем был взрыв, затем пожар, я... Якиро осёкся. Он посмотрел на отца, в руках которого обвисла мама. Одежды на её ногах не было. Глаза Якиро полезли на лоб, дыхание перехватило, а руки сжались в кулаки. Он понял все сразу. Они все замерли в центре барьера. Огонь уже во всю бушевал вокруг, но стена чакры не пропускала большую часть дыма и основой жар. С улицы и за стенами покоев слышались крики и топот ног, кто-то звал на помощь. Но они молчали. На одной стороне замерли два аристократа в шелковых кимоно - отец и сын. На другой стороне приготовились к бою шиноби - тоже семья, тоже сын и отец, держащий на руках свою жену. - Нападайте. Напоследок покажете, какой уровень защиты у нас все это время был... Мацуока-старший сорвался первым - наотмашь нанося удар катаной. Хитоши уклонился, встречая его удар кунаем. С другой стороны на него налетел Якиро: - Стихия Воды: Глубинные путы! На аристократов обрушился мощнейший поток воды, выбивая пол из под ног. Здание затрещало, по тёмным доскам побежали трещины, комнату заволок густой обжигающий пар. Мацуока скрылись из виду, перегруппировываясь. - Будь осторожен, Якиро. Этот ублюдок силён...- бросил отец. Якиро хотел кивнуть, но тут же резко отпрыгнул назад: мимо его лица пролетели огненные пули Хитоши. - Стихия Огня: Залп! Мацуока прыгнули в разные стороны. Вспыхнула чакра, и пространство рассеклось тысячами маленьких искр, летящими на огромной скорости, как пулемётная очередь. Искры впились в барьер и отозвались крошечными взрывами. Здание пошатнулось, и пар от водной техники начал рассеиваться. Хитоши стоял в самом центре покоев, держа перед собой вытянутый указательный палец. Якиро прыгнул на него, и два куная столкнулись со звонким скрежетом. Якиро и Хитоши сошлись в тайдзюцу: удар ладонью, блок, пинок под дых, поворот и удар ногой, короткий прыжок, и снова удар, удар, удар за ударом. Мацуока-старший на миг замер. Цумуги в его руках тихо выдохнула, её тело дрожало. "Потерпи, любимая, мы справимся, и я заберу тебя отсюда. Прости, что я не оказался рядом..." Отец поднял голову и переместился в технике, оказываясь над головой Ясухиро, который все это время оставался в тени своего сына. Катана понеслась тому прямо в лицо, но Даймё отпрыгнул назад, врезаясь в огненный барьер. Мацуока-старший крепче ухватился за рукоять своего меча и пошёл прямо на Ясухиро. Его тень на полу вытянулась, огонь за плечами вспыхнул особенно ярко, и в этот момент он казался настоящим чудовищем. Он сделал тяжёлый выпад к Ясухиро, занося катану над головой, но в этот момент путь ему преградил Хитоши. Он отбросил Якиро в сторону, сбивая того с ног, и вытянул указательный палец прямо в грудь Мацуока: - Стихия Огня: Залп! "Я успею уклониться" - пронеслась мысль в голове отца, он уже напрягал тело, чакра уже понеслась по каналам, чтобы бесследно исчезнуть из под удара. Но внезапно до его ушей донёсся въедливый шепот: - Техника подчинения: Стальные Оковы... Тело Мацуока окоченело, превращаясь в камень. Чакра в один миг сбилась и стянулась в одну точку под рёбрами. Время будто замедлилось, Мацуока лишь успел почувствовать, как тело его любимой валится из его ладоней. Вспыхнул яркий свет, свист пронзил воздух, и огненная искра прошла его грудную клетку насквозь.