Герои не убивают

      Просыпаться было тяжело. Квартира встретила холодом и тишиной, но запах специфического табака всё ещё витал в воздухе. Она курила не такие сигареты… Этот мудак даже не соизволил выйти на балкон. Она проверяет телефон, сердце пропускает удар.       “Тела Чисаки нигде нет.”       Во рту моментально высыхает, а затылок обдаёт новой порцией боли. Перед глазами проскальзывают картинки искажённого в ярости лица, нависающем над ней, и тускнеющих глаз после выстрела. Вкус чужой крови оседает на языке.       Она быстро собралась: свежая одежда, пистолет, ключи от машины. По пути в больницу она заскочила в магазин — схватила детскую книжку с яркой обложкой. Дорога до больницы заняла полчаса, по прибытии припарковалась у входа, где уже маячили полицейские и герои в штатском. Она проходила мимо и кивала знакомым, направляясь прямиком в детское крыло. Сердце стучало где-то в животе. От навязчивых мыслей её отвлек мужчина в белом халате, который перехватил её в коридоре.       — Мисс, подождите. Вы Сато? — получив кивок, он продолжил, — Мы осмотрели девочку. — Он снова замолк, ожидая ответной реакции Рен. Та только качнула головой, чтобы он продолжал. — У неё истощение, нестабильное эмоциональное состояние, множество следов на теле... И причуда — скорее всего следствие мутации. Может выйти из-под контроля, если не изучить. Мы рекомендуем полное обследование.       Они уже дошли до нужной палаты, поэтому Рен глянула на него, остановившись у двери. Одна рука уже открывала дверь, пока вторая впивалась пальцами в твёрдую обложку книжки.       — Эри будет оставаться здесь столько, сколько нужно.       И она быстро вошла в палату, прикрыв за собой. Комната была светлой, с игрушками на полках и видом на сад. Эри сидела на кровати, укрытая одеялом, в руках у неё была небольшая игрушка. При виде героини у неё вспыхнули глаза в узнавании, она сильнее сжала пальцами мишку, порываясь встать или как-то изменить положение, но не решалась это сделать.       Сато села на край кровати, мягко улыбаясь, несмотря на ноющую голову.       — Привет, солнышко. Как ты? Ничего не болит? — когда девочка мотает головой в ответ, она продолжает. — Герои или полицейские уже спрашивали у тебя что-то?       Эри покачала головой, пальцы нервно теребили плюшевую шерсть.       — Только врачи о здоровье. И Нэо... — она увидела замешательство на лице Рен и быстро добавила, — Как зовут мишку, каких животных я знаю, кто мне из них нравится…       Рен облегчённо выдохнула: они додумались придержать допросы. А может, не решались начинать действовать без приказа. С детьми в деле всегда было сложно работать. Она погладила девочку по волосам, чувствуя, как маленькое тельце расслабляется.       — Тебе ещё пару дней полежать в больнице, чтобы набраться сил. Не пугайся людей вокруг — они стерегут тебя. Никто плохой не подойдёт. Обещаю.       Рен помолчала, наблюдая, как Эри кивает, но пальцы всё ещё нервно теребят мишку. Нужно действовать осторожно, шаг за шагом, без давления. Сердце Рен стучало чаще: нужно было прямо сейчас убедиться, что никто лишний не мелькнул в её воспоминаниях.       — Нэо так много хвалил тебя, когда рассказывал мне о том, как вас привезли в больницу. Сказал, что ты очень храбро себя вела с врачами. Наверное, ночью тоже не боялась? — она улыбнулась теплее, поглаживая руку Эри, чтобы та расслабилась.       Эри чуть улыбнулась в ответ, но взгляд стал задумчивым.       — Немножко…       Рен выждала секунду, чувствуя, как воздух в палате тяжелеет. Реакция хорошая, легкое напряжение — естественно, главное не перейти черту.       — А что помнишь? Меня, наверное? Как я пришла тебя спасать?       Девочка замерла, её тело напряглось, а глаза заблестели. Сато уже была готова сказать о том, что это был глупый вопрос, что ей не обязательно на него отвечать, как Эри заговорила.       — Было много шумно. Ты сломала дверь и ударила злодея.       Она ненадолго замолчала, собираясь с мыслями. Рен забыла, как дышать, так и замерев на одном месте. Уже сейчас Эри отклонилась от реальных событий, ведь она не ударяла того парня, а стреляла в него. Это всё страх и стресс, который девочка испытала. Поэтому такие детали превратились в шум на фоне.       — Потом вы дрались с Чисаки. Ещё был громкий звук. Я испугалась и закрыла глаза и уши. А потом ты взяла меня на руки и мы убежали.       Рен кивнула медленно, тело смогло расслабиться. Она мягко сжала ладошку девочки, отвлекая на себя. Нужно было вырывать её из воспоминаний, даже этого уже было много за сегодня. Она положила на колени Эри книжку и раскрыла на первой странице: яркая фея парила над радугой, окружённая искрящимися бабочками.       — У меня для тебя подарок. Смотри, какая красавица. Она очень сильная и защищает своих друзей. Давай почитаем вместе? — Рен только хотела начать читать первые строчки, как замечает краем глаза сквозь тканевые жалюзи в окошке, показывающем коридор, пристальный взгляд. Её ждут. Но она игнорирует, показывая пальцем на картинку. — Видишь, здесь она летит к замку. Хочешь, чтобы я прочитала первую строчку?       Эри потянулась к книге, пальцы разжались на игрушке, взгляд загорелся любопытством. Она кивнула, прижимаясь ближе, и Рен зачитала. Девочка улыбнулась шире, перелистывая страницу сама. Она дождалась, когда Эри уже сама вслух зачитала слова сказки и увлеклась историей.       — Понравилось тебе вчера с Нэо? — Рен спросила мягко, не отрываясь от книги. — Хочешь, чтобы он ещё раз пришёл? Он точно принесёт какой-нибудь подарок. Эри просила, кивая в ответ.       — Да! — она смущенно отвернулась, когда поняла, что отреагировала слишком ярко. — Если можно…       Рен едва улыбнулась, поглаживая макушку белых волос.       — Договорились. Я пока отойду, в следующий раз расскажешь мне о фее?       Эри кивает, оставляя на губах полуулыбку, и снова увлекается книжкой. Только тогда Рен встала и тихо вышла, прикрыв дверь. В коридоре давно ждал Ночноглаз. Он стоял ровно, руки привычным образом в карманах, но усталость проскальзывала в плохо уложенных волосах и опустившихся плечах. Рен сразу направилась к нему.       — Какие новости? — спросила она тихо, не тратя время на формальности.       — Проверили всю базу, но Чисаки нигде нет. Только разгромленный в подвале кабинет и следы крови, как вы и рассказывали.       Рен обдало холодным потом, кулаки сжались сами собой. В ушах снова разносится выстрел, а во рту привкус железа. "Восстановитель". Конечно, он успел использовать причуду, когда Айзава перестал на него смотреть. Он выжил и захочет вернуть себе Эри. Ночноглаз уже позаботился об этом — изначально с малышкой в больницу должно было ехать не так много людей, потому что Рен боялась, что скопление незнакомых людей напугает её. Но, как только Ночноглаз понял, что Чисаки нигде нет, он отправил ещё людей. Рен понимает всё это без объяснений, как и то, что люди уже занимались поисками беглеца.       — Где Нэо?       Герой устало вздохнул.       — Отпустил час назад домой, парень не спал всю ночь. Ты тоже выглядишь паршиво. Иди к врачу, — и сразу добавляет, не давая вставить и слово, — Это приказ.       Рен хотела возразить, но босс сверлил взглядом. Пришлось кивнуть. Она развернулась к кабинету врача, чувствуя пульс в висках. Осмотр прошёл быстро: проверили затылок, реакцию, давление, спросили про общее самочувствие, а после повели на МРТ. Только после всех этих шагов на ней применили причуду. Ей пояснили, что врач из скорой владел только поверхностным исцелением, он остановил кровь и снизил симптомы на время.       Ночноглаз всё ещё стоял у палаты, общаясь с кем-то из героев. Рен ушла, не прощаясь. Незачем — они давно опустили эти формальности. Она быстро вышла из больницы на парковку и села в машину, покидая неприятное место. Может, неприязнь к больницам стала её профдеформацией, как иначе объяснить то, что последние годы она старалась избегать этого места и сокращала до минимума своё нахождение в холодных стенах? Госпиталь никогда не вызывал приятных ассоциаций, если ей туда нужно было ехать, значит произошло что-то плохое.       Она быстро доехала до агентства. По дороге в кабинет её остановили раз десять и завалили целой кипой вопросов, на которые Рен терпеливо отвечала. Но за этот длинный путь она также смогла многое для себя узнать: около тридцати человек занимаются прочесыванием улиц, по десять человек выставлены к каждой возможной резиденции якудза на случай, если там появится Чисаки. Целый штат сотрудников привлекли к поиску новой информации. Злодей не мог бесследно исчезнуть, где-то на камерах он должен был засветиться. И никто не забыл про задержанных злодеев, которых до сих пор допрашивали.       Рен села за стол в своём кабинете, уставившись в экран ноутбука. Пальцы замерли над клавиатурой — нужно было составить подробный отчёт о своём проникновении на базу и о всех вытекающих. Умолчать про Айзаву было просто: «неизвестный в чёрном ворвался в комнату, выстрелил в Чисаки и скрылся в хаосе». Строить теории о том, кто этот «неизвестный» будет не она. Может, какой-то злодей, который давно охотился за Чисаки, может, его сотрудник, который решил отомстить, или ещё кто-то с личными мотивами. Теперь это не её головная боль.       Единственное, что от неё потребуют после прочтения отчета, это детальнее описать внешность, но злодей был далеко, скрывал своё лицо и причуду, быстро появился и также исчез. А на тот момент Чисаки нехило так приложил её головой об пол. Главное, чтобы Эри не вспомнила о том, что Рен кричала в момент драки. Если она скажет точные формулировки, то к героине появятся вопросы. Если скажет, что просто кричала, то на это не обратят внимания.       Ей пришлось потратить достаточно времени, чтобы правильно написать весь текст и заполнить формы. Только после всего этого Рен добралась до отчетов героев, которые производили захват. Было много информации: общее количество задержанных, краткое досье на каждого из них (то, что имелось в базе), и множество остального, что не так было важно для Рен. То, что её интересовало было написано в несколько предложений: в одной из обнаруженных комнат в подвале была предполагаемая лаборатория Чисаки Кая. Комната разгромлена, обнаружены обломки столов и склянок с неизвестными веществами. Присутствовали следы драки. Оставшаяся кровь принадлежала двум людям — Сато Рен и, предполагаемо, Чисаки Кая. Тела, как и следов бегства, в комнате обнаружено не было.       Рен не знала, сколько времени прошло с тех пор, когда она только погрузилась в чтение всех бумаг, но отвлек её от погружения в прошедшую ночь скрип двери. Спустя секунду в проёме показалась макушка фиолетовых волос и помятое лицо, на котором расплылась улыбка. Или ухмылка. Что-то было не так с Нэо — слишком уж хитрый взгляд. Когда он вошел полностью, Рен заметила у него в руках черную коробку, размером чуть больше обувной. Из ладони у него торчала красная лента, которой, вероятно, была перевязана коробка.       — Тебе тут передали. Ребята проверили — чисто.       — Поставь на стол, — Рен кивнула на пустое место, не отрываясь от экрана. — Тебя же отпустили, что ты тут забыл?       Нэо поставил коробку, расправил плечи, сияя энтузиазмом.       — Пары часов сна мне хватило! Не могу сидеть сложа руки, пока Чисаки на свободе. Поймаем его — и отдохну, выпрошу два дня выходных.       По лицу парня читалось предвкушение, он хотел скорее начать работу.       — Отлично. У меня как раз для тебя работа.       Глаза Нэо загорелись.       — Будешь с Эри. Каждый день, пока я или Сэр не скажем обратного. Ей рядом нужен человек, которого она уже знает.       Больше ей не нужно было ничего объяснять, Кагатами всё прекрасно понимал, просто хотел не этой работы. В нём до сих пор жила романтика геройства с академии, он хотел адреналина, погонь, драк, а Рен буквально уводила его за ручку оттуда в сторону безопасной стороны происходящего.       — Понял... Будет сделано, — никаких претензий, парень без вопросов пошел выполнять приказ.       В этом же возрасте Рен бы так не смогла — она бы начала прогибать ситуацию под себя, стараться доказать, что она нужна в выполнении какого-то задания и только после того, как ей напрямую не сказали бы, что ей ещё рано для опасных заданий, она бы не заткнулась. Проходили через это. Когда она пришла в агентство к Ночноглазу, пыл поумерился. Рен уже тогда уяснила для себя такую вещь, как субординация.       Парень вышел из кабинета, быстро уточнив пару моментов об Эри. Сато же осталась наедине с коробкой. При открытии её встретила записка, лежащая поверх черной ткани.       «Жду в восемь» и приложенный адрес.       А ткань оказалось платьем. Длинным, облегающим, с разрезом на ноге, открытыми ключицами и длинными рукавами. Даже предусмотрительно положен тонкий шарфик для того, чтобы скрыть шею. И туфли.       Айзава, блять.

***

      Часы показывали семь сорок пять. Ресторан "Золотой Лотос" сиял огнями в паре кварталов от оживлённой улицы — элитное заведение для тех, кто мог себе позволить счёт с парой лишних нолей. Рен остановилась недалеко, пока не рискуя заявляться на парковку, и осталась сидеть в машине, барабаня пальцами по рулю. Как бы ей не хотелось, она не решалась игнорировать Шоту. Вряд-ли он решил пригласить её в ресторан просто так. Раз Чисаки выжил, их “сделка” ещё действовала и Айзава должен был помочь. По крайней мере, до сих пор считал себя должным это сделать. Она изначально знала, что соглашалась на крайне сомнительную авантюру, но она была в безвыходном положении — Чисаки жив, Эри в опасности, а времени на какую-то гордость не было.       Да, его помощь была сомнительной, но всё же была в первую очередь помощью.Впрочем, она уже привыкла расхлёбывать последствия “планов” Айзавы.       Ровно в восемь в боковое стекло постучали. Выглядел он… прилично. Даже нашел где-то костюм, который так хорошо на нём сидел: подчёркивал широкие плечи, воротник открывал ключицы, а расстёгнутая пуговица добавляла привычной небрежности. Черные отросшие волосы были, по обыкновению, собраны в хвост, а челка падала на лицо, скрывая скулы.Он выглядел как человек, которого можно было бы захотеть в другой жизни. В этой — только ненавидеть.       В голове Рен слегка улыбается от мысли, что ему пришлось придумывать, как спрятать синяк на скуле.       Она уже через окно видела разочарованный взгляд Айзавы, который скользил по ней. Рен не стала медлить, заглушила машину и вышла из неё, вдыхая прохладный воздух.       — Была у врача? — спросил он, заметив отсутствие синяков на шее героини.       — Не твоё дело, — от резала Рен. — Заберёшь потом свои тряпки из машины.       Мужчина быстро обошел машину и встал около Рен, оглядев с головы до ног. Когда он увидел знакомые носы туфель, выглядывающие из-под длинных брюк, то расплылся в улыбке. Да, Рен смогла найти рубашку и штаны, но вот подходящей обуви у неё не оказалось. Как и времени. Плевать, она уже привыкла терпеть эту дурацкую ухмылку.       Они направились к входу в ресторан, и Рен, не выдержав, бросила косой взгляд на Шоту.       — Зачем мы тут? — спросила Рен уже у самого входа.       Айзава лишь усмехнулся уголком рта, не сбавляя шага.       — Включайся, дорогая.       Рен закатила глаза, но промолчала. Конечно, он ничего ей не расскажет, это же слишком просто.       На входе в помещение их встретил администратор — молодой парень в идеально выглаженном костюме, с вежливой улыбкой на лице. Айзава шагнул вперёд, уверенно приобнимая Рен за талию. Она напряглась от неожиданного жеста, но не подала и виду — слишком много глаз вокруг. Его рука лежала твёрдо, почти собственнически. Рен сразу отметила изменения в злодее: его движения стали плавнее, осанка приобрела более ровные очертания. Даже лицо… Привычные хмурые брови расслабились и тени под глазами поблекли.       — Добрый вечер, — произнёс Айзава бархатным голосом, который девушка слышала впервые. — Мы с женой хотели бы поужинать у вас. Могли бы вы выделить нам укромное местечко?       Внутри всё сжалось от ярости и отвращения — этот придурок назвал её женой так спокойно, будто она действительно принадлежала ему. Захотелось снова врезать ему по лицу, но вокруг было слишком много глаз. Она только сильнее напряглась под его рукой, незаметно вдавив каблук ему в ногу — ровно настолько, чтобы причинить ему боль. Айзава даже не моргнул, только уголок рта дрогнул в едва заметной усмешке. Рен заставила себя выдохнуть и сохранить холодную улыбку.       — Конечно, господин. У нас есть для вас подходящее предложение, в ресторане предусмотрены отдельные комнаты, в которых вы сможете расположиться. Подскажите, вы бронировали заранее?       Оба мужчины переглядываются, Айзава выдыхает, чуть раздраженно, но всё равно оставаясь в приподнятом настроении.       — Вы понимаете, у нас сегодня важный день, — на этих словах злодея администратор уже изменился в лице, но ему даже не дали вставить и слова. — Мы хотели бы отпраздновать его вашим знаменитым блюдом от шефа, которое мне так хвалят друзья.       Рен стояла рядом и внимательно слушала разговор, но её взгляд уже блуждал по залу: хрустальные люстры отбрасывали мягкий свет на полированные столы, стены украшали золотистые панели с восточными мотивами, а в воздухе витал аромат специй и свежих цветов. Всё здесь кричало о деньгах. От Рен в этой ситуации ничего не требовалось, но для образа она высокомерно глянула на парня напротив них, чуть приподняв бровь.       — Я знаю, что у вас всегда есть парочка свободных комнат на случай особых гостей, — закончил свою мысль Айзава, снова проведя рукой по талии девушки.       Наконец-то фарс закончился, потому что лицо администратора расплылось в блаженной улыбке.       — Наш ресторан всегда идёт навстречу нашим дорогим гостям, — с энтузиазмом ответил парень. — Особенно, если этот день так важен для вас…       Парень быстро перехватил одну из официанток, шепнул ей на ухо, и они двинулись за девушкой в аккуратно выглаженной форме и меню в руках. Она провела их через главный зал к одной из нескольких отдельных комнат в глубине заведения — уютных кабинетов с раздвижными дверями и низкими столиками. Официантка поклонилась и исчезла за дверьми, перед этим только сказав, что к ним скоро подойдёт шеф.       Айзава удобно расселся на одной из двух подушек около низкого стола, сразу расстегивая ещё одну пуговицу на рубашке. Рен хотела спросить чуть больше о ресторане, о том, кто он в мире наркоторговли — просто посредник или сам сбывал товар? Но так напрямую спрашивать в неисследованных комнатах было опасно. Никто не исключал здесь камер и прослушек.       Злодей расплылся в ухмылке, снова скользнув взглядом по её фигуре, останавливаясь на стопах. Он хлопает рукой по подушке рядом. В голове проскальзывает шаловливая мысль — как было бы приятно заехать этими туфлями по довольной роже напротив. Ещё и такое положение — Айзава уже сидел, так и напрашиваясь на удар. Но приходится загнать манящую идею подальше, в недры своего сознания. Она будет успокаивать себя этой фантазией.       — На твоём лице всё написано.       — И что ты предлагаешь? — Рен всё же садиться рядом. Хотелось бы выдержать хоть какую-то дистанцию, но, кажется, Айзава уже успел сдвинуть подушку ближе к себе.       — Расслабься, — тянет он, запуская пальцы в свои волосы. А после смакует очередное слово, которое заставило глаз Рен дёрнутся. — Милая.       Сато снова прокручивает у себя в голове недавнее воспоминание с ночи, когда она заехала мужчине по скуле. Становится легче. Особенно, когда замечает оставшееся красноватое пятно на лице, которое он попытался скрыть волосами.       Чужая рука скользнула по ноге Рен. Только она хочет высказать Айзаве всё, что думает о его личности, как дверь открывается. В помещение входит коренастый мужчина за пятьдесят, в белом колпаке, с тележкой с блюдами. Он сразу скользит оценивающим взглядом по их фигурам, заостряя внимание на Айзаве.       — Надеюсь, вы в настроении для чего-то особенного?       Айзава откинулся, лениво улыбаясь, и снова погладил Рен по бедру — медленно, нарочито.       — Мы с женой в предвкушении. Мои друзья так нахваливали ваши блюда. Рассказывали, что у вас уникальный букет специй. Не так ли, дорогая? — он повернулся к Рен, сжимая её колено чуть сильнее.       Рен расплылась в улыбке, кивая.       — Понимаете ли, я люблю удивлять мужа домашними блюдами, — начала она, приподняв руку.       Аккуратным движением пальцев Сато заправила выбившуюся черную прядь на голове напротив за ухо и снова обращает внимание на красно-фиолетовое пятно. Странное замечание, но ему шёл этот синяк. Кроме расширившихся на мгновение зрачков не последовало никакой реакции, словно это движение — обыденность. Стоило напомнить ему, что она тоже умеет играть в эти игры.       — Но последние месяцы нам так всё приелось. Хотелось бы получить у вас совет, узнать, что за специи вы добавляете в ваши блюда.       Шеф мастерски раскладывал тарелки по столу и внимательно слушал, потому что уже знал — это особенные гости. Всё это формальность, не иначе.       — Благодарю, госпожа. Наши специи — семейный секрет от моего прадедушки. Он много путешествовал по миру и собирал эти знания. Многие из них недоступны в Японии…       — Нам бы хотелось купить у вас на пробу, не правда ли, милый? — его рука до сих пор покоилась на её бедре, иногда сжимая.       — Именно, — в разговор наконец-то включился Айзава. — Но я люблю, когда ситуация полностью под моим контролем. Не хотелось бы каждый раз тревожить вас, когда закончатся специи. Может, организуете встречу с вашими поставщиками?       Любезная улыбка всё также оставалась на лице шефа, но движения стали резче. Рен уловила это, но ничего не предприняла и оставила это на Айзаву. Пусть разбирается.       — Господин, вы не побеспокоите нас, если будете обращаться для покупки. Для нас это честь, — добавил он, чуть кланяясь.       Шота продолжал мягко давить: «Поставщики наверняка знают толк в качестве...». Шеф увиливал — сыпал комплименты кухне, хвалил «партнёров», переводил внимание на десерт. Айзава кружил в напряженном разговоре, но его рука то и дело скользила по ноге его «жены», а пальцы рисовали узоры. Рен в ответ незаметно для шефа больно щипала Шоту за спину. Пусть не думает, что ему сойдёт это с рук.       Один льстил, второй увиливал. Рен хотела врезать обоим.       Спустя ещё долгие минуты разговора шеф свернул тележку, вставая. Видимо, в цели ресторана не входила задача сводить клиента с поставщиками.       — Приятного вечера. Если что — зовите.       Он развернулся к ним спиной и потянулся к двери.       Этот ублюдок в колпаке знал. Знал и собирался просто уйти, оставив их с пустыми руками. Если сейчас они отпустят его — завтра он либо сольёт информацию Чисаки, либо исчезнет.       Айзава не собирался реагировать.       Довольно ждать, пока кто-то другой сделает за неё грязную работу. Если нужно выбить из него информацию — она это сделает. Рен было плевать, что о ней подумают. Тем более, никто об этом не узнает, кроме Айзавы. А этого придурка явно позабавит её решение.       Рен больше не собиралась сидеть. Невидимая стена выросла перед мужчиной, не позволяя дотронуться до двери. Он только успел осознать, что что-то пошло не так и начать разворачиваться, как Сато уже стояла у него за спиной. За эти мгновения она успела перемахнуть через стол, заставленный посудой, не издав и звука. Она с силой толкнула шефа вперёд, вжимая в воздушный барьер. В её ладони материализовался тонкий воздушный клинок, которым она специально махнула перед его глазами и приставила к горлу.       — У меня кончается терпение, — прошипела Рен шефу в ухо, надавливая клинком ровно настолько, чтобы кожа побелела. Мужчина замер, дыхание сбилось, но он оставался спокойным. — Говори, где прячется Восстановитель, и мы уйдём.       Он сглотнул, пытаясь напустить спокойствие и уверенность, но глаза заметались в стороны от знакомого прозвища:       — Я... Я не понимаю, о чём вы.       Рен пристальным взглядом впиваясь в краснеющее лицо напротив. Она надавила острым концом на тонкую кожу шеи и создала ещё с десяток клинков в воздухе, которые также остриём надавливали на разные точки тела. Мужчина округлил глаза, паника стала проскальзывать в его мимике. Он даже не мог пошевелить руками или ногами, их будто заковали.       Айзава наблюдал со стороны, не вмешивался. Он остался сидеть и потягивать вино, наблюдая за представлением. Взгляд его странно приковался к Рен и шефу.       — Не понимаешь? — переспросила она, наклоняясь ближе. — Как странно, мне казалось, мы все тут понимаем друг друга. Но даже если и так, тогда придётся тебя убить, ты уже слишком много знаешь… — она применила причуду и десяток тонких лезвий стал давить на кожу острыми концами, пока только угрожая. — Или... — она чуть ослабила нажим, давая ему вдохнуть, когда мужчина уже панически стал бегать по ней взглядом. — Ты всё же понимаешь, о чём мы говорили, и отвечаешь на мой вопрос.       Шеф побелел, пот градом стекал по вискам, колени подогнулись. Он всё пытался смотреть ей куда-то за плечо, надеясь найти поддержку в Айзаве, но тот сидел неподвижно, сверля их обоих взглядом.       — Скажу больше. Если скажешь, куда спрятался Чисаки, я закрою глаза на всё то, что происходит в этом ресторане. Мы просто уйдём отсюда. Конечно, с условием, что вы заканчиваете торговлю. Ты говоришь, а я позволяю тебе жить дальше спокойную жизнь, ты будешь волен остаться и работать тут дальше, или свалить на все четыре стороны. Так что думай, что тебе дороже. Иначе… — острие клинка всё же оставляет красный след на коже, но пока не настолько, чтобы потекла кровь.       Шеф сломался быстрее, чем Рен ожидала. Его глаза последний раз метнулись к Шоте в поисках спасения или подтверждения угроз, но тот лишь приподнял свой бокал, а после спрятал в вине ухмылку. Мужчина сглотнул, голос сорвался на хрип:       — Ладно... Ладно! Он в старом поместье, которое уже не принадлежит якудза по документам. Там его запасное убежище. Я скажу адрес!       Рен не убирала клинок, впившись взглядом в его потное лицо. Шеф быстро сказал адрес поместья, тараторя о том, что больше ничего не знает. Лезвия перестали давить, но пока оставались в опасной близости от того, чтобы проткнуть кожу.       Айзава наконец встал, подходя ближе, и уставился на шефа сверху вниз.       — Если соврал, то не успеешь даже из города выйти. Я вернусь за тобой.       Шеф затрясся, мотая головой в стороны.       — Я бы не посмел! Всё правда, клянусь! Просто... отпустите, пожалуйста.       Рен убрала клинки и барьер одним движением. Шеф осел на пол, хватая ртом воздух. Она не стала тратить время на прощания — развернулась и вышла первой, Айзава последовал за ней, не оглядываясь. В главном зале их никто не остановил; официантки и гости даже не подняли глаз, для них они оба — очередные посетители, не более.       На парковке Рен быстро добралась до своей машины, но не спешила её заводить. Её так раздражало цоканье каблуков об асфальт при каждом её шаге, что она не могла уже выдержать. Она кинула туфли на задние сиденья, к остальным тряпкам Шоты, и быстро надела свои геройские ботинки. Рен привыкла ходить бесшумно.       Она села в машину, хлопнув дверью. Айзава устроился на пассажирском, пристёгиваясь с привычной небрежностью. Сато схватила телефон, но пальцы замерли над экраном. Нет, пока рано.       — Даже не сообщишь им? — спросил злодей с лёгкой насмешкой.       — Сперва нужно убедиться в словах этого придурка, — отрезала Рен, бросая телефон на приборную панель.       Она завела мотор, резко газанула, и машина сорвалась с места, шины взвизгнули по асфальту.