Меч галактической империи / Клинок галактический империи

В 3452 году Галактической Эры парламент Альянса объявил о внеочередных всеобщих выборах. После голосования председатель Маркус сумел удержать кресло, а вот его заместитель, Дуглас Консеттлин, был отправлен в отставку. Заодно свои места потеряли более двадцати «великих парламентариев» в пурпурных мантиях. Это было потрясение, самое громкое и масштабное за всю многовековую историю парламента. Но ещё большего шока, вызвавшего всеобщее удивление, стало другое событие: в разгар этой избирательной кампании бог войны Альянса, маршал Гэвин Силия, добровольно сложил с себя высшее воинское звание. Его заместитель и давний ученик, Калеан, с поддержкой более девяноста процентов голосов стал новым маршалом военного ведомства Альянса. Анатоли Дон Калеан окончил местную военную академию в системе Змееносца с весьма посредственными оценками, начал службу в тамошнем гарнизоне скромным младшим лейтенантом и лишь через восемь лет дослужился до капитана. Когда в системе Змееносца вспыхнул мятеж, горстка отчаянных младших офицеров сумела прорваться за её пределы, захватив торговый корабль, чтобы донести тревожные вести до столицы. Почти всех их настигли и безжалостно уничтожили. Лишь Калеан, ценой усилий и постоянного риска для жизни, сумел доставить разведданные прямо на стол высшего командования. Этот подвиг положил начало величайшему антикоррупционному скандалу, какого ещё не знал Альянс. И своей отвагой привлек внимание Силии. Тот немедленно перевёл его в свою личную охрану. Спустя шесть лет, когда прежний капитан Кин Мо Вэнь был отправлен на внешнюю службу, Калеан занял его место, войдя в самый близкий круг доверенных лиц маршала. Возможно, Калеан и не был самым преданным капитаном во всём военном ведомстве, эта честь по праву принадлежала его предшественнику, генерал-лейтенанту Мо Вэню. Он не был и самым знаменитым — эта слава досталась императору Генриху. Но именно его Силия ценил превыше всех, не раз называя первым стратегом Сияющего легиона, и его расположение к нему было очевидно. Даже когда срок службы Калеана в охране истёк и его перевели в другое место, он по-прежнему часто наведывался, пользуясь благосклонностью маршала, и вмешивался в дела охраны, чем изрядно досаждал своему преемнику Генриху. В кампании Сияющего легиона против Храма Тёмной Звезды Калеан впервые принял общее командование от имени маршала. Впоследствии он не раз сражался по всей галактике под знаменем Гэвина Силии, почти не зная поражений, пока наконец не получил официальное назначение на пост заместителя командующего Сияющим легионом с присвоением звания генерал-лейтенанта. Формально он носил лишь это звание, но в его руках уже была сосредоточена огромная власть. В те годы имя Калеана, как заместителя главнокомандующего, гремело во всех уголках армии. Так продолжалось вплоть до битвы за крепость Венеры на закате эпохи Альянса. После поражения в той битве Силия был отстранен парламентом от должности, и Калеан официально вступил в должность исполняющего обязанности главнокомандующего. Никто, ни высшие чины, ни рядовые вояки, не посмел оспорить это назначение. При таком развитии событий Калеан рано или поздно всё равно стал бы маршалом, вопрос был лишь во времени. Но после гибели Силии на Красной Земле Альянс распался, правительство ушло в изгнание, а парламент значительно усилил своё влияние на военное ведомство. Калеан, обладавший лишь званием генерал-лейтенанта, не смог противостоять «пурпурным мантиям», чьи интриги проникали всё глубже. Поэтому Лев Абель и другие генералы создали закрытую группу высших офицеров, чтобы противостоять натиску клана Консеттлинов и им подобных. Калеан же, трезво оценив обстановку, скрыл амбиции и сосредоточился на экспериментах с отражением души на Красной Земле, избегая прямого столкновения. Подобные колебания в балансе сил были естественны: в моменты, когда страна в опасности, когда рушатся основы государства, личные интересы обычно отступают на второй план, становясь ничтожными перед лицом общего бедствия. После возвращения Силии Калеан уже не задумывался об этом, все его силы уходили на решение одной насущной проблемы за другой. Угроза со стороны Империи и ответные удары парламента следовали непрерывно, не оставляя ни минуты на размышления о собственной судьбе. Он даже предположить не мог, что его так внезапно и стремительно вытолкнут на политическую авансцену. Вступив в должность маршала, Калеан первым делом отдал приказ о масштабной реорганизации вооружённых сил Альянса: с первого по восьмой корпус, в общей сложности два миллиона солдат, были полностью включены в состав Сияющего легиона, образовав единую структуру под общим командованием. Гэвину Силии же было приказано возглавить всю армию в качестве командира легиона. В тот день, выходя из здания парламента, Силия снял свой маршальский мундир и небрежно перекинул его через руку. Калеан стоял на широких ступенях в полной растерянности, и на его лице появилось выражение смятения: — Маршал… Силия обернулся. — Идём? В чём дело? Они стояли, разделённые несколькими ступенями, глядя друг другу в глаза, в то время как генерал Абель и остальные офицеры ждали поодаль. После долгого молчания Калеан внезапно шагнул вниз, выхватил мундир из рук Силии и, с покрасневшими глазами, попытался снова накинуть его на плечи маршала. Но руки его дрожали, а Силия тут же поднял ладонь, останавливая движение. Попытка оказалась тщетной. В итоге Калеан просто рухнул на плечо своему учителю и безудержно разрыдался: — Зачем… Зачем вы так поступаете, маршал? Я… я совершенно не представляю, что мне теперь делать… Прошлые пятьдесят лет и так доказали, что я для этого не гожусь, я правда, правда не знаю, что делать… Это был первый раз, когда Калеан позволил себе плакать на глазах у всех. Хриплый голос терзал слух, окружающим становилось невыносимо. Силия же стоял неподвижно, слегка склонив голову так, что чёлка скрывала глаза, и выражение его лица в этот миг было неразличимо. — Я с самого начала был против этого плана… Что теперь делать… Эти дела по силам только вам, кто я такой? Кто я такой?! Зачем вы так поступили… Генерал Абель, стоявший неподалёку, нахмурился в неодобрении и уже собрался подойти, но в этот момент Силия резко оттолкнул Калеана и с силой пнул его в грудь! — Кто ты такой? Ты теперь главнокомандующий Альянса! — Гнев Силии был яростен, лицо пылало. Он указал пальцем прямо на Калеана, и взревел: — Жизни миллионов солдат Альянса зависят от тебя, вся страна смотрит на тебя с надеждой, а ты говоришь мне, что не знаешь, что делать?! Все присутствующие были в шоке. Силия резко развернулся и начал по очереди указывать на них одного за другим. И под этим обвиняющим пальцем каждый невольно отступал: — И вы все! Что вы делали эти пятьдесят лет?! Позор! Реформы провалились, битвы не принесли славы! Вы генералы Альянса, а не дети, которые, оставшись без матери, только и могут, что плакать! — В моё отсутствие вы довели военное ведомство до такого состояния! Пренебрежение долгом, взяточничество, склоки, запутанные связи с парламентом! Вы берёте деньги государства, чтобы набивать карманы своих армий, знаете, что внизу творится полный бардак, но не вмешиваетесь, каждый покрывает своих! А теперь, когда всё вышло из-под контроля, вы только и можете, что плакать. Есть ли кто бесполезнее вас?! Все понурили головы в страхе. Несколько командиров попытались что-то возразить, но генерал Абель, генерал-лейтенант Мо Вэнь и другие, с красными от стыда лицами удержали их. — Некогда славный Сияющий легион, а ныне посмешище всей страны! Неужели за пятьдесят лет вы ничего не смогли сделать? Столько генералов вместе, и вы действительно бессильны что-либо изменить! Всё потому, что сердца ваши разобщены, каждый боится высунуться и быть «срубленным» первым! — …Генерал-лейтенант Мо Вэнь когда-то продвигал движение «За чистоту рядов»… — не выдержав, дрожащим голосом попытался вступиться за начальника один из адъютантов. Генерал-лейтенант Мо Вэнь отчаянно замахал руками, требуя молчания, но было поздно. Силия взревел в ярости: — Тогда почему не довели до конца?! Электронные сигареты, алкоголь, галлюциногены стали модой среди младших офицеров. Почему не применили военный трибунал и не навели порядок?! Тех, кто торговал запрещёнными веществами в армии, почему не схватили и не казнили?! — Не говорите, что у них были покровители в парламенте! Даже если бы вы всех их схватили и расстреляли, да что с того? Перебили бы, и никаких жалоб от парламентариев бояться не пришлось бы! А даже если бы они пришли с претензиями, чего вам страшиться? С таким количеством генералов и генерал-лейтенантов, действуй вы сообща, кого бы вы не одолели? Выходит, всё дело в одном: вы не едины! Без няньки и шагу ступить не можете! Тот адъютант, что осмелился заговорить, теперь не мог выдавить ни звука. Тело его сотрясала мелкая дрожь, и он едва держался на ногах. Генерал-лейтенант Мо Вэнь, с красным лицом стоял, понурив голову, и лишь кивал на каждую фразу. Больше никто не решался издать ни звука. Кругом стояла тишина, нарушаемая лишь воем ветра над площадью. Солдаты застыли, как каменные изваяния. Силия стоял, впиваясь в них взглядом, и спустя долгое время холодно отрезал: — С сегодняшнего дня движение «За чистоту рядов» в военном ведомстве возобновляется. Все возвращаетесь в свои легионы, наводите порядок. Затем маршал Калеан лично проведёт инспекции по всей армии… Правительство Альянса пало, но Сияющий легион всё ещё стоит. Даже если однажды я умру, сияние легиона не угаснет. Он повернулся и пошёл вниз по ступеням, порыв ветра взметнул его волосы. Калеан, пошатываясь, поднялся, губы его шевельнулись, он пытался что-то сказать, но ни звука не вырвалось. *** Когда весть об отставке Силии с поста маршала достигла Империи, Генрих как раз сидел в тронном зале Нового Версаля, выслушивая доклад о положении на фронтах. Перед троном мерцала трёхмерная голограмма генерала Аарона. Генерал-лейтенант Исаак поднял голову, украдкой прошёлся по лицу императора и осторожно произнёс: — Бывший генерал-лейтенант Альянса Калеан получил звание нового маршала… После этих слов повисла тишина, от которой кровь стыла в жилах. Наконец император медленно выговорил: — Знаю. Уходи. Исаак слегка склонил голову и повернулся к выходу, но едва его нога переступила порог, как позади раздался тяжёлый Бам! Император в ярости швырнул ручку и взревел: — Калеан! Калеан!! В его голосе кипела такая ненависть и жажда убийства, что, казалось, они заполнили собой всё пространство, заставляя присутствующих содрогаться. Что это значит? Что это, в конце концов, значит?! Столько лет ты был главнокомандующим Альянса, и вдруг просто взял и отказался! Теперь слово «маршал» произносят в отношении этого проклятого в тысячный раз Калеана! Ты же всегда яростно противился капитуляции Альянса, хотел централизовать военную власть, а теперь разворачиваешься и играешь со мной в отступление за кулисы?! Ты так спокоен, так доверяешь этому Калеану, который только и умеет льстить, подхалимничать и выслуживаться?! Ярость вспыхнула в императоре, как пламя, прокатившись от кончиков пальцев до макушки и заставив каждую клеточку тела гореть. Он готов был вырвать Силию из Альянса и притащить к себе силой: неужели ты забыл, как на Шужуне он использовал твоё тело как приманку? Забыл, как парламент Альянса хотел заменить тебя им?! Пятьдесят лет не виделись, и как только память вернулась, ты тут же с нетерпением назначаешь его своим преемником! Вы двое действительно души не чаете друг в друге! Чёрт возьми, просто души не чаете! — Это, в сущности, вполне логично, Генрих, — спокойно произнёс генерал Аарон. На голографической проекции его лицо оставалось твёрдым и бесстрастным, без тени эмоций. — Калеан — доверенное лицо маршала, годами он брал его с собой в походы с «востока на запад», давно намереваясь вырастить из него преемника. Эти пятьдесят лет Калеан терял влияние из-за недостатка формального звания, без должного статуса слова не имеют веса, а дела не идут. Теперь маршал вернулся и первым делом исправляет этот пробел. Иначе что будет, если случится непредвиденное? Генрих в бешенстве заорал: — Что ты, чёрт возьми, имеешь в виду под «непредвиденным»?! — Ты прекрасно понимаешь, — ответил Аарон. — Если однажды Империя и Альянс вступят в открытую войну, с теми жалкими силами, что остались у Альянса, главнокомандующий сможет усидеть в тылу? А на войне снаряды слепы, кто знает, когда опять попадёт под обстрел? Эти пятьдесят лет военное ведомство Альянса деградировало до неузнаваемости. Маршал, похоже извлёк урок и теперь в первую очередь готовит путь для отступления… Хе-хе, всю жизнь он только и делал, что искал запасные выходы для этой кучки никчёмных отбросов. Слова были жестоки и несправедливы, но Аарон был полон горечи. Даже в конце голос его стал пронзительным. Спустя секунду он усмехнулся: — Ну и что теперь? С Храмом Тёмной Звезды мы ничего поделать не можем. Может, заткнёмся и пойдём договариваться с маршалом Калеаном о мире? С грохотом Генрих опрокинул стол и зарычал: — Не смей произносить это имя в моём присутствии! Стол перевернулся целиком, глухой удар эхом раскатился по залу. Слуга выглянул из-за двери, увидел ужасающее выражение лица императора и тут же шарахнулся назад, не смея войти. Император дышал тяжело, как загнанный зверь. Спустя долгое время он опустился на трон, и красивое лицо с резкими чертами окутала тень. В гнетущей тишине зала слышалось лишь его прерывистое дыхание. Наконец он холодно произнёс: — Империя не признаёт Калеана в качестве маршала Альянса. Отправьте дипломатическую ноту: Золотая Вода — территория Империи, звание маршала Империя давно отменила, и только Силия соответствует военному закону как маршал. Если они хотят присоединиться к Империи, пусть, чёрт возьми, снимут с Калеана звание, иначе им придётся убраться с Золотой Воды! Слуга! Тот, дрожа, приблизился к двери, а император рявкнул: — Вызови ко мне кого-нибудь из министерства иностранных дел! — В-ваше Величество… — Пусть старейшина Лонгфелло немедленно явится! Слуга был на грани слёз: — Но, Ваше Величество… Император вскочил, готовый разразиться бранью, но Аарон прервал его: — Ты действительно хочешь так поступить, Генрих? — Что ты сказал?! — Ты действительно хочешь так поступить? — повторил Аарон: — Чтобы Силия не захватил всю военную власть, ты объединился с Консеттлином и использовал гендерный вопрос как кнут; он оказался в безвыходном положении и отступил на шаг, позволив Калеану стать маршалом. А ты снова пришёл в ярость и теперь хочешь развязать войну с Альянсом… Когда Храм Тёмной Звезды стоит у ворот, ты знаешь, что лучший вариант — сотрудничать с Силией, но вместо этого упорно раздуваешь конфликт, как будто не можешь дождаться, чтобы завтра же вынудить его покинуть Альянс. Подумай головой, разве это разумно? — Силия не из тех, кого можно загнать в угол и заставить плясать под твою дудку. Чрезмерное давление даст обратный результат. — Аарон сделал паузу, и насмешка в его тоне стала почти осязаемой: — Ты знаешь это, но всё равно давишь до предела. Это действительно ради Империи? Или это твоя личная ревность и жажда полного обладания? Судя по выражению лица императора, будь Аарон в этот момент рядом, он получил бы кулаком прямо в лицо. К счастью, Аарон находился в миллионах световых лет отсюда, на борту флагмана, и лишь наблюдал за ужасающим взглядом Генриха и его кулаками, сжатыми так, что на тыльной стороне его ладоней вздулись синие вены. Они смотрели долго друг на друга, и в огромном зале дворца стояла почти осязаемая тишина. Наконец, спустя целую вечность, Генрих сделал глубокий вдох и хрипло выдавил: — Ты хочешь, чтобы я сотрудничал с Калеаном? — Я бы тоже предпочёл обойтись без него, — сухо ответил Аарон, — Но раз Силия выдвинул его в правители, не признавать Калеана, значит бросать вызов воле самого Силии. Этот простой и очевидный факт вонзился в сознание Генриха, вызывая ярость, которую император всеми силами старался подавить. Он сжал кулаки с чётко очерченными костяшками, вцепившись в золотые подлокотники трона так, что лицо на секунду исказилось. Спустя пару мгновений он хрипло выдавил: — Я понял… Всего два слова, но они донесли через пространство такую густую смесь ревности, ненависти и жажды убийства, что даже Аарону, несмотря на расстояние, стало не по себе. — С Храмом тянуть нельзя. Я проведу переговоры с Альянсом. Приглашу Силию и его генералов. И Калеана… — Император замолчал и продолжил: — …В качестве представителя военного ведомства Альянса. А когда с Храмом будет покончено… мы не спеша разберёмся со всем остальным. *** На восьмой день после масштабного вторжения Храма Тёмной Звезды император Близнецов устроил грандиозный приём в Новом Кремле, императорской резиденции на окраине своих владений, куда были приглашены военные лидеры Альянса для переговоров о совместных действиях против общего врага. Место было выбрано с дипломатической точностью: примерно на равном удалении от Золотой Воды Альянса и Белой Цапли Империи, что подчёркивало формальное равноправие сторон и взаимное уважение. Имперская сторона подготовилась с невиданной пышностью: Кремль украсили после недавней реставрации, лично явились император Генрих и более десятка высших генералов разведки, а почётный караул растянулся от главных ворот на несколько километров. Дабы ответить равноценной любезностью, Альянс направил делегацию: недавно назначенного маршала Калеана, командующего легионом Силию и ещё семь-восемь влиятельных генералов. Если не считать того скандального разбирательства в Большом зале Альянса, эта встреча лидеров двух стран стала, пожалуй, самой представительной, пышной и церемонной за последние десятилетия. Однако Силия с самого начала нанёс Империи чувствительный удар. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum