Серый Волк

Валахия. Поляна, окружённая лесом. 14 декабря 1476 года. На поле боя, окроплённом кровью солдат как Османской Империи, так и Валахии, происходила жестокая битва. Валахи отчаянно бились, как зажатые в углу звери, пока османы били их, как охотник, что добивал раненого волка. Вопли мужей, что сражались не на жизнь, а на смерть, пронзали ухо, как стрела, прилетевшая в голову. Лязг металла об метал смешался с хрустом костей и вздохами, последними вздохами. Казалось, эти звуки эхом доходили до небес, до самого Господа Бога, но тот лишь молчал... — ДЕРЖАТЬ СТРОЙ! — прогремел голос Дракулы, Влада. — НЕ ОТСТУПАТЬ! НИ ШАГУ НАЗАД! Влад Цепеш, весь в крови, как в своей, так и чужой, стоял на поле брани. Его конь, верный соратник, что ждал его все двенадцать лет заточения, был убит. И убит стрелой солдат-бояр, бояр государства, которое он пытался так яро защитить. Зубы. Глаза. Лицо. Все человеческие черты были так натянуты от злости, так сильно напряжены гневом, что он уже не был похож на человека. Глаза были пустые, но пустые из-за ненависти. Ненависти к нему. Султану. Он сжал челюсть так, что челюстные мышцы начали виднеться из-под кожи. Турок, стоявший перед ним, на секунду замер. И тут же, даже не успев моргнуть, лишился половины головы. Влад, подобно дикому, нет, бешеному псу, псу войны, косил одного за другим. Одного он лишил руки. Другому выпустил кишки лишь одним ловким рубящим ударом. Он словно почувствовал сзади. Копьё не попало ему в спину. Турок удивился, но меч господаря пронзил его туловище насквозь и вышел обратно. А он всё рычал. Как загнанный в угол зверь. ... Он видел в турках их. Предателей. Жирные лица бояр, что убили его отца Влада и старшего брата Мирчу, что должны были взойти на престол. Их убили даже не в бою. Подсыпали яд, как жалкие крысы. ... Влад ловко увернулся от стрелы в миллиметре от своей головы. Но почувствовал резкую боль в пояснице. Старость играла и против него. —" НЕ СЕЙЧАС..." ... Он видел лицо Султана. И ту ночь. Ту ночь, когда его заставляли принять ислам. Поставили ультиматум: пытка или вера. Тот отказался. Его пороли хлыстом. Так долго, что даже когда он уже отключился от боли, его всё ещё били. Перестали, когда рука Султана устала бить. ... Детина схватил его сзади за руки. Более мелкий бежал к господарю с ножом. В их глазах он чувствовал ужас. Они боятся его. Боятся его маленькой армии. Они трепещут перед ним, кого прозвали Дьяволом. Он откусил кусочек уха здоровяка. Мелкий, не успев остановиться, вонзил нож в грудь своего товарища. В следующий момент его челюсть отлетела в сторону, а здоровяк, что держался за грудь, лишился глаз ровным порезом меча. ... Он помнил всё. Он помнил, как, когда они были детьми, Раду предал его. Предал. Принял ислам. А после вошёл в ложе Султана. Влада держали у двери на цепях, как пса, дабы тот слышал их совокупление. Он возненавидел брата. Но поклялся, что убьёт Султана. И именно тогда и родился Колосажатель. Цепеш. Казыклы. ... Несколько солдат окружило молодого парня. Тот лежал на земле с пробитым плечом и разбитым носом. Но тот и не думал отступать. Он, как недобитый духом зверь, всё ещё пытался как-то подрезать сухожилия османам. Влад увидел. И не бросил в беде. Он рубанул одним ударом меча головы сразу двоих солдат. Кровь хлынула фонтаном. Она попала прямо в глаза Дракулы, но тот даже не дёрнулся. Тела не упали сразу, некоторое время стояли. Но турки, увидевшие ужас, бросили оружие. И сбежали, роняя свою честь и хоть каплю достоинства. Влад лишь кивнул молодому. И горько закрыл глаза. Хоть молодой солдат не оказался предателем... ... Он помнил, как сажал на кол бояр, которые убили его родню. Он помнил их слёзы, их мольбы. Но тот даже не думал щадить. Он посадил всех старых, грязных, уродливых предателей на кол, а молодых, но таких же мерзких, заставил биться друг с другом и бегать вокруг его замка босиком. И тот, кто остановится первым, будет посажен на кол. Он наливался злостью все эти двенадцать лет. Сидя в тюрьме, он проклинал венгерского короля. И каждый день молился Богу. Он понимал. Он знал. За каждое совершённое им убийство он будет гореть в аду. За каждое. Но он просил не пощады или убавки страданий. Он лишь просил Бога о том, чтобы тот смог защитить свою страну. Сидя в камере, перед ним лежала пустая тарелка. Свет солнца, столь прекрасный, доходил, увы, только снаружи. Он плакал, но молился. — Господь... Я никогда не умел молиться... Но, прошу, не дай мне проиграть эту битву... Я желаю защитить детей, жён, мужей и стариков от Султана. Ты знаешь, что я не получаю удовольствия, когда сажаю предателей на кол. Ты видел, что они сделали с моим государством. Они были куклами Султана. Они грабили, терроризировали собственный народ... Они забыли слово Божье, твоё слово! Так прошу, дай мне сил... Я хочу защитить то, что осталось от моего отца и брата... Аминь... ... К нему через всё поле бежал огромный конь с рыцарем в латных доспехах. Тот скакал к нему, высоко поднимая меч, словно готовясь отправить его на тот свет. Дракула, ослеплённый собственной яростью, готовился контратаковать. Пятнадцать метров. Влад схватился за меч двумя руками, сжав его со всей силой. Десять метров. Влад напряг всё своё тело. Он увидел замах удара. Пять метров. Цепеш рванул к коню. Он уклонился от удара рыцаря, но меч немного достал до его щеки. Но меч вспорол брюхо коня, и тот рухнул, придавив своей тушей наездника. Тот, умирая, пытался пошевелиться, но Цепеш воткнул в отверстие для глаз нож. И вновь, с рыком, свойственным только чудовищу, кинулся в бой. ... Он мог победить. Он мог победить в этой войне. Когда он ночью, выжигая конюшни Султана, бил его войска, что в несколько раз превосходили его, он мог его убить. Турки боялись Дракулы. Они считали, что тот сломится под градом неудач. Под пытками. Они думали, что брат-предатель сможет до него достучаться. Но нет. Тот неумолимо, как сама смерть, шёл и косил их. Он приходил ночью, словно демон. Турки боялись засыпать, боялись есть. Почему? Ночью солдаты Дракулы убивали их. В еде, которую они ели, был яд. Они не могли доверять друг другу. А когда Влад послал к ним солдата с чумой, их численность сократилась. Но не это самое страшное. Они поняли, что идут на убой, когда шли в Валахию. Страну Смерти, в которой живёт и правит Дьявол. Дорога была усеяна кольями, на которых висели предатели. Но в ту ночь Влад победил, но проиграл. Он помнил этот момент. Когда в рывке он почти достал своим мечом Султана. Почти убил его. Но тот успел скрыться. Успел поставить щит в виде своих солдат. Всё, что смог сделать Влад, — пустить кровь на его ладони, когда тот пытался защититься. Он корил себя за тот день. Ненавидел себя за слабость. За свою неудачу. Но поклялся, что в следующий раз он не просто убьёт Султана. Он убьёт всё его королевство за то, что сделали с его семьёй. Но он человек. ... Дракула стоял один. Его левая рука висела без предплечья, а оно само лежало на земле. Солдаты Валахии лежали убитые на земле. А у Дракулы пошли кровавые слёзы. — ШАЙТАН! — БИЛИС! — АЛЛАХ АКБАР! Эти крики... Он так много их слушал. Когда он вернулся на трон, он узнал, сколько слухов о нём распустил венгерский король. Что мол, он продал душу Дьяволу. Мол, он пил кровь своих же подданных. Что казнил бедных и несчастных. Сжигал церкви и молился Антихристу. Но сам Дракула лишь горько смеялся... Перед ним встал сам Султан. Позади него на коне сидел смазливый мужчина. Это младший брат — Раду. Тот смотрел на него холодным, бесчувственным взглядом. А Влад — с ненавистью и обидой. Султан похлопал в ладоши. На одной из них виднелся шрам, который когда-то оставил ему Дракула. Он смеялся. — Дракула... Где твои воины, Дракула? Где твои подданные, Дракула? Они мертвы. Всё мертво. Ты жалок. Ты был обречён на поражение с самого начала. Воины сзади стали смеяться над искалеченным. Раду лишь опустил взгляд. — Посмотри на себя. Ты, раненый, без чести и армии. Где был твой Бог, когда ты сидел в тюрьме? А его просто нет. Мне благоволит Аллах, и я могу видеть всё и победить всех! Он встал к нему вплотную, лицом к лицу. — Ты лишь пёс. Как и твой отец. Плевок. Смачный, густой от крови плевок. Он попал прямо в лицо Султана. Тот испугался, отпрыгнул назад, хватаясь за лицо. В мгновение ока он побелел от ужаса. Как он ещё живёт?! Дракула засмеялся. Смеялся громко, рвя гортань. Он словно и не был при смерти. Его глаза, заплывшие от крови, выдавали не боль, а дикое веселье. — А ЭТО ТЫ УВИДЕЛ, ЯНЫЧАР?! — У-У-УБИТЬ ЕГО! УБИТЬ!!!!!! Влад кинулся в толпу. Правой рукой он схватил меч. Он не чувствовал боли. Не чувствовал того, что кровь его покидает. Но чувство того, что он сделал слишком мало, разъедало его. Разрывало на части. Если он проиграл даже врагу, что превосходил его, значит, он сделал слишком мало, чтобы защитить. Он пустил кровь Султану. Разрезал его щёку. Тот, крича, побежал прочь. Но это был последний удар, который он смог нанести. Копья одно за другим проходили сквозь его тело. Он не чувствовал боли. Только пустоту и чувство невыполненного долга... ... Россия. База Кровавого Рассвета. Кабинет Григория Распутина. 11 марта 2016 года. — Ну, примерно вот так я умер... — сказал Дракула, упираясь кулаком в лицо. Распутин, прослушав всё это, лишь кивнул. С раскрытыми от удивления глазами. — Знаешь... Сильно.. У меня даже слов нет... — А после, когда я истекал кровью, ко мне пришёл Змий и... — он показал руками на всю комнату и себя. — Вот. Сижу перед тобой здесь... Распутин выдохнул. Тяжело, словно груз упал с плеч. — Ну... Зато, по крайней мере, тебя запомнили. — Знаешь, это даже приятно. Приятно осознавать, что меня всё ещё боятся чужаки, но в Румынии чтят. Я туда приехал полгода назад... А там статья моя. С моим портретом... Честно, я чуть слезу не пустил, хах... Но Брэм Стокер идиот. — Ну, почему сразу идиот! Он просто твоё имя использовал. — Я не против этого, ты не думай, просто, сука, моего персонажа там ужасным способом убили. Он и близко не показал того, что я мог в его возрасте. Притом что у него была магия. Но Ван Хелсинг неплох. Но победил, как по мне, сюжетом! — Ну... Это же архетип. Когда герои побеждают монстра, и неважно, что тот намного сильнее и опытнее их. Меня в мультике одном вообще девушка убила... Не помню название, но песни её мне понравились. А знаешь, какая ещё песня мне понравилась..? — НЕТ, НЕ НАЧИНАЙ..! — РА-РА-РАСПУТИН, МНОГИХ ЖЕНЩИН ВЛАСТЕЛИН! О НЁМ ПОДРОБНО ЛУЧШЕ НЕ ЗНАТЬ! Влад посмотрел на Григория, как на недоумка. А тот лишь улыбался, как недоумок. — Ой, да ладно тебе, нормальная же песня! — Я её во снах уже слышу... — Значит, она того стоит! Влад хмыкнул. И внезапно кое-что вспомнил. — Я недавно, когда смотрел документалку, услышал мол, шутку. Хочешь расскажу? Распутин наклонился, дабы лучше услышать. — А ну-ка, что они опять откапали? — Собрал как-то значит Цепеш всех бедных и больных крестьян в свой замок. И говорит им: "Хотите, я сделаю вашу жизнь лучше?". Те согласились. Влад их одел в дорогие одежды, дал еду и воду. И длился пир весь день и всю ночь. А потом он ещё раз спросил: "Вы хотите ещё?". Те согласились. А Влад сказал нет и посадил всех на кол. Вампиры расхохотались. Распутин от смеха упал со стула, а Цепеш от такого только сильнее залился смехом. Распутин встал и решил тоже рассказать свою. — Ой, Господи... Погодь, у меня своя есть... — А ну-ка? — Жила была девочка. Она была настолько уродлива, что её друзья называли её за лицо жопой. Она прибежала к маме и спросила: "Мам, у меня правда лицо как жопа?". Ну, мама сказала что нет, она самая красивая. Ну, а девочка побежала на улицу на радостях. Видит — открытый канализационный люк. Она решает в него посмотреть, а там работник кричит: "ТАК, НЕ СРАТЬ!". Они вновь заржали, словно в последний раз. Цепеш так сильно засмеялся, что начал задыхаться. Распутин же смеялся так, что стекло в кабинете дрожало. Внезапно открылась дверь. В кабинет вошёл Змий. — Распутин, быстро.