Бесконечность 2015

✧･ﾟ: *✧･ﾟ:* ❀ *:･ﾟ✧*:･ﾟ✧

О, весна без конца и без краю —

Без конца и без краю мечта!

Узнаю тебя, жизнь! Принимаю!

И приветствую звоном щита!

— А. Блок, 1907

✧･ﾟ: *✧･ﾟ:* ❀ *:･ﾟ✧*:･ﾟ✧

Саша почувствовал адскую сухость во рту. Он с трудом перевернулся на бок, поочередно открывая глаза. Он, словно маленький крот, слепо щурился, не понимая, где он. Вокруг было темно. Причиной тому были блэкаут шторы. В непроглядной тьме плавал одинокий маячок — мерцающий экран монитора. Саша с трудом разобрал слова на нём. «Чикаго-Токио. Вторник. 4:00». Он проморгался, пытаясь стряхнуть остатки сна. Слева раздался сонный голос: — Не толкайся, здесь и так мало места. Саша дёрнулся и обернулся. Под его боком удобно устроился Илья. На его щеке красовался розовый след от подушки. Волосы взъерошились, но на лице застыло выражение безмятежного покоя. — А ты в курсе, что мы купили билеты в Японию? — прошептал Саша, сонно улыбаясь. — М-м-м... Точно... — радостно зевнул Илья. — Начинаю вспоминать, да... Саша снова прильнул к его груди, давая себе и ему ещё несколько минут блаженной неги. Но спёртый воздух в комнате всё настойчивее напоминал о себе. Саша с неохотой поднялся, чем снова вызвал у Ильи ворчливое, но уже беззлобное бурчание. Распахнув окно, Александр удивился: город тонул в сумерках. — Мы что, проспали до вечера? — нахмурился он. — Да какая разница?.. Этот бал того стоил, — Илья свесил с кровати ноги, бездумно болтая ими. Саша приблизился к монитору и на этот раз ясно разглядел дату: «11 мая, понедельник». Это означало лишь одно: до вылета оставалось меньше суток. — Чёрт, мы опоздаем! — встревожился он и бросился искать свои вещи, бестолково обыскивая комнату. — А ты с собой целый замок потащишь? — хрипло рассмеялся Илья. — Нет, но всё равно... Это же моя первая поездка за границу, — мечтательно протянул Саша. — О, так у тебя тоже?! — обрадовался Илья. — Значит, мы будем впервые исследовать новые земли вместе! — Ох, я же ни одного японского влога не посмотрел! — вдруг спохватился Саша. — А там есть интернет? На что разменивать доллары?.. — Сань, — и тот обернулся, уставившись на Илью в недоумении. Яцкевич смотрел на него с беззаботной улыбкой. — Всё будет хорошо. Саша на мгновение застыл, почувствовав, как тревога отступает, смытая приливом внезапного спокойствия. Казалось, Илья возымел на него поистине чудодейственный эффект.  — Тогда давай собирайся, а я к себе. Заедешь потом? — предложил Саша.  — Конечно! — Илья подпрыгнул с кровати, словно пружина, наполняя комнату энергией, которая возникала в нём будто из ниоткуда. Он щёлкнул JBL-колонкой, и комната наполнилась звуками их любимой музыки. Затем он включил подсветку — и сборы перестали казаться пугающими. — Давай, не скучай, — обнял его на прощание Саша. — А ты думай только о хорошем, — в ответ Илья энергично принялся растирать ему лопатки, словно пытаясь втереть в кожу уверенность в том, что всё сложится именно так.

°❀⋆.ೃ࿔*:･°❀⋆.ೃ࿔*:･

Спустя несколько часов они прибыли в аэропорт. Саша вжимал в потные ладони паспорт, выискивая глазами их рейс на бегущей строке. Илья же, широко зевая, делал в скетчбуке лёгкие наброски — то ли портреты стоящих впереди людей, то ли абстрактные узоры. — Кажется, я забыл тканевые маски, — внезапно осознал Саша.  — И это ты считаешь поводом для грусти? — возмущённо поднял брови Илья. — Я вот забыл свой любимый блокнот. Пришлось экстренно начинать новый! Саша нервно выдохнул. Его мозг, перегруженный за вечер гигабайтами информации о Японии, теперь выдавал случайные факты в режиме нон-стоп. Он с лёгкостью мог бы назвать население Камакуры или расписание токийских трамваев. В невыносимо длинной очереди на регистрацию время для Саши тянулось, подобно жвачке. Он в пятый раз перепроверял паспортные данные и мысленно перебирал содержимое чемодана. Илья же вёл себя так, будто они просто провожали кого-то: ни тени волнения. Он устроил себе частное, но великолепное продолжение весеннего бала, захватив только самое необходимое — и, разумеется, отдельный рюкзак с инструментами художника, с которыми ни за что не мог расстаться. — Чёрт, да сколько можно стоять! — Илья раздражённо сдул с лица рыжеватую чёлку, которая снова упала на глаза, мешая рисовать.  — Может, соберёшь волосы? — запоздало предложил Саша.  — Не могу, — буркнул Илья, не отрываясь от рисунка. — Резинки нет.  — Для этого ты меня и взял с собой, — улыбнулся Саша. — Повернись. Он принялся аккуратно, почти нежно разглаживать пальцами спутанные пряди. Илья поёжился — не от боли, а от внезапного разряда, пробежавшего по коже от прикосновений. Сквозь шум аэропорта он слышал только собственное сердцебиение. Саша собрал его волосы в хвостик, а затем в небрежный, но удивительно изящный пучок.  — Теперь ты похож на парижскую художницу, — очаровательно улыбнулся Ермолаев.  — Не хватает только каблуков и сигареты в зубах, — Илья покрутил головой, проверяя конструкцию, и его взгляд поблагодарил Сашу красноречивее любых слов. В этот момент пожилая пара перед ними, наконец, получила свои посадочные талоны. Наступила их очередь. — Доброй ночи! — голос Саши дрогнул, и он сглотнул.  — Доброй... Илья Яцкевич и Александр Ермолаев? — сотрудница аэропорта обвела их взглядом, в котором читалась лишь десятичасовая смена и легкое безразличие. — Так точно, — хрипло подтвердил Илья.  — Вы вместе путешествуете? Кем приходитесь друг другу? — девушка пробежалась пальцами по клавиатуре. Вопрос повис в воздухе, словно заряженный электричеством. Парни застыли, а затем их взгляды мгновенно встретились. — Мы... э-э... друзья, — выдавил наконец Саша, и его уши моментально залились густым румянцем. — Ага, а ещё он мой личный парикмахер, — Илья тут же уткнулся в скетчбук, делая вид, что срочно должен дорисовать завиток. Сотрудница, не меняясь в лице, проигнорировала реплику, продолжая стучать по клавишам.  — Просто друзья? — автоматически переспросила она, чтобы заполнить графу в системе. — А есть варианты получше? — встрял Илья, одарив её хитрой улыбкой. Саша, не говоря ни слова, тихо дёрнул его за рукав. Илья фыркнул, но смолк. Девушка на секунду оторвалась от монитора, скользнула взглядом по их алым лицам — и на её усталом лице проступила лёгкая, понимающая ухмылка. — Ваши посадочные талоны, — протянула она билеты. — Поторопитесь: посадка заканчивается через пятнадцать минут! Парни ринулись сломя голову, лавируя между сонными пассажирами. — Стой, Сань! — Илья, пытаясь отдышаться, резко остановился, схватившись за бок. — Подожди... Я... Я умру, если сейчас же не попробую латте с макадамией и солёной карамелью! Саша непонимающе моргнул, будто Илья заговорил на древнешумерском. — Ты сейчас серьёзно? У нас самолёт улетает! — Я мигом! — Илья уже сворачивал в сторону ближайшей кофейни, оставляя Сашу в растерянном одиночестве. Саша видел, как он, задыхаясь, что-то выкрикивает баристе, тыча пальцем в меню. Он не видел лиц, не слышал слов — только табло с вылетами, на котором отсчитывали последние минуты. Сердце колотилось в висках. — Илья, давай быстрее! — не выдержал он, подбежав к стойке.  — Уже, уже! — Илья нервно вытанцовывал на месте, не в силах стоять спокойно. Бариста — кудрявый парень с усталыми, но добрыми глазами — лишь улыбнулся их панике и ловко закончил рисунок молнией на пенке. — Ваш «Ураган», сэр, — с лёгким поклоном протянул стаканчик. — Вы — лучший! — Илья, крепко зажав в руке трофей, рванул обратно. — Бежим! А спустя десять минут, запыхавшиеся, они наконец втиснулись в свои кресла. Илья успел занять заветное место у иллюминатора, прижимая к груди стаканчик. — Никогда больше... — выдохнул Саша, откидываясь на спинку. — Но это же стоило того! — Илья сделал первый глоток, и по лицу разлилось блаженство. Его напряжение мгновенно испарилось. Место рядом с Сашей, к его безумному облегчению, осталось свободным. Монотонные инструкции бортпроводника о спасательных жилетах постепенно успокаивали Ермолаева. Он отправил маме сообщение, что будет без связи 13 часов, и включил авиарежим. А впереди ждало худшее — турбулентность. Это странное чувство, когда внутри всё обрывается и плывёт, а земля уходит из-под ног... Снаружи завыли двигатели, набирая мощь. Шасси плавно тронулись с места, и Саша почувствовал, как его вжимает в кресло. Лайнер нёсся по полосе, подрагивая на стыках плит, и этот разгон был страшнее самой высоты. — Илья, а ты... — бледный, как полотно, Саша обернулся и замолк. Илья беспечно натягивал на уши огненно-красные Beats Solo 2. Он посмотрел на Сашу с абсолютно спокойным видом. — Что такое? — переспросил он, снимая один наушник.  — Тебе... разве не страшно? — выдохнул Саша. — Ну, когда трясёт...  — Нет. А должно? — удивился Илья, задумчиво нахмурившись. Этот ответ обескуражил Сашу. На мгновение он забыл, чего испугался. Но тут лайнер с грохотом оторвался от земли, и сердце Саши провалилось куда-то в пятки. Он инстинктивно вцепился в ладонь Ильи. Тот не дрогнул. Его пальцы уверенно сомкнулись вокруг Сашиной ладони, а большой палец принялся мягко водить по его напряжённым костяшкам, будто стирая страх. И вот они уже в небе. В бледно-голубом, пронизанном солнцем океане, плывущем за стеклом. — Мы взлетели, — тихо, но торжествующе произнёс Илья. В уголках его глаз собрались лучики счастливых морщинок. — Сань, смотри, мы в небе! — Ага... — Саша, обессиленный от пережитого стресса, опустил голову на его плечо, ощущая, как дыхание наконец выравнивается в такт спокойному ритму Ильи. Так они и заснули, пропустив почти весь полёт.

°❀⋆.ೃ࿔*:･°❀⋆.ೃ࿔*:･

Правое плечо Ильи онемело и закололо тысячей иголок — казалось, его ампутировали без анестезии. Он дёрнул им, и голова Саши, издав тихий вздох, перекатилась на подголовник кресла. Илья хотел перевернуться на другой бок, но случайно приоткрыл глаза. Пути назад не было. Всё вокруг было залито светом. Солнце, будто разделяя их предвкушение, озаряло салон с удивительным, новым оттенком. Оно было нежным, как шёлк спелой кукурузы в полях Канзаса, и мягким, как вечерний песок на пляжах Лос-Анджелеса. Илья не мог больше терпеть. Он комфортно устроился, будто в своём общежитии, достал скетчбуки, тюбики с красками всех мыслимых жёлтых оттенков и припасённые сэндвичи. Намечалось нечто грандиозное. Он подправил растрепавшийся пучок на затылке и взглянул на Сашу. Тот, обрумяненный зарей, всё ещё спал. Его безмятежное лицо заставляло Илью с восторгом водить кистью по бумаге. Он обязан был запечатлеть этот миг. Поглощённый работой он не заметил, как едкий химический запах красок начал тревожить пассажиров. — Молодой человек! — Илья не слышал. Он был в ином измерении, где существовали только эмоции, свет и форма.  Кто-то дотронулся до его плеча. Илья раздражённо поднял голову.  — Что?  — Прошу вас, уберите, пожалуйста, краски. Мы не можем проветрить салон, — вежливо попросила стюардесса. Илья посмотрел на неё, потом на спящего Сашу, затем на незаконченный рисунок.  — Хорошо, — пробормотал он, как обиженный подросток, которому отключили интернет в самый разгар игры.  — Спасибо. Кстати, рисунок — замечательный. Очень похоже, — добавила она тихо, кивнув в сторону Саши. Щёки Ильи вспыхнули. Он уткнулся взглядом в скетчбук.  — Рисунок?.. — раздался сонный голос. Саша потянулся, медленно приходя в себя. — Ты что, меня рисовал?  — С добрым утром, спящая красавица, — отмахнулся Илья, торопливо заворачивая палитру в пакет.  — Покажи!  — Да не закончил я ещё... Не смотреть! Саша зевнул, затем порылся в рюкзаке и с победоносным видом достал потрёпанную колоду. — Тогда сыграем в Уно. На желание.  — Пф, мальчик, ты ещё пожалеешь, — самоуверенно выпятил грудь Илья. Саша лишь многозначительно хмыкнул. Этот горе-художник и не подозревал, что в десять лет Саша уже обыгрывал в покер азартных приятелей своего отца, с лёгкостью читая их блеф по дрожи в уголках губ.  — Ты... Как?..  — А вот так. Хм, моё желание... — Саша загадочно прикусил губу. — Ну... Чёрт возьми, да покажи уже этот рисунок! Илья с театральным вздохом протянул ему скетчбук.  — Там не доделано, и перспектива хромает, и...  Он замолк, увидев, как лицо Саши озарилось тихим изумлением.  — Илюш... – прошептал тот. — Это... невероятно. Ты даже не представляешь, какие у тебя золотые руки. Илья расплылся в смущённой, но безмерно довольной улыбке.  — Ну... спасибо... — Уважаемые пассажиры, начинаем посадку в аэропорту Нарита! — раздался голос командира экипажа, и по салону прокатился вздох облегчения. Парни переглянулись и радостно принялись собирать вещи. Впереди их ждала солнечная, двадцатиградусная и безветренная Япония.

°❀⋆.ೃ࿔*:･°❀⋆.ೃ࿔*:･

В аэропорту они провели ещё час. Сначала парни заворожённо глазели по сторонам. Но бешеный ритм японской столицы сбил их с ног. Они кое-как прошли все необходимые формальности с документами, после чего начался настоящий квест — найти багаж. Они носились вдоль бесконечной, монотонно движущейся ленты. — Синий, тёмно-синий! — бормотал Саша, протискиваясь между пассажирами. Его новый чемодан словно растворился в этой однородной массе. Тем временем ярко-оранжевый, потрёпанный чемодан Ильи уже третий раз проехал мимо них, рискуя отправиться в обратное путешествие в Чикаго. — Да он же невидимка! — выдохнул Саша в отчаянии.  — А мой — слишком «видимка»! — крикнул Илья, протискиваясь сквозь толпу. До отеля они добирались, словно выжатые лимоны. Они влились в поток пассажиров «Нарита-экспресса», сели на жёсткие сиденья, и их затёкшие ноги тут же запротестовали — впереди было ещё полтора часа пути. Саша, морщась от напряжения, вчитывался в свои записи, сверяя их со скачанными картами. Он пытался вычислить, где скрывается их отель в лабиринте токийских улиц. Илья же не мог оторвать взгляд от окна: за стеклом проплывали незнакомые пейзажи, идеальные, как картинка из журнала. — Тут всё... нереально чисто, — прошептал Илья, когда они, наконец, вырвались из душного вагона в прохладный воздух станции.  — И невероятно тихо, — кивнул Саша, прислушиваясь к почти неслышному гуму толпы. На ресепшене маленького, но стильного отеля их встретила улыбчивая администраторша. Одним взглядом она определила в них потерянных иностранцев и перешла на беглый английский. Номер 17. Они ввалились внутрь. Саша, издав блаженный стон, рухнул на свою кровать лицом вниз. Илья же, сбросив рюкзак, принялся с любопытством осваивать территорию: щупал бумажные стены, открывал непривычно крошечный холодильник, разглядывал загадочные кнопки на панели управления туалетом. — Офигеть, тут всё по-другому! — Илья подпрыгнул на месте, захлопав в ладоши. — Саня, смотри!.. Эй, не спать! — он тряс его за плечо.  — Ещё пять минут... — пробурчал Саша в подушку.  — Какие пять! — Илья уселся ему на спину и принялся щекотать за рёбра, пока тот не забился в смехе. — Всё, мы прилетели! Идём покорять этот мир!

°❀⋆.ೃ࿔*:･°❀⋆.ೃ࿔*:･

На улице было тепло, солнечно и непривычно тихо. Лёгкий ветерок шевелил волосы, и Саша впервые почувствовал, как разжимаются его собственные челюсти. Илья говорил без умолку.  — Смотри, это же тот самый журнал из твоего списка! — О мой Бог, я видел эту тачку в аниме! — Са-а-ань! А Саша просто шёл рядом и улыбался. В блокноте выводил: «Здесь пахнет жизнью. Цветёт сакура. Из парка доносится...» Илья фотографировал всё подряд — почтовые ящики, кота на карнизе, узор на асфальте. А потом они наткнулись на 7/11. — Ты брал с собой хоть что-то съедобное? — Илья навёл на него камеру смартфона.  — Не-а, — Саша неуверенно улыбнулся в объектив.  — Тогда мы срочно скупаем всё! — в кадре мелькнула рука Ильи, вцепившаяся в его запястье. Илья рванул вперёд, и Саша, смеясь, побежал за ним. Внутри пахло пластиком, чистотой и чем-то сладким. Полки ломились от мармеладок в форме зверушек, напитков с непонятными иероглифами и прозрачных упаковок с едой. Парни разошлись: Саша — к стенду с журналами, Илья — к полкам со сладостями.  — Илья, они тут холодный чай в бутылках продают! А это что? Какой-то треугольник...  — Это онигири, гений. Бери с тунцом. И два этих сэндвича. И эти пирожки. Всё, что выглядит хоть чуть-чуть съедобно! В их корзине быстро выросла гора странной, манящей еды. На кассе добродушный пожилой японец, щурясь, провёл товары.  — Путешествуете? — спросил он на японском, который парни учили только второй год в университете.  — Да! Только приехали! — почти правильно ответил Илья.  — Первый день? О, вас ждёт много открытий, — кассир мягко улыбнулся. — Сходите к моему другу. У него лучшее кафе с раменом в округе.  — А как найти? — спросил Саша, складывая в пакет покупки.  Тот нацарапал на салфетке иероглифы и схему. Илья полез в кошелёк.  — О, не стоит, — замахал руками кассир. — Ваше путешествие только начинается. Копите на впечатления.  — Нет, мы настаиваем! — Илья всё же сунул ему несколько монет и вежливо поклонился.  — Пусть путь ваш будет светлым, — кивнул тот в ответ. На улице Илья выдохнул, и его лицо вдруг стало беззащитно-радостным.  — Блин, Сань... — он вытер ладонью глаза. — Тут так... круто.  — Да, — просто сказал Саша, чувствуя, как та же тихая эйфория разливается у него внутри.

°❀⋆.ೃ࿔*:･°❀⋆.ೃ࿔*:･

С покупками они вернулись в отель и устроили пир на кроватях. Илья хохотал, высовывая синий от газировки язык, а Саша сидел потрясённый тем, что холодный чай в бутылке может быть настолько вкусным. Энергия била через край. Илья, жуя рисовый пирожок, уже раскладывал тюбики с краской на подоконнике. Саша листал сборник хайку, выписывая на полях строчки, навеянные тишиной за окном. Буря эмоций постепенно стихала. На её место приходила усталость, которая клонила в сон. Веки становились тяжёлыми, в висках стучала слабая боль. Молча, они переоделись в то, что было под рукой — в мягкие шорты и потрёпанные майки. Саша аккуратно сложил одежду на стул. Илья же сбросил свою в угол и плюхнулся на кровать. Слышно было только гудение кондиционера и собственное дыхание. — Спокойной ночи, Сань, — прошептал Илья в темноту.  — Добрых снов, Илюша, — так же тихо откликнулся Саша.