Мой непрошенный телохранитель

Всего через четверть часа Инхо, вымывшийся и разморённый, уже лежал в тёплой постели. Ему выделили небольшую, но уютную комнату недалеко от спальни Кихуна — «просто на всякий случай». Он только успел устроиться поудобнее, как вспомнил о телефоне, который с самого утра стоял на беззвучном. Спохватившись, он разблокировал экран и на нем сразу высветилась целая куча уведомлений: пропущенные от коллег, босса и — самое главное — от жены. Целых пять неотвеченных вызовов. Инхо с досадой посмотрел на часы: уже два часа ночи. Они должно быть давно спят. Будет хуже, если он разбудит детей таким поздним звонком. Он открыл мессенджер и задумался: что лучше написать? Набирал сообщение, но сразу удалял. Всё не так. «Я даже не знаю, когда вернусь…» — с досадой подумал он. Со злостью отбросив телефон на соседнее кресло, Инхо повернулся на бок и до боли зажмурился. — Можно? — донёсся из-за двери тихий голос. От неожиданности Инхо подскочил на месте, широко распахнув глаза. — А, это вы, Кихун? — хмуро пробормотал он, — Это ваш дом, нечего спрашивать. — Я просто хотел пожелать вам спокойной ночи… и ещё раз извиниться. — Всё в порядке, — Инхо махнул рукой. — Вам и без того тяжело. Авария, угрозы… не каждый с таким справится. – Да, – Кихун сделал пару неуверенных шагов к кровати и скромно уселся на край. — И всё же… простите за неудобства. Вы, наверное, устали. — Это часть моей работы, — сдержанно ответил Инхо. — График у меня ненормированный. Но, надеюсь, ваше дело станет последним. И, когда я закончу, наконец буду жить по-человечески. — Вы уйдете из профессии? – заинтересованно протянул Кихун. – И чем планируете заниматься? Вы еще не очень старый. —Ну спасибо, – усмехнулся Инхо. Этот Кихун – сама непосредственность.– Займусь своей семьей, детьми. Они так редко меня видят сейчас. — У вас есть дети? — Кихун придвинулся ближе, и в его голосе прозвучал какой-то особенный интерес. — Да. Сын и дочь. – Они еще маленькие: дочери 6, а сыну 9 лет. Они – все, что у меня есть, и все, что я делаю – ради них. Кихун кивнул, чуть склонив голову. Его взгляд скользнул по лицу Инхо, едва заметно задержавшись на губах. –Я бы хотел... – Кихун не успел договорить, позади послышались шаги и дверь в спальню приоткрылась снова. — Кихун, ты тут? — на пороге стоял Санву. Его голос был холоден, — Уже ночь. Что ты… — он осекся, разглядев в полутьме за спиной Кихуна Инхо. — О, простите. Не помешал? – Санву, пока ты где-то пропадал господин Хван и Чонбэ проделали такую работу! – Кихун, казалось, не спешил уходить, и Инхо чувствовал все большую неловкость, лежа в одних боксерах под одеялом, – Да, кстати, где ты был? – Я ездил в Инчхон к продюсеру, – сквозь зубы проговорил Санву. – Мы так и будем обсуждать это тут? – он выделил голосом «тут», будто что-то неприятное. –Кажется мы мешаем господину Хвану. – Конечно! – виновато улыбнулся Кихун и встал с кровати, – Идем в кабинет. Санву тут же развернулся и вышел прочь, а Кихун, помедлив на пороге, бросил последний виноватый взгляд на Инхо и одними губами прошептал: «Спасибо». Когда дверь за ними закрылась, Инхо от смущения прикрыл лицо рукой, его щеки горели. В это мгновение в его голове пульсировала только одна мысль – быстрее разделаться с делом и больше никогда не встречаться с этими людьми. Его усталость сняло как рукой и он еще долго ворочался, прислушиваясь к звукам за стенами. Иногда ему казалось, что он слышит голос Кихуна, но, может, это было лишь воображение его усталого мозга. Наконец усталость взяла верх и он провалился в беспокойный сон. *** На утро Инхо первым делом позвонил жене, но она не ответила. Не услышала, а может, специально решила его игнорировать – кто знает. Инхо написал ей короткое сообщение с обещанием приехать сегодня как можно скорее и спустился в столовую. Там уже собралась вся компания: Кихун о чем-то спорил с Санву, а Чонбэ с упоением доедал яичницу. — Мне нужно ненадолго вас покинуть, подходя ближе вместо приветствия, начал Инхо. — Если господин Сон не собирается сегодня никуда ехать, я могу быть свободен? — Почему же вам всё ещё не терпится уехать от нас как можно скорее? Мне кажется, вы не хотите работать на Кихуна. Или мы вам чем-то не угодили? Инхо одарил его нечитаемым взглядом и, проигнорировав вопросы, обратился к Кихуну: — Тут вам ничего не угрожает, я ненадолго. — Конечно, можете ехать. — Кивнул, почти не глядя на него, Кихун и снова повернулся к Санву. Чонбэ лишь ненадолго отвлёкся от тарелки и приветливо кивнул ему. Инхо, не медля, направился к автомобилю и поехал в офис. *** Господин О с нескрываемым удовольствием слушал рассказ Инхо о работе с Кихуном. — То есть он всем доволен, ещё и предлагает заплатить в 2 раза больше? Чудесно! Инхо, ты просто гений. — он встал с кресла и заходил взад-вперёд по кабинету. — А если у тебя получится быстро найти того ненормального, который ему угрожает, мы просто озолотимся! Заказчики потекут к нам рекой! — Инхо, — он остановился и внимательно посмотрел на него, — Ты всё ещё не передумал увольняться? — Нет, господин, — устало вздохнул Инхо. — Это будет моим последним делом. Я постараюсь оправдать ваши ожидания. Не переживайте, у вас много достойных работников кроме меня. — Если бы, — с досадой протянул О. — Но ты ещё подумай. Может, отправить тебя в отпуск на пару месяцев, а потом... Но Инхо уже не слушал. Он встал, быстро поклонился боссу и, минуя кабинеты, вышел на улицу. К счастью, он не встретил по пути никого из своих коллег. То ли все были на заданиях, то ли ему просто повезло. Не теряя времени, он сел в автомобиль и помчался домой. Стрелка часов приближалась к десяти, Миджу уже должна была отвезти детей и вернуться домой. Утреннее солнце поднималось над крышами, когда Инхо въехал во двор. Дом, казалось, опустел — все разошлись и разъехались: кто на работу, кто в школу или университет, но в их окне уже брезжил свет — Миджу успела вернуться, как он и думал. Он вышел из машины, чувствуя тяжесть в голове и какое-то странное беспокойство. Всё, о чём он сейчас мечтал — это объятия жены и её понимающая улыбка, но едва он открыл дверь и шагнул в коридор, как Миджу появилась на пороге кухни, с кружкой в руке и усталым взглядом. — Ты хоть понимаешь, как я волновалась? Ты вчера весь день не отвечал на звонки! — её голос дрожал, но не от злости, а от усталости. — У сына большие неприятности — он подрался, родители его одноклассника подали жалобу директору! И всё как обычно пришлось расхлёбывать мне!... Инхо снял обувь, медленно подошёл ближе. — Прости, Миджу. Я ведь был на работе, это последнее дело... — Только не начинай снова. — Она горько усмехнулась. Он хотел возразить, но Миджу швырнула на диван папку с документами. — Я подала заявление на развод, Инхо. — Слова прозвучали спокойно, почти буднично. — Я больше не буду ждать, когда ты вернёшься. Я устала. Он замер, глядя на бумаги, как будто не верил собственным глазам. — Миджу, подожди… Давай поговорим? Это скоро закончится, я... — Нет, — перебила она тихо. — Я пыталась верить тебе много раз. Но между нами уже ничего нет. Несколько секунд тишины растянулись вечностью. Инхо молча прошёл в спальню, достал из шкафа дорожную сумку и стал складывать вещи. Каждое движение отзывалось болью, но он не проронил ни звука. Застегнув последнюю молнию, он вдруг ощутил дом чужим. Под ледяным взглядом жены он подошёл к двери, задержался на пороге. На мгновение их усталые, опустошённые взгляды встретились. Инхо первым отвёл глаза и вышел прочь. Дойдя до машины на негнущихся ногах, он бросил чемодан в багажник, завёл двигатель и медленно, нехотя выехал со двора. В беспамятстве он доехал до особняка Кихуна, уже привычно вошёл внутрь. Но его встретила не привычная тишина и вальяжная обстановка, а какое-то оживление: мимо него пробежала горничная, с веранды доносилась приглушённая музыка и голоса. Прямо на него из-за поворота выскочил весёлый Чонбэ, он, кажется, был немного нетрезв. — О, господин Хван, вы уже вернулись? — Я, кажется, просил ничего не затевать? — вместо ответа Инхо решил выплеснуть накопившуюся злость на него. — Нет, — хихикнул Чонбэ, как будто не замечая его тон, — Вы просили Кихуна не покидать дом. О том, чтобы не приглашать гостей, речи не было. Идёмте, — он бесцеремонно потащил Инхо за рукав. Инхо ничего не оставалось, как подчиниться. Через несколько секунд они стояли у входа на веранду. Чонбэ повернулся к нему: — Будьте помягче с ней, прошу! Она ничего не знает про угрозы и про аварию. — Да кто там?.. Дверь на веранду распахнулась, и их разговор оборвался сам собой. На пороге стояла молодая женщина в нежном лиловом платье до колен, с асимметричным подолом, который мягкой волной спадал к щиколоткам. Пояс на талии был завязан аккуратным бантом, подчёркивая её стройную фигуру и хрупкие плечи. В руке она держала клатч под цвет платья. Длинные чёрные волосы свободно ниспадали по спине, обрамляя изящное лицо с аккуратным носом и полными губами, на которых играла улыбка. Своим появлением она словно осветила всё вокруг. Её тёмные, смеющиеся глаза быстро скользнули по Инхо. — Позвольте представить: Е Янг — невеста Кихуна. — Радостно объявил Чонбэ.