Fallout: Новая Надежда

*Бип. Бип. Бип.* Будильник настойчиво пикал, пока Ник не открывая глаз, ткнул в него пальцем и звук наконец стих. Он вздохнул и перевернулся на спину, уставившись в потолок. На несколько секунд наступила тишина — счастливая, теплая, обволакивающая. На некоторое время он так и остался лежать, осматривая потолок своей комнаты. Металл. Заклёпки. Узоры ржавчины, которые он знал почти наизусть. Вон та точка — похожа на кривую птичку. А рядом — будто бы цифра 8. Он часто считал их, когда не мог уснуть. Парень зевнул и немного приподнялся на кровати. Дальний гул трубы водоснабжения вместе с шумом вентиляции заполняли комнату, а в воздухе пахло чем-то между пластиком, старым кафелем и тем самым едва уловимым "убежищным" запахом — смесью фильтров, металла и времени. Ник знал этот запах с рождения. Он встал окончательно, бросил одеяло на кровать, натянул свой комбинезон и, быстро зашнуровав ботинки, окинул взглядом комнату в которой провёл все свои 9 лет жизни. Небольшое, аккуратное пространство, которое он знал до последнего винтика. Стенки комнаты были узкие, крашеные в тот самый цвет, который никто не мог точно назвать — ни синий, ни серый, ни жёлтый, Ник же называл его просто "цветом 101". Книжная полка, утыканная распечатками учебников и старыми журналами «Наука для всех» и «Починка электроники». Металлический стул у такого же металлического стола. На столе — радиоконструктор, который он никак не мог починить: сигнал постоянно сбивался, а техник Стэнли, что подарил ему этот набор на последнее день рождение, в шутку говорил, что антенна ловит только "эхо старого мира". Он подошёл к нему и провёл пальцем по корпусу, смахнув мелкую пыль. Микросхемы, провода, клеммы — вся эта внутренняя логика приборов всегда казалась Нику интересной. Он любил разбирать приборы, только чтобы понять, как они устроены, правда порой в силу своего возраста, не мог собрать их обратно. Парень с ранних лет увлекался не только физической стороной механизмов, но и тем, что было "внутри" — в программах и коде. Ему нравилось это чувство, узнавать как устроены уровни доступа, как работает система безопасности, что скрыто за паролями — будто он заглядывает за кулисы мира и узнаёт то, чего не должен знать посторонний. — Николас! — донеслось из-за стены. — Надеюсь, ты не снова просто отключил будильник и перевернулся на другой бок! Голос был хрипловатым и грозным, но привычным и таким домашним. Это был отец Ника — Ричард Тейлор. — Уже встал! — крикнул парень в ответ. Он перевёл взгляд обратно на стол и посмотрел на фотографию, стоявшую в рамке. На снимке — двое детей. Мальчик с светлыми волосами, голубыми глазами и застенчивой улыбкой и девочка с хитрым, почти дерзким взглядом и такой же улыбкой, в защитных очках и шлеме, надетом набекрень, будто она всерьёз собиралась отправиться на экспедицию в ядерный реактор. Девочка на фото — Кэтрин Хоуп, его лучшая подруга. Пусть они и были полными противоположностями: она — яркая, смелая и решительная, с ярко выраженными лидерскими качествами и готовностью принимать новые вызовы, а он — рассудительный и терпеливый, умеющий внимательно слушать и обдумывать шаги, но как ни странно, это работало. Плюс всегда тянется к минусу, и между ними с детства тянулась эта невидимая, прочная связь, которую не объяснишь логикой или здравым смыслом. Ник легко коснулся фотографии, посмотрел на электронные часы, стоявшие на всё том же металлическом столе, которые показывали сегодняшнюю дату: 13.07.2268, 07:47. Он знал, как сильно она ждала этого дня. Сегодня Кэтрин исполнялось десять лет. Возраст, который в Убежище означал не просто праздник — это был первый шаг в мир взрослых. Пип-Бой. Персональный информационный процессор, который носят на запястье. По сути — твой второй мозг, только в корпусе из старого, добротного металла. Работает от ядерной батареи, почти вечный. Устройство, которое надеваешь один раз, и на всю жизнь. Его не теряют. Не выбрасывают. Он всегда с тобой и всегда на твоей стороне. В нём всё, что нужно жителю Убежища: карта, журнал, состояние здоровья, данные по снаряжению. Он не просто показывает цифры и данные — он знает, где ты, в каком ты состоянии, что у тебя с собой и что происходит вокруг. Его можно подключить к любой электронной системе, читать сообщения, воспроизводить голозаписи и слушать радио, даже отслеживать уровень радиации или использовать как фонарик. Ник усмехнулся: "Теперь она точно будет тыкать этим в нос каждый раз: "Я старше, мне можно", "Ты же ещё даже без Пип-Боя", "Не трогай, это для взрослых". Ох… начнётся." Парень покачал головой — день только начинался. Сегодня он с Аматой, по договорённости с Джеймсом и Стэнли, собирались устроить для именинницы сюрприз: небольшую вечеринку в столовой. Он быстро пригладил волосы назад и вышел из своей комнаты, войдя в помещение, которое в их семье условно называли "кухней". На деле это была просто комната с деревянным столом, несколькими стульями, холодильником и старой плитой — одной из тех, что когда-то списали из столовой за неисправность. Стэнли в своё время её починил, но агрегат работал нестабильно: то слабо нагревал, то вдруг начинал перегреваться и грозился устроить короткое замыкание. Тем не менее, для простых завтраков или разогрева пищи она годилась. Там уже пахло чем-то жареным и чуть-чуть горелым, судя по всему, плита снова выдала один из своих сюрпризов. У плиты стояла Агнес Тейлор, осторожно переворачивая что-то на раскалённой сковороде, тихо напевая себе под нос. Её светлые волосы, с примесью серебра, были аккуратно собраны в низкий пучок, из которого у висков выбивались несколько тонких прядей. Лицо — с чёткими чертами, лёгким румянцем и несколькими морщинками вокруг глаз и рта — сохраняло уверенную выразительность женщины, прошедшей через многое. Она всегда держалась прямо, как настоящая солдатка, но движения у неё были плавные, почти домашние. На ней был стандартный комбинезон убежища, поверх которого был накинут простой фартук — скромная, но необходимая деталь для работы на кухне. Перед выходом на дежурство в столовую, она аккуратно готовила завтрак, пользуясь разрешением выносить с кухни некоторые ингредиенты для личного использования — маленькое послабление в строгих буднях убежища. — Доброе утро, спящий красавец, — сказала она, не оборачиваясь. — Мы уж думали, что придётся будить тебя силой. — Я сам встал, — пробормотал парень, садясь за металлический стол и подперев щёку рукой. За столом сидел Ричард — крепко сложенный мужчина немного за сорок, с чётко очерченными чертами лица и аккуратно подстриженной тёмно-русой щетиной, в которой уже пробивалась седина. Несмотря на это, в нём чувствовалась выносливая энергия человека, привыкшего к дисциплине. Над внимательными, слегка прищуренными глазами нависали густые брови, а у переносицы пролегли морщины — след долгих лет службы и сосредоточенной работы. Даже сидя за завтраком, он выглядел так, будто готов вскочить по тревоге. Его взгляд, даже когда он просто пил кофе, оставался сосредоточенным и внимательным — словно он всё ещё находился на дежурстве. На нём была стандартная броня охраны Убежища 101 — прочный, немного поцарапанный жилет с эмблемой, говорящей о долге и ответственности. Ричард не позволял себе расслабляться, его осанка и серьёзный вид говорили о человеке, привыкшем держать оборону даже в минуты покоя. — Конечно, сам, — хмыкнул он, отрываясь от своей кружки. — Унюхал завтрак и понял, что если не встанет — батя съест его порцию. — Очень смешно, Рич, — бросила Агнес через плечо. — Я готовлю на всех и с запасом, так что просто попроси добавки. Она поставила перед сыном тарелку. На ней лежали ломтики слегка подгоревшего биобекона — синтетического продукта, созданного в лаборатории, чтобы заменить мясо в условиях убежища, и немного картофельного пюре, сделанного из урожая с гидропонных ферм. — Сегодня у нас праздник, — сказала она, улыбнувшись. — Кэтрин получает свой Пип-Бой. Десять лет — это серьёзно. — Она теперь вечно будет мне это напоминать, — вздохнул Ник, ковыряя вилкой завтрак. — И что она старше на целый месяц, и что уже может получать рабочие задания, и вообще… Ричард, не меняя выражения лица, сделал глоток кофе и сказал: — Это часть взросления, Ник. Она учится брать на себя ответственность, а ты уже показал, что умеешь помогать — и Стэнли с Пип-Боем, и Джеймсу с сюрпризом. Важно не то, кто старше, а то, что вы двое учитесь быть командой. — Ну… как “помогал”.  Джеймсу нужна была лишь одна небольшая пружинка — буркнул парень. — А Стэнли в основном всё работу сделал сам, я же лишь наблюдал. — Наблюдать — тоже важно, — заметила Агнес, опускаясь за стол рядом. — В некоторых делах важнее уметь ждать и видеть, чем быстро действовать. У меня была работа, где это решало многое. — Значит, не всегда надо быть первым? — уточнил Ник. Женщина улыбнулась, но в её глазах мелькнула тень воспоминаний. — Именно. Иногда лучше сделать шаг назад и понять, что происходит вокруг. Это приходит с опытом — и временем. Ник задумчиво покрутил вилку в руках. — Интересно… А на какой работе ты этому научилась? Агнес на мгновение замялась, взглянула на Ричарда, тот слегка помотал головой, и она мягко ответила: — Это было давно. Сейчас главное — чтобы ты поел и был готов к празднику. — Нужно проверить проигрыватель и убедиться, что динамики не начнут играть гимн Vault-Tec вместо «С днём рождения тебя», — сказал Ричард, отставляя кружку. — Или не взорвутся, как в прошлый раз? — заметила Агнес невинным тоном. — Один раз! Один! — поднял палец Ник. — И то это была перегрузка на аудиолинии, а не моя вина. Хотя… может, и моя. Но Стэнли сказал, что питание прыгнуло из-за перегрузки усилителя. А динамики… ну, они просто не выдержали. — Как позавтракаешь, иди в столовую, Стэнли уже ждёт там, — сказал Ричард. — Поможешь ему всё организовать. — Обязательно! У меня как раз есть парочка свежих идей, — уверенно ответил Ник с хитрым прищуром в глазах. Агнес рассмеялась: — Настоящий Тейлор. Хитрость — оружие разведки. — И безопасности, — добавил Ричард. — А теперь марш доедать. После завтрака у тебя будет много работы. Мальчик доел бекон, вскочил с наигранной серьёзностью и отдал салют: — Так точно, товарищ старший по безопасности! Мужчина кивнул с довольной усмешкой. — Вот это мой пацан. Ник схватил со стола салфетку, вытер руки и, не теряя времени, направился к выходу. Выйдя в коридор, дверь за его спиной закрылась с привычным глухим щелчком и он уверенно направился в столовую, где будет проводиться вечеринка. Путь до столовой он знал как свои пять пальцев — всё же Убежище не отличалось просторами. Вскоре он дошёл до нужной двери, открыл её и заглянул внутрь. Столовая была пуста, если не считать высокого лысого человека в синем комбинезоне — на нём были следы масла и пыли. Стэнли Армстронг, инженер и по совместительству главный по всем «техническим катастрофам» убежища, стоял у проигрывателя, держа в одной руке отвёртку, а в другой — какой-то старый, но тщательно почищенный динамик. — А, вот и мой подмастерье, — сказал он, не оборачиваясь, но явно услышав шаги. — Явился, как по расписанию, — усмехнулся Ник и подошёл ближе. — Всё готово? — Почти, — Стэнли указал на стол. — Вон там панель, её надо будет закрыть после подключения. Но сперва проверим — играет ли этот чёртов ящик хоть что-то, кроме гимна Vault-Tec. Музыкальный автомат выглядел как реликвия прошлого века — массивный корпус из потёртого металла и пластика с закруглёнными формами, словно сошёл с афиши старого ретрофильма. Его центральная панель, сейчас лежавшая на столе, несла на себе ржавую решётку динамика и блок кнопок, над которыми находились не горящие красные огоньки. — Подключение идёт от второго канала, верно? — уточнил парень. — Верно. И не трогай вот этот шнур, — техник указал на витой провод. — Он держится на честном слове и запасе молитв. Если тронешь — взорвётся не колонка, а моё терпение. — Принято, — серьёзно кивнул Ник, и они оба улыбнулись. На секунду в помещении повисла тишина. Ник огляделся. На стене слева от двери висела кривая бумажная растяжка: «С Днём Рождения» — буквы были вырезаны неровно, а краёв коснулись подтёки зелёной краски. Работа Аматы, дочери Смотрителя. Она всегда старалась, но с аккуратностью у неё было… особые отношения. Рядом на полу валялись несколько резиновых шариков — ярких, но пока ещё сморщенных. Их предстояло надуть в последний момент, чтобы не потеряли упругость. Всё было готово. Почти. — Стэнли, — вдруг сказал Ник, немного тише, — а ты помнишь, как ты впервые увидел свой Пип-Бой? Техник замер, а потом отложил отвёртку. — Помню свой первый запуск. Эта стартовая последовательность на зелёном ЭЛТ-экране, противный писк... А потом — бац! — и перед мной открылся новый мир. Для нас, техников это не просто гаджет — это продолжение нервной системы, он почти как вторая кожа. Неотделим. Следить, анализировать, видеть то, что другие пропускают. Маленький ящик с экраном, а внутри — целая вселенная. Он посмотрел на Ника с лёгкой улыбкой. — Завидуешь? — Не то слово, — честно признался парень. — Потерпи. Всему своё время. И да, когда получишь — первым делом залезь в настройки. Весь сборочный цех Vault-Tec ставил одинаковые прошивки, будто мы все под копирку. А вот это... — Стэнли стукнул костяшками по своему Пип-Бою, — ...это уже моё. Он щёлкнул по экрану, выведя нестандартный интерфейс. — Стандартный интерфейс — это как вода из дистиллятора: работает, но без души. А кастомизированный — будто та самая Ядер-Кола — шипит характером. Техник наклонился к Нику, понизив голос до шепота: —...можешь хоть похабные голограммы поставить. Не то чтобы я... Ник резко закашлял, заметно покраснев, когда за спиной раздался знакомый голос: — Ну и о чём это вы тут шепчетесь? — Амата заглянула через плечо, озорно приподняв бровь. — Надеюсь, подготовка к празднику идёт полным ходом? А то у меня тут... — она вытащила из-за спины новую растяжку, где буквы "С Днём Рождения" были вырезаны уже ровнее, но теперь переливались ядовито-розовым цветом. — Э-ээ, круто! — Ник поспешно перевёл тему. — Привет, Амата! Надпись выглядит супер! Иди и повесь её, а я пока лучше шарики накачаю. Стэнли, ты насос принёс? Техник кивнул к углу, где лежал ржавый ручной насос с треснувшим манометром: — Только не качай до упора — последний раз лопнули три штуки. Пока Ник возился с разноцветными шариками, Амата начала снимать старую растяжку, чтобы повесить новую. В этот момент дверь снова открылась, и в столовую зашёл Джеймс Хоуп — высокий мужчина в научном халате, с усталыми глазами, но лёгкой улыбкой. — Всё идёт по плану? — спросил он, оглядывая украшения. — Кэтрин ещё спит, и кажется проснётся не скоро. Надо будет как-то заманить её сюда без подозрений. Ник тут же поднял руку: — Я вызываюсь. У меня... эм... есть идея. — сказал он, а затем обернулся к Стэнли и понизил голос, — Слушай, дверь в техотдел не закрыта? Стэнли полез в карман комбинезона, доставая брелок с ключами: — Закрыта, ключ у меня. — Он протянул его Нику, прищурившись. — Но зачем тебе туда? — Всё нормально, — Ник сделал шаг назад к двери, пряча хитрую ухмылку. — Что ты задумал парень… Но мальчик уже выскользнул в коридор, оставив Стэнли с полуоткрытым ртом и недоумённым взглядом. Амата, до этого молча наблюдавшая, вдруг захихикала: — Он что-то затевает. — Да уж, — Джеймс почесал затылок, но в уголках глаз собрались смешинки. — Надеюсь, моя дочь не убьёт его, когда узнаёт, в чём дело. Стэнли устало фыркнул, будто представил эту сцену, но продолжил работу, бормоча себе под нос: — Ладно, пока он там шарится, давайте тут закончим. И аптечку на всякий случай приготовьте.