Не твой враг

Гермиона Гермиона чувствовала, что больше не одна. Ей не нужно было видеть его, чтобы понять, чьи именно руки обнимают её. Она так отчаянно хотела увидеть его лицо в последний раз, что собрала остатки сил и заставила себя открыть глаза. Он сидел перед ней на коленях, удерживая её в своих руках. Вся его грудь и шея были залиты кровью. Она тоже была в его крови. В голову Гермионы пришла мысль, что именно в этом и была причина её внезапного пробуждения. Кровь Драко Малфоя содержала в себе столько магии, что та буквально впиталась в её кожу. По его глазам Гермиона поняла, что он об этом не догадывается и воспринимает её пробуждение как чудо. Она хотела рассказать ему обо всём, но как бы ни старалась — не могла даже раскрыть рот. В ней осталось так мало магии, что её тело больше ей не принадлежало. — Тише, Гермиона. Голос Драко Малфоя звучал так непривычно надломленно, что её сердце тут же откликнулось болью. Он заметил что-то в её взгляде и нежно провёл пальцем по щеке, будто беспокоясь, что она действительно страдает. Гермиона хотела убедить его, что с ней всё в порядке, но не смогла. Он снова заговорил: — Мне так много нужно тебе сказать, но у нас совсем не осталось времени. Его взгляд блуждал по её лицу, будто пытался запомнить каждую деталь, каждую мелочь, каждую родинку. — Я люблю тебя, Грейнджер. И жалею только о том, что тебе понадобилось почти умереть, чтобы я это понял. Гермиона не могла поверить, что он произнёс это вслух. Вместо счастья по её венам разлился холодный липкий ужас. Он не просто так тратил драгоценные минуты на признания. Он был Драко Малфоем. Он никогда и ничего не делал без причины. — Помнишь, ты как-то сказала, что собираешься прожить свою великолепную жизнь и не позволишь Волан-де-Морту украсть больше ни мгновения? Он смотрел на неё так, будто ожидал ответа. Гермиона моргнула. Ему оказалось этого достаточно. — Ты должна пообещать мне, что будешь и впредь стараться изо всех сил. Ты не позволила Волан-де-Морту тебя сломать и не должна позволить это сделать… мне. Гермиона не могла знать, о чём он говорит, но у неё было ужасное предчувствие. Они уже проходили через нечто подобное однажды, и в прошлый раз она всё сделала неправильно. Он явно не хотел допустить повторения тех же ошибок. — Гермиона, ты должна пообещать мне, что будешь в порядке. Последнее, чего она хотела — давать ему это обещание. Потому что это будто давало ему разрешение на то, что он собирался сделать. Она хотела упрямиться и показать, что ни за что не согласится, но в его глазах было что-то такое, что заставило её моргнуть. В глубине души она знала, что от её ответа уже ничего не зависит, и не хотела тратить драгоценные секунды на споры. Даже перепачканный кровью и в порванной мантии он выглядел так, будто только что спустился с небес, чтобы наконец забрать её мятежную душу. Гермиона понимала, что начинает бредить. И всё же, если ангелы есть и они выглядят именно так — она была не против посетить рай. От Драко явно не укрылись изменения в её состоянии. Он сжал её плечи чуть крепче и, коснувшись своим лбом её лба, произнёс: — Будь у меня любой другой выбор, я бы никогда тебя не оставил. Глаза Гермионы мгновенно наполнились слезами. Она с самого начала знала, что он вёл её именно к этому моменту. Но она не была готова. — А теперь прости меня. Он медленно отстранился, и его глаза снова нашли её. Только теперь в них читалась совсем другая эмоция. Перед Гермионой появилась тень печати магического контракта, заключённого между ними вечность назад. — Как только ты почувствуешь, что заклинание, удерживающее тебя в стенах комнаты, пало, ты должна найти в себе силы призвать Твика. Гермиона ощущала, как каждое его слово превращается в приказ. Он всё ещё держал её в своих руках, но теперь это чувствовалось совсем иначе. — Ты не попытаешься помочь мне. Не вступишь в бой. Не поможешь никому. Ты будешь ждать окончания событий в Министерстве — в безопасности. Ты позаботишься о себе. Если Министерство падёт, ты поставишь свою жизнь выше чувства долга. Ты сделаешь всё, чтобы выжить. Когда подземелье снова погрузилось в тишину, единственное, чего она хотела — закричать «нет». Потому что он не мог так с ней поступить. Не мог заставить её бросить его. Бросить всех, кого она любила.  И пусть она знала, что в таком состоянии не сможет быть реальной помощью и, скорее всего, погибнет. Она была к этому готова. Она хотела умереть, поступив правильно, — и он лишил её этого. Печать магического контракта медленно погасла. Приказ был озвучен. Теперь ничего нельзя было изменить. Где-то наверху, в коридорах Министерства, шёл бой. Пыль с потолка сыпалась тонкой вуалью, оседая на их волосы, на кровь, на холодный пол. Но это всё не имело для неё никакого значения. Драко Малфой только что принял решение за них двоих. Из глаз Гермионы снова потекли слёзы. Она ничего не могла с собой поделать. Драко вновь медленно провёл пальцами по её щеке, нежно коснулся губами её лба и прошептал: — Возможно, ты меня никогда не простишь, но так будет даже лучше. Ненавидь меня. Но живи. Он тут же отстранился и без предупреждения бережно поднял её на руки, перенеся ещё ближе к выходу. Отступая, Драко посмотрел на неё в последний раз, и Гермиона сделала всё, чтобы унять слёзы. Она не хотела, чтобы он хоть на мгновение подумал, будто существует реальность, в которой она способна его ненавидеть.  Гермиона не могла знать этого наверняка, но ей показалось, что он это понял. Драко Малфой подошёл к Сивому и быстро достал нож из-за пояса. Он сделал надрез на его теле и на своей руке. Он не мог разрушить Источник. Не мог его изолировать. Не мог применить никакую магию в этой комнате, кроме той, что текла в его венах. И потому сделал единственное, что было под силу лишь одарённому чистокровному волшебнику: начал вливать силу из тела Сивого в свои жилы. Он начал ритуал, который, без малейших сомнений, невозможно было завершить, оставаясь в живых. Гермиона Грейнджер закричала бы, если бы могла. Но даже это его уже не остановило бы. Она видела, как его тело наполняется алым светом, как энергия из тела Сивого течёт из разреза и впитывается в его рану, как лицо Драко искажается от боли, но он продолжает. Она знала, что у него не хватит сил впитать в себя весь Источник, что он умрёт или сойдёт с ума гораздо раньше. Но Драко не собирался умирать зря. Он умело распределял потоки и забирал часть силы на себя, а другую дозированно выливал в пространство, медленно высасывая из Сивого всю накопленную мощь и давая Гермионе шанс на спасение. Энергия буквально затопила комнату, заливая всё вокруг ярким светом. Она впитывалась в древние камни, проникала сквозь кожу Гермионы и оседала внутри. Со временем её накопилось так много, что она снесла запирающее заклинание и вырвалась наружу. Как только Гермиона почувствовала, что в ней достаточно сил, чтобы снова встать, она тут же рванулась к Драко — чтобы призвать свой Источник и попытаться перенаправить часть силы Сивого через себя. Но вместо этого её губы сами собой произнесли: — Твик. Эльф появился перед ней в то же мгновение. Он за несколько секунд оценил обстановку, с опущенными плечами кивнул в сторону своего хозяина, схватил её за руку и унёс прочь. Гарри Министерство магии пылало. Группа Пожирателей смерти уверенно продвигалась внутрь, шаг за шагом оттесняя мракоборцев. Главной причиной их успеха были трое предводителей, лица которых надёжно скрывали маски. Именно они использовали силу Источника и теснили мракоборцев, которые хоть и превосходили их числом, но не могли противостоять мощи их заклинаний. Гарри едва успевал отражать проклятия. Он чувствовал, как земля под ногами вибрирует от силы столкновений. Казалось, весь мир сжался до нескольких метров вокруг него — вспышки света, крики, падающие тела. У него не было ни плана, ни пророчества, ни надежды — только палочка и отчаянная попытка удержать линию обороны. Что-то тяжёлое ударилось ему в спину. Гарри резко обернулся и увидел Сьюзен. Она уже сползала по стене, прижимая ладонь к кровоточащему боку. Её мантия дымилась от попавшего заклинания. Она пыталась затянуть рану полосой ткани, но её руки дрожали слишком сильно. В этот момент из-за угла, где они укрывались, появилась Луна Лавгуд. Не теряя ни секунды, она опустилась рядом с Сьюзен, словно заранее знала, что произошло. — В следующий раз поменьше беспокойся о спине Гарри Поттера и побольше о собственных защитных заклинаниях, Сьюзен Боунс, — тихо сказала она и тут же начала шептать заклинания, направляя палочку на обнажённую кожу девушки. — Что ты здесь делаешь? — спросил Гарри, не прекращая бросать заклинания в сторону Пожирателей. Все камины всё ещё были заблокированы. И каким-то образом Луна Лавгуд всё-таки сумела пробраться. — У целителей есть разрешение на трансгрессию в Министерство в случае чрезвычайных ситуаций, — спокойно ответила Луна, прижимая рану Сьюзен подолом своей голубой мантии. Прежде чем Гарри успел что-либо ответить, воздух за их спинами снова дрогнул. Раздался короткий хлопок, сопровождаемый едким запахом гари, и из облака пыли выскочил Блейз Забини. На нём был привычный костюм и чёрная мантия, пропитанная дымом и кровью. В его глазах сверкали раздражение и злость. — Где Малфой? — спросил он, не теряя ни секунды, будто уже знал, что только Гарри может дать ответ на этот вопрос. Блейз Забини был последним человеком, которого Гарри ожидал увидеть. Он был уверен, что слизеринец предпочтёт переждать бурю в максимальной безопасности где-нибудь на Майорке. И всё же он в нём ошибся. Не получив ответа, Блейз бросил через плечо: — Я был в «Сент-Мунго», когда всё началось, и трансгрессировал с Лавгуд. Не прекращая говорить, он метнул в сторону Пожирателей заклинание, о котором Гарри даже не слышал, и оно оказалось на удивление эффективным. — Поттер, если ты сейчас не начнёшь соображать, я тебя вскрою. Где Малфой? — В подземелье. С Сивым, — наконец выдохнул Гарри, чудом увернувшись от очередного проклятия. Блейз коротко кивнул и уже рванул к лифтам, но замер на полпути. Позади них вспыхнул ослепительный отблеск зелёного света. Из дыма шагнул Пожиратель, которого они проглядели. Его палочка уже целилась прямо в Луну. Гарри не успел даже крикнуть. Красная вспышка осветила их лица, и в следующее мгновение Блейз метнулся вперёд. Он толкнул Луну в сторону, принимая удар на себя. Заклинание прошло вскользь, но луч всё же рассёк ему ногу. Забини взревел от боли, хватаясь за бедро. В воздухе резко запахло гарью и палёной кожей. Гарри видел, как кожа на его ноге сразу начала чернеть. Не теряя ни секунды, он метнул в Пожирателя мощное заклятие. Вспышка света ударила противника в грудь, и тот рухнул на пол без сознания. Гарри вместе со Сьюзен подхватили Блейза под руки и дотащили к стене. Луна опустилась на колени, сжала палочку и тут же принялась за рану. Они оставили Забини под её присмотром и вернулись в бой, надеясь прикрыть их хотя бы на пару минут. — Ты ведь понимаешь, что мы тут умрём? — нарочито бодро бросила Сьюзен. — Если у тебя есть хоть одна идея, даже самая безумная, я весь во внимании, — ответил Гарри, разрушая проклятие, которое едва не угодило ему в плечо. — Нейтролиты могут сработать на этих чудовищах? — вдруг спросила она, стараясь перекричать шум боя. Гарри вспомнил о камнях, способных гасить любую магию в радиусе нескольких метров. Такими пользовались, когда заманивали в ловушку особо опасных существ. Эти артефакты всегда хранились в специальной секции Отдела тайн. Он перевёл взгляд на трёх лидеров Пожирателей и понял, что им понадобится очень много камней. Они переглянулись со Сьюзан и, не теряя ни секунды, бросились к Отделу тайн. Рон Рон и Чарли ворвались в кабинет Гарри Поттера, готовые ко всему с первой же секунды. Точнее, почти ко всему — потому что то, что предстало перед ними, они точно не ожидали увидеть. Комната была переполнена людьми. Но это были не Пожиратели смерти. В замкнутом пространстве собрались все боеспособные члены семьи Уизли — Джинни, Фред, Джордж, Флёр и Билл. Сразу за их спинами Рон разглядел две тёмные макушки, принадлежавшие Селесте и Сириусу. Комната была набита волшебниками и запахом гари так плотно, что ему было нечем дышать. — Какого чёрта вы все здесь делаете? — выдохнул Рон, пытаясь осознать происходящее. Его взгляд метнулся по лицам, и он тут же подумал о том, кто сейчас с Пэнси, если в укрытии остались дети. — Ждём вас, — хмыкнул Фред, даже не поднимая головы. Вместе с Джорджем он возился с какими-то странными приборами, похожими на безумную смесь волшебных фейерверков и гранат. Каждый раз, когда одно из устройств взмывало в коридор, где-то гулко раздавался взрыв. — Всё идёт по плану, — с деловым видом добавил Джордж. — Если у Пожирателей и были барабанные перепонки, сейчас от них уже ничего не осталось. — Вы последние, кто смог пройти через этот камин, — сказал Сириус, подходя ближе. В чёрной мантии он выглядел так, будто пришёл в Министерство магии собирать души грешников. Он пожал руки Рону и Чарли. — Мы ждали, чтобы выдвинуться вместе. — Кто-нибудь знает, где Гарри? — послышался взволнованный голос Джинни с другого конца комнаты. Флёр положила руку ей на плечо, что-то тихо шепча на ухо. — Естественно, он в самом центре событий, — ответил Джордж, не отрываясь от ловушек. Рон продолжал разглядывать лица вокруг и понял, что в комнате всё-таки не все. — Где мама и Перси? — тут же спросил он. — Перси был в Министерстве с самого начала. Думаю, он держится рядом с Кингсли, — быстро ответил Фред. — А маму… пришлось оглушить и оставить в укрытии, — продолжил Джордж с мрачным смешком. — Видит Мерлин, это оказалось сложнее, чем мы думали. Но на всех нас её ярости не хватило. — Вы видели Пэнси? — спросил Рон, не слишком рассчитывая на ответ. — Она трансгрессировала, пока мы разбирались с мамой. Прости, Рон, — сказала Джинни. Рон не сомневался, что она уже была в Министерстве. Он шагнул к двери, но крепкая рука Сириуса остановила его. — Даже если она попытается попасть в здание, это будет непросто, — спокойно сказал он, продолжая удерживать Рона. — Все камины, кроме этого, заблокированы. Возможно, у неё просто ничего не выйдет. Сириус не знал Пэнси Паркинсон так хорошо, как Рон. У него не было ни малейших сомнений в том, что она уже нашла способ. Он хотел броситься за ней, но не успел. Пол под ногами содрогнулся. С потолка посыпалась пыль, книги одна за другой соскользнули с полок. Все на мгновение застыли, когда по ним прошла волна магии и растворилась в стенах. — Кто-то работает с Источником, — произнесла Селеста, уже стягивая волосы в высокий хвост, очевидно готовясь к бою. Рон почувствовал, как в груди сжимается что-то ледяное. Гермиона. До него только сейчас дошло, что она тоже была в Министерстве. И никто понятия не имел, где она находилась сейчас. — Нам нужно найти Гарри, — сказала Джинни, решительно пробираясь в центр комнаты. — У кого-нибудь есть хоть малейшая идея, как? Комната погрузилась в молчание. Все переглянулись, но никто не знал, с чего начать. В задумчивости Рон сунул руку в карман старой куртки отца и нащупал знакомый холод металла — зажигалку Дамблдора, которую всё ещё носил с собой по привычке. Он достал её, и в тот же миг в комнате повисла напряжённая тишина. Щелчок. Маленький огонёк вылетел из зажигалки, задрожал и тут же направился в коридор. Никто не произнёс ни слова. Они просто переглянулись, крепче сжали палочки — и шагнули следом. Гарри Гарри Поттер мчался сквозь бесконечные стеллажи Отдела тайн, пытаясь совмещать боевые и поисковые заклинания. Где именно могли храниться нейтролиты, он не знал. Они с Сьюзен разделились. Теперь он мог судить о её местонахождении только по красным вспышкам и коротким выкрикам где-то за стеллажами, будто эхом отбивавшимся в металле. Шрамы после последней встречи с сектумсемпра саднили, свежий ожог на спине мешал дышать, но он не обращал внимания. Он мчался мимо бесконечных полок, заставленных древними артефактами, стеклянными шарами, проклятыми картами и пыльными свитками — всё это было не то. Ему нужны были камни. Волшебные камни. Гарри свернул в боковой проход и побежал туда, где стеллажи расходились, образуя широкий круглый зал. На другом конце он заметил Сьюзен, стремительно уходящую в противоположном направлении. Вскоре он остался один. В новой секции полки были заставлены одинаковыми деревянными ящиками — грубо сколоченными, покрытыми пылью. Пока вспышка его заклинания ослепила противников, он принялся сбивать ящики с полок один за другим, надеясь на удачу. Доски грохотали, разлетались в щепки, их содержимое рассыпалось по каменному полу: металлические пластины, обломки амулетов и наконец — камни. Гарри продолжал ломать стеллаж за стеллажом, пока не увидел то, что искал. На полу лежала груда тёмных, будто обсидиановых, камней с приглушённым внутренним сиянием. Нейтролиты. Он опустился на колени и торопливо собрал их в подол мантии. Не успел он подняться, как в зал ворвалась новая волна Пожирателей. Впереди шёл один из тех, кто пользовался Источником. Мощь его магии тут же отразилась на пространстве — Гарри почувствовал, как все предметы на полках начали едва заметно вибрировать. Гарри осознал, что ситуация, в которой он оказался, была слишком нелепой даже по его меркам. Он не мог колдовать — нейтролиты уже подавляли его собственную магию. А Пожиратели находились слишком далеко, чтобы камни могли ослабить их. В итоге, вместо того чтобы лишить противников силы, он фактически обезоружил самого себя. Очередной взрыв разнёс полку в нескольких метрах от него, и поток каменной крошки осыпал Гарри, когда он юркнул в узкий проход между стеллажами. Он только собрался перевести дыхание, как услышал за спиной крики и топот. В коридор ворвались новые фигуры, и сквозь пыль и дым Гарри разглядел рыжие волосы.  Уизли. Которые прямо сейчас должны были находиться в безопасности.  Кровь Гарри тут же закипела от ярости. Львиную долю этой ярости взяла на себя конкретная Уизли, которой не должно было здесь быть ни при каких обстоятельствах. Гарри понимал, что через несколько секунд она окажется в зоне действия камней, но ничего не мог сделать, чтобы остановить её. Прямо за ней бежал Рон, разбрасывая заклятия налево и направо. Остальные участники группы сражались на подступах, отвлекая на себя внимание Пожирателей. С другой стороны коридора прямо на Гарри всё ещё шёл один из лидеров Пожирателей. У Поттера не было ни малейших сомнений, что тот пришёл именно за ним. — Гарри! — Джинни и Рон крикнули одновременно, подбегая к нему. Не теряя ни секунды, он быстро бросил каждому по паре нейтролитов и коротко скомандовал: — Разделитесь и зайдите с другой стороны стеллажей. Держитесь как можно ближе. Камни вытягивают магию — они должны его ослабить. Ни Джинни, ни Рон не стали задавать лишних вопросов. Они лишь кивнули, распихали камни по карманам и бросились в разные стороны. Уже скрываясь за поворотом, Рон метнул ему какой-то пузырёк. — Постарайся не убить себя этим! — крикнул он. Гарри не понял, что тот имел в виду, но поймал пузырёк на лету. Тем временем Пожиратель поднял палочку, и воздух вокруг завибрировал. Ближайшие стеллажи дрогнули, а потом рухнули, обрушивая вниз сотни артефактов. Гарри успел нырнуть под один из них, позволив доскам принять удар на себя. Он отсчитывал секунды, угадывая момент, когда Рон и Джинни окажутся на нужных позициях. Когда пол под ногами задрожал, Гарри понял, что пора. Он выскользнул из укрытия. Под его ногами захрустело стекло. Пожиратель был уже достаточно близко, и поток магии из его палочки заметно ослаб. Камни начали действовать. Пожиратель мгновенно понял, в чём дело, и начал медленно отступать. Гарри осознал, что не сможет его удержать.  У него осталась только одна, абсолютно безумная идея. Он схватил нейтролит и швырнул его в противника. Тот без особого труда отразил удар. В тот же миг Гарри метнул пузырёк, а следом — ещё один камень, просто чтобы отвлечь внимание. — И это ты убил Тёмного Лорда? — раздалось из-за маски с явной издёвкой. Одним взмахом палочки Пожиратель отбил оба предмета. Пузырёк вместе с камнями отлетели в сторону, ударились о стеллаж, и стекло со звоном разлетелось, осыпав пол блестящими осколками. Мгновение ничего не происходило. Гарри почти успел подумать, что на этот раз удача его покинула. И в тот же миг воздух вспыхнул. Пламя вырвалось из разбитой склянки, мгновенно охватывая стеллажи и самого Пожирателя. Он не успел даже взмахнуть палочкой — огонь накрыл его целиком. Жар ударил Гарри в лицо, обжигая кожу и волосы. Тот, кто минуту назад был воплощением силы, теперь горел, не имея ни единого шанса на спасение. Гарри, тяжело дыша и всё ещё сжимая в руках камни, тихо произнёс: — Осталось ещё двое. — Я тебя убью. Прямо здесь и сейчас, — бросил он Джинни, одновременно подхватывая её и проверяя, не ранена ли. Казалось, она была в порядке. — Я… — попыталась было начать она, но Гарри ничего не хотел слушать. — Ты немедленно отправишься в мой кабинет и покинешь Министерство, — скомандовал он. — Думаешь, мне будет безопаснее бродить по зданию в одиночку, чем быть рядом с тобой? — с вызовом парировала Джинни. Гарри не мог бросить всё и проводить её. Но и отпустить одну — тоже не мог. — Сейчас нет на это времени, — вмешался Рон. — Какой у тебя план? К их собранию успели подтянуться почти все участники группы. Гарри с облегчением отметил, что среди них не было миссис Уизли. На щеке Сириуса виднелся продолговатый порез, из которого хлестала кровь, и Селеста торопливо его латала. Фред поддерживал с одной стороны хромающего Джорджа, с другой — Чарли, чья обожжённая рука была наскоро перевязана закопчённым бинтом. Флёр и Билл выглядели невредимыми. Гарри оглянулся по сторонам — Сьюзен нигде не было. — У меня нет ничего, кроме этих камней, — признался он, поднимая один из нейтролитов. — В большом зале всё ещё двое Пожирателей, качающих силу из Источника. Они уже уничтожили большую часть мракоборцев. Это, — он поднял камень выше, — единственное, что хоть как-то сдерживает их силу. Но они действуют только вблизи. Не думаю, что нам снова повезёт, и оба попадут в ловушку. В комнате повисла тягостная тишина. Первым нарушил молчание Сириус: — Сколько у нас таких камней? Гарри огляделся по сторонам, и его взгляд упёрся в охваченные пламенем ряды стеллажей, под которыми лежали их остатки. — Только те, что у меня, у Рона и у Джинни. Они синхронно вынули камни из карманов — всего набралось десять. Этого было вдвое меньше, чем требовалось, чтобы серьёзно ослабить хотя бы одного из лидеров Пожирателей. — А что, если их связать? — тихо предложила Селеста, взмахнув палочкой: в воздухе вспыхнула тонкая нить, соединившая два нейтролита. — Получится сеть, — подтвердил Сириус. — Но как её накинуть хотя бы на одного из них? — хрипло спросил Джордж, который едва держался на ногах и не терял сознания из чистого упрямства. Джинни тут же вступила в разговор: — Мне понадобится только метла. — Нет, — одновременно произнесли все Уизли и Гарри. — В воздухе ты сразу привлечёшь к себе всё внимание. Ни за что, — продолжил Гарри, глядя ей прямо в глаза. — У нас нет времени на споры, — не сдавалась Джинни. — Если вы их отвлечёте, у меня будет шанс. — Ни одна метла не даст тебе нужной скорости, чтобы увернуться от их заклинаний, Джинни. Ты погибнешь, не успев подняться в воздух, — возразил Гарри. — С этим я бы поспорил… — вдруг вмешался Рон. Рон Идея была отвратительной, но, к сожалению, другой у них не было. И Рон, и Гарри с куда большей охотой сами сели бы на метлу вместо Джинни, но все понимали: никто не летал лучше профессионального игрока. Гул боя заполнял всё вокруг. Воздух дрожал от магии, пахло гарью, озоном и кровью. За толстыми стенами гремели взрывы, и пыль сыпалась с потолка, оседая на их лицах. Рон коротко инструктировал сестру, стараясь говорить спокойно, хотя внутри него всё вопило, что он не должен отпускать её одну. И всё же он отступил, давая Гарри и Джинни хотя бы пару секунд на прощание. Луна Лавгуд, перепачканная сажей, разрывалась между Блейзом, Джорджем и Сьюзан — ту всё-таки нашли в одном из пролётов Отдела тайн, и теперь её кровь тёмными струйками заливала серый каменный пол. Рон смотрел на всё это и понимал, что кто-то из них может не дожить до рассвета. Но позволить себе думать об этом он не мог. Сейчас им нужно было устроить настоящий хаос — отвлечь основную массу противников на себя и дать Джинни шанс набросить каменную сеть на одного из их лидеров. Что делать потом — никто не знал. Как только Джинни взмыла в воздух, всё началось. Её метла прорезала воздух с резким свистом, и в тот же миг десятки зелёных и алых вспышек ослепили пространство. Рон бросился вперёд, выбрасывая боевые заклинания одно за другим. В ушах стоял звон — то ли от взрывов, то ли от адреналина. Он продирался сквозь дым и обломки, чувствуя, как горячие искры прожигают куртку. Рон пробивался вперёд, туда, где гремел Гарри, а Чарли с окровавленной рукой прорубался с другой стороны. В их карманах звенели пузырьки с драконьим пламенем — они собирались использовать их с максимальной отдачей. Оглушительный взрыв прогремел где-то справа. Один из Пожирателей не рассчитал силу и поднял в воздух ураган из осколков стекла, разметав треть своих же соратников.  На секунду коридор затянуло пылью и дымом, и Рон воспользовался этим — рванул вперёд, перепрыгивая через тела. Он был почти у цели, когда боковым зрением уловил движение и палочку, направленную прямо на него. Времени не хватало ни уклониться, ни развернуться — впереди стоял другой маг, перекрывая путь. Рон был уверен, что следующая вспышка станет последней, но вместо собственной смерти увидел зелёное сияние — и тело Пожирателя, рухнувшее на камни. Позади стояла тёмная фигура в капюшоне. На секунду Рон подумал, что это очередной Пожиратель, который в пыли не заметил, что задел своего. Но стоило ему присмотреться, как он сразу узнал её. Его сердце рухнуло в пропасть. Пэнси Паркинсон. Она нашла способ проникнуть в Министерство, притворившись одной из них. И она понятия не имела, что за её спиной уже поднимал руку Гарри Поттер, держа пузырёк с пламенем. С рыком раненого зверя Рон метнул свой пузырёк в сторону наибольшего скопления Пожирателей и рванул к ней. Он успел перехватить её за талию и развернуть — ровно в тот миг, когда пламя обрушилось туда, где она стояла секунду назад.  Вспышка была ослепительной. Жар ударил ему в спину, а запах палёной ткани и кожи — в нос. Он закричал, но продолжал тащить её прочь, пока ноги не подломились. Пэнси подхватила его, но была слишком хрупкой, чтобы удержать. — Уходи... сейчас же, — прохрипел он сквозь зубы. Под капюшоном он не видел её лица, но она не двинулась. Она засунула руку в складку своей мантии и достала алую склянку, без раздумий выливая содержимое прямо ему на спину. Это ощущалось так, словно кто-то залил его ожог жидким огнём. Болевой шок застлал зрение Рона туманом, но он всё ещё слышал грохот и вопли. Пепел настолько забил нос и лёгкие, что он боролся за каждый новый вдох. Рон знал, что она его не оставит, и попытался подняться снова, но тело больше ему не подчинялось. Сознание ускользало прочь. — Говорил же, будь осторожнее, — прохрипел Чарли. Его мощные руки подхватили его и без промедления потащили прочь из охваченного пламенем центра зала. Палочка Пэнси Паркинсон тут же начала выпускать боевые заклинания одно за другим, расчищая им путь. Гарри Несмотря на весь ад, развернувшийся вокруг, Гарри Поттер тратил всё своё внимание на то, чтобы не потерять из виду едва заметную фигуру Джинни, мелькающую под потолком. Он видел, что лидеры Пожирателей тоже следят за ней, и понимал — это не могло закончиться ничем хорошим. У него не было ни секунды на раздумья. Гарри начал пробираться к центру зала, прямо к ним. Было ли это самоубийством? Несомненно. Мог ли он отвлечь их внимание? Конечно.  Он всё ещё был Гарри Поттером.  Даже обожжённый, покрытый слоем сажи и пепла, он оставался весьма желанной целью. За время сражения он успел заметить, что оба Пожирателя лишь условно контролировали ту безумную магию, что теперь бурлила в их жилах. Они убивали не только мракоборцев, но и собственных союзников. Это могло значить только одно: их сила имела цену. И, возможно, они уже были на пределе. Гарри выбрал своей целью того, кто выглядел сильнее и представлял большую угрозу. Он запустил в него простейшее заклинание, только чтобы отвлечь. Это сработало сразу. Пожиратель переключился на него, и Гарри увидел, как сила Источника скапливается на кончике его палочки. Отражать такое заклинание было бессмысленно. Он опустил свою палочку и посмотрел прямо на противника, надеясь выиграть хоть мгновение своим странным поведением. Заклинание сорвалось ровно в тот момент, когда Джинни пронеслась над головой Пожирателя и накинула на него сеть. Почти сразу Билл и Флер ударили по нему бомбардой — взрыв был такой силы, что пол под ними содрогнулся, а воздух вспыхнул от переизбытка магии. Пожиратель был мёртв. Но выпущенное им заклинание всё ещё летело в Гарри. Он видел приближающийся зелёный свет и понимал, что не успеет уклониться. Он был готов к смерти. Но к чему он не был готов — так это к тому, что Джинни внезапно окажется рядом. Она схватила его за мантию и рывком оттащила прочь. Метла, которую смастерил Рон, развила такую скорость, что мир вокруг превратился в размытую вспышку света и дыма. Только отлетев на безопасное расстояние, Джинни спрыгнула с метлы и крикнула: — Камни уничтожены взрывом. Нам нечем взять второго. Гарри думал о том же. Оружия не осталось. Их люди были мертвы или тяжело ранены. Одного Пожирателя, владеющего силой Источника, было с лихвой, чтобы уничтожить всех выживших. Он взял Джинни за руку и крепко сжал её пальцы. Способа спасти их у него не было. Она посмотрела на него и улыбнулась — тихо, с каким-то странным спокойствием. Она всё понимала. Они не могли уйти отсюда живыми. Когда они готовились броситься в бой в последний раз, Пожиратель снова поднял палочку, собирая новую магическую волну, которая должна была смести их всех. Но ничего не произошло. Из палочки не вырвалось ни искры. И этого мгновения хватило. Две красные вспышки пересеклись в воздухе, и последний лидер Пожирателей смерти рухнул, словно марионетка с оборвавшимися нитями. Всё было кончено. В подземелье За пять минут до Группа волшебников во главе с Кингсли замерла у дверей помещения, которое ещё вчера было обычным моргом. Теперь из-за двери шла такая мощная волна магии, что даже опытные маги едва держались на ногах. Кингсли понимал, что делает Малфой. Он видел, как тот из последних сил пытается сдержать поток, но его тело уже не могло вместить больше магии. Всё, что ему оставалось, — выпускать её наружу.  Главная опасность состояла в том, что без вмешательства в замкнутом пространстве Министерства накопится такое количество магии, что здание попросту взорвётся. У них оставался только один выход — попытаться вывести часть энергии наружу, пока она не уничтожила всё вокруг. Никто не мог сказать наверняка, сработает ли план, но альтернатив не было. Кингсли коротко переглянулся с Перси. Решение было принято. Они подняли палочки — заклинания прорезали пространство, создавая в стенах временные магические разрывы. Потоки магии тут же устремились наружу, и давление постепенно спало. Кингсли не был уверен, способен ли Малфой ещё что-то чувствовать. Его тело светилось так ярко, что смотреть на него было невозможно. Возможно, он уже не видел, что происходит вокруг, но точно ощущал, как магии в воздухе становится меньше. Вероятно, именно поэтому он не остановился и пропустил через себя ещё больше энергии, осушая Сивого до конца. В какой-то момент всё просто стихло. Источник иссяк. Свет погас. Малфой упал на колени — теперь только его тело оставалось единственным источником света в погружённой во мрак комнате. Магия медленно угасала вместе с его жизнью. Когда он опустился на пол, всем присутствующим стало ясно, что он мёртв. Перси шагнул к нему, но Кингсли резко выбросил руку вперёд. Даже мёртвый, Малфой всё ещё оставался вместилищем огромной силы — одно неосторожное движение могло обернуться катастрофой. В подземелье повисла тишина, нарушаемая лишь гулом далёкой битвы наверху. Все присутствующие смотрели на тело человека, который своей жертвой позволил другим выжить. У них не было времени на почести. Кингсли глубоко вздохнул и приказал волшебникам немедленно возвращаться и помогать остальным. Но никто не успел покинуть подземелье — из-за короткой паузы они не сразу заметили два хлопка трансгрессии за спинами. В коридоре появились двое: высокий, мертвенно-бледный старик в тёмной мантии и статная женщина в чёрном платье и остроконечной шляпе. Она щёлкнула пальцами — и все, кто был в комнате, утратили связь с реальностью. Серафина медленно подошла к телу и провела пальцами по когда-то прекрасному лицу. — Мы опоздали, Марво, — тихо сказала она, закрывая Драко глаза. Старик остановился позади неё. На его лице не дрогнула ни одна мышца. — Это не значит, что я позволю им превратить его тело в артефакт, — произнёс он ровно. — Он должен быть похоронен достойно. Не тратя больше времени на разговоры, он протянул руку, коснулся тела, и они исчезли. Серафина осталась одна, среди людей, которые никогда не вспомнят, что произошло. Она мягко коснулась головы каждого, создавая новое воспоминание: о том, как тело Малфоя рассыпалось прахом после завершения ритуала. Перед уходом она задержалась на пороге, думая о том, что его отличница так и не сможет с ним попрощаться.