Radio Healed the Video Star

В конце концов они решают прогуляться. Это не самое захватывающее занятие, но Вокс замечает, что в последнее время ему не помешало бы немного меньше захватывающих занятий. День выдался довольно приятным, насколько это возможно в Аду. Светит солнце, и влажность терпимая. Ещё достаточно рано, и они заходят в бистро пообедать. Официант, долговязый демон из Ада, похоже, нервничает из-за того, что за его столиком сидят Демон Радио и Демон СМИ. Аластор усмехается, видя, как бедный демон безуспешно пытается убедить своих коллег переключить его за другой столик. С серьёзным видом человека, которому предстоит взойти на эшафот, он принимает их заказ. Когда он уходит, Аластор смотрит на Вокса и говорит: — Могу тебя заверить, что это будет самое безупречное обслуживание, которое ты когда-либо получал. Вокс ухмыляется: — Да неужели, — протягивает он. — С чего ты это взял? — Ну, ты же знаешь, как говорят: "Страх – мощный мотиватор", а я, — Аластор понижает голос до хриплого рычания, — отлично умею мотивировать других. Он подмигивает Воксу. — О, смотри, нам уже принесли напитки! Какая невероятная скорость! Аластор не проводит всё время, нагоняя страх на бедный персонал. Он не хулиган. Они с Воксом немного поболтали. Демон-олень обнаружил, что ему нравятся моменты, проведённые с демоном-ТВ. — Наши тени исчезли Аластор вздыхает. Он опускает взгляд и убеждается, что тени его и Вокса действительно куда-то делись. — Что ж, надеюсь, они не попадут в неприятности. — Даже произнося эти слова, Аластор сомневается, что это правда. Зная свою тень, он скорее надеется, что их снова не засняли на видео. Им приносят еду, и она восхитительна. Вокс получает салат с пастой "Капрезе", а Аластор – закуску из моцареллы в прошутто. Официант стоит у их столика, обливаясь потом, и ждёт, когда они откусят кусочек, чтобы выразить своё удовольствие или недовольство. Аластор смакует его. Он с большим пафосом берёт один из шампуров. Он нюхает его, подносит к глазу и демонстративно осматривает на предмет изъянов, прежде чем положить в рот. Он перекатывает его во рту, издавая громкое "хм". Всё это время плечи Вокса трясутся, потому что Телевизионный Демон едва сдерживает смех. Аластор сглатывает и устремляет на официанта взгляд из-под полуопущенных век. Он складывает руки и говорит: — Очень вкусно. Можете идти. Официант срывается с места и бежит в безопасное место – на кухню. Вокс расхохотался: — Аластор, ты чуть не довёл беднягу до нервного срыва! Аластор отмахивается рукой. — Что ж, по крайней мере, ему будет что рассказать друзьям. Он сможет сказать: "Я встретил Радио-Демона и выжил“ Немногие демоны могут этим похвастаться. Вокс слегка улыбается и наклоняется вперёд: — Я могу этим похвастаться. Аластор тихо усмехается. Он тоже наклоняется вперёд и говорит: — Что ж, это неудивительно. Ты мне нравишься. — Ну, сначала ты это было не так. — Верно, но в свою защиту скажу, что я тебя не знал. — Улыбка Аластора становится мягче. — Я знал того, кем ты себя выставлял. Напыщенного хвастуна, который, казалось, разрывался между желанием превзойти меня и стремлением получить моё признание. — Ауч — Теперь я знаю тебя лучше, — продолжает Аластор. Он протягивает руку через стол и берёт Вокса за руку, словно по собственной воле. — Ты сложный демон, Вокс. Ты гордый, но в то же время склонный к саморазрушению. Ты пытаешься возвести стены, но при этом даёшь другим больше шансов, чем они заслуживают. Ты сбиваешь меня с толку, Вокс, но я ловлю себя на том, что... — Он опускает взгляд и наконец замечает, что они держатся за руки. Аластор отстраняется и берёт свой бокал. Он делает большой глоток, чтобы собраться с мыслями и утолить внезапно возникшую жажду. К их столику подбегает официант. В его глазах безумие, а на униформе – брызги крови. — Фотографы пытались проникнуть внутрь, — говорит он. — Я убил их, чтобы они не беспокоили вас. Аластор аплодирует: — Вокс, ты это видишь? Вот это и есть отличное обслуживание клиентов. Браво, друг! Браво! — Когда они уходят, Аластор не забывает оставить менеджеру восторженный отзыв и щедрые чаевые. Официант улыбается, радуясь комплиментам. Его улыбка исчезает с лица, когда Аластор мимоходом замечает, что ему придётся вернуться в эту забегаловку. Позже тем же вечером он уходит, объявив, что возвращается в Кольцо Гнева, решив, что иметь дело с огненными вихрями не так страшно, как ждать, пока освободится столик для Радио Демона. Аластор, конечно же, об этом не знает. Они с Воксом продолжают прогулку по городу. Демон-олень замечает, что после их разговора другой Оверлорд погрузился в молчание. Аластор гадает, не обидел ли он Вокса, и думает, как лучше загладить свою вину. В кармане пальто Вокса звенит телефон. Он достаёт телефон и смотрит на экран. Вздыхает и нажимает на кнопку. Аластор смотрит на него, безмолвно спрашивая, что происходит. Вокс морщится. — Помнишь тех личных помощников, о которых я говорил? Это была одна из них. Я позвоню ей позже. — А что, если это важно? — О, поверь мне, если бы это было что-то суперважное, эти двое уже выломали бы дверь отеля. — Вокс ласково улыбается. — Они просто хотят узнать, как у меня дела. Ты с ними познакомишься, когда мы будем готовиться к съёмкам. — Он вздыхает, когда телефон снова звонит. — О боже мой. — Возможно, я встречусь с ними раньше, если ты будешь и дальше игнорировать их звонки. — Нет, нет. Я... подожди, — Вокс нажимает на кнопку. — Я уже сталкивался с этой ерундой. Мне просто нужно... — телефон снова начинает звонить. — Пережди. Блять. — Он выключает телефон. — Проблема решена. Аластор качает головой. — Если ты так сказал. — Я так и сказал, — думает Вокс. Он оживляется. — Знаешь, что нам нужно сделать? — Он тычет Аластора в грудь. — Ты обещал дать мне возможность продемонстрировать свои навыки в линди-хопе. Мы идём в «Танцевальный Зал». — В танцевальный зал? Вокс качает головой. — Нет, в «Танцевальный зал». Это электро-свинг-клуб. Хочешь верь, хочешь нет, но в мире живых снова в моде свинг. Там снова популярны вещи из 20-х годов. — Правда? — говорит Аластор. Для него это было новостью, хотя, честно говоря, большинство демонов-грешников не следили за тем, что происходило в живом мире. Какой в этом смысл? — Ну, разве это не здорово? Не то чтобы я их винил. В конце концов, 1920-е были прекрасным временем. Ну, по большей части. У нас были свои проблемы, но будем надеяться, что евгеника, превосходство белой расы и национализм не вернутся в 20-е годы. Вокс замолкает: — Знаешь, однажды я спросил то же самое у демона-грешника, который пробыл в Аду около недели. — Правда? Что они сказали? — Она не ответила. Она просто замолчала и сказала, что ей нужно закончить работу. Потом она ушла, а я отвлёкся. — Вокс пожимает плечами. Аластор почесывает подбородок. — Ну что ж, — говорит он. — Расскажи мне побольше об этом «Танцевальном Зале». Я никогда о нем не слышал, а мне казалось, что я должен был бы знать о клубе, где танцуют свинг. — Электросвинг, — поправляет Вокс. Он берёт Аластора под руку. — Тебе понравится. Я только надеюсь, что ты ещё в состоянии постелить ковёр, старик. — Лучше, чем ты, — парирует Аластор. Вокс ухмыляется. — Посмотрим, — смеётся он. — Поживём – увидим.       Аластор и Вокс возвращаются в отель, опираясь друг на друга и покатываясь со смеху. «Танцевальный зал» был великолепен: потрясающая электронная обработка классической свинг-музыки времён расцвета Аластора и дешёвое спиртное в духе подпольных баров. «Танцевальный зал» хвастался тем, что у них лучший самогон из яблочного пирога, и оба Оверлорда решили проверить это утверждение. Они были очень пьяны. — Добрый вечер, — невнятно произносит Аластор. Он машет Хаску и Энджелу. Оба демона, как обычно, стоят у барной стойки.— Как у вас дела? — Аластор, ты пьян? — спрашивает Энджел Даст. Аластор и Вокс хихикают. — Ты проницателен, мой дорогой паук. — Аластор пошатывается, но вовремя берёт себя в руки. — Мы с Воксом выпили немного изысканного самогона. — Семь чашек, — кричит Вокс. Он ухмыляется. — Они были вот такими. — Он поднимает руку. — Так и было, — подтверждает Аластор. — Но они были такими дешёвыми! Как мы могли отказаться? Хаск достаёт ручку и бумагу: — Где это было? Аластор прикладывает палец к губам. — Ш-ш-ш! Мы не можем тебе сказать! Ты можешь рассказать Хаску! Я не хочу, чтобы он знал, потому что он сразу становится угрюмым и злым, и это меня смешит. Ха-а-а-а! — Демон-олень моргает. — О, привет, Хаск! — Это потрясающе, — шепчет Энджел Даст. Он прижимает руки к щекам. — Я бы очень хотел, чтобы тебя засняли на видео. — Мне жарко, — без всякого повода заявляет Вокс. Он проводит рукой по лицу— Почему так жарко? Я сейчас! Я сейчас это сделаю. — Он начинает раздеваться. — Что ты делаешь? — кричит Хаск. Он оборачивается и зовёт Вэгги, а затем бежит, чтобы остановить Телевизионного Демона, который решил начать с его штанов. — Энджел, помоги мне! — Вы уверены, что пили самогон? — спрашивает Энджел Даст, вставая со своего места. Аластор отталкивает Хаска от Вокса. Он покровительственно обнимает Телевизионного Демона. — Мы ещё пили джин, — говорит ему демон-олень. — И водк.., — вставляет Вокс.

— А ещё были такие маленькие стаканчики, которые передавали по кругу, — они назывались "шоты". — Аластор хмурится. — Шоты? Шуты? Вокс тычется носом в шею Аластора. — Шоты, — говорит он. Он хихикает. — Ты сказал "шуты", — шепчет он и снова хихикает, отчего Аластор тоже начинает хихикать. Появляется Вэгги, а за ней Чарли. Она бросает один взгляд на двух повелителей и закрывает лицо руками. — Что за нахуй? — Вэгги! — Аластор машет рукой. — Вэгги! Эй, Вэгги! Вэгги! Мы с Воксом ходили на танцы и так повеселились! — Очень повеселились, — соглашается Вокс. Его веки начинают опускаться. — Мы станцевали линди-хоп! Мне пришлось учить Вокса чарльстону, потому что он слишком молод. — Аластор гладит демона-ТВ по голове. — А потом мы пошли выпить! Вокс резко просыпается. — Выпить? Где? — Больше никаких выпивок, — резко говорит Вэгги. — Вы оба в ужасном состоянии! Энджел? Хаск? Помогите мне уложить этих двоих спать. Аластор рычит и отмахивается от неё, чуть не уронив Вокса, который полностью опирается на Радио Демона. — Нам не нужна помощь! Мы можем подняться по лестнице! — Аластор, я даже не представляю, как вы двое добрались до дома, — говорит Чарли. Аластор машет рукой. — Я за рулём! — О, милый Иисус, — кричит Вэгги, бегущая к входной двери. Чарли выглядит напуганной. — Аластор? Аластор, — принцесса пытается привлечь внимание Оверлорда, пока они с Воксом опускаются на пол. — Где ты взял машину? — Не знаю, — пожимает плечами Аластор. — Мы нашли её, — говорит Вокс. Он кладёт голову на плечо Радио Демона. — Там было полно людей, но мы избавились от них. — Он морщится. — Они так шумели! — Очень громко, — кивает Аластор. — Они так кричали, но потом я вытолкнул их из машины. — О боже, — шепчет Чарли. У неё начинается гипервентиляция. Вэгги возвращается в дом. — Что ж, — говорит она, — хорошая новость в том, что на машине нет следов крови, а значит, они не сбили ни одного пешехода. Плохая новость в том, что эти два придурка не только угнали машину, но и въехали на ней в наши ворота, и похитили кого-то. — Она сердито смотрит на двух Оверлордов. — У вас кто-то был на заднем сиденье, а вы не заметили. — Это Джеральд, — услужливо подсказывает Аластор. — Мы разрешили ему остаться, потому что он не кричал. — Он плакал, — отмечает Вокс, — но негромко, так что всё было в порядке. — Во-первых, его зовут не Джеральд. А Марз. — Вэгги потирает переносицу. — Я не могу с этим справиться. — Она поворачивается к Хаску и Энджелу. — Отведите их наверх и уложите в постель. А вы двое, — она указывает на Вокса и Аластора. Радио- и теле- демоны непонимающе смотрят на неё. — Отсыпайтесь! Вокс поднимает руку. Вэгги вздыхает и, вопреки здравому смыслу, спрашивает: — Да, Вокс? — Можно я сниму штаны? Потому что тут очеееь горячооо. Вэгги чувствует, что её желание жить угасает с каждым разом, когда ей приходится с этим сталкиваться. — Конечно, Вокс. Только подожди, пока ты вернёшься в комнату Аластора. Вокс показывает ей большой палец и тут же теряет сознание. Аластор указывает на Телевизионного демона и произносит единственное слово: — Ха. — после чего тоже теряет сознание. — Да ладно тебе, Чарли, — вздыхает Вэгги. — Давай поговорим с Марзем и попробуем убедить его не выдвигать обвинения. Мы оба знаем, что Вокс и Аластор съедят его заживо, если он попытается это сделать. В случае Аластора – буквально. Пока Чарли и Вэгги разбираются с этим, Хаск и Энджел Даст вынуждены выполнять не самую приятную задачу: тащить двух потерявших сознание Оверлордов по винтовой лестнице. — Блять… лестница! — хрипит Энджел Даст. — Зачем Улыбака сделал столько лестниц?! Клянусь, столько лестниц не поместится даже в этом здании! — Зачем Аластор вообще что-то делает? — выдыхает Хаск. Кажется, что грудь крылатого кота вот-вот лопнет. — Чтобы быть засранцем. — Где их тени? Разве они не могут это сделать? — Я понятия не имею, где они, и это незнание вызывает у меня невероятное беспокойство, — вздрагивает Хаск. Мысль о том, что Радиодемон, в любом виде, может разгуливать без присмотра, пугает Хаска до чёртиков. Один Аластор уже достаточно хаотичен. Им не нужна его призрачная копия, которая творит бог знает что. — Я уверен, что мы узнаем это позже. Наконец они добираются до верха лестницы и хрипло выкрикивают приветствие. Хаск поворачивает дверную ручку. — Да пиздец. Она заперта. У тебя есть ключ? Энджел Даст смотрит на своего парня: — Зачем мне ключ от комнаты Аластора? Уши Хаска прижались к голове: — Я просто спросил! Они смотрят на демона-оленя, лежащего у ног Хаска. — Ну, — сглатывает Энджел Даст. — Вперёд. Глаза Хаска становятся размером с блюдца: — Что прости? — Слушай, он точно не будет так злиться, если ты будешь рыться в его карманах. Так что, — Энджел машет рукой. — Приступай. По выражению лица крылатого демона-кота видно, что он предпочёл бы заняться чем-нибудь другим, но он опускается на колени, так, чтобы он мог бы тронуть Аластора. По крайней мере, таков был план. Как только лапа Хаска касается груди Аластора, из пола вырастает теневое щупальце и обвивается вокруг кошачьей шеи, поднимая его в воздух. Хаск кричит, пока его душат. Энджел Даст кричит, потому что Хаска душат. Щупальце несколько секунд трясёт Хаска, ещё раз предупреждающе сжимает его горло, а затем швыряет на пол. И Аластор, и Вокс мирно спят, не подозревая о происходящем. — Что происходит? Энджел Даст оглядывается и видит, как Ниффти поднимается по лестнице. Она указывает на Аластора и Вокса. — О, мои звёзды! Что с ними случилось? — Они пьяны, — резко отвечает Энджел. Он опускается на колени, чтобы успокоить своего парня, который кашляет и хрипит. — Всё в порядке, Хаски. Ты в порядке. — Он целует кота в лоб. — У тебя есть ключ от комнаты Аластора? Мы должны уложить их спать, но, похоже, Аластор сам себя запер. Ниффти лезет в карман юбки и достаёт ключ. Она встаёт и открывает дверь: — Не могу поверить, что мистер Аластор напился так поздно вечером. — В её голосе слышится неодобрение. — Ниффти, это же Ад, — замечает Хаск. — Бары никогда не закрываются. — О, да... Ниффти наблюдает за тем, как два демона вносят Вокса и Аластора в дом. Она следует за ними в спальню Аластора. Энджел Даст укладывает Вокса на кровать, а Хаск укладывает Аластора рядом с ним. Энджел начинает снимать с них обувь и ставит её на пол. Он очень аккуратно накрывает их одеялом. Ниффти внезапно улыбается: — Пьяные признания, — шепчет она. Она подпрыгивает и тянется к уху Аластора. — Что ты чувствуешь, когда принимаешь Воксу? У Аластора дёргается ухо, но он продолжает спать. Ниффти надувает губы: — Фу-у-у. С тобой не весело. — Она вздыхает Энджел Даст поворачивается к Хаску. — Не хочешь сходить за средством от похмелья? Хаск хмурится. — Мне не очень-то хочется делиться своим добром с Алом, но я также боюсь узнать, как он отреагирует на похмелье… — он задумывается. — Да, конечно. Не думаю, что мы сможем заставить его пить «Гаторэйд», но я принесу ему несколько бутылок воды. Ниффти, тебе придётся приготовить этим двоим жирный завтрак на утро. Я предлагаю сэндвичи с беконом, яйцом и сыром, потому что не хочу, чтобы Аластор ел что-то острое. Ниффти приветствует: — Будет сделано! Хаск возвращается позже с небольшим пакетом лекарств от головной боли, двумя бутылками «Гаторэйда» и двумя бутылками воды. Он кладёт пакет на столик рядом с Аластором. Он смотрит на спящих Оверлордов. Аластор спит, растянувшись на спине, а Вокс – на боку, обняв демона-оленя за талию. Хаск вздыхает. — Что ж, это мои добрые дела на сегодня всë. Спите спокойно, вы двое.            — Аластор? Демон-олень фыркает, просыпаясь. Он сонно моргает, глядя в потолок. — Ммм? — Он чувствует, как рука Вокса обнимает его за талию. От этого ощущения и от осознания того, что Вокс спит рядом с ним, Аластору становится тепло. Спокойно. Счастливо. — Я повеселился, — слова Вокса невнятны из-за выпитого и сна. Он тихо смеётся. — Я же говорил, что могу танцевать линди-хоп как чемпион. — Ты меня определённо впечатлил, — говорит Аластор. У него слипаются глаза. Сейчас он бы с удовольствием поспал. — Аластор, мне страшно. Глаза Радио Демона распахиваются. Даже в пьяном угаре его сознания слов "Вокс" и "страшно" пробуждают что-то первобытное. Ему хочется найти источник страха Вокса и разорвать его на части. — Кого ты боишься? — Себя. Аластор в замешательстве моргает. Это была метафора или вокруг действительно бегал какой-то клон Вокса, или, о нет! Должно быть, его предала тень. Аластор знал, что так и будет! Зачем он позволил своему двойнику оживить эту тварь? — Боюсь, я всё испорчу, — продолжает Вокс, не подозревая о нелепом сценарии, который прокручивается в голове у демона-оленя. — Ты такой замечательный, и я хочу, чтобы всё оставалось как есть. — Ты хороший, — говорит Аластор Воксу. — Спасибо. — Вокс замолкает. Аластор снова начинает засыпать. — Кажется, я в тебя влюбился. Слова произнесены шёпотом, но Аластор их слышит. Радиодемон снова оживает: — Ты влюблён... в меня? — Ага. — Оо. — Ага. Аластор думает, что ему следует что-то сказать. Что ему следует ответить, но ему трудно собраться с мыслями. Вокс снова замолкает, и по его ровному дыханию Аластор понимает, что демон-ТВ уснул. Демон-Радио закрывает глаза и присоединяется к нему.     Нахуй жизнь. Жизнь была проклятием. Аластор садится и закрывает лицо руками. Рядом с ним со стоном просыпается Вокс. Он отворачивается к стене и накрывает голову одеялом. — Почему я жив? — стонет Вокс. Он садится и моргает, глядя на Аластора. Два Оверлорда смотрят друг на друга, пытаясь восстановить в памяти события прошлой ночи. — Что случилось? — спрашивает Вокс. — Я помню, как ты повел меня в танцевальный зал, — осторожно говорит Аластор. — Они исполняли потрясающую версию «Mama, I Wanna Make Rhythm», ты схватил меня и потащил на танцпол. —Аластор улыбается, вспоминая об этом. Младшие демоны были поражены, увидев вживую настоящий линди-хоп. Вокс не солгал, когда сказал, что умеет это делать. Телевизионный демон все это время не отставал от Аластора. — Я это помню, — говорит Вокс. — А потом я помню выпивку. Много выпивки. — Он смотрит на Аластора. — Мы угнали машину? Аластор пожимает плечами. Похоже, он так и сделал: — Я уверен, что всё в порядке. Я отлично паркуюсь! Вокс кивает. Он оглядывается. — Что ж, мы вернулись в отель. Это уже кое-что. — Он замолкает. Вокс поворачивается к Аластору. Аластор поворачивается к нему. Они оба смотрят друг на друга. Есть... что-то. Вчера вечером было сделано или сказано что-то важное. Что - то… Что это было? Оба Оверлорда качают головами, не в силах вспомнить, что же такого важного произошло. Аластор смотрит на свой стол. Кто-то был так любезен, что оставил аспирин и напитки. Он берёт бутылку воды и протягивает бутылку с зелёной жидкостью Воксу, который открывает её и жадно выпивает. Аластор берёт две таблетки аспирина и протягивает бутылку Воксу. — Может, спустимся вниз? — спрашивает Вокс. Он нащупывает в кармане пальто телефон. — Это… Пиздец! Час дня?! Дербмо, дерьмо, дерьмо! Интервью с «666 Новости»с остоится через два ебанных часа! — Вокс перелезает через Аластора. Тот падает на пол и ругается. Он с трудом поднимается на ноги. — Аластор, нам пора! Нам нужно подготовиться! Аластор не хочет вставать с кровати. Он проводит рукой по лицу. Он призывает Ниффти. Горничная моргает, глядя на него. — Доброе утро, Аластор! — Когда Вокс и Аластор вздрагивают, она прикрывает рот рукой. — Прости, — шепчет она. — Чем я могу помочь? — Ниффти, пожалуйста, приготовь две чашки кофе, когда мы спустимся, — говорит ей Аластор. — И что-нибудь поесть. — У меня уже есть всё необходимое для твоих сэндвичей с беконом, яйцом и сыром! Аластор моргает. — Это… что ж, я ценю твою инициативу, — говорит он ей. Когда горничная уходит, Аластор встаёт с кровати. —— Твои туфли, — кричит он Воксу, прежде чем теледемон успевает отойти слишком далеко. — Оставь их! У меня внизу есть ещё! Подожди. Нет, не надо. Это не моя башня. — Вокс бежит обратно и хватает свои ботинки. — Мне нужно принять душ и почистить зубы. — Он, спотыкаясь, выходит из комнаты, и Аластор слышит, как с грохотом захлопывается дверь. Душ – то, что нужно. Аластор направляется в ванную и на мгновение прислоняется к прохладной кафельной стене. Он начинает забираться в душ, но останавливается, осознав, что всё ещё полностью одет. Сегодняшний день обещал быть долгим и невыносимым.     Хаск и Ниффти остаются в отеле, а Энджел Даст, Вэгги, Чарли, Вокс и Аластор садятся в лимузин. Всю дорогу Вэгги и, к его удивлению, Чарли смотрят на двух Оверлордов с осуждением, словно тысячи недовольных матерей. — По крайней мере, ты успел одеться, — вздыхает Вэгги. — И выглядишь вполне презентабельно — Зачем я здесь? — бормочет Аластор. — Ты мог бы просто позволить мне остаться дома. — Ты же спонсор отеля, — ворчит Вокс. Он запрокинул голову и закрыл глаза. — Ты должен появиться. — Я даже не могу показаться на камеру. — Вам могут задавать уточняющие вопросы, — говорит Вокс. — Они могут ухватиться за какой-нибудь фрагмент. Аластор стонет и прислоняется головой к окну. — Хей, — говорит Чарли. — Ты, наверное, не очень хорошо себя чувствуешь. Но ты всё ещё улыбаешься! Аластор сверлит её взглядом: — Это, — он указывает на своё лицо, — не отражает моих чувств. Я улыбаюсь, потому что должен поддерживать свой имидж. —Он закрывает глаза и больше ничего не говорит. Они едва успевают добраться до студии «666 Новости» Подходит демон-грешник с клеймом "Стажёр" на лбу. Он указывает им на стулья и убегает. Кэти Киллджой, как ни странно, выходит их поприветствовать. — Ну, ну, ну, — ухмыляется она. — Если это не Вокс. Давненько ты не радовал нас своим присутствием в «666 Новостях». — Она делает затяжку и осматривает демона-ТВ с головы до ног. — Выглядишь дерьмово. У тебя похмелье? Вокс бросает на неё слабый взгляд: — Кэти, я видел, как ты выходила из запоя, так что не надо мне тут. — Он садится. —Послушай, я здесь, потому что оказываю услугу принцессе. Кэти бросает на Чарли косой взгляд. — Я тебя помню, — шипит она. Чарли едва не съёживается на своём стуле, но потом вспоминает совет Вокса. Она встаёт и выпрямляется. — Рада снова вас видеть, мисс Киллджой. — Чарли широко улыбается и протягивает руку. Кэти это не забавляет: — Посмотри на себя, типо отрастила себе яйца. — Она фыркает и затягивается ещё раз. — Что я говорила о твоей руке? Чарли опускает руку. — А остальные члены вашей разношёрстной команды будут красоваться перед нашими камерами? —Кэти переводит взгляд с одного лица на другое. Она останавливается на Энджел Даст. — Ого! Ты заставила порнозвезду на тридцать секунд высунуть член изо рта. Впечатляет. Энджел Даст закатывает глаза: — Послушай, милая. Я мог бы сидеть здесь и обмениваться с тобой колкостями сколько угодно, но мы оба знаем, что ты не можешь себе позволить тратиться на мои часы. Так почему бы тебе и твоему ботоксу не отвалить? — Ладно, — Чарли встаёт между Энджелом и Кэти. — Не нужно нагнетать обстановку. Киллджой прищуривается. Из её горла вырывается звук, похожий на стрекотание насекомых, пока она сверлит Энджел Даста убийственным взглядом. Том Тренч делает неудачный выбор, вмешиваясь в разговор: — Смотрите, кто это! Вокс! Как дела, приятель? — У меня похмелье, и я не хочу с тобой разговаривать. — Вокс оглядывается. — Где твой стажер? Мне нужен кофе, иначе я кого-нибудь реально убью. — Барри! — кричит Кэти. — Кофе! — Вокс, — Том подходит к медиамагнату. — Я хотел поговорить с тобой о своей идее для нового новостного сегмента. Я называю его «Том говорит». Звучит броско, правда? — Том, пожалуйста, отвали. Том не делает этого. На самом деле он придвигает стул. — Я знаю, о чём ты думаешь. „Том, это звучит так интересно, но чем твой блестящий сегмент будет выделяться на фоне остальных?“ Что ж, дружище, мне не терпится рассказать тебе все подробности. Кэти хватает Тома за горло и поднимает в воздух. — Том, — кричит она ему в лицо. — Что я тебе говорила о том, как предлагать людям свои идеи, мнения или мысли? Том хрипит: — Что мои мысли и мнения подобны сифилису? Кэти крепче сжимает его шею. — И? — И-и они никому не нужны? — И они никому не нужны! — Кэти швыряет его через всю комнату. Она потирает висок. — Я что, единственный чёртов профессионал в этом здании? — рычит она. Кэти пинает мусорное ведро, и оно взлетает в воздух. Оно ударяет по голове какого-то бедного ничего не подозревающего статиста. — Я буду в своей комнате, — объявляет Кэти, прежде чем затушить сигарету о глаз стажёра. Когда Кэти отходит на достаточно безопасное расстояние, Чарли выдыхает и говорит: — Она ужасна. Мне так жаль мистера Тренча. — Не надо, — фыркает Вокс. Он не спускает глаз со стажёра, который несет кофе. — У этого чувака фетиш на унижение. Я гарантирую, что, где бы он ни оказался, у него огромный стояк. Где, нахуй, это кофе? Чарли выглядит так, будто ее тошнит. — Серьёзно? — Да. Как ты думаешь, почему они так хорошо сработались? — Вокс оживляется, как только видит, что стажер приносит ему чашку. — Да-да-да-да! Мне даже все равно, что это за помои. Там кофеин! Давай! Кэти появляется снова после того, как ей требуется время, чтобы успокоиться. Она складывает руки на груди и смотрит в Вокс. — Ладно, объясни мне. О чем это интервью? В твоем электронном письме не говорилось, и я знаю, что это не из-за опровержения Вельвет, потому что ты недвусмысленно сказал нам, что мы можем идти нахуй. Итак, — Она вытягивает свою длинную шею вперед. — Что мы делаем сегодня? Я не хочу выходить в эфир и быть застигнутой врасплох. Медиамагнат потягивает кофе: — Ты пойдёшь в эфир и поговоришь с принцессой Морнингстар о её проекте. — Да какого хрена! Мы уже дали ей время на это! И она облажалась, что было смешно, но я не повторяюсь! Вокс встаёт.: — Кэти, ты не поняла. Я не прошу. Я говорю тебе. Ты сядешь в это кресло, улыбнёшься и попросишь Чарли рассказать об отеле и о том, как он поможет грешникам из Пентаграмм-Сити. — Он помешивает содержимое своей чашки, прежде чем сделать ещё один глоток. — Ну, раз не ты. Том. Кэти Киллджой отшатывается, как будто её ударили. — Том?! — Я? — Том поднимает голову. Он подбегает к группе. — Вы хотите, чтобы я руководил этим выпуском? Телевизионный демон кивает: — По правде говоря, Кэти. Мне нужно, чтобы кто-то прорекламировал отель Чарли. Ему нужна хорошая пресса. Нужен кто-то, кто проявит к нему интерес, а ты, — он указывает на Кэти, — похоже не можешь этого сделать. Мне нужен кто-то, кто сможет правдоподобно притвориться заинтересованным. Кэти выглядит обиженной: — Я могу притвориться, — возражает она. — Я профессионал! Половина моей работы заключается в том, чтобы делать вид, будто мне не всё равно! — Может быть, и так, но сможешь ли ты по-настоящему притворяться милым? — Да! — Докажи это, — Вокс ставит чашку на стол и подтаскивает Чарли к себе. — Скажи принцессе что-нибудь приятное. И помни, это должно звучать искренне. Кэти Киллджой усмехается. — Хорошо, — говорит она. Она на мгновение замирает, чтобы разгладить юбку и поправить волосы. — Принцесса Чарли, у вас такое лицо, будто... — она замолкает. — Я, эм, дайте мне минутку. — Не торопись, Кэти, — говорит Том в знак поддержки. Кэти резко оборачивается: — Заткнись, гнилой человечишка! — рычит она ему в лицо. — Ты – настоящее позорище. Твое присутствие вызывает у меня отвращение, и я терплю тебя только потому, что ты – живая защита на случай, если какой-нибудь псих решит устроить здесь стрельбу. Я бы раздавила тебя, как таракана, и даже не расстроилась бы из-за этого! Том стонет так громко, что разговор вокруг них затихает. Он хватается за перед своих штанов и вздрагивает. — Оооо, мама! Оооо, да! Да, спасибо! Спасибо, йоооооооооо! Уоооооо! — Он вскидывает руки в воздух, он выиграл марафон. — О боже правый, — Вэгги прикрывает лицо руками. — Чёрт возьми, Том! — рявкает Вокс. — Мы не давали согласия участвовать в твоих странных извращениях! Кэти качает головой. — Кто-нибудь принесёт Тому новые штаны? — Она снова поворачивается к Воксу. — В любом случае, давай я попробую ещё раз. — Она делает глубокий вдох. — Принцесса Чарли, ты хороший человек. Вокс корчит гримасу: — Это было оно? Этот твой...ой. Эм… — О, мисс Киллджой, — указывает Чарли. — Вам нужно немного... эм... Из уголка глаза Кэти Киллджой капает кровь. Она вытирает её: — Не обращайте внимания! Я могу и получше! Твой отель не такая уж пустая трата времени! Я думаю, что твоё желание помочь это очень мило. С каждой её милой фразой у Кэти из глаз начинает идти кровь. — Знаешь, ничего страшного, если ты не можешь быть миленькой, — говорит Энджел. Демон-паук вжимается в спинку стула, словно боится, что Киллджой и отсюда сможет его достать — Иногда миру нужен кто-то, кто может быть отвратительной стервой 24 часа в сутки 7 дней в неделю. — Нет! — говорит Кэти. Кровь стекает по её подбородку и шее. — Я могу притвориться милой! Я могу это сделать! Чарли! Принцесса закрывает лицо руками, защищаясь: — Эй, нет! Пожалуйста, прекрати. Мы в порядке. Тебе нечего доказывать. Кэти продолжает, как будто ничего не слышала. — Принцесса Чарли! Я желаю вам и вашему отелю успехов! На мгновение ничего не происходит... ...а потом Кэти Киллджой падает на колени, и её начинает рвать кровью. — Нихуя себе! — кричит Вокс и отползает назад. Он забирается на своё место и поджимает ноги. — О боже! О боже! — в панике восклицает Чарли. — Что нам делать? Что нам делать?! Аластор поднимает голову и зевает. — Что происходит? Почему Чарли кричит? Вэгги недоверчиво поворачивается к нему. — Ты что, всё это время спал? — Да. В итоге было единогласно решено, что Кэти Киллджой должна пойти на обед пораньше, а «Том говорит » от Тома Тренча выйдет в эфир в качестве премьерного эпизода. Чарли делает глубокий вдох. Она оглядывается на остальных. Вэгги ободряюще улыбается ей и показывает большой палец вверх. Энджел Даст надел маску скуки, которую он носит, когда изо всех сил старается не показывать, что ему не всё равно. Аластор и Вокс… ...оба заснули.          Вы серьезно, ребята? Чарли берёт себя в руки. Она смотрит в камеру и широко улыбается. — Добрый вечер. Я... — Чарли замолкает. Она вздыхает. — Вы знаете, кто я. Я ваша принцесса. Не волнуйтесь, — улыбается она, — обещаю, что на этот раз без пения не обойдётся. — Чарли становится серьёзной. — Послушайте, я знаю, что некоторым из вас сложно представить себе концепцию «Отеля Хазбин» и его цель. — Шанс изменить загробную жизнь, которая тебе досталась? Это кажется надуманным. Мне всё равно. Мне всё равно, как нелепо это звучит. Вы мне небезразличны. Вы – мой народ. Отель новаторский. Он другой. И...и я не знаю, сработает ли это вообще. — Чарли опускает взгляд на свои руки, а затем устремляет стальной взгляд в камеру. —Вот что я знаю. С каждым днём в Гордость прибывает всё больше и больше грешников. Мы теряем территорию. Это факт. Небеса не перестанут посылать отряды для уничтожения, пока мы не найдём решение этой проблемы. Каждый демон в Гордости либо потерял кого-то, либо знает кого-то, кто потерял кого-то из-за отрядов истреблений. Если вы смотрите это видео, значит, вы выжили, но я должна спросить: и что с того? — Ты правда хочешь провести остаток своей загробной жизни, прячась в страхе этот один день в году? Зная, что одна ошибка, один неверный шаг могут привести тебя к гибели? Для этого достаточно одного. Есть так много способов ошибиться. Ты не успел вовремя вернуться домой. Ты дал о себе знать и не смог возвести достаточно прочную баррикаду. Кто-то, кому ты доверял, вытолкнул тебя наружу и запер за тобой дверь. Почему ты так готов страдать из-за этого? Я хочу дать вам всем шанс. Я не наивна. Я знаю, что здесь есть люди, которые с радостью шли по пути греха и совершали злодеяния. Это послание и отель не для них. Это для людей, которые приняли несколько неверных решений, и это привело к негативным последствиям. Это для людей, которые втайне задавались вопросом, что было бы, если бы они изменили что-то в своей прежней жизни, или как всё могло бы сложиться иначе. Это для тех из вас, кто испытывает угрызения совести. «Отель Хэп..Хазбин» для вас. — Чарли мягко улыбается. — Я не приказываю вам попробовать. Я и не прошу вас об этом. Я предлагаю вам выбор. Ведь всё всегда сводится к этому, не так ли? К выбору. Отсутствие выбора или слишком серьёзный выбор. Что ж, решение за вами. Продолжайте жить своей загробной жизнью как есть и надейтесь, что вам и дальше будет везти, или... — Чарли лезет в карман куртки и достаёт ключ. Она показывает его камере и улыбается. — Отель Хазбин» будет рад вас видеть     Чарли блюёт в мусорное ведро, а Вэгги гладит её по волосам. — Боже мой, ребята, — рыгает Чарли. — Я никогда так долго не говорила на камеру. Кажется, я отключилась. Я хорошо справилась? Я... — Чарли снова склоняется над мусорным ведром, и её снова рвёт. — Ты была великолепна, милая, — уверяет её Вэгги. Она откидывает волосы принцессы назад, когда несколько прядей выбиваются из причёски. Она похлопывает свою девушку по спине. —Выдохни. Вот так. Ого, кака густо. Чарли, что ты ела? — Чар-Чар, ты была великолепна! — Энджел Даст говорит ей. — Я хочу сказать, что ты чуть не довела меня до слёз, а когда ты вытащила ключ из кармана?! Оо блять! Принцесса слабо улыбается ему. — Спасибо. Это было — тьфу — это было импровизацией. — Это был охрененный гений, вот что это было! — восклицает Энджел. — Я очень горжусь тобой! Чарли поднимает взгляд, готовая ответить, но её накрывает новая волна тошноты. Когда она наконец заканчивает и садится на пол, к ней подлетает Раззл с бутылкой воды, а Даззл прикладывает к её лицу прохладное полотенце. — Спасибо, ребята, — Чарли полощет рот водой, а затем выплёвывает её. — Фу. Честно говоря, как я справилась? — Потрясающе, — отвечает Вэгги. — Ты молодец! Чарли сияет. Она закатывает глаза и смотрит на Аластора, который молча наблюдает за происходящим. — Было бы неплохо, если бы кто-нибудь не спал в это время. Аластор пожимает плечами. — И всё же ты неплохо справилась и без меня, — отмечает он. — Уверен, кто-то это записал. Я попрошу Вокса найти это для меня позже во внутренней сети. Вэгги морщится: — Аластор, мы уже это обсуждали, — говорит она. — Это "интернет", а не "внутренние сети". — Мм, я уверен, что слышал обе версии. — От кого?! Аластор не отвечает. Вместо этого он откидывается на спинку стула. — Где Вокс? Мы уже можем идти? — Вокс разговаривает с Томом, — говорит ему Чарли. — Думаю, мистер Тренч хочет сделать программу «Том говорит» постоянным проектом «666 Новостей». Энджел Даст фыркает. — Готов поспорить, он хочет, чтобы Вокс сказал ему, насколько это дерьмовая идея, и тогда он сможет запустить свой другой мини-проект. Вэгги вздрагивает. — Да блин, Энджел! Даже Чарли морщит нос. — Энджел, ну же! Не будь таким противным! Демон-паук пожимает плечами. Вокс подходит с чашкой свежего кофе и с выражением отвращения на лице. — Привет, принцесса, отличная речь. — Эм, спасибо, но что у тебя с лицом? Вокс качает головой. — Тренч хотел предложить несколько новых идей для шоу. В конце концов мне это так надоело, что я начал кричать на него, а потом понял, что это и было целью этого ублюдка, и он просто поотирал руки под столом. Энджел смотрит на Вэгги и Чарли и самодовольно говорит: — Я же вам говорил. Вокс делает глоток кофе, а затем выплескивает остатки в проходящего мимо демона. — Ненавижу сюда приходить, и на сегодня с меня хватит. Пойдёмте. — Не дожидаясь ответа остальных, Вокс направляется к двери. Когда они возвращаются в отель, Чарли падает навзничь от толчка восторженного Ниффти. — Я видела это, — выпаливает Ниффти. — Ты была так хороша, мисс Чарли! Чарли потирает затылок: — Спасибо, Ниффти! — стонет принцесса. — Но, может быть, в следующий раз обойдёшься без удочки? Хаск не двигается со своего места за барной стойкой. Демон-кот выглядит рассеянным и едва слышно произносит "привет" в адрес Энджел Даста, когда демон-паук занимает место напротив. Аластор приподнимает бровь, глядя на крылатого кота, но держит свои мысли при себе. Он проскальзывает мимо компании и направляется на кухню. Ему нужно выпить стакан воды, понимает он. Режим питья воды – это важно. Аластор почти – почти – промахивается, но краем глаза замечает какое-то движение и оборачивается. Аластор смотрит на него. Он наклоняет голову набок. Он наклоняет голову на другой бок. Он не понимает, что видит, поэтому зовёт остальных. — Чёрт, — говорит Вэгги, идеально передавая мысли Радио Демона. — Аластор, ты это делаешь? Аластор мог понять, почему она так думает. В конце концов, стена теней настолько плотно заполняет столовую, что внутри ничего не видно. — Боюсь, это не моих рук дело, — говорит он ей. — Я в таком же недоумении, как и ты. Энджел Даст поднимает руку. — Стоит ли нам...стоит ли нам прикасаться к этому? Никто не отвечает. — Ну, давай, — подбадривает его Вэгги. Энджел тут же опускает руку. — Да нахуй сходи. Я к этому не притронусь! — Ты как раз собирался его потрогать! — И я передумал! — Никто к этому не прикасается, — приказывает Чарли. Она оглядывается. — Я имею в виду, руками. У кого-нибудь есть палка? — У меня есть метелка из перьев, — предлагает Ниффти. Она поворачивает метелку так, чтобы держать её за перья, и осторожно протягивает её в сторону темноты. Тени начинают медленно отступать, и горничная взвизгивает. — Я этого не делала, — кричит Ниффти. — Клянусь! Аластор наблюдает за тем, как тени истончаются и расходятся в стороны, превращаясь в пару знакомых фигур, лежащих на обеденном столе. — А, — вздыхает демон-олень. — Я как раз гадал, куда вы двое подевались. Его двойник лениво улыбается. Тень Вокса почти сонно моргает. Аластор хмурится. Что-то в этих двух тенях кажется… неправильным. — Значит, это были всего лишь твои тени? — говорит Вэгги, прерывая размышления Аластора. — Что они делали? Это новая способность? — Да. Я не знаю, и я не знаю. — Аластор говорит отрывисто. Он слишком занят тем, что смотрит на свою тень. Улыбка его двойника из томной превратилась в насмешливую, как будто он наслаждается шуткой, которую Аластор не понимает. Ему это не нравится. — Почему они на столе? — спрашивает Хаск. — Я не знаю, — хмурится Чарли. Она чешет затылок. Тень Вокса зевает и трётся о тень Аластора, прежде чем положить голову ему на грудь. В их головах медленно поворачиваются шестерёнки, и в одно мгновение всё встаёт на свои места. — О боже мой, — визжит Вэгги. — На нашем ебанном столе?! Это же место, где мы едим! Аластор, контролируй свою долбаную тень! Аластору это не нравится. — О, какая оригинальная мысль, Вагата! Контролировать свою тень! Почему я сам об этом не подумал? Ой, подожди! — Слушай, не выпендривайся! Это ты со своей тенью решил заняться странным теневым сексом прямо во время еды! — Она снова поворачивается к теням. — Да ладно! Из всех мест! Почему здесь? Тень Аластора не впечатлена тирадой Вэгги. Она зевает и закладывает руки за голову. — О боже, — Ниффти подпрыгивает на месте, направляясь к столу. — О боже! Как, по-вашему, они это делают? Я не могу разглядеть! Я должна знать! Столько возможностей! — Она оглядывается по сторонам. Ниффти хватает брошенную салфетку и начинает что-то писать на ней. — Столько возможностей. — Значит, твои тени – это это? — Энджел смотрит на Аластора. Лицо Чарли проясняется. — Поздравляю... Аластор указывает на неё пальцем. — Не надо, — рычит он. Чарли сдувается. Радиодемон подходит к столу. — У меня был очень долгий день. У меня похмелье. Я раздражён. Я вернулся домой в надежде отдохнуть, но вместо этого вижу, как ты оскверняешь столовую. Перестань скучающим взглядом смотреть на меня! Я с тобой разговариваю! — Аластор чувствует, что его терпение на исходе. Двойник Аластора смотрит на тень Вокса и издаёт серию тихих чирикающих и щёлкающих звуков. Тень Вокса открывает глаза. Она кивает тени Аластора. Тень Аластора мурлычет и наклоняется, чтобы поцеловать тень Вокса. Аластор приходит в ярость. Ниффти радостно визжит. Тени не обращают внимания на остальных в комнате. Они углубляют свой поцелуй, а остальные наблюдают за тем, как их очертания расплываются и искажаются в плавном движении. Тени растворяются в тумане. Туманный силуэт начинает расплываться и густеть. — Эм, — Энджел Даст делает шаг назад. — Нам стоит здесь находиться? Аластор пятится назад, а туман превращается в густой чёрный дым. Тьма расползается, закрывая окна столовой и поглощая свет. Она становится ещё гуще и поглощает стол в столовой, подбираясь всё ближе к остальным. — Думаю, нам стоит уйти, — запинаясь, произнёс Чарли. — Дать им побыть наедине. — Да, — соглашается Энджел. — Кажется, это правильный выбор. Они выбегают из комнаты, а тени тем временем разрастаются. Ниффти ухмыляется. Она раскидывает руки, закрывает глаза и готовится к тому, что её поглотит надвигающаяся тьма. — Ради науки! — Ниффти, клянусь ебанным Сатаной, — Хаск хватает её за блузку и вытаскивает из комнаты. — Убирайся отсюда, чокнутая! Аластору нужен аспирин. Ему нужен самый большой аспирин. Он останавливается, увидев Вокса, который сидит на лестнице и что-то печатает в телефоне. — Вокс? Телевизионный демон поднимает взгляд. — О, привет, Аластор. Извини, мне нужно было ответить на несколько сообщений. — Он хмурится, глядя в свой телефон. — Что-то случилось? Радиодемон открывает рот, а затем закрывает его. — Не заходи в столовую, — говорит он Воксу. — В данный момент она закрыта по… причинам. Если Оверлорд СМИ и находит это странным, то не подаёт виду. Вокс лишь кивает. — Прости за вчерашнее. Кажется, мы немного перебрали. — Он улыбается Радио Демону. — У меня давно не было друга по выпивке. Кажется, я немного оторвался. Аластор садится рядом с Воксом. Его раздражение из-за похмелья и поведения его тени исчезает. — Что ж, должен признать, я не помню, когда в последний раз так напивался. Это было весело. Не думаю, что нам стоит повторить. — О, определённо нет, — соглашается Вокс.— Но если говорить о впечатлениях, то это было здорово. Ты отличный танцор, Радио Демон. — Он встаёт и протягивает Аластору руку. Аластор с радостью принимает его и позволяет Воксу поднять себя на ноги. — Я мог бы сказать тебе то же самое, Демон-ТВ, — усмехается он. — Приятно знать, что ты действительно умеешь стелить соломку, а не только болтать. Вокс открывает рот, чтобы ответить, но его прерывает Ниффти, которая что-то кричит. Два Оверлордом наблюдают, как Ниффти бежит через комнату, исчезает за углом, а затем появляется снова с налобным фонарём и верёвкой, привязанной к талии. — Я должна знать! — Что? — говорит Вокс. Он смотрит на Аластора. — Что, — повторяет он. — Ха! Ох уж этот Ниффти, — усмехается Аластор. Он обнимает Вокса за плечи и ведёт его наверх. — Как насчёт ночной кружки? — Аластор, сейчас только пять. — Тогда по стаканчику перед сном! Никогда не рано! Кто знает! Может, это поможет нам справиться с постоянным похмельем! Чёрт с ним. Вокс смеётся. — Ладно, — говорит он, смягчаясь. — Я не откажусь от ещё одной порции алкоголя. После сегодняшнего дня – нет. — Молодец, — говорит Аластор. — Пойдём! — Ниффти! — слышит Аластор крик Хаскера. — Хватит пытаться туда проникнуть! — Я должна это увидеть! — кричит Ниффти в ответ. — Ради науки! Аластор быстрее ведёт Вокса наверх.   Вокс, спотыкаясь, заходит в свою комнату. Ему нужно немного поработать, прежде чем он поднимется наверх. Он пообещал Аластору, что поработает час или два, а потом ляжет спать. Если он не сдержит обещание, Радиодемон придёт за ним. Вокс проводит рукой по лицу. Зачем он согласился выпить с Аластором? Они собирались выпить по бокалу-другому, но потом им в голову пришла идея сыграть в алкогольную игру, о которой они быстро забыли. Он улыбается. Боже, Аластор. Он был... просто великолепен. Телевизионный демон вздыхает. Его взгляд падает на что-то в тусклом свете комнаты. Кажется, Ниффти подсунула ему под дверь ещё одну из своих… работ. Вокс берёт его в руки. Пролистывает. Кладёт на место и садится в кресло. Начинает проверять электронную почту. Вокс умолкает. Он снова берёт книгу в руки. Это была плохая идея. Вокс открывает его. Это была ужасная идея. Он начинает читать. Внимательно. Зачем он это делал? История Ниффти неплоха, но очевидно, что она рассказывает только для того, чтобы перейти к следующей сексуальной сцене. Кстати, о... Лицо Вокса теплеет, когда он в полной мере осознаёт масштаб творчества Ниффти. Блять! Где Ниффти вообще научился так рисовать? — О, блятьпиздец. Взгляд Вокса устремляется на спину Аластора. На шрамы, покрывающие его кожу. На его взгляд, когда он целует шею Вокса. Вокс развязывает галстук и расстёгивает рубашку. Ему нужно работать. Ему нужно работать, а не... Телевизионный демон понятия не имеет, о чём эта история. Ниффти, судя по всему, написал историю о том, как Аластор и Вокс сражаются с демонами. По мере развития сюжета оба повелителя теряют всё больше одежды. Вокс закрывает глаза. Ему стоит просто захлопнуть эту книгу и вернуться к электронной почте. Ему стоит...          «Аластор использует свои тени, чтобы привязать руки Вокса к низко нависающей ветке дерева. Он нависает над Телевизионным демоном с голодным блеском в глазах. Вокс смотрит на него с ухмылкой на лице, не испытывая ни страха, ни беспокойства. Аластор острыми когтями разрезает ремень Вокса. Он наклоняется, чтобы прошептать на ухо демону с телевизионной головой непристойности. Грязные обещания». Вокс сглатывает. Он знает, что не должен этого делать, но его рука тянется к ширинке. Он сжимает свой член через штаны. Сколько времени прошло?          «Аластор знал, что всё так и закончится. Два врага, движимые жаждой власти, наконец осознали, что, возможно, на самом деле они жаждали не власти» Ладно, эта фраза была довольно банальной, но Вокс читал и похуже. Действие продолжается, и у Ниффти первая сцена секса. Аластор прижимает Вокса к дереву. Вокс расстёгивает штаны. Это было уже слишком. Это было уже слишком, и он переходил черту. Это было очень плохо. Вокс знает это. Конечно, он это знает. Так почему же он... Медиамагнат опускает голову, ненавидя себя за то, что доводит себя до оргазма, мысленно возвращаясь к изображению глаз Аластора. Вокс откидывается на спинку стула. Он ненавидит себя. Он самый худший из всех. Он дерьмовый друг, который не заслуживает... Вокс слышит тихую вопрошающую трель. Он резко оборачивается и видит, что на него смотрит тень Аластора. О нет. О нет. О нет. О нет. О нет. — Привет, приятель! — говорит Вокс и пытается привести в порядок свою одежду. Он застегивается и заводит руки за спину. — Как, э-э, как давно ты здесь стоишь? Двойник Аластора наклоняет голову и смотрит на Оверлорда СМИ. Тени Вокса нигде не видно. Должно быть, они не всегда путешествуют вместе. Тень Аластора приближается к Воксу, и Телевизионный Демон откидывается на спинку стула. — Послушай, я не буду притворяться, что ты не видел... того, что ты видел, но, может, мы просто оставим это между нами? Ты ведь не скажешь Аластору, верно? Пусть это будет нашим маленьким секретом. Улыбка на лице тени становится шире. Он наклоняется всё ближе и ближе, пока не оказывается всего в нескольких сантиметрах от экрана Вокса. Он высовывает язык и проводит им по экрану Вокса. Он подмигивает Воксу, прежде чем провалиться под пол и исчезнуть. Вокс сидит как громом поражённый. — Это было "да"? — кричит он в пол.   Аластор вздыхает и трёт глаза. Он подписывает форму и кладёт её в стопку готовых документов. В тот момент ему показалось хорошей идеей спуститься вниз и последовать примеру Вокса, выполнив кое-какую работу. Теперь он об этом жалеет. Бумажная работа была такой скучной. Его тень поднимается с пола и садится в кресло напротив стола Аластора. Радиодемон не поднимает глаз. — Я бы спросил, где ты был, но мне всё равно. — Он подписывает ещё одну бумагу, откладывая в сторону. — Если ты собираешься и дальше бродить по округе, нужно установить некоторые правила. Его тень не отвечает. Аластор поднимает голову и смотрит на двойника. — Я не понимаю, как ты теперь работаешь, но вот что я тебе скажу: продолжай идти своим путём, а я сделаю всё возможное, чтобы уничтожить тебя Аластор и его тень сверлят друг друга взглядами. Тень тихо шипит, а Аластор в ответ издаёт статическое рычание. Их пристальный взгляд прерывает нерешительный стук в дверь. Аластор вздыхает и поднимается на ноги. Открыв дверь, он видит Хаска, который выглядит непривычно смиренным. Кот-демон держит шляпу в лапах и смотрит в пол. — Вечер, Аластор, — бормочет Хаск. — Добрый вечер, Хаск. — Он ждал этого с тех пор, как Вокс показал ему неотредактированное видео с выступлением Чарли на VoxTube. Он лезет в карман пальто и достаёт бланк. Он протягивает его Хаску, который осторожно берёт бланк. — Заполни его, и утром ты сможешь вернуть его Чарли или мне. — Спасибо, Ал. — М-м-м, — Аластор закрывает дверь. Он по-прежнему считает, что отель обречён на провал. Что грешники, которые действительно верят, что могут изменить своё мнение, — глупцы, но… Послание Чарли о выборе и прочем. Он не каменный, и Аластор признаёт, что оно, вероятно, нашло отклик у некоторых людей. Но не у него, конечно. Нет, нет, нет. Он определённо один из тех грешников, о которых говорила Чарли и которые с радостью ступили на путь греха. И он ни о чём не жалеет. Но такие демоны, как Хаск и Энджел Даст? Ну что ж… — Постарайся, Хаскер, — бормочет Аластор.   Аластор старается не выдать своего удивления, когда Вокс поднимается наверх в назначенное время. — Боже мой, — говорит он. Он смотрит на свои карманные часы. — Ровно через два часа! Я впечатлён! Я думал, мне придётся послать за тобой одного из моих щенков. — Вокс слегка улыбается, но ничего не говорит. Что-то не так. — Ты в порядке, Вокс? Ты выглядишь… расстроенным. — Я в порядке, — отвечает Вокс. Он вздыхает. — Наверное, я просто устал. Думаю, я пойду спать. — Когда Аластор направляется в свою спальню, он кричит: — А я займу диван. На этот раз без споров. Мне нужно рано вставать. Не хочу будить тебя своими передвижениями. Аластор прищуривается, глядя на демона-телевизора. Он явно что-то скрывает. Демон-олень вздыхает и оставляет эту тему. — Хорошо, — он склоняет голову. — Спокойной ночи, Вокс. Увидимся утром. — Увидимся утром, Аластор. Спокойной ночи. Аластор закрывает дверь в свою спальню и начинает готовиться ко сну. Рядом с ним появляется его тень. — Вокс вёл себя странно. Ты не видел ничего или кого-то, что могло бы его расстроить? Его тень качает головой, но Аластор клянется, что на мгновение ему показалось, будто он что-то увидел в глазах своего двойника. Аластор подозрительно смотрит на свою тень, но та внезапно уплывает. Что угодно. Об этом стоит беспокоиться утром.          По честному мнению Аластора, утро наступает слишком быстро. Радиодемон стонет и ёрзает на матрасе. Его лицо прижимается к тёплой спине. Он резко открывает глаза и едва сдерживается, чтобы не зашипеть, когда видит, кто вторгся в его постель. Это всего лишь Вокс. Демон-олень усмехается. Неужели Демон из телевизора передумал? Что ж, это всё хорошо, но как он попал сюда, не разбудив Аластора? — Вокс? Вокс всхрапывает во сне. Его экран светится ярче, и он открывает глаза. Он вскакивает. — Какого хрена? — Доброе утро, Вокс! Как спалось? Вокс спрыгивает с кровати, приземляется на пол и отходит на некоторое расстояние от демона-оленя. Аластору не нравится обиженное и растерянное выражение на лице Телевизионного демона. Ещё меньше ему нравится то, что оно направлено на него. — Почему я в твоей комнате? — Я... думал, ты пришел сюда ночью. — Аластор делает паузу. — Разве это не так? Вокс качает головой. Что ж, теперь Аластор просто в замешательстве, по крайней мере, был бы в замешательстве, если бы не увидел, как его тень выглядывает из-за шкафа и хихикает. — Прошу прощения, Вокс. Моя тень снова возомнила себя комиком. Больше так не делай. Тень Аластора подплывает к Воксу. Она обвивает руками Телевизионного Демона и тычется ему в лицо. Вокс нервно смеётся. — Ладно! Ладно! Я тебя прощаю. Думаю, ничего страшного не произошло. Благодаря тебе я смог выспаться. Тень Вокса проходит сквозь пол. При виде этого тень Аластора радостно вскрикивает. Две тени гоняются друг за другом по комнате Аластора, то становясь плотными, то исчезая, чтобы не задеть мебель. — Для такой энергии ещё слишком рано, — говорит им Аластор. Он вздыхает. Это была заведомо проигрышная битва. —Вокс? Кофе? — Да. В общем, да. Аластор идёт на кухню и начинает готовить кофе. — Я думал, тебе нужно рано вставать, — говорит он, когда Вокс выходит из комнаты. Телевизионный демон хмурится и пожимает плечами. — Теперь уже ничего не поделаешь, — говорит он. Он садится на диван и начинает играть в несносно громкую телефонную игру. Тень Вокса притягивается в комнату шумом. Она подплывает к тому месту, где сидит Вокс, и нависает над его плечом. Вокс улыбается и двигает телефон так, чтобы его призрачный двойник мог лучше видеть. Аластор находит удивительным, насколько тень Вокса, казалось бы, более послушная, отличается от его собственной. Кстати, о ней. Его тень выскальзывает из спальни и встаёт позади них. Двойник смотрит Аластору в глаза. Он поднимает руку и гладит Вокса по щеке, а затем и его тень. Он кладёт руки им обоим на плечи и смотрит на Аластора. Смысл понятен. Аластор пересекает комнату в два шага. Он обхватывает рукой шею своей тени и тащит её к входной двери. Тень кричит и пытается принять разные формы, чтобы вырваться из хватки Аластора. Демон-олень крепко держит её. Он видит, что Вокс и его тень наблюдают за ними, и ободряюще смеётся: — Не обращайте на нас внимания! Мы просто выйдем поговорить! Не так ли? Его тень рычит и пытается вцепиться когтями в лицо демона-оленя. Аластор отшатывается: — О нет, только не это! Пойдём! Там хорошая тень! Просто... прекрати это! Подожди минутку! Аластор выталкивает свою тень за дверь. Тень сверлит Аластора взглядом. Аластор хватает тень за плечо и прижимает к двери. Он тычет когтистым пальцем в лицо своей тени. — А теперь слушай меня. Теневой Вокс – твой. Трёхмерный Вокс – мой! Ты не получишь их оба! — Эм. Аластор резко оборачивается и видит Вагги, стоящего на лестнице. — Вагата! — Аластор приветственно протягивает руку. — Доброе утро! Я как раз… — Он замолкает. — Я был бы очень признателен, если бы ты не стала передавать наш разговор своей возлюбленной и нашей дорогой Ниффти. Вэгги какое-то время изучает его. — Да, прошлой ночью Чарли не давала мне спать, пытаясь решить, какой будет гипотетическая тема вашей гипотетической свадьбы, так что я не особо хочу давать ей больше материала. Я просто зашла за тобой и Воксом, потому что нас ждёт завтрак. Кроме того, внизу Вокса ждут гости. Черт. — Вокс, ты ничего не говорил о том, что ждёшь гостей. — Да, они сказали, что пытались дозвониться, но он так и не взял трубку. — Она пожимает плечами. — Они внизу. — Спасибо, Вэгги. Увидимся через минутку. — Когда демон-мотылёк оказывается достаточно далеко, Аластор оборачивается и смотрит на свою тень. — Этот разговор ещё не окончен. Он просто приостановлен — Он распахивает дверь. — О, Вокс! Похоже, внизу тебя ждут гости! Вокс моргает: — Гости, — повторяет он. – Ко мне? — Так мне сказали. Телевизионный демон задумчиво гудит. Его глаза расширяются, и он стонет: — Ох! Не могу поверить, что они пришли сюда! Чёрт Возьми! Где моя рубашка и ботинки? Лучше закончить с этим поскорее!