Меч галактической империи / Клинок галактический империи

Грандиозный объединённый флот вскоре опустился на крепость Фабрас. Боевые корабли один за другим погружались в арсеналы, гигантские мехи медленно въезжали в подземные ангары. Бесчисленные металлические шлюзы открывались поочерёдно. Пилоты, выстроившись в длинные шеренги, проходили по мостикам, готовясь вернуться на базу для сдачи дежурства. Титаново-серебристый Феникс с гулом медленно приземлился. В тот момент, когда шлюз открылся, из кабины, спотыкаясь, выскочил Исаак с лечебным прибором в руках. — Адмирал! Адмирал Аарон! Аарон как раз беседовал с адъютантом, спускаясь с боевого корабля. Не успел он даже отреагировать, как Исаак в панике бросился к нему, чуть не столкнув с мостика. — Адмирал Аарон! В-всё плохо! С-спасите, спасите жизнь! Аарон с грохотом врезался в адъютанта, едва не свалившись с высоты в сотню метров, и с трудом ухватился за Исаака, чтобы устоять. — Что случилось, что случилось?! Я же говорил, укачивание — это неизбежно! Ангар тёмный, головная боль не от призраков, а нормальная реакция на экстренную посадку! Ты уже взрослый, не мог бы ты не быть таким бесполезным… э? Ваше Величество? Генрих стоял перед ними с холодным лицом. Его взгляд скользнул мимо Аарона и устремился к дрожащему позади Исааку. — … — Аарон инстинктивно встал между ними. — Ваше Величество! Подумайте трижды! Генрих холодно произнёс: — Отойди. — Даже если Исаака укачало, это не такая уж вина! Вы не можете его убить! — Отойди. — Если уж убивать, то не на глазах у всех! Найдите хоть укромное место, я даже могу помочь яму вырыть! — Отойди! — Как же ты меня ненавидишь, Андерс Аарон! — Исаак наконец не выдержал, оттолкнул Аарона, и развернувшись, увидел Силию, который как раз застёгивал манжеты и выходил из шлюза. Тут же, будто утопающий, ухватившийся за спасательный круг, он бросился к нему. — Маршал! Благодарность за спасение жизни я никогда не забуду! В следующей жизни непременно стану коровой или лошадью, чтобы отплатить за вашу великую милость и добродетель… Силия молниеносно протянул два пальца и упёр их Исааку в лоб. Они стояли на расстоянии вытянутой руки, глядя друг на друга. Спустя пять секунд Исаак со слезами на глазах произнёс: — Маршал, я ошибся. В следующий раз я больше никогда не посмею… — В чём ты ошибся? Так в чём же я ошибся? Исаак сам ломал над этим голову, но так и не понял. Спустя время, с плаксивым выражением, он спросил: — …Может, не стоило просыпаться так рано? Силия покачал головой. — …В момент пробуждения не нужно было разбивать иллюминатор и не выпрыгивать с корабля? Силия снова покачал головой. — Тогда… Глядя на лицо Исаака, искажённое мучительными терзаниями, Силия наконец похлопал его по плечу и искренне произнёс: — Ты выбрал не того босса. С этими словами он прошёл мимо Исаака, застывшего в полном смятении под порывами ветра, и мимо Генриха, чьё лицо было искажено мрачной яростью, удаляясь с тихим вздохом. *** Битва в звёздной системе Мира-Шипул завершилась громкой победой, благодаря совместным усилиям Империи и Альянса. Были уничтожены тысяча триста средних боевых кораблей Храма Тёмной Звезды и один крупный биологический мех, а также пал высокопоставленный воин Квентин Кассано под зубами Огненного Леопарда. Это в значительной степени подняло боевой дух всей армии. — Объединённые операции таковы: без настоящего боя не бывает настоящего союза. Потому что люди не проявят единства и не станут плечом к плечу проливать кровь, пока их не прижмёт к стенке. Хотя это единство соизволило снизойти на крепость Фабрас лишь теперь, к счастью, ещё не слишком поздно. Атмосфера подозрительности и напряжённости, царившая здесь перед битвой, постепенно рассеивалась. Сияющий легион и Девятый флот впервые в истории начали совместные тренировочные учения. С точки зрения командиров среднего и низшего звена, хотя все прекрасно понимали, что великая война уже на пороге, нынешнее состояние крепости можно было смело назвать спокойным. И если удастся сохранить эту позитивную предбоевую атмосферу, то вполне возможно будет одним ударом разгромить Храм Тёмной Звезды и изгнать его из пределов Империи. Однако лишь немногие высшие чины Империи и Альянса знали, что после триумфальной победы в звёздной системе Мира-Шипул ситуация на фронте вступила в ещё более загадочную и опасную фазу. *** — Основные силы Храма Тёмной Звезды… пропали? — Исаак замер на месте и произнёс с удивлением. — Почему Ваше Величество пришёл к такому выводу? В военном командном здании крепости, в ярко освещённом коридоре, офицеры сновали туда-сюда с персональными экранами в руках, а подъёмные платформы с шипением поднимались и опускались за стенами из панорамного стекла. Каждый, кто замечал их в зале, мгновенно вытягивался по стойке «смирно», отдавал честь и затем быстро обходил стороной. Однако двое, находившиеся в центре внимания, казалось, совершенно не замечали ничего вокруг. — Маршал полностью разделяет эту точку зрения, — Аарон, держа в руках чашку кофе, пожал плечами и пояснил. — Их мнения по этому вопросу полностью совпадают. Сейчас они целыми днями торчат на верхнем этаже этого здания, рассчитывая возможные места сокрытия основных сил Храма Тёмной Звезды. Два генерала бок о бок шагнули на просторную подъёмную платформу. Их похожие чёрные военные плащи с мундирами взметнулись и заколыхались позади в такт шагам. Взгляд Аарона случайно упал на металлическую стену, и он внезапно повернулся с вопросом: — Что с тобой? Исаак стоял с выражением лица, будто страдающего от жестокого запора. — …Они целыми днями торчат на верхнем этаже здания… — Обсуждают военные дела. И что с того? Мужчина со шрамом посмотрел на серьёзное лицо генерала Аарона, и в его душе словно пронеслось стадо из тысяч лам. — Нет, ничего. Аарон взглянул на него, полный осуждения за чрезмерную впечатлительность, и в следующую секунду, повернув голову, внезапно заметил что-то и толкнул локтем: — Эй! Смотри! Вагнер! Прямо напротив них, с другой стороны, на лифте спускалась женщина-Альфа, бригадный генерал Вагнер, держа на руках свою десятилетнюю дочь. Девочка-Омега обладала большими глазами, сияющими, как сапфиры, маленьким ротиком, нежным как лепесток, и в целом напоминала милую розовую куколку, которая уютно свернулась в объятиях матери и с любопытством оглядывалась по сторонам. Её взгляд упал на Аарона и Исаака. В следующую секунду оба генерала одновременно изобразили, как им казалось, доброжелательные, ласковые и полные обаяния улыбки. — Привееет! Девочка-Омега: — … Спустя пять секунд позади раздался оглушительный плач. — Уа-а-а! Мама, те два дяденьки такие страшные! Ууууу ваа-а-а!… Два генерала, под странными взглядами со всех сторон, бросились врассыпную. Даже издалека ещё доносились отчаянные увещевания бригадного генерала Вагнер: — Малышка, успокойся, страшные дяденьки уже убежали… Малышка, не бойся… *** — Я так и знал, что нельзя тусоваться с тобой, вторым по непопулярности Альфой в Империи! — Исаак, торопливо прикрывая лицо, свернул в коридор и произнёс с гневом. — С тобой вообще никакого будущего! Эта девчушка вчера ещё улыбалась мне! Всё из-за тебя! Аарон не остался в долгу: — Не мели чепуху! Ты с рождения ни разу не удостоился улыбки от Омеги! Вчера она видела меня! — Увидев тебя, она точно расплакалась бы! Ты знаешь, что Ассоциация защиты Омег собирается внести имя Андерс Аарон в список первых запрещённых слов Империи? Ты с рождения хоть раз держал Омегу за ручку?! — Как будто ты держал! Будь честен с братом, когда ты в последний раз видел Омегу? Пять лет назад или десять? Это был хороший вопрос. Исаак нахмурился, задрал голову вверх и задумчиво почесал подбородок, размышляя некоторое время. Пока в его мозгу внезапно не вспыхнула мысль: — Вчера! Аарон недоверчиво приподнял бровь, но Исаак сохранял серьёзное выражение лица: — Вчера, когда я шёл в столовую на обед, увидел маршала Силию… — … — Аарон произнёс. — Этот не считается. Дуэт имперских генералов, по-настоящему лишённых любви, окутанный чёрной аурой обиды, направился по коридору к кабинету. Серебристо-белые металлические шлюзы перед ними открывались слой за слоем, а за спиной медленно закрывались. На этом этаже заметно поубавилось командиров среднего и низшего звена, вокруг были тишина и покой. Лишь изредка проходили секретари, охранники и другие ключевые фигуры, которые при виде двух генералов молча отдавали честь и затем ускоряли шаг, чтобы уйти. — На самом деле, когда я учился в военной академии, я был очень популярен среди Омег. — Пройдя некоторое расстояние, Аарон наконец не выдержал и решил отыграться. — Тогда в Альянсе Омег было много, в нашей академии их хватало. А я в молодости был красивым, статным, настоящей надеждой… — Хе-хе, — Исаак произнёс с каменным лицом. — Тогда Омеги в Альянсе были куда раскованнее, чем нынешние в Империи. Каждый вечер в маленьких рощицах парочки прятались, чтобы тайком целоваться. Просто я был тугодумом, поздно созрел. А на самом деле те маленькие Омеги смотрели на меня с таким жаром в глазах! Часто подходили сблизиться: то списать домашку попросят, то закуски нарочно на меня уронят, то ножку подставят, когда я иду… Исаак, потирая подбородок, сказал: — Понятно. Все они тебя ненавидели. — Говорю тебе, чуть не закрутил роман с самой красивой Омегой во всей академии! — Аарон уже полностью погрузился в воспоминания о прекрасном прошлом и, проходя поворот, размахивал руками с воодушевлением. — Это он сам подошёл знакомиться! Однажды в коридоре он внезапно налетел на меня, и его книги разлетелись по полу! Я, как в тех кампусных романтических историях, помог ему собрать. Вот так мы и познакомились. Теперь вспоминаю, ностальгия, ха-ха-ха!.. Бах! Когда он повернул за угол, Аарон врезался лбом во что-то твёрдое, запрокинулся и рухнул на пол! В головокружении он почувствовал, как на него посыпались какие-то предметы. От острой боли в голове он ничего не расслышал. Лишь спустя некоторое время, всё ещё в тумане, открыл глаза. — Это… это… Вокруг валялись книги. Калеан болезненно сидел в стороне на коленях, держась за голову, и спросил: — Андерс Аарон, ты что, слепой?! Аарон: — ……… А Исаак, который только и рад, когда мир в хаосе, всё ещё стоял там, держась за живот и колотя кулаком по стене: — Кампусный роман! Прекрасная первая встреча! Ха-ха-ха-ха-ха!!! — Вы двое, хватит уже! — Калеан, не зная, плакать ему или смеяться, держась за голову, встал и начал собирать разбросанные по полу книги. Сегодня он был одет весьма непринуждённо: чёрная рубашка и джинсы, на носу красовались утончённые очки в золотой оправе, придававшие ему интеллигентный вид. В кармане верхней одежды даже торчала ручка для квантового компьютера. На первый взгляд он ничем не отличался от студента, идущего в библиотеку на самостоятельные занятия. Аарон почувствовал, как его сердце, печень и лёгкие одновременно сжались в спазме, и спустя некоторое время не удержался от вопроса: — Ты здесь чего делаешь? — Шёл в общежитие за вещами. Маршал Силия попросил меня принести ему несколько старых книг. — Калеан вырвал книгу из рук Аарона и холодно произнёс. — Не смотри, смазливое личико номер два. Твой интеллект слишком низок, чтобы понять. — Кто тут смазливое личико номер два?! Это же обычные романы, разве нет? — Для тебя любой текст необычен. Кстати, ты вообще окончил военную академию? Одно это слово задело за живое, и генерал Аарон мгновенно онемел. Калеан с невозмутимым видом собрал эту беспорядочную кучу книг, прижал их к груди и уже собрался идти дальше. Внезапно Аарон, обладавший острым глазом, заметил что-то интересное и одним движением перегородил ему путь. — Подожди! Это фотоальбом? — Какой ещё фотоальбом? Калеан стоял в полном недоумении, и не успел даже вмешаться, как Аарон действительно с шорохом извлёк из стопки старых книг тонкий фотоальбом на оптико-магнитной основе! Обложка альбома выглядела уже немного потрёпанной, явно относилась к стилю многих лет назад, и поскольку она была зажата среди кучи старых книг, то совсем не бросалась в глаза. Трудно представить, как Аарон сумел разглядеть её с первого взгляда. Но он тут же проявил живейший интерес, повернулся спиной и открыл. — Ого, у маршала, оказывается, есть привычка фотографировать. Дай-ка я взгляну… Калеан в ярости произнёс: — Что ты делаешь! Отдай мне обратно! — Да просто посмотрю! Не будь таким жадным! — Жадным, блин! Вещи маршала, это не то, что ты можешь брать и смотреть, когда вздумается! Почему бы не украсть фотоальбом того смазливого Генриха и не показать нам всем?! Аарон с альбомом в руках пустился наутёк, а Калеан бросился вдогонку, чтобы отобрать. Коридор и без того был тесным, а куча старых книг в руках у Калеана только мешала. В итоге после нескольких попыток он так и не догнал, а вместо этого чуть не споткнулся об Исаака и с громким бах! сильно толкнул Аарона в стену. Альбом выскользнул из рук, с лязгом упал на пол и раскрылся, мгновенно высветив голографическую проекцию. Несколько столетий назад молодые Силия и Эдна стояли плечом к плечу на одном из вечерних банкетов. Он был одет в облегающий чёрный костюм с белой рубашкой, на груди красовалась бутоньерка с белой розой, его лицо излучало красоту и изысканную грацию. Она же щеголяла в серебристом вечернем платье в пол, её каштановые длинные волосы сияли блеском, и она смотрела в объектив с ослепительной улыбкой. Голографическое изображение до мельчайших деталей запечатлело сцену тех времён. Вслед за этим раздался щелчок, а затем послышался голос Силии, записанный несколько столетий назад. — Галактическая эра, три тысячи сто двадцать шестой год. Снято на торжественном банкете военного ведомства. Новый парфюм Эдны так душит, что я едва выдерживаю. Говорят, подарок от Калеана… Зачем Калеан подарил ей парфюм? Всегда подозревал, что этот тип питает к Эдне нечистые намерения. Когда-нибудь найду повод и непременно его отлуплю. В коридоре повисла мёртвая тишина. Калеан разжал руки, и книги с шумом посыпались на пол. — …Маршал… — Калеан с глазами, полными слёз, произнёс с глубокой обидой. — Что я такого сделал, чтобы вы меня так оклеветали?! Новый маршал Альянса, плача, присел в углу у стены. Сцена была столь трогательной, что любой услышавший опечалился бы, а любой увидевший — прослезился. Даже Аарон с сочувствием похлопал его по плечу. Исаак, глядя на это, тоже издал вздох сожаления и уже хотел подойти, чтобы тоже похлопать пару раз. Но внезапно, не успев опустить руку, почувствовал неладное. — Подождите. А зачем ты вообще подарил Эдне флакон с таким отвратительным парфюмом? Аарон, которого теперь никто не удерживал, с воодушевлением подскочил, чтобы поднять альбом, и наугад перевернул страницу. Оказалось, в этом альбоме хранилось довольно много записей. Оптико-электрический сигнал мигнул в мерцающем свете, и вслед за этим выскочила другая картинка. Молодой Андерс Аарон на пикнике ухмылялся в объектив во весь рот. Вокруг него толпились молодые офицеры, все слегка под хмельком, лежали кто как, в беспорядке, но с весёлым возбуждением на лицах. Неподалёку Калеан и несколько других старших по званию сидели за чайным столом, оживлённо беседуя. А Силия восседал в кресле с высокой спинкой, полностью погружённый в чтение книги. Его спокойная манера, элегантный вид резко контрастировали с той кучей молодых людей в центре кадра, которые шумели и бесились! — Галактическая эра, три тысячи двести восемьдесят четвёртый год. Снято на вечеринке по случаю повышения в звании Андерса Аарона… Этот идиот только и знает, что пить. Мясо и жареная рыба уже несколько раз подгорели. Если так продолжится, то что же мне есть? Кстати, у этого типа вообще есть хоть какое-то осознание того, что он пригласил людей на обед? Или он больше не хочет продвижения по службе, что ли?! В коридоре снова повисла мёртвая тишина. Тело Аарона сантиметр за сантиметром окаменело, а затем в порыве ветра сантиметр за сантиметром развеялось пеплом. — Обозвал меня идиотом… — Аарон произнёс с полным недоверием. — Это не может быть правдой. Он действительно обозвал меня идиотом… Исаак с трудом убрал с лица гримасу злорадства, похлопал по плечу каждого из них одной рукой, подошёл и хотел закрыть альбом. Кто же знал, что, присев, он случайно перевернёт на последнюю страницу. И на этот раз выскочило изображение Генриха. Это был Генрих в юности много лет назад, одетый в форму Альянса, с грудью, увешанной медалями. Он сидел в командном кресле на флагмане и смотрел вперёд. В те времена он выглядел моложе, чем сейчас, лицо всё ещё сохраняло поразительную мужественность, в ледяно-голубых глазах сиял острый блеск, губы были плотно сжаты, словно подчёркивая твёрдый, непреклонный и неподатливый характер владельца. С какой стороны ни посмотри, это была идеальная фотография. Калеан, Аарон и Исаак втроём мгновенно придвинулись ближе. Интересно, как Силия оценит Генриха? Какой, весьма приятной для души, насмешке подвергнется Генрих, которого маршал в те времена недолюбливал? — Галактическая эра, три тысячи двести девяносто третий год. Генрих на церемонии присвоения звания. — Действительно, фоновый голос вновь не подвёл ожиданий и зазвучал. Силия произнёс спокойно: — Я вынужден сказать, что Генрих действительно… В следующую секунду голос в альбоме резко оборвался. Трое одновременно подняли головы и увидели, что в конце коридора стоит Силия с закрытым альбомом в руках. Он смотрел на них с лёгкой улыбкой. Генрих позади него вытягивал шею, пытаясь заглянуть в альбом, будто очень хотел вырвать его и дослушать до конца. Однако Силия не дал ему такой возможности. Он помахал альбомом, и его улыбающийся взгляд поочерёдно скользнул по лицам троих. Спустя мгновение он спросил с явным весельем: — Хотите ещё что-нибудь сказать? *** Перевод команды Golden Chrysanthemum