Меч галактической империи / Клинок галактический империи

Этой битве было суждено навечно врезаться в память космоса, столь эпичной и трагической она стала. По своей жестокости она могла бы войти в тройку самых страшных сражений даже за сотню лет завоевательных походов галактического императора Генриха. Магнитная буря продолжалась целый день. К вечеру крепость сравняли с землей: уничтожено девяносто процентов наземных построек, весь личный состав вместе с боевыми кораблями эвакуирован в подземные укрытия. А сколько людей и стратегических грузов погибло при этой спешной эвакуации, сколько жизней унесли внезапные обрушения временных убежищ — сосчитать было невозможно. Некогда могучая крепость Фабрас в одно мгновение превратилась в голую, выжженную землю. И в тот самый час галактический император, маршал Альянса и все высшие генералы объединённых сил уже вели в космосе огромную армаду мехов навстречу полной боевой готовности армады Тёмной Звезды! Не прозвучало ни единого лишнего слова, не было даже боевых призывов. Едва мехи объединённых сил поднялись в небо, как на них обрушился первый плотный залп флота Тёмной Звезды. Бесчисленные чёрные миномётные корабли, похожие на плотный рой, приближались к строю мехов, выпуская мириады паучьих нитей. Они сплетались в огневую сеть, прикрывавшую огромные тихоходные линкоры, что двигались позади. Со стороны объединённых сил, уступавших в огневой мощи и защите, мехи низших классов укрылись за спинами более сильных. Мехи 3S и 2S классов, шедшие в авангарде, вели основной огонь, выбрасывая тысячи межзвёздных ракет — таких, что способны стереть с лица астероиды, — будто пулемётные очереди. Эта чудовищная дуэль на истощение напоминала взрыв сверхновой. Всё космическое пространство заполнили потоки высокоэнергетических снарядов. В центре сражения образовался гигантский огненно-красный шар, похожий на астероид, слепленный из хлопьев взрывчатки высшей мощности. Вокруг этого светила, плотными кольцами, кружили минометные корабли Храма Тёмной Звезды и отряды мехов; взрывы кораблей и машин то и дело вспыхивали в этих кольцах ослепительными, но краткими фейерверками. На периферии битвы антиэлектромагнитные поля рождали бесчисленные кольца синих молний, а горящие обломки кораблей и снарядов превращались в тёмные струи, уходящие в бесконечность космоса. Вся эта картина казалась грандиозным действом, достойным богов. Но за этой величественной картиной скрывалась битва не на жизнь, а на смерть, где никто не смел отступить ни на шаг. Раскалённые электромагнитные снаряды выплёскивались из орудий; некоторые мехи класса А взрывались от перегрева, но не решались прекратить огонь даже на секунду. — Всем частям! Через три минуты построиться и идти на прорыв! — голос Генриха с трудом пробивался сквозь помехи связи. — Сбить все вражеские линкоры типа «Тай»! Хотя пик магнитной бури уже миновал, связь всё ещё была перегружена помехами. Резкий, пронзительный крик императора заставил уши гудеть. И в то же мгновение впереди полыхнул ослепительный взрыв. Огневая сеть миномётных кораблей Тёмной Звезды была, наконец, прорвана мехами 3S-класса. За считанные секунды отряды мехов хлынули в пробитые бреши, словно сотни сверкающих клинков, вонзившихся в самое сердце вражеского строя. Их атаки высекали мириады искр из неповоротливых, не успевших уклониться гигантских кораблей, зажигая в небесах фейерверк пламени и взрывов. Если в предыдущей огневой дуэли десятки мехов S-класса смогли подавить тысячи вражеских миномётных кораблей благодаря невиданной военной мощи Империи, то теперь плотная и стремительная атака объединённых сил ярко продемонстрировала выдающееся боевое мастерство Альянса. Штурм, лично возглавленный Силией, разгорелся в самом пекле сражения. Армия мгновенно разделилась на сто восемьдесят боевых групп, каждую из которых возглавил мех А или B-класса; группы устремились к гигантским кораблям Тёмной Звезды со всех направлений. Общая численность флота Тёмной Звезды значительно уступала объединённым силам. Но сейчас, из-за магнитной бури, навигационные системы почти всех боевых кораблей союзников вышли из строя, и большая их часть осталась на поверхности, не в силах взлететь. Мехи, конечно, могли подняться вручную и вступить в бой, но по сравнению с армадой Тёмной Звезды они были каплей в море. О полном уничтожении врага не могло быть и речи. Поэтому тактика, согласованная Генрихом и Силией, была иной: оставить в покое основные силы флота и сосредоточить все усилия на его флагмане. Иными словами, даже если не удастся удержать армаду Тёмной Звезды за пределами системы Близнецов, на этом поле боя необходимо любой ценой уничтожить Юнеса. Логика была железной: основные силы Тёмной Звезды, пусть и внушительные, на Белой Цапле встретит столичная гвардия, которую не сломить в одно мгновение. Если продержаться до окончания магнитной бури, объединённые силы смогут вернуться. Тогда, зажав врага с двух сторон, уничтожить Храм Тёмной Звезды станет реальной, пусть и чудовищно дорогой, задачей. Но если Юнес высадится на Белой Цапле и обнаружит экспериментальную базу Божественный Страж, последствия будут катастрофическими и необратимыми. Божественный Страж был тем самым ящиком Пандоры. Стоило Храму Тёмной Звезды лишь прикоснуться к нему, и вся Галактика оказалась бы обречена! Однако, коль скоро они до этого додумались, разве Юнес не принял мер? Неужели он просто выйдет на поле боя и позволит им так просто себя убить? В то время, когда первый корабль Тёмной Звезды, разорванный атакой мехов, взорвался огненным шаром, в туманности Зеркальных Граней, в восьмидесяти тысячах километров от эпицентра сражения, к крепости Фабрас на предельной скорости мчался ничем не примечательный транспортник Альянса. — Интенсивность магнитной бури продолжает падать. Через полчаса упадёт до четырёхсот тысяч триллионов, но уровень всё ещё крайне опасен! Генерал-лейтенант, мы… — Прямой курс! — твёрдым голосом прервал подчинённого генерал-лейтенант Мо Вэнь. — Проложите кратчайший маршрут к Фабрас. Какой бы опасной ни была дорога, мы должны добраться до крепости как можно быстрее. Пилоты в командном центре переглянулись. Долгое время никто не решался возразить, пока наконец адъютант, набравшись смелости, не произнес: — Но, генерал-лейтенант, буря хоть и ослабевает, наш корабль всего лишь транспортник. Шансы благополучно добраться до Фабрас не превышают тридцати процентов! Наши жизни — не в счёт, но вы, как генерал-лейтенант, лично назначенный военным министерством Альянса… — И что с того, что я генерал-лейтенант? Адъютант опешил. Мо Вэнь поднял голову и обвёл всех острым взглядом, который упал на каждое растерянное, полное тревоги лицо. — Крепость Фабрас сейчас, без сомнений, превращена в выжженную пустошь. Но благодаря предусмотрительности маршала, корабли и личный состав, уверен, сохранены по максимуму. Если там не окажется старшего офицера, который возьмёт командование, то даже после окончания бури эти силы будет невероятно трудно организовать и ввести в бой. А уж о помощи маршалу и говорить нечего. На войне возможности возникают и исчезают в мгновение ока. И даже одна секунда такого шанса стоит того, чтобы поставить на кон собственную жизнь! — Генерал-лейтенант для того и нужен, чтобы воевать! На минуту раньше победа — на миллион меньше жертв! — голос Мо Вэня внезапно зазвучал резко, режуще. — Неужели вы думаете, что какой-то генерал-лейтенант имеет хоть какую-то цену в сравнении с миллионами жизней? А моя голова на плечах — какую цену она вообще может иметь? Все на корабле прониклись торжественной серьезностью. Струны в сердцах мгновенно натянулись до предела. Пилоты невольно выпрямились за штурвалами. — Цель: крепость Фабрас. Полный ход, прямо через зону бури! — Мо Вэнь повернулся к адъютанту, и его голос прозвучал решительно. — А теперь иди и выбрось за борт мою спасательную капсулу. Если этот корабль сегодня разобьётся и все погибнут, я, Мо Вэнь, ни за что не останусь в живых один! *** Ещё не утихшая магнитная буря выплескивала в космос ослепительные полосы света. Они извивались и переплетались, будто гигантские светящиеся змеи. Над руинами Фабрас яростный огонь орудий и сполохи магнитного сияния сплетались в яркую картину, словно огромное зеркало нависло над искалеченной землёй. — Майор Билли! — солдат в полном защитном костюме, спотыкаясь, пробирался через руины. Он тяжело дышал, опираясь руками о колени. — Майор, пусковая башня разрушена… текущая интенсивность бури двести тысяч триллионов!.. Адъютант Калеана, майор Билли, стоял на потрескавшихся ступенях. За его спиной высились обломки командного пункта, в сумерках похожие на причудливые тени чудовища. Сквозь руины проносился воющий ветер, неся едкий запах химикатов, смешанный с запахом ржавчины. Он шевелил покрытые серой пылью волосы солдата. — …Двести тысяч триллионов… — пробормотал майор Билли. По сравнению с пиком бури помехи в двести тысяч триллионов уже не казались непреодолимыми. Принудительный взлёт боевых кораблей, в теории, уже не выглядел чистым безумием. Однако майора Билли пронзила мысль, от которой он ссутулился ещё сильнее и морщины глубже врезались в его усталый лоб. Магнитное поле с помехами такого уровня всё ещё относилось к красному, первому классу опасности. В нормальных условиях любой взлёт был бы строжайше запрещён. Если во время принудительного подъёма армада потеряет управление и тысячи гигантских кораблей столкнутся… Миллионы солдатских жизней. Кто сможет взять на себя такую ответственность? И даже если он готов её взять, согласятся ли подчиниться ему другие командиры? Солдат, немного отдышавшись, выпрямился и растерянно посмотрел на офицера. Тот был всего лишь майором, но адъютантом самого Калеана. В глазах молодого бойца он уже казался самой надёжной опорой. — Так… майор Билли, мы… мы ведь сможем победить? Майор Билли замер, затем медленно повернулся и взглянул на солдата. Лицо юноши было испачкано грязью, смесью крови и пепла. От этого его глаза казались неестественно яркими, полными неискушённого ожидания и юношеского пыла. Майор смотрел на него несколько секунд, будто не в силах выдержать тяжесть этого взгляда, потом отвернулся и тихо, почти про себя, произнёс: — Конечно, сможем. Непременно… В этот самый момент он краем глаза уловил движение. Голова резко взметнулась вверх, взгляд устремился в небо. Там, на краю небосвода, переплетённого сполохами огня, внезапно возникли яркие сигнальные огни. Они быстро приближались, и вскоре проступил знакомый угловатый силуэт — корабль Альянса! Майор в неверии схватил висевший на груди бинокль. В следующее мгновение сердце его подпрыгнуло к горлу: корабль, шатаясь и кренясь, изрыгая чёрный дым, стремительно падал к земле! — Воздушные подушки! Включить все воздушные подушки! — майор Билли взметнул руку и закричал на остолбеневшего солдата. — Вызывай аварийно-техническую группу! Пожарных! Немедленно! Превращённый в руины командный пункт мгновенно пришёл в хаотичное движение. Спустя десяток секунд дымящийся корабль обрушился с небес. Он с грохотом перевернул сотни надувшихся амортизаторов и тяжело осел в подготовленную посадочную раму. Полностью экипированная команда уже мчалась на машинах, разбрызгивая пену. Бойцы в огнеупорных костюмах с помощью мини-зарядов взорвали покорёженную жаром дверь люка и ворвались внутрь. Через несколько секунд они вытащили несколько человек. Во главе их, к ужасу Билли, был офицер в обугленном генеральском мундире. Увидев это, у майора Билли чуть сердце не остановилось: — Ге… генерал-лейтенант Мо Вэнь?! Пламя на одежде Мо Вэня сбили. Он катался по земле в мучительном приступе кашля, пока медицинская группа всем скопом не навалилась на него, удерживая, и не направила на него заживляющий излучатель. Майор Билли бросился к нему, опустился на колени и открыл рот, чтобы что-то сказать, но Мо Вэнь внезапно впился пальцами в его руку. Майор увидел, что половина когда-то безупречного лица генерала обожжена до неузнаваемости. Под лучом излучателя сочилась ярко-красная кровь. Голос его был хриплым, искажённым болью: — При… приказ всей армии… прину… принудительный взлет… Майор ахнул от ужаса: — Генерал-лейтенант, ваше состояние!.. — На поле боя… не выдержат… Пусть корабли… поднимаются… — Мо Вэнь сжал его руку с нечеловеческой силой, с каждым словом из уголков его рта хлестала кровавая пена. — Если что… я отвечаю… Несите меня… на флагман… *** Перевод команды Golden Chrysanthemum