Во всем есть смысл

Пчелкин не обманул. Смена сегодня прошла абсолютно спокойно, ведь как и обещал Виктор сегодня он не почтил присутствием ни свой кабинет, ни наше заведение. Как, собственно и остальные владельцы. Можно сказать что я даже заскучала, игорный зал сам по себе тих, бармен при необходимости сам может подать выпивку, бегать с тяжелым подносом полном еды не нужно. И все же меня не покидало чувство тревоги из-за предстоящей работы.  Я размышляла о том, как было бы приятно вернуться к медицине, хоть на пару мгновений, ощутить принадлежность профессии. В общем, к концу смены я была полна приятных ожиданий. Успела даже переговорить с Оксаной, она была удивлена моему новому назначению - постоянной работе на втором этаже Огранзы, в игорном зале, о котором услышала от меня же. Натали вслух ничего не пояснила, Виктора сегодня не было, поэтому никто даже не задумался почему я второй вечер подряд торчу в игорном зале. Оксана рассказала мне о своем новом кавалере, с которым познакомились буквально пять дней назад, а я взгрустнула. Ее кавалер, которого она мне показала был невысок, с небольшим лишним весом и с начинающиеся лысиной и она уже успела съездить к нему и провести с ним ночь. Я вспомнила Пчелкина, высокого, стройного и весьма привлекательного и посетовала на свои епта высокоморальные устои. Мы на разных ступенях иерархии. Тихо, Катерина, знай свое место. Вечер закончился как-то быстро для меня, незаметно меня подозвала Наталья Валентиновна, выдала мне зарплату с обещанной премией, чем весьма меня приободрила и великодушно отпустила в два часа ночи. Собираясь и надевая пальто, завязывая шарф я неосознанно пялилась на свои губы с полустершейся красной помадой и все же решила их подкрасить. Зря что ли Янка именно сегодня решила поделиться со мной своей любимой помадой. Да и день сегодня якобы праздничный, хоть про это никто даже не подозревал. Через несколько минут я уже заворачивала за угол гадая, что за машина меня ждет и остановилась как вкопанная. На том же месте, где меня утром высадил Виктор стоял знакомый черный БМВ. Я робко подошла к водительской двери, стекло которой начало опускаться, выпуская клубы сигаретного дыма.  - Че встала?! Садись, - раздался веселый голос Пчелкина, - никому не смог доверить столь ценный груз. Я обошла машину и аккуратно открыла дверь. На пассажирском сидении стоял большой пакет с медикаментами. Пчелкин включил свет и указал мне на пакет:  - Проверяй, - кратко обозначил он и я, сев в машину и поставив на колени пакет, поспешила закопаться в содержимое. Быстро перебрав медикаменты, я обнаружила все, что считала необходимым, был даже новенький жгут и медицинский спирт. - Все в полном наличии, - весело сказала я и подняла глаза на Пчелкина. Его глаза блестели странным блеском, а к запаху сигарет и его одеколона примешивался другой, алкогольный, - - Вы пили? - не сдержавшись, возмущенно спросила я. - Не больше чем обычно. Не дрейфь, сейчас домчу с ветерком, - видимо, чтоб не оставалось сомнений на этот счет, он нажал кнопку на своей двери и двери заблокировались. Я судорожно сжала пакет в руках и замерла. - Смотри-ка даже красную помаду никто с тебя не стер. Забрось пакетик на заднее сидение, - странным голосом приказал Пчелкин. Послушно я потянулась между сидениями положить пакет, и когда уже возвращалась на свое место была перехвачена сильными руками. - Посмотри на меня, - почти прошептал Пчелкин и я подчинилась, мои глаза почти утонули в его голубых сияющих глазах и мальчишеской улыбке, - у тебя такой красивый цвет глаз. Он наклонился еще ближе ко мне и его губы коснулись моих. Я замерла. Мужские незнакомые губы осторожно исследовали мои, от него пахло сигаретами и ментоловой жвачкой и я потерялась в его объятии и поцелуе. Его рука погладила мои волосы, спустилась к шее и хотела продолжить свой путь ниже, но я отстранилась. В моей голове промелькнула мысль: сказка закончилась, принц оказался бандитом.  - Поедем? - тихо проговорила я. - К тебе или ко мне? - в его глазах плескалось веселье. - Домой. Завтра у меня медицинское обслуживание пациентов, - тихо, но строго произнесла я. Он оглянулся на пакет. - Ну, поедем. Хоть помада стерлась, - он вытер тыльной стороной ладони свои губы и показал мне след. - Стерлась, - послушно согласилась я. И мы поехали, Москва пролетала мимо нас, а я пребывала в перманентном шоке, до сих пор ощущая на своих губах вкус его губ, покусывала себя за щеку, абсолютно не понимая, в мечтах я сейчас нахожусь или в реальности. Витя гнал по кольцу, а я вжавшись в сидение нервно перебирала варианты в которых нас тонко размажет по всей проезжей части или намотает на столб. Пчелкин, глянув на меня, хмыкнул и будто прочел мои мысли:  - Да не ссы, все пучком, первый раз что ли, - он мягко сжал мое колено и качнул головой. - Сколько там капельниц надо? Хоть я и понимала, что его слова больше для отвлечения внимания от дороги, ответила: - Пять. 16 мг, два по 8 и 2 по 4 мг, и десять внутримышечных уколов. - И сколько возьмешь? Вопрос вогнал меня в ступор, мечтая о мимолетном прикосновении к моей прошлой жизни я даже не могла подумать, что все сейчас имеет цену. Едва я открыла рот, чтоб сказать бесплатно, внутренняя Янка, с той стороны головы, мигом ударила меня по уху и прошипела: Деньжата у него водятся, не обеднеет! Не стой из себя невинную деву Марию - он точно не оценит. - Я не знаю, - помолчав ответила я. - Тогда сам прикину, не боись, не обижу, - подмигнул он мне, - че из меда-то ушла, раз так тебе по кайфу? - Трудная жизненная ситуация, - я нахмурилась, вспоминая как мама заболела, а папе практически не платили зарплату и на шее у них сидела дочь-студентка и сын-школьник, - решила слезть с родительской шеи. - А в больничку устроиться не думала, - будто удивился он. - Думала, - протянула я, - только там не зарплата, а слезы, а плакать я уже устала.  Сегодняшняя ситуация будто располагала меня к откровенности, сегодня я почувствовала себя не официанткой и наемной рабсилой, жизнь которой напрямую зависела от настроения начальства, а как будто встретила соседа по школьной парте - учились в одной школе, сидели в одних и тех же классах и решали одни и те же задания по математике. Но все же сейчас я решала другие задачки. - Мама болеет, онкология крови, - продолжила я, - лечение, питание, больничные. Я семье помогаю. - Похвально, - так же тихо протянул он. - Я вот тоже своим помогаю. - против воли вырвалось у него. - Я заметила, ты молодец, - одобрительна отозвалась я. - А че, мы уже на ты, - тут же развеселился Пчелкин, этим он хотел  создать новый виток беседы, а меня как окатило холодной водой.  «Дура ты, Екатерина Александровна! Он не школьный твой приятель, он даже не приятель, знай свое место», - пролетело у меня в голове, а вслух я ответила. - Извините, Виктор Павлович, я забылась. А мы, кажется уже и приехали, - машина как раз заехала в знакомый двор.  Он раздраженно хмыкнул, следя за тем я как я попыталась открыть дверь. - Завтра, без адреса, будешь весь дом по квартире обходить?  Я притормозила. Отказывать ему, зная что его отец страдает от болей, да так что до поликлиники ему не дойти, желая вдохнуть запах медицины и прежней жизни, я совершенно не хотела. - И как же мне узнать адрес? Он запустил руку под пальто и достал из внутреннего кармана сложенную в четверо записку.  - Все здесь, - он протянул мне клочок бумаги и сам дотянулся до заднего сидения за пакетом с медикаментами, положил его мне на колени и наклонился ближе ко мне. Я опять почувствовала запах его мятного дыхания, смешанного с алкоголем, его парфюм и неосознанно сама чуть наклонилась вперед, подольше желая слышать этот приятный аромат. Он тут же преодолел эти несчастные сантименты между нами и снова впился поцелуем мне в губы, этот же поцелуй, в отличии от предыдущего вышел более мягким, каким-то нежным и более долгим, как не уговаривала я себя отстраниться. Одна его рука в этот раз спокойно придерживала мою голову, вторая упиралась в мое сидение рядом с бедром. - Ну все, беги, - Пчелкин отстранился и еще раз ласково провел рукой по моим пепельным волосам. Он, пошарив, нажал кнопку и я услышала как щелкнула открываемая дверь машины. - Мои завтра будут ждать тебя в 10.  Я проверила записку в пакете, прижала пакет к груди и выскочила из машины. Вскользь обернувшись, я заметила как Пчела закуривает, пристально глядя мне вслед.  Захлопнув за собой дверь подъезда я мухой по лестнице взлетела на свой этаж, громко гремя ключами. Промчалась мимо ошалевшей Янки на темную кухню и, отодвинув занавески, выглянула в окно. Его машина стояла прямо под нашими окнами с выключенными фарами. На секунду мне показалось что я вижу как огонек сигареты озарил его лицо, а он всматривается наверх, в темные окна. Я поспешила закрыть занавески и отойти от окна. Ярко вспыхнул свет, Яна не спеша подошла ко мне, отдернула занавеску и достала пепельницу. Мельком взглянула за окно и с азартом в глазах сказала: - Стоит у машины и курит. Я, поборов желание повторно выглянуть в окно, спросила: - Как стоит? - Как стоит конкретно у него - не знаю, но тебе вскоре желаю узнать. У тебя помада размазана, - нагло хихикнула моя бесцеремонная подруга. Я выскочила в коридор и в зеркале обнаружила свое глупое лицо, с размазанной помадой и ярко блестящими зелеными глазами. Сняв сапоги, поставила пакет с лекарством и повесила пальто. Обернулась к подруге. Она ухмыльнулась и протягивая сигареты сказала: - Он докурил, сел в машину и уехал. А красная помада ему тоже к лицу. Рассказывай!