Я, Кофе и Ты

Комнату озарил резкий звук будильника, издавая раздирающий слуху звон. Протяжно вздохнув, не отрывая глаз, одним резким движением выключила будильник и, спрятав лицо в ладонях. Пройдя на кухню, она заварила чёрный кофе, ставя его на стол перед собой, иногда попивая и отвлекаясь от телефона. Допив свой несытный завтрак и выйдя из ванной комнаты, доделывала утреннюю рутину перед зеркалом. Блондинка накинула на себя чёрный приталенный пиджак и того же цвета джинсы клёш, стала заниматься укладкой волос. Через 40 минут, зайдя в офис и подходя к своему уединённому рабочему месту у окна, подальше от остальных сотрудников, услышала сзади хлопки в ладоши, привлекающие внимание. — Коллеги, хочу представить вам нашего нового сотрудника. Дмитрий Ллойд — талантливый специалист, чьи амбиции в архитектуре полностью соответствуют нашим стратегическим целям. Добро пожаловать в коллектив, Дмитрий. — Благодарю, где я могу занять своё рабочее место? — подал басистый и бархатный голос мужчина. — У окна, — направив ладонь к месту напротив моего, босс похлопал по плечу Дмитрия и скрылся у себя в кабинете. Лэйн была из богатой семьи, её родители были успешными адвокатами. С самого детства родители вводили её в курс дела, настаивали, чтобы она продолжила их деятельность, но их планы порушились. Девушка отчислилась с третьего курса юридического и поступила на архитектора. Её терпение лопнуло, когда родители на очередной встрече с важными людьми сказали, что хотят выдать её замуж за сына богатеньких юристов. После этого она судорожно собирала важные вещи в чемодан и переехала в квартиру на другом конце города, обрывая все связи с родителями. Закончив университет с отличием, она устроилась в архитектурную компанию. На её счету была достойная сумма, которую родители давали ей с подросткового возраста. Лэйн не злоупотребляла деньгами, конечно, у неё была дорогая брендовая одежда и украшения, но она была расчётлива и не допускала денежного кризиса. Подойдя к столу напротив девушки, Дмитрий сразу с головой ушёл в работу. Не обращая внимания на внешнюю обстановку, он хорошо орудовал карандашом по бумаге и глазами по экрану монитора. По его скрупулёзной работе, вовлечённым глазам и напряжённому телу было видно, что мужчина серьёзно относится к работе, можно было сказать, что он трудоголик. Пока остальные сотрудники в течение дня часто отвлекались, уходили за очередным чаем с печеньем в компании коллег, он мог позволить себе лишь одну чашку чёрного кофе, попивая за работой над очередным проектом. В таком режиме прошёл месяц. За это время уважение к Дмитрию среди сотрудников сильно возросло, к нему часто подходили за советом или вопросом. Босс хвалил его за упорную работу и выписывал премии. Меня это напрягало, до его прихода я была на его месте, я старательно выполняла проекты и со мной советовались. Но теперь я будто стала тенью, у моего стола больше не собирались коллеги с вопросами, босс перестал меня хвалить, и премий я стала практически не получать. Дмитрий тоже не проявлял ко мне добрых эмоций, мы видели друг в друге противника, мешающего достижению цели. У нас часто возникали саркастические замечания, профессиональные «уколы» и попытки подставить друг друга. В один из таких дней нас с Дмитрием вызвал босс в свой кабинет. — Заходите, коллеги. Не буду вас томить и сразу приступлю к делу: я повышаюсь в должности, наконец этот наглец Кларенс заметил мои долгие годы упорной работы. Итак, моё место скоро станет свободным, и мне поручили назначить на него своего лучшего работника. Мои глаза стали полны надежды и вместе с этим печали из-за стоящего рядом Дмитрия; за время своей работы я не упускала ни единого шанса улучшить свои навыки и достижения, часто задерживаясь на работе, пропуская обед и приходя пораньше, сразу приступая к проектам. — Думаю, вы понимаете, к чему я это рассказываю и почему вызвал вас. Следующий месяц я буду следить за вашими успехами в работе, а также и неудачами. Вы должны доказать мне, кто из вас по-настоящему подходит на эту должность. Можете приступать к работе, успехов вам , ребятки. Выходя из кабинета, я заметила ухмылку на лице Дмитрия, смотрящего на меня. — Что за ухмылка? — Нет никакой ухмылки, вредина. Тебе следует сесть за работу, а не следить за моим лицом, а то, гляди, и шанс на должность потеряешь. Услышав из его уст прозвище, я поняла, что не должна показывать свою раздражительность, ведь этим я дам понять, что он в выигрышной ситуации. Решив сделать ответный словесный удар, я ухмыльнулась и, сложив руки на груди, обратилась к нему: — Ладно, глазастик. Но не забывай, что мы на равных: тебе тоже следует заняться работой, ведь носить мне кофе в мой кабинет тебе ох как не понравится. Разворачиваясь на пятках, я заметила его смену эмоций: с саркастической ухмылки и следа не осталось. Лишь плотно сжатые губы и брови, сведенные к переносице. Я знала, как его раздражало это прозвище, когда к нам пришла богатая клиентка и попросила самого лучшего работника проконтролировать задуманный ею проект. Ее направили к Дмитрию. Пройдя походкой от бедра, она прошла к столу Дмитрия, сказав: — Привет, глазастик, так это ты, Дмитрий? Его прозвище произошло из-за его голубых глаз. Яркие, как морская волна с оттенком стали, они давали намек на его решительность, силу и твердость характера. По глазам можно многое сказать о человеке и его эмоциях. Например, когда он злился, допуская ошибки в чертежах, его глаза темнели, приобретая оттенок грозового неба, а когда радовался, сдавая боссу проект, над которым работал неделями, то в них искрился блик, делая глаза еще светлее, напоминая хрусталь. Насмешив Лэйн прозвищем, зоркий взгляд Дмитрия зацепился за девушку, сдерживающую смех, прячась за монитором компьютера. С того момента она знала, на что можно надавить, если Дмитрий перечеркнет ее терпение. Сев за рабочее место друг напротив друга, мы увлеклись работой, не вставая из-за стола. Напряжение между нами тянулось до конца рабочего дня, на протяжении этого времени мы лишь иногда кидали зоркий взгляд, наблюдая за работой своего «противника». Когда сотрудники стали один за другим уходить в сторону лифта в верхней одежде, я закончила выполнение одного из пунктов, опрокидываясь со вздохом на спинку стула. Почувствовав усталость, когда кофе уже не помогал, я поднялась с места, разминая затекшие конечности. Мы с Дмитрием одновременно начали собираться по домам. Подходя быстрым шагом к лифту и наспех надевая шарф, я надеялась быстрее поехать вниз в одиночестве. Железные двери лифта стали закрываться, и я, облегчённо вздыхая, откинула голову назад с закрытыми глазами. Услышав разъезжающийся звук дверей лифта, я открыла глаза, замечая руку, придерживающую дверь в последний момент. Дмитрий зашёл в лифт, вставая рядом со мной, поправляя ремешок наручных часов. — Думала побыстрее справиться, закрыв дверь перед моим носом? Ты и впрямь самая настоящая вредина. Учти: став боссом, я это запомню! — Если я стану боссом, прикажу тебе весь день улыбаться и никогда не заходить со мной в лифт! — Если я стану боссом, прикажу тебе приходить на работу в каблуках, чтобы слышать, где ты ходишь, и не столкнуться с тобой! — Ты жесток. Кладя руки на груди и закатив глаза, я посмотрела на него. Всё это время Дмитрий смотрел на меня с лёгкой усмешкой; заметив мой взгляд, стал смотреть перед собой. — Шучу, вредина. Так уж и быть, только если провинишься. Метнув на него злой взгляд, я быстрым шагом зашагала в направлении своего автомобиля. Дмитрий лишь издал смешок, глядя на моё лицо. Он был гораздо выше меня, и, замечая моё злое лицо, направленное на него, когда я приподнимала высоко голову, он, скорее, хотел засмеяться и умилиться, что такая миниатюрная вредина показывала характер. Как назло, наши машины были в метре друг от друга — садясь за водительское сиденье, я обратилась к нему, прежде чем быстро уехать отсюда. — До завтра, глазастик! — До завтра, вредина!