Во всем есть смысл

Валера Филатов уверенно вел большой внедорожник по темным московским улицам, изредка поглядывая на меня. Он был ровно таким, каким запомнился мне по школе: с мягкой улыбкой, уверенный и какой‑то теплый. Наедине с ним я чувствовала себя комфортно, и потихоньку начала расслабляться. Села ровнее и взгляд, ранее рассеяно скользивший по мелькающим огням большого города стал яснее, хотя усталость так же накатывала волнами. После интенсивной работы, да еще и наедине с Пчелкиным, мой мозг уже отказывался думать. Я начала засыпать. - Устали? - негромко спросил меня Валера, - Витя он такой, себе и другим вечно покоя не дает. Деятель наш. Фил мягко и беззлобно рассмеялся. Я вздрогнула, словно забыв, что в машине кто‑то есть, и натянуто улыбнулась: - Немного. Первый рабочий день… в качестве консультанта. И сразу столько впечатлений. Я умолчала о главном. Космос задел меня, задел своей фразой про серую мышь. Наедине с ними я старалась показать что меня это ничуть не тронуло, но до сих пор при воспоминаниях об этом сердце сжималось. В школе меня так и дразнили, особенно когда одна из одноклассниц узнала что мне нравится Пчела. Валера, будто почувствовав мое состояние, решил разрядить обстановку: - Знаете, в кино каскадёры тоже часто слышат: «Ты тут зачем? Иди отсюда». Но потом, когда нужно прыгнуть с крыши, все вспоминают именно нас. Я невольно рассмеялась. Дальше разговор потек более непринужденно. Валера в подробностях рассказал как в юности занимался боксом, а теперь работает каскадёром, про свои дела в Бригаде Белого намеренно умолчав. Зато упомянул множество травм, полученных на соревнованиях и тренировках. - Бокс очень травматичный спорт, - кивнула я с улыбкой, - хотя в принципе большой спорт - это серьезно. А вы знали что самое уязвимый орган у боксеров - это голова? Берегите её. - Слушаюсь, доктор, - шутливо откозырял Валера, - а вы, я смотрю, к медицине с уважением! Я загрустила. Вернуться к учебе было моей мечтой. Пока что не сбыточной. Отвлекаясь я рассказала о том как долгие годы сама занималась спортивной гимнастикой. О травме колена, долгих месяцах в больнице и о том, как именно тогда решила посвятить жизнь медицине. - Спорт - это красиво, - задумчиво произнёс Валера, - но зачастую травмоопасно. Часто мы, спортсмены, воспринимаем боль как само собой разумеющееся и не обращаем внимания. Я после соревнований пару раз лежал в травме. Понимаю о чем вы говорите. Я тоже благодарен врачам. Мы обменялись историями о реабилитациях, смешных случаях на тренировках и даже поспорили, какой вид спорта опаснее. Я оживилась, забыла о колкой фразе Космоса, брошенной бездумно. - А как вам Виктор… то есть как с ним работать я знаю, скорее как человек?- осторожно спросил Валера, словно растеряв смысл вопроса. Замявшись я думала на какую часть вопроса ответить и отвечать ли вообще, но с Филом мне самой хотелось быть откровеннее. - Он… интересный человек, - осторожно начала я, - но я не знаю, насколько можно ему доверять. Валера кивнул, не настаивая на подробностях. - В жизни, как в каскадерстве: главное - знать, где граница. Иногда перешагивая ее можешь уже не вернуться к себе прежнему. Я посмотрела на него с благодарностью, в его словах не было нравоучений - только понимание. И ответ который я так хотела знать с утра. За сегодняшний день Пчелкин не только не переходил границ, но и осек Космоса. Когда машина подъехала к дому, я уже улыбалась по‑настоящему и вспоминала прошедший день без тяжести на душе. - Спасибо за разговор. И за то, что не дали загрустить, - тепло попрощалась я с Валерой. - Всегда рад помочь, - улыбнулся он, если что - звоните. Вдруг понадобится вам понадобится для сложных дел каскадер-врач. Я рассмеялась, вышла из машины и, прежде чем зайти в подъезд помедлила, обернувшись: - Передайте Пчёлкину - я не серая мышь, никогда ей не была и не буду. Валера не торопясь поднял руку в знак того, что понял и слегка кивнул на прощание.

***

Следующий день. Двумя часами ранее… На втором этаже здания в просторном кабинете Белого за массивным столом для переговоров собрались все члены Бригады. Атмосфера была напряжённой - предстояла серьёзная работа, итоговое слушание ночных и дневных бдений товарища Пчелкина, дела, на которое тот положил столько сил. Сидящий во главе стола Саша Белый, невозмутимый и собранный, окинул взглядом присутствующих и закурил сигарету, небрежно стряхивая пепел в стоящую рядом с ним пепельницу. - Ну че, опричники, приступим? - хриплым голосом начал он. Слева от него сидел Космос - хмурый, с явной мигренью, потирал переносицу. Напротив недовольного Холмогорова, по правую руку от Белова - Пчелкин, сосредоточенный, с пачкой документов в руках и неизменной сигаретой, только что затушенной в пепельнице. Напротив, чуть в стороне, расположился Фил - спокойный, будто отрешённый от суеты и предстоящего обсуждения в принципе. - Итак, - скомандовал Белый, постукивая пальцами по столешнице, - Пчела, выкладывай свои наработки, не тяни резину. Пчелкин кивнул, развернул перед собой тяжелую папку и быстро заговорил: - Аппарат МРТ Siemens 1,5  Тесла для клиники Доктора. Все по высшему разряду, используется для диагностики большого количества заболеваний, диагностики травм. Теперь о логистике: нужно продумать самый оптимальный маршрут из Мюнхена в Москву. Есть несколько вариантов транзита. Пчелкин, не глядя, крутанул маленький глобус, поставленный для удобства поближе. - Вариант первый: Мюнхен - Варшава - Киев - Москва. Самый быстрый, но с нюансами на польской границе — там сейчас с таможней жёстко. Вариант второй: Мюнхен - Прага - Минск- Москва. Тут попроще с документами, но дольше. И третий: Мюнхен - Вена - Будапешт - Бухарест - Одесса - Москва. Длинный крюк, но самый безопасный и прикормленный — меньше внимания от ментов и конкурентов. Фил кивнул, бросив взгляд на внимательно слушавшего Белова: - Второй вариант разумный. Меньше рисков. - Есть еще варианты, но не такие интересные, - отложив папку Пчелкин сделал пару пометок в своем черновике и поднял глаза на Белого, - какой вариант предпочтем по итогу? Белый задумчиво потёр подбородок: - Давай остановимся на втором: через Чехию и Беларусь. Время в пути приемлемое, а таможенные процедуры отработаны. Но проверь, чтобы все документы были в порядке - не хочу сюрпризов на границе. Космос, до этого молчавший, вдруг фыркнул: - Да чё ты заморачиваешься, Пчела? Взял бы да самолётом… - Самолётом нельзя - аппарат слишком габаритный и чувствительный к вибрациям, - усмехнулся Пчелкин, - железная дорога — самый безопасный вариант. Ты бы хоть в тему вникал. Космос нахмурился, но промолчал занявшись стаканом с коньяком. - А теперь о главном, - продолжил Пчелкин, - завтра я еду с Катей на подписание итогового договора в клинику Доктора. - Хороший ход, - одобрительно кивнул Фил, - Катя сможет. - Да на кой нам эта Катя?! Строгая, как училка, аж зубы сводит, - опять не сдержался и с места в карьер попер Космос, - Интеллигентка чёртова… В натуре, не пойму, зачем она тут нужна! Белый резко поднял голову и осек Холмогорова: - Хватит. Сегодня я сам с ней познакомлюсь и составлю свое мнение. - Она весьма неплоха, - добавил Пчелкин впервые на памяти парней чуть смутившись, - в общем, она мне нравится. Как человек, конечно. - И мне, - поддержал Фил с улыбкой, - при знакомстве показала себя с лучшей стороны - целеустремлённая, стойкая. Даже посоветовала мне беречь голову от травм. Все трое усмехнулись, вспомнив давний инцидент, когда Фил после боя не мог вспомнить своё имя. Но Космос всё ещё был недоволен. Он скрестил руки на груди и бросил: - Ну и че? Я все равно не понимаю, зачем она тут нужна. - Может, ты просто завидуешь, что я намутил эту тему с оборудованием? Законно и без всякого ворья?! - не выдержал Пчелкин. Космос вскочил, схватился за кобуру: - Ты че несешь, Пчела?! Пчелкин тоже поднялся, глядя ему в глаза: - А че, правда глаза колет? - Тихо! Космос, займись делом, - ударил раскрытой ладонью по столу Белый, - Пчела, потряси юристов - я вчера просил их подготовить договор с Катей. Белый поднялся из-за стола и, давая понять что разговор окончен, нажал кнопку селектора: - Люда, принеси кофе. Фил, привези эту Катю. Пора с ней познакомиться.

***

Сейчас. Я уверенно шла за Валерой, пока тот проводил меня через пост охраны и хитросплетения коридоров. Перед дверью кабинета Белого Фил чуть притормозил и, подбадривая меня, сказал: - Ты только не тушуйся! Представь что это соревнование, а ты полностью готова. - Спасибо за поддержку, - ответила я решительно, - для меня эта работа очень важна. Я справлюсь. И самостоятельно толкнула дверь, открывая себе путь в новую жизнь… Я вошла в кабинет Белого, стараясь сохранять невозмутимость, будто была тут каждый день, а Саша так же учился на пару лет старше и был пацаном-школьником. В просторном помещении было уже накурено, деловая обстановка располагала к себе: тёмное дерево мебели, тяжёлые шторы, приглушённый свет. Я остановилась у стола, выпрямив спину и пытаясь оценить какое впечатление я произвела на всем известного Сашу Белого. Он задумчиво смотрел на свои руки и, лишь мельком взглянув на меня, предложил: - Присаживайся. Я одернула свою любимую юбку из тёмно‑коричневой замши и отодвинув стул, села. - Ну что, Катерина, - Белый откинулся в кресле, изучающе глядя на меня. - готова ответить за свои решения? Голос его звучал ровно, но в стальных глазах читалась настороженность. Я лишь кивнула, прядь моих волос, которые я сегодня опять собрала в низкий пучок, упала мне на глаза. Нервно я откинула волосы с лица и как можно ровнее выпрямила спину. Он начал с каверзных вопросов - цепких, продуманных, рассчитанных на то, чтобы вывести меня из равновесия. - Конечно, - не дрогнула я под его напором, - более дорогой аппарат МРТ просит большей таможенной пошлины, но это окупится в обслуживании… Я излагала тезисы быстро, без запинки, периодически заглядывая в собственные записи и подкрепляя каждое утверждение фактами. Белый задавал уточняющие вопросы, пытался сбить с толку, но я парировала, не теряя нити рассуждения. Я слегка повеселела, напряжение понемногу спадало. Вряд ли Саша Белый когда-то был на экзамене по той же пропедевтике и не представляет как изгаляются над студентами профессора, вымучивая даже ради несчастной тройки. А тут только теория, даже навыки сдавать не требуется! По мере того как разговор развивался, на лице Белого проступало удовлетворение, а я чувствовала себя как рыба в воде. И вдруг краем глаза я заметила его небрежное движение рукой. Белый потянулся к ящику стола, будто в поисках документа, и на мгновение выложил на поверхность ствол. Металл холодно блеснул в полумраке. Этого стоило ожидать и я даже не моргнула. Знаем, чем вы занимаетесь. Мой взгляд остался спокойным, словно оружие было не более чем канцелярской принадлежностью, но внутри я похолодела. Слишком увлеклась, увидя в нем лишь преподавателя. Здесь главными были не оценки в зачетной ведомости, а человеческие жизни и судьбы. Внутренне я слегка поморщилась - не более, за месяцы работы в Органзе я успела увидеть не только респектабельный фасад, но и ту самую «тёмную» сторону, о которой ходили слухи. И тут Саша, явно не дождавшись ожидаемой от меня реакции, решил выложить все карты на стол. - Знаешь, Катя, - произнёс Белый, наконец закрывая ящик, - в моем мире те, кто предает или сливает информацию… не выживают. Он выдержал паузу, давая словам осесть в воздухе, а я лишь пожала плечами. - Знаю. Если я даю слово, - сказала я буднично, - я его держу. Взгляд Белого задержался на мне ещё на секунду, потом он кивнул едва заметно, но однозначно. Я перевела дух. - Хорошо. Иди подписывай договор с юристом. Завтра едешь с Пчелой в клинику, показывать итоговый вариант Доктору. - Благодарю за встречу, - я вышла из кабинета тем же ровным шагом которым вошла, с максимально ровной спиной. Дверь за мной закрылась, но кожей я чувствовала витающее в воздухе невысказанное взаимное уважение двух людей, понимающих цену слов, поступков и решений.